Национальная идентификация - важнейшее условие формирования и развития национальных культур (в воззрениях Н. С. Трубецкого)

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Культура и искусство


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

ФИЛОСОФИЯ
С.М. ГУБАНЕНКОВА, старший преподаватель кафедры социологии и политологии Орловского государственного университета
Тел. 409 177- svetik. 31 121 982@mail. ru
НАЦИОНАЛЬНАЯ ИДЕНТИФИКАЦИЯ -ВАЖНЕЙШЕЕ УСЛОВИЕ ФОРМИРОВАНИЯ И РАЗВИТИЯ НАЦИОНАЛЬНЫХ КУЛЬТУР (в воззрениях Н.С. Трубецкого)
В статье исследуется проблема важности сохранения национальной идентичности народов и уникальности национальных культур. Отмечается разнообразие типов национального характера и политического устройства. Рассматриваются особенности, структура национальной психики и психологии, а также процессы взаимодействия русской культуры с духовными и материальными ценностями других народов и позиция выдающегося русского философа Н. С. Трубецкого, по данной проблематике.
Ключевые слова: национальная культура, национальное сознание, национальная идентичность, лестница культур, Евразия, европеизация.
Западная цивилизация дала миру множество великих открытий, культурных образцов, государственных форм жизни. Восток и Запад обогатили человечество великими открытиями в области науки и искусства, техники и технологии. Однако уже длительное время Запад претендует на первенство в распространении своих ценностей и форм политического устройства на весь остальной мир. Западная политическая наука, прибегая к аргументам европоцентризма, вырабатывая модели и типы идеальной организации государственности и общества, основывается только на своих ценностях. Наблюдается противостояние европейских традиций и норм политической и культурной жизни и неевропейских.
Многие исследователи, такие как Г. Алмонд, С. Верба, Д. Истон и др., создавая классификацию типов политических культур, выделяли «идеальные» типы, проводя деление на «высшие» и «низшие». В качестве «лучших» выступали политическая культура и политическая система западных стран. В итоге их типология была часто субъективной и не отражала специфику предмета. Выдающийся философ ХХ века А. Тойнби отмечал, что различные мировые культуры, политические формы жизни нельзя сравнивать между собой по иерархическому признаку. Они все разные, не лучше или хуже, а просто иные.
Об этом, предвосхищая исследования западных ученых, писал выдающийся представитель общественно-политического течения евразийства кн. Н. С. Трубецкой. Он был убеждён в том, что «момент оценки должен быть раз и навсегда изгнан из этнологии и истории культур, как и вообще из всех эволюционных наук, ибо оценка всегда основана на эгоцентризме. Нет высших и низших. Есть только похожие и непохожие» [1].
УЧЕНЫЕ ЗАПИСКИ
Мыслитель обращал внимание на то, что в результате национального эгоизма европейцев они выстроили своеобразную «лестницу эволюции человечества», на вершину которой поставили романогерманские народы с их формами общественно-политической жизни, а также те этносы, кото -рые восприняли их ценности. Чем меньше сходства других народов с европейскими, тем ниже на иерархической ступеньке лестницы они расположены. Отрицая подобное видение исторического процесса, русский ученый утверждал иной принцип классификации народов, политических культур и форм политической жизни — уникальность и неповторимость каждой национальной культуры.
Как отмечает Г. В. Жданова, достоинством концепции евразийцев является «отрицание ими так называемой „лестницы культур“, когда в качестве критерия прогресса выступает степень развития техники и материальной культуры, и утверждение ими теории равенства культур, предполагающей, что каждая из них развивается самостоятельно, уникально и независимо. Евразийская концепция призывала учитывать опыт всех существующих цивилизаций, а не только западной» [2].
Для современной России проблема изменения своих представлений об общественном устройстве и преемственности европейских политических ценностей и форм жизни особенно актуальна. Российское общество подвергается сильному либерально-демократическому «давлению», в первую очередь извне. В качестве нового импульса западным претензиям выступает окончание «холод -ной войны». Ценности западной цивилизации стали навязываться миру как универсальные, общечеловеческие, характерные для «открытого» общества. Такие понятия, как национальная идентичность, национальная самобытность, переводятся в разряд «мифов».
Поэтому необходимо глубже исследовать специфику России, последствия модернизационных процессов, проходящих по западным клише, и сделать выводы о соразмерности полученной эффективности в случае отказа от собственной традиции и форм политико-культурной жизни.
Данные вопросы поднимались уже в 20-е годы ХХ века идеологическим, философским течением евразийства. Россия сочетает в себе элементы и Востока, и Запада, считали они. В политической культуре нашей страны преобладают коллективизм, соборное начало, характерное для восточной тра-
диции, а не западный индивидуализм. Вместе с тем проведение государственной политики чаще всего соответствует западному типу. Данное сочетание, по мнению евразийцев, составляет уникальность России и отличает ее от цивилизаций Запада и Востока.
Представители евразийства, учитывая эти особенности ментальности, рассматривали Россию как особую цивилизационную общность — «Евразию». «Культура России не есть ни культура европейская, ни одна из азиатских, ни сумма или механическое сочетание из элементов той и других. Она совершенно особая, специфическая культура» [3].
В целом для евразийства культура трактуется довольно широко, не ограничиваясь духовной сферой жизни и менталитетом нации. По их мнению, география, этнический состав, экономическое и политическое развитие также влияют на процессы выработки политико-культурных норм и функционирование политической системы.
Мультилинейность развития культуры, утверждаемая евразийцами, получила свое теоретическое обоснование в книге Н. С. Трубецкого «Европа и человечество». В ней он отвергает идею об однонаправленности развития культурно-исторического процесса и утверждает, что общеевропейская для всех народов цивилизация невозможна. «Европейская культура не есть культура человечества. Это есть продукт истории определенной этнической группы» [4].
Позднее Л. Н. Гумилев, близкий по духовным исканиям к евразийскому течению исследователь, конкретизировал данное утверждение Н. Трубецкого, написав, что «общечеловеческая культура, одинаковая для всех народов, невозможна, поскольку все этносы имеют разный вмещающий ландшафт и различное прошлое, формирующее настоящее как во времени, так и в пространстве. Куль -тура каждого этноса своеобразна, и именно эта мозаичность человечества как вида придает ему пластичность, благодаря которой вид Homo Sapiens выжил на планете Земля» [5].
Следует добавить, что невозможны и одинаковые для всех людей ценности, психология, менталитет. Это, в свою очередь, предопределяет и разнообразие форм политического устройства, в фундаменте которых лежит национальная культур -ная основа, без которой невозможно их существование. Функционирование политической системы
в целом и деятельность, поведение человека в частности несут на себе отпечаток национального характера. Участие в политическом процессе определяется этим характером и политической культурой. Последняя воплощает в себе элементы национальной психологии и помогает своим представителям ориентироваться в культурно-политическом пространстве. Принятие или непринятие тех или иных форм политической жизни и их ценностей зависит от близости политико-культурных образцов народов. Чем сильнее национальная психология людей отличается друг от друга, тем больше будет отличий в их политической традиции, ценностях, образцах жизни и формах политической организации, и наоборот.
На эти свойства психологических характеристик национального сознания указывал в своих размышлениях кн. Н. Трубецкой. Анализируя национальную психологию народов, он пришёл к выводу, что психика любого человека и этноса состоит из конкретно-психологических и исторических компонентов. К их числу он относил врожденные и благоприобретенные элементы. Каждый из них имеет свою специфику. К числу врожденных черт относятся индивидуальные, семейные, расовые, общечеловеческие и т. д., которые присущи человеку от рождения и определяют его психику с раннего детства. С течением времени к врожденным добавляются черты благоприобретенные, на формирование которых влияют среда, в кото -рой человек живет, традиции его семьи и социальной группы и культура его народа в целом. При этом некоторые врожденные элементы психологии этноса под влиянием благоприобретенных черт могут вследствие этого заслоняться либо вовсе исчезать.
В итоге психике человека становятся доступными лишь те компоненты культуры и психологии других народов, которые являются общими для всех людей. Философ делает вывод о том, что чем больше будет отличаться социокультурная и политическая среда одних народов от других, тем меньше они будут понимать национальную психологию друг друга и тем больше благодаря благоприобретенным чертам психика одного этноса будет производить впечатление элементарной, «низшей». «…Когда два человека, принадлежащих к совершенно одинаковой среде и воспитанных в совершенно одинаковых культурных традициях, встречаются друг с другом, они оба понимают друг
в друге почти все черты психики, т.к. все эти черты, за исключением некоторых врожденных индивидуальных, у них обоих общие. Но когда друг с другом встречаются два человека, принадлежащих к двум совершенно различным культурам, совершенно не похожим одна на другую, то каждый из них в психике другого усмотрит и поймет лишь некоторые врожденные черты, а благоприобретенных не поймет и, может быть, не заметит вовсе… Чем больше отличаются культуры наблюдателя от культуры наблюдаемого, тем меньше черт благоприобретенной психики первый воспринимает во втором и тем больше психология этого наблюдаемого будет представляться наблюдателю состоящей исключительно из врожденных черт. Но психика, в которой врожденные черты преобладают над благоприобретенными, всегда производит впечатление элементарной» [6].
Далее следует вывод о том, что такая оценка чужой психики и психологии может наблюдаться и между разными социальными группами внутри одного народа в том случае, если высшие классы восприняли иноземную политико-культурную традицию, а социальные различия в таком обществе сильны. Чаще всего европеизация идет сверху, охватывая сначала социальные «верхи» и распространяясь затем на остальной народ.
Залог успешного распространения чужой политико-культурной традиции обусловлен готовностью разных элементов политической культуры к ее принятию, чтобы иноземные ценности не противоречили психическому укладу данного общества. Однако политическая культура довольно устойчивая конструкция, трудно поддающаяся преобразованию. Усвоение же норм иных культур — процесс длительный, протекающий неравномерно в разных социальных слоях общества. Даже если он достигнет своей цели и общество максимально приобщится к другой политико-культурной форме жизни, тем не менее, как указывал Н. С. Трубецкой, всегда останутся те элементы национальной психологии, которые будут мешать полному усвоению новых культурных ценностей. Органическое принятие любой чужой культуры, которое дает возможность вырабатывать новые традиции в духе той же культуры, становится возможным лишь, как верно отметил исследователь, при антропологическом смешении данного народа с другим. В противном случае, учитывая стабильность политической культуры, усваиваться будет лишь
УЧЕНЫЕ ЗАПИСКИ
«статика» культурных образцов, а не «динамика». Это приведет к тому, что европеизирующийся народ не будет способен к их дальнейшему развитию и каждое новое изменение компонентов станет заимствовать заново, не внедряя их в базовые структуры своей культурной традиции.
Следовательно, по мнению Н. Трубецкого, политико-культурный процесс представляет собой непрерывное создание новых ценностей. Однако они обязательно должны опираться на ранее появившиеся. Для нормального развития культуры в целом и политической культуры в частности, а также любых форм политической жизни необходима их преемственность, традиционность. Экспансия ценностей европейской цивилизации не только в духовной сфере, но и в политической может разрушить неевропейскую национальную культуру и расколоть общество. Например, ориентация на западные образцы способствует утверждению в менталитете русского народа прагматизма, не характерного для русского национального характера.
Русский философ считал, что приобщение к другой политико-культурной традиции происходит на протяжении жизни многих поколений, где каждое из них будет вырабатывать свой синтез национальной и инородной культур. Разрыв между поколениями в таких обществах и государствах будет сильнее, чем у народа с однородной национальной культурой.
Таким образом, в силу своих психологических особенностей нероманогерманские (неевропейские) народы не смогут «на равных» вступить в европейскую цивилизацию и в ее рамках развивать свои национальные ценности. Этому помешает такая черта национальной психологии европейцев, как эгоизм (в интерпретации Н. С. Трубецкого эгоцентризм), склонность к насилию. Она проявляется и в политической, и в общественной жизни, заставляя европейский образ жизни считать идеалом, венцом развития. Такое восприятие может иметь негативные последствия для других народов и культур тем, что лишает их веры в ценности собственной политической культурной традиции, как это происходило в последние века и с Россией. Сохраняется эта опасность и в современной Российской Федерации.
Политической элите нашего государства, по мысли Н. Трубецкого, необходимо понять, что «та культура, которую им поднесли под видом общечеловеческой цивилизации, на самом деле есть
культура лишь определенной этнической группы романских и германских народов. Это прозрение, разумеется, должно значительно изменить их отношение к культуре собственного народа и заставить их призадуматься над тем, правы ли они, стараясь, во имя каких-то „общечеловеческих“ (а на самом деле романогерманских, т. е. иностранных) идеалов, навязывать своему народу чужую культуру и искоренять в нем черты национальной самобытности» [7].
Развитие этой идеи можно проследить и в статье кн. Н. С. Трубецкого «Верхи и низы русской культуры (этническая основа русской культуры)». В ней подчеркивается, что культура включает в себя «элитную» и «массовую» субкультуры. Между ними постоянно происходит обмен и взаимодействие. Помимо этого каждая из этих частей заимствует и культуру иноземную. При этом отношение к внешнему культурному источнику заимствований может различаться у «верха» и «низа». В том случае, если заимствованные ценности являются чуждыми для национальной психики, между «элитой» и «массой» образуется культурный разрыв и разрушается национальное единство. Этот разрыв между стратами существует и до настоящего времени.
Одним из возможных вариантов его ликвидации, по мнению Н. С. Трубецкого, может являться гармоническое включение инородной культуры в органическое целое национальной культуры, близкое психическому облику данного народа. Только тогда заимствования не будут носить простого механического восприятия и подражания, а смогут выявить те элементы культуры, которые им «понятны и удобны», изменить их и приспособить к национальным потребностям. В этом случае произойдет обогащение национальной традиции народа и не будет отрицательных последствий тотальной «европеизации».
Для того чтобы Россия в частности и любая другая страна в целом смогли развиваться, политическим элитам необходимо учитывать особенности своих политико-культурных традиций. На это указывает современный российский исследователь Ю. С. Пивоваров, отмечая, что Россия имеет совершенно иные культурные традиции, властные институты, отличные от образцов других стран. Наша страна должна идти путем своих традиций, находя в них те комбинации своих обычаев, а также заимствования и инновации, которые в прошлом
обеспечили ее подъем и смогут это сделать в бу — рами не только сиюминутных потребностей насто-
дущем. Продвижение России вперед возможно ящего времени, но и собственных исторических,
только при условии понимания российскими лиде- политических, культурных традиций.
Примечания
[1] Трубецкой Н. С. Европа и человечество // Н. С. Трубецкой. История. Культура. Язык. / Сост. В.М. Живова- общ. ред. В.М. Живова- Вступ. ст. Н. И. Толстого и Л. Н. Гумилева. — М.: Изд. группа «Прогресс-универс», 1995. — С. 81.
[2] Жданова Г. В. Философия культуры евразийцев (методологический аспект) // Вестник Московского университета. Серия 7. Философия. — № 6. — 2004. — С. 36−46.
[3] Евразийство. Опыт систематического изложения // П. Н. Савицкий. Континент Евразия. — М.: Аграф, 1997. — С. 39.
[4] Трубецкой Н. С. Европа и человечество. // Н. С. Трубецкой. История. Культура. Язык. / Сост. В.М. Живова- общ. ред. В.М. Живова- Вступ. ст. Н. И. Толстого и Л. Н. Гумилева. — М.: Изд. группа «Прогресс-универс», 1995. — С. 59.
[5] Гумилев Л. Н. Историко-философские сочинения князя Н. С. Трубецкого (Заметки последнего евразийца) // Л. Н. Гумилев. Ритмы Евразии: Эпохи и цивилизации. — М.: ООО «Изд. АСТ», 2004. — С. 40.
[6] Трубецкой Н. С. Европа и человечество. // Н. С. Трубецкой. История. Культура. Язык. / Сост. В.М. Живова- общ. ред. В.М. Живова- Вступ. ст. Н. И. Толстого и Л. Н. Гумилева. — М.: Изд. группа «Прогресс-универс», 1995. — С. 72.
[7] Там же. С. 65.
S.M. GUBANENKOVA
NATIONAL IDENTIFICATION IS AN ESSENTIAL CONDITION OF NATIONAL CULTURE FORMATION AND DEVELOPMENT. (In the ideas of N.S. Trubetskoy)
The article highlights the problem of saving the national identity of people and the uniqueness of national culture. The varieties of national character types and political structure are presented as well as the peculiarities, structure of the national psyche and psychology. The article aims to describe the processes of interaction between the Russian culture and intellectual and material values of other nations. The article reviews the viewpoint of one of the most outstanding Russian philosopher N.S. Trubetskoy who considered this idea in his works.
Key words: national culture, national consciousness, national identity, the stairs of cultures, Eurasia, Europeanization

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой