Хрущевские гонения в Удмуртии

Тип работы:
Реферат
Предмет:
История. Исторические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Вестник ПСТГУ
II: История. История Русской Православной Церкви.
2013. Вып. 2 (51). С. 54−68
Хрущевские гонения в Удмуртии Протодиакон О. Зонов
Статья посвящена гонениям на Церковь в Удмуртии в 1958—1964 гг. На основании архивных материалов показаны методы, которыми пользовался уполномоченный Совета по делам РПЦ Д. М. Шестаков для искоренения православия в Ижевской епархии. Для достижения своей цели местные органы власти не только закрывали храмы, но также препятствовали ремонту и украшению действующих церквей, развитию и росту церковных хоров. Финансовые ущемления епархии также имели в государственной политике большое значение. В статье рассмотрен также вопрос о развернутой властями кампании против епископа Михаила (Чуба), а также об обстоятельствах его удаления на покой.
Заявления о скором наступлении коммунистической эры были отличительной особенностью хрущевского правления. XXII съезд КПСС в октябре 1961 г. провозгласил тезис о построении базы коммунизма к 1980 г. 1 Серьезным препятствием на пути к новой формации для советской власти было наличие в стране носителей религиозных убеждений. Естественно, что Православная Церковь, как Церковь большинства, стала главным объектом богоборческого удара. Если с середины 1940-х гг. Церковь считалась хотя и враждебным, но все же терпимым и даже в определенных случаях полезным институтом, то во второй половине 1950-х гг. государство решило «вернуться к ленинским принципам», в соответствии с которыми Церковь считалась явным врагом и подлежала уничтожению.
Подготовка к новому удару по Церкви готовилась заранее, однако началом активной фазы хрущевских гонений можно считать октябрь 1958 г., когда было опубликовано постановление «О записке отдела пропаганды и агитации ЦК КПСС по союзным республикам „О недостатках научно-атеистической пропаганды“». Тогда же были изданы и первые антицерковные постановления, касающиеся монастырей и налогообложения. Обороты новая кампания набрала достаточно быстро. В том же году был резко увеличен налог на доходы свечных мастерских, что разоряло храмы, была снята с регистрации 91 община2. 1959 год был отмечен уже массовым закрытием храмов и активной атеистической пропагандой3. В последующие годы закрытие храмов и преследования верующих продолжались. Если в 1957 г. в Русской Церкви было 13 430 храмов и 57 монастырей,
'-См.: Программа КПСС. ПринятаXXII съездом КПСС. М.: 1974. С. 27.
2Шкаровский М. Русская Православная Церковь при Сталине и Хрущеве. М.: Издательство Крутицкого подворья. Общество любителей церковной истории, 2005. С. 364, 366.
3Цыпин В., прот. История Русской Церкви. 1917−1997 // История Русской Церкви. Кн. 9. М.: Изд-во Спасо-Преображенского Валаамского монастыря. 1997. С. 381, 383.
то к 1965 г. осталось 7551 приходов и 16 монастырей. Из восьми духовных семинарий осталось только три4. Особое место среди антицерковных мероприятий государства занимает и известная приходская реформа 1961 г. Отставка Хрущева в октябре 1964 г. приостановила активную богоборческую кампанию, и в последующие годы советской власти антицерковная политика государства не принимала столь жестких форм.
Хрущевская волна гонений не обошла стороной и Ижевскую епархию. В настоящее время при наличии трудов, посвященных этому периоду церковногосударственных отношений5, а также исследований по истории Ижевской епархии6, не имеется научных работ, касающихся гонений 1958−1964 гг. в данном регионе. Этот пробел необходимо восполнить, тем более что документальная база для этого имеется. Это материалы фонда уполномоченного по делам Русской Православной Церкви, находящиеся в Центральном государственном архиве Удмуртской республики. Необходимую информацию можно найти в Архиве Ижевского епархиального управления (личные дела священнослужителей и документы на отдельные храмы) и в Центре документации новейшей истории Удмуртской республики (протоколы республиканских, городских и районных парторганизаций, а также различных ведомственных парткомов). Материалы местной периодической печати также помогают понять направление анти-церковной кампании в Удмуртии. Объемы статьи не позволяют коснуться всех аспектов гонений, например антирелигиозной пропаганды, которая велась широко, изощренно, а потому требует отдельного исследования. Однако осветить вопрос закрытия храмов представляется возможным.
Положение Ижевско-Удмуртской епархии накануне хрущевских гонений было следующим. Епархия, созданная в 1926 г., к 1943 г. включала в себя всего семь патриарших приходов и не имела архиерея7. В 1943 г. в Удмуртию был поставлен архиепископ Иоанн (Братолюбов). Стали открываться и храмы. К началу хрущевских гонений епархия включала в себя 29 храмов, в которых совершали служение 62 священника и диакона. Правящим архиереем Ижевской епархии с 1952 г. был епископ (затем архиепископ) Ювеналий (Килин). Упол-
4Шкаровский М Русская Православная Церковь в XX веке. М.: Вече. Лепта. 2010. С. 430.
5 См., например: Васильева О. Русская Православная Церковь и II Ватиканский собор. М.: Лепта, 2004- Марченко А., прот. «Хрущевская церковная реформа». Пермь: Пермский государственный университет, 2007- Чумаченко Т. Государство, Православная Церковь, верующие: 1941−1961. М.: АИРО-ХХ1, 1999- Шкаровский М Русская Православная Церковь при Сталине и Хрущеве. М.: Издательство Крутицкого подворья. Общество любителей церковной истории, 2005.
6 История церковно-государственных отношений в Удмуртии в хрущевский период отражена в следующих работах: Малых А., свящ. История Ижевской и Удмуртской епархии в XX в. Ижевск, 2010- Шумилов Е. Ф. Православная Удмуртия. История Ижевской и Удмуртской епархии. XX век. Ижевск: Издательство Удмуртского университета, 1996- Шумилов Е. Ф. Христианство в Удмуртии. Цивилизационные процессы и христианское искусство: XVI — начало XX века. Ижевск: Издательский дом «Удмуртский университет», 2001.
'Имелся также один обновленческий приход в с. Люк Ижевского района. Об этом, см.: Малых А., свящ. История Ижевской и Удмуртской епархии в XX веке. С. 131.
номоченным совета по делам РПЦ по Удмуртии с 1953 г. был Аркадий Александрович Халевин8.
Интересно, что начало антицерковной кампании было ознаменовано сменой правящего архиерея и уполномоченного. Архиепископ Ювеналий, принявший схиму с именем Иоанн, умер 28 декабря 1958 г. В марте 1959 г. правящим архиереем Ижевской епархии стал епископ Михаил (Чуб), находившийся на своем посту до 1961 г.
Смена уполномоченного, по всей видимости, была связана с необходимостью поставить на этот пост более ревностного функционера. 15 апреля 1959 г. уполномоченным стал Демьян Макарович Шестаков, до этого занимавший пост заместителя министра культуры Удмуртской АССР9. Новый уполномоченный оказался самой одиозной фигурой среди всех уполномоченных в Удмуртии. Никто из его коллег ни до, ни после не принес Церкви в Удмуртии столько зла.
Программу своей деятельности Шестаков изложил в своей докладной записке в Совет по делам Русской Православной Церкви в январе 1960 г. Как следует из этого документа, Шестаков считал «Положение об управлении Русской Православной Церкви», принятое 31 января 1945 г., безнадежно устаревшим. Шестаков был убежден, что в связи со скорым наступлением новой коммунистической эры нужно кардинально пересмотреть отношение к Православной Церкви1& quot-. И преследования Церкви в Удмуртии не заставили себя долго ждать.
Серьезным препятствием для богоборческой политики было наличие в стране епархий. Уже в апреле 1960 г. председатель Совета по делам РПЦ В. А. Куроедов в своем докладе на Всесоюзном совещании уполномоченных указал на необходимость ликвидации ряда епархий Русской Церкви. Среди этих епархий была указана и Ижевско-Удмуртская11.
Неудивительно, что новый уполномоченный активно включился в работу по упразднению епархии, тем более что травля епископа Михаила к тому времени уже велась.
В июле 1959 г. в «Удмуртской правде» появилось открытое письмо бывшего священника из Сталинградской епархии Николая Спасского, отрекшегося от веры. Письмо было адресовано правящему архиерею — епископу Сергию (Ларину) и опубликовано в местной «Сталинградской правде». Письмо содержало обвинение епископа Сергия в тратах церковных средств и в роскошной жизни. В письме было указано и на неразумную трату средств со стороны епископа Михаила (Чуба), тогда еще занимавшего Смоленскую кафедру. Большие деньги, со-
8Постановление бюро Удм. обкома КПСС от 13. 11. 1953 г. «Об уполномоченном Совета по делам русской православной церкви при совете Министров СССР по УАССР (Мошкин Н. А., Халевин А. А.)». // ГУ ЦДНИ УР. Ф. 16. Пр. 97. Д. 6695. Л. 5.
9 Личное дело Шестакова Д. М. Постановление Совмина Удмуртской АССР «О работе тов. Шестакова Д. М.» № 217 от 09. 04. 1959 г. // ГУ ЦДНИ УР. Ф. Р-551. Оп. 6. Д. 2679. Л. 16.
«Докладная записка уполномоченного Шестакова Д. М. в Совет от 13. 01. 1960 г. № 4/с о церковных службах в дни праздника «Рождества Христова» // ЦГА УР. Ф. Р-551. Оп. 1. Д. 142. Л. 17.
11 Доклад В. А. Куроедова на Всесоюзном совещании уполномоченных Совета
21. 04. 1960 г. // ЦГА У Р. Ф. Р-551. Оп. 1. Д. 142. Л. 100.
гласно письму, епископ Михаил потратил на покупку и ремонт дома, а также на празднование своих именин12.
31 июля 1959 г. в «Удмуртской правде» была опубликована клеветническая статья «Под звон колоколов» о епископе Михаиле, где содержались намеки на «праздничную жизнь» архипастыря с экономкой Мариной Колбасьевой13. 13 марта 1960 г. в «Удмуртской правде» была опубликована еще одна подобная статья — «Открытое письмо к брату», автором которой был брат епископа Михаила. Затем появилась еще одна статья, где архипастырь прямо обвинялся в безнравственности14.
Естественно, что клевета на архипастыря вызывала протесты. Так, секретарь епархиального управления протоиерей Вениамин Сёмин 21 ноября 1959 г. в Троицком соборе, поздравляя епископа с днем ангела, сказал: «Я & lt-… >- вижу, насколько тяжко Ваше бремя и как велики заслуги Ваши в укреплении благополучия Русской Православной Церкви. Ненавистники и враги Ваши злобствуют и клевещут на Вас. О посмотрели бы они, какое ликование сегодня царит в храме Божием. Врагам не придется восторжествовать, так как Вы с достоинством носите имя предводителя небесного воинства. Пусть ненавистники посмотрят, чем окончится их усилие опорочить Вас». Шестаков в своем докладе в Совет возмущался тем, что епископ Михаил не пресек подобных речей, произносимых во всеуслышание15.
В своей проповеди защитил иерарха и настоятель Георгиевского храма г. Сарапула священник Иоанн Трубецкой. Результатом стало снятие его с регистрации 16 ноября 1959 г. Епископ Михаил со своей стороны был вынужден уволить священника за штат с правом выезда в другую епархию. При этом епископ снабдил его деньгами и направил жалобу на Шестакова в Патриархию и в Совет по делам РПЦ. Удивительно, но это дало результаты. 7 декабря 1959 г. Куроедов предложил Шестакову не препятствовать регистрации о. Иоанна священником в одном из храмов УАССР. А управделами Патриархии протопресвитер Николай Колч и цкий дал совет епископу Михаилу назначить священника Иоанна снова в Георгиевский храм Сарапула, сказав при этом, что можно не учитывать мнение уполномоченного. Шестаков вынужден был зарегистрировать священника. Однако впоследствии этот пастырь вновь был снят с регистрации за проповеди в защиту архиерея, а также за совет прихожанам писать жалобы Патриарху на гонителей16.
12 Спасский Н. Почему я отрекся от церкви //Удмуртская правда. 1959. № 157.
и «Под звон колоколов» // Удмуртская правда. 1959. № 177- Докладная записка уполномоченного Шестакова Д. М. в Совет от 04. 05. 1960 г. № 54/с «О фактах нарушения правящим архиереем Удм. Гпархии советского законодательства о культах» // ЦГА УР. Ф. Р-551. Оп. 1. Д. 142.Л. 52.
14 Зуева В. Выйти на светлый путь никогда не поздно //Удмуртская правда. 1961. № 84.
'-'-Докладная записка уполномоченного Шестакова Д. М. в Совет от 04. 05. 1960 г. № 54/с «О фактах нарушения правящим архиереем Удм. Гпархии советского законодательства о культах» // ЦГА УР. Ф. Р-551. Оп. 1. Д. 142. Л. 52.
16Малых А., свящ. История Ижевской и Удмуртской епархии в XX веке. Ижевск, 2010. С. 194.
Статьи в местных газетах подкреплялись жалобами и доносами со стороны уполномоченного. «Епископ Михаил (Чуб), — доносил Шестаков в Совет, — с первых же дней своего приезда в Удмуртскую епархию (в марте 1959 г.) стал допускать нарушения советского законодательства о культах, потворствуя этому нарушению со стороны духовенства & lt-… >- Например, бывший священник Успенской церкви г. Ка м бар к и Захаров на дому у верующих систематически совершал обряды вопреки желанию всех членов семьи. Им совершались подворные обходы в рождественские и крещенские праздники. & lt-… >- Мною Захаров за грубое нарушение советского законодательства о культах снят с регистрации, однако правящий архиерей по своей линии до сих пор указа об его отстранении не издал"17.
Придирался уполномоченный и к проповедям епископа Михаила. Возмущение Шестакова вызывали даже те проповеди, в которых и близко не было чего-то «политического». Но желая дискредитировать «классового врага», Шестаков находил возможность клеветать на него даже без повода. Так, например, пасхальная проповедь иерарха вызвала у уполномоченного недовольство своим «мифическим характером». «Пасхальное послание епископа Ижевского и Удмуртского Михаила, — докладывал Шестаков, — носило крайне мифический характер. Оно содержало негодование к тем, кто предал Христа, убил его, кто хотел убить божью любовь. В пасхальном послании епископа совершенно обойдены стремления русской православной церкви к борьбе за мир"18.
Доносы уполномоченного этими обвинениями не ограничивались.
7 июля 1960 г. Шестаков направил в Совет доклад «Об упразднении епархиального управления Ижевско-Удмуртской епархии», где заявлял о необоснованности дальнейшего существования епархии. «Считаю нужным снова информировать Совет по делам русской православной церкви при Совете Министров СССР, — писал уполномоченный, — что епископ Михаил придерживается курса недоброжелательного отношения к политике КПСС и Советского Правительства по отношению к религии и церкви, а также к внешней политике Советского Правительства"19. Желая выполнить указание Совета о ликвидации епархии, Шестаков старался найти для этого как можно больше «аргументов». Он указывал, что открытие епархии в Удмуртии изначально было ошибочным, что приходов в республике недостаточно для существования епархии, что на содержание епархиального управления уходит много церковных средств. Наконец, уполномоченный указывал, что наличие епархии укрепляет позиции Церкви и духовенства20. Еще одним «основанием» было то, что в епархиальном управлении нашли
17Докладная записка уполномоченного Шестакова Д. М. в Совет от 04. 05. 1960 г. № 54/с «О фактах нарушения правящим архиереем Удм. Епархии советского законодательства о культах» // ЦГАУР. Ф. Р-551. Оп. 1. Д. 142. Л. 52.
18 Внеочередное донесение о многолюдных церковных службах в дни Пасхи уполномоченного Шестакова Д. М. от 19. 04. 1960 г. № 42/с в Совет и властям УАССР // ЦГА УР. Ф. Р-551. Оп. 1.Д. 142. Л. 48.
19 Письмо уполномоченного Шестакова Д. М. в Совет и властям УАССР «Об упразднении епархиального управления Ижевско-Удмуртской епархии» от 07. 07. 1960 г. № 80/с. // ЦГАУР.
Ф. Р-551. Оп. 1. Д. 142. Л. 129.
приют «паразитические элементы». «Экономкой архиерейского дома, — писал Шестаков, — многие годы является Колбасьева Марина — внучка немецкой графини Остен-Дризен. Завхозом епархиального управления подвизается сын бывшего кулака Бабурин Алексей, бухгалтером управления устроилась Санычева Галина, уволенная в свое время из Боткинского машиностроительного завода за злоупотребления"21. Уполномоченный предлагал присоединить удмуртские приходы к какой-нибудь соседней епархии, например Кировской или Пермской, а свечную мастерскую в Ижевске передать Троицкому кафедральному собору22.
24 ноября 1960 г. состоялось закрытое заседание Совета министров УАССР, принявшее решение о недопустимости дальнейшего пребывания епископа Михаила (Чуба) в должности правящего архиерея23. В марте 1961 г. епископ Михаил был уволен за штат. В 1961 г. епархией управлял епископ Кировский и Слободской Поликарп (Приймак). 5 мая временное управление Ижевской епархией было передано епископу Казанскому и Марийскому Михаилу (Воскресенскому). Однако недовольство уполномоченного вызывал тот факт, что этим решением епархия не упразднялась, а удмуртские приходы официально не вошли в Казанскую епархию. В последующие годы упразднить епархиальное управление властям так и не удалось. Епархия, формально существовавшая, управлялась казанскими преосвященными до ноября 1988 г., когда в Ижевск был поставлен самостоятельный архиерей — епископ Палладий (Шиман).
Однако устранение архиерея бесспорно облегчило дальнейшее течение ан-тицерковной кампании в Удмуртии. Подобно богоборческой кампании первых лет коммунистической власти, хрущевские гонения были сопряжены с ударом по финансовому положению Церкви24. Ижевская епархия не стала исключением. Шестаков считал, что получение контроля над финансовой деятельностью епархии является определяющим для успеха своей работы. Очередное ограбление Церкви было подкреплено соответствующей идеологической обработкой населения. В «Удмуртской правде» появилась статья «Куда идут деньги верующих?» Согласно этой статье, единственная в стране сколько-нибудь заметная прослойка людей, не занимающихся общественно-полезным трудом (т. е. тунеядцев), — это духовенство, живущее на деньги наиболее активных прихожан — пенсионеров, колхозников, рабочих и служащих. «Свои пятерки и десятки, — писал автор статьи в духе воинствующих безбожников 1920-х гг., — так ощутимые в бюджете каждой семьи, сплошь и рядом урываемые в ущерб близким, люди приносят в церковь с твердым убеждением, что они пойдут на божеские цели. В действительности, эти деньги зачастую расходуются служителями культа на пьянство и разврат, на строительство дорогостоящих особняков и шикарную обстановку, на роскошь, автомашины и содержание многочисленной челяди"25.
21ЦГАУР. Ф. Р-551. Оп. 1. Д. 142. Л. 129.
22 См.: Там же.
23 Малых А., свящ. Указ. соч. С. 119.
24Шкаровский М Русская Православная Церковь при Сталине и Хрущеве. С. 361.
25 Сызранский А. Куда идут деньги верующих? // Удмуртская правда. 1960. № 230.
Одновременно с идеологической работой Шестаков пытался контролировать доходы духовенства. Требования о таком контроле Шестаков рассылал районным и городским властям республики. В Боткинский горисполком он, например, писал: «Прошу установить через финансовые органы постоянное наблюдение за духовенством и привлекать их к строгой ответственности в случае присвоения ими денежных средств, получаемых от требоисполнений, и за другие факты укрытия доходов"26. Стремление сделать Церковь беднее стало причиной постоянных требований перечислять часть доходов в Фонд мира. Уполномоченный отслеживал, какую сумму переводят храмы, и если сумма, на его взгляд, оказывалась недостаточной, сообщал об этом местным властям27. Наконец, уполномоченный требовал от местного руководства пресекать практику «натуральных пожертвований» храмам в виде продуктов и проч. Неприятие уполномоченным таких пожертвований было связано с невозможностью обложить их налогом28. Кроме того, в некоторых приходах приношения раздавали неимущим, что расценивалось уполномоченным как «распространение религии». Выход уполномоченный видел в следующем. Поступающие в храмы яйца и шерсть Шестаков предлагал сдавать кооперации, а вырученные деньги перечислять в церковную кассу. Таким образом, натуральные пожертвования можно было обложить налогом. Что касается скоропортящихся продуктов, например хлеба, то их уполномоченный предлагал сдавать за деньги на корм скоту29. Однако, хотя некоторые храмы и сдавали приношения в потребкооперацию, массового характера это не приобрело.
С финансовым ударом по епархии были напрямую связаны и вопросы ремонта и благоукрашения православных храмов. Постановление «О записке отдела пропаганды и агитации ЦК КПСС по союзным республикам «О недостатках научно-атеистической пропаганды»» было принято 4 октября, а уже в конце октября 1958 г. был установлен порядок, согласно которому любой ремонт храма должен был согласовываться с уполномоченным. Последний должен был контролировать весь процесс, а также следить, чтобы «в проведении ремонта церковных зданий не допускались ненужные излишества, не вызываемые необходимостью поддержания здания в технически исправном состоянии"30.
Шестаков принялся активно бороться с попытками отремонтировать тот или иной храм. Так, в 1959 г. настоятель церкви в с. Сада Ярского района священник Евстюнин начал ремонт храма и заключил договор с руководством колхоза о продаже и транспортировке деревянной рейки, предназначенной для церковной изгороди. Однако колхоз договор не выполнил, в связи с чем священник
26 Письмо уполномоченного Шестакова Д. М. властям г. Воткинска от 01. 12. 1961 г. № 16/с «О религиозной обстановке в г. Воткинске» // ЦГАУР. Ф. Р-551. Оп. 1. Д. 147. Л. 39−40.
27 Информационная записка уполномоченного Шестакова Д. М. властям Можгинского района от 13. 07. 1962 г. № 128/с. // ЦГАУР. Ф. Р-551. Оп. 1. Д. 152. Л. 64.
28 Отчет уполномоченного за 1963 г. от 22. 01. 1964 г. // ЦГА УР. Ф. Р-551. Оп. 1. Д. 164. Л. 21−22.
29Письмо зам. министра финансов УАССР в Минфин РСФСР от 20. 07. 1964 г. № 23−6/с. // ЦГАУР. Ф. Р-551. Оп. 1. Д. 164. Л. 64.
, 0 Информационное инструктивное письмо № 56 Совета уполномоченным на местах от 21. 10. 1958 г. № 534/с. // ЦГАУР. Ф. Р-551. 0п. 1. Д. 135. Л. 81.
обратился с жалобой к уполномоченному, Но помощи от Шестакова пастырь не дождался. В своем письме председателю райисполкома Шестаков писал, что необходимо «найти мотивы для уклонения от выполнения договора на поставку материала». Более того, уполномоченный просил председателя райисполкома подействовать на священника с целью его отказа от проведения намеченного ремонта31.
В том же году епископ Михаил (Чуб) планировал обновить росписи в храмах епархии, в том числе и в Ижевске. Архиерей планировал также позолотить иконостасы в Троицком соборе и Успенской церкви Ижевска, а также заменить в Успенской церкви печное отопление на паровое. Чтобы осуществить задуманное, епископ Михаил был вынужден обращаться к уполномоченному, который не дал архиерею сделать практически ничего. «Мною его просьбы были отклонены, — писал Шестаков, — я дал согласие на проведение бронзирования резных частей иконостасов и покраску четырех икон». Все остальные просьбы епископа Михаила были тщетны32.
Помехи благоукрашению храмов были неслучайными. В условиях фактического запрета на проповедь таковую вместо священников «вели» иконы и фрески. Еще одним инструментом проповеди было богослужение. Вполне естественно, что Шестаков начал бороться и с певческими хорами в храмах. В красивом церковном и торжественном пении уполномоченный видел одну из причин большой посещаемости храмов.
Как известно, хоры в храмах в годы хрущевских гонений сокращались вследствие катастрофического финансового положения, в котором Церковь оказалась по вине государства33. После резкого повышения отпускных цен на свечи храмы вынуждены были сократить расходы на ремонт храмов и содержание хоров. Что касается Удмуртии, то здесь ситуация была такая. Если в 1959 г. расходы на ремонт храмов составляли 470 тыс. рублей, а расходы на содержание хоров 869 тыс. рублей, то в 1960 г. эти суммы составляли соответственно 270 и 480 тыс. рублей. Количество певчих также уменьшилось. Если в 1959 г. в церковных хорах епархии было 208 человек, то в 1961 г. в них осталось 167 человек. Для примера можно указать на ситуацию в некоторых больших храмах Удмуртии. Так, например, в Троицком соборе Ижевска число певчих сократилось с 22 до 12 человек, в Воскресенском храме Сарапула из 15 человек осталось 5, а в Георгиевском храме Сарапула платный хор из 12 человек был и вовсе упразднен34.
Однако сокращение хоров объяснялось не только финансовыми причинами, но и давлением со стороны местных властей. Главную роль здесь вновь сыграл уполномоченный. Возмущение у него вызывал, например, факт, что в некоторых хорах пели работники государственных предприятий. В таких случаях Шестаков требовал от руководства этих предприятий принудить певчих за-
31 Письмо уполномоченного Шестакова Д. М. председателю исполкома Ярского районного Совета депутатов от 13. 07. 1959 г. № 126/с. // ЦГАУР. Ф. Р-551. Оп. 1. Д. 139. Л. 138.
32 Докладная записка уполномоченного Шестакова Д. М. в Совет от 13. 01. 1960 г. № 4/с о церковных службах в дни праздника «Рождества Христово» // ЦГА УР. Ф. Р-551. Оп. 1. Д. 142. Л. 13.
33 См.: Шкаровский М Русская Православная Церковь при Сталине и Хрущеве. С. 364.
34 Малых А., свящ. История Ижевской и Удмуртской епархии в XX веке. С. 191.
ниматься «общественно-полезным трудом"35. Если же Шестаков узнавал, что в хоре поют пенсионеры, то он добивался снижения их пенсий. «Прошу исполком городского Совета, — писал уполномоченный, — предложить городскому отделу социального обеспечения произвести перерасчет по пенсиям с пенсионерами, состоящими на постоянном денежном окладе в церквах в качестве участников платных певческих хоров"36. Список пенсионеров-певчих к таким письмам прилагался37.
Добиваясь различными путями хоть какого-то результата в деле уменьшения торжественности церковных служб, Шестаков с удовлетворением сообщал в Совет: «В результате проведения партийными и советскими органами ряда мероприятий по отвлечению служащих, пенсионеров и других лиц от прислуживания в церкви в качестве постоянных участников певческих хоров, церковные службы в «Троицын день» состоялись без особой торжественности. Например, оставшийся платный хор в Троицком соборе… звучал очень слабо и не торжественно. Это же самое произошло и с церковным хором Успенской церкви"38.
В отличие от 1920−1940-х гг. период хрущевских гонений не был отмечен расстрелами и массовыми заключениями православных христиан в тюрьмы. Число осужденных по религиозным мотивам, отправленных в лагеря и сосланных составляло в 1961—1964 гг. 1234 человека, т. е. по сравнению со сталинским периодом правления было невелико39. Однако закрытие храмов было массовым, и Удмуртия опять же не стала исключением.
В начале 1960-х гг. население все еще продолжало ходатайствовать об открытии церквей. Но уполномоченный научился бороться с такими попытками. Как только поступало ходатайство о передаче Церкви храмового здания, он сразу же требовал от районных властей передачи этих зданий на баланс госучреждений. Один из таких случаев произошел, например, в с. Кулюшеве Каракулинского района. Получив ходатайство об открытии храма, Шестаков тут же направил письмо в Совет министров Удмуртии с просьбой срочно передать здание колхозу им. Азина. «Передача колхозу здания церкви лишит возможности верующих ходатайствовать об открытии церкви», — писал уполномоченный40.
Запрет на открытие храмов сочетался с работой по их закрытию и уничтожению. Если на 1 января 1960 г. в Ижевской епархии было 29 приходов, то через год, 1 января 1961 г., их числилось уже 26. Наиболее распространенным основанием для закрытия храмов официально считался «отход верующих от церкви
35 Протокол бюро Вавожского райкома КПСС «О мерах по усилению антирелигиозной деятельности, пропаганды в районе» от 18. 03. 1961 г. // ЦДНИ УР. Ф. 407. Оп. 12. Д. 794. JI. 67- 67 (об.).
36 Письмо уполномоченного Шестакова Д. М. властям г. Ижевска от 03. 03. 1961 г. № 42/с «О религиозной обстановке в г. Ижевске» // ЦГАУР. Ф. Р-551. On. 1. Д. 147. JI. 63.
37 См.: Там же. JI. 64.
38 Донесение уполномоченного Шестакова Д. М. в Совет и властям УАССР «О молебствиях верующих в «Троицындень»» от31. 05. 1961 г. № 78/с. //ЦГАУР. Ф. Р-551. On. 1. Д. 147. Л. 108−109.
39Шкаровский М. Русская Православная Церковь при Сталине и Хрущеве. С. 382.
40 Письмо уполномоченного Шестакова Д. М. секретарю Каракулинского Р К КПСС от
30. 07. 1960 г. № 89/с // ЦГАУР. Ф. Р-551. On. 1. Д. 142. Л. 146.
и распад самой общины». Именно в этом направлении уполномоченный и старался вести свою работу41. Но если община, несмотря на ухищрения богоборцев, все же не распадалась, то власти находили иные основания для закрытия церкви. А поскольку идеология государства была атеистической, то верующий человек в любом случае оказывался перед властями виноватым.
Проследить способы закрытия храмов можно на примере Петропавловской церкви в с. Люк. Приход здесь был достаточно сильный и многочисленный, в храм ходил народ из нескольких окрестных селений, в списках прихода числилось 260 человек. Найти повод для закрытия храма было непросто. Но уполномоченный все-таки нашел способ закрыть церковь. Для этого он воспользовался уходом за штат в декабре 1959 г. настоятеля храма протоиерея Александра Аба-шеева. Епископ Михаил хотел назначить в храм нового священника, но уполномоченный всячески препятствовал этому и прямо заявил архиерею, что регистрацию новому священнику не даст. Богослужения в храме стали совершаться священниками других приходов от случая к случаю. Количество служб значительно сократилось, хотя по большим праздникам и воскресным дням духовенство старалось совершить литургию в Петропавловской церкви. До сентября 1960 г. епископ Михаил командировал в Люк священников из Ижевска, каждый раз заранее договариваясь с уполномоченным, который выписывал священнику особое регистрационное удостоверение сроком на 2−3 дня. В сентябре 1960 г. уполномоченный объявил церковь с. Люк приписанной к Троицкому собору Ижевска.
Несмотря на отсутствие постоянного священника, приход заботился о своем храме, осуществлял ремонт и неоднократно просил архиерея назначить настоятеля. Тем не менее 24 ноября Совет министров УАССР закрыл приход. Основания были следующие: отпадение верующих и невозможность силами прихода отремонтировать храм. И то и другое было ложью. Приход был большим, а церковь была отремонтирована в 1959 г. 42 «До закрытия церкви с. Люк, — писал епископ Михаил, — ни церковному совету этой общины, ни Епархиальному Управлению никто не предъявлял каких либо претензий по вопросу о бесхозяйственности и неспособности прихожан содержать и ремонтировать свой храм"43.
21 декабря жители с. Люк были поставлены перед фактом — церковь была закрыта.
В своем отчете за 1960 г. уполномоченный сообщал: «В Удмуртской АССР на 1 января 1961 года имеется 26 действующих православных церквей, вместо 29, числившихся на 1 января 1960 года. В истекшем 1960 году по постановлениям Совета Министров Удмуртской АССР и Совета по делам русской православной церкви снято с регистрации две религиозные общины по мотивам самоликви-
41 Письмо уполномоченного Шестакова Д. М. секретарю Можгинского Р К КПСС от
04. 07. 1961 г. № 91/с. // ЦГАУР. Ф. Р-551. Оп. 1. Д. 147. Л. 114.
42 Прошение группы верующих и членов двадцатки Православной общины с. Люк Ижевского района УАССР Святейшему Патриарху Московскому и Всея Руси Алексию от
08. 01. 1961 г. // Архив Ижевского Епархиального управления. Папка храма Петра и Павла с. Люк. Л. 91−91−1.
43 Отзыв на копию прошения группы верующих и членов двадцатки православной общины с. Люк Ижевского района УАССР // Там же. Л. 89−90.
дации их — в с. Полько Кизнерского района иве. Люк Ижевского района. Церковные здания снятых с регистрации общин переданы под учебные классы и мастерские общеобразовательных школ"44.
В конце 1961 г. уполномоченный организовал работу по закрытию Богородицкого храма в городе Воткинске. Обращение Шестакова в Боткинский горисполком подразумевало, что взвешенного решения по поводу церкви не будет и что вопрос о ее уничтожении обсуждению не подлежит. «Учитывая, что здание Богородицкой православной церкви пришло в ветхое состояние и является аварийным, — писал Шестаков, — прошу исполком Боткинского городского Совета поручить компетентной комиссии дать свое заключение о невозможности дальнейшей эксплуатации указанного выше молитвенного помещения. На основе обоснованного заключения комиссии о невозможности дальнейшей эксплуатации молитвенного здания принять решение о сносе его без предоставления нового участка под строительство церковного здания, имея в виду, что вторая церковная община г. Вотки не ка располагает просторным помещением"45.
Мешала богоборческим властям и церковь св. Георгия в Сарапуле. Шестаков обосновывал необходимость закрытия храма тем, что церковь находится по соседству с парком культуры и отдыха. Однако закрытия храма для уполномоченного было мало. Шестаков считал необходимым не только закрыть его, но и разрушить. «Прошу исполком городского Совета, — писал Шестаков, — решить вопрос о целесообразности сноса Георгиевской церкви и постройки на ее месте культурно-оздоровительного объекта"46.
Иногда в своем богоборческом рвении местные власти добивались противоположного результата. В апреле-мае 1962 г. первый секретарь Балезинского райкома УАССР Д. М. Акатьев разрешил секретарю по идеологии А. Л. Даниловой начать работу по закрытию храма в с. Каменное Заделье. В 24 населенных пунктах Балезинского района были проведены собрания родителей учащихся и сходы граждан с прямой постановкой вопроса о закрытии православной церкви в с. Каменное Заделье. В основном жители не проявили активности в посещении этих собраний. В некоторых местах из пришедших на собрания большинство голосовало против закрытия. На одном из собраний присутствовал начальник районного отделения милиции Н. И. Поздеев, который призывал членов приходского совета выйти из «двадцатки». Приходской совет расценил это как давление со стороны государственных органов. На имя Хрущева было направлено три жалобы с несколькими десятками подписей с просьбами не закрывать церковь. Секретарь партбюро колхоза «Путь к коммунизму» Л. И. Масленников говорил Шестакову, что после собраний посещаемость церковных служб резко возросла. Таким образом, действия районных властей вызвали активизацию
44 Отчет уполномоченного за 1960 г. от 17. 01. 12. 1961 г. № 15/с. // ЦГАУР. Ф. Р-551. Оп. 1. Д. 147. Л. 12.
45 Письмо уполномоченного Шестакова Д. М. властям г. Воткинска от 01. 12. 1961 г. № 16/с «О религиозной обстановке в г. Воткинске» // ЦГАУР. Ф. Р-551. Оп. 1. Д. 147. Л. 39.
46 Письмо уполномоченного Шестакова Д. М. властям г. Сарапула от 27. 05. 1961 г. № 76/с «О религиозной обстановке в г. Сарапуле» // ЦГАУР. Ф. Р-551. Оп. 1. Д. 147. Л. 104−105.
церковной деятельности, что вызвало большое недовольство Шестакова, обвинившего в неудаче местное партийное руководство47.
К началу 1964 г. в Удмуртии осталось 18 храмов48. Уменьшился и численный состав духовенства. Если в конце 1960 г. в епархии число священников и диаконов составляло 61, то на 1 октября 1961 г. их было уже 40. Из них снял сан один священник49.
Приходская реформа 1961 г. позволила Шестакову подчинить себе все церковные исполнительные органы. Нежелательные для уполномоченного лица (т. е. ревностные и бескомпромиссные православные прихожане) были удалены в том же году. Советами управлять было легче, чем священниками, тем более что членами советов могли стать только угодные для властей люди. «Исполкомы районных и городских Советов депутатов трудящихся в настоящее время внимательно изучают лиц, состоящих в церковных исполнительных органах», — писал в 1961 г. Шестаков50.
Уже в 1961 г. уполномоченный начал работу с новыми приходскими советами, проводя с ними собеседования для «уяснения законодательства о культах». В течение лета 1961 г. уполномоченный провел такие беседы на восьми приходах. Результаты собеседований сказывались очень быстро. Так, в Троицкий собор не был принят диакон Никитин, которого усиленно рекомендовал епископ Казанский Михаил. Уполномоченному диакон не нравился молодостью. Кроме того, диакон имел опыт работы в промышленности, т. е. наглядно показывал тщетность атеистической пропаганды.
Конечно, и среди прошедших «обработку» членов приходских советов находилось немало людей, старавшихся помочь своему храму. Иногда деятельность ревнителей становилась известна уполномоченному, который о таких случаях сразу же доносил в исполком, требуя привлечения членов приходского совета к административной, а иногда и к уголовной ответственности. Один из таких случаев произошел в Воскресенской церкви г. Сарапула, где староста В. В. Тарабрин и его помощник Н. Г. Королев находились в дружеских отношениях с настоятелем. Староста лично выдавал певчим дополнительные суммы для покрытия начисленного на них подоходного налога. Узнав об этом, Шестаков сразу же порекомендовал исполкому городского совета отстранить Тарабрина и Королева и «добиться того, чтобы в церковный совет были избраны желательные… лица"51.
47 Информационная записка Уполномоченного Совета русской православной церкви при совете Министров СССР по УАССР Шестакова Д. М. от 09. 06. 1962 г. // ГУ «ЦДНИ УР». Ф. 16. On. 1. Д. 9200. Л. 1−4.
48Отчет уполномоченного за 1963 г. от 22. 01. 1964 г. // ЦГАУР. Ф. Р-551. On. 1. Д. 164. Л. 23.
49 Письмо в Совет и властям УАССР уполномоченного Шестакова Д. М. от 04. 10. 1961 г. № 13/с «О ходе выполнения постановления Совета Министров СССР от 16 марта 1961 года «Об усилении контроля за выполнением законодательства о культах» в Удмуртской АССР» // ЦГАУР. Ф. Р-551. On. 1. Д. 147. Л. 132−133.
50Тамже Л. 129−130.
51 Письмо уполномоченного Шестакова Д. М. исполкому Сарапульского горсовета от
11. 10. 1962 г. № 180/с «О злоупотреблениях членов исполнительного органа религиозного общество Воскресенской православной церкви г. Сарапула» // ЦГАУР. Ф. Р-551. On. 1. Д. 152. Л. 90−91.
Еще один случай произошел в с. Полько Кизнерского района. Староста М. П. Демин был обвинен в финансовых злоупотреблениях с целью личного обогащения. Трудно сказать, так это было или нет. Но очень важно, что использование «черной кассы» шло, как свидетельствовал Шестаков, именно на бла-гоукрашение храма. Например, получив разрешение только на покраску крыши, староста произвел также побелку всего здания, покраску куполов и крестов. Уполномоченный потребовал начать следствие и привлечь Демина к уголовной ответственности. При этом, как и в Сарапуле, Шестаков потребовал от Кизнерского исполкома вывести Демина из приходского совета «и обеспечить избрание в церковный исполнительный орган желательных… людей"52.
После отставки Хрущева Ижевская епархия почувствовала на себе смягчение государственной политики. Тем более что незадолго до этого события ушел со своего поста главный гонитель Церкви в Удмуртии — Шестаков. Еще в мае 1964 г. он обратился в Совет министров Удмуртии с просьбой освободить его от обязанностей уполномоченного и возбудить ходатайство о назначении персональной пенсии республиканского (не Удмуртии, а РСФСР!) значения. 18 мая 1964 г. Шестаков был освобожден от своих обязанностей по состоянию здоровья. В связи с утратой работоспособности «на советско-партийной работе» бывший уполномоченный получил и свою персональную пенсию53. В августе 1964 г. новым уполномоченным стал С. П. Зубарев, однако его деятельность пришлась уже на период брежневского правления.
Вне всякого сомнения, в 1958—1964 гг. епархия перенесла серьезное потрясение. Однако, по сравнению с другими регионами и ситуацией по стране, положение Церкви в Удмуртии было не самым печальным. Если по стране в годы хрущевского правления было закрыто около половины всех храмов54, то в Удмуртии — только 38%. Не удалось властям и ликвидировать Ижевскую епархию. Кроме того, немаловажен тот факт, что гонения привели к религиозному подъему. Новый уполномоченный Зубарев отмечал в своем отчете (январь 1965 г.) активизацию верующих, рост посещаемости церквей, увеличение количества обращающихся в церковь для совершения тех или иных обрядов. При этом 18 оставшихся храмов стали приносить Церкви больший доход по сравнению с 29 храмами, действовавшими накануне хрущевских гонений. Так, если общий доход епархии в 1957 г. был 5 803 966 руб., то доход за 1964 г. составил 748 809 руб. (в новом исчислении)55.
52 Письмо уполномоченного Шестакова Д. М. исполкому Кизнерского райсовета от
12. 06. 1963 г. № 108/с «О злоупотреблениях церковного старосты Успенской православной церкви с. Короленко Демина М. П.» // ЦГАУР. Ф. Р-551. Оп. 1. Д. 158. Л. 59−60.
53 Личное дело Шестакова Д. М. Постановление Совмина Удмуртской АССР «Об освобождении тов. Шестакова Д. М. от обязанностей Уполномоченного Совета по делам русской православной церкви и Совета по делам религиозных культов при Совете Министров СССР по Удмуртской АССР и о возбуждении ходатайства о назначении ему персональной пенсии республиканского значения» № 226 от 18. 05. 1964 г. // ЦДНИ УР. Ф. Р-551. Оп. 6. Д. 2679. Л. 20.
54 См.: Шкаровский М. Русская Православная Церковь в XX веке. М.: Вече- Лепта, 2010. С. 430.
55Отчет уполномоченного Зубарева С. П. за 1964 г. от 15. 01. 1965 г. // ЦГАУР. Ф. Р-551. Оп. 1.Д. 169. Л. 31−32.
Имеющиеся документы дают право сделать вывод, что гонения на Церковь в Удмуртии шли в общем русле антицерковной политики советского государства. Как и по всей стране, гонения в Ижевской епархии имели ряд аспектов. Это материальное ограбление Церкви, препятствия в благоукрашении храмов, а также их массовое закрытие. Однако, как и по всей стране, гонения не уничтожили Церковь и привели отчасти к противоположному результату.
Ключевые слова: Русская Православная Церковь, Ижевская епархия, церковно-государственные отношения, хрущевские гонения, Совет по делам Русской Православной Церкви, архиепископ Ювеналий (Килин), епископ Михаил (Чуб).
Khrushchev persecutions in Udmurtiya
О. ZONOV, PROTODEACON
The article concerns persecutions against the Church in Udmurtiya in 1958−1964. On the basis of archival materials the author describes methods that were used by the attorney of the Council for Russian Orthodox Church’s affairs D.M. Shestakov for eradicating Orthodoxy in the Izhevsk diocese. Financial discredit of the diocese also had a great significance in the state policy. The inhibition of a repair, of decorating legacy churches, development and enlargement of church choruses were besides closing up temples the leverages of the local authorities. Also the author investigates the question of the campaign, which was developed by the authorities against bishop Michael (Chub), and circumstances of his retiring.
Keywords: the Russian Orthodox Church, Izhevsk diocese, church-state relations, Khruschev persecutions, the Council for Russian Orthodox Church’s affairs, archbishop Juvenaly (Kilin), bishop Michael (Chub).
Список литературы
1. Shkarovskiy M.V. Russkaya Pravoslavnaya Tserkov v'-XXveke (The Russian Orthodox Church inXXc.). Moscow. 2010.
2. Shkarovskiy M.V. Russkaya Pravoslavnaya Tserkov pri Staline i Hrushove. (The Russian Orthodox Church under Stalin and Khrushov). Moscow. 2005.
3. TsypinV., prot. IstoriaRusskoy Tserkvi. 1917−1997-. (The history ofthe Russian Church. 1917- 1997). Moscow. 1997.
4. Vasil’eva O.Y. Russkaya Pravoslavnaya Tserkov i Vtoroy Vatikansriy Sobor (The Russian Orthodox Church and the Second Vatican Council). Moscow. 2004
5. Marchenko A., prot. Hrushevskaya tserkovnaya reforma (The Khrushchev Reform of the Church). Perm'. 2007.
6. Chumachenko Т. Gosudarstvo, Pravoslavnaya Tserkov, veruushie (The State, the Orthodox Church, the Faithful). Moscow. 1999.
7. Malih A., svjaschennik. Istoria Izhevskoy i Udmurtskoy eparhii v XX veke (The History of the Izhevsk and Udmurtia Diocese inXXc.). Izhevsk. 2010.
8. Shumilov E. Pravoslavnaya Udmurtia. Istoria Izhevskoy i Udmurtskoy eparhii. XX v. (The Orthodox Udmurtia. The History of the Izhevsk and Udmurtia Diocese. XX c.). Izhevsk. 1996.
9. Shumilov E. Hristianstvo v Uclmurtii. TsiviUzatsionnie protsessi i hristianskoye iskusstvo. XVI — nachalo XX v. (Christianity in Udmurtia. Civilizational Processes and the Christian Art. XVI — the Beginning of the XXth century). Izhevsk. 2001.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой