Настоятельницы древнерусских монастырей: положение и полномочия

Тип работы:
Реферат
Предмет:
История. Исторические науки


Узнать стоимость новой

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

П. И. Гайденко
Настоятельницы древнерусских монастырей: положение и полномочия
Важнейшим социальным и политическим институтом древнерусского государства и его общества выступали монастыри. Ключевой фигурой любой обители считаются личности настоятеля и донатора. В представленной статье предпринята попытка предварительного анализа прав и социального статуса игумений женских иноческих общин Киевской Руси. К сожалению, институт настоятельниц один из наименее изученных элементов церковной организации Х1-ХШ вв. Предложенные в работе наблюдения и выводы основываются на сообщениях древнерусских источников.
Несмотря на краткость летописных и агиографических сообщений, отразивших жизнь древнерусского женского монашества, можно заключить, что социальное положение игумений Х1-ХШ вв. зависело от множества факторов и, прежде всего, знатности происхождения настоятельницы. Канонический статус женщин-монахинь значительно уступал иерархическому положению древнерусских игуменов. Тем не менее, женские монастыри пользовались княжеской и городской защитой, а также получали существенную поддержку со стороны ктиторов, влияние которых на жизнь инокинь существенно превосходило власть настоятельниц.
Ключевые слова: древнерусское монашество, игуменьи домонгольской Руси, древнерусское каноническое право, женское монашество Киевской Руси, ктиторы древнерусских женских монастырей.
Образы настоятельниц, как и сам институт игумений древнерусских женских обителей, крайне редко привлекали внимание исследователей. Чаще в поле зрения учёных оказывались знатные инокини, главным образом княжны-монахини: Евфросиния Полоцкая (Воронова 1987: 147−148- Воронова 1991- Алексеев 1993: 70−78- Пушкарёва 2013: 36−37- Морозова 2009: 342−378- Семененко-Басин 2002: 1770−1771- Э 2008: 502−504- Клосс 2008: 507−510- Мысл1вец 2015), Анна Всеволодовна (Васильевский 2010- Морозова 2009: 282−289- Пушкарёва 2013: 27−32- Назаренко 2001: 453), или же знатные вдовы, такие как сестра Янки Евпраксия Адельгейда (Назарен-
ко 2002: 505−558- Назаренко 2008: 194−195- Пушкарёва 2013: 27−32- Морозова 2009: 282−289) или пережившая своего супруга княгиня Евфросиния Галицкая (Майоров 2010- Майоров 2013). Впрочем, летописание и агиография сохранили образы и имена ещё целой череды настоятельниц и инокинь высокого происхождения. На каком-то этапе уход в монастырь вдовствующих княгинь, не имевших в условиях Руси возможности повторно выйти замуж (Литвина 2014), или не нашедших себе супругов княжеских дочерей стал своего рода нормой. О том, как, порой, основательно в народном и обыденном церковном сознании укреплялась мысль о том, что знатная вдова или бывшая княжеская жена должна была непременно принять постриг, можно судить уже по постоянному увеличению числа женских постригов и по тому, как позднее церковное предание приписало иноческий образ супруге Ярослава Мудрого (Назаренко 2001). Не менее интересен и показателен пример насильственно постриженной жены князя Рюрика (ПСРЛ. Т. 1: Стб. 420−421, 425−426- Литвина 2012). Удивительно, но, получив свободу и имея возможность сложить насильственно возложенные на неё монашеские одежды, несчастная не только не вернулась к мужу, но и приняла ещё более суровые обеты, повелев облечь себя в великую схиму (ПСРЛ. Т. 1: Стб. 425−426). Очевидно, что обеты, принятые ею под давлением обстоятельств, княгиня восприняла искренне и твёрдо.
Так или иначе, исследование древнерусского женского монашества и история становления женского игуменства на Руси находятся только в начале своего пути. Сложившееся положение дел объясняется состоянием источников и специфичностью самой проблемы. Действительно, деятельность женщин, а особенно инокинь в системе церковного управления почти никак не отмечена ни в древнерусском летописании, ни в каких-либо иных письменных памятниках. Упоминания о тех или иных инокинях не только редки, но и крайне скупы. На этом фоне настойчивого молчания или, в лучшем случае, немногословия письменных памятников летописные записи о трудах Янки (Анны Всеволодовны) (ПСРЛ. Т. 2:
Стб. 197- Татищев 2005: 97−98), житийные сказания о деятельной полоцкой княжны-инокини Евпраксии (Месяца мая 2002: 153−169- Степенная книга 2007: 433−447) и пространное описание обстоятельств пострига и смерти владимирской княгини-инокини Марии (| 1206) (ПСРЛ. Т. 1: Стб. 424) обладают чертами исключительности.
Роль и даже возможности монахинь в организации церковной жизни существенно различались с теми ресурсами, какими обладали принимавшие постриг знатные горожане и дружинники. Всё же не стоит идеализировать христианскую доктрину в отношении женского пола. Положение женщины как в языческом, так в христианизированном и даже «глубоко» церковном обществах уступало тому статусу, каким был наделён мужчина. Далеко не во всём совпадали возлагавшиеся на насельников женских и мужских монастырей обязанности и миссии. В отличие от монахинь представителям «сильной половины» иночества доверялось многое: посредничество в политических конфликтах (Житие Феодосия Печерского 1978: 342, 243- ПСРЛ. Т. 2: Стб. 220, 234, 291, 488, 535- ПСРЛ Т. 3: 208- Присёлков 2003: 117- Бабилунга 2009: 34−35- Кот-ляр 2010: 44- Литвин 2012: 54), ведение епископской канцелярии (Гайденко 2012), летописание, создание агиографических и литургических текстов (Присёлков 2009). Но и женским монастырям порой отводились специфические функции, не так часто встречавшиеся в истории мужских сообществ, например, служить местом заточения или удержания в своих стенах представительниц знати и уличённых в блуде горожанок. Например, женская обитель св. Варвары в Новгороде служила местом заточения княжеских жён в период городских переворотов. Под её кровом пребывала супруга Святослава Рости-славича (1160) (ПСРЛ. Т. 3: 218). Скорее всего, и церковные дома, в которых согласно Русской Правде надлежало находиться провинившимся женщинам, также могли быть связаны с женским монастырским строем (Устав князя Ярослава о церковных судах 1976: 85−91). Впрочем, и мужским монастырям могли отводиться подобные обязанности (Киево-
Печерский Патерик 2004: 352−355- Устав князя Ярослава о церковных судах 1976: 89).
При том, что проблемы изучения организации древнерусских женских монастырей во многом сходны с теми, что возникают при исследовании мужских иноческих общин, в отношении женского монашества существует значительно большее число стереотипических представлений, нуждающихся в принципиальном пересмотре. Прежде всего, это касается вопросов организации управления женскими монастырями. Существенные различия обнаруживаются уже в статусе игуменов мужских иноческих поселений и настоятельниц женских обителей. Если главы мужских монастырей могли обладать священным саном и в некоторых случаях при благоприятно складывавшихся обстоятельствах даже претендовать на занятие епископской вакансии (ПСРЛ. Т. 2: Стб. 177, 202- ПСРЛ. Т 3: С. 216, 232- Киево-Печерский Патерик 2004: С. 360, 361), то подобное восхождение игуменьи на вершину церковной власти немыслимо. К тому же, принимая во внимание то, что мир средневековья — это мир мужчин, положение инокини, вероятно, оказывалось более уязвимым, прочно связывая женщину с обителью, в которой она принимала постриг. Скорее всего, данным обстоятельством можно объяснить тот факт, что в древнерусских источниках в отношении домонгольской Руси не отмечено феномена странствующих инокинь. Но именно в эти столетия образы скитавшихся монахов или калугеров, отправлявшихся либо в вынужденное, либо в добровольное скитание, не были чем-то необычным, представляя существенную проблему для высшей церковной иерархии (Неведомы (х) словесъ 2004: С. 254- Канонические ответы митрополита Иоанна 1880: Стб. 14). Пример паломничества Евфросинии Полоцкой, отправившейся в Иерусалим и скончавшейся на Святой Земле, в известной мере обладает исключительным характером (Месяца мая 2002: С. 164−168- Степенная книга 2007: 164−168- Житнёв 2007: С. 119−121). Успех её начинания во многом объяснялся высоким социальным статусом, княжеским происхождением, и материальным достатком. Для обычной монахини подобное странствие гро-
зило бы бедствиями и искушениями. Отмеченная в Правде Ярослава и в ранних русских епитимейниках XIV — XVI вв. ответственность монахинь, виновных в прелюбодеянии, и лиц, уличённых в порочной связи с инокинями (Въпросъ моужемъ 1894: 145- А се вопросъ моужемъ о гресехъ 1894: 146−147- Во-просъ в мужахъ 1894: 148- Въпрос моужемъ 1894: 149- Въспрос инокинамъ 1894: 178−179) недвусмысленно даёт понять, что положение инокини вне стен обители было уязвимым и даже опасным (Мазуринская Кормчая 2002: 252). По крайней мере, сомнительно, чтобы описанные в Уставе Ярослава правонарушения в форме блуда инокинь с мужчинами (Устав князя Ярослава о церковных судах 1976: 89) могли свободно происходить внутри стен монастырей.
Разнилась и степень интереса, который проявляли современники и составители различного рода письменных источников к мужским и женским монастырям. Если мужские обители и их игумены постоянно находились в поле зрения летописцев, то жизнь инокинь и женских монастырей крайне редко привлекали внимание книжников.
О настоятельском статусе главы женской иноческой общины
Прежде всего, заслуживает хотя бы краткого анализа применяющийся к главам женских обителей титул игуменьи. Рассматривая проблему именования настоятельниц древнерусских общин, Е. Е. Голубинский утверждал, что таковые назывались игуменьями (Голубинский 1904: 705). Однако древнерусские источники, не особенно внимательные к жизни женских монастырей, крайне редко применяли в отношении настоятельниц монастырей такое именование. Необходимо заметить, что титул «игуменья» в древнерусских текстах встречается, только начиная с событий, датируемых XII в., а записи, относящиеся к X—XI вв., ничего о древнерусских игуменьях не сообщают, не замечая даже сам факт их возможного существования.
В это же время впервые настоятельский титул главы женской обители, соотносимый с игуменским, аббатиса, употребляется не в древнерусских, а в латиноязычных источниках. Таковое именование было применено (под 1093 г.) в отношении сестры Анны (Янки) Всеволодовны, Евпраксии Всеволодовны, при описании её последних лет жизни (Анналы 2010: 208−209). Однако А. В. Назаренко высказал вполне обоснованное своей логичностью сомнение относительно того, что Евпраксия стала игуменьей (Назаренко 2008: 194−195). Это особенно примечательно, если принять во внимание, что основательница иноческой девичей общины при Андреевском монастырей Янка не именовалась даже настоятельницей (ПСРЛ. Т. 2: Стб. 197). Действительно, наиболее вероятным местом пребывания Евпраксии после её возвращения из Италии и Венгрии могла быть обитель апостола Андрея. Однако в описываемые годы настоятельницей общины вероятнее всего продолжала считаться Янка, ради которой монастырь и создавался (Анналы 2010: 208−209).
Следующий раз должность игуменьи упоминается только под 1113 г. в сообщении о смерти некой «святой житием» игуменьи Лазарева монастыря, чьё имя, правда, не названо (ПСРЛ. Т. 2: Стб. 276). Более богатым на подобные известия оказалось новгородское летописание. Под 1191 г. Новгородская первая летопись сообщает об игуменском поставлении, хиротессии, вдовы Петра Кунцевича, Евфросинии (ПСРЛ. Т. 3: 231), а под 1200 г. о передаче в управление вдове посадника Завида женского княгининого монастыря Рождества Богородицы (ПСРЛ. Т. 3: 238- Секретарь 2011: 296−306).
Помимо летописей должность игумений упоминается в каноническо-правовых памятниках, в Вопрошании Кирика (Вопросы Кирика 1880: Стб. 34) а также княжеских Уставах князя Владимира (Устав князя Владимира 1976: 19) и новгородского князя Всеволода (Устав новгородского князя Всеволода 1976: 157). Впрочем, что касается Уставов, то, скорее всего, они также фиксировали реалии XII в. и последующих столетий.
Не менее интересный живописный образ игуменьи, вдовы «княгини Романовой» (Месяца мая 2002: 153, 154, 156), сохранило позднее по своему происхождению житие Евфроси-нии Полоцкой (Месяца мая 2002: 155−156- Степенная книга 2007: 435−436). Примечательно, что этот памятник, в целом подтверждающий ктиторский характер и настоятельский статус знатной подвижницы (Месяца мая 2002: 165), так ни разу и не назвал святую княжну-инокиню игуменьей, не сообщает он и об игуменской хиротессии Евфросинии. Между тем, житийные сказания и летописи обычно обращали внимание на изменения иерархического статуса настоятелей. Подобные возведения на игуменскую степень отмечено и в отношении Антония Римлянина (ПСРЛ. Т. 3: 207). В отличие от него в известии об утверждении Хутынского монастыря основатель обители Варлаам назван лишь «чернецом» (ПСРЛ. Т. 3: 231). Очевидно, что составители записей очень хорошо различали священные степени и были предельно аккуратны в своих известиях.
Приведённые выше примеры позволяют заключить, что институты настоятельской власти и игуменства в женских монастырях существовали. Однако приходится признать титул игуменьи в древнерусских источниках применительно к описанию реалий XI — середины XIII вв. использовался крайне редко. Во всяком случае, в летописных записях, относящихся к первому веку христианства, а Руси, как и в иных повествованиях, связанных с обозначенным периодом, он не упоминался вообще. Более того, в XI в. послушание и статус настоятельницы (до Янки Всеволодовны) оказался вообще незамеченным. Кажется, данная ситуация видится естественной, отражая как гендерные стереотипы общества и церковной среды на Руси, так и неоднозначные социально-правовой и канонический статусы настоятельниц женских монастырей и их сестёр.
Действительно, летописание не замечало игумений или настоятельниц даже тогда, когда таковые упоминания были бы естественными и закономерными, например, при закладках и освящении монастырских храмов (ПСРЛ. Т. 3: 260), при со-
вершении крестных ходов или при встречах князей (ПСРЛ. Т. 2: Стб. 171, 280). Так, в пространном описании обстоятельств пострижения ушедшей в монастырь супруги князя Всеволода, её смерти и торжественного погребения не были особо упомянуты не только сёстры обители (ПСРЛ. Т. 1: Стб. 423 424), но и настоятельница иноческой общины (ПСРЛ. Т. 1: Стб. 423−424). Более того, столь же скупы источники и на сообщения о смерти игумений, сохранив только два таких известия: летописная запись о смерти безымянной игуменьи Лазарева монастыря в пригороде Киева (ПСРЛ. Т. 2: Стб. 276) и агиографический рассказ об обстоятельствах последних дней и мгновений Евфросинии Полоцкой (Месяца мая 2002: 446 447).
Как уже отмечалось, отсутствие известий об игуменьях могло отражать и канонические реалии времени. Среди таковых можно усматривать не только уже называвшиеся причины. Вероятно, в некоторых случаях женские обители могли находиться под особым управлением. Нельзя исключать того, что возникавшие, по крайней мере, при княжеских храмах женские общины находились под прямым управлением княгинь и княжён. В подобных случаях, если формальное руководство кем-либо из сестёр и совершалось, то вполне могло обходиться и без обязательного возведения первенствующей монахини в игуменское достоинство. И в этом отношении, при всей уязвимости концепции Е. Е. Голубинского о наличии на Руси монастырей в «несобственном смысле» (Голубин-ский 1904: 552−565), обозначенная им проблема отсутствия строго канонического строя в древнерусском монашестве, имела место и воспринималась современниками в качестве нормы. Нельзя исключать того, что именно такое положение дел встречается в истории ухода в Никольский монастырь матери преподобного Феодосия Печерского. Во всяком случае, вопрос о приёме в обитель этой женщины решала не настоятельница женской общины, существование которой даже не замечено, а княгиня. Именно с ней согласовал данный вопрос Антоний. Впрочем, привлечение к делу супруги Изяслава, вероятно, могло объясняться не только выполнением ею ктитор-
ских функций в отношении упомянутой обители, но и иными -социальным положением матери Феодосия, её знатностью. История самовольного, без княжеского разрешения, ухода в Печерский монастырь нескольких лиц из окружения Изяслава едва не завершилась разрушением обители и изгнанием её насельников (Житие Феодосия Печерского 1978: 320−323).
Более того, дело осложняется и тем, что в некоторых случаях настоятелями женских монастырей, вполне могли быть и мужчины. Во всяком случае, на определённом этапе в качестве настоятелей обители Янки (монастырь св. апостола Андрея) стали игумены. Под 1128 г. упоминается Андреевский игумен Григорий, а под 1171 и 1231 гг. два игумена Симеона (ПСРЛ. Т. 1: Стб. 456- ПСРЛ. Т. 2: Стб. 291, 546). Пытаясь объяснить, появление во главе женской обители мужчин митр. Макарий (Булгаков), а в наши дни Е. Б. Емченко предположили, что вскоре после смерти Янки обитель, вероятнее всего, была преобразована в мужскую (Макарий 1995: 172, 609- Ем-ченко 2002: 247−248). Как-будто бы в пользу этого указывает появление в обители мужских захоронений князей Ярополка Владимировича (^ 1139) и Владимира Андреевича (^ 1170) (ПСРЛ. Т. 2: Стб. 302, 546). Однако принять эти доводы в качестве абсолютно убедительных трудно. В Спасо-Преображенском храме Евфросинии Полоцкой также присутствовали мужские, вероятно, епископские и иные ктиторские, захоронения (Морозова 2009: 364- Полоцк 2012: 137−138). Основанная преподобной церковь одновременно являлась и храмом-усыпальницей и храмом-реликварием, призванным быть местом хранения и почитания собранных Евфросинией святынь. В итоге под его сводами должны были найти место упокоения не только епископы, но и игуменьи монастыря (Давидович 2009: 29−32). Подобные мужские захоронения, правда, более уверенно связываемые с местными князьями, обнаружены и в остатках храма Пресвятой Богородицы, служившего литургическим центром второго, мужского монастыря Евфро-синии (Полоцк 2012: 138). Однако, учитывая, что обоими монастырями руководила женщина, дело не видится однозначным. Рассмотренный пример, по мнению большинства иссле-
дователей, не имеет прецедентов. И всё же это не единственны казус женского попечительства над мужским монастырём. Нечто подобное, хотя и с иными мотивами и совершенно отличными обстоятельствами, встречается в истории Киевского Кириллова монастыря.
В итоге можно констатировать, что при всей «беспреце-дентности» игуменской власти Евфросинии над мужским монастырём и специфичном игуменстве мужчин игуменов над Янчиным монастырём такое положение дел в целом оправдывалось правами ктиторов, имевших возможность вмешиваться в управление монастырями, и вполне вписывалось в канони-ческо-правовые и культурные реалии времени. Правда, затрагивая проблему управления женскими монастырями игуменами, приходится признать, что открытым остаётся вопрос о том, распространялась ли власть городских архимандритов на женские обители.
О женском ктиторстве над монастырями и о настоятельницах-донаторах
Своему возникновению большинство женских обителей были в большей степени обязаны милости князей, а не волеизъявлению их жён. Вероятно, данное обстоятельство объяснялось и извинялось положением женщины в древнерусском обществе, даже если дело касалось княжеских супруг. В итоге, вопрос об особенностях женского ктиторства в отношении древнерусских церквей и обителей, кажется, не возникал в историографии. Действительно, если участие княгинь и жён знати в организации жизни церкви (Устав князя Владимира 1976: 15- ПСРЛ. Т. 2: Стб. 710) и монастырей в целом прослеживается и не вызывает сомнений, то их полномочия и возможности в качестве ктиторов создававшихся ими храмов и собиравшихся при их попечении общин, почти не изучены. Разрешение данного вопроса имеет принципиальное значение, поскольку позволяет не только понять правовое положение женщины-ктитора, но и оценить материальные возможности и
ресурсы, какими обладали основательницы, донаторы и настоятельницы общин христовых невест.
Факт покровительства княжён и княгинь над рядом монастырей Киева, Новгорода и иных городов не вызывает какого-либо сомнения, однако ктиторский статус знатных женщин в отношении значительной части обителей не изучен. Участие той или иной княгини в собирании сестринской общины и выделение для этого средств едва ли может рассматриваться в качестве безусловного свидетельства особых прав этих особ в деле устроения жизни инокинь. Даже высокое женское покровительство не гарантировало материальное преуспеяние таковым обителям. Кажется, спорным оставался статус таких монастырей и в последующем. Примеров подобного положения дел много. Так, перешедший в руки вдовы Всеволода Кириллов монастырь переживал не лёгкие времена. Княгине пришлось докупать для обители землю и, судя по обилию свидетелей сделки, а также по тому, как этот договор о приобретении участка был оформлен, права княгини на эту землю оставались зыбкими. 25 граффити Софийского собора вполне наглядно обнаруживает то, что правовые и экономические возможности вдовствующей княгини существенно уступали тем, какими обладал князь. Именно этим можно объяснить то, что для закрепления земли за основанным, но незавершённым при жизни Всеволода храмом, вдовствующей княгине пришлось подтверждать законность совершённой сделки настенным граффити, начертанным на стенах храма при большом числе свидетелей (Гайденко 2013: 104−110).
Не простой видится и судьба Евфросиниева монастыря в Полоцке. Размещённое на кресте-мощевике заклятие, а также вписанное в житие подвижнице свидетельство о якобы имевшей место передаче монастырю кафедрой прав на Спасскую церковь, ясно дают понять, что владельческие вопросы между монастырём и местными епископами оставались неразрешёнными и в более позднее время (Алексеев 1993: 70−78). Кажется, даже передача Евфросинией своих настоятельских прав сестре (Месяца мая 2002: 165- Степенная книга 2007: 443) не
смогла разрешить ситуацию, лишь оттянув назревавший конфликт ещё на некоторое время.
В ещё большем затруднении оказалась Дмитриевская обитель, основанная князем Изяславом. Оказавшись в руках Анастасии, дочери Ярополка Изяславича и внучки Изяслава, монастырь был передан Печерскому монастырю (ПСРЛ. Т. 1: Стб. 299- Лебединцев 1879: 30- Каргер 1961: 263−265), что, скорее всего, объяснялось неспособностью княгини содержать созданную её дедом обитель.
Несомненно, супруги князей покровительствовали насельникам или насельницам монастырей, однако их влияние на внутреннюю и хозяйственную жизнь нередко было ограниченным. Вероятно, это объяснялось вопросами материального свойства. Так, история киевских женских монастырей вполне убедительно показывает, что и Ирининский (ПСРЛ. Т. 1: Стб. 151) и Андреевский монастыри были созданы иждивением князей Ярослава Мудрого и его сына Всеволода Ярослави-ча. Подобным же образом усердием Всеволода Юрьевича в 1200 г. был устроен Успенский княгинин монастырь во Владимире (ПСРЛ. Т. 1: Стб. 415). Что касается Киевского Никольского монастыря, в котором приняла постриг мать преподобного Феодосия Печерского (Житие Феодосия Печерско-го 1978: 320−323), то об обстоятельствах его основания нет каких-либо ясных известий кроме смутных преданий, связывающих эту обитель с князем Аскольдом (местом его захоронения) (ПСРЛ. Т. 1: Стб. 23), княгиней Ольгой и Мстиславом Владимировичем, сыном прославленного Мономаха. Правда, Ю. А. Артамонов и А. Поппэ высказывались за то, что основательницей Никольского монастыря, скорее всего, была супруга Изяслава Ярославича, Гертруда (Артамонов 2016- Поппэ 2011: 21). Тем не менее, однозначно ответить на вопрос о том, была ли она ктитором обители, затруднительно. Однако если принять во внимание версию А. В. Назаренко о том, что в последующих событиях 1086 г. вдова Изяслава была взята Владимиром Мономахом в плен и завершила свою жизнь в одном из киевских монастырей (Назаренко 2016- Янин 1963: 142−164- Поппэ 2007- Поппэ 2011: 78, 82−83), можно допу-
стить, что местом её пребывания, скорее всего, стала Никольская женская обитель, которой княгиня покровительствовала. И всё же высказанное не более чем гипотеза, построенная на таких же не менее гипотетичных суждениях.
Примеры возведения храмов и монастырей женщинами или при их участии немногочисленны. Уже только по одной этой причине все они заслуживают внимания и, по меньшей мере, перечисления.
Пожалуй, первой устроительницей храмов должна считаться княгиня Ольга. Помещённая в месяцеслове псковского синодального Апостола 1307 г. под 11 мая 952 г. запись сообщает об освящении в Киеве отстроенной по повелению матери Святослава деревянной Софийской церкви, просуществовавшей до 1017 г., когда храм сгорел (ПСРЛ. Т. 2: Стб. 130). Принято считать, что наиболее вероятным местом расположения первой Софии был участок у «города Владимира», приблизительно там, где сейчас расположен каменный Софийский собор Ярослава Мудрого (Сергий 2007: 123- Ричка 2013: 77−78). Позднее предание связывало с именем Ольги и иные храмы на территории Псковской земли.
Вероятно, к жизни Ирининского храма Киева и существовавшего при нём монастыря была причастна супруга князя Ярослава Мудрого, Ингигерда-Ирина (ПСРЛ. Т. 2: Стб. 139- Закревский 1858: 124). Однако об этом можно лишь догадываться. Никаких прямых свидетельств её ктиторских прав или присутствия иных её действий в отношении знаменитой церкви, входившей в комплекс Софийского собора и Киевской митрополии, нет. Сохранившийся в Софийском соборе групповой портрет княжеского семейства, связываемого либо с семьёй Владимира Святославича, либо Ярослава Мудрого, указывает лишь на ктиторство великокняжеской семьи в отношении самой Киевской Софии и всей нарождавшейся русской церкви (Преображенский 2004: 6, 12, 15- Преображенский 2012). Примечательно, что рождение и судьба женского монастыря святой Ирины в чём-то похожа на историю обители святителя Николая. Подобно тому, как Никольский монастырь был обустроен у могилы Аскольда, Ириниский храм
располагался рядом с легендарным местом погребения князя Дира (ПСРЛ. Т. 1: Стб. 23).
Следующий случай женского (княгининого) участия в жизни обители — уже рассматривавшийся выше, сохранённый в житии Феодосия рассказ о попечении супруги Изяслава, Гертруды, о Никольском монастыре. Однако случай этот едва ли верно считать бесспорным примером женского ктиторства. Как уже было отмечено, не ясно, кто был основателем Никольской обители. Нет полной уверенности и в том, что данное княгиней разрешение матери Феодосия на принятие иночества объяснялось правами донатора и попечительницы. Всё же византийское государственное и каноническое право, вручая ктиторам широчайшие права над монастырями, понимали под ктиторством не только благотворительность, но и ещё целый комплекс разнообразных прав и забот, в том числе, административного и иного свойства (Морозов 2006- Морозов 2010). К тому же нельзя исключать того, что участие княгини в жизни матери Феодосия могло оправдываться не только её ктиторскими правами, но и, как уже упоминалось, высоким социальным статусом пожелавшей удалиться в монастырь женщины. Вероятно, подобно тому, как лица из окружения Изяслава были обязаны получить согласие князя на их постриг, знатные вдовы нуждались в подобном одобрении со стороны княгини.
В конце XI в. особыми правами в отношении Андреевской церкви и собранной при нём женской иноческой общины стала Янка Всеволодовна. Не менее примечательный пример женского ктиторства над мужской обителью представлен в уже рассмотренной истории Кириллова монастыря Киева. Вероятно, некоторое время ктиторские обязанности несла в отношении Дмитровского монастыря внучка Изяслава, Анастасия Ярополковна, о чём было уже также сказано.
Не менее интересен пример Евфросинии Галицкой, второй жены князя Романа Мстиславича, вероятно, дочери византийского императора. Основав собственный монастырь-резиденцию, в которой она после смерти супруга подвизалась в иноческих подвигах, вдова не утратила своего прежнего
влияния, продолжая обладать даже в монашестве собственной печатью (Майоров 2013: 18−19).
Но особенно ярко обозначенная проблема обнаруживается в истории Евфросинии Полоцкой. Если верить житию, то принятие княжной Предиславой пострига с именем Евфроси-ии было обусловлено её жаждой знания и стремлением уневе-ститься Христу. Однако при сопоставлении действий Преди-славы с политической и династической ситуацией в Полоцком княжестве в конце XI — первой половине XII вв., Л. Е. Морозова пришла к вполне обоснованному выводу, что в сложившихся условиях, «для юных княжеских дочерей было предпочтительнее уйти в монастырь, чем выйти замуж» (Морозова 2009: 353). Принятие монашества даже членами княжеского рода могло иметь самые неприятные последствия, поскольку предполагало отречение человека от своего прежнего имени и статуса. В итоге инок нередко оказывался уязвимым перед толпой и жизненными обстоятельствами. Но в случае Евфросинии Полоцкой подобного поражения прав княжны не произошло.
Деятельность этой княжны-инокини отмечена созданием двух монастырей: женского (Спасо-Преображенского) и мужского (Богородичного). Всё указывает на то, что Евфросиния была ктитором и собственником обеих обителей (Месяца мая 2002: 443). Правда, судя по житию преподобной матери, её основные труды были обращены на обустройство общины при Спасо-Преображенском храме. И, кажется, в итоге Спасский женский монастырь имел преимущественное значение перед мужской обителью в честь Пресвятой Богородицы. По крайней мере, именно в Спасо-Преображенской церкви хранились и выставлялись собранные княжной-инокиней реликвии: привезённые из Византии икона, мощи и знаменитый Крест. Возникшая ситуация особенно примечательна.
Принято считать, что при соседстве мужских и женских монастырей доминирующе положение имели мужские иноческие общины. Данного мнения, например, придерживался М. В. Закревский, обозначив его при описании Ирининского монастыря в Киеве (Закревский 1858: 124−125). Высказанное
малороссийским исследователем суждение небесспорно. Но, если он был прав, то складывавшаяся в Полоцке ситуация рисуется принципиально отличной от общепринятой практики. В некотором смысле пример Евфросинии, руководившей помимо женского и мужским монастырём, исключителен. Даже в греческих архимандритиях, объединявших несколько обителей, монастыри не утрачивали своих настоятелей. Архимандрит был лишь старшим. В истории же Богородичного мужского монастыря в пригороде Полоцка присутствовала более сложная ситуация: местная братия вообще не имела своего аввы и подчинялась непосредственно преподобной матери-настоятельнице. В итоге, фактическим главой мужской общины оказалась женщина. Не менее удивительным видится и то, что сами насельники обители воспринимали существовавшую ситуацию в качестве своего рода нормы.
Впрочем, при том, что женское игуменство над мужской обителью в Полоцке — явление исключительного свойства, женское ктиторство над мужскими монастырями, как это видно из истории Дмитровского и Кириллова монастырей города Киева, на Руси имело место.
Очевидно, что благодаря своему особому положению внутренняя жизнь женских монастырей также отличалась от быта мужских обителей. Мужские монастыри привлекали к себе значительно больше внимания и у лиц, искавших спасения, и у тех, кто оценивал духовные богатства и сокровища иноков с более приземлённых и утилитарных позиций, т. е. у разбойников. Как бы то ни было, применительно, что к XI—XIII вв. случаи воровства в женских обителях обычными разбойниками в источниках не отмечены. Скорее всего, столь мирное положение женских монастырей объясняется их местом расположения. Но могли сказываться и иные обстоятельства, например, высокое знатное происхождение значительной части настоятельниц. Так, большинство игумений Варварин-ского монастыря в Новгороде были представлены вдовами посадников, а первые две настоятельницы Евфросиниева монастыря — княжнами. Подобная ситуация присутствовала и в женской монашеской общине при храме святой Софии в По-
лоцке, возглавлявшейся вдовствующей княгиней. К тому же обители христовых невест в своём большинстве традиционно обустраивались внутри городских стен, гарантировавших монахиням помимо небесной защиты и вполне земную безопасность от воров и насильников. В итоге, судя по надписи, сделанной на кресте Евфросинии Полоцкой (Алексеев 1993: 7078), можно заключить, что единственной угрозой для женского монастыря, его земель и его реликвий продолжительный период оказывались лишь представители высшей церковной власти — епископат.
Представленный краткий обзор не претендует на полное раскрытие проблемы игуменского управления в женских монастырях Древней Руси. Но уже при первом подступе к вопросам организации древнерусского женского иночества приходится признать, что внутренний строй и жизнь таких обителей в Х1-Х111 вв. пока что ещё остаются малоизученными. Положение женских монастырей в церковно-административной структуре киевской митрополии существенно отличалось от того статуса, которым обладали мужские обители. Очевидно, что специфика организации женской обители, обусловленная множеством социальных и гендерных факторов, также накладывала свой отпечаток не только на организацию настоятельской власти, но и на поведение ктиторов, если те были женщинами. Однако это не ограничивало права женщин, наследовавших обязанности донаторов. Более того, в случае женского Спасского монастыря вблизи Полоцка княжна-инокиня Ев-фросиния приняла на себя управление созданной ею мужской обителью. Столь же неоднозначным видится и статус настоятельниц. Далеко не все они именуются игуменьями. Вполне возможно, что в ряде случаев ктиторы могли и сами осуществлять управление собранных на их иждивении иноческих общин. Летописание почти ничего не сообщает об игуменских хиротессиях настоятельниц. Сами же инокини не замечаются в общественных богослужениях и торжественных процессиях. Тем не менее, именно женские монастыри оказывались более безопасными для своих насельниц, если те не выходили за стены своих обителей.
Автор: Гайденко Павел Иванович — доктор исторических наук, доцент, профессор кафедры гуманитарных дисциплин Казанского национального исследовательского технологического университета (ул. Карла Маркса, 72, Казань, 420 015, Россия). prof. gaydenko@rambler. ru
Литература, использованная в статье
А се вопросъ моужемъ о гресехъ 1894 — А се вопросъ моужемъ о гре-сехъ // Алмазов А. И. Тайная исповедь в Православной Восточной Церкви: Опыт внешней истории: Исследование преимущественно по рукописям. В 3 т. Одесса, 1894. Т. 3. С. 145−147.
Алексеев 1993 — Алексеев Л. В. Крест преподобной Евфросинии Полоцкой // Российская археология. 1993. № 2. С. 70−78.
Анналы 2010 — Анналы монастыря св. Дисибода // Древняя Русь в свете зарубежных источников / под ред. Т. Н. Джаксон, И. Г. Коноваловой и А. В. Подосинова. Т. 4: Западноевропейские источники. Сост., пер. и ком-мент. А. В. Назаренко. М.: Русский Фонд Содействия Образованию и Науке, 2010. С. 208−209.
Артамонов 2016 — Артамонов Ю. А. Древнерусское иночество и первые монастыри на Руси. Режим доступа: http: //www. n-jerusalem. ru/ топа8Ие8^оЛех1/308 786. Йт1 (проверено 22. 01. 2016)
Бабилунга 2009 — Бабилунга Н. В. Западнорусские земли и Киев XII в. в борьбе за самостоятельность: роль православного фактора // Русин. 2009. № 4. С. 23−37.
Васильевский 2010 — Васильевский В. Г. Два письма византийского императора Михаила VII Дуки к Всеволоду Ярославичу // Васильевский В. Г. Избранные труды по истории Византии. В 2 т. М.: «Даръ», 2010. Т. 1. С. 419−472.
Вопросъ в мужахъ 1894 — Вопросъ в мужахъ // Алмазов А. И. Тайная исповедь в Православной Восточной Церкви: Опыт внешней истории: Исследование преимущественно по рукописям. В 3 т. Одесса, 1894. Т. 3. С. 147−149.
Вопросы Кирика 1880 — Вопросы Кирика, Саввы и Ильи, с ответами Нифонта, епископа Новгородского, и других иерархических лиц // Русская историческая библиотека. Т. 6: Памятники канонического права: Ч. 1: Памятники Х!^ в. СПб., 1880. Стб. 21−62.
Воронов 1987 — Воронова Е. М. Житие Евфросинии Полоцкой // Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. 1 (XI — первая половина XIV в.). Л.: «Наука», 1987. С. 147−148.
Воронова 1991 — Воронова Е. М. Житийная повесть о Евфросинии Полоцкой как литературно-исторический памятник XII века: Автореф. дисс. к. филол. н. Л., 1991. 15 с.
Въпрос моужемъ 1894 — Въпрос моужемъ // Алмазов А. И. Тайная исповедь в Православной Восточной Церкви: Опыт внешней истории: Иссле-
дование преимущественно по рукописям. В 3 т. Одесса, 1894. Т. 3. С. 149 151.
Въпросъ моужемъ 1894 — Въпросъ моужемъ // Алмазов А. И. Тайная исповедь в Православной Восточной Церкви: Опыт внешней истории: Исследование преимущественно по рукописям. В 3 т. Одесса, 1894. Т. 3. С. 144−145.
Въспрос инокинамъ 1894 — Въспрос инокинамъ // Алмазов А. И. Тайная исповедь в Православной Восточной Церкви: Опыт внешней истории: Исследование преимущественно по рукописям. В 3 т. Одесса, 1894. Т. 3. С. 178−179.
Гайденко 2013 — Гайденко П. И., Москалёва Л. А., Фомина Т. Ю. Церковь домонгольской Руси: иерархия, служение, нравы. М.: «Университетская книга», 2013. 150 с.
Гайденко 2012 — Гайденко П. И., Фомина Т. Ю. О церковном статусе Кирика Новгородца и иных составителей «Вопрошания» // Вестник Челябинского государственного университета. Серия: История. 2012. № 16 (270). С. 83−92.
Голубинский 1904 — Голубинский Е. Е. История Русской Церкви: Т. 1: Период первый, Киевский или домонгольский: Ч. 2. М., 1904. 926, XVII с.
Давидович 2009 — Давидович А. С., Давидович Т. Л. Архитектура церкви Полоцкого Спасо-Евфросиньевского монастыря в XII—XIII вв.еке // Вестник Полоцкого государственного университета: Серия F: Строительство. Прикладные науки. 2009. № 12. С. 29−32.
Емченко 2002 — Емченко Е. Б. Женские монастыри в России // Монашество и монастыри в России. XI—XX вв.ека: Исторические очерки. М.: «Наука», 2002. С. 245−284.
Житие Феодосия Печерского 1978 — Житие Феодосия Печерского // Памятники литературы Древней Руси: XI — начало XII века / сост. и общ. ред. Л. А. Дмитриева и Д. С. Лихачёва. М.: «Художественная литература», 1978. С. 305−392, 456−458.
Житнёв 2007 — Житнёв С. Ю. История русского православного паломничества в X—XVII вв.еках. М.: «Индрик», 2007. 480 с.
Закревский 1858 — Закревский Н. В. Летопись и описание города Киева. В 2 ч. М., 1858. Т. 1. 267, 14, III с.
Канонические ответы митрополита Иоанна 1880 — Канонические ответы митрополита Иоанна II // Русская историческая библиотека. Т. 6: Памятники канонического права: Ч. 1: Памятники XI—XV вв. СПб., 1880. Стб. 1−20.
Каргер 1961 — КаргерМ. К. Древний Киев: Очерки по истории материальной культуры древнерусского города. В 2 т.: Т. 2: Памятники киевского зодчества X—XIII вв. / ИА АН СССР- отв. ред. Н. Н. Воронин. М.- Л.: Изд-во АН СССР. 1961. 661 с.
Киево-Печерский Патерик 2004 — Киево-Печерский Патерик // Библиотека литературы Древней Руси: Т. 4: XII век. СПб.: «Наука», 2004. С. 296−489.
Клосс 2008 — Клосс Б. М., Турилов А. А. Евфросиния (Предислава Свя-тославична- ок. 1104 — 32. 05 (1173 или 1167?), Иерусалим), прп. // Православная Энциклопедия. М.: ТТНТТ «Православная Энциклопедия», 2008. Т. 17. С. 507−510.
Котляр 2010 — Котляр Н. Ф. Княжеская администрация в Древней Руси // Древняя Русь: Вопросы медиевистики. 2010. № 3(41). С. 37−47.
Лебединцев 1879 — Лебединцев П. Г. Дмитриевский монастырь, устроенный в Киеве вел. кн. Изяславом Ярославичем, его судьба и местность // Чтения в историческом обществе Нестора Летописца. Киев, 1879. Кн. 1. С. 28−36.
Литвин 2012 — Литвин В. Забытые труды Берладника. Московский правитель-«варяг» середины XII в. // Родина. 2012. № 5. С. 53−57.
Литвина 2014 — Литвина А. Ф., Успенский Ф. Б. Знатная вдова в средневековой Скандинавии и на Руси: матримониальные стратегии и легенды власти // Древняя Русь: во времени, в личностях, в идеях. СПб.- Казань., 2014. Вып. 1. С. 7−20.
Литвина 2012 — Литвина А. Ф., Успенский Ф. Б. Насильственный постриг княжеской семьи в Киеве: От интерпретации обстоятельств к реконструкции причин // Средневековая Русь. Вып. 10. М.: «Индрик», 2012. С. 135−169.
Мазуринская Кормчая 2002 — Мазуринская Кормчая. Памятник межславянских культурных связей XIV-XV[ вв. Исследование. Тексты. М.: «Индрик», 2002. 880 с.
Майоров 2010 — Майоров А. В. Дочь византийского императора Исаака II в Галицко-Волынской Руси: княгиня и монахиня // Древняя Русь: Вопросы медиевистики. 2010. № 1 (39). С. 76−106.
Майоров 2013 — Майоров О. В. Ефросишя Галицька дочка в1зантшсь-кого 1мператора в Галицько-Волинськш Русг княгиня [ черниця. Бша Церк-ва: Пшонювський О. В., 2013. 224 с.
Макарий 1995 — Макарий (Булгаков), митр. История Русской Церкви. Кн. 2: История Русской Церкви в период совершенной зависимости её от константинопольского патриарха (988−1240). М.: Изд-во Спасо-Преображенского Валаамского монастыря, 1995. 704 с.
Месяца мая 2002 — Месяца мая в 23-й день житие преподобныя матери нашея Евфросинии // Жития святых в древнеруссой письменности: Тексты. Исследования. Материалы / отв. ред., сост., вступ. ст. М. С. Крутовой. М.: ПСТБИ, 2002. С. 153−169.
Морозов 2006 — Морозов М. А. Императорское ктиторство при Комни-нах и Российские традиции // Труды кафедры истории России с древнейших времён до XX в. СПб.: СПбГУ, 2006. С. 362−375.
Морозов 2010 — Морозов М. А. Церковная собственность и ктиторство в Византии при императоре Юстиниане // Труды исторического факультета Санкт-Петербургского государственного университета. 2010. № 2. С. 77−87.
Морозова 2009 — Морозова Л. Е. Великие и неизвестные женщины Древней Руси. М.: АСТ- «Астрель», 2009. 543 с.
Мысл1вец 2015 — Мыслгвец Г. М. Традыцыя шанавання Еуфрасшш По-лацкай: генезис, развщцё, сучаснасць: Дис. к.г.н. Мшск, 2015. 211 с.
Назаренко 2001 — Назаренко А. В. Анна (f 1018?) // Православная Энциклопедия. М.: ТТНТТ «Православная Энциклопедия», 2001. Т. 2. С. 452−453.
Назаренко 2002 — Назаренко А. В. Древняя Русь на международных путях: Междисциплинарные очерки культурных, торговых, политических связей IX—XII вв. М.: «Языки русской культуры», 2002. 784 с.
Назаренко 2008 — Назаренко А. В. Евпраксия (Адельгейда) Всеволодовна // Православная Энциклопедия. М.: ТТНТТ «Православная Энциклопедия», 2008. Т. 17. С. 194−195.
Назаренко 2016 — Назаренко А. В. Псалтирь Гертруды: судьба кодекса и династические коллизии XI—XI вв. на Руси, в Польше и в Германии. Режим доступа: https: //www. youtube. com/watch?v=yIWtV_1QwzM (проверено 24. 01. 2016).
Неведомы (х) словесъ 2004 — Неведомы (х) словесъ. изложено Георги-емъ. митрополито (м) Киевскымъ. Герману игоумену въпрашающу. оному поведающу // Славяне и их соседи. Славянский мир между Римом и Константинополем. 2004. Вып. 11. С. 233−255.
ПСРЛ. Т. 1. — Полное собрание русских летописей. Т. 1: Лаврентьев-ская летопись. М.: «Языки славянской культуры», 2001. 496 с.
ПСРЛ. Т. 2 — Полное собрание русских летописей. Т. 2: Ипатьевская летопись. М.: «Языки славянской культуры», 2001. 648 с.
ПСРЛ. Т. 3 — Полное собрание русских летописей. Т. 3: Новгородская летопись старшего и младшего изводов. М.: «Языки славянской культуры», 2000. XII, 720 с.
Полоцк 2012 — Полоцк: Полоцк и Полоцкое княжество (земля) в IX—XIII вв., летопись древних слоёв, Полоцк и его округа в XIV—XVIII вв., ремесло, денежное обращение и итоговые связи Полоцка в средневековье (по данным археологии, нумизматики и письменных источников), культура и просвещение в средневековом Полоцке / Левко О. Н., Штыхов Г. В., Гра-бусь Д. В. и др. Минск: «Беларуская навука», 2012. 743 с.
Поппэ 2007 — Поппэ А. Гертруда-Олисава, русьская княгини: Пересмотр биографических данных // Именослов: Историческая семантика имени. М., 2007. Вып. 2. С. 205−229.
Поппэ 2011 — Поппэ А. Студиты на Руси. Истоки и начальная история Киево-Печерского монастыря. Кшв: !нстпут гстори НАН Украши, 2011. 152 с.
Преображенский 2004 — Преображенский А. С. Ктиторские портреты Средневековой Руси и их воздействие на русскую иконографию (XI-XV вв.): Автореф. дисс. к.и. М., 2004. 32 с.
Преображенский 2012 — Преображенский А. С. Ктиторы русских храмов домонгольской эпохи: некоторые аспекты проблемы // Электронный научно-образовательный журнал «История», 2012. T. 3. Вып. 5(13). Режим доступа: http: //history. jes. su/s207987840000429−0-1 (проверено 04. 01. 2016).
Присёлков 2009 — ПрисёлковМ. Д. Нестор Летописец. СПб.: «Русский миръ», 2009. 156 с.
Присёлков 2003 — Присёлков М. Д. Очерки по церковно-политической истории Киевской Руси X—XII вв. СПб.: «Наука», 2003. 246 с.
Пушкарёва 2013 — Пушкарёва Н. Л. Женщины Древней Руси. М.: «Мысль», 1989. 286, [1] с.
Ричка 2013 — Ричка В. М. «…И просвети ю крещеньем святым» (Хри-стияшзащя Кшвсько! Руи). Кшв: йстиут гсторц Украши, 2013. 222 с.
Секретарь 2011 — Секретарь Л. А. Монастыри Великого Новгорода и окрестностей. М.: «Северный паломник», 2011. 656 с.
Семененко-Басин 2002 — Семененко-Басин И. В. Евфросиния Полоцкая // Католическая энциклопедия. М.: Изд-во Францисканцев, 2002. С. 1770−1771.
Сергий 2007 — Сергий (Спасский), архиеп. Полный месяцеслов Востока. М., 1876. Т. 2.
Степенная книга 2007 — Степенная книга царского родословия по древнейшим спискам. В 3 т.: Т. 1: Житие св. княгини Ольги. Степени М. М.: «Языки славянских культур», 2007. 598 с.
Татищев 2005 — Татищев В. История российская. В 3 кн. М.: АСТ- Ермак, 2005. Т. 2. 732, [4] с.
Устав князя Владимира 1976 — Устав князя Владимира о десятинах, судах и людях церковных // Древнерусские княжеские уставы XI—XV вв. М.: «Наука», 1976. С. 16−19.
Устав князя Ярослава о церковных судах 1976 — Устав князя Ярослава о церковных судах [Пространная редакция. Основной извод] // Древнерусские княжеские уставы XI—XV вв. М.: «Наука», 1976. С. 85−91.
Устав новгородского князя Всеволода 1976 — Устав новгородского князя Всеволода о церковных судах, людях и мерилах торговых // Древнерусские княжеские уставы XI—XV вв. М.: «Наука», 1976. С. 153−158.
Э 2008 — Э. В. Ш. Евфросинии Полоцкой, преподобной, крест // Православная Энциклопедия. М.: Т^НTТ «Православная Энциклопедия», 2008. Т. 17. С. 502−504.
Янин 1963 — Янин В. Л. Русская княгиня Олислава-Гертруда и её сын Ярополк // Нумизматика и эпиграфика. М., 1963. Т. 4. С. 142−164.
Information about the article Author: Gaydenko Pavel Ivanovich — Doctor of Historical Sciences, the associate professor, professor of department of humanitarian disciplines of the Kazan national research technological university (Karl Marx St., 72, Kazan, 420 015, Russia). prof. gaydenko@rambler. ru
Title: Prioresses of Old Russian monasteries: state and authority. Summary: Monasteries acted as the most important social and political institute of the Old Russian state and its society. Identities of the prior and the donator are considered as key figures of any monastery. In the submitted article an
attempt of the preliminary analysis of the rights and the social status of prioresses in female monastic orders of Kievan Rus. Unfortunately, institute of abbesses is one of the least studied elements of the church organization of the 11−13th centuries. The supervision and conclusions offered in this work are based on messages of Old Russian sources.
Despite brevity of the annalistic and hagiographical messages which have reflected life of an Old Russian female monkhood it is possible to conclude that the social status of abbesses of the 11−13th centuries depended on a set of factors and, first of all, depended of prioress'- highborn. The initial status of female nuns considerably was inferior to hierarchical position of Old Russian abbots. Nevertheless, convents used prince'-s and city'-s protection, and also got essential support from donators who'-s influence on life of nuns significantly surpassed the power of prioresses.
Key words: Old Russian monkhood, prioresses of premongolian Russia, Old Russian canon law, covenant of Kievan Rus, donators of Old Russian convents.
References (transliteration)
A se vopros mouzhem o gresekh [And it is a question to men of sins], in: Almazov A. I. Tajnaya ispoved'- v Pravoslavnoj Vostochnoj Cerkvi: Opyt vnesh-nej istorii: Issledovanie preimushchestvenno po rukopisyam [A secret confession in the Orthodox Eastern Church: Experience of external history: Research mainly on manuscripts]. Odessa, 1894. Vol. 3. pp. 145−147. (In Russian).
Alekseev L. V. Krest prepodobnoj Evfrosinii Polockoj [Venerable Euphros-yne of Polatsk'-s cross]. Rossijskaya arheologiya. 1993, no. 2, pp. 70−78. (In Russian).
Annaly monastyrya sv. Disiboda [Annals of the monastery of Saint Dis-ibod], in: Drevnyaya Rus'- v svete zarubezhnyh istochnikov [Ancient Russia in the light of foreign sources]. Moscow, Russkij Fond Sodejstviya Obrazovaniyu i Nauke Publ., 2010. Vol. 4. pp. 208−209. (In Russian).
Artamonov Yu. A. Drevnerusskoe inochestvo i pervye monastyri na Rusi [Old Russian inochestvo and the first monasteries in Russia]. (In Russian). Available at: http: //www. n-jerusalem. ru/monashestvo/text/308 786. html (accessed 22. 01. 2016)
Babilunga N. V. Zapadnorusskie zemli i Kiev XII v. v bor'-be za sa-mostoyatel'-nost'-: rol'- pravoslavnogo faktora [West Russian lands and Kiev 12th century in fight for independence: role of an orthodox factor]. Rusin. 2009, no. 4, pp. 23−37. (In Russian).
Vasil'-evskij V. G. Dva pis'-ma vizantijskogo imperatora Mihaila VII Duki k Vsevolodu Yaroslavichu [Two letters of the Byzantine emperor Mikhail VII Duca to Vsevolod Yaroslavich], in: Vasil'-evskij V. G. Izbrannye trudy po istorii Vi-zantii [The chosen works on history of Byzantium]. Moscow, Dar Publ., 2010. Vol. 1, pp. 419−472. (In Russian).
Vopros v muzhah [Questions among men], in: Almazov A. I. Tajnaya ispoved'- v Pravoslavnoj Vostochnoj Cerkvi: Opyt vneshnej istorii: Issledovanie preimushchestvenno po rukopisyam [A secret confession in the Orthodox Eastern Church: Experience of external history: Research mainly on manuscripts]. Odessa, 1894. Vol. 3, pp. 147−149. (In Russian).
Voprosy Kirika, Savvy i Il'-i, s otvetami Nifonta, episkopa Novgorodskogo, i drugih ierarhicheskih [Quiricus, Savva and Ilya'-s questions, with Nifont'-s answers, the bishop Novgorod, and other hierarchical persons], in: Russkaya is-toricheskaya biblioteka [Russian historical library]. St. Petersburg, 1880. Vol. 6, pt. 1, col. 21−62. (In Russian).
Voronova E. M. Zhitie Evfrosinii Polockoj [Euphrosyne of Polatsk'-s life], in: Slovar'- knizhnikov i knizhnosti Drevnej Rusi [Dictionary of scribes and knizh-nost of Ancient Russia]. Leningrad, Nauka Publ., 1987. Vol. 1, pp. 147−148. (In Russian).
Voronova E. M. Zhitijnaya povest'- o Evfrosinii Polockoj kak literaturno-istoricheskij pamyatnik XII veka. Avtoref. diss. k. filol. n. [The Zhitiyny story about Euphrosyne of Polatsk as a literary and historical monument of the 12th century: Extended abstract of dissertation of Candidate of Philology]. Leningrad, 1991. 15 p. (In Russian).
Vopros mouzhem [Question for men], in: Almazov A. I. Tajnaya ispoved'- v Pravoslavnoj Vostochnoj Cerkvi: Opyt vneshnej istorii: Issledovanie preimush-chestvenno po rukopisyam [A secret confession in the Orthodox Eastern Church: Experience of external history: Research mainly on manuscripts]. Odessa, 1894. vol. 3, pp. 149−151. (In Russian).
Vopros mouzhem [Inquiry of men], in: Almazov A. I. Tajnaya ispoved'- v Pravoslavnoj Vostochnoj Cerkvi: Opyt vneshnej istorii: Issledovanie preimush-chestvenno po rukopisyam [A secret confession in the Orthodox Eastern Church: Experience of external history: Research mainly on manuscripts]. Odessa, 1894. Vol. 3, pp 144−145. (In Russian).
Vopros inokinam [Inquiry of nuns], in: Almazov A. I. Tajnaya ispoved'- v Pravoslavnoj Vostochnoj Cerkvi: Opyt vneshnej istorii: Issledovanie preimush-chestvenno po rukopisyam [A secret confession in the Orthodox Eastern Church: Experience of external history: Research mainly on manuscripts]. Odessa, 1894. Vol. 3, pp. 178−179. (In Russian).
Gajdenko P. I., Moskalyova L. A., Fomina T. YU. Cerkov'- domongol'-skoj Rusi: ierarhiya, sluzhenie, nravy [Church of premongolian Russia: hierarchy, service, customs]. Moscow, Universitetskaya kniga Publ., 2013. 150 p. (In Russian).
Gajdenko P. I., Fomina T. Yu. O cerkovnom statuse Kirika Novgorodca i inyh sostavitelej & quot-Voproshaniya"- [About the church status of Quiricus Novgo-rodts and other originators of & quot-Asking"-]. Vestnik Chelyabinskogo gosudarstven-nogo universiteta. Seriya: Istoriya. 2012, no 16 (270), pp. 83−92. (In Russian).
Golubinskij E. E. Istoriya Russkoj Cerkvi [History of the Russian Church]. Moscow, 1904. Vol. 1, pt. 2. 926, XVII p. (In Russian).
Davidovich A. S., Davidovich T. L. Arhitektura cerkvi Polockogo Spaso-Evfrosin'-evskogo monastyrya v XII-XIII veke [Architecture of church of the Polotsk Spaso-Evfrosinyevsky monastery in the 12−13th century]. Vestnik Polockogo gosudarstvennogo universiteta: Seriya F: Stroitel'-stvo. Prikladnye nauki. 2009, no. 12, pp. 29−32. (In Russian).
Emchenko E. B. Zhenskie monastyri v Rossii [Convents in Russia], in: Monashestvo i monastyri v Rossii. XI-XX veka: Istoricheskie ocherki [Monkhood and monasteries in Russia. 11 -20th century: Historical sketches]. Moscow, Nauka Publ., 2002, pp. 245−284. (In Russian).
Zhitie Feodosiya Pecherskogo [Life of Feodosiy Pecherskiy], in: Pa-myatniki literatury Drevnej Rusi [Monuments of literature of Ancient Russia]. Moscow, Nauka Publ., 1978, pp. 305−392, 456−458. (In Russian).
Zhitnyov S. YU. Istoriya russkogo pravoslavnogo palomnichestva v XXVII vekah [History of the Russian orthodox pilgrimage in the 10−17th centuries]. Moscow, Indrik Publ., 2007. 480 p. (In Russian).
Zakrevskij N. V. Letopis'- i opisanie goroda Kieva [Chronicle and description of the city of Kiev]. Moscow, 1858. Vol. 1. 267, 14, III p. (In Russian).
Kanonicheskie otvety mitropolita Ioanna II [Канонические ответы митрополита Иоанна], in: Russkaya istoricheskaya biblioteka [Russian historical library]. St. Petersburg, 1880. Vol. 6, pt. 1, col. 1−20. (In Russian).
Karger M. K. Drevnij Kiev: Ocherki po istorii material'-noj kul'-tury drevne-russkogo goroda [Ancient Kiev: Sketches on history of material culture of the Old Russian city]. Moscow- Leningrad, Izd-vo AN SSSR Publ., 1961. Vol. 2. 661 p. (In Russian).
Kievo-Pecherskij Paterik [Patericon of the Kiyevo-Pecherssky monastery], in: Biblioteka literatury Drevnej Rusi [Library of literature of Ancient Russia]. Moscow, Nauka Publ., 2004. Vol. 4, pp. 296−489. (In Russian).
Kloss B. M., Turilov A. A. Evfrosiniya (Predislava Svyatoslavichna- ok. 1104 — 32. 05 (1173 ili 1167?), Ierusalim), prp. [Eufrosinia (Predislava Svyatoslavichna- near. 1104 — 32. 05 (1173 or 1167?), Jerusalem), venerable], in: Pravoslavnaya Enciklopediya [Orthodox encyclopedia]. Moscow, Pravoslavnaya Enciklopediya Publ., 2008. Vol. 17, pp. 507−510. (In Russian).
Kotlyar N. F. Knyazheskaya administraciya v Drevnej Rusi [Princely administration in Ancient Russia]. Drevnyaya Rus'-: Voprosy medievistiki. 2010, no. 3 (41), pp. 37−47. (In Russian).
Lebedincev P. G. Dmitrievskij monastyr'-, ustroennyj v Kieve vel. kn. Izyaslavom YAroslavichem, ego sud'-ba i mestnost'- [The Dmitriyevsky monastery arranged in Kiev with the grand duke Izyaslav Yaroslavich, his destiny and the district], in: Chteniya v istoricheskom obshchestve Nestora Letopisca [Readings in historical society of Nestor the Chronicler]. Kiev, 1879. Book 1, pp. 28−36. (In Russian).
Litvin V. Zabytye trudy Berladnika. Moskovskij pravitel'--& quot-varyag"- serediny XII v. [The forgotten Berladnik'-s works. Moscow governor — & quot-Varangian"- of the middle of the 12th century]. Rodina. 2012, no. 5, pp. 53−57. (In Russian).
Litvina A. F., Uspenskij F. B. Znatnaya vdova v srednevekovoj Skandinavii i na Rusi: matrimonial'-nye strategii i legendy vlasti [The notable widow in medieval Scandinavia and in Russia: matrimonial strategy and legends of the power], in: Drevnyaya Rus'-: vo vremeni, v lichnostyah, v ideyah [Ancient Russia: in time, in persons, in ideas]. 2014, vol. 1, pp. 7−20. (In Russian).
Litvina A. F., Uspenskij F. B. Nasil'-stvennyj postrig knyazheskoj sem'-i v Kieve: Ot interpretacii obstoyatel'-stv k rekonstrukcii prichin [Violent has tonsured a princely family in Kiev: From interpretation of circumstances to reconstruction of the reasons], in: Srednevekovaya Rus'- [Medieval Russia]. 2012, vol. 10, pp. 135−169. (In Russian).
Mazurinskaya Kormchaya. Pamyatnik mezhslavyanskih kul'-turnyh svyazej XIV-XVI vv. Issledovanie. Teksty [Mazurinskaya Kormchaya. Monument of in-terslavic cultural ties of the 14−16th centuries. Research. Texts]. Moscow, Indrik Publ., 2002. 880 p. (In Russian).
Majorov A. V. Doch'- vizantijskogo imperatora Isaaka II v Galicko-Volynskoj Rusi: knyaginya i monahinya [The daughter of the Byzantine emperor Isaak II in Galitsko-Volynsky Russia: princess and nun]. Drevnyaya Rus'-: Vo-prosy medievistiki. 2010, no. 1 (39), pp. 76−106. (In Russian).
Majorov O. V. Efrosiniya Galic'-ka dochka vizantijs'-kogo imperatora v Ga-lic'-ko-Volins'-kij Rusi: knyaginya i chernicya [Efrosiniya Galitska the daughter of the Byzantine emperor in Galitsko-Volinsky Russia: princess and nun]. Bila Cerkva, Pshonkivs'-kij O.V. Publ., 2013. 224 p. (In Ukrainian).
Makarij (Bulgakov), mitr. Istoriya Russkoj Cerkvi [History of the Russian Church]. Moscow, 1995. Book 2. 704 p. (In Russian).
Mesyaca maya v 23-j den'- zhitie prepodobnyya materi nasheya Evfrosinii [In the 23rd day of May life of our venerable mother Eufrosinia], in: Zhitiya svyatyh v drevnerussoj pis'-mennosti: Teksty. Issledovaniya. Materialy [Lives of Saints in drevnerussy writing: Texts. Researches. Materials]. Moscow, PSTBI Publ., 2002, pp. 153−169. (In Russian).
Morozov M. A. Imperatorskoe ktitorstvo pri Komninah i Rossijskie tradicii [Imperial ktitor at Komnins and the Russian traditions], in: Trudy kafedry istorii Rossii s drevnejshih vremyon do XX v. [Works of department of history of Russia from the most ancient times to the 20th century]. St. Petersburg, SPbGU Publ., 2006, pp. 362−375. (In Russian).
Morozov M. A. Cerkovnaya sobstvennost'- i ktitorstvo v Vizantii pri impera-tore YUstiniane [Church property and ktitors in Byzantium at the emperor Justinian], in: Trudy istoricheskogo fakul'-teta Sankt-Peterburgskogo gosudarstvennogo universiteta [Works of department of history of St. Petersburg State University]. 2010, no. 2, pp. 77−87. (In Russian).
Morozova L. E. Velikie i neizvestnye zhenshchiny Drevnej Rusi [Great and unknown women of Ancient Russia]. Moscow, Astrel'- Publ., 2009. 543 p. (In Russian).
Myslivec G. M. Tradycyya shanavannya Eufrasinni Polackaj: genezis, razviccyo, suchasnasc'-: Dis. k.g.n. [Traditions of celebration of Euphrosyne of
Polatsk: genesis, development, daily occurrence: Dissertation of Candidate of History]. Minsk, 2015. 211 p. (In Belarus).
Nazarenko A. V. Anna (f 1018?) [Anna (f 1018?)], in: Pravoslavnaya En-ciklopediya [Orthodox encyclopedia]. Moscow, Pravoslavnaya Enciklopediya Publ., 2001. Vol. 2, pp. 452−453. (In Russian).
Nazarenko A. V. Drevnyaya Rus'- na mezhdunarodnyh putyah: Mezhdisci-plinarnye ocherki kul'-turnyh, torgovyh, politicheskih svyazej IX-XII vv. [Ancient Russia on the international ways: Interdisciplinary sketches of cultural, commercial, political connections of the 9−12th centuries]. Moscow, Yazyki russkoj kul'-tury Publ., 2002. 784 p. (In Russian).
Nazarenko A. V. Evpraksiya (Adel'-gejda) Vsevolodovna [Evpraksiya (Ad-elgeyda) Vsevolodovna], in: Pravoslavnaya Enciklopediya [Orthodox encyclopedia]. Moscow, Pravoslavnaya Enciklopediya Publ., 2008. Vol. 17, pp. 194−195. (In Russian).
Nazarenko A. V. Psaltir'- Gertrudy: sud'-ba kodeksa i dinasticheskie kollizii XI-XI vv. na Rusi, v Pol'-she i v Germanii [The Gertrude'-s Psaltir: the destiny of the code and dynastic collisions of the 11−11th centuries in Russia, in Poland and in Germany]. (In Russian). Available at: https: //www. youtube. com/watch?v= yIWtV_1QwzM (accessed 24. 01. 2016).
Nevedomy (h) sloves. izlozheno Georgiem. mitropolito (m) Kievskym. Ger-manu igoumenu voprashayushchu. onomu povedayushchu [Unknown lecture of the metropolitan Georgi in response to questions of the abbot Herman], in: Slavyane i ih sosedi. Slavyanskij mir mezhdu Rimom i Konstantinopolem [Slavs and their neighbors. The Slavic world between Rome and Constantinople]. Moscow, Indrik Publ., 2004. Vol. 11, pp. 233−255. (In Russian).
Polnoe sobranie russkih letopisej [Complete collection of the Russian chronicles]. Moscow, Yazyki slavyanskoj kul'-tury Publ., 2001. Vol. 1. 496 p. (In Russian).
Polnoe sobranie russkih letopisej [Complete collection of the Russian chronicles]. Moscow, Yazyki slavyanskoj kul'-tury Publ., 2001. Vol. 2. 648 p. (In Russian).
Polnoe sobranie russkih letopisej [Complete collection of the Russian chronicles]. Moscow, Moscow, Yazyki slavyanskoj kul'-tury Publ., 2000. Vol. 3. XII, 720 p. (In Russian).
Polock: Polock i Polockoe knyazhestvo (zemlya) v IX-XIII vv., letopis'- drevnih sloyov, Polock i ego okruga v XIV-XVIII vv., remeslo, denezhnoe obrash-chenie i itogovye svyazi Polocka v srednevekov'-e (po dannym arheologii, numiz-matiki i pis'-mennyh istochnikov), kul'-tura i prosveshchenie v srednevekovom Polocke [Polotsk: Polotsk and the Polotsk principality (earth) in the 9−13th centuries, the chronicle of ancient layers, Polotsk and its districts in the 14−18th centuries, craft, monetary circulation and total communications of Polotsk in the Middle Ages (according to archeology, numismatics and written sources), culture and education in medieval Polotsk.]. Minsk, Belaruskaya navuka Publ., 2012. 743 p. (In Belarus).
Poppeh A. Gertruda-Olisava, rus'-skaya knyagini: Peresmotr biograficheskih dannyh [Gertrude-Olisava, Russian princess: Revision of biographic data], in: Imenoslov: Istoricheskaya semantika imeni [Historical semantics of a name]. Moscow, 2007. Issue 2, pp. 205−229. (In Russian).
Poppeh A. Studity na Rusi. Istoki i nachal'-naya istoriya Kievo-Pecherskogo monastyrya [Studits in Russia. Sources and initial history of the Kyiv Pechersk monastery]. Kiev, Institut istorii NAN Ukraini Publ., 2011. 152 p. (In Ukrainian).
Preobrazhenskij A. S. Ktitorskie portrety Srednevekovoj Rusi i ih vozdejst-vie na russkuyu ikonografiyu (XI-XV vv.): Avtoref. diss. k.i. [Ktitorsky portraits of Medieval Russia and their impact on the Russian iconography (the 11−15th centuries): Extended abstract of dissertation of Candidate of History]. Moscow, 2004. 32 p. (In Russian).
Preobrazhenskij A. S. Ktitory russkih hramov domongol'-skoj ehpohi: nekotorye aspekty problem [Ktitors Russian temples of a premongolian era: some aspects of a problem]. Ehlektronnyj nauchno-obrazovatel'-nyj zhurnal «Is-toriya». 2012, vol. 3, issue 5(13). (In Russian). Available at: http: //history. jes. su/s 207 987 840 000 429−0-1 (accessed 04. 01. 2016).
Prisyolkov M. D. Nestor Letopisec [Nestor chronicler]. St. Petersburg, Russkij mir Publ, 2009. 156 p. (In Russian).
Prisyolkov M. D. Ocherki po cerkovno-politicheskoj istorii Kievskoj Rusi XXII vv. [Sketches on church and political history of Kievan Rus'- of the 10−12th centuries]. St. Petersburg, Nauka Publ., 2003. 246 p.
Pushkaryova N. L. Zhenshchiny Drevnej Rusi [Women of Ancient Russia]. Moscow, Mysl'- Publ., 1989. 287 p.
Richka V. M. & quot-… I prosveti yu kreshchen'-em svyatym& quot- (Hristiyanizaciya Kiivs'-koi Rusi) [Also illuminate her a sacred baptism (Christianization of Kievan Rus'-)]. Kiev, Institut istorii Ukraini Publ., 2013. 222 p. (In Ukrainian).
Sekretar'- L. A. Monastyri Velikogo Novgoroda i okrestnostej [Monasteries of Veliky Novgorod and its vicinities]. Moscow, Severnyj palomnik Publ., 2011. 656 p. (In Russian).
Semenenko-Basin I. V. Evfrosiniya Polockaya [Evfrosiniya Polockaya]. in: Katolicheskaya ehnciklopediya [Catholic encyclopedia]. Moscow, Izd-vo Fran-ciskancev Publ., 2002, pp. 1770−1771. (In Russian).
Sergij (Spasskij), arhiep. Polnyj mesyaceslov Vostoka [Full menologion of the East]. Moscow, 1876. Vol. 2. (In Russian).
Stepennaya kniga carskogo rodosloviya po drevnejshim spiskam: ZHitie sv. knyagini Ol'-gi. Stepeni I-X [The book of degrees of an imperial genealogy according to the most ancient lists. Life of the St. princess Olga. Degrees of I-X]. Moscow, Yazyki slavyanskih kul'-tur Publ., 2007. Vol. 1. 598 p. (In Russian).
Tatishchev V. Istoriya rossijskaya [Russian history]. Moscow, AST Publ.- Ermak Publ, 2005. Vol. 2. 736 p. (In Russian).
Ustav knyazya Vladimira o desyatinah, sudah i lyudyah cerkovnyh [The charter of the prince of Vladimir about tithes, courts and people church]. in: Drevnerusskie knyazheskie ustavy XI-XV vv. [Old Russian princely charters of the 11−15th centuries]. Moscow, Nauka Publ., 1976, pp. 16−19. (In Russian).
Ustav knyazya Yaroslava o cerkovnyh sudah (Prostrannaya redakciya. Os-novnoj izvod) [The charter of the prince Yaroslav about church courts (Vast edition. Main recension)]. in: Drevnerusskie knyazheskie ustavyXI-XVvv. [Old Russian princely charters of the 11−15th centuries.]. Moscow, Nauka Publ., 1976, pp. 85−91. (In Russian).
Ustav novgorodskogo knyazya Vsevoloda o cerkovnyh sudah, lyudyah i merilah torgovyh [The charter of the prince Vsevolod about church courts], in: Drevnerusskie knyazheskie ustavy XI-XV vv. [Old Russian princely charters of the 11−15th centuries]. Moscow, Nauka Publ, 1976, pp. 153−158. (In Russian).
Eh. V. Sh. Evfrosinii Polockoj, prepodobnoj, krest [Euphrosyne of Polatsk, venerable, cross], in: Pravoslavnaya Enciklopediya [Orthodox Encyclopedia]. Moscow. Pravoslavnaya Enciklopediya Publ., 2008. Vol. 17, pp. 502−504. (In Russian).
Yanin V. L. Russkaya knyaginya Olislava-Gertruda i eyo syn YAropolk [Russian princess Olislava-Gertrude and its son Yaropolk], in: Numizmatika i ehpigrafika [Numismatics and epigrafika]. Moscow. 1963. Vol. 4, pp. 142−164. (In Russian).
The paper submitted on 29. 10. 2015 The paper is admitted for publication on 01. 03. 2016

Показать Свернуть
Заполнить форму текущей работой