Мотив травестии благородного разбойника в русской и украинской литературах і пол.
ХІХ века

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Литературоведение


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

МОТИВ ТРАВЕСТИИ БЛАГОРОДНОГО РАЗБОЙНИКА В РУССКОЙ И УКРАИНСКОЙ ЛИТЕРАТУРАХ І ПОЛ. ХК ВЕКА
А. А. Николова Кандидат филологических наук,
доцент,
Запорожский национальный университет, г. Запорожье, Украина
Summary. The article deals with the motive of noble robber'-s travesty in Russian and Ukrainian literature of the 1hf. 19th century. We analyze works of G. Kvitka- Osnovyanenko, O. Somov, A. Pushkin, V. Narezhny. The article also made conclusions about the reasons for the popularity of this motif.
Keywords: motif- tradition- literary type- noble robber.
«Благородный разбойник» — устойчивый оксюморон, традиционно использующийся для характеристики персонажей определенного типа, распространенного в фольклоре и литературе. Отличительными чертами соответствующего образа являются, как правило, вынужденный статус преступника (следствие несчастливого стечения обстоятельств, обиды, клеветы и т. д.), избирательный подход к выбору жертвы (грабит только богатых), благородное отношение к слабым и бедным, изобретательность, находчивость. Благородными разбойниками считаются Робин Гуд (шотландский фольклор), Карл Моор (Ф. Шиллер), Ринальдо Ринальдини (К. А. Вульпиус), Дубровский (А. С. Пушкин), Локсли и Роб Рой (В. Скотт), Довбуш (Ю. Федькович, И. Франко, Л. Первомайский), Гаркуша (В. Нарежный, О. Сомов, Г. Квитка-Основьяненко) и др.
У большинства из вышеперечисленных литературных персонажей есть хорошо известные исторические прототипы. Их деятельность, осмысленная народным сознанием как борьба с социальной несправедливостью, нашла отражение в народных балладах, исторических песнях, легендах.
Образы благородных разбойников неоднократно становились предметом научного интереса. Так, например, Т. Грюневальд раз-
деляет всех персонажей-преступников на «вульгарных» (жестоких и корыстных) и «благородных» (движимых высокими целями, борющихся за справедливость) [2, с. 164].
Особенной популярностью, начиная еще со П пол. Х! Х в., пользуется «разбойничья тема» среди русских фольклористов: ей посвящены статьи И. Беллюстина «Разбойники прошедших веков» (1853 г.), Н. Аристова «Предания о разбойниках» (1864 г.), работы, рассматривающие циклы о Кудеяре (А. Шептаева, А. Крупп), Ермаке (А. Лазарева, В. Блажес, Т. Тумилевича) и др. «Комплексное исследование разбойничьих преданий было предпринято в монографии В. К. Соколовой „Русские исторические предания“ (1970), где предания о среднерусских разбойниках были рассмотрены в рамках цикла о „благородных“ разбойниках» [9]. В дальнейшем дифференциация народных преданий соответствующего содержания на две группы — о «благородных» и «собственно» разбойниках — становится традиционной (работы Л. И. Гридневой, Я. Р. Кошелева, В. Панькиной, М. Р. Ульяновой и др.) [9].
«Разбойничья тема» русского романтизма (ее личностно-ак-сеологический аспект) рассматривается в диссертации Н. Жилиной [3], украинской литературы ! пол. Х! Х в. — в исследованиях Н. Петриченко [6], М. Антоновской [1], Д. Чика [10].
Большинство вышеперечисленных исследователей обращают внимание именно на конкретно-историческую основу историй о благородных разбойниках. Однако, на наш взгляд, не следует игнорировать и вневременной аспект: фольклорные произведения, а также созданные с ориентацией на них романы и новеллы отражают трансформированные в соответствии с народными (впоследствии — индивидуально-авторскими) представлениями образы, которые закономерно получают осмысление в контексте культурно-литературной традиции, общечеловеческих обобщенных категорий, мифологем и архетипов.
При рассмотрении вопроса с этой позиции тип благородного разбойника соотносится с мифологической фигурой трикстера, имеющей амбивалентную природу: данный персонаж также сочетает в себе противоречия (он — «добрый злодей»), занимая промежуточное положение между миром обычных людей и преступников.
Поведенческий канон благородного разбойника, так же как и в случае с трикстером, предполагает всевозможные проделки, авантюры, обман и закономерно — визуальную смену облика, переодевания, игру с различными ролями. Так, например, тот же Робин Гуд при необходимости превращается то в старуху («Робин Гуд, старуха и епископ»), то — в монаха («Робин Гуд молится богу»), то — в бедного пастуха («Робин Гуд и епископ Герфорд»).
При этом, несмотря на значительное количество серьезных работ, посвященных «разбойничьей теме», вопрос о роли в ней травестии остается за границами внимания исследователей, что и обуславливает актуальность данной статьи, цель которой — доказать традиционность мотива переодевания благородного разбойника в русской и украинской литературах ! пол. Х! Х в.
Одним из наиболее популярных благородных разбойников в произведениях указанного периода является, конечно, запорожец Семен Иванович Гаркуша (Николаенко) — атаман отряда, действовавшего во П пол. XVIII ст.: «Гайдамак» О. Сомова, «Гаркуша, малороссийский разбойник» В. Нарежного, «Предания о Гарку-ше» Г. Квитки-Основьяненко.
Несмотря на существенно различные варианты индивидуально-авторских интерпретаций данного образа, у всех писателей используются мотивы травести и притворства.
Так, например, у Г. Квитки-Основьяненко Гаркуша представляется сначала купцом («человеком, живущим промыслами и оборотами» [4, с. 303]), проезжим помещиком, ищущим «искусного поверенного» [4, с. 312], а потом — старым генералом [4, с. 321]. В произведениях В. Нарежного и О. Сомова разбойник предстает богатым шляхтичем [5], [8, с. 57], а в «Гайдамаке» -еще и нищим [8, с. 68]. Переодевание позволяет Гаркуше наилучшим образом устроить нападение своего отряда, выведать истинное отношение к нему собеседников, помочь беднякам.
В незавершенном романе В. Нарежного мотив травестии благородного разбойника представлен в двух версиях: в первом случае роль поляка играет сам Гаркуша, а во втором — красавица Олимпия, которая выдает себя за лесного атамана. В данном случае имеем дело с одним из вариантов распространенных в народ-
ном эпосе и литературе историй о «девушке-воине», сменившей женскую одежду на мужской костюм вследствие обрушившихся на нее несчастий. «И. П. Созонович пишет, что из европейских ученых первым обратился к песням о девушке-воине итальянец Константин Нигра, он отметил их следы на всём пространстве южной Европы, от Португалии до России. Найдя эти песни в Италии, Испании, Сербии, Греции и других странах, К. Нигра предположил, что родиной сюжета был юг Франции, Прованс, потому что истории известно около десяти француженок, которые, как Жанна Д'-Арк, надев мужскую одежду, стали воинами. Из Прованса сюжет перешел на Пиренеи, затем на Аппенины, далее — в Грецию, в славянские страны. И. П. Созонович называет других ученых, которые записывали или комментировали сюжет о девушке-воине — это В. Вольф, Р. Кёлер, Н. Беллерман, Г. Видтеп, О. Миллер, В. Миллер, В. Антонович, М. Драгоманов и другие. Отмечено бытование сюжета во всех странах Европы, включая Прибалтику, Белоруссию, Украину, Россию, а также в Индии, Китае. И. П. Созонович скептически пишет о романских истоках сюжета и ставит задачу поискать эти истоки в славянских землях» [7, с. 9].
Сюжет о приключениях переодетой девушки у В. Нарежного завершается ее разоблачением и замужеством (Олимпия становится женой настоящего атамана — Гаркуши).
Не менее, а, пожалуй, даже и более, чем Гаркуша, известен образ еще одного благородного разбойника литературы ! пол. Х! Х в. — Дубровского («Дубровский» А. Пушкина). С ним также связан мотив травестии: желая свести счеты со своим врагом Троекуровым, дворянин Владимир избирает роль учителя-француза и нанимается к нему на службу. Сюжетная ситуация «герой ради мести прибегает к обманному снижению статуса» также является традиционной в литературе («Девушка с кувшином» Лопе де Вега, «Севильская куница» А. де Кастильо-и-Солороано, «Вадим» М. Лермонтова и др.).
Таким образом, можно сделать вывод о распространенности мотива травестии благородного разбойника в русской и украинской литературах ! пол. ХГХ в. Среди факторов, обуславливающих популярность феномена, целесообразно отметить амбивалентную приро-
ду данного типа, функционально близкого трикстеру, традиционно имманентную авантюрным сюжетам склонность к обыгрыванию ситуаций с переодеваниями, а также — романтический характер соответствующей литературы. Такие подмены являются одной из частных форм выражения присущих романтическому мироощущению иллюзорности бытия представлений о двойственной сущности явлений, несоответствии видимого и истинного.
Библиографический список
1. Антоновська М. Повість Т. Г. Шевченка «Варнак» та український літературний контекст І п. ХІХ ст. URL: http: //philology. kiev. ua/lib-rary/zagal/Literaturoznavchi_studii_201131/013018. pdf.
2. Grunewald Th. Bandits in the Roman Empire: Myth and Reality / tr. by J. Drinkwater. — London — N.Y., 2004.
3. Жилина Н. П. Концепция личности в русской литературе первой трети ХІХ века в свете христианской антропологии: автореф. дис. … канд. филол. наук: 10. 01. 01. — М.: Лит. ин-т им. А. М. Горького, 2010. — 30 с.
4. Квитка-Основ'-яненко Г. Ф. Предания о Гаркуше // Зібрання творів у 6 томах. Т. 4. — Київ: Наукова думка, 1981. — С. 290−367.
5. Нарежный В. Т. Гаркуша, малороссийский разбойник. URL: http: //az. lib. ru/n/narezhnyj_w/text_0030. shtml.
6. Петриченко Н. Г. «Благородні розбійники» в образній системі фундаментальних історичних творів в українській, польській, російській літературі першої половини ХІХ ст. // Мова і культура. — К.: Видавничий дім Дмитра Бураго, 2008. — Вип. 11. — Т. І (113). — С. 261−266.
7. Прутова Н. В. Травестия в русской житийной литературе и эпосе: авто-реф. дис. … канд. филол. наук: 10. 01. 01. — Екатеринбург: Урал. гос. ун-т. им. А. М. Горького, 2002. — 16 с.
8. Сомов О. М. Гайдамак // Были и небылицы. — М.: Советская Россия, 1984. — С. 36−86.
9. Турусов И. В. Предания о Кузьме Рощине в фольклоре, литературе и
лубке: дис. … канд. філол. наук: 10. 01. 09. — Нижний Новгород, 2006. -211 с. URL: http: //www. dslib. net/folklor/predanija-o-kuzme-rowine-v-
folklore-literature-i-lubke. html.
10. Чик Д. Ч. Образ «благородного розбійника» в українській та англійській прозі І-ї п. ХІХ ст. URL: http: //www. academia. edu/4 151 776/.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой