Аргумент и его структурная интерпретация

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Языкознание


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

ВЕСТНИК УДМУРТСКОГО УНИВЕРСИТЕТА
119
Лингвистика
УДК 801
Л. Г. Васильев, Ю.И. Касьянова
АРГУМЕНТ И ЕГО СТРУКТУРНАЯ ИНТЕРПРЕТАЦИЯ
Представлено исследование трактовки некоторых важнейших понятий при изучении аргументирующей функции дискурса — структуры аргумента, принципов схематизации в основных аргументологических школах Европы и Северной Америки.
Ключевые слова: аргумент, схематизация, сочинительная и множественная аргументация, кумулятивность, прагмадиалектика, неформальная логика.
Схематизация естественно-языкового аргумента представляет собой рабочий инструмент его анализа, используемый в целях экспликации [1. С. 36−40]. Схематизацию обычно осуществляют в виде древовидной структуры, предварительно пронумеровав эксплицитные пропозиции. Местоимения заменяются их знаковыми референтами. Полученные образования располагают в порядке подчиненности — либо вертикально, либо горизонтально. Острие стрелок при этом направлено от довода к тезису. При добавлении имплицитных компонентов их обозначают буквами (например, строчными -доводы, прописными — тезисы), при необходимости добавляя эксплицирующий знак, например, плюс. Если же доводы не связаны между собой, их представляют изолированно. Например:
В этой книге анекдотов не встретишь, потому что их обычно не бывает в учебниках. Пропозициональные составляющие этого аргумента таковы:
(1) В этой книге анекдотов не встретишь.
(2) Анекдотов в учебниках обычно не бывает.
(а) Эта книга — учебник (имплицитная посылка).
Схема данного аргумента:
В более сложных случаях картина аргумента иная, но принцип остается тем же — соединение и разъединение пропозиций, являющихся доводами. Например:
Угроза смертной казни во многих случаях останавливает потенциальных убийц, а чем меньше убийств, тем спокойнее криминогенная обстановка. Кроме того, смертная казнь, в отличие, например, от пожизненного тюремного заключения — менее затратный механизм для страны. Убийцы по сути дела ложатся нелегким бременем на бюджет. Ведь мы должны еще и кормить этих душегубов. В любом случае, убийца не имеет права жить, так как отнял жизнь у другого. Надо ли тогда вести бессмысленные правозащитные дискуссии о неприменении смертной казни?
Пропозициональное представление этого аргумента следующее:
1. Угроза смертной казни во многих случаях останавливает потенциальных убийц.
2. Чем меньше убийств, тем спокойнее криминогенная обстановка.
3. Смертная казнь, в отличие, например, от пожизненного тюремного заключения — менее затратный механизм для страны.
4. Убийцы по сути дела ложатся нелегким бременем на бюджет.
5. Мы должны кормить этих душегубов.
6. Убийца не имеет права жить.
7. Убийца отнял жизнь у другого.
8. Не надо вести бессмысленные правозащитные дискуссии о неприменении смертной казни.
(А) Смертная казнь должна применяться.
(2) + (а)
Схема данного аргумента:
(5)
(7)
(1) + (2)
(3) + (4)
(6)
В специальной литературе таксономизации схем аргумента уделяется весьма значительное внимание. Обычно выделяют дивергентную (один довод — несколько защищаемых положений), конвергентную (несколько доводов — один защищаемый тезис) и цепочечную аргументацию (последовательное подчинение, при котором тезис одного аргумента является одновременно посылкой для следующего). Однако данная терминология имеет весьма неодинаковое смысловое наполнение [2]. Рассмотрим подходы в двух основных аргументологических школах, прагмадиалектике (Северная Европа) и неформальной логике (Северная Америка).
Прагмадиалектика. Согласно этой школе цель анализа и оценки аргумента — определить, составляют ли посылки надежные (дедуктивно необходимые или индуктивно сильные) основания для принятия вывода. Единица анализа здесь — совокупность «посылка + вывод»), а цель — установить, привело ли обсуждение к рациональному разрешению спорного вопроса. При наличии нескольких участников довод, предлагаемый пропонентом, может оказаться для одних участников приемлемым, а для других — нет. Если каждый довод достаточен для обоснования утверждения, вокруг которого идет дискуссия, то, предоставляя этот набор доводов, пропонент добивается благоприятного для себя разрешения диспута.
По признаку «отношение к тезису» прагмадиалектики выдвигают фактически совокупность из двух параметров разграничения — экзистенциального и манифестационного (термины Ю.И. Касьяновой
[2]). По этим параметрам разграничиваются сомнение и противопоставление. Экзистенциальный критерий предусматривает, что тезис должен подвергаться сомнению со стороны одного из партнеров (это необходимое условие для тезиса). Манифестационный критерий дает возможность определить, что перед нами не просто сомнение, но и иная точка зрения. Иначе говоря, сомнение можно выразить с помощью формулы Сомнение (+ЭКЗ.), (-мАн.), а иную точку зрения как Противопоставление (+ЭКЗ.), (+МАН.).
Разделение аргументации на множественную и сочинительную проводится на основе признака неопровержимость. Для первой единичные посылки должны расцениваться как неопровержимые защитные реализации позиции пропонента [3. С. 79]. Тем самым функция «неопровержимости» — в разделении аргументов во множественной аргументации. Этот термин имеет модальное значение, ибо он связан с логической необходимостью в дедукции, а дедуктивный аргумент в логике имеет максимальную силу. Если посылка, выдвинутая в обоснование вывода, образует дедуктивный аргумент, то остальные посылки не добавляют выводу силы — он и без того истинен. Следовательно, в аргументе, имеющем помимо такой посылки и иные, на самом деле содержится более одного аргумента: один составляет дедуктивный аргумент, а другие — либо недедуктивные, либо тоже дедуктивные, что может быть установлено при их отдельном рассмотрении.
Использование «неопровержимости» проблематично в случаях, когда речь идет об аргументах, правильных с логической точки зрения, но не обладающих неопровержимостью вывода. Мы должны предусмотреть существование множественной аргументации для таких случаев, и одновременно -существование координативной аргументации, когда посылки в совокупности поддерживают, но не неопровержимо, вывод.
В работе [4] единичная (single) аргументация противопоставляется сложной на основе количества доводов — в единичной он один, в сложной (complex) — несколько. В составе последней выделяются множественная (multiple), сочинительно-составная (coordinatively compound) и подчинительносоставная (subordinatively compound), причем все они считаются явлениями одного порядка классификации (ибо перечисляются как первый, второй и третий тип отношений между аргументами). Однако
[2. С. 23−30].
автор не замечает уровневого несовпадения между ними. С одной стороны, множественная аргументация явно терминологически отличается от составной, разбивающейся на два подтипа. С другой стороны, множественная и сочинительно-составная аргументативные разновидности предполагают наличие доводов, лежащих на одном уровне, а подчинительная составная — наличие довода иного уровня (это как бы встроенный аргумент с посылкой, которая обосновывается иной посылкой и становится тезисом второго порядка).
Разграничение составной (сочинительной) и множественной аргументации основано у Ф. Хен-кеманс на семантическом принципе ± достаточности: во множественной — доводы в достаточной мере обосновывают тезис по отдельности, в составной — только в совокупности. Поэтому во множественной аргументации достаточно приемлемости одного из доводов, а в составной — всех. Автор утверждает, что эти типы структур выполняют разные функции в аргументировании и в дискуссии в целом. Названные структуры имеют разное речеактовое наполнение. Сами же структуры можно установить, формулируя критические вопросы, требующие от адресанта ответа в виде множественной или сочинительной аргументации.
Диалогово-ориентированное решение проблемы, предлагаемое Ф. Хенкеманс, не означает, однако, неприемлемости рассмотрения монологического аргументативного дискурса, поскольку последний обычно представляет собой имплицитный диалог и осуществляется в ориентации на возможные сомнения и несогласия отсутствующего оппонента. «Аргументация протагониста рассматривается … как сложное целое, состоящее из выдвигаемых утверждений, ориентированных на реальные или предполагаемые критические замечания антагониста» [4. С. 19] (курсив наш. — Л.В., Ю.К.). В дискурсе индикаторами типа структур считаются прагматические, диалогические и диалектические ключи. Первым индикатором структуры является тип тезиса, вторым — тип критики, который предвидит и на который отвечает аргументатор, третьим — строение (схема) аргумента.
Неформальная логика. В неформальной логике отсутствует акцент на диалогичности аргумента: предполагается, что противопоставление диалогической и монологической аргументации есть лишь противопоставление манифестационного плана, ибо любой аргумент внутренне диалогичен, являя собой рассуждение, направленное на реального партнера или на возможные возражения со стороны возможного партнера-коммуниканта.
Трактовка взаимозависимости _доводов может трактоваться в узком и широком смыслах [2]. Узкая трактовка предусматривает то, что доводы дают некоторое обоснование вывода, широкая — что помимо этого условия доводы должны зависеть друг от друга, чтобы дать достаточное обоснование. Независимые доводы трактуются как по отдельности дающие (а) некоторое обоснование вывода и (б) достаточное его обоснование. Независимость также понимается как относительная и как абсолютная. В первом случае независимые доводы по отдельности не обязательно достаточны для вывода, во втором — обязательно достаточны.
С. Томас различает четыре типа аргументов: серийные (serial), дивергентные, связанные и конвергентные [5].
В серийном одно и то же высказывание функционирует и как вывод (из некоторого довода), и как довод (для последующего вывода), так что рассуждение предстает в виде цепочки промежуточных выводов, например (полужирным курсивом в примерах обозначен вывод аргумента):
(a) The room was sealed and empty when we entered. ^ (b) No one could have left it. ^ © The murderer was never in the room [5. С. 52].
Строго говоря, это определение неверно, поскольку промежуточным выводом является только
(b), и дефиниция этого типа очевидно нуждается в уточнении.
«В дивергентном аргументе или умозаключении один и тот же довод (reason) & lt-(a) дается для обоснования (supporting) нескольких различных выводов & lt-(b), (c)& gt-» [Ibid], например:
(a) It is going to rain. (b) We’ll get wet. © The game will be canceled. Автор считает, что дивергентный аргумент можно трактовать и как два раздельных аргумента. Это замечание ученого излишне, поскольку точно так же можно было бы считать раздельными аргументы в серийном аргументе. Вопрос заключается в том, каким уровнем ограничивать рассмотрение аргумента: линейным или нелинейным- если принимать многоуровневую трактовку, то названные аргументы будут едиными, если одноуровневую, то сочленением аргументов.
Связанное (linked) рассуждение определяется как включающее несколько доводов (reasons), каждое из которых нуждается в других для поддержки вывода [5. С. 52−53]. С. Томас различает три
2012. Вып. 4 ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ
типа такого рассуждения — дедуктивно валидное (например, силлогистическое), индуктивное (статистическое обобщение) и поддержку гипотезы. В качестве примера дедукции можно привести традиционный силлогизм модуса Barbara:
(a) All men are mortal. (b) Socrates is a man. © Socrates is mortal. Пример индуктивного аргумента у С. Томаса следующий:
(a) I ate chocolate bar #1 and afterwards my face broke out. (b) Likewise, for a chocolate bar #2 through #N, each time after eating the chocolate bar, my face broke out. © Therefore, I conclude that after eating a chocolate bar, my face will always break out.
В качестве примера поддержки гипотезы у автора приводится:
(a) His swimming suit is wet. (b) His hair is plastered down. © He's been swimming.
По мнению Ф. Хенкеманс, в связанном (взаимозависимом) рассуждении посылки по отдельности
(a) могут не поддерживать вывод вовсе, но могут и (б) поддерживать его в некоторой степени этот тип рассуждения [4. С. 33]. Однако у С. Томаса нет описаний случая (а), так что он является искусственным добавлением критика! Другое дело, что связанное рассуждение охватывает связанный и кумулятивный типы в концепции Р. Пинто и тем самым требует соответствующих уточнений.
Конвергентное, или независимое рассуждение определяется у С. Томаса как имеющее место тогда, когда (а) каждой отдельной посылки может быть достаточно для поддержки вывода, а (б) ложность любой из посылок не ослабляет вывода [5. С. 55]. Например:
(a) Smoking marijuana is against the law. (b) The smoke might be bad for my lungs. © I shouldn’t smoke marijuana.
Дж. Нолт определяет независимые (ср.: конвергентные) (split-support) аргументы как имеющие две или более независимые линии рассуждения ((a), (b)) и ведущие к одному и тому же тезису. Например:
(a) There is absolutely no demand for an appliance that converts earthworms into ice cream. Besides,
(b) it would be so costly to produce that no one could afford it anyway. So © such a device will never be marketable.
Сигналом независимости посылок здесь служит слово besides.
Нормальные (normal) аргументы — это те, которые не являются независимыми и обеспечивают поддержку вывода совместно. Например:
(a) Either Ophelia is very sick or else she’s faking. But (b) she’s not capable of faking. So © she must be very sick [6. С. 31−33].
На наш взгляд, такое определение нуждается в пояснении следующих моментов (с соответствующей экспликацией типов взаимозависимости): (а) для посылок, которые в отдельности не дают никакого обоснования вывода- (б) для посылок, каждая из которых дает некоторое обоснование- (в) для посылок, одни из которых дают некоторое обоснование, а другие — нет- (г) для посылок, дающих разное по силе обоснование вывода.
М. Финокьаро считает доводы взаимозависимыми, когда они зависят друг от друга и обосновывают вывод совместно, а каждый в отдельности является неполным или недостаточным для поддержки тезиса [7. С. 322]. Однако автор не уточняет, что означает эта взаимозависимость — достаточность для обоснования аргумента или лишь релевантность, достаточность одних и недостаточность (но релевантность) других. Кроме того, во взаимозависимые могут входить связанные и кумулятивные (по [8]) типы.
Т. Говье дает сравнительно узкое определение взаимозависимых посылок, относя к ним случаи, когда «одна посылка не могла бы дать никакого обоснования для вывода в отрыве от других» [9. С. 126] - ср. связанные посылки у Р. Пинто [8]. Независимые посылки дают по отдельности достаточное обоснование вне зависимости от истинности других посылок. Это определение близко кумулятивному типу у Р. Пинто. По мнению Ф. Хенкеманс, узость данной трактовки ведет к тому, что если независимыми считать лишь те посылки, которые, будучи взяты в совокупности, релевантны для вывода, из виду упускается случай, когда независимые посылки в совокупности являются достаточными для вывода — в этом случае они могут быть взаимозависимыми [4. С. 36].
Наиболее подробно схематизация аргумента представлена в работах Д. Уолтона. Хотя трактовка структур аргументации в работах Д. Уолтона связана с диалогической формой аргументации, собственно диалогический обмен выступает в качестве верифицирующей и направляющей процедуры, мало затрагивающей собственно семантико-тектоническую составляющую аргумента. Центральное
понятие в разработке аргументационных схем у Д. Уолтона [10] - презумпция. Это понятие соотносимое, но не совпадающее с понятием бремя доказывания (БД), ход в диалоге, лежащий между утверждением (assertion), несущим в себе обязанность доказывания и допущением (assumption), не связанным с БД. Принимая некоторое положение в качестве презумпции, субъект допускает и бремя (возможного) опровержения этого положения. Так презумпция перемещает БД.
Для Д. Уолтона аргументационные схемы (АС) — это структуры или «формы» аргументации, которые являются нормативно обязывающими видами рассуждения и которые предпочтительнее рассматривать в качестве ходов или речевых актов. Нормативное обязывание понимается как необходимость принимать вывод аргумента, если он построен по правильной схеме, соответствующей контексту диалога. Валидность А С зависит от контекста. Это связано с тем, что целью аргумента в презумптивном (абдуктивном) рассуждении является не доказывание Тезиса с той или иной степенью вероятности, а перемещение (сдвиг) БД.
Эффективность достижения сдвига БД зависит от того (а) валидна ли схема для данного контекста и (б) получили/получат ли утвердительные ответы критические вопросы, ассоциированные со схемой (например, для рассуждения на основе знака — «не является ли этот знак признаком чего-то иного?»). Разделению моментов (а) и (б) соответствует различие между первыми двумя (из трех) уровнями критики аргумента. На местном уровне сама схема может быть невалидна, либо аргумент может не удовлетворять требованиям схемы или посылки могут быть недостаточно обоснованными. Критические вопросы, имплицитные и ассоциирующиеся с АС, обычно приводят к последующим аргументам, так что наличие схемы в результате приводит к последовательности обмена репликами в диалоге, которая получает название «аргументативной темы». Эти темы образуют фон для второго уровня критики аргумента, который предусматривает проверку релевантности аргумента в данной точке диалогического обмена. Релевантность аргумента определяется адекватным его помещением в цепь вопросов и ответов, составляющих аргументативную тему в данной точке диалога. Третий уровень критики состоит в проверке уместности используемого типа диалога.
Можно предложить и несколько иную оценку роли критических вопросов. Во-первых, это критика посылок в схеме (в концепции Д. Уолтона схемы представляют собой не структуру, а так называемую форму аргументов — по аналогии, например, с modus ponens)) с точки зрения, например, их силы и достаточности. Во-вторых, это указание на наличие исключений, при которых схема не действует (например, в аргументе ad verecundiam, предполагающем ссылку на экспертное мнение, может быть установлено, что эксперт допустил ошибку). В-третьих, это так называемые условия использования схемы (например, является ли утверждение о том, что Ксант — пьяница, релевантным оценки правомерности приводимых им аргументов). В-четвертых, это указание на возможное наличие иных аргументов, релевантных для вывода в аргументе (так, в аргументе ad verecundiam следует установить, есть ли иные точки зрения экспертов) [11].
Обосновывая презумптивную аргументацию, Д. Уолтон полагает, что если посылки презум-птивно поддерживают заключение, мы не придаем существенной степени истинности заключению- ее степень считается достаточной, чтобы переместить бремя опровержения на того, кто будет отрицать заключение. Однако, согласно [12. С. 59], Д. Уолтон переоценивает предварительный характер презумптивного рассуждения: некоторые презумпции имеют слабое обоснование, но некоторые — и сильное, поэтому было бы нерационально придавать меньшую степень приемлемости выводу в таких случаях. Например, если Анна пообещала вернуть Бобу книгу в понедельник, то при отсутствии форс-мажорных условий Анна обязана вернуть книгу в этот день — в этом умозаключении нет ничего предварительного или слабого. Различие между дедукцией, индукцией и абдукцией (презумпцией) состоит не в степени уверенности субъекта в выводе, а в том, опровержим ли вывод аргумента в принципе: в случае дедукции — нет, в случае индукции и абдукции — да, даже при сильных посылках. Правда, в этом случае неясно, как различать два последних типа.
В кумулятивных аргументах Д. Уолтона каждая из посылок вносит свой вклад в обоснование тезиса, и чем больше посылок, тем больше сила вывода. Совокупная сила посылок в них выше, чем сумма любых посылок, взятых по отдельности или группами. Их сочинительная природа в том, что посылки обладают топикальной когерентностью. Такие аргументы обычно индуктивны, так как в дедуктивных количество посылок, если оно превосходит номинальное, никак не влияет на силу вывода — она и так стопроцентна. Типичным примером кумулятивных аргументов являются аргументы на основе признака, ср. :
(а) У него температура- (б) У него болит голова- (в) У него общая слабость- (г) У него ломит тело- (д) У него сухой кашель без насморка- (е) У него грипп.
Некоторые кумулятивные аргументы лежат между сочинительными и конвергентными. Их сочинительная природа в том, что посылки обладают имплицитной топикальной когерентностью («свойства организма») — их конвергентная природа в том, что каждая из них представляет отдельную линию рассуждения и потому самостоятельно дает определенное обоснование для вывода, ср. примеры из [10. С. 131−133]:
(a) The gram stain of the organism is gramneg. (b) The morphology of the organism is rod. © The aerobicity of the organism is anaerobic. (d) There is suggestive evidence that the identity of the organism is bacteroides.
(a) Bob was seen at the scene of the crime, holding a smoking gun- (b) Bob confessed to the crime- © Bob committed to the crime.
Характер подобных аргументов можно определить, если попытаться ответить на следующие вопросы. (А) Если одна из посылок не подтвердилась, можно ли считать, что остальные посылки обосновывают вывод? (Б) Достаточно ли для правомерности вывода правильности хотя бы одной посылки при несостоятельности остальных?
Для решения этого вопроса можно исходить из того, что перед нами индуктивные аргументы, не имеющие 100%-й силы вывода. Тогда (А) и (Б) продолжают действовать даже при уменьшении силы (вероятности) вывода. Однако такое уменьшение должно быть незначительным. В этом смысле приведенные аргументы не-конвергентны. Если же снять требование незначительности, то они близки конвергентным.
Такие соображения позволяют считать Д. Уолтону [10. С. 134] дихотомическое разделение аргументов на сочинительные и конвергентные недостаточным: если аргумент не-конвергентный, это еще не означает, что он сочинительный, а не-сочинительный аргумент не обязательно является конвергентным. Кумулятивные же аргументы сложно считать разновидностью сочинительных, поэтому Р. Пинто и Т. Блэр относят и те и другие к разновидностям зависимых аргументов.
Основное различие между терминосистемами аргументативной организации текста в прагма-диалектике и неформальной логике следует искать в уровне рассмотрения аргументов: разделение аргументов на сцепленные (linked) и конвергентные (в неформальной логике) относится к тактическому, а на сочинительные и множественные (в прагмадиалектике) — к стратегическому уровню [13]. Тактическое рассмотрение обращено на уровень простого (единичного) аргумента, Аргументативно-го Шага, а стратегическое — на уровень сложного, состоящего из нескольких простых, аргумента, то есть Аргументативного Хода [14].
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Johnson R., Blair J.A. Logical self-defense. N.Y. etc.: McGraw-Hill, 1994. 312 p.
2. Касьянова Ю. И. Структурно-семантический анализ аргументации в монологическом тексте: дис. … канд. филол. наук / УдГУ. Ижевск, 2008. 158 с.
3. Eemeren F.H. van, Grootendorst R. Argumentation, communication and fallacies: a pragma-dialectical perspective. Hillsdale, N.J.: Erlbaum, 1992. 236 p.
4. Henkemans A.F. Snoeck. Analysing complex argumentation: the reconstruction of multiple and coordinatively compound argumentation in a critical discussion. Amsterdam: Sic Sat, 1997. 187 p.
5. Thomas S. Practical reasoning in natural language. Englewood Cliffs, N.J.: Prentice-Hall, 1981.
6. Nolt J.E. Informal logic: possible worlds and imagination. N.Y. etc.: McGraw-Hill, 1984. 429 p.
7. Finocchiaro M. Galileo and the art of reasoning. Dordrecht: Reidel, 1980.
8. Pinto R. Argument, inference and dialectic: collected papers on informal logic. Dordrecht: Kluwer, 2001. 278 p.
9. Govier T. Selected issues in logic and communication. Belmont, CA: Wadsworth, 1988. 207 p.
10. Walton 1996. Argument structure: a pragmatic theory. Toronto etc.: Univesity of Toronto Press, 1996. 304 p.
11. Verheij B. Dialectical argumentation with argumentation schemes: towards a methodology for the investigation of argumentation schemes // Proceedings of the 4-th International Conference on Argumentation / Ed. by F.H. van Eemeren et al. Amsterdam: Sic Sat, 2002. P. 1033−1037.
12. Blair J.A. Walton’s argumentative schemes for presumptive reasoning: A critique and development // Proceedings of the 4-th International Conference on Argumentation / Ed. by F.H. van Eemeren et al. Amsterdam: Foris, 1999. P. 56−61.
ИСТОРИЯ И ФИЛОЛОГИЯ
13. Freeman J. Argument structure and disciplinary perspective // Proceedings of the 4-th International Conference on Argumentation / Ed. by F.H. van Eemeren et al. Amsterdam: Foris, 1999. P. 208−211.
14. Васильев Л. Г. Аргументативные аспекты понимания. М.: Ин-т психологии РАН, 1994. 222 с.
Поступила в редакцию 16. 05. 12
L. G. Vasilyev, Yu.I. Kasyanova Argument and its structural interpretation
The article deals with treatments of crucial notions of argumentative function of discourse, the structure of argument and the principles of schematization as they are given in principal argumentation schools of Europe and North America.
Keywords: argument, schematization, co-ordinative and multiple argumentation, cumulativity, pragma-dialectics, informal logic.
Васильев Лев Г еннадьевич,
доктор филологических наук, профессор
ФГБОУ ВПО «Удмуртский государственный университет» 426 034, Россия, г. Ижевск, ул. Университетская, 1 (корп. 2) E-mail: argumentation@mail. ru
Касьянова Юлия Ивановна, кандидат филологических наук, доцент
ГОУВПО «Приднестровский государственный университет» MD-3300, Молдова, г. Тирасполь, ул. 25 Октября, 107 E-mail: kasyanova-2005@mail. ru
Vasilyev L.G., doctor of philology, professor Udmurt State University
462 034, Russia, Izhevsk, Universitetskaya st., 1/3 E-mail: argumentation@mail. ru
Kasyanova Yu.I. ,
candidate of philology, associate professor
Pridnestrovsky State University
MD-3300, Moldova, Tiraspol, 25 October st., 107
E-mail: kasyanova-2005@mail. ru

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой