Политика Германии в отношении мусульманских сообществ

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Политика и политические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

ПОЛИТОЛОГИЯ
ПОЛИТИКА ГЕРМАНИИ В ОТНОШЕНИИ МУСУЛЬМАНСКИХ СООБЩЕСТВ
Л.Р. Садыкова
Московский государственный институт международных отношений (университет) МИД России. Россия, 119 454, Москва, пр. Вернадского, 76.
За последние десятилетия миграционные процессы обрели глобальный характер. Резкое увеличение масштабов миграционных потоков было обусловлено процессами глобализации и, прежде всего, экономическими обстоятельствами. Перемещение рабочей силы из государств «третьего мира» туда, где на рынке труда ощущается дефицит предложения рабочей силы, повышало степень взаимозависимости и взаимовлияния обществ и стран. Одним из важнейших центров притяжения мигрантов стала Западная Европа. В послевоенный период её потребности в иностранной рабочей силе для восстановления разрушенного хозяйства способствовали началу массовой миграции в регион. Особую актуальность проблема приёма иммигрантов, прежде всего, из мусульманских стран, приобрела для бывших колониальных держав, в частности Великобритании, Франции, Нидерландов. Не обошла эта проблема и Германию, для послевоенного восстановления которой требовалось большое количество рабочих. Германия и по сей день является мощным «магнитом», притягивающим к себе иммигрантов — концентрация приезжих в этой стране ежегодно увеличивается. Несмотря на предпринимаемые немецким правительством шаги по устранению изоляции мусульман в немецком обществе, эти усилия не приносят ожидаемых плодов. Большинство мусульман Германии живёт в своих замкнутых мирках, будучи оторванными от светской общественной жизни. С укрупнением различных этно-конфессиональных сообществ в стране появилась угроза разрушения общегерманской общности.
Проблема регулирования миграционных потоков является актуальной в политических дискуссиях как в ЕС, так и в Германии. Всё большее число иммигрантов прибывает в страны ЕС, и, по всей видимости, такая тенденция сохранится в дальнейшем. Опасения вызывает быстрый рост мусульман, число которых в почти 400-миллионной Западной Европе, по некоторым данным, варьируется от 20 до 24 млн человек. Формирование закрытых этнических общин и провоцируемая этим маргинализация части иммигрантов — тяжелейшая социальная проблема для принимающих стран, мешающая интеграции мусульман в европейское общество. На фоне постоянно растущего иммиграционного потока особый характер приобретает проблема старения и депопуляции коренного населения в странах ЕС.
Ключевые слова: Европейский союз, ислам, иммиграционная политика, миграция, миграционные процессы, мусульмане в Германии, турецкая община, трудовая миграция.
В XXI в. этнический состав населения Европейского союза стал качественно меняться. Предпосылкой такой трансформации явились иммиграционные процессы в Западной Европе, активизировавшиеся в послевоенный период, когда для восстановления и развития экономики такие страны, как Франция, Великобритания и Нидерланды начали стимулировать трудовую иммиграцию из своих бывших колоний. Массовый приток трудовых иммигрантов имел место и в Западной Германии. Впрочем, первая волна так называемых гастар-байтеров в Германию была из Италии, Испании и Греции. Приезжие, близкие коренному населению в конфессиональном и культурном плане, благополучно интегрировались в новую для себя социальную среду.
В 1961 г. между Германией и Турцией были подписаны двухсторонние соглашения, позволявшие турецким гражданам приезжать в Германию на заработки. Турецкое правительство приветствовало такую миграцию, потому что она облегчала проблему безработицы в Турции, помогала улучшить платёжный баланс через денежные переводы рабочих. Те турецкие иммигранты, которые видели своё будущее и будущее своих детей в Германии, начали менять базовые принципы своей жизни, чтобы таким образом вписаться в окружающие реалии.
Тогда предполагалось, что трудовые мигранты будут работать в Германии недолго, вахтовым методом. И действительно — большинство «гостевых рабочих» первой волны вернулись на родину. Но дешевизна рабочей силы и возможность экономии на социальных издержках побуждали работодателей продлевать контракты. Иностранные рабочие, в свою очередь, также старались задержаться в Германии [3, с. 227].
Этнографические особенности, уровень образования и занятость мусульманской общины Германии
К 2010 г. в Германии насчитывалось порядка 4,3 млн мусульман (при 82 млн жителей). Благодаря их этническому разнообразию в стране появилось и множество религиозных течений и направлений. По оценке В. Рёдля, суннитский ислам (которому следуют 80−85% всего населения мира, исповедующего ислам) составляет львиную долю и в Германии (75%), правда, в весьма специфичной форме — Ханафитской правовой школы, типичной для Турции. Среди этого большинства суннитов имеется также значительное количество верующих, приверженцев различных суфистских течений. Шиизм исповедует около 4,5% мусульманского населения Германии, в основном выходцы из Ирана и Афганистана [16, 8. 11].
Как и в других странах, очагами притяжения мигрантов являются экономические центры, причем в них усиливается концентрация приезжих. Наибольшая концентрация мусульман отмечается в Берлине, Дуйсбурге, Франкфур-
те-на-Майне и Гамбурге. Так, в Берлине проживают около 118 тыс. турок, 10,5 тыс. выходцев из Боснии и Герцеговины и около 8 тыс. ливанцев (палестинские беженцы). В Дуйсбурге около 50 тыс. мусульман, из них 42 тыс. из Турции, 2 тыс. -из Боснии и Герцеговины, 1 тыс. — из Марокко и менее 1 тыс. — из Ирака. Чуть меньше (ок. 46 тыс. чел.) мусульман живёт во Франкфурте, из них около 32 тыс. — турки. В Гамбурге 107 тыс. мусульман, из них примерно половина — турки, 14 тыс. — афганцы, 16 тыс. — арабы и др. [14, 8. 64−67].
По показателям, характеризующим уровень образования и занятость, мусульмане существенно отличаются от коренного населения. Немецкая образовательная система считается достаточно эффективной. Она обеспечивает подготовку квалифицированных кадров с навыками активного участия на рынке труда, стимулируя социальную мобильность. Кроме того, образование играет важную роль в социализации молодых людей, будучи первым публичным институтом, с которым они сталкиваются. Школы помогают детям из семей мусульман приспосабливаться к более широкому обществу (общение с учениками и учителями, имеющими немусульманские корни). Но экономическая интеграция иммигрантов требует не только способности к трудоустройству как таковому, не только занятости на отдельном рынке труда или даже его отдельном сегменте, но и формирования условий для занятости в различных сферах.
К началу XXI столетия в Германии насчитывалось порядка 700 тыс. школьников из мусульманских семей [14, 8. 23]. По данным Программы оценки иностранных студентов (ПОИС- 2003) уровень образования школьников из мусульманских семей намного отстаёт от уровня образования немцев. Наиболее вероятно, что они окончат только первую ступень в пределах немецкой тройной школьной системы и покинут школу без степени. О низком в сравнении и немцами образовании иммигрантов свидетельствуют, например, данные за 2004−2005 учебный год: не получали свидетельства об окончании школы 17% иммигрантов против 7,2% немцев- закончили обучение получением аттестата о неполном среднем образовании 41,7% иммигрантов против 23,2% немцев. Только 8,2% иностранных учеников получили аттестат зрелости [14, 8. 26]. Упомянутое исследование показало также, что дети турецкого происхождения в повседневной жизни сравнительно редко используют немецкий язык. Их познания в математике и чтении ниже среднего уровня, что не позволяет добиваться существенных успехов в дальнейшей учёбе и на профессиональном поприще.
Правительство, обеспокоенное незнанием иммигрантами немецкого языка, всячески пытается решить данную проблему. Реализуется национальная программа БогМ^, нацеленная на оказание поддержки грамотности
родителей и детей, относящихся к этническим меньшинствам или иммигрантам. Программа была разработана в Гамбургском университете и запущена 1 сентября 2004 г. Одним из успешных проектов этой программы является берлинский «Rucksackprojekt». В рамках этого проекта начальные школы обеспечивают родителей, не владеющих немецким языком, информацией о школьных предметах. Родители могут использовать эту информацию для обучения детей на родном языке. Некоторые родители становятся «компаньонами родителей», помогая другим родителям общаться с родителями других учеников и с учителями [15, р. 99].
Другой проект — «Семейная грамотность», -запущенный в 2004—2005 гг., включает 4 задачи:
— занятия с детьми дошкольного возраста-
— занятия с родителями (предоставление инструкций о помощи своим детям в изучении немецкого языка) —
— участие родителей в обучении (классы открыты для родителей в любое время) —
— внеклассная деятельность (экскурсии в библиотеки, музеи) [10].
Уровень безработицы граждан ненемецкого происхождения в середине первой декады XXI столетия практически вдвое превышал уровень безработицы коренного населения (соответственно, 20 и 11%). Ситуация с жителями, имеющие турецкие корни, складывается ещё хуже (23%). Они составляют почти треть всех безработных иностранцев. В некоторых районах Германии уровень безработицы выходцев из мусульманских семей оценивается в 30% [14, S. 31].
Молодые люди — иммигранты и выходцы из семей иммигрантов обучаются в отраслях промышленности и торговли, кустарных промыслов и, как правило, работают по найму. Девушки работают парикмахерами, помощницами дантиста или медицинскими секретарями, в то время как мужчины трудятся в горной и в текстильной промышленности [11, S. 82].
Как правило, у занятых со средней и низкой квалификацией условия труда хуже, чем у более квалифицированных кадров. Помимо этого, мусульмане регулярно сталкиваются с нетерпимостью работодателей к их религиозным потребностям (регулярные молитвы, наличие столовых с халяльной пищей), так как правовые нормы не предусматривают удовлетворения подобных запросов. Женщины-мусульманки иногда не могут устроиться на работу из-за запрета на ношение хиджаба.
Роль ислама в общественной жизни государства
Немецкая конституция гарантирует всем свободу вероисповедания, а немецкое правительство уважает это право на практике. Согласно конституции, церковь и государство отделены друг от друга, однако существует крепкое партнёрство между государством и главными религиозными группами. Среди них Римская ка-
толическая церковь, несколько протестантских деноминаций и иудаизм. В Германии существует «церковный налог», из которого субсидируется строительство и деятельность христианских храмов и еврейских синагог. В настоящее время статус публично-правовой корпорации, которым обладают христианские и иудейские конфессии, предоставлен ахмадитам (мусульманской религиозной секте, распространенной в большей степени в Пакистане) в федеральной земле Гессен. Это позволяет ахмадитам получать налоговые привилегии от государства, упрощает процедуру согласования проектов новых мечетей и кладбищ, а также вводит налог для прихожан.
В Германии очень обеспокоены радикальными духовными лицами, которые проповедуют в немецких мечетях. Мусульманское духовенство училось за пределами Европы, зачастую в Саудовской Аравии, мало кто из них знаком с Германией или Западом в целом. Нередко они прибывают в Германию с отрицательными и часто враждебными взглядами на западные ценности. После терактов в США в сентябре 2001 г. и принятия антитеррористических законов. Впрочем, уследить за всем, что происходит за закрытыми дверями школ Корана, и какие ценности — часто весьма далекие от демократических -совершенно невозможно [2]. Некоторые немцы заявляли, что хотели бы видеть программы обучения имамов в Германии.
Большинство школ в Германии в своём учебном плане имеют религиозное обучение. Проблема обучения исламу в государственных школах стала предметом широкой общественной дискуссии. Государственные школы медленно и неохотно включают исламское образование в свой учебный план. В некоторых школах учение об исламе включается только в сравнительный курс по мировым религиям.
В 2000 г. в Германии на всех образовательных уровнях насчитывалось порядка 700 тыс. учащихся, исповедующих ислам. В 2004 г. открылась первая в Германии начальная школа с преподаванием на двух языках: немецком и турецком. Детей собирает специальный автобус, который оплачивает генеральное консульство Турции [7]. Немецкие власти заинтересованы в массовых, утверждённых на федеральном уровне программах преподавания в школах умеренного ислама. В начале нынешнего столетия в 90 школах земли Северный Рейн — Вестфалия был введён курс «знакомства с исламом» (на уроках даётся информация об исламе, а не религиозная практика), который стали изучать 37 тыс. учащихся. Уроки для детей-мусульман в государственных школах ведутся на турецком и арабском языках.
С 2013 г. в начальных школах земли Северный Рейн — Вестфалия появился урок ислама. Для него есть и учебник, который, впрочем, в Германии создан уже не впервые. Исламовед Михаэль Кифер (Michael Kiefer) отмечает, что «уже есть целый ряд учебных пособий, напри-
мер, & quot-Моя книга по исламу& quot- или & quot-Прекрасный источник& quot-» [9].
Религиозное образование в Германии является предметом особо горячих дискуссий. Конституция устанавливает рамки дискуссий об исламе в статьях 3 и 4, где есть перечень критериев, на основе которых никто не может подвергаться дискриминации- в то же время данные статьи основного закона утверждают и гарантируют свободу религиозных обрядов. Государство нейтрально, т. е. оно не идентифицирует себя с какой-либо конфессией, гарантируя при этом равенство всем вне зависимости от вероисповедания. Статус «корпораций общественного права», признанных в рамках статьи 140 Конституции, и религиозных сообществ предоставляет таким конфессиям ряд прав. Помимо права взимания церковного налога они позволяют, в частности, самостоятельно составлять программы религиозных занятий, открывать религиозные школы и места богослужений, содержать священников при некоторых общественных организациях (больницы, тюрьмы). Критерии, позволяющие религиозной общине претендовать на статус сообщества, а затем корпорации, изложены довольно ясно: время и продолжительность существования сообщества, стабильность организационных структур, число членов, консенсус между ними и т. д. Менее ясна оценка этих критериев. Именно эту оценку основные мусульманские ассоциации и федерации пытаются получить в течение вот уже почти тридцати лет от различных правительств [1, с. 43].
Политика интеграции мусульманских меньшинств в XXI веке
Отношения между мусульманским населением Германии и немецким этническим большинством до недавнего времени были обусловлены отказом политического класса признавать тот очевидный факт, что современная Германия — это страна иммиграции, и мусульманское население приехало, чтобы остаться здесь навсегда. В связи с этим, вплоть до начала XXI в. германская модель осуществления иммиграционной политики отражала нежелание принимать иммигрантов в немецкое общество. Для немцев крайне важно оставаться единой нацией, имеющей одну этническую принадлежность, общую культуру и язык.
Осознание того, что в стране появились миллионы постоянно проживающих иностранцев, не включённых в общественную жизнь, а также того, что их необходимо интегрировать, пришло не сразу. Только после 1998 г., с приходом к власти коалиции социал-демократов и зелёных, правительство признало Германию «страной иммиграции» и приступило к разработке политики интеграции иммигрантов. Первым шагом в этом направлении была реформа гражданства 2000 г., по которой гражданство стали получать дети иностранцев, рождённые на территории Германии [6, с. 21−22].
Специфической особенностью интеграционной политики Германии является её выборочный характер. Различные категории иммигрантов обладают здесь разными правами. Самый высокий статус имеют этнические немцы. Сразу по приезду они получают все права, а также множество привилегий. Вторую категорию составляют иммигранты из стран ЕС и США. Не являясь гражданами, они могут голосовать на выборах местного уровня. В третью включены гастарбайтеры, дискриминируемые многими положениями гражданского и трудового кодексов. К четвёртой категории принадлежат иммигранты, подавшие прошение о политическом убежище, к пятой — нелегальные иммигранты [6, с. 24].
После прихода в 2005 г. к власти «большой коалиции» (блок ХДС/ХСС и Социал-демократическая партия Германии) была выбрана стратегия аккультурации иммигрантов. Уже тогда канцлер Ангела Меркель заявляла о неприемлемости в стране противоречащего немецкой культуре исламского образа жизни. Она также призвала всех иммигрантов, независимо от конфессии, признавать верховенство Конституции ФРГ, говорить на немецком языке и придерживаться ценностей «руководящей культуры».
Для реализации новой политики в 2005 г. был создан пост министра по вопросам интеграции и иммиграции, в 2006 г. — Высший совет по вопросам интеграции всех общественных групп. В 2006 г. была образована и Германская исламская конференция, позволившая разрешать проблемы в отношении немецких мусульман. Основная задача этого органа — трактовка принципов ислама в соответствии с Конституцией ФРГ.
Целью иммиграционного закона, принятого в августе 2004 г., и вступившего в силу с января 2005 г., стало упрощение иммиграционного законодательства и предоставление возможности получить право на постоянное проживание стране для представителей некоторых профессий, учёных и высококвалифицированных рабочих. Введена квота для иммигрантов, которые могут въехать в страну по балльной системе. Закон также поощрял предпринимателей, которые соглашались инвестировать минимум 1 млн евро и создать 10 новых рабочих мест. Был облегчён въезд для беженцев, которые обратились с просьбой о предоставлении убежища из-за негосударственных и гендерных преследований. Для менее квалифицированных и образованных претендентов закон делал иммиграцию фактически невозможной. Таким образом, мигрантам, прибывшим не из Евросоюза, фактически отказывалось в доступе к рабочим местам. Правда, они могли работать на основании временных контрактов, например, для сезонных рабочих или сестринского персонала.
Высококвалифицированные иммигранты получают более выгодные условия независимо от того, откуда они родом. Так, если ранее иностранные эксперты по компьютерной технике были
вынуждены покидать Германию после пяти лет работы, то по закону 2005 г. они могут работать на постоянной основе. У иностранных же выпускников немецких ВУЗов появился год на поиск работы, если они хотят остаться в Германии.
Естественно, что закон не допускает иммиграции лиц, заподозренных в криминальных связях, прежде всего — с террористическими организациями. Прежде, чем заявление на право постоянного проживания будет принято властями, спецслужба Германии выполнит проверку данных в каждом конкретном случае. Иммиграционное законодательство также содержит облегчённые нормы, регулирующие высылку иностранцев, подозреваемых в террористических связях.
В законе прописаны и условия для интеграции новых иммигрантов, включая принудительные курсы немецкого языка, истории и культуры. Так, с 2005 по 2010 г. было выдано почти 918 тысяч сертификатов, дающих право принимать участие в таких курсах. За этот период в стране было проведено около 37 тысяч курсов по интеграции. В 2010 г. 104 тыс. человек, которые окончили такие курсы, сдавали немецкий языковой тест для иммигрантов. Из них около 50% достигли уровня B1, демонстрируя тем самым достаточно хороший уровень, а 38% достигли уровня А2 (базовое использование языка) [12].
Федеральное и земельные министерства внутренних дел получили право на немедленную депортацию иммигрантов в случае угрозы безопасности, в первую очередь — террористической угрозы.
В этой связи с 2006 г. по инициативе и под председательством федерального канцлера А. Меркель в Германии стали ежегодно проводиться «интеграционные саммиты» при активном участии общественных организаций и иммигрантов. Целью саммитов является налаживание диалога с иммигрантами и привлечение гражданского общества к участию в процессе их интеграции [4, с. 230]. Уже в августе 2007 г. на основе изучения правоприменительной практики вступила в силу реформа Закона об иммиграции 2005 г. Были внесены существенные изменения в права иностранцев, находящихся на территории Германии. «Год спустя цифры говорят о том, что количество прибывающих в Германию иностранцев в целом значительно сократилось, — полагает Дитер Вифельшпюц (Dieter Wiefelsputz), эксперт по внутренней политике от фракции социал-демократической партии в Бундестаге. — Такова и была цель. Немецкому рынку труда не нужна лишняя рабочая сила, за исключением высококвалифицированных специалистов. В основу нового закона положен принцип интеграции иностранцев. И именно в этом наша задача» [3].
По истечении трёх лет, в случае если предпринимательская деятельность иностранца протекает успешно и его заработок не ниже минимального прожиточного минимума, он может претендовать на бессрочный вид на жительство.
В сфере безопасности новый закон о миграции продолжил линию, направленную на борьбу с терроризмом. Как правило, лидерам запрещённых организаций может быть отказано во въезде в страну. Въезд запрещён для лиц, наносящих ущерб общественному порядку и безопасности или совершивших военные преступления [3].
Впрочем, степень интегрированности иммигрантов зависит не только от условий, создаваемых государством, но также от готовности самих иностранцев стать частью общества, в котором они проживают. Практика показывает, что при глубоких культурных и конфессиональных различиях между коренными жителями и иммигрантами интеграция последних протекает более болезненно. Как отмечает известный мусульманский учёный Бассам Тиби, попытка интеграции в Германии не удалась. «Тот, кто знаком с исламской диаспорой в Европе, знает, что не только исламисты мечтают об исламской Европе, находящейся под властью шариата. Ортодоксальные мусульмане также стремятся к этому. По причине демографической исламиза-ции, которая осуществляется благодаря миграции, они считают Европу домом ислама» [13, 8. 204−205].
3 ноября 2003 г. в Берлине состоялось заседание руководства Федерального ведомства по охране Конституции. На нём министр внутренних дел федеральной земли Берлин Эрхарт Кертинг отметил: «Мы достигли поворотного пункта. До сих пор мы, в ФРГ, относились с терпимостью к любым проявлениям культурного многообразия, всеми силами поддерживали его и способствовали его становлению. Однако если мы хотим и дальше проводить нашу прежнюю политику в жизнь, то мы должны провести чёткую грань между теми, кто стремится к сохранению своей культурной принадлежности демократическим путём, и теми, кто хочет навязать свою точку зрения силой и тем самым разрушает культурное многообразие в нашей стране». Министр разделил мусульман на принимающих общественно-правовые нормы страны и на тех, для кого религия является средством притеснения других форм вероисповеданий [5]. Как выразился тогдашний вице-президент Бундестага Ганс-Ульрих Клозе, немецкая иммиграционная политика давно потерпела крах. По его мнению, «представители этнических меньшинств — неисправимые, конфликтные люди» [13, 8. 228]. По словам министра внутренних дел ФРГ Томаса де Мезьера, от 10−15% мигрантов в ФРГ не хотят интегрироваться: они не посещают курсы по интеграции, отгораживаются от немецкого общества и не признают немецкое государство. Он также заявил, что около 1,1 млн мигрантов вовсе не владеют немецким языком. Но, тем не менее, он отметил, что введение с 2005 г. курсов по интеграции принесло положительные результаты.
Несмотря на успехи в некоторых областях, в целом интеграция мусульман в немецкое
общество минимальна. Немцы и мусульмане часто обвиняют друг друга в этом. Многие немцы рассматривают мусульманскую общину как нежелающую принимать немецкие нормы и ценности, а мусульмане видят в немцах людей, не желающих принять в своё общество людей другой расы. Ассимиляция не кажется мусульманам реалистичной. Сильно отчуждение среди второго и третьего поколений мусульман, родившихся в Германии: очень высок уровень безработицы и бедности среди мусульманского населения, что также свидетельствует о низком желании части мусульман интегрироваться и принять европейские ценности.
Т. Саррацин так подытоживает результат миграционных потоков, начавшихся в середине минувшего столетия: «Рабочая миграция 1960-х гг. привела в движение новое европейское переселение народов, от последствий которого мы страдаем. Сегодня мы знаем, что перемещаться должны фабрики и услуги, но не люди. Западной Европе, которая стареет и сокращается, этого не пережить и в своей культурной субстанции. Географические и культурные границы Европы совершенно чётко проходят по Босфору, а не по турецкой границе с Ираком и Ираном, как можно заключить, заглянув во многие статистические справочники» [8, с. 227].
Список литературы
1. Амиро В. Опыт «иноверия» в Германии: ислам и общественное пространство // Ислам в Европе и в России: сб. ст. / Сост. и отв. ред. Е. Б. Деминцева. М.: Издательский дом «Марджани», 2009. С. 35−51.
2. Архимандрит Августин (Никитин). Ислам в Европе. СПб.: ЦСО, 2009. 656 с.
3. Барташевич Е. Реформа закона об иммиграции в Германии: год спустя // DW-World. de, 28. 08. 2008. Режим доступа: www. dw. de/dw/article/0,2144,3 598 205,00. html (дата обращения 01. 05. 2014).
4. Большова Н. Н. Политика регулирования интеллектуальной миграции в современной Германии // Вестник МГИМО-Университета. 2012. № 6. С. 226−237.
5. Гаврик Г. Сколько в Германии мусульман-экстремистов? // Немецкая волна. Цит. по: Портал-Credo. ru. 05. 11. 2003. Режим доступа: http: //www. portal-credo. ru/site/?act=monitor&-id=2538 (дата обращения 01. 05. 2014).
6. Кондратьева Т. С., Новожёнова И. С. Иммигранты в Европе: Модели интеграции // Актуальные проблемы современной Европы. Иммигранты Европы: проблемы социальной и культурной адаптации: сб. науч. тр. / Под ред. Т. Г. Парахлиной, Т. С. Кондратьевой, И. С. Новожёновой. М., 2006. № 1. 228 с.
7. Немировский Б. «Русская Германия»: Германистан, открой личико! // Портал-Credo. ru (9. 12. 2004). Режим доступа: http: //85. 214. 59. 160/site/?act=news&-id=29 184 (дата обращения 01. 05. 2014).
8. Саррацин Т. Германия: самоликвидация: пер. с нем. М.: Рид Групп, 2012. 400 с.
9. Хуммель, Бушуев. Учебник по исламу в Германии: как угодить всем // Deutsche Welle, 31. 08. 2012. Режим доступа: www. http: //www. dw. de/учебник-по-исламу-в-германии-как-угодить-всем/a-16 195 358, http: // dw. de/p/15x9S (дата обращения 01. 05. 2014).
10. Bund Lander Komission — Programm Forderung von Kindern und Jugendlichen mit Migrationshintergrund. Режим доступа: http: //www. blk-foermig. uni-hamburg. de/cosmea/core/corebase/mediabase/foermig/ pdf/Presse/Presseinfo_Laenderprojekte. pdf http: //www. unesco. org/education/uie/pdf/Doku-E. pdf (дата обращения 01. 05. 2014).
11. Bundesministerium fur Bildung und Forschung (Hrsg.): Berufsbildungsbericht 2001. Bonn, April 2001. 714 S. Режим доступа: http: //www. bmbf. de/pub/bbb2001. pdf (дата обращения 01. 05. 2014).
12. German Foreign Ministry of Interior. Migration and Integration. Residence law and policy on migration and integration in Germany. Berlin, Germany. October 2011. Режим доступа: http: //www. bmi. bund. de/cae/ servlet/contentblob/136 596/publicationFile/15 354/Migration_und_Integration_en. pdf (дата обращения 01. 05. 2014).
13. Kotsch, M. 2002. Gewalt im Islam?: der Kampf fur eine islamische Weltgesellschaft. Lage, Logos. 614 S.
14. Muhe N. Muslims in the EU. Cities Report. Germany. Preliminary research report and literature survey. 2007. Open Society Institute. EU monitoring and advocacy program. 106 S. Режим доступа: http: //www. thegreatdebate. eu/pdf/Muslims%20in%20Germany/eumap%20muslims%20in%20%20germany. pdf (дата обращения 01. 05. 2014).
15. Muslims in Europe. A report on 11 EU Cities // Open Society Institute, New York, At Home In Europe Project. London, Budapest. 2010. 346 p. Режим доступа: http: //www. opensocietyfoundations. org/sites/default/ files/a-muslims-europe-20 110 2140. pdf (дата обращения 01. 05. 2014).
16. Rodl W. Die Vielfalt des Islam in Deutschland // Freiburger Materialdienst fur die Gemeindepastoral, Dialog mit Muslimen, Freiburg im Brisgau, 2003, H. 2. S. 9−14.
¦ Политология
Об авторе
Садыкова Людмила Рафкатовна — научный сотрудник Центра партнёрства цивилизаций Института международных исследований МГИМО (У) МИД России. E-mail: mila. sadykova@gmail. com.
GERMAN POLICY TOWARDS MUSLIM COMMUNITIES
L.R. Sadykova
Moscow State Institute of International Relations (University), 76 Prospect Vernadskogo, Moscow, 119 454, Russia
Abstract: The past two-three decades can be characterized by the period of global migration and sharp jump of migratory streams is connected with globalization and with the economic factor, generating labor movement behind resources from Third World countries to the countries with deficiency of labor. The desire to receive comfort life becomes the major reason, and the migrant makes the decision being guided by private interest more often instead of external factors.
Western Europe became one of the most important center of gravity of migrants. During the post-war period the need of Europe in foreign labor for restoration of the economy destroyed by war, laid the foundation of mass international migration to this region.
Globalization of migratory streams, penetration of foreign culture groups into structure of accepting society and prevalence of multicultural, multiethnic societies are important characteristics of a modern era. Western Europe became one of the most important centers of gravity of migrants. During the post-war period, the need of Europe in foreign labor for restoration of the economy destroyed by war laid the foundation of mass international migration to this region.
Special relevance the problem of reception of immigrants, in particular from the Muslim countries, got for the former colonial powers, in particular Great Britain, France, and the Netherlands. Germany also faced this problem- migrants workers from other countries were required for the post-war restoration.
Now Germany still is one of the main centers of an attraction of migrants, and concentration of them in this country annually increases. Despite the steps taken by the German government on elimination of Muslim isolation in the German society, its efforts did not bear fruits so far. The majority of Muslims live their life and are still torn off from high life of the country. A possible threat of destruction of the German community appeared when the various ethnic groups appeared in the country.
Key words: The European Union, Islam, immigration policy, migration, migratory processes, Muslims in Germany, the Turkish community, labor migration.
References
1. Amiro V. 2009. Opyt «inoveriia» v Germanii: islam i obshchestvennoe prostranstvo [Experience of «different faith» in Germany: Islam and public space]. Islam v Evrope i v Rossii [Islam in Europe and in Russia]. Collection of articles. Ed. by E.B. Demintsev. Moscow, Izd. Dom Mardzhani Publ. Pp. 35−51. (In Russian)
2. Arkhimandrit Avgustin (Nikitin). 2009. Islam v Evrope [Islam in Europe]. St Petersburg, TsSO Publ. 656 p. (In Russian)
3. Bartashevich E. 2008. Reforma zakona ob immigratsii v Germanii: god spustia [Reform of the law on immigration in Germany: a year later]. DW-World. de. 28 August. Available at: www. dw. de/dw/article/0,2144,3 598 205,00. html (Accessed 01. 05. 2014). (In Russian)
4. Bol'-shova N.N. 2012. Politika regulirovaniia intellektual'-noi migratsii v sovremennoi Germanii [Policy of regulation of intellectual migration in modern Germany]. Vestnik MGIMO-Universiteta, no. 6, pp. 226−237. (In Russian)
5. Gavrik G. 2003. Skol'-ko v Germanii musul'-man-ekstremistov? [How many Muslim extremists are in Germany?]. Nemetskaia volna. Cit.: Portal-Credo. ru. 05 November. Available at: http: //www. portal-credo. ru/site/7act-=monitor&-id=2538 (Accessed 01. 05. 2014). (In Russian)
6. Bund Lander Komission — Programm Forderung von Kindern und Jugendlichen mit Migrationshintergrund. Available at: http: //www. blk-foermig. uni-hamburg. de/cosmea/core/corebase/mediabase/foermig/pdf/ Presse/Presseinfo_Laenderprojekte. pdf http: //www. unesco. org/education/uie/pdf/Doku-E. pdf (Accessed 01. 05. 2014).
7. Bundesministerium fur Bildung und Forschung (Hrsg.): Berufsbildungsbericht 2001. Bonn, April 2001. 714 S. Available at: http: //www. bmbf. de/pub/bbb2001. pdf (Accessed 01. 05. 2014).
8. German Foreign Ministry of Interior. Migration and Integration. Residence law and policy on migration and integration in Germany. Berlin, Germany. October 2011. Available at: http: //www. bmi. bund. de/cae/servlet/ contentblob/136 596/publicationFile/15 354/Migration_und_Integration_en. pdf (Accessed 01. 05. 2014).
9. Kondrat'-eva T.S., Novozhenova I.S. 2006. Immigranty v Evrope: Modeli integratsii [Immigrants in Europe: Integration models]. Aktual'-nye problemy sovremennoi Evropy. Immigranty Evropy: problemy sotsial'-noi i kul'-turnoi adaptatsii. [Actual problems of modern Europe. Immigrants of Europe: problems of social and cultural adaptation]. Collection of articles. Ed. by T.G. Parakhlina, T.S. Kondrat'-eva, I.S. Novozhenova. Moscow. No. 1, 228 p. (In Russian)
10. Kotsch, M. 2002. Gewalt im Islam?: der Kampf fur eine islamische Weltgesellschaft. Lage, Logos. 614 S.
11. Muhe N. 2007. Muslims in the EU. Cities Report. Germany. Preliminary research report and literature survey. Open Society Institute. EU monitoring and advocacy program. 106 S. Available at: http: //www. thegreatdebate. eu/pdf/Muslims%20in%20Germany/eumap%20muslims%20in%20%20germany. pdf (Accessed 01. 05. 2014).
12. Muslims in Europe. A report on 11 EU Cities. 2010. Open Society Institute, At Home In Europe Project. London, Budapest. New York. 346 p. Available at: http: //www. opensocietyfoundations. org/sites/default/ files/a-muslims-europe-20 110 2140. pdf (Accessed 01. 05. 2014).
13. Nemirovskii B. Russkaia Germaniia: Germanistan, otkroi lichiko! ["Russian Germany: Germanistan, open your pretty face!"]. Portal-Credo. ru (9. 12. 2004). Available at: http: //85. 214. 59. 160/site/?act=news&-id=29 184 (Accessed 01. 05. 2014). (In Russian)
14. Rodl W. Die Vielfalt des Islam in Deutschland. Freiburger Materialdienst fur die Gemeindepastoral, Dialog mit Muslimen, Freiburg im Brisgau, 2003, H. 2. S. 9−14.
15. Thilo Sarrazin. Deutschland schafft sich ab. Wie wir unser Land aufs Spiel setzen. Deutsche Verlags-Anstalt. 2010. 464 S. (Russian edition: Sarratsin T. Germaniia: samolikvidatsiia. Moscow, Rid Grupp Publ., 2012. 400 p.)
16. Ul'-rike Khummel'-, Mikhail Bushuev. Uchebnik po islamu v Germanii: kak ugodit'- vsem [The textbook on Islam in Germany: how to please all]. Deutsche Welle, 31. 08. 2012. Available at: http: //dw. de/p/15x9S (Accessed 01. 05. 2014). (In Russian)
About the author
Liudmila R. Sadykova — research associate of The Civilizations& quot- Partnership Center at MGIMO-University.
E-mail: mila. sadykova@gmail. com.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой