Поляки в Гражданской войне на Русском Севере (1918-1919)

Тип работы:
Реферат
Предмет:
История. Исторические науки


Узнать стоимость новой

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

ПОЛЯКИ В ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЕ НА РУССКОМ СЕВЕРЕ (1918−1919)
Русский Север в Гражданской войне, польские доброволъц, генерал Э. Айронсайд, полковник С. Довуйно-Соллогуб.
История участия польских войск в Гражданской войне на Русском Севере — белое пятно в отечественной историографии, которая вплоть до сего дня ограничивалась лишь констатацией самого факта присутствия таковых на этом театре военных действий. Настоящая статья — попытка оценить роль и место польских добровольческих вооруженных формирований на одном из в принципе слабо изученных фронтов Гражданской войны в России.
База для создания на Русском Севере польских добровольческих вооруженных частей возникла в конце весны 1918 г. Когда в мае 1918 г. складывал оружие 1-й Польский добровольческий корпус генерала Ю. Довбор-Мусьницкого, его солдатам и офицерам, пожелавшим отправиться в Мурманск, польские общественные организации в России в лице их специального эмиссара при корпусе Т. Лехницкого предлагали организационную и материальную помощь. Таких набралось более 1 ООО человек. Деньги для них еще в декабре 1917 г. стали поступать через французскую военную миссию в России. Партии поляков ехали на север под самыми разными предлогами: для проведения лесозаготовительных работ, для работы на Мурманской железной дороге (по некоторым оценкам, поляков в штате дороги было около 50% [Документы и материалы…, 1963, с. 117]), для дальнейшей отправки во Францию. Помимо бывших солдат 1-го польского корпуса, были и добровольцы из числа бывших военнопленных. Французский посол Ж. Нуланс, находившийся в это время в Вологде, писал по поводу последних: «Вологда была одним из основных этапных мест польских отрядов, направлявшихся через Белое море к армии генерала Галлера на Французском фронте. Набранные из тюремных концентрационных лагерей организацией, главными агентами которой были г-н Грабский и аббат Лютославский, они останавливались в Вологде, получали здесь материальные средства и следовали далее до Ледовитого океана. Если бы угрозы народных комиссаров стали более очевидными, мы бы задержались здесь, чтобы собрать большое количество польских солдат. Их преданность союзникам убеждала нас в том, что они не откажут нам в помощи» [Документы и материалы…, 1963, с. 117].
Более 800 человек смогли уехать в навигацию 1918 г. Осталось 308 человек. Командование этой частью сперва находилось в руках полковника Будковского, а затем полковника Махцевича. Генерал Ю. Галлер, уезжая из России во Францию в июле 1918 г., несколько видоизменил систему управления этими частями. Все полномочия организационного характера были вручены полковнику графу С. Довуйно-Соллогубу, вступившему в должность «польского военного агента на Севере России».
Первые проблемы возникли уже через несколько месяцев. Причиной стало вовлечение поляков в местные политические баталии. Во Временное правительство Северной области Н. В. Чайковского в качестве министра торговли и промышленности вошел глава Архангельской польской общественной организации «Польский дом» М. Рупиньский. В путче лейтенанта флота Г. Е. Чаплина, пытавшегося в сентябре 1918 г. свергнуть этот кабинет, поляки тоже приняли деятельное участие — мятежников поддержал небольшой отряд в 50 человек под командованием капи-
История
тана Солодковского. Прибывший в Архангельск осенью 1918 г. польский миллионер М. Ярошиньский в письме к Польскому национальному комитету развивал свои планы экономического проникновения на Русский Север [ОговГеШ, 1956, в. 160]. Все это создавало солидные проблемы и графу Соллогубу, и командующим войсками Антанты генералам Ф. Пулу и сменившему его Э. Айронсайду. В довершение всего сама Антанта никак не могла определиться, нужна ли ей польская добровольческая воинская часть на Севере России, и если нужна, то зачем. Недовольный этой неопределенностью Ф. Пул, писал 13 августа 1918 г. Совету Антанты: «Было бы большой ошибкой делать заявления по поводу отправки поляков из России во Францию. Я создаю здесь Польский легион, состоящий только из поляков, который, я в этом уверен, будет при случае хорошей поддержкой силам, находящимся под моим командованием. Некоторые из тех, кого я уже собрал, показали себя хорошими солдатами и пламенно желают сражаться со своими врагами — немцами и большевиками» [Документы и материалы…, 1963, с. 412].
Положительной оценки польские формирования удостоились и от французского посла Ж. Нуланса, выступавшего, по сути, идейным вдохновителем иностранного военного присутствия на Русском Севере. «Невозможно переоценить энергию и чувство долга польских солдат и офицеров, — писал он впоследствии в своих мемуарах. — Испытывая угрозу со всех сторон, изолированные во вражеском окружении, лишенные ресурсов, они вполне могли впасть в отчаяние и поддаться на большевистскую пропаганду. Их неукротимый патриотизм охранил их от слабости и большевистской заразы» []Мои1еп8, 1933, р. 245].
Генерал Айронсайд тоже остался о польских частях высокого мнения. «Другим воинским соединением был Польский легион, насчитывавший около трехсот человек, под командованием талантливого офицера графа Соллогуба, — писал он. — Я застал их упорно работающими над боевой выучкой. Солдаты были исполнены патриотизма и выглядели весьма неплохо в своей небесно-голубой форме и своеобразных польских фуражках. Ими управляли французы через военного атташе. Я подумал, что очень скоро этот легион будет готов занять свое место на линии фронта» [Айронсайд, 1997, с. 237]. (Следует отметить, что не знакомый с русской историей Айронсайд ошибся — польская голубая форма вызывала повсеместное раздражение, ассоциируясь с жандармской в царские времена.)
На фронте польские части использовались преимущественно в бассейне Северной Двины, причем очень активно. Памятная записка Ю. Галлера Польскому национальному комитету, написанная 27 февраля 1919 г., отмечала, что на этом участке фронта польские части ведут бои уже четыре с половиной месяца без перерыва. Упоминал Галлер и о разведывательных операциях в районе Онежского озера. В заключение того же документа он оценивал перспективы увеличения численности формирования примерно до 1 ООО человек, а также отмечал, что пехотные части удалось с помощью англичан усилить артиллерийской батареей майора Хорновского [Документы и материалы…, 1963, с. 117].
К весне 1919 г. положение польских частей на севере стало только хуже. Бессмысленность пребывания в этих краях, вынужденное безделье из-за ужасающих климатических условий и использование преимущественно в качестве полицейской части ухудшило настроение части. Один за другим множились мелкие конфликты. Об одном из них подробно повествует Айронсайд. «Нервы начали сдавать даже у нашего прекрасного соединения поляков. Они были отправлены в двухнедельный отпуск в Архангельск и должны были вернуться на железную дорогу, чтобы сменить французов. За одну ночь до посадки на поезд я получил записку от их полковника, графа Соллогуба, сообщавшую, что соединение не сможет вовремя отправиться в путь из-за какой-то заминки в церемонии благословения войск. Я послал за Соллогубом, который объяснил, что между ним и полковым свя-
щенником возникли разногласия. За какой-то проступок Соллогуб посадил священника под арест на четырнадцать суток, и тот отказался проводить церемонию. А без благословения войска не могли отправиться на фронт. Я сказал Соллогубу, что все, что от него требуется, — освободить священника, но он отказался. Тем временем с железной дороги от французов приходили телеграммы с просьбой немедленно выслать войска на замену, иначе солдаты взбунтуются. Я позвонил французскому военному атташе, попросив привезти с собой священника… Церемония все же состоялась и была очень трогательной. Четверо старослужащих обнесли шеренги огромной чашей, наполненной святой водой, и каждого солдата священник окропил из нее. Прозвучал польский национальный гимн. Несколькими часами позже поляки отбыли на позиции. Я побранил Соллогуба за своеволие, но он был в ужасном настроении. Единственное, чего я смог от него добиться, — ворчания, что от французов всегда одни неприятности» [Айронсайд, 1997, с. 308].
Второй проблемой стало резкое ухудшение отношений поляков с местными властями. Пресса пестрила шовинистическими статьями, на которые Соллогуб непрерывно жаловался англичанам. 3 апреля 1919 г. он писал Ю. Галлеру: «Отношения с союзниками очень хорошие, с русскими довольно холодные… На наши конфедератки они смотрят, как собаки на волка. Я держусь с ними очень осторожно и политично, но не допуская малейшего ущерба чести нашего государства» [Документы и материалы…, 1963, с. 202]. Кроме того, польские офицеры не верили в надежность русских частей, о чем предупреждали английское командование. Английская контрразведка, к неприятному удивлению генерала Айронсайда, полностью согласилась с этими выводами [Wrzosek, 1969, s. 163]. 22 июля 1919 г. именно польской части пришлось подавлять мятеж русского гарнизона в Обозерской.
После этого поляки были переброшены на охрану Мурманской железной дороги, снова, кстати, удостоившись высокой оценки Айронсайда. «Навестив польский легион перед отправкой на железную дорогу к генералу Тернеру, я постарался внушить им, что британское командование отводит им очень важную роль, — писал он. — Я всегда удивлялся тому, как графу Соллогубу удалось собрать российских, германских и австрийских поляков в одно исполненное патриотизма целое. Я знал, что если потребуется, они будут храбро сражаться» [Айронсайд, 1997, с. 330].
Заметного участия в последующих, постепенно затухающих боевых действиях на Севере России польские части не приняли и были эвакуированы вместе с прочими иностранными войсками в сентябре 1919 г. Роль их, таким образом, не стала достаточно заметной, но свой вклад в иностранное военное присутствие на Русском Севере в ходе Гражданской войны они внести все-таки успели.
Библиографический список
1. Айронсайд Э. Архангельск. 1918−1919 гг. // Заброшенные в небытие. Интервенция на Русском Севере (1918−1919) глазами ее участников / сост. В. И. Голдин. Архангельск: Правда Севера, 1997. С. 213−387.
2. Документы и материалы по истории советско-польских отношений / ред. Н. А. Хренов, Н. Гонсеровская-Грабовская. М.: Изд-во АН СССР, 1963. Т. 1 (февраль 1917- ноябрь 1918). 546 с.
3. Grosfeld L. Polskie reakcyjne formacje wojskowe w Rosji 1917−1919. Warszawa: Panstwo-we Wyd. Naukowe, 1956. 227 s.
4. Noulens J. Mon ambassade en Russie Sovietique, 1917−1919. Paris: Librairie Plon, 1933. T. 1. 260 p.
5. Wrzosek M. Polskie korpusy wojskowe w Rosji w latech 1917−1918. Warszawa: Ksiazka i Wiedza, 1969. 366 s.

Показать Свернуть
Заполнить форму текущей работой