Архетип как основа мировосприятия в политическом мифотворчестве

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Философия


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Коваль Ирина Юрьевна
АРХЕТИП КАК ОСНОВА МИРОВОСПРИЯТИЯ В ПОЛИТИЧЕСКОМ МИФОТВОРЧЕСТВЕ
В данной статье автор прослеживает взаимосвязь политической мифологии и мифологического сознания. В настоящее время политический миф строится, имея в качестве прообраза миф архаический. Однако внесение элементов архаики в современность, в эпоху постмодерна не делает общество полностью архаическим, поскольку для архаического общества характерна стабильность мировоззрения. Кризис современного мировоззрения перенимает из архаики символизм мировосприятия, стремление к познанию философской картины мира.
Адрес статьи: м№". агато1а. пе1/та1ег1а18/3/2011/6−2/2СШт1
Источник
Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики
Тамбов: Грамота, 2011. № 6 (12): в 3-х ч. Ч. II. C. 75−77. ISSN 1997−292X.
Адрес журнала: www. gramota. net/editions/3. html
Содержание данного номера журнала: www. gramota. net/mate rials/3/2011/6−2/
© Издательство & quot-Грамота"-
Информацию о том, как опубликовать статью в журнале, можно получить на Интернет сайте издательства: www. aramota. net Вопросы, связанные с публикациями научных материалов, редакция просит направлять на адрес: уоргобу hist@aramota. net
УДК 32
В данной статье автор прослеживает взаимосвязь политической мифологии и мифологического сознания. В настоящее время политический миф строится, имея в качестве прообраза миф архаический. Однако внесение элементов архаики в современность, в эпоху постмодерна не делает общество полностью архаическим, поскольку для архаического общества характерна стабильность мировоззрения. Кризис современного мировоззрения перенимает из архаики символизм мировосприятия, стремление к познанию философской картины мира.
Ключевые слова и фразы: политический миф- мифологическое сознание- архетип- бессознательное- рациональное.
Ирина Юрьевна Коваль
Кафедра политологии
Забайкальский государственный гуманитарно-педагогический университет им. Н. Г. Чернышевского kovalirinay@mail. ru
АРХЕТИП КАК ОСНОВА МИРОВОСПРИЯТИЯ В ПОЛИТИЧЕСКОМ МИФОТВОРЧЕСТВЕ (c)
В современной политической науке одним из проявлений постмодерна стало «употребление слов лишенных смысла»: отсутствие категориальной ясности, точности, однозначности и проникновение в науку профанных идей и смыслов. Это ситуация, как отмечает М. И. Фадеевич, непосредственно связана с феноменом мифа с широким и не строгим его пониманием [3, с. 11].
Миф имеет целый ряд специфических особенностей, относящихся к политическому мифу и политическим мифологиям. Несмотря на то что мифология как «форма общественного сознания» традиционно связывается с ранними этапами развития общества, многие особенности мифологического мышления воспроизводятся в массовом сознании постмодерных обществ, что является условием широкого распространения политических мифов и причиной их востребованности.
Политический миф определяется как феномен сложного иерархического взаимодействия в индивидуальном и массовом сознании архетипических оснований с массовой интерпретацией политической реальности [4, с. 178]. Политический миф имеет важный характер, поскольку он основан на архетипах, взаимосвязан основными потребностями и является «крючком» для политической активности. Мифология дает выход политическим чувствам и эмоциям: политический миф позволяет выразить, например, любовь к родине и ненависть к врагу, симпатию к власти и отвращение к политической оппозиции, чувство безопасности и страх угрозы национальной безопасности, классовую солидарность и т. д.
Одно из основных значений мифологического сознания и политического мифа состоит в том, что они представляют собой механизмы реакции человека на внутреннюю, внешнюю нестабильность и попытку поддержать нормальное функционирование человека, организацию массы по ее самосохранению, т. е. устанавливаются связи на бессознательном уровне.
«Бессознательное — часть человеческой психики, находящейся вне прямого рассудочного контроля -охватывает сумму психического опыта всех предшествующих поколений» [6, с. 54]. Поэтому для исследования бессознательного используются первобытные мифологические фантазии: мотивы героя, матери, рождения и возрождения, жертвы и прочие. Архетипы, согласно Юнгу, есть «трансцендентные по отношению к сознанию реальности, вызывающие к жизни комплексы представлений, которые выступают в виде мифологических мотивов» [5, с. 73]. Это не сам опыт прежних поколений, но его «осадок». Архетипы — это характеристики мифологических образов и доминирующих в мифе законов, переживаемых через коллективное бессознательное. Это «модель, которая определяет строй человеческой мысли» [Там же], она объективна, поскольку задана традицией более глубокой, чем освоенная обществом культурная традиция. Архетип — самый общий и универсальный образ. Отступая в мифологическое пространство, человек опирается на архетипы состояния хаоса и порядка и их оппозиции- архетипы оценки — света и тьмы (добра и зла) — архетипы отношения: свое — чужое, мы — они, архетип чуда (преодоление оппозиций) и т. д.
Поскольку природа человеческого связана с миром символических форм и миром архетипов, он вынужден в процессе своей деятельности погружаться в миф.
Исследователь А. И. Кольев выделяет четыре основных варианта принятия решений:
• «эмоциональный (внелогический, аффективный) — действие является результатом использования символов, бессознательно пробужденных неким архетипом- тип личности соответствующий данному варианту принятию решения — человек досуга-
• логический — действие возникает на основе быстрого отыскания простой логической схемы ответа на внешний вызов или на основе рутинной процедуры (производственной) — тип личности — человек экономический-
© Коваль И. Ю., 2011
76
Издательство „Грамота“
www. gramota. net
• мифологический — действие становится результатом нахождения нетривиальной логической схемы, подсказанной образами мифологического символьного пространства- тип личности — человек политический-
• магический — действие становится результатом логически отысканной системы мифических символов-
тип личности — человек магический» [1, с. 89].
Миф создает не только свою логику, но и свою обыденность. По факту, по своему реальному существованию действительность остается в мифе той же самой, что и в обыденной жизни, и только меняется ее смысл и идея. Считается, что жизнь древних сообществ была наполнена мистическими переживаниями. Первобытные люди ощущали себя находящимися в непосредственном и постоянном контакте с невидимым миром, который для них не менее реален, чем мир видимый: они общались с покойниками, с «духами», с персонифицированными силами. Мистический опыт структурировал пространство и время, создавал условия для племенного единства.
По мнению Юнга, мифы являются «аналогией психических комплексов индивидуального бессознательного» [6, с. 57]. Это структурированные элементы бессознательного, которые размещаются в бесструктурной среде из разного рода коллективных переживаний, архетипов, обрывков культурной информации.
И. В. Кравченко рассматривает следующую схему психологических основ мифологического сознания и поведения:
— «Формирование индивидуального и коллективного мифологического сознания, эмоционально-чувственный аспект.
Иррациональная стадия. Ситуационные аффекты и эмоции (например, возникновение непонятного и нежелательного события- появление символа — «враг», «чужой" — начало паники) — эмоциональная, инстинктивная, чувственная реакция- эмоциональное побуждение к установке сознания на восприятие фиктивной информации и образованию ложных ассоциативных связей, подготовка к выбору поведения и принятия решения.
— Повышенная реактивность- эмотивное поведение (паника, испуг, индивидуальная или коллективная истерия, неврозы и психозы).
Функционирование мифологического сознания- движение от ситуативных к устойчивым состояниям ложного сознания- рационализированная стадия образования идей, убеждений, норм, ценностей- формирование общественного мнения, массовых действий, движений, партий, объединений на мифологической основе. Необязательна при этом непосредственная связь с конкретным мифом, часто достаточно некоего общего эмоционального фона (например, недовольства положением вещей, раздражения, неприятия какого-либо правящего лица) остальное — дело фантазии, подсказок или слухов. Расстройство коллективного сознания: патологическая реактивность, индивидуальные и коллективные истерии, неврозы и психозы (шпиономания, поиски врагов, заговоров, еретиков). В этом негативном варианте (теории заговора, иноверцев и инакомыслящих) есть осознанная стимуляция националистических, идеологических, политических и прочих предрассудков — обоснование нетерпимости, гонений, репрессий» [2, с. 13].
Считаем необходимым уточнить, что элементами конструкции любого мифа является набор архетипов, из которых собираются образы и формируются мифосюжеты. Архетипический миф характеризуется нерасчлененностью субъекта и объекта, образа и идеи, конкретного и абстрактного, использованием логических средств, а политический миф тесно связан с рациональным знанием. Юнг выделил отличительные черты архаичного и политического мифов: в традиционных мифах объектом мифологизации являются боги, культурные герои или предки- в мифах ХХ века — реальные люди и события современного и недавнего прошлого. Политические мифы не наследуются из глубины веков, а создаются отдельными людьми или группами людей. Они опираются на научные теории своего времени, которые стремятся дать политическим мифам правдоподобный и научноподобный вид. Со временем мифы начинают существовать независимо от своих творцов, против которых даже могут быть направлены. Политические мифы, в отличие от мифов архаичных, распространяются как на словах, или в виде текстов, так и через средства массовой информации [6, с. 64].
Транзит мифа одного народа мифом другого народа невозможен. Архетипы в русском сознании как форма восприятия перешли в архетипы Правды и Лада. Правда выступает как праведная жизнь, истина, справедливость. Лад — гармония человеческих взаимоотношений, построенных на идеальном образе любви, согласии и, как отмечают исследователи, в России укоренился самый старый миф — миф народной воли, который выступает как свобода и пространство, простор и в то же время показывает народу его свободу, основанную на гармонии и согласии — архетип Лада. Противоположный ему — современный политический контр-миф о деградации социума, проявлении дурного русского характера, где народ выступает источником собственных бед. Исследователи отмечают такие контр-мифы.
Мифы о власти зиждятся на представлениях о власти, где добрый царь — герой руководствуется истиной или царь — мученик. Эти образы становятся двигателем в определении политических событий. Мифологическое сознание определяет образы народного царя — героя, пророка и спасителя. Но не всегда функции, возложенные на образы, идеальны- здесь мифологическое сознание нарушает гармонию, то есть располагает между царем и народом носителей беспорядка, мешающих народу донести до своих представителей истину. От народного царя, данного Богом, всегда ждут избавления от беды, горя, несчастья. Царь-странник должен появиться внезапно, быть узнанным по особым признакам и совершить чудо. Чудо может не совершиться в реальности, и царь-избавитель становится искусственным (ненастоящим или «слабым»)
царем. Инструментом манипулирования для политика, в данном случае, выступает первоначальное ожидание чуда, которое, передвигаясь в мифическом пространстве, преследует прагматические цели.
Третьим мифом, укорененным в России, является миф идентификации. Когда идентификация стабильна, на нее не обращают внимания, но при каком-либо кризисе в обществе или стране человек ищет опору в идентификации с тем или иным этносом, политическим сообществом, с группой или с субкультурными группами. К мифу идентификации относится миф присоединения и оздоровления через приобщения, как например, в политическом мифе западничества.
Социальную значимость имеет миф провинциальности, развитый в общностях с выраженным центром, сосредотачивающим в себе все виды капитала (административного, культурного, ресурсного). «Чувство неполноценности у периферийных сообществ компенсируется мифами возврата к первоначальным основам общежития, которые сохранились в провинции» [1, с. 115]. К особой категории мифов можно отнести мифы о национальной традиции. Самый распространенный — это миф о двух культурах, миф о расколе.
Любой конкретный архаичный миф современности обращается в элемент эстетики, который со временем занимает политический миф и выступает инструментом манипуляций сознанием общества. Он использует архаические образы, но также несет в себе и положительные качества. Факт недостаточности или отсутствия рациональных мотивов в политике оформляется в символы и сюжеты. Кризисная ситуация заставляет общество думать иррационально, разрушая рациональные мотивы, через мифы общество создает и строит социальный мир и новую жизнь. Миф, как архаический, так и впоследствии политический, может быть модифицирован, так чтобы совершалось восстановление рационального уровня общественного и индивидуального сознания, распознающего новый реальный мир который изначально порождал потребность в мифах и мировоззренческий кризис.
Таким образом, политический миф строится, имея в качестве прообраза миф архаический. В нем создается собственный план реальности — со своими логическими и сюжетными законами, своей системой символов и образов. Политический миф, в отличие от архаического, образуется не только эмоциональным переживанием, а связан с рациональным знанием. В человеческой психике мифы выступают в качестве структурированных элементов бессознательного. Архетип, спроецированный в сферу самоорганизации общества или народа, порождает мифы народной воли, мифы о власти, мифы идентификации. Внесение элементов архаики в современность не делает общество полностью архаическим, поскольку для архаического общества характерна стабильность мировоззрения. Кризис современного мировоззрения востребует из архаики символизм мировосприятия, стремление к отысканию картины мира.
Из вышеизложенного следует, что при прослеживании взаимодействия политической мифологии и мифологического сознания архетип определяет архитектуру содержания человеческой мысли. Это значение имело отношение к античной мифологии и человеку того времени, однако это актуально и сегодня. Политическая мифология выступает как иерархический пласт иррационального сознания, способствуя структурированию мира при помощи архетипических образов.
Список литературы
1. Кольев А. И. Политическая мифология: реализация социального опыта. М., 2003. 384 с.
2. Кравченко И. И. Политическая мифология: вечность и современность // Вопросы философии. 2001. № 1.
3. Фадеичева М. А. Образы врага в российской политической мифологии XXI века // Дискурс Пи: научно-практический альманах. 2006. № 6.
4. Чурсин С. В. Роль политической мифологии в современном политическом процессе // Гуманитарные и социально-экономические науки. 2007. № 3.
5. Юнг К. Г. Душа и миф. Шесть архетипов. Минск, 2004. 210 с.
6. Юнг К. Г. Психология бессознательного. М., 1996. 320 с.
ARCHETYPE AS WORLD PERCEPTION BASIS IN POLITICAL MYTH CREATION
Irina Yur'-evna Koval'-
Department of Political Science Trans-Baikal State Classical-Pedagogical University named after N. G. Chernyshevskii
kovalirinay@mail. ru
The author traces the interrelation of political mythology and mythological consciousness. Nowadays political myth is constructed having archaic myth as a prototype. However archaic elements introduction into modernity, into the epoch of post-modern doesn'-t make society completely archaic as world-view stability is characteristic of archaic society. The crisis of modern world-view adopts world-view symbolism and the aspiration for the philosophical picture of the world comprehension from the archaic period.
Key words and phrases: political myth- mythological consciousness- archetype- unconscious- rational.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой