Биомониторинг антропогенного загрязнения Тульской области на основе анализа накопления тяжелых металлов в торфяных залежах болот

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Охрана окружающей среды


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Известия Тульского государственного университета Естественные науки. 2012. Вып. 2. С. 253−263
Биология
УДК 504. 7
Биомониторинг антропогенного загрязнения Тульской области на основе анализа накопления тяжелых металлов в торфяных залежах болот *
Е. М. Волкова, С. В. Горелова, Е. Н. Музафаров
Аннотация. В статье рассматривается содержание тяжелых металлов в поверхностных образцах и по профилям торфяных отложений разных типов болот Тульской области, что позволяет оценить уровень техногенного загрязнения региона, а также изучить динамику накопления тяжелых металлов в разные временные периоды. Показано, что накопление некоторых металлов обусловлено гидрологическими особенностями территории.
Ключевые слова: тяжелые металлы, биомониторинг, торфяные отложения, болотные экосистемы, Тульская область.
Введение
Растения, являясь продуцентами органического вещества, депонируют не только углекислый газ из атмосферы, но и являются природными биофильтрами, поглощая различные соединения из воздушной и водной среды, почвенного раствора и с поверхности почвенных частиц.
Одним из воздействующих на растения факторов является поглощение тяжелых металлов, что часто является индикатором антропогенного стресса. Поступая в растение, тяжелые металлы воздействуют как токсиканты и вызывают комплекс морфолого-анатомических и физиологических изменений, которые приводят к снижению жизненности [1, 2, 6, 12, 20]. При этом накопление тяжелых металлов в растениях можно рассматривать и как показатель состояния окружающей среды [3, 6, 7, 8, 9, 14, 16, 28]. Наиболее распространенным в биоэлементном мониторинге является использование мхов, что более 30 лет в странах Скандинавии, Европы и в ряде регионов России [5, 15, 18, 19, 22, 23, 25, 26]. Однако, использование метода мхов-биомониторов дает возможность анализа загрязнения тяжелыми
* Работа выполнена при финансовой поддержке РФФИ (проект № 11−04−97 538-р_центр_а).
металлами в настоящий момент времени, но не позволяет проследить динамику их аккумуляции на разных этапах развития ландшафтов и выявить долю «антропогенного фактора». В этих целях следует использовать «природные архивы» — озерные или торфяные отложения.
В условиях болот, характеризующихся высокой обводненностью, кислой средой и низкой аэрацией, интенсивность жизнедеятельности микроорганизмов, способствующих разложению растительных остатков, крайне низка. Это обеспечивает накопление слаборазложившихся частей растений — торфа. Напластование торфов образует торфяную залежь, которая характеризуется высокими адсорбционными свойствами и способна аккумулировать вещества, приносимые как воздушными массами и атмосферными осадками [17, 21, 26, 27], так и поверхностными и/или грунтовыми водами. Это позволяет использовать болотные экосистемы, а именно — их торфяные отложения, в качестве индикаторов загрязнения окружающей среды поллютантами, в том числе — тяжелыми металлами. При этом, их содержание в верхнем слое торфяной залежи отражает современное состояние региона, а распределение элементов по профилю залежи является показателем динамики их накопления в разные временные периоды.
Материалы и методы
Исследования проводились на территории Тульской области, являющейся крупным промышленно развитым регионом Центральной России. Техногенное загрязнение на территории области обусловлено деятельностью предприятий металлургической, топливной, машиностроительной и химической промышленности, а также в ходе автотранспортной эмиссии [4, 8]. Для оценки загрязнения тяжелыми металлами административных районов, отличающихся уровнем развития промышленности, в каждом из них было выбрано по несколько (1−3) болотных экосистем (табл. 1). Образцы торфа отбирали в поверхностных горизонтах (0−10, 0−20 см) залежей для оценки современного уровня загрязнений. Для определения интенсивности аккумуляции тяжелых металлов в разные временные периоды и выявления роли техногенного пресса на некоторых объектах Щекинского, Суворовского и Богородицкого районов (табл. 2) проводили бурение залежи. Отобранные образцы хранили в морозильной камере. Анализ торфа проводили в специализированной аккредитованной испытательной лаборатории ОАО НИПИМ. Определение свинца, меди, никеля, стронция проводили методом атомной абсорбции. Содержание ртути определяли колориметрическим методом.
Результаты и обсуждение
Содержание тяжелых металлов в поверхностных образцах торфа позволяет оценить современное состояние атмосферы и подземных вод тульского региона.
Загрязнение свинцом. Свинец является иммобильным элементом, т. е. не мигрирует по профилю залежи [24], что позволяет рассматривать его концентрацию как показатель загрязнения в определенный временной отрезок. Как показали результаты исследования, содержание свинца варьирует в пределах 2,3−16,2 мг/кг (табл. 3). При этом по данным Е. В. Ермаковой и др. [5] содержание во мхах-биомониторах (Brachythecium 8р., Pleurozium schreberi), отобранных на территории области, меняется в тех же пределах — 3,8−18,6 мг/кг.
Оценка уровня загрязнения проводится путем сравнения с ПДК. Эти значения в разных странах отличаются. Так, фоновое содержание свинца в напочвенных мхах Норвегии составляет 2,7 мг/кг [5]. По данным Центра Госсанэпиднадзора в Тульской области, ПДК для почв населенных мест не должно превышать 14,2 мг/кг [10, 11, 13]. Как показывает сравнение полученных нами результатов с ПДК, на территории Арсеньевского, Белевского, Богородицкого, Новомосковского и Ленинского районов превышения допустимых значений не выявлено (2,3−7,7 мг/кг), ряд показателей соответствует фоновым экологически чистым территориям. Однако в образцах Суворовского и Щекинского (болото Ясной Поляны) районов отмечены более высокие значения, некоторые из которых превышают ПДК.
При этом, показатели Суворовского района (13,1 мг/кг) являются следствием воздействия Черепецкой ГРЭС, а концентрацию в торфах Ясной Поляны (Щекинский р-н) (16,2 мг/кг) следует объяснять влиянием «ЩекинАзота». Необходимо отметить, что и в минеральных почвах этого административного района содержание свинца может достигать 31−33 мг/кг [13].
Загрязнение медью. Содержание меди в поверхностных пробах торфа коррелирует с уровнем антропогенной нагрузки [14, 27]. Значения для торфов Тульской области варьируют в пределах 5,6−18,2 мг/кг (табл. 3), при этом содержание меди во мхах на территории области меняется от 4 до 36 мг/кг (в среднем, 5 мг/кг) [5], а концентрация в минеральных почвах составляет 3,5 мг/кг [13].
Полученные нами данные свидетельствуют о превышении фоновых значений концентрации меди (4,2 мг/кг) в торфах в 3−4 раза для Ленинского, Щекинского, Суворовского и Богородицкого районов по сравнению с ПДК для минеральных почв и «норвежским фоном». Особо следует отметить более чем 10-кратное превышение для Белевского района (болото Клюква
— 52,5 мг/кг) — 4-х-кратное превышение ПДК для почв и 100-кратное превышение фоновых значений для одного объекта Ленинского района
Таблица 1
Характеристика болот и поверхностных образцов торфа
№ Название, расположение и характеристика болота и, см Вид торфа * ъ?
1 Водораздельное карстовое сплавинное болото Главное у п. Озерный (Ленинский район), очеретниково-осоково-сфагновая сплавина. Толщина сплавины 2,5−3 м 0−10 Сфагновый переходный 10
2 Водораздельное карстовое сплавинное болото у д. Лобынское (Ленинский район), осоково-сфагновое сообщество. Толщина сплавины 1,5 м. 0−10 Травяно- сфагновый переходный 5−10
3 Пойменный погребенный (перекрыт аллювиальными отложениями) торфяник у п. Гремячее (Ленинский район, пойма р. Упа), злаково-разнотравное сообщество, глубина залежи 4 м. 0−20 Березовый низинный торф. Анализировали поверхностный аллювиальный песчаный нанос
4 Пойменное болото Кочки (Новомосковский район, пойма р. Марковка), травяное сообщество, глубина залежи 1 м. 0−20 Травяной низинный 25
5 Водораздельное карстовое грядово-мочажинное болото Клюква (Белевский район), сосново-пушицево-сфагновое сообщество на грядах, клюквенно-сфагновое сообщество в мочажинах, глубина залежи 2,5 м. 0−20 Сфагновый верховой (медиум торф) 5−10
6 Балочное болото у д. Холм (Белевский район), черноольховое сообщество, глубина залежи 2,8 м 0−10 Чернооль- ховый низинный торф 45
7 Террасное болото у д. Варушицы (Суворовский район, долина р. Ока), сосново-пушицево-сфагновое сообщество, глубина залежи 0,7 м 0−10 Сфагновый верховой 5−10
8 Пойменное болото Подкосьмово (Богородицкий район, пойма р. Непрядва), осоковое сообщество, глубина залежи 1,2 м. 0−10 Осоковый низинный 40
9 Пойменное болото Большеберезовское (Богородицкий район, пойма р. Непрядва), березово-тростниковое сообщество. Глубина торфа 2,3 м. 0−10 Травяной низинный 55- 60
10 Пойменное болото Стрикинское (Арсеньевский район, пойма р. Иста), березово-травяное сообщество, глубина залежи 4 м 0−10 Гипновый низинный 15- 20
11 Водораздельное карстовое болото Источек (Щекинский район, музей-заповедник «Ясная Поляна»), березово-сфагновое сообщество, глубина залежи 3,2 м 0−10 Древесно- сфагновый низинный 20
12 Водораздельное карстовое болото Лосевое (Щекинский район), березово-травяное сообщество, глубина залежи 1,5 м 0−20 см Травяно- сфагновый низинный 15- 20
Таблица 2
Характеристика торфяных залежей болот для изучения динамики накопления тяжелых металлов
Название болота, район Глубина, м Возраст придонного образца, лет Глубина отбора образца, см Вид торфа И,* %
Подкосьмово, Богородицкий р-н 1,2 4405±84 5−10 осоковый низинный 40
30−35 осоковый низинный 55
60−65 осоковый низинный 65
85−90 осоковый низинный 65
Варушицы, Суворовский р-н 0,7 1860±75 5−10 сфагновый верховой 15
30−35 сосново-сфагновый переходный 55
60−65 травяной низинный 65
Источек, Щекинский р-н 3,2 6000** 5−10 древесно-сфагновый низинный 15- 20
30−35 осоково-сфагновый низинный 20
60−65 осоково-сфагновый низинный 25
85−90 сфагновый низинный 25
* - степень разложения торфа, %- ** - определение возраста проводилось расчетным путем на основе степени разложения и ботанического состава торфа
(болото Лобынское — 400 мг/кг). Последнее следует объяснять близостью ОАО «ТулаЧермет». Для Новомосковского и Арсеньевского районов значения приближены к контрольным для региона и «фоновым» для Норвегии (5,6−7,0 мг/кг).
Загрязнение хромом. Основной источник поступления хрома в атмосферу
— выбросы предприятий черной металлургии. Как показали исследования, содержание хрома в торфах региона составляет 6,3−37,4 мг/кг (табл. 3). Во мхах аккумулируется 0,6−28 (в среднем, 4) мг/кг [5]. В поверхностных горизонтах болот Норвегии концентрация элемента составляет 0,41−2,74 мг/кг [27], по другим данным — 8,8−12,5 мг/г [17]. В странах Европы минеральные почвы содержат от 0,5 до 13,8 мг/кг. Как видно, для Тульской области характерно превышение среднеевропейских (0,69 мг/кг) значений по хрому [5]. При этом, многократное (в 20−30 раз) превышение отмечено для
Таблица 3
Содержание тяжелых металлов в верхнем горизонте торфяных залежей болот Тульской области, мг/кг
Район. Болото Р Ь Си Сг № Бг Нд
Ленинский район. Болото у пос. Озерный 7,0 13,7 14,2 14,9 17,0 & lt-0,0002
Ленинский район. Болото у дер. Гремячее 7,7 13,6 28,8 16,5 8,8 & lt-0,0015
Ленинский район. Болото у дер. Лобынское 2,3 400 11,8 14,9 21,3 & lt-0,0002
Новомосковский район. Болото Кочки 3,5 5,6 6,3 10,5 38,3 & lt-0,0002
Щекинский район. Болото Источек 16,2 7,9 10,8 7,2 5,5 & lt-0,0015
Щекинский район. Болото Лосевое 3,2 12,3 23,6 33,3 38,3 & lt-0,0002
Суворовский район. Болото Варушицы 13,1 8,1 7,2 7,2 2,3 & lt-0,0015
Белевский район. Болото Клюква 3,5 52,5 3,2 7,0 17,0 & lt-0,0002
Белевский район. Болото у дер. Холм 6,0 10,9 28,4 21,9 4,2 & lt-0,0002
Богородицкий район. Болото Подкосьмово 9,3 11,0 37,4 22,7 20,0 & lt-0,0015
Богородицкий район. Болото Большеберезовское 4,0 18,2 12,6 7,0 4500 & lt-0,0002
Арсеньевский район. Болото Стрикинское 3,0 7,0 12,6 13,1 3500 & lt-0,0002
торфяника Гремячее (Ленинский р-н), болота Лосевое (Щекинский р-н, близ Крапивны), на границе с Орловской областью у д. Холм (Белевский р-н), что следует объяснять атмосферным переносом [17]. Высокое содержание хрома (37,4 мг/кг) на болоте Подкосьмово (Богородицкий р-н) обусловлено локальными факторами, поскольку на близлежащем (не более 2 км) Большеберезовском болоте показатель составляет 12,6 мг/кг.
Загрязнение никелем. Никель поступает в атмосферу с выбросами металлургических заводов, горнодобывающих предприятий и энергетических установок, работающих на угле и мазуте. Содержание никеля в поверхностных образцах торфов болот Тульской области варьирует в пределах 7,0−33,3 мг/кг (табл. 3). При этом накопление металла во мхах-биомониторах по области [5] составляет 0,7−11,7 (в среднем — 3,2) мг/кг для области. Контрольное содержание никеля в почвах населенных пунктов по тульскому региону не превышает 6,3 мг/кг [13].
Норвежский фон по данному элементу составляет 1,1 мг/кг, при этом содержание никеля в торфах болот Норвегии меняется от 0,54 до 4,1 мг/кг, коррелируя с уровнем индустриального развития [27]. По данным М. Ргопіа-
8 у.е.уа и Е. Steinnes [17] в поверхностных образцах болот Норвегии показатель может достигать 251 мг/г (Svanvik).
Сравнение и анализ полученных нами данных свидетельствуют о превышении «норвежского фона» по всем изученным объектам, однако показатели Щекинского (м-з Ясная Поляна), Белевского (болот Клюква), Суворовского (у д. Варушицы) и Богородицкого (Большеберезовское болото) районов приближены к фоновым значениям по региону (ПДК). Превышение допустимой концентрации (включая, «тульский норматив») в 2 раза отмечено для Ленинского, Новомосковского и Арсеньевского районов (10,5−14,9 мг/кг). Однако для некоторых объектов выявлены достаточно высокие показания (21,9−33,3 мг/кг), что свидетельствует о локальном характере загрязнения.
Загрязнение стронцием. Источником общего стронция чаще всего являются подземные воды. Для региона ПДК в питьевой воде составляет 7 мг/л. Концентрация стронция в почвах (по норвежскому фону) не должна превышать 11,5 мг/кг, при этом в напочвенных мхах-биомониторах на территории Тульской области показатель составляет 25 мг/кг, варьируя от 7,2 до 59 мг/кг [5]. Как показали наши исследования, концентрация стронция в поверхностных образцах торфа, в целом, находится в допустимых пределах (2,3−8,8 мг/кг) фоновых значений и не превышает среднее содержание во мхах по области (25 мг/кг) для Ленинского, Щекинского (м-з Ясная Поляна), Суворовского и Белевского районов (табл. 3). Превышение указанных пределов до 38,3 мг/кг показано для Новомосковского и Щекинского районов. Однако, многократное (более, чем в 100 раз) превышение фоновых значений выявлено для торфов Стрикинского (Арсеньевский район) и Большеберезовского (Богородицкий район) болот. Обнаруженные факты следует объяснять особенностью питающих болото вод, которые проходят через обогащенные стронцием горизонты. Этот вывод подтверждается сравнением расположенных на расстоянии менее 2 км болот Подкосьмово и Большеберезовское. На первом объекте содержание стронция в 225 раз меньше, что свидетельствует о локальном источнике загрязнения — в противном случае расположенные в непосредственной близости объекты не могли бы иметь столь существенной разницы. Питание Большеберезовского болота осуществляется водами источника, бьющего из коренного берега. Такие воды не просто увлажняют поверхность болота, но и, проникая вглубь и накапливаясь, поддерживают определенную влажность торфяной залежи в целом. Сравнение поверхностного образца торфа с таковым, взятым на глубине 50 см, подтверждает высказанное ранее предположение об отсутствии зависимости между концентрацией стронция и атмосферным загрязнением района, поскольку образец с 50-см глубины характеризуется большей концентрацией этого элемента — 5000 мг/кг. Подобное объяснение применимо и к Стрикинскому болоту Арсеньевского района. Как видно, повышенное содержание металла следует объяснять
не атмосферным загрязнением, а особенностями геологии и гидрологии исследуемой территории.
Загрязнение ртутью. Источники выбросов — предприятия, использующие ртутную технологию. Во мхах близ металлургических комбинатов концентрация ртути составляет 0,07−0,11 мг/кг [14]. Сравнивая полученные нами значения (табл. 3) с литературными данными, следует отметить, что для экосистем Тульской области загрязнение ртутью не характерно (содержание элемента в торфах менее 0,0002 мг/кг).
Рис. 1. Содержание тяжелых металлов по профилю торфяных залежей болот: Варушицы (Суворовский р-н), Подкосьмово (Богородицкий р-н), Источек (Щекинский р-н)
Таким образом, на основании анализа поверхностных образцов торфов территория Тульской области характеризуется превышением среднеевропейских фоновых значений и ПДК по таким загрязнителям, как хром и никель- высокое содержание меди отмечено для Ленинского, Щекинского, Суворовского, Богородицкого и Белевского районов. По содержанию свинца большинство районов соответствуют экологическим требованиям, за исключением Суворовского и Щекинского районов. Атмосферное загрязнение стронцием и ртутью не характерно для региона. Высокое содержание стронция в торфяных залежах некоторых болот следует объяснять гидро-геологическими факторами.
Взаимосвязь концентрации тяжелых металлов и техногенного воздействия может быть проиллюстрирована на примере изучения динамики содержания тяжелых металлов по профилю торфяных залежей болот (табл. 2). Анализ распределения тяжелых металлов по профилям торфяных залежей болот в разных частях Тульской области позволяет констатировать достоверное увеличение в поверхностных образцах содержания свинца, что обусловлено развитием промышленности и увеличением количества автотранспортных выбросов. По остальным элементам (медь, хром, никель, стронций) изменений, коррелирующих с антропогенной нагрузкой, не выявлено (рис. 1). Концентрация указанных элементов в профилях торфяных отложений обусловлена гидрологическими факторами, в частности, характером питающих вод, выклинивающихся на поверхность.
Проведенные исследования позволяют рассматривать торфяную залежь болот в качестве индикатора загрязнения окружающей среды тяжелыми металлами. Сохранность торфяных отложений позволяет изучить динамику содержания токсикантов, выявить влияние глобальных и локальных факторов в их накоплении, оценить роль техногенного пресса.
Список литературы
1. Алексеев Ю. В. Тяжелые металлы в почвах и растениях. Л.: Агропромиздат. 1987. С. 56−99.
2. Баргальи Р. Биогеохимия наземных растений. М.: ГЕОС, 2005. 457 с.
3. Оценка возможности использования древесных растений для биоиндикации и биомониторинга выбросов предприятий металлургической промышленности / С. В. Горелова [и др.] // Проблемы биогеохимии и геохимической экологии. 2010. № 1(12). С. 155−163.
4. Дмитраков А. В., Сычев А. И. Экологическое состояние окружающей среды Тульской области и ее изменение под воздействием антропогенной нагрузки // Изв. ТулГУ. 1998. Вып.4. С. 248−256.
5. Ермакова Е. М., Фронтасьева М. В., Стейнесс Э. Изучение атмосферных выпадений тяжелых металлов и других элементов на территории Тульской области с помощью метода мхов-биомониторов // Экологическая химия. 2004. № 13(3). С. 167−180.
6. Ильин В. Б. Элементный химический состав растений. Новосибирск: Наука, 1985. 127 с.
7. Куварин Ю. Н. Экологическая обстановка на территории Тульской области // Экологические проблемы регионов России. ВИНИТИ, 1995. С. 18−23
8. Кулагин А. А., Шагиева Ю. А. Древесные растения и биологическая консервация промышленных загрязнителей. М.: Наука, 2005. 190 с.
9. Лукина Н. В., Никонов В. В. Биогеохимические циклы в лесах Севера в условиях аэротехногенного загрязнения. Ч. 2. Апатиты: Изд-во Кольского научного центра РАН, 1996. 192 с.
10. Оценка и экологический контроль состояния окружающей природной среды региона (на примере Тульской области)/ Под ред. С. А. Шобы. М.: Изд-во Моск. ун-та, 2001.
11. Предельно допустимые концентрации (ПДК) химических веществ в почве: Гигиенические нормативы. М.: Федеральный центр гигиены и эпидемиологии Роспотребнадзара, 2006. 15 с.
12. Серегин И. В. Распределение тяжелых металлов в растении и их действие на рост: автореф. дисс…. д-ра биологических наук. М.: 11формат, 2009. 53 с.
13. Тульская область. Медико-экологический атлас. / под ред. Шишкиной Л. И. Тула: Тульский полиграфист, 2000. 156 с.
14. Черненькова Т. В. Реакция лесной растительности на промышленное загрязнение. М.: Наука, 2002. 190 с.
15. Berg T, Steinnes E. Use of Mosses (Hylocomium splendens and Pleurozium schre-beri) as Biomonitors of Heavy Metal Deposition: from Relative to Absolute Deposition Values. Environment Pollution. 1997. V. 98, № 1. P. 61−71.
16. Coskun M. Atmospheric deposition of heavy metals in Thrace Studied by analysis of Austrian pine (Pinus nigra) needles // Bull. Environ. Contam. Toxicol. 2006. V. 76. P. 320−326.
17. Frontasyeva M. V., Steinnes E. Distribution of 35 elements in peat cores from ombrotrophic bogs studied by epithermal neutron activation analysis // J. of Radio-analytical and Nuclear Chemistry. 2005. V. 265, № 1. P. 11−15.
18. Goltsova N, Vasina T.V. The use of bioindication for estimation of pollution in forest ecosystems of the Leningrad region // Bioindacators of Environment Health. Ecovision World Monograph Series. Amsterdam: Academic Publishing, 1995. P. 141−154.
19. Geographic Trends in the Accumulation of Heavy Metals in Mosses and Forest Litters in Karelia / V.N. Kharin [et al.] // Russian J. of Ecology. 2001. V. 32, № 2. P. 138−141.
20. Chemical and morphological characteristics of Key tree species of Carpathian Mountains / B. Mankovska [et al.]. Enviromental Pollution. 2004. P. 41−54.
21. Ruhling A, Steinnes E, Berg T. Atmospheric Heavy Metal Deposition in Northern Europe. NORD Environment. 1996. P. 37.
22. Ruhling A., Steinnes E. Atmospheric Heavy Metal Deposition in Europe 1995−1996. NORD Environment. 1998. P. 15.
23. Ruhling A. Atmospheric Heavy Metal Deposition in Europe // Estimation Based on Moss Analysis. Nordic Council of Ministers, Nord. 1994. P.9.
24. Geochemistry of the peat bog at Etang de la Gruere, Jura Mountains, Switzerland, and its record of atmospheric Pb and lithogenic trace metals (Sc, Ti, Y, Zr, and REE) since 12,370 14C yr BP / W. Shotyk [et al.] // Geochim. Cosmochim. Zcta 65: 2337−2360. SPSS. 1999. SPSS Base 9.0. SPSS, Chicago. 2001.
25. Steinnes E. A Critical Evaluation of the Use of Naturally Growing Moss to Monitor the Deposition of Atmospheric Metals // The Science of the Total Environment. 1995. № 160/161. P. 243−249
26. Steinnes E. Trace element profiles in ombrogenous peat cores from Norway: evidence of long range atmospheric transport // Water, Air and Soil Pollution. 1997. № 100. P. 405−413.
27. Atmospheric Supply of Trace Elements Studied by Peat Samples from Ombrotrophic
Bogs / E. Steinnes [et al.] // J. of Enviromental Quality. 2005. № 34. P. 192−197.
28. Tomasevic M., Rajsic S., Dordevic D, Tasic M., Krstic J., Novakovic V. Heavy
metals accumulation in tree leaves from urban areas / M. Tomasevic [et al.] //
Environmental Chemistry Letters. 2000. V.2. P. 151−154.
Волкова Елена Михайловна (convallaria@mail. ru), к.б.н., доцент, кафедра ботаники и технологии растениеводства, Тульский государственный педагогический университет им. Л. Н. Толстого.
Горелова Светлана Владимировна (svgorelovatula@rambler. ru), к.б.н., доцент, кафедра ботаники и технологии растениеводства, Тульский государственный педагогический университет им. Л. Н. Толстого.
Музафаров Евгений Назибович (emuzafarov@mail. ru), д.б.н. профессор, зав. кафедрой, кафедра биотехнологии, Тульский государственный университет.
A biomonitoring of anthropogenic pollution of Tula region with using of heavy metals in peat deposits
E.M. Volkova, S.V. Gorelova, E.N. Muzafarov
Abstract. The article shows the results of studying of heavy metals concentration in surface samples and the samples from peat profiles from different mires in Tula region. Date Base allows to investigate the man-made level of pollution and to study the dynamics of heavy metals accumulation in different time periods. High concentration of same metals is due to the hydrological features of territory.
Keywords: heavy metals, biomonitoring, peat deposits, mire ecosystems, Tula region.
Volkova Elena (convallaria@mail. ru), candidate of biological sciences, department of botany and technology of crop production, Leo Tolstoy Tula State Pedagogical University.
Gorelova Svetlana (svgorelovatula@rambler. ru), candidate of biological sciences, department of botany and technology of crop production, Leo Tolstoy Tula State Pedagogical University.
М-uzafarov Evgeny (emuzafarov@mail. ru), doctor of biological sciences, professor, head of department, department of biotechnology, Tula State University.
Поступила 21. 06. 2012

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой