Персональный миф как предмет психологического исследования

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Психология


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Соглашаясь с различными мнениями ученых, мы под методами управления понимаем способы реализации управленческих функций, а также объект-субъектные взаимоотношения, которые обеспечивают единство системы управления, постоянно повышают ее эффективность.
Чаще всего в ситуационном управлении применяют методы системного и ситуационного анализа, факторного и кросс-фак-торного анализа, генетического анализа, метод диагностики, экспертно-аналитический метод, методы аналогий, морфологического анализа и декомпозиции, методы имитационного моделирования, теории игр и т. д.
Однако наибольший эффект и качество управления достигаются в том случае, когда применяется система методов в комплексе, что позволяет увидеть объект управления со всех сторон и избежать просчетов.
Данную теорию управления мы берем за основу в построении модели ситуационного управления качеством подготовки учащихся к ЕГЭ по предмету «Информатика и ИКТ». Существующие ситуационные подходы являются простыми для понимания, как учеными, так и практиками, и хотя были использованы многими авторами в научных работах по проблемам организаций, вопрос
о возможности их применения в учебном процессе по-прежнему остается открытым.
Модель ситуационного управления качеством подготовки успешно функционирует при реализации комплекса условий, включающего следующие этапы.
1. Аналитический, который включает в себя анализ личности каждого учащегося (по разработанной методике диагностики личности учащегося), сбор информации об уровне подготовки учащихся и анализ ситуации, определение проблемных мест и определение критериев, по которым будет оцениваться качество подготовки.
2. Проектировочный, включающий выбор стратегии обучения, ее корректировку или создание новой- определение критериев оценки на основе выбранной стратегии обучения- определение целей- прогнозирование результатов.
3. Заключительный — оценка знаний учащихся с помощью разработанных контрольных работ и анализ результатов.
Все сказанное позволяет сделать вывод о том, что все этапы модели управления качеством учебного процесса находятся в постоянной связи с мониторингом (отслеживание результатов в процессе обучения, диагностика, прогнозирование результатов, сравнение результатов с намеченными целями).
Библиографический список
1. Виханский, О. С. Менеджмент: учебник. — М., 2001.
2. Орлов, А. Н. Управление учебно-воспитательным процессом в высшем педагогическом учебном заведении / А. Н. Орлов, Г. А. Калачёв, Л. Г. Куликова, О. В. Титова // Сибирский педагогический журнал. — 2009. — № 10.
3. Крившенко, Л. П. Педагогика: учеб. / под ред. Л. П. Крившекно [и др.]. — М., 2005.
4. Загвязинский, В. И. Методология и методы психолого-педагогического исследования / В. И. Загвязинский, Р Атаханов. — М., 2007.
5. Будагьянец, Н. А. Основополагающие принципы ситуационного управления [Э/р]. — Р/д: http: //www. elitarium. ru/2010/09/17/
principy_situacionnogo_upravlenija. html
6. Вазина, К. Я. Педагогические основы развивающих технологий в профессиональных учебных заведениях инновационного типа: авто-реф. дис. … д-ра пед. наук. — Екатеринбург, 1998.
7. Фролов, П. Т. Системный подход в управлении процессом в школе. — Воронеж, 1984.
Bibliography
1. Vikhanskiyj, O.S. Menedzhment: uchebnik. — M., 2001.
2. Orlov, A.N. Upravlenie uchebno-vospitateljnihm processom v vihsshem pedagogicheskom uchebnom zavedenii / A.N. Orlov, G.A. Kalachyov, L. G. Kulikova, O.V. Titova // Sibirskiyj pedagogicheskiyj zhurnal. — 2009. — № 10.
3. Krivshenko, L.P. Pedagogika: ucheb. / pod red. L.P. Krivshekno [i dr.]. — M., 2005.
4. Zagvyazinskiyj, V.I. Metodologiya i metodih psikhologo-pedagogicheskogo issledovaniya / V.I. Zagvyazinskiyj, R. Atakhanov. — M., 2007.
5. Bydagjyanec, N.A. Osnovopolagayuthie principih situacionnogo upravleniya [Eh/r]. — R/d: http: //www. elitarium. ru/2010/09/17/
principy_situacionnogo_upravlenija. html
6. Vazina, K. Ya. Pedagogicheskie osnovih razvivayuthikh tekhnologiyj v professionaljnihkh uchebnihkh zavedeniyakh innovacionnogo tipa: avtoref. dis. … d-ra ped. nauk. — Ekaterinburg, 1998.
7. Frolov, P.T. Sistemnihyj podkhod v upravlenii processom v shkole. — Voronezh, 1984.
Статья поступила в редакцию 15. 12. 11
УДК 159. 923
Nekrasova E.V. PERSONAL MYPTH AS A SUBJECT OF PSYCHOLOGICAL RESEARCH. Personal mypth is considered as a project of particular sense demension where a sphere of possible person is presented- one insists that personal mypth understanding can be riched througout transspective analysis by mean of narrative.
Key words: personal mypth, sense, dialogue, possibility, symbol, value, understanding, transspective analysis, narrative.
Е. В. Некрасова, д-р психол. наук, проф. АлтГПА, г. Барнаул, E-mail: hronotoppp@inbox. ru
ПЕРСОНАЛЬНЫЙ МИФ КАК ПРЕДМЕТ ПСИХОЛОГИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ
Персональный миф рассматривается как проект особого смыслового измерения, в котором представлена сфера возможного человека- утверждается, что его понимание (персонального мифа) можно осуществить посредством транс-спективного анализа с использованием нарратива.
Ключевые слова: персональный миф, смысл, диалог, возможность, символ, ценность, понимание, транс-спективный анализ, нарратив.
В попытке понять жизненный мир человека, тем самым особенности жизнеосуществления этого человека, нельзя не учитывать то, что этот мир имеет пространственно-временную организацию, что он хронотопичен. Хронотоп выступает как динамично развивающееся ценностно-смысловое пространство человека, имеющее свое прошлое, настоящее, будущее- он динамичен, подвижен, возникает в активности индивида, взаимодействующего со средой, и эта активность распределяется «внутри» пространства и времени бытия человека, порождая его собственные пространство и время. Важнейшая характеристика хронотопа —
смысл, или смысловое «время-пространство». Смысл объективирует трансспективу — общее направление жизненного само-осуществления человека. Человек в процессе свободного выбора, понимания и «поступания» (М.М. Бахтин) открывает смысл и ценность своих возможностей, самого себя, определяет свое место в мире, восходя к вечным ценностям, и сохраняет таким образом психологическое содержание хронотопа (его целостность).
Анализ диалектики сохранения и тождества в процессе изменения и становления жизненного мира человека предполагают изучение оформления индивидуального жизненного пути
в предмете (продукте), в таком материальном образовании, в сочетании процессов (или состояний) которого заложено содержание хронотопа. Содержание и динамика ценностно-смыслового пространства оформляются в продуктах деятельности человека, в которых жизненный мир не исчезает, а переходит «из формы движения в форму бытия или предметности» (К. Маркс). В качестве такого продукта может рассматриваться созданный (создаваемый) человеком текст персонального мифа.
Исследовать жизненный мир человека как «работу» по созданию этого мира, как работу по упорядочиванию хаоса можно только в том случае, если эта работа действительно кем-то проделана, если исследователь имеет оформленный, выраженный в тексте процесс смыслопорождения. В тексте фиксированы не «готовые» смыслы, а становящиеся, представлен путь, который пройден его автором, который предстоит пройти исследователю, чтобы нечто понять. Вербальное конструирование и создание некоторой истории ставит человека в позицию самопонимающе-го, самоопределяющегося, излагающего историю так, как он хочет и может. В результате человек придает смысл суете и хаосу, царящим в жизни: порядок в жизни может быть установлен лишь тогда, когда в ней удается увидеть проявления смысла.
Персональный миф — «в словах данная чудесная личностная история» (А.Ф. Лосев) — сложный комплекс представлений, переживаний, идей о себе, условий своего жизнеосуществления. Создавая индивидуальный миф, человек создает самого себя, расширяя и упорядочивая свое экзистенциальное пространство посредством порождения смыслов. Автор текста обращает себя (исследователя) к месту своего внутреннего рождения, к себе, которого не было до опыта, до созданного текста. Персональный миф — результат работы человека по созданию своего мира с его правилами, нормами, персонажами, в нем экспериментирование автором собственной природы, исследование этой природы в ее бездонности и безграничности посредством снятия всех внешних напластований. Создавая персональный миф, человек не остается в стороне (вовне) от него, но сам вступает в созидаемый мир, исполняя в нем какую-то роль (роли). Внутри мифа создающий его «погружается» в какую-либо роль (роли), взаимодействует с другими, которым сам же задает их роли. Внутри мифа человек, как и в жизни, существует как отношение, отношение к себе, вещам и миру, к своему прошлому, настоящему, будущему. В тексте персонального мифа представлен диалог человека с самим собой прошлым, настоящим, возможным. В этом диалоге имеет место осмысленное представление бытия во всех его жизненных измерениях, представление о том, что есть и каков сам человек, что есть и каковы люди. Человек, вступая в диалог с самим собой в процессе конструирования индивидуального мифа, реализует возможность созерцать себя, создавать (конструировать и переконструировать) образ мира и образ собственной жизни, постигать смысл своего существования. В этой встрече с самим собой смешение реального и нереального (воображаемого), здесь проект особого смыслового измерения, в котором представлена сфера возможного. Следует учитывать, что здесь присутствует и игровой элемент, игра же, как известно, выводит сущность в явление до всякого явного размышления.
Между имеющимся и возможным всегда есть некоторый «зазор». Человек, создавая свой мир воображаемого, может иначе увидеть то, что есть, иначе его понять и совершить таким образом «скачок семиотичности» (А.К. Байбурин), в результате которого все привычное обретает новый смысл. Здесь своего рода вызов действительности с ее относительно стабильными законами и жестко фиксированными значениями. В персональном мифе человек имеет возможность оторваться от бытовых устоев, в нем относительность точки отсчета, отсутствие грубого детерминизма, выход к вероятностной концепции мира. При этом человек не просто «отрывается» от реальности, он ее реконструирует и примеряется к ней. Здесь возможность нестандартных решений, возможность творческого отношения к собственной жизни, возможность увидеть необычное в привычном и найти себя, вернуться к себе истинному, найти себя истинного, преодолеть отстраненность от самого себя реального, от мира, преодолеть утрату чувства реальности, если она есть.
Вступая в диалог с самим собой человек творит пространство свободного времени. Осуществление смыслового представления жизни в определенной степени освобождает человека от уже свершившегося. Такое освобождение не позволяет, конечно, человеку уйти от последствий совершенных им поступков, но в персональном мифе есть возможность вернуться к состоянию перед выбором и вновь стать тем, кем уже перестал быть. Иначе
говоря, в персональном мифе есть возможность отстранить («ос-транить») от себя все произошедшее и начать все сначала: прошлое вновь оказывается в распоряжении человека «здесь и теперь». Подобное возможно и по отношению к будущему: в персональном мифе человек свободен предвосхищать, создавая желаемый сценарий, свободен мысленно убирать препятствия и ограничения всякому акту самоосуществления, в котором реализует открывающиеся ему возможности. Смысловое представление позволяет человеку выйти в пространство, в котором все возможно (или почти все, которое во многом зависит от возраста человека), оно содержит в себе возможность общения с «возможностями», которые человек сам же из-обретает.
Посредством персонального мифа человек (вольно или невольно) стремится воссоединиться с идеалом, с символом, в котором всегда содержится невидимое, в свете которого выступают видимые вещи, в котором заложен «завершенный план бытия», с которым необходимо постоянно соотносить происходящее «здесь и теперь». Символ располагается над эмпирическими данными и выступает как «упорядочивающая структура», «сильная форма», относительно которой происходящее получает смысл. Сопряжение себя с символом открывает перед человеком возможность порождать смыслы и состояния, отличные от тех, которые порождаются потоком обыденной жизни. Благодаря «скачку семиотичности» человек обретает новый фокус видения, открывает новую смысловую перспективу привычных явлений и понятий, выходит на новый уровень понимания мира, себя и своего места в нем. Понимание позволяет оказаться в измененном сознании (состоянии), которое не всегда лучше (или хуже) уже зна-емого, но оно всегда другое, и встреча с ним — обретение нового духовного опыта, творение самого себя. Понимание, самопонимание учат не просто существовать, «учат» жить, проживать каждое мгновение бытия, чувствовать жизнь, делают человека человеком, не позволяют ему стать «штифтиком». Человек, стремясь понять себя, осуществляет попытку разрушить автоматизм своего восприятия жизни посредством «остранения» (В. Шкловский), посмотреть на себя, на свою жизнь с неожиданной, необычной стороны, сделать обычные события странными, открыть их новые грани. Персональный миф является, таким образом, особым способом понимания жизни вообще и своей собственной жизни в частности- он, являясь инструментом понимания человеком самого себя, открывает возможность увидеть реальность, которая всегда закрыта «экраном кажущейся жизни», и тогда смутная инстинктивная жизнь посредством ее рефлексирующего осознания человеком обогащается новым содержанием, становится более ясной и осознанной, расширяются возможности мышления, понимания, образа действий, различения и сопоставления. Персональный миф — это, безусловно, наиболее яркое выражение феномена осмысления человеком собственного жизнеосуществ-ления и одновременно создания им своего жизненного мира, что происходите процессах смыслопорождения — основы живой жизни и постижения ее глубинных оснований.
Следует иметь в виду, что в персональном мифе (в единичном факте) представлен определенный тип явлений, всеобщий принцип, сущностная закономерность, которые представляется возможным выявить, осуществляя движение от конкретного, единичного к всеобщему. Анализ персонального мифа может позволить психологу-консультанту «встретиться» с конкретным человеком и оказать ему необходимую психологическую помощь. Персональный миф, являясь целостностью, имеет множество интерпретаций и не имеет конечной, исчерпывающей интерпретации, будучи безграничным в своем содержании. Цель исследователя в том, чтобы проникнуть в смысловой объем текста, проследить пути смыслообразования, смыслопорождения. Объективная сложность понимания персонального мифа, который находится в процессе постоянного обновления, состоит в том, что его содержание раскрывается понятиями, за которыми стоит сверхчувственная реальность (значение, смысл, ценность). При этом понять и объяснить необходимо не эффекты, не то, что пришло в сферу сознания, а тот путь, который психическое явление проделало в своем движении в эту сферу, включая и то, откуда все начиналось. Перед исследователем продукт работы, в структуре которого кристаллизовался жизненный мир его создавшего, его смыслы, ценности.
Во встрече с персональным мифом открывается возможность приблизиться к пониманию человека. Но как реализовать эту возможность, как избежать при интерпретации текста персонального мифа его редуцирования к элементарному? Понимание события, его смысла, согласно М. К. Мамардашвили, становится воз-
можным при наличии у нас некоторого «полного текста», экрана для «остранения». Речь идет о преодолении постулата непосредственности, «о восприятии, опосредствованном душой». Прорыв из причин и следствий, совершаемый посредством «полного текста», делает возможным переход с уровня наличной ситуации на уровень смыслов. Осмысление смыслов позволяет увидеть происходящие события в другом масштабе: исследователь приближается к пониманию и объяснению целого, становясь при этом свободнее, обнаруживая «феномен полного внутреннего самоопределения», поступая в соответствии со своими ценностями. Иначе говоря, чтобы уйти от феноменологии и выйти к целому, необходима «объяснительная схема», которая позволяла бы понимать и объяснять психологическую реальность, выявляя общие закономерности, абстрагируясь от случайного, через «прочтение, осмысление» смыслов осуществляя выход к целостному человеку с его становящимся жизненным миром.
«Выйти за пределы непосредственного опыта» (Л.С. Выготский) в процессе понимания персонального мифа, стоящего за ним жизненного мира человека, представляется возможным посредством трансспективного анализа, основная установка которого -становление, через которое («в котором») необходимо изучать открытые самоорганизующиеся системы [1]. В логике транспек-тивного анализа, центрация должна происходить не на ставшем, изучение которого требует ретроспективного анализа, не на становящемся даже, а на том, чтобы ставшее и становящееся по-
Библиографический список
нять и осмыслить в общей динамике становления человека как открытой психологической системы, чтобы выйти из статики состоявшегося в динамику становящегося. В поле анализа, таким образом, должно попасть то, что происходит в ценностно-смысловом пространстве «героя», в многомерном пространстве его многомерной жизни.
Трансспективная стратегия рассматривается нами в качестве основания ценностного отношения к предмету исследования, привносящего в него (исследование) «избыток видения» и его «оживление». Трансспективная стратегия выступает для исследователя существенным элементом его выстроенного в профессиональном обучении и профессиональном опыте виртуального «субъекта-символа» (Е.Е. Сапогова), открывающего возможности понимания целостного человека, заявляющего себя в персональном мифе. В качестве инструмента реализации трансспек-тивного анализа персонального мифа и жизненного мира, стоящего за ним, может быть использован нарратив, который максимально чувствителен к изменчивой природе человеческой реальности. Один из путей обретения исследователем знаний о мире человека — объяснительная реконструкция соответствующих обстоятельств, которая могла бы позволить объяснить произошедшее (происходящее) посредством его преобразования в повествовательную структуру, нахождения некоторого порядка в истории с целью выявления некоторой закономерности.
1. Клочко, В. Е. Самоорганизация в психологических системах: проблемы становления ментального пространства личности (введение в трансспективный анализ). — Томск, 2005.
2. Мамардашвили, М. К. Психологическая топология пути. — СПб., 1997.
Bibliography
1. Klochko, V.E. Samoorganizaciya v psikhologicheskikh sistemakh: problemih stanovleniya mentaljnogo prostranstva lichnosti (vvedenie v transspektivnihyj analiz). — Tomsk, 2005.
2. Mamardashvili, M.K. Psikhologicheskaya topologiya puti. — SPb., 1997.
Статья поступила в редакцию 15. 12. 11
УДК 159. 923
Sarsembeyeva E. Optimization of management activities in the light of individuals Psycho-physiological peculiarities.
The article considers the psychological components of effective management activity, indicates the importance of personal characteristics of manager and employee, which are based on psycho-physiological peculiarities.
Key words: management activity, individuals psycho-physiological peculiarities, effective management, bilateral asymmetry of the cerebral hemispheres, behavioral reactions of the personality, individual peculiarities of manager.
Э. Ю. Сарсембаева, магистр психологии, ст. преп. каф. «Педагогика и психология» Инновационного Евразийского университета, г. Павлодар, E-mail: elmasars@mail. ru
СИСТЕМА ПСИХОЛОГИЧЕСКИХ СРЕДСТВ ОПТИМИЗАЦИИ УПРАВЛЕНЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ С УЧЕТОМ ПСИХОФИЗИОЛОГИЧЕСКИХ ОСОБЕННОСТЕЙ ИНДИВИДА
В работе рассматриваются средства оптимизации управленческой деятельности. Представлены результаты эмпирического исследования, показаны взаимосвязи психофизиологической основы развития индивида и психологических средств оптимизации управленческой деятельности.
Ключевые слова: управленческая деятельность, психофизиологические особенности индивида, эффективное управление, билатеральная асимметрия полушарий головного мозга, поведенческие реакции личности, индивидуальные особенности руководителя.
Сопоставление психофизиологической основы личности руководителя и используемых им средств управления представляется нам одним из перспективных путей оптимизации управленческой деятельности.
Анализ работ А. Г. Асмолова, Л. С. Выготского, Л.Д. Столярен-ко, Ю. В. Чуфаровского и других исследователей позволяет сделать вывод: необходимыми условиями человеческой деятельности и познания являются психические процессы, структурными элементами которых являются ощущение, восприятие, представление, память, воображение, мышление, речь, внимание, воля, эмоции. [1, с. 367- 2, с. 704- 3, с. 231]. Научные исследования в области физиологии, психологии и медицины доказывают различные характеристики внимания, мышления и памяти при восприятии информации левым и правым полушарием. Так как специализация полушарий головного мозга является биогенетичес-
ким феноменом, психофизиологической основой и особенностью восприятия и проявляется независимо от нашего желания, то мы предположили, что при выявлении средств оптимизации управленческой деятельности нужно учитывать сущностные характеристики (признаки) полушарий головного мозга.
В проведенном нами пилотном исследовании были установлены конкретные статистические взаимосвязи между доминированием полушария головного мозга и использования ими средств управления. Мы провели исследование среди руководителей различных организаций г. Павлодара и области (Республика Казахстан) в рамках «Программы повышения квалификации руководящих работников и менеджеров в сфере экономики РК» (ИПК Международная профессиональная академия «Туран-Профи») (258 менеджеров, средний управленческий персонал, стаж управленческой деятельности — 5−8 лет) и использовали следующие методики:

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой