Антиномия единства и многообразия в сравнительных исследованиях разносистемных языков

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Языкознание


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК 81'-44: 1(045)
Л. М. Малых
Антиномия единства и многообразия в сравнительных исследованиях разносистемных языков
Межъязыковые сходства и различия являются отражением проблемы соотношения единичного и общего в языке. Установление типологии межъязыковых соответствий как цели сравнения разносистемных языков выводит исследование на более высокий уровень осмысления всеобщего, общего и единичного в сравниваемых языках.
Interlanguage similarities and differences reflect the problem of the correlation of common and specific in language. Interlanguage correspondences generated in the process of comparing unrelated languages lead to bringing the investigation to a deeper perception of universal, common and specific features' correlation among languages.
Ключевые слова: метод сравнения, сходства, различия, цель сравнения, всеобщее, общее, единичное.
Key words: the method of comparison, similarities, differences, the purpose of comparison, universal, common, specific.
Метод сравнения широко используется в самых разнообразных научных дисциплинах в связи с тем, что он является эффективным приемом более глубокого познания природы сравниваемых объектов. Его применение ставит перед исследователем важные философские вопросы научной методологии: как соотносятся в сравниваемых объектах общее и единичное, целое и часть, тождественное и различное, абстрактное и конкретное, структура и система и т. д. Все эти вопросы являются аспектами противоречивого целого, за которым в научном знании закрепилось название «антиномии единства и многообразия».
В языке антиномия единства и многообразия проявляется как «противоречие между общечеловеческим содержанием отражения и идеоэтнической семантикой языковых единиц» [22, с. 330]. Сравнительные исследования в языкознании показательны и актуальны именно тем, что непосредственно направлены на разрешение этой антиномии в методологическом плане. Выявляемые сходства между языками свидетельствуют о наличии общечеловеческого единства языков, различия же фиксируют национально-культурную специфику каждого из них. Изучение цели сравнительных исследований может оказать помощь в более глубоком понимании того, как в сравнительном языкознании ставится и решается главный вопрос гуманитарного знания о соотношении
общего и единичного в сравниваемых языках.
Сам факт обращения лингвистов к поиску сходств и различий между сравниваемыми языками в процессе межъязыкового сравнения свидетельствует о противоречивости, двунаправленности поставленной ими цели. Не случайно цель сравнительных исследований неоднократно пересматривалась в процессе развития сравнительного языкознания. Термин «сравнительное языкознание», вслед за Г. А. Климовым [5, с. 6], мы предлагаем в качестве обобщающего для всех направлений, основанных на использовании метода сравнения языков.
Это становится очевидным при изучении документа, который носит законодательный характер, а именно, паспорта специальности 10. 02. 20 «Сравнительно-историческое, типологическое и сопоставительное языкознание». В нем, в частности, отмечается, что сравнительно-историческое языкознание накапливает знания о предшествующих этапах исторического развития языковых состояний, осуществляемых посредством установления соответствий на всех уровнях языка- типологическое языкознание устанавливает сходства и различия языков (языкового строя) на основе наиболее общих и наиболее важных свойств языка, не зависящих от их генетического родства. Сопоставительное языкознание устанавливает несоответствия между сравниваемыми языками и отношения контраста [Курсив наш. — Л. М.] [13].
Из приведенной цитаты следует, что выделение того или иного направления сравнительного языкознания зависит, в первую очередь, от того, на поиск чего — преимущественно сходств или различий между языками, — оно направлено. Так, контрастивная лингвистика лишь упоминается в паспорте специальности 10. 02. 20, четко её место в системе направлений сравнительного языкознания не обозначено. Но, судя по данным выше определениям, следует, что сопоставительное языкознание, направленное на выявление расхождений (контрастов) между языками, и есть контрастивная лингвистика в другой терминологии.
Анализ направлений сравнительного языкознания по цели межъязыкового сравнения с учетом времени появления того или иного направления позволяет увидеть динамику в развитии представлений лингвистов о характере взаимоотношений между языками. Оттолкнувшись от изучения наиболее общих языковых законов, ведущих к установлению родственных связей между языками, а также типов языков, сравнительные исследования все более погружаются в частные, с точки зрения типологии, языковые различия. Как бы ни назывались направления сравнительного языкознания, в исторической перспективе цель сравнения языков выглядит как движение исследования от общего к частному, от поиска максимальных сходств — к типологически (структурно)
несущественным, но важным для понимания содержательной стороны языковых знаков различиям.
Движение от всеобщего к специфическому как цели межъязыкового сравнения вполне согласуется с общей динамикой социального познания, в котором на современном этапе явления и процессы исследуются, главным образом, со стороны качества и единичного (индивидуального), а не количества и всеобщего [20, с. 316]. Из этого следует, что современное гуманитарное знание, в том числе и языкознание, отдает предпочтение так называемому идеографическому методу в изучении языка и культуры, направленному на анализ особенного и индивидуального, в отличие от генерализирующего метода (терминология баденской школы неокантианства [6, с. 304−307]).
Благодаря увлечению идеографическим методом в отечественном языкознании растет число работ, целью которых является установление различий между языками, культурами и типами ментальностей. Закономерен, в связи с этим, вопрос: является ли поиск различий между языками конечным пунктом сопоставительного исследования? Тем пределом, дальше которого метод сравнения в языкознании развиваться не может? Стоит в связи с этим обратить внимание на мнение философов-компаративистов, которые предупреждают, что тенденция подчеркивать различия во взглядах, понятиях, значениях, свойственная современному гуманитарному знанию, является достаточно опасной. Конечный результат подобного сравнения парадоксален, ибо в конце концов остаются только различия, ведущие к бесконечному дроблению знаний, закрытости культур и вавилонскому столпотворению. Выходом из этого является создание иных условий отношения частного к всеобщему, чем условия разнонаправленности или взаимного исключения [17, с. 135].
Не только философами, но и многими лингвистами концентрация внимания на поиске исключительно различий между языками воспринимается как определенный перекос в методологии современных сравнительных исследований. К таковым относится, например, В. Н. Ярцева — одна из наиболее известных отечественных авторов в области сравнительных исследований. Системность при рассмотрении отдельных участков сопоставляемых языков, отмечает она, плохо сочетается с теми теориями, адепты которых ищут в языках только несходное, разделяющее, считая именно этот подход спецификой контрастивных исследований. Подобные работы не создают основ для творческого развития контрастивных исследований, так как они не раскрывают диалектическую связь формы и содержания в языке, связь языковых явлений и мыслительных категорий, своеобразие отдельных, единичных языков, сочетающих в своем строе общее и особенное [23, с. 37].
Подтверждение высказанному мнению можно найти в исследованиях, связанных с изучением концептов, для большинства из которых характерен целенаправленный поиск различий. Так, в диссертации Н. П. Савойской изучаются лингвокультурологические особенности концепта «вежливость» в казахском, русском и английском языках. Результатом же исследования являются «как общие значения, так и специфические компоненты, наполненные лингвокультурологическим содержанием, которые необходимо знать и учитывать в процессе межкультурной коммуникации» [15, с. 21]. Таким образом, реальные результаты исследования с неизбежностью фиксируют как сходные, так и различные черты между сравниваемыми лингвокультурами. Они значительно шире поставленной автором цели — выявление несходного, индивидуального (особенного, в терминологии автора).
То, что в межкультурной коммуникации необходимо знать и учитывать только специфическое, является достаточно спорным, на взгляд ряда исследователей, утверждением. Какой механизм лежит в основе взаимопонимания представителей разных лингвокультур? -задают вопрос авторы коллективной монографии «Картина мира и способы её репрезентации». Их мнение: успешность
взаимопонимания представителей разных лингвокультур требует наличия следующих условий: 1) общность языковых / речевых навыков- 2) общность (пересечение) образов мира (сознания) [2, с. 67]. Не углубляясь в философские и методологические вопросы соотношения общего и специфического в гуманитарном знании, подчеркнем лишь, что результаты исследований, в основу которых положен метод сравнения, не согласуются с теоретическими установками на поиск исключительно различий, так как сходства неизбежно будут выявляться и играть весомую роль в реальной картине выявленных закономерностей.
Многие исследователи отмечают ценность установления различий для прикладных задач контрастивной лингвистики, главным образом, в процессе изучения иностранных языков. Опасность опоры на навыки родного языка отмечалась, например, А. А. Реформатским. Для овладения чужим языком, подчеркивал он, надо, прежде всего, отказаться от своего языка. Поиски соблазнительных тождеств" своего и чужого — самый опасный путь при овладении чужим языком [14, с. 6]. Время показывает, что данная теоретическая установка не бесспорна, особенно в условиях одновременного изучения нескольких иностранных языков.
Психолингвисты подчеркивают, что при встрече с различными языками в сознании учащегося просыпается «стихийный типолог», который все новое стремится классифицировать, сопоставить, противопоставить, объяснить [9, с. 211]. Чтобы поддержать и развить данную способность учащегося, изучение нового языка должно
опираться на два взаимосвязанных, но разнонаправленных процесса: проведение аналогий с известными из других языков явлениями, в том числе и с родным языком, и предотвращение интерферирующего влияния на новый язык от прошлого языкового опыта [1, с. 5]. В нашей терминологии речь идет о необходимости выявления как сходств, так и различий между контактирующими в учебном процессе языками. Этой двунаправленной цели служит коммуникативно-когнитивный подход, предполагающий сознательную опору на родной язык (и первый иностранный) в процессе выполнения системы так называемых контрастивных упражнений. Роль родного языка в обучении иностранному продолжает осмысляться и систематизироваться (см., например, статью Я. М. Колкера и Е. С. Устиновой [3]).
Вернемся вновь к идеям В. Н. Ярцевой относительно важности изучения сходств и различий между сравниваемыми языками в единстве. Она обращает особое внимание на необходимость опоры на два базовых критерия сравнения языковых единиц — их форму и содержание (в самом широком смысле) и установление диалектической взаимосвязи между ними при проведении контрастивных исследований. Думается, именно в этом — суть отличия контрастивной лингвистики от предшествующих ей этапов (направлений) сравнения языков. Поиск сходств и различий между языками на основе системного учета взаимосвязи формы и содержания языковых единиц ведет к установлению качественно иных отношений общего к частному, нежели в типологии. Результаты контрастивных исследований позволяют выявлять тонкие содержательные отношения между языками и играют важную роль в дальнейшем осмыслении антиномии единства и разнообразия, заложенной в системе любого языка (более подробно о характере сходств и различий в типологическом языкознании в отличие от сходств и различий, выявляемых в контрастивных исследованиях, см., например, [8]). Таким образом, основное отличие контрастивной лингвистики от предшествующих ей по времени появления направлений сравнения языков заключается, на наш взгляд, не столько в усиленном внимании к различиям, сколько к установлению принципиально иных отношений между сравниваемыми языками, основанных на ином уровне осмысления роли формы и содержания языковых единиц в процедуре их сравнения. Выявление более тонких содержательных особенностей сравниваемых языков — следствие данного подхода.
Практика сравнительных исследований показывает, что разделение на два метода — генерализованный и идеографический, -недостаточно для изучения сложных, высокодифференцированных и, в то же время, гетерогенных по своему составу современных обществ и, соответственно, языков. Требуется синтез обоих методов, что
становится очевидным при более тщательном изучении того, какую цель межъязыкового сравнения ставят современные авторы. Продемонстрируем сказанное на примере формулировки цели контрастивной лингвистики, данной И. А. Стерниным: целью
контрастивного исследования, по его мнению, выступает сопоставительное изучение межъязыковых соответствий двух языков для выявления их различий [18, с. 25]. Хотя в данной формулировке акцент ставится на изучении различий, не трудно заметить, что цель в интерпретации И. А. Стернина является как бы двухуровневой: это и изучение межъязыковых соответствий, и выявление различий. Что же такое «межъязыковое соответствие»? Межъязыковые соответствия, отмечает И. А. Стернин, — центральное понятие контрастивной лингвистики. Это единицы разных языков, имеющие сходство в семном составе [Курсив наш. — Л. М.] [18, с. 34].
О необходимости создания типологии межъязыковых соответствий при изучении языковых явлений в контрастивной лингвистике на материале лексики говорят практически все исследователи последних лет (см. обзор точек зрений по этому вопросу [4, с. 31−32]. Сам факт обращения контрастивистов к такой категории, как «типология», очень показателен. Для чего сравнивают языки? Отвечая коротко на этот философский вопрос, можно лишь констатировать тот факт, что познание движется либо в сторону выявления общих закономерностей единого процесса через анализ частностей, либо в сторону частностей, все более и более детализируя изучаемую картину. При этом следует согласиться с уже оформившейся в лингвистике позицией, что рассмотрение каждого конкретного языка и его особенностей на фоне единства всех языков -это основной принцип любого сравнения и в то же время наиболее сложный путь лингвистического исследования [10, с. 65].
Таким образом, проникновение в различия и все более глубокое познание каждого из сравниваемых языков не отменяет, а предполагает помещение результатов сравнения в определенную систему координат, позволяющую синтезировать их в более общую картину языковой типологии. Поэтому поиск различий между языками (этап анализа) в контрастивной лингвистике является средством создания классификации (этап синтеза), которая получила название типологии межъязыковых (лексических) соответствий.
Интересно, на наш взгляд, отметить, что между сопоставлением, сравнением и соответствием можно установить отношения, соотносимые с этапами сравнительного исследования. Сопоставление рядом исследователей рассматривается как первый, предварительный этап сравнения языков. Если попытка сопоставления двух языковых форм оказывается удачной (т. е. они оказались сопоставимы по определенным признакам), она заменяется
сравнением- процедура сравнения в свою очередь ведет к установлению системы соответствий [22, с. 487]. Таким образом, выстраивается логическая цепочка: сопоставление ^ сравнение ^ соответствие. Соответствие — результат процедуры сравнения, и поэтому, в отличие от «чистого» сходства, предполагает установление и различающихся черт между сравниваемыми языками. Это определенное соотношение сходств и различий между ними по набору критериев, основанных на корреляции формы и содержания сравниваемых языковых единиц. Продемонстрируем сказанное на ряде примеров.
В известной работе Р. Ладо, одним из первых предложившим систему соответствий между языками на примере английского и испанского языков, выделено семь типов лексических соответствий, которые он назвал «моделями трудности», на основе корреляции четырех критериев: формы, значения, коннотации и дистрибуции языковых единиц. Одной из наиболее трудных моделей в его классификации является четвертая, в которую попадают слова, «не известные в другой культуре ни по форме, ни по значению», т. е. безэквивалентная лексика в более современной терминологии. А в первую модель им отнесены слова, «схожие по форме и содержанию», т. е. родственная или интернациональная лексика [7].
Эти несложные примеры наглядно показывают, что межъязыковые соответствия — результат комбинации сходств и различий между языками по набору критериев. Философия науки выделяет два вида общего: абстрактно-общее как простая
одинаковость, внешнее сходство, поверхностное подобие ряда единичных предметов (наличие у всех людей, в отличие от животных, ушной мочки), и конкретно-общее как закон существования и развития ряда единичных явлений в их взаимодействии в составе целого- как единство в многообразии [20, с. 227]. Следовательно, выстраивая систему соответствий между сравниваемыми языками, мы имеем дело не со специфичным (в триаде всеобщее — общее -специфичное), а с «конкретно-общим», — реальным результатом и целью современного сравнительного (контрастивного) исследования.
Типология межъязыковых соответствий, как она разрабатывается в большинстве исследований, предполагает сравнение двух языков. Еще больший вклад в углубление наших представлений о корреляции всеобщего, общего и специфичного вносят исследования, выполненные на материале трех языков. С методологической точки зрения, сравнение трех объектов исследования (А, В и С) приводит к созданию классификации, в которой теоретически выделяются три уровня. К первому уровню относятся результаты сравнения, характерные для всех трех сравниваемых объектов (то, что
соотносимо с категорией всеобщего в создаваемой классификации). Во второй уровень войдут те результаты сравнения, которые характерны для двух сравниваемых объектов (что соотносимо с категорией общего в подобной классификации). Третий уровень классификации образуют явления, характерные только для одного из сравниваемых объектов (что соответствует специфичному для каждого из них). Наглядно эти комбинации могут выглядеть следующим образом: А = В = С- А = В, А = С, В = С- А, В, С.
Вопрос о необходимости сравнения трех языков в современных контрастивных (сопоставительных) исследованиях рассматривается лингвистами на практическом материале лексической стороны речи. Следует упомянуть работу В. П. Конецкой, которая установила межъязыковые сходства и различия английских, немецких и шведских слов на основе изучения их звуковой, морфологической и семантической структур [4], исследование семантических единиц Т. С. Нифановой на материале английского, французского и русского языков [12], результаты сравнения фразеологии английского, немецкого и шведского языков Т. Н. Федуленковой [19] и т. д. Все эти исследования объединяет попытка создания многомерной и многоуровневой классификации. Они показывают, что целью современного сравнительного исследования является не «простое и строгое описание языковых различий», как бы хотелось видеть некоторым исследователям [21, с. 85], а более реалистическое представление разнообразия языков в виде лингвистического континуума с учетом корреляции всеобщего, общего и специфичного в сравниваемых языках.
Список литературы
1. Бим И. Л. Концепция обучения второму иностранному языку (немецкий язык после английского). — М.: Вентана-Граф, 1997.
2. Картина мира и способы её репрезентации / под ред. Л. И. Гришаевой, М. К. Поповой. — Воронеж: Изд-во Воронежского гос. ун-та, 2003.
3. Колкер Я. М., Устинова Е. С. Роль родного языка в обучении иностранному // Иностранные языки в школе. — № 2. — 2004. — С. 20−28.
4. Конецкая В. П. Введение в сопоставительную лексикологию германских языков. — М.: Высш. шк., 1993.
5. Климов Г. А. Основы лингвистической компаративистики. — М.: Наука,
1 990.
6. Культурология. XX век. Словарь. — СПб.: Университетская книга, 1997.
7. Ладо Р. Лингвистика поверх границ культур // Новое в зарубежной лингвистике. — Вып. 25. Контрастивная лингвистика: Переводы / сост. В. П. Нерознак- общ. ред. и вступ. ст. В. Г. Гака. — М.: Прогресс, 1989. — С. 32−61.
8. Малых Л. М. К проблеме статуса контрастивной лингвистики // Вестник Вятского государственного гуманитарного университета. — 2009. — Вып. 2 (2). — С. 44−48.
9. Маркосян А. С. Очерк теории овладения вторым языком. — М., 2004.
10. Манакин В. Н. Сопоставительная лексикология. — Киев: Знання, 2004.
11. Мечковская Н. Б. Общее языкознание: Структурная и социальная типология языков. — 2-е изд. — Мн.: Амалфея, 2004.
12. Нифанова Т. С. Сопоставительное описание семантических единиц разных языков. — Архангельск: Поморский университет, 2004.
13. Паспорт специальности 10. 02. 20 «Сравнительно-историческое, типологическое и сопоставительное языкознание». — [Электронный ресурс]. -Режим доступа: www. originweb. info.
14. Реформатский А. А. О сопоставительном методе // Реформатский А. А. Лингвистика и поэтика. — М.: Наука, 1987. — С. 40−52.
15. Савойская Н. П. Лингвокультурологические особенности концепта «вежливость»: На материале казахского, русского и английского языков: Автореф. дис. … канд. филол. наук. — Челябинск, 2005.
16. Современный философский словарь / под общей ред. д.ф.н. профессора В. Е. Кемерова. — 3-е изд., испр. и доп. — М.: Академический проект, 2004.
17. Сравнительная философия. — М.: Восточная литература РАН, 2000.
18. Стернин И. А. Контрастивная лингвистика. Проблемы теории и методики исследования. — М.: ПАСТ: Восток — Запад, 2007.
19. Федуленкова Т. Н. Изоморфизм и алломорфизм в германской фразеологии (на материале английского, немецкого и шведского языков): Дис. … д-ра филол. наук. — Северодвинск, 2006.
20. Философия науки в вопросах и ответах / В. П. Кохановский [и др.]. -Ростов н/Д: Феникс, 2006.
21. Широкова А. В. Сопоставительная типология разноструктурных языков. — М.: Добросвет, КДУ, 2006.
22. Языкознание. Большой энциклопедический словарь / гл. ред. В. Н. Ярцева. — 2-е изд. — М.: Большая Российская энциклопедия, 1998.
23. Ярцева В. Н. Контрастивная грамматика. — М.: Наука, 1981.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой