Моральные императивы нового Завета в процессах инкультурации личности

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Философия


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

НАУКА. ИСКУССТВО. КУЛЬТУРА
Выпуск 1(5) 2015
93
РЕЛИГИОВЕДЕНИЕ
УДК 371. 13:34
МОРАЛЬНЫЕ ИМПЕРАТИВЫ НОВОГО ЗАВЕТА В ПРОЦЕССАХ
ИНКУЛЬТУРАЦИИ ЛИЧНОСТИ
Л.И. Зелиско
Прикарпатский национальный университет имени Василия Стефаника e-mail: lyuba. zelisko@ mail. ru
В статье исследуются христианские ценности Нового Завета, которые утверждают императивы любви, милосердия, добра и не отрицают при этом закон и основы нравственности, правопорядок, уже существующие в человеческом обществе. Берется во внимание то, что Христос призывает наполнить социокультурные, правовые отношения между людьми морально-духовным содержанием, видит в идеале полную тождественность морального, этического, правового, которая достигается верой в божественное происхождение и высокое предназначение человека. Предполагается, что, вступая в борьбу с собственным несовершенством, с деструктивными влияниями социума, человек стремится к высшим формам духовности, духовной свободы, предусматривающей неограниченную,
ориентированную на высшие идеалы, перспективу для духовного возвышения личности, в результате которой свободное духовное «Я», исходя из собственных побуждений, самоутверждается в универсуме бытия.
Ключевые слова: культурная компетентность, процессы инкультурации, культурные тексты, духовные императивы, идеалы любви и добра, духовная свобода.
Процессы инкультурации личности предусматривают приобщение ее к системе основных ценностно-смысловых, нормативно-регулятивных универсалий культуры, к отбору оценок и принципов собственной социокультурной реализации. В целом, инкультурационные процессы активно работают на формирование культурной компетентности личности, то есть на тот уровень ее социализации и инкультуризации, что позволяет понимать, использовать и вариативно
интерпретировать всю сумму предписаний, обычаев, образцов, законов, запрещений, этикетных установок, общепринятых символов, мировоззренческих убеждений, ценностных ориентаций.
Культурная компетентность личности может быть охарактеризована как соответствующего рода воспитанность, утонченность параметров ее социальной адекватности, как идеальная форма составляющих ее духовного мира, назначение которых способствовать ориентации человека в мире, в том числе в определении ею
94
НАУКА. ИСКУССТВО. КУЛЬТУРА
Выпуск 1(5) 2015
жизненного пути, выборе истинных ценностей, построении системы жизненных принципов, что и становится основой высокой культуры миропонимания. Именно такой уровень культуры помогает человеку гармонизировать его практическую и духовную жизнь, предоставлять его внутренним противоречиям устоявшиеся формы, направляя имеющийся в них энергетический потенциал в русло творчества, а не разрушения.
В инкультурационных процессах проявляется единство и в то же время многогранность человека, что порождает многообразие ее культурных характеристик, например: Homo faber, Homo ludens, Homo greator или Homo cogitas (речь идет о человеке предметном, играющем, творческом, мыслящем).
Такую многогранность человеческого «Я» можно воспринимать, скажем, через его главные ипостаси — естественную, социальную, духовную, которые обеспечивают связь человека со всем живым на земле, с обществом, с высшими духовными императивами культуры. Каждая из них имеет свою логику существования и развития, что отображается в культурном сознании и социокультурном заявлении человека. Однако противоречивая природа человека не позволяет смотреть на него сквозь призму какой-то одной измеримости — естественности или социальности, материальности или духовности, ведь он постоянно ищет, выбирает, ориентируется, действует, приспосабливается к обстоятельствам или изменяет их в соответствии со своими потребностями. Человек не только изменяет окружающее пространство, но и существенно изменяется сам, обогащая в первую очередь свой внутренний мир. Мыслители разных эпох стремились объяснить сущность человека, принимая во внимание те или другие его проявления, характеристики. Так, для Гегеля, например, сущностью человека была духовность. Именно духовный принцип, в котором все должно найти свое окончательное объяснение, лежит в основе бытия вообще, в сущности человека в частности1.
З. Фрейд отождествлял сущность человека с витальными, в частности, сексуальными проявлениями. А. А. Ухтомский подчеркивал, что каждый отдельный факт жизни и деятельности человека превращается в значимое событие культуры, связанное «мировыми линиями духовных взаимозависимостей с многообразием других фактов"1 2.
Но сегодня, как уже отмечалось, мы понимаем, что человек через личную практическую и духовную деятельность сам принимает участие в формировании своей сущности. Она не предоставляется извне и не укладывается у него в виде заданных моделей, а формируется в процессе поисков человеком форм самореализации и способов самоутверждения в универсуме бытия.
Если имеющиеся культурные концепты, усвоенные в процессе инкультурации, не удовлетворяют человека, он изменяет направление духовных исканий и обращается к формам культуры, которые имеют иррациональную религиознодуховную природу. Заявляет о себе духовная свобода, которая формируется в сущности культурного сознания и отражает волю человека к духовному усовершенствованию, сориентированную на высшие идеалы бытия. Свободное духовное «Я» активно противостоит жестким натискам усвоенных социокультурных предписаний и в процессе определенности на высших стадиях инкультурации (как
С. 24.
1 Гегель Г. — В. Философия духа // Энциклопедия философских наук. Т. 3. М.: Мысль, 1977.
2 Ухтомский А. А. Письма. Пути в незнаемое. М., 1973. С. 399.
НАУКА. ИСКУССТВО. КУЛЬТУРА
Выпуск 1(5) 2015
95
результата собственных неустанных духовных усилий, независимо от мира) выходит на понимание своих перспектив относительно последующих духовных восхождений3 4.
Понимая, что его существование — это всегда бытие на грани, которая отделяет возможность падений от возможности дальнейших взлетов, человек постоянно находится в поисках тех смыслов своей жизни, которые бы способствовали его самоутверждению, помогая бороться с собственным несовершенством. Чем заметнее в обществе признаки кризиса, тем сложнее личности ориентироваться между противоречивыми друг другу ценностными системами и духовными императивами с целью правильного для нее выбора. А это, в свою очередь, еще раз подтверждает, насколько необходимыми и важными для личности являются культурологические характеристики текстов и феноменов культуры, особенно ее высших форм.
К культурным текстам, которые олицетворяют наивысшие достижения мысли о христианской модели морально-духовного бытия, относится, в частности, Новый Завет, в который вошло 27 произведений, — четыре Евангелия (от Матфея, Марка, Луки, Иоанна), книга «Деяния святых Апостолов», двадцать одно послание апостолов и «Откровение Иоанна Богослова» или Апокалипсис. Появившись в период с 50 по 120 г., они были впоследствии канонизированны и получили статус священных книг христианства.
В отличие от Ветхого Завета Новый Завет дает нам принципиально другую систему норм и ценностей, которая стала религиозно-моральной основой многих морально-этических, философско-культурологических, правовых концепций
европейских мыслителей. Евангельские тексты, притчи Христа, размышления апостолов определяют картину нового мировоззрения человека.
В отличие Ветхого Завета, где закон, данный Богом, представлен как правило морали, требующее от человека только внешнего послушания для исправления первородного греха в нарушение внутренней связи между Богом и человеком, который сам захотел познавать мир и обустраивать свое бытие, Новый Завет восстанавливает внутреннюю связь человека и Бога. Взаимоотношения человека в обществе рассматриваются, исходя из мотивов его поступков, то есть по совести, по внутреннему критерию. Невзирая на первородный грех, человек получает возможность достигнуть нравственного совершенства благодаря усилиям и работе собственного сердца. Бог Ветхого Завета обращен через Закон к избранному народу, Бог Нового Завета — к каждому человеку, который через свободную волю может приблизиться к Богу. Человеку необходимы ориентиры, которые бы указывали путь к собственному совершенству. Ему нужен стержень вокруг которого могли бы развиваться личность и общество. Такие ориентиры для духовного возрождения он находит в Нагорной проповеди Иисуса Христа где раскрывается сущность бытия и сущность веры человека, способного через приближение к Богу осознать самого себя.
Творцы Нового Завета трактуют все важнейшие социально-философские, этико-правовые вопросы, которые волновали культурное, моральное, правовое сознание людей переходной исторической эпохи. Речь идет о добре и зле, власти и
подчинении, государстве и личности, насилии и воспитании, обязанности и
4
ответственности, пороке и злодеянии.
3 Зелюко Л. 1нкультуращя християнства в контексп авраа]шчних релтй / Л. Зетско // Авраашчш релт! в Укрш'-ш: iсторiя, етнокультурш взаемовпливи, мжконфесшт взаемини: матерiали науково! конференций Галич, 25 травня 2013 року. — Галич: 1нформацшно-видавничий ввддш Нацюнального заповщника «Давнш Галич», 2013. С. 477.
4 Бачинин В. А. Морально-правовая философия / В. А. Бачинин. Харьков: Консум, 2000. С. 17.
96
НАУКА. ИСКУССТВО. КУЛЬТУРА
Выпуск 1(5) 2015
Из позиции новой системы нормативно-ценностных критериев много прежних привычных стереотипов поведения стали выглядеть бессодержательными и аморальными. Само христианство благодаря учению об олицетворении Бога в человеке и присутствии Святого Духа среди верующих дало человеческому сознанию свободное понимания и познание духа в его абсолютной бесконечности. В качестве первого и самого простого определения духа мы найдем, что он есть «Я"5. Таким образом, у человека появился шанс вырваться из плена зла и возродиться для настоящей, моральной жизни. И этот шанс ему дает учение Иисуса Христа. Если твердо придерживаться Заветов Сына Божьего, возможность духовно-морального возрождения для человека становится реальностью.
Иисус Христос в своих притчах и проповедях, переданных евангелистами, сформулировал важнейшие императивы своего духовно-этического учения. Он не отрицал моральный опыт Ветхого Завета и требовал неуклонного выполнения десяти заповедей (декалога) Моисея. «Не подумайте, что Я пришел упразднить Закон или Пророков» (Матф. 5, 17), — говорил он. Но заповеди Моисея, которые основывались на страхе Божьем, воспринимались Христом лишь как этическая «программа-минимум». Это была система запрещений и предписаний поведения, что лишь ставили препятствия на пути к порокам и преступлениям, но не давали человеку необходимых моральных сил для победы над злом, которое было вокруг и внутри человеческого естества. Не отрицая заповедей Торы, а лишь отталкиваясь от них, Христос ставит перед людьми новые этические «сверхзадания», открывает новые ценностные перспективы. Изложив ту или другую ветхозаветную заповедь («Сказано древними… «), Христос формулирует свои моральные требования («А Я говорю вам… «), значительно более сложные, наполненные духовно-этическим содержанием, которые требуют от человека совершенствовать свой внутренний мир, быть ответственным за свои поступки. Так, заповедь «Не убей» Христос дополняет требованием, которое запрещает посягать не только на жизнь, но даже на достоинство другого человека: «Что всякий, гневающийся на брата своего напрасно, подлежит суду- кто скажет: «безумный», подлежит геенне огненной» (Матф. 5,22).
К заповедям «Не прелюбодействуй» и «Не кради» добавляется новая: «Если же правый глаз твой соблазняет тебя, вырви его, … и если правая твоя рука соблазняет тебя, отсеки ее и брось от себя» (Матф. 5, 29−30). Принимая во внимание традиционное предписание «Люби ближнего твоего и ненавидь врага твоего», Христос приходит к формулировке принципиально нового морального императива, который разрушает всю систему привычных представлений: «Любите врагов ваших». Ветхозаветному талиону, сформулированному в «Пятикнижии», что говорит: «Если нанесен вред, то затребуй душу за душу, глаз за глаз, руку за руку, ногу за ногу, ожог за ожог, рану за рану, удар за удар», Христос противопоставляет новое моральноэтическое предписание, которым призывает безропотно сносить зло, не противиться ему насилием, обнаруживать терпение и смиренность: «Не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щеку твою, поверни к нему и другую». Это значит, что человек должен быть выше зла, не опускаться к нему, не отвечать на него аналогичным действием и тем самым способствовать тому, чтобы не увеличивать общее количество зла на земле, а искоренять зло своей добротой и каждому требующему дать то, что ему так необходимо. Не месть, но доброта, покрывающая зло, должна восторжествовать. Молитва за врага — вот самое глубинное проявление доброты
5
Гегель Г. — В. Философия духа // Энциклопедия философских наук. Т. 3. М.: Мысль, 1977.
С. 34.
НАУКА. ИСКУССТВО. КУЛЬТУРА
Выпуск 1(5) 2015
97
человека к другому человеку. Христос говорит, что именно так человек сможет уподобиться Богу, потому что только Бог прощает зло каждому человеку, Бог дает свои дары и добрым, и злым. Христос призывает возлюбить ближнего как самого себя потому, что в каждом человеке есть образ Божий, каждый человек способен размышлять и чувствовать жизнь. Г осподь этими словами говорит о том, что каждый человек — это самоценная свободная личность перед Богом, говорит о внутреннем достоинстве человека, потому что каждого Он одарил дарами духовными и различными умениями, чтобы человек мог проявить их6.
Христос призывает: «Не судите, да не судимые будете», «Если кто-то захочет судиться с тобой и взять у тебя рубашку, отдай ему и верхнюю одежду». При этом он убеждает нас: «Кто унижает себя, тот поднимется, а кто подносит себя, тот унижен будет». Призывая выполнять заповеди Ветхого Завета, Христос в то же время приглашает идти за ним дальше. Его моральные требования являются намного сложнее от традиционных, так как невзирая на полностью неопровержимые предписания, которые выходят от наивысшего, абсолютного авторитета, они требуют от человека определенного внутреннего состояния души, веры, стремления достигать того духовного идеала, который задан Богом и является олицетворением всего самого ясного, доброго и умного. Поэтому, требуя от людей любви друг к другу, Христос не желает слушать никаких отрицаний, что такая любовь невозможна. Свое задание он видит в том, чтобы определить важнейший моральный императив, на который можно было бы направить свой взгляд, помыслы своего жизненного пути. Для человека, который верует искренне и твердо, немыслима ситуация пренебрежения божественными заповедями. Ведь Бог стал человеком, чтобы человек стал Богом (Св. Василий Великий). Бог обращается к личности человека и находит там собственное отражение, нечто такое, что является индивидуальностью человека, что создано самим человеком и приближает его к Богу — источнику света и истины.
В Христе, как в абсолютной личности (Логосе) оказываются снятыми все относительные противоречия мышления и бытия, замечает Е. В. Спекторский. Христианство — это «трансцендентный идеализм», который воспринимает действительность в том виде, в котором она дается, и стремится поднять ее до уровня всеобщей духовной действительности (через идею Царства Божьего как полноты духовного бытия мира и человека)7.
Как видим, необходимость культурологического назначения религиозного сознания для мышления, сориентированного на философское восприятие бытия, не вызывает никаких сомнений. Из всех исторических мировоззренческих систем только христианство может восприниматься идеализмом в его наиболее совершенной духовной форме, то есть в форме мысли как таковой8.
Культура человека, по мнению О. Шпенглера, это история общения человека и Бога. И там, где кончается культура, начинается цивилизация, именно там человек убивает Бога и вместо Бога человек обнаруживает в глубине пустоту и страх9. Почему вместо Бога в душе появляется Ничто? Ответ на этот вопрос ми тоже находим в Нагорной проповеди: «Никто не может служить двум господам: ибо или одного будет
6 Платонова Э. Е. Основы христианской культуры / Э. Е. Платонова // Конспект лекций по культурологии: Высшее образование. М. АЙРИС ПРЕСС, 2003. С. 111.
7 Спекторский Е. В. Христианство и культура / Е. В. Спекторский / Сост., вступ. Статья и примеч. П. Е. Бойко, Л. А. Бойко. М.: Центр стратегической конъюнктуры, 2013. С. 8.
8 Там же, с. 10.
9 Шпенглер О. Закат Европы / О. Шпенглер. М.: Мысль, 1993. С. 152.
98
НАУКА. ИСКУССТВО. КУЛЬТУРА
Выпуск 1(5) 2015
ненавидеть, а другого любить- или одному станет усердствовать, а о другом не радеть. Не можете служить Богу и мамоне» (Матф. 6: 24).
Итак, важнейшие моральные императивы Нового Завета сосредоточены в Нагорной проповеди Христа. В ней он говорит о препятствиях на пути человека к осуществлению взаимоотношений, которые строятся на идеалах любви и добра. Такими препятствиями становятся проявления к постоянному обогащению, к комфортной жизни, к его материальному обеспечению на будущие времена, а также склонность многих людей к лицемерию, жестокосердию, осуждению ближнего. Следует помнить, что душа, внутренний мир человека гораздо важнее телесных удовольствий.
В Нагорной проповеди сформулирован идеал морального поведения, отображенный в ряде заповедей, каждая из которых обращена к «блаженным» (тем, кто в наибольшей степени приблизился к праведности):
— Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю-
— Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо они насытятся-
— Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут-
— Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят-
— Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими-
— Блаженны изгнанные за правду, ибо их есть Царство Небесное. (Матф. 5, 510).
Евангельскую духовную императивность обобщает «золотое правило нравственности»: «Следовательно, во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними» (Матф. 7, 12).
Важно понять, что в Новом Завете предложены христианские ценности социально-этического содержания, которые утверждают императивы любви, милосердия, добра. В то же время, Христос говорил, что он пришел не нарушать Закон, а выполнить его. Это значило, что предложенные им нормативно-ценностные принципы не отрицали те основы нравственности и правопорядка, которые уже существовали в человеческом обществе. Христос призывал лишь к тому, чтобы существующие социокультурные, правовые отношения между людьми максимальной мерой были наполнены морально-духовным содержанием. Для него идеалом является полная тождественность морального, этического, правового, источник которой — в вере в божественное происхождение и высокое назначение человека.
Христос не отрицает идею суда относительно человеческих поступков. Но суд он понимает не так, как объясняет его «право Моисеево» Ветхого Завета или римское право, то есть не как меч дамоклов, который падает на голову виновного. Для него суд — это, в первую очередь, суд Божий как суд собственной совести, поскольку идея грядущего Царства Божьего находится внутри нас, в человеческом сердце.
Путь, означенный Христом, ведет человека к полной свободе, которая определяется волей к духовному усовершенствованию, к установлению духовных отношений с другими людьми. Субстратом духа является свобода. Истина, как сказал Христос, делает дух свободным- свобода делает его истинным10.
Человек всегда выбирает, отдавая чему-то предпочтение. И выбор этот совершается между разными по своей природе проявлениями — желанием и потребностями тела или же желаниями и потребностями души. Телесная природа человека требует удовлетворять те потребности, которые соблазняют его, являются
10
Гегель Г. — В. Философия духа // Энциклопедия философских наук. Т. 3. М.: Мысль, 1977.
С. 342.
НАУКА. ИСКУССТВО. КУЛЬТУРА
Выпуск 1(5) 2015
99
видимыми, конкретными. И именно свобода выбора — это великий дар и великая способность принять решение и выбрать между одними и другими своими желаниями.
«Узкий путь» человека к Богу заключен именно в том, что человек должен отказаться от всего видимого многообразия ради того, что можно только ощутить и осознать, то есть ради того, что образа не имеет. Г осподь облегчил человеку задачу -человек может найти Образ Бога- Господь родился, соединились две природы: Божественная и человеская11. Именно этот выбор является проявлением свободы, которая дарована человеку о т Бога.
Вступая в борьбу с собственным несовершенством, из разного рода инстинктивно-импульсивными, аффектными движениями и порывами, которые унижают его достоинство, с деструктивными влияниями социального окружения, человек тем самым стремится к высшим формам духовности. Духовная свобода предусматривает неограниченную, ориентированную на высшие идеалы перспективу для духовных восхождений личности. В ней преобладает целевая детерминация, в результате которой свободное духовное «Я», исходя из собственных побуждений, приближается к избранным благородным целям.
Список литературы
1. Бачинин В. А. Морально-правовая философия / В. А. Бачинин. — Харьков: Консум, 2000. — 257 с.
2. Гегель Г. — В. Философия духа // Энциклопедия философских наук. — Т. 3. — М.: Мысль, 1977. -471 с.
3. Зелюко Л. 1нкультуращя християнства в контекст дiалогу авраа]шчних релит / Л. Зелюко // Авраашчш релии в Укрш'-ш: iсторiя, етнокультурш взаемовпливи, мiжконфесiйнi взаемини: матерiали науково! конференций Галич, 25 травня 2013 року. — Галич: 1нформацшно-видавничий ввддш Нацюнального заповщника «Давнш Г алич», 2013. — С. 475 — 480.
4. Платонова Э. Е. Основы христианской культуры / Э. Е. Платонова // Конспект лекций по культурологии: Высшее образование. — М. АЙРИС ПРЕСС, 2003. — С. 96−114.
5. Спекторский Е. В. Христианство и культура / Е. В. Спекторский / Сост., вступ. Статья и примеч. П. Е. Бойко, Л. А. Бойко. — М.: Центр стратегической конъюнктуры, 2013. — 360 с.
6. Ухтомский А. А. Письма. Пути в незнаемое. — М., 1973. — 498 с.
7. Шпенглер О. Закат Европы / О. Шпенглер. — М.: Мысль, 1993. — 671 с.
moral imperatives of new zavitu are in the processes of inkulturacii personality
L.I. Zelisko
Precarpathian National University of the name of Vasyl Stefanyk e-mail: lyuba. zelisko@ mail. ru
The offered is probed in New Zaviti new christian values of socialethics maintenance, which assert the imperatives of love, mercy, good. At the same time, Christ talked that he had come not to break the Law, but execute it. It meant that offered to them normatively valued principles did not deny those bases of morality and law and order, which already existed in human society. Christ called only to that existent sociokul'-turni,
11 Платонова Э. Е. Основы христиансткой культуры / Э. Е. Платонова // Конспект лекций по культурологии: Высшее образование. М. АЙРИС ПРЕСС, 2003. С. 107.
100
НАУКА. ИСКУССТВО. КУЛЬТУРА
Выпуск 1(5) 2015
legal relations between people by a maximal measure were gap-filling morally spiritual by maintenance. For him an ideal is a complete identity moral, ethics, legal, source of which — in a faith in a divine origin and high setting of man.
It will be that entering into a fight against own imperfection, from different family instinctively impulsive, by affect motions and gusts which humiliate its dignity, with destructive influences of social surroundings, a man the same heads for the higher forms of spirituality. Spiritual freedom foresees the unlimited, prospect oriented to the higher ideals for the spiritual ascents of personality. In it prevails having a special purpose determinaciya, as a result of which free spiritual «Ya», coming from own motives, heads for select noble aims.
Keywords: cultural competence, processes of inkul'-turacii, cultural phototypographs spiritual imperatives, ideals of love and good, spiritual freedom.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой