Интересы выживания и интересы приращения ресурсов: особенности институционализации регионального лоббизма

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Политика и политические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК 328. 184
ВОРОПАЕВ И. В. Интересы выживания и интересы
приращения ресурсов: особенности институционализации регионального лоббизма
В статье рассматриваются особенности институционального регионального лоббизма. Весьма перспективными направлениями для исследований являются объект, субъект, предмет и формы лоббизма.
Ключевые слова: лоббизм, федеральный лоббизм, региональный лоббизм
Этимология категории лоббизм, происшедшая от английского слова lobby, обозначающего коридоры парламента, связана с воздействием на депутатов и правительственных (или — шире — государственных) чиновников в целях достижения нужного заинтересованным группам решения. И в политической науке стран Запада данная проблематика достаточно серьезно разработана. В России исследованием проблем лоббизма, даже при отсутствии специального законодательства, стали заниматься лишь в 90-е годы ХХ века1. Существующие сегодня российские практики цивилизованного и деструктивного лоббизма в новом тысячелетии детально исследовали П. А. Толстых, А. Ю. Вуйма, А. Д. Берлин, Г. Э. Григор и др.2.
Причем исследования коснулись не только федерального, но и регионального уровня. Кстати, согласно принятой в российской политической науке точке зрения, лоббизм представляет собой & quot-совокупность норм, регулирующих деятельность различных групп давления (граждан, ассоциаций бизнеса, профессиональных организаций и т. д.) по продвижению своих интересов в органах государственной власти& quot- 3. Во многом соглашаясь с одним из авторитетных российских специалистов П. А. Толстых, хотелось бы дополнить его определение по объекту лоббирования.
Автор данной статьи считает, что объектом лоббизма могут выступать не только органы государственного управления, но и муниципальные структуры власти, фракции политических партий, представленные в Государственной Думе, региональных законодательных собраниях,
представительных органах власти местного самоуправления.
Наряду с изучением проблематики лоббизма на федеральном уровне, в последние годы активно исследуется и специфика регионального лоббизма. Так, например, Высшая школа государственного администрирования совместно с журналом о лоббизме и ОЯ (Lobbying. ru) в начале 2008 года провели изучение темы & quot-Лоббизм в ЦФО: анализ, мониторинг, информация& quot-. В выборку попали 16 из 18 областей Центрального федерального округа: Белгородская, Брянская, Владимирская, Воронежская, Ивановская, Калужская, Костромская, Курская, Липецкая, Орловская, Рязанская, Смоленская, Тамбовская, Тверская, Тульская и Ярославская области. В каждом из регионов посредством глубинного интервью было опрошено порядка пятидесяти респондентов, представляющих три группы: & quot-власть"-, & quot-бизнес"- и & quot-эксперты"-.
Весьма перспективными направлениями для исследований являются объект, субъект, предмет и формы лоббизма. В частности, российские исследователи А. Д. Берлин и Г. Э. Григор выделяют следующие формы лоббизма: & quot-партийный, территориальный, национально-культурный, корпоративный (предпринимательский)& quot-4. Что касается субъектов лоббирования, то здесь необходимо акцентировать внимание на группах интересов, под которыми понимают & quot-независимые от государства структуры, которые артикулируют коллективные требования и ищут оптимальные пути их реализации, в первую очередь путем воздействия на политический процесс& quot-5. В качестве синонимичных для по-
нятия & quot-группа интересов& quot-, автор полагает важным использование следующих понятий и категорий: & quot-группа давления& quot-, лобби, союз.
Любопытны для анализа и выводов периодизация и модели регионального лоббизма в России. В частности, авторы исследования & quot-Лоббизм в ЦФО: анализ, мониторинг, информация& quot- выделяют три основных этапа. & quot-С 1991 по 1995 год был расцвет криминального, & quot-коридорного"- лоббизма. В 1995—2004 годах — преимущественно корпоративная модель лоббирования. В 2004—2008-м — попытка выстраивания цивилизованных отношений между властью и обществом, включения малого и среднего бизнеса в лоббистские коммуникации& quot-6.
Не возражая в целом против периодизации и моделей регионального лоббизма, автор хотел бы отметить: лобби в регионах как политическое явление все же институционализировалось и приобрело серьезную динамику именно в последние 4−5 лет. В каждой & quot-из шести областей ЦЧР: Белгородской, Воронежской, Курской, Липецкой, Орловской и Тамбовской — насчитывается от 15 до 20 основных лоббистских групп& quot-7. Типологизируя направленность их интересов, можно выделить как минимум две основные цели: интересы выживания и интересы приращения ресурсов. Ключевыми объектами лоббизма региональных групп интересов остались администрации областей, включая институт губернатора, региональные законодательные собрания, политсоветы реготде-лений партии & quot-Единая Россия& quot-, а также органы местного самоуправления.
Анализируя региональный лоббизм, автор данной статьи считал бы целесообразным выделение двух типов технологий лоббистской деятельности: конструктивной и деструктивной. В первом случае группы давления (лобби) организуются для консультаций и взаимодействия с органами законодательной и исполнительной власти субъектов Федерации, местного самоуправления по ряду сегментов региональной экономики: промышленная политика, АПК, ЖКХ, малый и средний бизнес, сфера торговли и бытовых услуг и т. д. Способы оказания воздействия на региональные и муниципальные власти могут быть различными: выступление в профильных комитетах об-
ластных Дум (Советов), предоставление информации, подготовка законопроектов и вынесение их на обсуждение парламента, парламентские слушания, совместная разработка бизнесом и властью программ развития регионов, организация & quot-круглых столов& quot-, научно-практических конференций.
Во втором случае речь идет о теневых, & quot-полутеневых"-, эгоистических группировках, стремящихся к обогащению и гедонистическим устремлениям без учета норм морали, права и региональных традиций. Основные технологии, осуществляемые при этом: интеграция & quot-своих людей& quot- в органы государственной власти, финансирование избирательных кампаний нечистоплотных политиков, продвижение & quot-нужных"- проектов решений.
Следует отметить, что из шести областей ЦЧР, а именно в Белгородской, Липецкой, Орловской областях, деятельность лобби носит в основном прозрачный характер, и интересы этих групп (например, лобби РПЦ, аграрного лобби, лобби владельцев и менеджмента промышленных предприятий, лобби от малого бизнеса) в значительной мере совпадают с государственными интересами. Так, аграрное лобби способствует росту веса отечественной сельхозпродукции на российском рынке, увеличению господдержки сельхозпредприятий. Промышленники активно пытаются взаимодействовать с областными структурами, усиливают их интеграцию в региональную экономику, содействуют тому, чтобы региональные власти представляли их интересы на федеральном уровне. Малый бизнес стремится к тому, чтобы государство помогало ему выдерживать конкуренцию со стороны крупного бизнеса.
В Воронежской же области усилилось влияние того, что мы относим к новым лоббистским группировкам, причем интересы значительной части из них не совпадают с государственными интересами и интересами муниципальной власти. Так, например, в Воронежской городской Думе из 36 депутатов 11 представляют мощнейшее и во многом деструктивное строительное лобби (часть этих предприятий можно отнести к предприятиям нецивилизованного строительства). Новацией стало усиление лобби национальных диаспор, и в частности еврейского лобби. (Их влияние не обязательно носит негативный характер). Воронежской областной
№ 4 2009 г.
власти не удалось, по большому счету, решить проблему деструктивного лоббизма игорных заведений, привести в цивилизованные рамки индустрию развлечений и досуга. Активно укрепляет свой вес и группа политиков нетрадиционной сексуальной ориентации: & quot-из 36 депутатов Воронежской гор-думы о 5 депутатах-мужчинах писала в данном ключе региональная печать& quot-8.
В целом же региональные власти пока не видят ни значимости фактора лоббистских групп, ни в определенной мере деструктив-ности их поведения. В Воронежской области, например, не существует ни одной организации, которая защищала бы интересы коренного русского населения в преддверии серьезных столкновений на национальной почве в ближайшие 5−7 лет. Есть проблемы в продвижении своих конструктивных интересов и у представителей малого и среднего бизнеса (МСБ). В частности & quot-ОПОРа России& quot- в исследовании за 2007 год 36 регионов страны поставила & quot-Воронежскую область на 30 место (Липецкая — 1 место, Белгородская -13 место)& quot-9. Региональные власти не предпринимают усилий по законодательному оформлению категории лоббизма, не пытаются разграничить лоббистские усилия и коррупционную составляющую. Но не исключено, что в ближайшее время эта проблема потребует своего решения.
В заключение имеет смысл отметить, что региональный лоббизм ретранслируется в жесткую борьбу внутри региональных элит за политические ресурсы, в том числе властные, финансовые, информационные, где реализуются как конструктивные, так и деструктивные технологии лоббистской деятельности. Автор уверен, что часть региональных лоббистских групп стоит рассматривать не только как политических акторов в субъектах Федерации, оказывающих давление на власть в регионах, но и как саму региональную власть, потому что некоторые из них располагают значительным финансовым ресурсом, некоторые — информационным, а некоторые и кадровым. Исходя из этого тезиса, региональный лоббизм выглядит как конкрет-
ный фактор приведения неформальной власти в соответствие с властью реальной.
1 Зудин А. Россия: бизнес и политика (формы организации бизнеса) // Мир. эконом. и межд. отнош. 1996. № 3. С. 19−31- Лепехин В. А. Лоббизм. М.: Рос. Юрид. Изд. Дом, 1995. 117 с.- Перегудов С. П., Лапина С. Ю., Семененко И. С. Группы интересов и Российское государство. М.: Эдиториал УРСС, 1999. 352 с.- Сунгу-ров А.Ю. Организации-посредники в структуре гражданского общества. Некоторые проблемы политической модернизации России. Полис. 1999. № 6. С. 34−48 и др.
2 Барсукова С. Ю. Власть и бизнес: новые правила игры. Полис. 2006. № 6. С. 135−144- Белоусов А. Б. Дискретная модель лоббистской коммуникации. Полис. 2006. № 4. С. 87 101- Берлин А. Д., Григор Г. Э. Корпоративный лоббизм: Теория и практика. — М.: Издательский дом Международного университета в Москве, 2005. 200 с.- Вуйма А. Ю. Лоббирование. Как добиться от власти нужных решений. -СПб.: Питер, 2008. 383 с.- Котиев Д. Что есть Gowernment relations в России //Диалог Восток — Запад. Регионы Европы: условия, вызовы и перспективы развитттия. М.: Мир и согласие, 2008. С. 160−169- Перегудов С. П. Крупная корпорация как субъект публичной политики: учеб. пособие для вузов. Высшая школа экономики. М.: Изд. дом ГУ ВШЭ, 2006. 163 с.- Толстых П. А. Практика лоббизма в Государственной Думе Федерального Собрания Российской Федерации. М.: Канон+, 2006. 280 с.- Толстых П. А. GR. Практикум по лоббизму в России. М.: Альпина Бизнес Букс, 2007. 379 с. и др.
3 Толстых П. А. Практика лоббизма в Государственной Думе Федерального Собрания Российской Федерации. М.: Канон+, 2006. 280 с. С. 9.
4 Берлин А. Д. Корпоративный лоббизм: Теория и практика М.: Издательский дом Международного университета в Москве, 2005. 200 с. С. 11.
5 Малахова О. В. Институционализация групп интересов в процессе взаимодействия гражданского общества и государства в современной России: Автореф. дис. … канд. полит. наук. Орел, 2005. 24 с. С. 15.
6 Лобби перестает быть хобби //Российская газета. 2008. 29 июля. С. 4.
7 Лоббистские группы в регионе ориентированы на приращение финансовых и политических ресурсов //Экономика и жизнь — Черноземье. 2007. 2−8 июня. С. 12.
8 Там же.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой