Ночь в поэтическом языке И. Бродского

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Литературоведение


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК 811. 161. 1
НОЧЬ В ПОЭТИЧЕСКОМ ЯЗЫКЕ И. БРОДСКОГО
© Е. Г. Штырлина
Казанский федеральный университет Россия, Республика Татарстан, 420 008 г. Казань, ул. Кремлевская, 18.
Тел.: +7 (843) 292 69 77.
E-mail: shtyrlinaekaterina@gmail. com
Статья посвящена раскрытию особенностей индивидуально-авторского восприятия лексемы «ночь» с целью осмысления поэтической картины мира в творчестве И. Бродского. Определена специфика функционирования и репрезентации данной временной лексемы в произведениях поэта с учетом своеобразия ее семантического объема.
Ключевые слова: время, ночь, И. Бродский.
Время занимает главенствующее положение в русской языковой картине мира, являясь магистральной, ключевой категорией, отражающей философские, метафизические, лингвистические представления человека о времени. Важную роль данный концепт играет в поэтическом мире И. Бродского, создающего индивидуально-авторский образ времени, наделенный личностными смыслами и выразительными коннотациями.
Категория времени в творчестве И. Бродского приобретает особое выражение, поскольку время в поэтическом контексте не столько изображается, сколько «переживается, оценивается и интерпретируется» [1, с. 23]. В произведениях поэта находят отражение сложное экзистенциональное восприятие времени, сформированное мироощущением самого автора. При этом именно временные единицы суточного цикла в поэзии И. Бродского обладают выразительностью и образностью, представляя собой один из наиболее важных аспектов представления времени писателем.
Особую роль в произведениях И. Бродского играет лексема ночь, которая получает яркое выражение в творчестве поэта, актуализируется в окказиональных значениях и выступает как репрезентант индивидуально-авторского понимания времени.
Слово ночь в поэтическом языке И. Бродского закономерно включает в себя как национальный компонент значения, отраженный толковыми словарями, так и компонент, формируемый посредством авторского мировидения. Для указанной лексемы в произведениях И. Бродского характерны своеобразные сдвиги в лексическом значении слова, различные семантические преобразования и трансформации, контекстное переосмысление и неожиданное раскрытие многозначности.
Лексема ночь, по данным словаря М. Фасмера, восходит к праславянской форме *поЫыь, которая легла в основу таких славянских слов как: др. -русск. ночь и русск. ночь, ст. -слав. ношть (др. -греч. уи^), лит. пакйз, укр. шч, белор. ноч, болг. нощ, сербохорв. ЬоПЬ, словенск. поПс, чешск., словацк., ольск. пос, в. -луж. пос, н. -луж. пос, полабск. пис [2, с. 386−387]. Семантика данной лексемы традиционно трактуется словарями как часть суток от захо-
да до восхода солнца, между вечером и утром: «часть суток, промежуток времени от вечера до утра» [3]. Как отрезок времени ночь характеризуется длительностью (протяжённостью), а как часть 24-часового цикла в природе и периода в жизни человека, она обладает фиксированной последовательностью и ассоциируется как с состоянием природы, так и с деятельностью человека [4].
Несмотря на моносемантичность лексемы ночь в русском языке, в поэтических текстах И. Бродского она может выступать в различных значениях, приобретать смысловые приращения и относиться к разным семантическим полям.
При рассмотрении своеобразия семантической структуры слова ночь в произведениях поэта обнаруживаются переосмысления, основанные на метафорических переносах, связанных с качественной оценкой. Ночь в языковом сознании И. Бродского представлена как субстанция, воспринимаемая различными органами чувств, как субъект эмоционального переживания. Данная метафорическая модель строится на основе разного рода зрительных, слуховых и эмоциональных ассоциаций. В наибольшей степени ночь в текстах И. Бродского охарактеризована с помощью определений со значением цвета, описывающих визуальное восприятие времени: Ночь белая глядит с высот [5] или Седая ночь,/ и дремлющие птицы/ качаются от синей тишины [5]. Поэтическое изображение временной действительности отчасти обусловлено жизненным опытом И. Бродского, что позволяет объяснить авторское предпочтение в использовании белого, чёрного и серого цветов при описании ночи. В произведениях поэта, выросшего на берегах Невы, ночь регулярно приобретает белую цветовую характеристику (белые ночи), выполняющую функцию светообозначения: … пусть меня, беглеца, осенит/ белой ночью твоя/ неподвижная слава земная [5] или Белая ночь над нами/ легонько брезжит [5]. Черный цвет при описании ночи встречается гораздо реже: ночь, всеми фибрами трепеща/ как насекомое, льнет, черна или Он че-рен был, как ночь, как пустота [5]. Значимую роль при изображении времени в лирике И. Бродского играет серый цвет, однако для авторской характе-
ристики ночи он используется довольно редко: седая ночь (белесая, сероватая, бесцветная). Другим проявлением метафорической модели являются обозначения ночи при помощи определений, актуализирующих слуховое восприятие: Второго января, в глухую ночь,/мой теплоход отшвартовался в Сочи [5] или Я был только тем, чего/ ты касалась ладонью,/ над чем в глухую, воронью/ ночь склоняла чело [5]. Важно отметить, что ночь в языковом сознании поэта мыслится как нечто, способное издавать определенные звуки:. я песнь свою тебе одной пою-/ метель свистит, и ночь гремит в передней [5]. Отражением следующего варианта модели являются сочетания обозначений времени с прилагательными, характеризующими эмоциональное состояние лирического героя: Грустная ночь у меня сегодня [5].
Ночь в поэтических текстах И. Бродского нередко представляется в терминах пространства, обозначая предмет, способный занимать определенное местоположение: Звезды/ как разбитый термометр: каждый квадратный метр/ ночи ими усеян, как при салюте [5]. В произведениях поэта выделяется ряд метафор, концептуализирующих ночь в пространственных категориях.
Ночь в поэзии И. Бродского осмысляется как субъект, наделенный физическими параметрами, что находит отражение в димензиональных метафорических образах: ночь характеризуется размером (длиной и глубиной). Продолжительность ночи чаще всего определяется посредством сравнения данного временного отрезка с каким-либо другим временным интервалом или с помощью сравнения с определенным предметом или объектом: Бывает лед сильней огня,/ зима — порой длиннее лета,/ бывает ночь длиннее дня/ и тьма вдвойне сильнее света [5] или Наша тень длиннее, чем ночь пред нами [5]. В приведенных контекстах ночь характеризуется либо как длинная, либо как короткая: Дни удлиняются. Ночи/ становятся все короче [5]. Кроме всего прочего, ночь предстает перед читателями как нечто большое, тяжелое и занимающее много места, но при этом имеющее предел и границы: … ночь,/безусловно, громоздка,/но не столь бесконечна, чтоб точно хватить на оба [5].
Необходимо отметить, что ночь в произведениях И. Бродского характеризуется с точки зрения своеобразной наполненности. Так, ночь в тестах поэта сочетается либо со словами, передающими идею насыщенности, густоты: Пурга свистит. Зрачок идет ко дну/ в густой ночи. Нужна ли страсти память? [5], либо с лексемами со значением «не содержащий внутри себя ничего, не наполненный чем-либо»: Двор заперт, дворник запил, ночь пуста [5]. Таким образом, ночь метафорически может осмысляться как контейнер, способный быть заполненным или наоборот -быть пустым.
Наиболее обширно и многообразно при описании ночи в поэтическом идиолекте И. Бродского
представлены динамичные метафоры, в которых ночь осмысляется как активный субъект движения, уподобляющийся человеку или животному: Ночь входит в город, будто/ в детскую: застает ребенка под одеялом или Лишь ночь под перевернутым крылом/ бежит по опрокинувшимся кущам или и летящая ночь/ эту бедную жизнь обручит/ с красотою твоей/ и с посмертной моей правотою. В примерах подобного типа лексема ночь сочетается с глаголами движения и перемещения в пространстве: Ночь/ приходит,/ повертывая их наискосок/ к деревьям осени, их гнездам, мокрым лонам [5] или Вот и проходит ночь. /Я поднимаю взор./ Оба уходят прочь [5]. Важно подчеркнуть, что движение указанного временного отрезка осуществляется не только в горизонтальной плоскости, но, что особенно важно, в вертикальной, где глаголы, передающие значения движения вверх — вниз, кодируют начало наступления определенного временного явления: Но правда в том, что если дождь идет,/ нисходит ночь, потом заря бледнеет,/и свет дневной в развалинах встает,/ а на бугре ничто не зеленеет [5]. В приводимых контекстах происходит метонимический сдвиг, позволяющий рассматривать часть суток как состояние природы в данное время: опустилась ночь, т. е. ночная темнота. Кроме метафор, характеризующих движение, в произведениях И. Бродского присутствуют метафоры, передающие значение остановки времени передающие (стояла ночь), и метафоры, характеризующие потерю способности к движению: Еще в парадных столбенела ночь [5].
При уподоблении ночи человеку на первый план выходят антропоморфные метафоры, определяющие время с точки зрения физиологии. Такие метафорические образы представляют ночь в качестве субъекта, которому присуща речь и способность говорить: Но только ночь угрюмо шепчет в ухо,/что этот пепел спрятал дух его [5].
Среди динамичных метафор в творчестве И. Бродского особое значение приобретает глагольная антропоморфическая метафора — олицетворение, создающая персонифицированный образ ночи. В таком случае ночь выступает в качестве активного, действенного персонажа произведения и наделяется особыми авторскими поэтическими смыслами: Ночь встает на колени перед лесной стеною./ Ищет ключи слепые в связке своей несметной [5] или … ночь, всеми фибрами трепеща/ как насекомое, льнет, черна,/к лампе, чья выпуклость горяча,/хотя абсолютно отключена [5].
Ночь в текстах поэта уподобляется не только человеку или животному, но и водному потоку. Время у Бродского — это жидкость, которое характеризуется с помощью метафорических предикатов литься и их префиксальных модификаций, а также при помощи устойчивых сочетаний со словом «река»: Задев его, снаружи льется ночь,/ густой рекой беззвучно на пол хлещет [5] или В окно — нельзя:
оттуда звезды льются./ Еще чуть-чуть, и ночь зальет пожар [5]. Ночь в поэтическом мире И. Бродского представлена в качестве водного пространства, по которому можно передвигаться: я пишу эти строки, стремясь рукой,/ их выводящей почти вслепую,/ на секунду опередить «на кой?»,/ с оных готовое губ в любую/ минуту слететь и поплыть сквозь ночь,/ увеличиваясь и проч. [5]. Об уподоблении ночи жидкости свидетельствует и синтагма «погружаться в ночь», поскольку глагол «погрузиться» имеет значение «опуститься, целиком поместиться в жидкость, в сыпучее вещество, в газ», в результате создается новый метафорический образ времени: Восточный конец Империи погружается в ночь — по горло [5].
Метафорические образы ночи возникают и за счет актуализации семы конкретного значения, так, части суток предстают как субъекты, наделенные способностью следить за сохранностью дня, для того чтобы обезопасить его от ночи: Зимний вечер лампу жжет,/ день от ночи стережет [5]. Данный контекст формирует восприятие ночи как времени, наделенного опасностью для дня в силу того, что светлое время суток обычно сменяется темным. Такая смена происходит порой так быстро, что человеку ночь представляется в виде субъекта, внезапно появившемся перед ним: С той дурной кару-сели,/что воспел Гесиод,/ сходят не там, где сели,/ но где ночь застает [5].
В поэтических текстах И. Бродского ночь приобретает материальную выраженность, она присутствует в вещах, предметах, во всем, что окружает человека: Уснуло все. Бутыль, стакан, тазы,/хлеб, хлебный нож, фарфор, хрусталь, посуда,/ ночник, белье, шкафы, стекло, часы,/ ступеньки лестниц, двери. Ночь повсюду. /Повсюду ночь: в углах, в глазах, в белье,/ среди бумаг, в столе, в готовой речи,/ в ее словах, в дровах, в щипцах, в угле/ остывшего камина, в каждой вещи [5].
Ночь в произведениях И. Бродского осмысляется не только как активный субъект, наделенный физическими параметрами и способностью к осуществлению действий, но и как объект, находящийся под влиянием человека. Например, создается метафорический образ со значением умерщвления времени: На прения с самим/ собою ночь/убив, глотаешь дым,/ уже не прочь/ в набрякшую гортань/ рукой залезть [5].
В поэтических произведениях И. Бродского разнообразно представлены и метонимические переносы лексического значения слова ночь. Интерес представляет образ ночи, складывающийся из следующего контекста: Я себя ощущаю мишенью в тире,/ вздрагиваю при малейшем стуке./ Я закрыл парадное на засов, но/ ночь в меня целит рогами Овна,/ словно Амур из лука, словно/ Сталин в XVII съезд из «тулки» [5]. По мнению А. Ранчина, зодиакальный Овен в ночи в стихотворении Бродского — это поэтический синоним Агнца — символа
Христа [6]. Однако, на наш взгляд, в данном случае происходит перенос по смежности и речь идет об одном из наиболее известных зодиакальных созвездий.
Расширение значения лексемы ночь на основе метонимических переносов наблюдается и в других контекстах, например, к числу которых относятся преобразования с использованием реальных исторических лиц: Прощай, Эдисон, повредивший ночь./ Прощай, Фарадей, Архимед и проч. /Я тьму вытесняю посредством свеч,/ как море — трехмачтовик, давший течь [5]. В указанном примере ночь осмысляется не как часть суток, а как состояние темноты, которое нарушается всемирно известным американским изобретателем, разработавшим электрическую лампу накаливания.
При описании ночи И. Бродский часто упоминает геометрическую фигуру, квадрат, метафорически передающую различные значения. Читатель может лишь догадываться о понятиях, скрывающихся за этой лексемой, это так называемая ассоциативная словесно-фразовая игра, где за геометрией могут скрываться окружающие человека вещи, предметы, само пространство: Ночь белая глядит с высот,/ как в зеркало, в квадрат бумажный [5] или холод вытеснит ночь из угла,/ чтобы мог соскочить я в квадрат [5] или ночь хочет удержать причину/ от следствия. В моем мозгу/ какие-то квадраты, даты,/ твоя или моя к виску/ прижатая ладонь… [5]. Квадратами в ночи выступают окна домов, из которых льется свет, комнаты, огранивающие человека четырьмя углами, бумага, на которую ложатся слова поэта…
Своеобразное видение ночи передается И. Бродским с помощью сравнений, приемов, основанных на образной трансформации грамматически оформленного сопоставления. В сравнительных конструкциях субъектом сравнения чаще всего выступает сама номинация ночи, а объектом становятся предметы, с ней логически несопоставимые, что приводит к возникновению развернутых метафорических образов: Ночь с багровой луною,/ как сургуч на конверте [5] или. ночь, всеми фибрами трепеща/ как насекомое, льнет, черна,/ к лампе, чья выпуклость горяча,/хотя абсолютно отключена [5].
В некоторых произведениях И. Бродский сам трактует понятие ночь, наполняя его своеобразным индивидуально-авторским смыслом и давая развернутые и красочные определения: … Ночь/ и взаправду граница, где, как татарва,/территориям прожитой жизни набегом/ угрожает действительность, и наоборот,/ где дрова переходят в деревья и снова в дрова,/ где что веко не спрячет,/ то явь печенегом/ как трофей подберет [5]. Ночь в данном контексте осмысляется как определенный рубеж, соединяющий разные временные отрезки и жизненные реалии.
Особую выразительность лексеме ночь придают в поэтических текстах эпитеты, образно пред-
ставляющие те или иные черты данного временного явления, содержащие в себе оценку и высказывающие определенное эмоциональное отношение: ночи,/ достойные голоса Гомера [5] или из ночи, перепачканной трубой,/ превосходящей мужеский капризнак [5]. Эпитеты характеризуют слово ночь с точки зрения наличия луны или звезд: Лунной ночью/ запоминать длинную тень,/ отброшенную деревом или человеком [5], состояния погоды: Но это ветреная ночь, а ночи/ различны меж собою, как и дни [5], продолжительности: Поздняя ночь. Снег за окном в виде деревьев [5], характера протекания, психологического восприятия: Это были славные ночи/ на Савеловском вокзале [5].
Обогащение значения лексемы ночь в поэтических произведениях И. Бродского происходит и за счет словоупотребления, а именно способа контекстуального индуцирования (вхождение в семантическую структуру реализуемого слова новых сем под влиянием дискурса, приводящее к приращению смысла или к его переосмыслению). Примером такого преобразования является функционирование лексемы ночь в следующем поэтическом отрывке: «Листьев задумчивый лепет,/ а он лежит не дыша./ Видишь облако в небе,/ это его душа. «/ «Теперь я тебя понимаю: /ушел, улетел он в ночь./ Теперь он лежит, обнимая/ корни дубовых рощ». [5], где уход в ночь перерастает в уход в никуда. Тем самым лексема ночь приобретает новые значения и становится синонимом по отношению к лексемам: небытие или смерть.
Ночь в поэтическом мире И. Бродского наделяется особой коннотацией, сакральным смыслом, когда вписывается в библейский контекст. В этом случае ночь предстает перед читателями не просто как часть суток, а как начало новой, светлой, духовной жизни: Волхвы пришли. Младенец крепко спал. /Звезда светила ярко с небосвода./ Холодный ветер снег в сугроб сгребал./ Шуршал песок. Костер трещал у входа. /Дым шел свечой. Огонь вился крючком./ И тени становились то короче, / то
вдруг длинней. Никто не знал кругом,/что жизни счет начнется с этой ночи [5]. Таким образом, в произведениях Бродского воссоздается атмосфера Рождественской святой ночи, символом которой является звезда, сияющая с небосвода: Звезда, пламенея в ночи,/ смотрела, как трех караванов дороги/ сходились в пещеру Христа, как лучи [5]. Звезда трактуется поэтом не только как Знамение, возвестившее рождение Сына Божьего, но и как взгляд Бога Отца, с любовью следящего за Сыном: Он был всего лишь точкой. И точкой была звезда./ Внимательно, не мигая, сквозь редкие облака,/на лежащего в яслях ребенка издалека,/ из глубины Вселенной, с другого ее конца,/звезда смотрела в пещеру. И это был взгляд Отца [5].
Таким образом, в поэтическом языке И. Бродского создается своеобразная система метафорических и метонимических значений лексемы ночь, наполненных особым окказиональным содержанием. Поэтичная выразительность концепта ночь в идиолекте поэта создается за счет олицетворений, сравнений, нарушений логико-понятийной соотнесенности, эпитетов, основанных на субъективных ассоциациях, обусловленных индивидуальным восприятием временной действительности.
ЛИТЕРАТУРА
1. Михеева Л. Н. Время в русской языковой картине мира: лигнвокультурологический аспект: автореф. дисс. … д-ра филол. наук. Москва, 2004. 30 с.
2. Фасмер М. Этимологический словарь русского языка. М.: Прогресс, 1986. Т. 1. С. 386−387.
3. Толковый словарь русского языка: В 4 т. / Под ред. Д. Н. Ушакова: иЯЬ: Ьйр: //и811акоу-оп11пе. ги/1ейег/15/33/.
4. Рубинштейн Г. А. Асимметрия синтаксических свойств русских названий частей суток: иЯЬ: http: //www. see1rc. ог^ЬяяояЛяяиеяЛ/гиЫпягет^Г
5. Бродский И. А. Стихотворения и поэмы (основное собрание): иЯЬ: http: //1ib. ru/BRODSKIJ/brodsky_poetry. txt
6. Ранчин А. «Человек есть испытатель боли. «: Религиозно-философские мотивы поэзии Бродского и экзистенциализм// Октябрь. 1997. № 1. С. 154−168.
Поступила в редакцию 22. 03. 2011 г.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой