Музыкально-стилевые особенности свадебных песен нижнечепецких удмуртов

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Искусство. Искусствоведение


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

124
ВЕСТНИК УДМУРТСКОГО УНИВЕРСИТЕТА
УДК 398.8 (=511. 131) И.М. Нуриева
МУЗЫКАЛЬНО-СТИЛЕВЫЕ ОСОБЕННОСТИ СВАДЕБНЫХ ПЕСЕН НИЖНЕЧЕПЕЦКИХ УДМУРТОВ
Описывается музыкальный код свадебного обряда трех субтрадиций нижнечепецких удмуртов: слободских и унинских (Ватка и Калмез). Материалом для исследования послужили собственные полевые записи двух фольклорных экспедиций (1999, 2002). Приводится музыкальная терминология, дается описание свадебного обряда и костюмного комплекса. Основные особенности музыкального стиля песенной традиции исследуемой диаспоры раскрыты в контексте всей северно-удмуртской традиции. Особое внимание уделено анализу ритмики свадебных песен, который позволил сделать вывод о самостоятельности исследуемой традиции.
Ключевые слова: нижнечепецкие удмурты, музыкальный код, ритмика, свадебные песни, напев третьего дня, песенная терминология.
Отечественное этномузыковедение последних десятилетий развивается в русле провозглашенной еще в 30-е гг. прошлого столетия К. В. Квиткой и развитой впоследствии в трудах Е. В. Гиппиуса идеи ареальных исследований. Удмуртская музыкальная фольклористика, переживая этап активного «накопительства» материала, успешно продвигается в этом направлении, о чем красноречиво свидетельствуют шесть томов песенной антологии «Удмуртский фольклор», составленной по локальному принципу. Вместе с тем основное внимание музыковедов направлено на южных удмуртов. Северно-удмуртский песенный фольклор представлен в серии единственным сборником М. Г. Ходыревой «Песни северных удмуртов» (1996) — отсутствуют отдельные монографические исследования, посвященные традиционному музыкальному искусству северных удмуртов- до сих пор не выявлены точные границы отдельных северно-удмуртских песенных традиций, как, впрочем, и не определена основная граница между южными и северными удмуртами. Традиционная песенная культура кировских удмуртов также специально не исследовалась, хотя отдельный корпус песен опубликован в сборниках М. Г. Ходыревой и Р. А. Чураковой [4- 5].
Песенная культура удмуртов Кировской области представляет собой яркое, самобытное явление. Она распадается на две самостоятельные локальные группы: северную — нижнечепецкую (Унин-ский, Фаленковский, Зуевский, Слободской р-ны) и южную (Вятско-Полянский, Малмыжский р-ны).
Традиционная культура нижнечепецкой удмуртской вятской диаспоры, которая является предметом настоящего исследования, примыкает к северно-удмуртской песенной традиции (о чем, в частности, свидетельствует наличие в жанровой системе кировских удмуртов вокально-текстовых импровизаций на припевные слова крезь), но по отдельным чертам ее можно выделить в самостоятельную стилевую традицию. Например, если северные удмурты метрополии для обозначения импровизируемых и сюжетных песен пользуются двумя различными терминами крезь и мадь, то основную терминологическую нагрузку в кировской традиции несет народный термин крезь. Термин мадь в качестве обозначения сюжетной песни отсутствует вообще. Сюжетные песни, как с удмуртским, так и русским текстом, местные удмурты называют либо крезь, либо вераса крезь (буквальный перевод '-напев со сказыванием'-, т. е. напев со словами, с текстом). Напевы на припевные слова могут иметь уточняющие названия нёръяса крезь (протяжно пропевая), зыл/зылак крезь (междометное слово, обозначающее плавное, ровное движение) или вератэк крезь (букв. '-напев без сказывания'-, т. е. напев на при-певные слова).
Нижнечепецкая песенная традиция не является монолитной и распадается на несколько вполне самостоятельных локальных субтрадиций. Четкому членению способствует сохранившееся до наших дней в сознании местных удмуртов разделение на два племенных образования — Ватка и Калмез, представляющее огромный интерес не только для музыковедов, но и для этнографов, историков, фольклористов-филологов. Наиболее явно эта дифференциация наблюдается в Унинском районе Кировской области, в котором удмурты-Ватка локализованы вдоль реки Коса, а соседние с ними удмур-ты-Калмезы — в бассейне рек Лумпун и Керзя — притоках р. Кильмези (см. карту1).
1 Карта составлена И. А. Косаревой [2].
_Музыкально-стилевые особенности свадебных песен… _125
ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ 2010. Вып. 4
Обе группы удмуртов отличают себя по языку: «Мы, Калмезы, как ижевские удмурты, разговариваем, а Ватка — как глазовские» (удмурты-Калмезы, Малый Полом). Еще несколько десятилетий назад каждая из групп удмуртов старалась избегать смешанных браков: удмурты-Ватка заключали браки с косинскими же удмуртами, Калмезы — со своими или удмуртами из Удмуртии. Наиболее зримый контраст проявляется в костюмном комплексе: белый домотканый холст с яркой вышивкой косинских удмуртов и пестрядь с преобладающим кирпично-красным цветом удмуртов-Калмезов (см. фото).
Женский костюм Женский костюм Костюмы слободских удмуртов
удмуртки-Калмез удмуртки-Ватка
Одно из основных отличий между северными удмуртами и нижнечепецкой диаспорой, на которое нам хотелось бы обратить внимание в настоящей статье, кроется в интонационно-звуковом наполнении свадебного обряда, в частности в музыкальной ритмике свадебных песен сюан крезь. Свадебный напев в традиции северных удмуртов метрополии выделяется из общей песенно-жанровой системы по ряду признаков: во-первых, его ладовую основу составляет ангемитонный звукоряд c d e g, более характерный для южных удмуртов, нежели для северно-удмуртской песенной культуры- во-вторых, ритмическая структура напева складывается из изоморфных музыкально-ритмических квантитативных стоп — ритмоформулы из трех восьмых и двух четвертей, что также сближает его с календарными и свадебными напевами южных удмуртов2. Наконец, этот напев перекрывает зоны отдельных локальных северно-удмуртских традиций и, по сути, является маркером всей территории северных удмуртов.
2 О значении этой ритмоформулы в удмуртской песенной традиции см. у И. М. Нуриевой [3. С. 213−223].
126_И.М. Нуриева_
2010. Вып. 4 ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ
Пример № 1. Сюан крезъ (свадебная песня северных удмуртов) [4. С. 22].
160
I
го-ди гот, го-ди гот, йа-лам, пэ, ги-нэ но, с'-у-ан ван'-, с'-у-ан ван'-, с'-у-ан ван'-.
__ вэ — ра — са___ _ _|!
'-ши т^ '-бтм'-1
шъ — дэ-лэ, пэ, шъ — дэ — лэ, ай, до йэ ги-нэ, но вэ — ра — лом — а. ^
йо-лоч-ки-па-лоч-ки йа-лам-а ги-нэ но, ай, дай, дай, дай, дай, дай, дай. ц
йэ йа-лам-а, йа- лам — а, ай, йа, йа, йа, йа, йа, йа, йа, йа.
Таким образом, значение свадебного напева для всей северно-удмуртской традиции столь велико, что совершенно естественно было бы ожидать бытование одной из его версий и в соседней традиции кировских удмуртов. Однако музыкальный фон свадебного обряда вятской диаспоры разительно отличается от такового северных удмуртов.
Фольклорно-этнографические экспедиции в Кировскую область в 1999 г. (Слободской р-н) и 2002 г. (Унинский р-н) показали, что традиционный удмуртский песенный фольклор (в том числе свадебный) в каждой из групп сохранился в неравной степени. Наибольшей трансформации в силу различных причин подверглась песенная культура удмуртов-Калмезов. Так, во время наших фольклорных экспедиций нам не удалось записать от них ни одного свадебного напева. И наоборот, цельность и сохранность традиции характерна для удмуртов-Ватка, в песенно-жанровой системе которых центральное место занимают песенные импровизации-крези. В качестве прогрессирующей тенденции для всей вятской диаспоры следует отметить активное «вымывание» слоя удмуртских обрядовых песен с последующей их заменой на более популярные удмуртские или русские песни. Та же тенденция наблюдается в свадебном обряде.
У обследованных нами трех групп кировских удмуртов (слободские, унинские Ватка и Калме-зы) существуют некоторые отличия в песенной свадебной терминологии и жанровой системе. Унинские удмурты, подобно удмуртам метрополии, дифференцируют свадебные песни в зависимости от принадлежности к роду жениха (сюанчиос/ваисъёс) или невесты (келисьёс), соответственно обозначая напевы как сюан крезъ (свадебный напев) и келяськон крезъ (напев проводов).
В свою очередь, свадебные напевы обеих групп унинских удмуртов отличаются и между собой, что подчеркивается исполнителями: «Калмезы поют свадебный крезь по-другому» (удмурты-Ватка, д. Сибирь) — «Удмурты-Ватка свадебный напев по-другому поют, без слов, размеренно, не торопясь» (удмурты-Калмезы, д. Малый Полом).
И Калмезы, и удмурты-Ватка отмечали элемент песенного соревнования между родней жениха и невесты, что весьма характерно для всех локальных групп удмуртов метрополии: «Вот родня жениха ведь по-свадебному поют. А родственники невесты по-своему. Одни других стараются перебить, победить» (удмурты-Калмезы, д. Удмуртские Ключи) — «Гостей провожать пора, и тогда как будто родне жениха провожать их не хочется, а этим уходить хочется, и они наперебой: родня жениха по-свадебному пляшет, а те поют: Лыктон дыр, но вал ук пый ук, кошкон дыр, но вуиз ук (Время прихода да было уже ведь, время ухода да подошло уже). Как будто они уже уходят, а родня жениха пляшут, как будто (стараются) чтобы те остались… Наперебой стараются» (удмурты-Ватка, д. Астрахань).
Родственники невесты, в отличие от родни жениха, не имеют четкого музыкального маркера. В этом состоит особенность жанровой системы песенной традиции унинских удмуртов. Напевы родст-
I
ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ
2010. Вып. 4
венников невесты (келяськон крезь) относятся к мобильной части музыкального кода свадьбы: «Отдельного напева у них (родни невесты) не было. Свадебный напев только был отдельный, а у родни невесты не было. Хоть по-русски пели, хоть по-удмуртски пели» (удмурты-Калмезы, д. Удмуртские Ключи). Корпус напевов родни невесты Унинского р-на, например, включает в себя распространенную на севере Удмуртии в качестве проводной песню «Кылёд ук…» (Останешься ведь.), но основную часть песен родни невесты составляют типичные для жанровой системы северных удмуртов песенные импровизации, никогда не повторяющиеся при исполнении даже одним и тем же певцом: «Сказала ведь тебе, десять разных мотивов без слов эти наши крези. Вот четвертый или пятый повторили уже» (удмурты-Ватка, д. Астрахань). Импровизируемые напевы келяськон крезь, по свидетельству информантов, исполняются не только на свадьбе- они, скорее, являются знаком проводов вообще: «Да они разные. Проводы это. Если человек умер, потом в солдаты если уходит — вот провожаем этими крезями» (удмурты-Ватка).
В жанровой системе слободских удмуртов зафиксирован только один напев свадебного обряда — куиньмой крезь (напев третьего дня). По словам информантов, название куиньмой происходит вследствие особенностей проведения свадебного ритуала и исполнения этого напева: родня жениха вечером забирают невесту, следом на рассвете идут в дом жениха молодые родственники и друзья, днем — пожилые. Их количество должно быть нечетным, чтобы «обратно ехать парно с невестой». На следующий день возвращаются в дом невесты, угощаются, на рассвете третьего дня снова провожают невесту в дом новой семьи. В настоящее время строгой приуроченности при исполнении напева не наблюдается («хоть когда поют»), но раньше, очевидно, этот напев был проводным3: «Так невесту провожать куиньмой крезь и был. Уходя вот, невесту провожают, видно, куиньмой крезь и говорили.» (д. Светозарево Слободского р-на). Сравнительно-текстовый анализ вариантов напевов келяськон и куиньмой крезь унинских и слободских удмуртов также показал их близость, в частности в обоих напевах встречается одна и та же текстовая формула мотива проводов, прощания: Лыктон дыр, но вал но, кошкон дыр, но вуиз ни… (Время прихода было, время ухода наступило уже.).
Свадебный напев Слободские удмурты Унинские удмурты -Ватка Унинские удмурты -Калмезы
Со стороны жениха 4 куиньмой крезь сюан крезь сюан крезь
Со стороны невесты келяськон крезь келяськон крезь
Из всего корпуса свадебных песен только два напева (куиньмой крезь слободских удмуртов и сюан крезь унинских удмуртов-Ватка) обладают статусом устойчивого приуроченного напева, узнаваемого и вычленяемого из общего интонационного поля. Эти напевы сразу привлекли к себе внимание уже во время первого прослушивания, выделяясь на общем фоне песенных импровизаций с нерегулируемой ритмикой, непредсказуемым движением мелодики своей чрезмерной «простотой» интонационного и ритмического облика. Мелодика свадебного напева унинских удмуртов-Ватка, например, «разочаровывает» некоей наивной, безыскусной интонацией, в чем-то схожей с детской песенкой или легким плясовым мотивом. Мелодический диапазон вариантов свадебного напева довольно широк, охватывает октаву и представляет собой трехстрочную строфу с повтором второй строки (АВВ). Каждая строка состоит из двух кратких музыкальных фраз, повторяющихся в первой строке. Для музыкального стиля характерна четкая акцентная ритмика, квадратность структуры, очевидно, обусловленной в определенной степени контекстом звучания: свадебный напев исполняется как плясовой напев с притопыванием. При всем мелодическом отличии одноголосных вариантов напевов, записанных в разное время от разных исполнителей, они легко соединяются в одну партитуру, под-
3
По материалам фольклорной экспедиции 1983 г. в Слободской р-н (Т.Г. Перевозчикова, В.В. Агрэ) куиньмой крезь пели родственники жениха сюанчиос при выходе невесты из дома к воротам в сопровождении крёстной [1. С. 24].
4
В предлагаемой таблице напев «третьего дня» слободских удмуртов помещен посередине графы, поскольку он исполнялся всеми участниками обряда: «Общее, общее, хоровое было пение.».
128
И.М. Нуриева
чиняясь динамике общего гармонического движения от устоя к неустою, находящихся в квартовом соотношении. К сожалению, информанты не смогли нам точно сообщить, исполнялись ли эти песни с инструментальным сопровождением, с гармошкой например- но гармонические функции прослушиваются достаточно ясно (см. схему).
Сюан крезь (свадебные песни унинских удмуртов-Ватка)
Пример № 2.
} = 100
т
р


с у-ан пот-том, пэ, шу-ыс -ком, таз — таз ка-рыс -ком, э, иэ, иэ, иэ, иэ, иэ, иэ, иэ, иэ,

аи, иаи, о, иаи, иаи, иаи, иаи.
Пример № 3.
} =72



рг РР'- ^
с у — ан пот-том, гър ка-ром шу — о — мэ, ои, иои, иаи, иаи, иаи, э, иаи, иаи,
г ^--'- ф---V Р-

ои, пэ, шу-о-мэ, ои, иаи, иаи.
э, э, э, э, иэи, иаи, иаи.
[4. С. 89]
Пример № 4.
} = 84
?-. г: л * ч
$ (О) н г-) Л)
тан таз тан та шу-о-мэ гу- ды-рак ка-ро-мэ аи ды га аи ды га аи дай дай гаи-а гаи- аи иа
в я.. .
т -V -•
аи- а гаи-а аи- а иа аи- а аи- а иаи

?
гу- ды-рак ка- ро — мэ шул-ды-рак кыр-за-ло-мэ аи ги-нэ аи ги-нэ аи ды-ры да аи ды-ры аи ды-рыдаи да
гНг- Г= V V & gt---
-щ 1 ф ф ?--
аи дай да хаи дай да хаи да хаи-а иа
'- Примеры № 4, 5, 6 записаны и нотированы автором статьи.
ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ
2010. Вып. 4
Пример № 5.
J — 78

т.
N % 1
аи дай аи да иа иаи па иа иа паи, а на иа иа иа иа
4^ ~ лдл^ц
он до хо иа иа
хо хо хо
и

су- ан пот-том кыр-за-лом эи- до- лэ ка-ром ом пэ шу-ом ои ка-ром о- о-хо хо
4'-- - лд
иэ иа-иа иа
$
Напев «третьего дня» слободских удмуртов представляет собой двухстрочную строфу с вариантным повтором обеих строк (АА1ВВ1). Ритмическая организация напева сходна со свадебным напевом унинских удмуртов-Ватка: акцентная ритмика, квадратная (расширенная до 12 тактов) структура, но ритмический каданс в большинстве записанных нами образцах напевов распет в типичной удмуртской синкопированной манере крезей (ел).
Пример № 6. Куинъмой крезъ (напев третьего дня слободских удмуртов)
} = 90


лык-тондыр, но вал уг н'-и бэн

кош-кон дыр, но ву — из уг н и
т
бэн уг ы ны но
У-,'-. пЯ! гл ой ой ай -Н-& quot-1-Г^-1- аи аи аи аи аи аи аи | J 1 * аи шу но
N 1 ^ ^ 4 4? *
э э та аи
аи аи аи аи аи аи аи но


щ
бэн, но уг э но
дун'- - н'-э — йэ куа -з'-:
э дун-нэ э дун-нэ

Ш
э бэн э
аи аи аи аи аи аи аи

ай ай аи ай аи
аи аи аи аи
О
шу но
ш
аи аи аи аи аи аи аи аи аи ои дои
130
ИМ. Нуриева
Интонационная «необычность» исследуемых напевов может объясняться заимствованием, вполне оправданным для данного региона. Как мы уже отмечали выше, репертуар кировских удмуртов включает в себя больше русских песен, нежели собственных удмуртских. Граница между двумя этно-интонационными сферами практически стерлась, местные удмурты свободно включают инонациональный (русский) материал в виде отдельных мелодических фраз или целых мелодических построений в свои импровизации-крези, свидетелями чего мы были неоднократно.
Дальнейшая перспектива исследований народно-песенной культуры вятских удмуртов видится в комплексном изучении музыкальной традиции региона, включающим удмуртский и русский песенный фольклор, что, возможно, приведет к более точным результатам.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Агрэ В. В. Обрядовые песни без слов северной Удмуртии: дипл. работа. Свердловск, 1984.
2. Косарева И. А. Традиционная женская одежда периферийных групп удмуртов. Ижевск, 2000.
3. Нуриева И. М. Музыка в обрядовой культуре завятских удмуртов: Проблемы культурного контекста и традиционного мышления. Ижевск, 1999.
4. Ходырева М. Г. Песни северных удмуртов. Ижевск, 1996. Вып. 1. (Удмуртский фольклор).
5. Чуракова Р. А. Песни южных удмуртов. Ижевск, 1999. Вып. 2. (Удмуртский фольклор).
Поступила в редакцию 16. 05. 10
I.M. Nurieva
Musical and Style Features of Wedding Songs of the Udmurts living in the Lower Cheptsa Region
The article deals with the description of music code of wedding ceremony of three subtraditions of Kirov Udmurts: of Sloboda Udmurts and Uni Udmurts (their other own names are Vatka and Kalmez). The research is based on the researcher'-s field records made during the folklore expeditions in 1999 and 2002. The aurthor presents musical terminology, descriptions of the wedding ceremony and of the traditional Udmurt costume. The main features of the traditional song style are revealed in the context of all Northern Udmurt tradition. Special attention is given to the analyses of wedding song rhythm which demonstrates the independence of tradition investigated in the article.
Keywords: the Udmurts living in the Lower Cheptsa Region- music code, rhythm, wedding songs, the tune of the third day, song terminology.
Нуриева Ирина Муртазовна, кандидат икусствоведения Удмуртский институт истории, языка и литературы УрО РАН 426 004, Россия, г. Ижевск, ул. Ломоносова, 4 E-mail: nurieva@uni. udm. ru
Nurieva I.M., candidate of art criticism Udmurt University of history, language, literature 462 004, Russia, Izhevsk, Lomonosov'-s str., 4 E-mail: nurieva@uni. udm. ru

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой