Архитектура традиционного жилища канонического типа в современном японском и западном пространстве

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Языкознание


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

вопрос о графическом оформлении композитов и сочетаний, в состав которых входят суффиксоиды. Мы считаем, что в случае их соответствия большинству вышеприведенных критериев, имеет смысл относить их к композитам и оформлять соот-
ветственно слитным или дефисным написанием. Прежде всего, это необходимо для составления различного рода учебных и методических пособий, для обучения языку на более высоком уровне, для сохранения языка ханты.
Библиографический список
1. Майтинская, К. Е. Сравнительная морфология финно-угорских языков // Основы финно-угорского языкознания (вопросы происхождения и развития финно-угорских языков). — М.: Наука, 1974.
2. Бубрих, Д. В. Историческая морфология финского языка. — М. -Л., АН СССР, 1955.
3. Осипова, О. А. Реликты активной типологии в глагольной системе васюганского диалекта хантыйского языка / О. А. Осипова, А.Ю. Фильчен-ко // Проблемы документации исчезающих языков и культур: Материалы международной конференции «21-е Дульзоновские чтения». — Уфа-Томск, 1999. — Ч. 1.
4. Серебренников, Б. А. Основные линии развития падежной и глагольной систем в уральских языках. — М., 1964.
5. Хонти, Л. Ваховский диалект хантыйского языка // Народы Северо-Западной Сибири. — Томск: Из-во ТГУ, 1995. — Вып. 2.
6. Серебренников, Б. А. Существовали ли в протоуральском языке именные классы? // ВЯ. — М., 1969. — № 3.
7. Хайду, П. Уральские языки и народы. — М.: Прогресс, 1985.
8. Онина, С. В. Отраслевая лексика хантыйского языка: словарный состав, связанный с оленеводством. — Йошкар-Ола, 2003.
9. Майтинская, К. Е. Венгерский язык. Грамматическое словообразование. — М.: Из-во АН СССР, 1959. — Ч.2.
10. Майтинская, К. Е. Венгерский язык // Основы финно-угорсккого языкознания (марийский, пермские и угорские языки). — М.: Наука, 1976.
11. Серебренников, Б. А. Историческая морфология пермских языков. — М.: Из-во АН СССР, 1965.
12. Гуя, Я. Морфология обско-угорских языков // Основы финно-угорского языкознания (марийский, пермские и угорские языки). — М.: Наука, 1976.
13. Жирмунский, В. М. Общее и германское языкознание. — Л.: Наука, 1976.
14 Больдт, Е. П. Именное словообразование нганасанского языка. — Новосибирск: Наука, СО, 1989.
15. Картина, А. И. Именное словообразование в современном мансийском языке: автореф. дис. … канд. филол. наук. — Л., 1955.
16. Виноградова, Л. Е. Словообразовательные средства кетских имен существительных. // Языки и топонимия. — Томск, 1981.
17. Курилов, Г. Н. Сложные имена существительные в юкагирском языке: автореф. на соискание ученой степени кандидата филологических наук. — Л., 1969.
18. Андуганов, Ю. В. Сложные слова в марийском языке (определительные сложные существительные): автореф. дис. канд. филол. наук. -Тарту, 1977.
19. Больдт, Е. П. Именное словообразование в самодийских языках на базе простых аффиксов (на материале нганасанского языка) // Лексика и грамматика языков Сибири. — Барнаул, 1985.
20. Кузнецова, А. И. Корреляция между деривационными возможностями слов и их семантикой (на материале васюганского диалекта хантыйского языка) // Veroffentlichungen der societas Uralo-altaica. Band 57. — Wiesbaden, 2002.
21. Максунова, З. В. Словосложение в кетском языке в сравнительно-историческом освещении. Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук. — Томск, 2002.
Статья поступила в редакцию 29. 05. 09
УДК 75: 7. 036.1 (084)
В. А. Сидоров, канд. арх., проф. АГТУ им. И. И. Ползунова, г. Барнаул, Е-таИ: stm@art. asu. ru
АРХИТЕКТУРА ТРАДИЦИОННОГО ЖИЛИЩА КАНОНИЧЕСКОГО ТИПА В СОВРЕМЕННОМ ЯПОНСКОМ И ЗАПАДНОМ ПРОСТРАНСТВЕ
Проблема в сохранении, понимании и применении закономерностей сложившегося канона духовного пространства архитектуры (на примере традиционного японского жилища). Современные храмы синто, так же как и современные жилища повторяют каноны древних зданий или дополняют старые постройки. Традиционные канонические элементы японского жилища, архитектурного окружения, формы внешнего вида и особенности внутри жилища являются актуальными для применения в практике за пределами Японии.
Ключевые слова: традиционное японское жилище, каноны пространства, архитектурное окружение, внешний вид домов, внутренние условия.
Развитие архитектуры в будущем японцами ассоциируется с совершенствованием своей национальной канон культуры. В отличие от Запада и России, где канон культура реализовалась в культовом пространстве и произошло разделение ее с современной жизнью, в Японии она родилась из природы, сливалась с традициями повседневного бытования, охватывала все население и поэтому стала единой и единственной культурой. Японцы мыслят именно категориями канон культуры. В ней они создали не антагонистическое примирение природы и культуры, переработав с учетом этой парадигмы иностранный опыт и достижения. Природно-культурные традиции стали вектором развития, глубже сознавая и укрепляя свое синто через буддизм, свои устои через христианские, западные и иные достижения во всех областях.
1. Традиционное жилище создавалось как обусловленное природой пространство канон культуры. Природа и жизнь остаются неразрывными в своем цикличном повторе нового, сменяющего старое. Это был и есть способ самовоспроизведения японской подражающей природе культурной традиции, приведший к каноническим элементам, формам и типам тра-
диционного жилища. Совершенствование этого равновесия происходило, когда нарушалось его самодостаточность, за счет эстетики бесконечного поиска прекрасного в достижении красоты. Постоянное присутствие религии в повседневной жизни также способствовало канонизации древних бытовых и строительных ритуалов, воспроизводимых вновь и вновь и в настоящее время ставших искусством архитектуры. В традиционной архитектуре жилища из века в век сохранялись обязательные для всех священные образцы. И если в Европе и России светские власти со сменой формаций и идеалов все больше и больше могли отступать от образцов, то в Японии жилищная архитектура оставалась и по настоящее время остается традиционной, во многом воспроизводит канонические элементы типов сёин — дворянский дом, тясицу — чайный дом, матия, минка -дома горожанина и их разновидностей [2]. В них был найден идеальный миропорядок, благоприятный природе Японии, порожденный восхищенным отношением к ней, понимаемой как творение священных духов, жизнь рядом с которыми обязывает соблюдать гармонию с духовной основой.
2. Примеры канонического жилища, современные воплощения традиционных канонических элементов становятся весьма полезными для восстановления роли природы как главной активной участницы формирования среды обитания, служащей образцом для человеческого творчества, поскольку именно в ней заключены главные тайны мироздания, в ней сходятся материальные и духовные ценности и самые передовые естественнонаучные интересы. Важность практики традиционного канонического жилища подтверждается стимулированием в их содержании при новом строительстве широкого междисциплинарного экологического движения: применение природных материалов, природосберегающих и энергосберегающих технологий.
3. При активном использовании традиционного жилища канонических типов в застройке существующих и новых муниципальных и частных образований и комплексов достигается возрождение образного начала в архитектуре и градостроительстве, преодолевается рутинное отношение к творчеству, как к чему-то лишь отражающему субъективные задания. Образно-символическое и семантическое начало оказывается действенным в традиционных жилищах канонического типа, поскольку определяет некую идеальную и вместе с тем конструктивную сущность архитектурного произведения, его формы, тектоники и пластики, деталей, цвета и фактуры. Образ становится эмоционально наполненным, притягательноодухотворенным человеческой теплотой. Выдвижение на передний план духовных ценностей и осмысление их как истинных животворящих начал способно преобразить культуру жилища как части всей современной культуры.
4. Углубление понимания природы архитектурной гармонии при сложном процессе преемственности, соединения различных исторических стилей, идущих от начала времен, религиозных, административно-управленческих, технологических и других установок. Нахождение способов совмещения и примирения, действующих в традиционной архитектуре разнонаправленных сил и тенденций во имя установления полноценного Единства — Гармонии частей и целого — при естественной субординации и достаточной свободе всех участвующих стилей и видов искусства являет собой систему гармоничного развития, отраженную в модели, сравниваемую в Японии с идеей древа канонической традиции. Ствол представлялся как традиция синто, ветвям соответствовали тенденции буддизма и другие, в том числе христианские, крону могли населять конфуцианская эстетика примирения с силами духов при постоянно сменяющих друг друга циклах жизни. Идея была утопичная, но жизненная, поскольку поддерживалась аналогия между великим, средним и малым, аналогия как универсальное связующее начало всех элементов системы (Рисунок 1). Отсюда следует, что и обычное жилое пространство вовлекалось в сферу духовно-божественной сущности, и по рисунку иероглифа жилища прочитывается вышеуказанная система древа, и это идеальное начало одухотворяло и скрепляло всю совокупность любых зданий и сооружений в единую архитектурно-градостроительную традицию. Японцы осознали и то, что нельзя прерывать бесконечное эстетическое воспроизведение когда-то найденных канонических образцов, иначе это разрушит всю систему канон культуры на отдельные более или менее традиционные фрагменты. Последнее стало характерным ходом истории культуры стран Старого и Нового света. Преемственное восстановление единства жизненных принципов в гармонии с естественной природой на основе опыта традиционного жилища канонического типа представляется значимым для российской науки и творческой практики.
5. Осмысление и освоение традиции устойчивого и одновременно динамического развития традиционных жилищ базируется на принципах модульности и стандартизации канонических элементов: тясицу — чайное пространство, кен -порлет, татами — циновка, амадо — ставни экраны, сёдзи -экраны, фусума — скользящие перегородки, токонома — ниша красоты, осиирэ — встроенный шкаф, энгава — терраса и других. Динамическое развитие достигается свободой функцио-
нального наполнения традиционного жилища. Когда жилище переставало быть таковым, оно, как правило, становилось храмом тем духам ками, которые были покровителями семьи. Здание могло передаваться почитаемой в семье религиозной секте или для любых иных функций. В любом случае оно продолжало традицию канон культуры. Поскольку в Японии не практиковалось наследование жилищ, а только земельных участков, здания, как правило, периодически разбирались, перестраивались, иногда переносились в новые места, в том числе и в дар синтоистским и буддийским святилищам. Эти принципы вытекали из всей структуры логики архитектурной традиции, основанной на идейной духовно-образной иерархической конструкции, которую наполняли реальные содержания зданий и сооружений.
6. Метод композиционного мышления, как производное канон культуры, есть последовательное и постепенное соединение, эстетически и этически разнородных течений из синтоизма и буддизма, конфуцианства и христианства, из Востока и Запада, несущих самые разные элементы, из которых лишь некоторые оставлялись на ступенях к высшей несуетной красоте. Эти элементы в ходе эволюции становились своими, каноническими в лоне архитектурной традиции, все больше и больше укрепляя систему канон культуры, подлинно национальной сути любого народа. Непрерывность и огромная историческая дистанция выдвигают на важное место преемственность эстетических достижений в архитектуре канонического типа, которая может быть плодотворной в будущем только в соответствии с этическими ценностями.
7. Метод проектирования традиционного жилища определялся через канонические элементы и формы, сохраняющие устойчивость традиционного образа жизни, особенности жизнедеятельности, характерные социальные типы жизнедеятельности семей в жилище, влияющие на прошлые классификации жилища. В современное время специфика образа жизни определяется в предпочтениях групп семьей иметь особые наборы помещений для тех или иных характерных занятий, особую планировку и зонирование, особый внешний образ и стиль [1]. Метод проектирования свободный, поскольку канонические элементы и формы не ограничивают размер площади, число помещений, этажность, делая планировку и объем максимально свободными. Эти особенности были положены в основу разработки типологической модели для проектирования традиционного жилища канонического типа:
— 7 различных социальных типов образа жизни: любительско-досуговый, семейный, гостевой, профессиональный, деловой, хозяйственный, бытовой-
— 6 образных типов:
— пространственный внутри, но внешне изолированный-
— пространственный внутри и с «открытыми» фасадами на участок-
— органический природный, соединяющийся с видами природы, садом-
— органический изолированный, с садом внутри, открытым солнцу-
— специализированный с развитыми помещениями для разных занятий-
— развиваемый, трансформируемый по объему и форме-
— 3 стиля:
— смешанный (национальный — западный) —
— традиционный (национальный) —
— современный («свой собственный» или западный) —
— 3 варианта изменения:
— расширение жилища (семья с детьми) —
— разделение объема и участка (взрослые дети) —
— уменьшение или стабилизация объема (семья без детей и с детьми) —
— 3 варианта взаимодействия:
— с большим общесемейным пространством-
— с семейно-групповыми пространствами-
— с индивидуальными пространствами и с сочетанием вариантов.
Эти различия дают множество типологических вариантов — до нескольких сотен, максимально 1134 (7×6×3×3×3).
8. В условиях высокой плотности центра Токио в настоящее время реализуются только любительско-досуговый, семейно-бытовой, профессионально-деловой и хозяйственный социальные типы. Другие типы предпочитаются незначительно. Это можно объяснить сложившимися ориентациями населения в условиях крайней стесненности застройки. Таким образом модель для Токио включает из 7 социальных типов только 4 типа.
Из образных предпочтений в Токио из 6 типов реализуются только типы: пространственный внутри- органический изолированный пространственный с мини-садом и специализированный, при большем ограничении только 2 типа: пространственный внутри и специализированный.
По архитектурным стилям 3 стиля: смешанный, традиционный, современный-
По вариантам изменения 2 типа: разделение жилища и уменьшение (стабилизация) объема жилища-
По вариантам взаимодействия 2 типа: в общесемейном пространстве и в семейно-групповых пространствах.
Эти различия дают, несмотря на ограничения по плотности, достаточное количество типологических вариантов — 96 (4×2×3×2×2).
9. Несмотря на то, что самым предпочитаемым вариантом вынужденно стал образ «пространственный внутри» (63% семей) или «только на главный вход» (37% семей), а выбор ориентации на участок или природный вид отсутствовал, главное преимущество традиционного жилища на примере Токио была возможность внешне видоизменяться, согласно традиции перестроения и свободной гибкости внутри. Это необходимо для определенных периодов жизни семьи и форм взаимодействия.
Для восстановления взаимосвязей с природой главной
проблемой окружения жилища 60% семей отметили недостаточность устройства пешеходных улиц и тротуаров, поскольку существующее повсеместно совмещение транспорта с пешеходными путями составляет один из основных недостатков проживания- 25% семей отметили необходимость пространства общих дворов- 15% семей — необходимость общих помещений для общения, игр детей. Потребность в общих дворах и помещениях будет возрастать с улучшением пешеходных связей в жилой застройке.
10. Для улучшения градостроительства в части развития традиционного жилища, на примере Токио с застройкой высокой плотности необходимо в перспективном проектировании основное внимание уделять следующим стадиям:
— разработка новых проектных вариантов по социальным, образным и стилевым типам с внешними и внутренними трансформациями-
— моделирование новых типов жилища в стесненных переуплотненных условиях застройки и с учетом традиционных типов образа жизни настоящего и будущего населения-
— экспериментальное проектирование жилища и застройки с применением традиционных элементов и форм «гибких» структурных модулей и новых форм работы фирм, владельцев участков и администрации районов города-
— рабочее проектирование с задачами общего градостроительного решения и создания общественно-жилищных ансамблей с традиционной застройкой, как исторической, так и современной в центре города-
— определение «свободного метода» проектирования и строительства с легко перестраиваемой конструкцией, с использованием традиционных жилищных материалов, элементов и форм традиционного жилища.
Библиографический список
1. Поморов, С. Б. Второе жилище горожан компенсационного типа: автореф. дис. … д-ра арх. / С. Б. Поморов. — М., 2005.
2. Сидоров, В. А. Жилище в Японии: монография / В. А. Сидоров. — Барнаул: изд-во АлтГТУ, 2001.
Статья поступила в редакцию 18. 07. 09
УДК 800: 7. 01: 398. 23
Е. Ю. Щербединская, аспирант КубГУ, г. Краснодар, E-mail — user7771@yandex. ru
ПЕРФОРМАТИВНЫЙ АСПЕКТ ТЕОРИИ КОМИЧЕСКОГО (НА МАТЕРИАЛЕ НЕМЕЦКИХ И РУССКИХ АНЕКДОТОВ)
В работе описаны современные контексты перформативной теории комического, задачи и ориентиры ее развития, объект исследования и проблемы его определения, так же как и лингвистические и семантические теории юмора, релевантные в рамках перформативной теории комического, характеристика перформативности и перформативного анализа немецких и русских анекдотов, дальнейшая разработка вопроса на основании современных научных гипотез в данной области исследования. В статье рассматривается перформативность как конститутивный признак анекдота.
Ключевые слова: перформативность, речевые акты, теории юмора, перформативность анекдота, перформативная теория, перформативный анализ, перфоративность фацеций.
Целью данной научной работы является научное обоснование гипотезы о перформативности анекдота и дальнейшая разработка теории перформативности комического У. Вирта [1] на материале анекдотов немецкого и русского языков. Подобная постановка проблемы стала возможной благодаря трансформации остиновского понятия «перформативность» в понятие «performance» и дальнейшему расширению понятия «перформативность». Но следует констатировать, что, несмотря на относительную изученность составляющих, — категории комического и перформативности — перформативная теория комического в целом представляет собой малоисследованную область научного дискурса. Одной из причин данного явления может являться многоплановость термина «пер-формативность», приведшая к его разночтению в различных научных дисциплинах — теории речевых актов, лингвофило-софии, литературоведении, культурологических дисциплинах,
театроведении, семиотике, gender studies и медиевистике. Наличие конкурирующих друг с другом понятий «перформатив-ность» обуславливает необходимость выбора единого подхода к определению термина в рамках данного исследования. Возможные значения термина располагаются между семантическими полями «воплощение» и «исполнение»: в рамках теории речевых актов делается акцент на различии между перформативными и констативными актами, т. е. актами, создающими и описывающими социальную действительность- для театроведения характерно понимание перформативности как исполнения, инсценирования- для медийных дисциплин и теории коммуникации использование термина связано с медийной репрезентацией и инсценируюещей способностью знака- в этнологии под перформативностью понимают нетекстовую составляющую репрезентации культурной идентичности (в ритуалах и т. д.) — для гендерных дисциплин перформа-

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой