Идеологическое сознание индивида и общественная действительность

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Философия


Узнать стоимость новой

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

6. Кошелюк, М. РЯ как деятельность по управлению социальными контекстами / М. Коше-люк // www. princippr. ru/pub/prcon. html
7. Копичникова, А. П. Манипулирование мнением и поведением российского электората (политологический анализ) [Текст]: автореф. дис. … канд. полит. наук / А. П. Копичникова. -
М., 2005.
8. Овчинникова, М. А. Связи с общественностью как технологии президентской власти в США [Текст]: автореф. дис. … канд. полит, наук / М. А. Овчинникова. — М., 2002.
Э. А. Сергеева,
аспирант Мурманского государственного педагогического университета,
начальник организационного отдела филиала ФГОУ ВПО «Северо-Западная академия государственной службы» в г. Мурманске
ИДЕОЛОГИЧЕСКОЕ СОЗНАНИЕ ИНДИВИДА И ОБЩЕСТВЕННАЯ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬ
ходе коллективной деятельности и межчеловеческой коммуникации индивид стремится к познанию реальности, обладанию осмысленной картиной происходящего. Он пытается рационально и эмоционально воссоединить элементы своего социального и индивидуального опыта, ищет ответы на вопросы бытия, потому что в них оправдывается и его собственная жизнь. Но на пути к познанию индивид встречается со множеством помех, имеющих отношение к самой работе сознания. Давление на индивидуальное и массовое сознание, манипулирование сознанием почитается основным и фундаментальным для идеологии [1, с. 4−6].
Идеология обладала и обладает высокой социально-политической значимостью. Сколько бы ни писали в разные годы о «конце идеологии», история XX в. в целом свидетельствует о фантастическом росте ее эффективности и влияния, особенно в сочетании с воздействием современных средств массовой коммуникации. Кроме того, «социологизация» в понимании идеологии, видимо, была вызвана сочетанием исторических случайностей в теоретической судьбе этой проблематики.
Основа исходного анализа — марксовское понимание идеологии. Под какой же общей категорией проходит у К. Маркса всякое размышление об идеологии?
Для пояснения и уточнения термина «идеология» у К. Маркса почти всегда присутствует слово «иллюзия». В большинстве марксовских текстов «иллюзия» имеет своими контрагентами понятия «реальность» или «действительность», причем в постоянном и определенном отношении — реальность,
порождающая иллюзию о себе самой. Иначе — реальность, включающая в себя ею же порожденную иллюзию о самой себе. Или: идеология есть иллюзорное представление о реальности, вызванное данной реальностью и включенное в нее [2, с. 61].
Итак, идеология — самообман, иллюзия, порождаемая в человеческом прак-сисе, а не преднамеренная ложь и не «ложное сознание». Применительно к текстам «Немецкой идеологии» с этим сложно согласиться, поскольку К. Маркс постоянно использует понятие «идеологические иллюзии», имеющее в качестве противовеса слово «реальность».
Теоретически обоснованное отображение социальной реальности согласно марксизму подменялось предположением, что идеология классовых обществ была ненаучной, то есть выражала интересы господствующих классов. В XX в. эта гипотеза была модифицирована: провозглашалась смена частной и ложной (буржуазной) идеологии идеологией научной (коммунистической), выражающей гармонию интересов социальных слоев на экономическом базисе общественной собственности.
Научность этой идеологии оказалась иллюзорной и даже фальсифицированной. Но в данном случае интересен другой вопрос: можно ли очистить общественное сознание от идеологии, полностью деидеологизировать его? Иными словами, можно ли провозгласить и фактически положить конец идеологии?
Отношения между людьми, основанные на логике, сами собой создают некое прозрачное пространство сознания. В нем действуют простые и четкие жизненные ориентиры. С момента исчезновения идеологии из мышления и деятельности людей будут изжиты всякие идеологические моменты. Если это так, то нет нужды в идеологическом или идейном осмыслении путей развития общества. Г ипотеза деидеологизации общественного сознания содержит этот, не всегда ясно высказываемый и четко проговариваемый, мотив. Но он явственно звучит в коммерциализации образования и культуры, в отсутствии для нашей страны какой-либо общественной программы или «картины», позволяющей хотя бы «оживить» ценностные ориентации людей.
В идеологическом вакууме «поселились» разнообразные мифы: политические, экономические, культурные. Они не придали сознанию общества ни стройности, ни перспективы, а ценностные ориентации людей не нашли опоры и сам и утратил и см ысл.
Социологическое наследие К. Мангейма отмечается схожестью его взглядов с тем, что писал об идеологии К. Маркс. Такая связь действительно может быть прослежена.
Работа К. Мангейма «Идеология и утопия», где развернуто проанализирован феномен идеологии, представляет особый интерес. Тоталитарный строй поддерживался всепроникающей индокринизацией масс. Общество пережило длительный период нарастающей идеологизации [3, с. 462−463]. Вместе с тем в общественной практике складывалось крайне упрощенное представление о возможностях воздействия на умы людей. Предполагалось, что достаточно обратиться к человеку с набором логических доводов, чтобы превратить его в своего единомышленника. Если даже этого не происходило, то рождалось подозрение,
будто те, что не в состоянии воспринять очевидные и непогрешимые истины, имеют некий изъян в собственном сознании. Критический настрой мысли, присущий творческому человеку, потребность вступить в дискуссию оценивались как проявление инакомыслия. Податливое, конформистское сознание, напротив, идеализировалось. Производство социальных мифов было поставлено на поток.
В такой системе представлений и в самой социальной практике игнорировался феномен сознания, его многомерность, сложность. Не принималось в расчет и то обстоятельство, что мышление человека, по существу, вырастает из всей психологической структуры личности. Человек действует эффективно только тогда, когда каждый шаг его действия апробирован личным разумом, освящен его чувствами, вызван к жизни его персональной волей. Личность не может действовать, если в ее сознании не выстроилась относительно целостная картина мира.
Научный анализ К. Мангейма особенно актуален в свете многих проблем, которые волнуют сегодня общество. Оно никогда не вырвется из оков идеологических постулатов, идеологических сетей, если не будет решать свои проблемы в одномерном направлении мысли. Но все богатство и многообразие совокупного духовного опыта не может вылиться в нечто одномерное, ибо само по себе это исключает идею многообразия. В целом ход рассуждений К. Мангейма, его общие теоретические посылки, прогностический пафос не утратили своего значения.
К. Мангейм делает акцент на функциональном значении идеологии. По его мнению, идеология — совокупность хотя и искаженного знания о действительности, но имеющего целью сохранить существующий порядок вещей [3, с. 460]. Идеология вводит в повседневное сознание людей идею времени, стратегический прогноз, задает образную или понятийную панораму целей, вместе с тем разворачивает поле смыслов, притязаний, надежд. Это поле открыто для сознательной и рациональной проработки, оно может быть структурировано, в нем могут быть определены возможные модификации существующих культурных стандартов, точки схода различных общественных интересов, «узлы» возможных социальных конфликтов.
Наличие этой идейной проекции социального процесса является условием нормального напряжения, наполненности, ориентированности человеческого сознания. Культурная функция идеологии не в том, что она — логос, а в том, что она — топос, образ, идея человеческого сознания, выходящего за рамки узко понятого настоящего, натуралистически представленной реальности. Идеология стимулирует проективную работу сознания общества, сознания людей.
Общество создает идеологию, чтобы задать направленность и пространство развертыванию сознания. Оно создает науку, чтобы специализировать и наращивать познавательную деятельность, и именно в этом видит ее социальную задачу.
Невозможно говорить об идеологии, сознании общества и индивида без понятия «отчуждение». Отчуждение, по К. Марксу, означает, что человек в своем освоении мира не узнает себя самого как первоисточника, как творца, а
мир кажется ему чужим, посторонним по отношению к нему. Они, как предметы, ему противостоят, хотя могли бы быть созданы им самим. Отчуждение означает восприятие мира (и себя самого) пассивно, разорвано, в отрыве субъекта от объекта.
Понятие «отчуждение» было введено в философию Г. В. Ф. Гегелем. Для него история человека была одновременно и историей человеческого отчуждения. Для К. Маркса, как и для Г. В. Ф. Гегеля, понятие «отчуждение» базируется на разнице между сущностью и существованием, на том факте, что человеческое существование отделено (отчуждено) от его сущности, что человек в наличной действительности представляет собой вовсе не то, что он есть в потенции, то есть он являет собой не того, кем он может и должен стать.
Понятие «превращенной формы» дает ключ к анализу сознания на различных его уровнях. Применяя данный термин, К. Маркс сумел поставить явления общественного (и индивидуального) сознания в систему социальной деятельности. Это понятие позволяет вывести духовные, идеологические образования из их материально-социальной основы, а не сводить их к ней, ложно предполагая зеркальное отображение общественных структур в идеологических, культурных, выявить постоянно меняющееся отношение между автоматическим и сознательным в общественном поведении и действии, проникнуть в особенности функционирования личностных структур, складывающихся из ассимиляции индивидом общественных культурных систем.
В свете идеологических отношений К. Маркс интерпретировал превращенную форму как ложное сознание, то есть не как субъективное индивидуальное заблуждение, а как общественно необходимую видимость отношений, воспроизводящуюся в представлениях их агентов. Именно превращенные формы действительных отношений являются содержанием мотивов, побуждений к действию непосредственных агентов общественных отношений [4, с. 94].
В рамках понимания сознания в качестве главного отличительного признака человека именно в идеологической нормативности больше всего проявляется собственно человеческий способ существования живого. Если естествознание в своей субъективности нейтрально, а политика и право сугубо прагматичны, то идеология изначально предвзята, будучи безусловным оправданием существования одной жизни за счет другой.
Что касается влияния идеологии, то негативна не сама по себе идеология -без нее нет и быть не может ни общества, ни человека- индивид — существо социальное и политическое, поскольку живет в обществе и оценивает общество и его явления. Другое дело — какова эта идеология, каков ее характер. А они могут быть различны: демократические, авторитарно-тоталитаристские, неразвито-обыденные, интеллектуально-теоретические, объективистские или субъективистские, монистические или плюралистские и т. п. Возможно достижение идеологией степени максимально объективного отражения социальной действительности и почти полное слияние интересов субъекта объективного знания с интересами субъекта идеологии.
В концепции К. Мангейма, как и других представителей деидеологизации, много верного. Однако их стремление вообще перечеркнуть идеологическое
сознание как необходимую сферу общественной жизни выглядит неубедительно. Наличие идеологий (классовых, государственных, национальных) — это реальность, с которой следует считаться. Дело, по-видимому, не в ликвидации идеологии как таковой, а в создании условий, при которых она не выходила бы за пределы своего прямого предназначения и сферы действия.
Таким образом, идеология есть такое отношение, когда сущность и явление меняются местами- когда явление выставляется за сущность, а сущность выдается за явление. В этом и заключается идеологический подход. Значит, все, что производное, должно рассматриваться как производное, а все исходное — как исходное.
Кроме того, идеология — не выдумка, не заблуждение индивидов или отдельного общества. Она является исторически необходимой формой развития- через идеологическую форму нужно пройти. Не следует новую форму идеологии рассматривать как случайную. В противном случае это будет идеологическое отношение к идеологии, а не научный взгляд на нее.
Понимание, осознание, познание чего-то — это не вневременной и внепро-странственный акт. Сам процесс понимания, познания, истины — исторический процесс. А значит, здесь соединяются две вещи воедино: с одной стороны, реальное существование развития, которое приобретает идеологическую форму с необходимостью, и, с другой стороны, осознание этого процесса.
Если бытие действительно определяет сознание, если сознание определяет форму, то содержание должно проделать определенное развитие, прежде чем достигнет осознания своей формы. Значит, идеологическая форма является исторически неизбежной. Весь исторический характер развития общества является идеологическим, потому что его собственный закон, действующий в самом этом обществе, в соотношении моментов общества, выступает на различных ступенях своего развития, только в виде явлений, в форме проявлений.
Библиографический список
1. Дилигенский, Г Г Марксизм и проблемы массового сознания [Текст] / Г. Г. Дилигенский // Вопросы философии. — 1983. — № 11. — С. 3−15.
2. Баллаев, А. Б. Метод «преобразующей критики» в «Немецкой идеологии» [Текст] / А. Б. Бал-лаев // Читая Маркса. — М., 2004.
3. Мангейм, К. Идеология и утопия: Диагноз нашего времени [Текст] / К. Мангейм. -М., 1994.
4. Бухаров, А. С. Концепции деятельности в социологии К. Маркса и М. Вебера [Текст] / А. С. Бухаров. — М., 2002.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой