Посткриминальное поведение лиц, связанных с преступной деятельностью, на месте происшествия (результаты анкетного опроса)

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Юридические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК 343. 98
ПОСТКРИМИНАЛЬНОЕ ПОВЕДЕНИЕ ЛИЦ, СВЯЗАННЫХ С ПРЕСТУПНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬЮ, НА МЕСТЕ ПРОИСШЕСТВИЯ (РЕЗУЛЬТАТЫ АНКЕТНОГО ОПРОСА)
Андреев А. С.
ФГБОУ ВПО «Российский государственный социальный университет», филиал, Азов, e-mail: modusoperandi@yandex. ru
Объектом исследования выступили явления, события, процессы объективной действительности на месте происшествия (преступления): с одной стороны а) преступная деятельность- б) посткриминальное поведение лиц, связанных с преступной деятельностью- а с другой — деятельность по раскрытию и расследованию преступлений. Предметом изучения выступили закономерности посткриминального поведения лиц, связанных с преступной деятельностью, на месте происшествия. Гипотеза исследования: многообразие и устойчивость видов посткриминального поведения лиц на месте происшествия отражается как в материально-фиксированной форме (следах, электронных носителях, фото, видео и т. д.), так и психофизиологической, то есть мысленного образа, запечатленного в памяти субъекта. Цель работы — представить систематизированные результаты анкетного опроса очевидцев и жертв о посткриминальном поведении лиц на месте происшествия.
Ключевые слова: криминалистика, посткриминальное поведение лиц, преступная деятельность, гипотезы,
криминалистическое учение о посткриминальном поведении, поведение очевидцев, виновных и других лиц на месте происшествия
POST-CRIMINAL BEHAVIOUR OF THE FACES TIED WITH CRIMINAL ACTIVITY ON THE SCENE (RESULTS OF QUESTIONNAIRE)
Andreev A.S.
Russian state social university, Azov, e-mail: modusoperandi@yandex. ru
As object of research the phenomena, events, processes of objective reality on a scene (crime) acted: on the one hand, a) criminal activity- b) post-criminal behavior of the faces tied with criminal activity- and with another, -activities for disclosure and investigation of crimes. As a subject of studying regularities of post-criminal behavior of the faces tied with criminal activity on a scene acted. Research hypothesis: the variety and stability of types of post-criminal behavior of persons in a scene is reflected as in the material fixed form (traces, electronic media, a photo, video, etc.), and psychophysiological, that is the fancy imprinted in memory of the subject. The work purpose — to present the systematized results of questionnaire of eyewitnesses and victims about post-criminal behavior of persons on a scene.
Keywords: criminalistics, post-criminal behavior of persons, criminal activity, hypotheses, the criminalistic doctrine about post-criminal behavior, behavior of eyewitnesses, guilty and other persons on a scene
Эффективность антикриминальной деятельности государства зависит от различных мероприятий программного характера в целом, в том числе и от системы мер по воздействию на посткриминальное поведение лиц, связанных с преступной деятельностью (виновных, очевидцев, жертв и ряда других), в частности [1]. В связи с чем разрешение проблем и вопросов разработки криминалистических средств, приемов, методик, направленных на коррекцию, изменение и стимулирование надлежащего посткриминального поведения, является актуальной государственно значимой задачей, направленной на стратегическую перспективу. Как справедливо отмечает М. С. Прохоров, «в целях улучшения качества расследования уголовных дел следует обратить внимание и требует исследования поведение субъекта преступления в посткриминальной фазе, на стадии проведения
доследственной проверки, а также в ходе осуществления уголовного преследования» [10]. Мы согласны с мнением тех авторов, которые считают, что с точки зрения назначения и задач криминалистики «посткриминальные действия чрезвычайно важны как для раскрытия преступления, так и для дальнейшего его расследования и судебного разбирательства. Знание современных типовых посткриминальных поведенческих актов, умение на их основе прогнозировать фактические действия преступника (с учетом их видовых особенностей) с тем, чтобы разрешать функции раскрытия, изобличения виновного лица, поддержание обвинения» [9]. Объектом исследования выступили явления, события, процессы объективной действительности на месте происшествия (преступления): с одной стороны а) преступная деятельность-
б) посткриминальное поведение лиц, связанных с преступной деятельностью-
а с другой,
деятельность по раскрытию и расследованию преступлений [2].
Предметом изучения выступили закономерности посткриминального поведения лиц, связанных с преступной деятельностью на месте происшествия. Гипотеза исследования: многообразие и устойчивость видов посткриминального поведения лиц на месте происшествия отражается как в материально-фиксированной форме (следах, электронных носителях, фото, видео и т. д.), так и психофизиологической, то есть мысленного образа, запечатленного в памяти субъекта. Изучение психофизиологической формы множества отражений посткриминального поведения лиц на месте происшествия и получение знания о посткриминальном поведении лиц, связанных с преступной деятельностью на месте происшествия (далее посткриминальное поведение), даст возможность (или создаст предпосылки) для разрешения ряда вопросов общей теории, криминалистической техники, тактики и методики. Цель работы — представить систематизированные результаты анкетного опроса очевидцев и жертв о посткриминальном поведении лиц на месте происшествия. Методологическим инструментарием исследования выступили материалистическая диалектика, деятель-ностный подход, а для систематизации результатов анкетного опроса такие методы, как анализ, синтез и ряд других.
Эмпирическая база исследования
Анкетные опросы по вопросам, связанным с посткриминальным поведением лиц на месте происшествия, осуществлялись под руководством автора в сентябре 2013 г. — декабре 2014 г. и составляют часть комплексного криминалистического исследования, направленного на формирование и дальнейшее развитие криминалистического учения о посткриминальном поведении лиц, связанных с преступной деятельностью. По данным статистики, каждый год у нас в стране около 10 млн человек выступают в качестве потерпевших и свидетелей в ходе расследования и рассмотрения уголовных дел по особо тяжким преступлениям. Статистические данные о преступности в РФ за последние 10 лет [6] позволили судить о масштабах и динамике посткриминального поведения и выдвинуть гипотезу исследования. В процессе исследования по специально разработанной анкете было опрошено 500 жителей Ростовской области (Ы = 500).
Анкета состояла из четырех разделов, характеризующих на месте происшествия:
1) участника (очевидца, потерпевшего) посткриминального поведения-
2) преступную деятельность-
3) посткриминальное поведение очевидцев-
4) посткриминальное поведение жертв.
Результаты анкетного опроса и их интерпретация
В процессе жизнедеятельности количество лиц, наблюдавших преступную деятельность и посткриминальное поведение на месте происшествия, имеет достаточно высокие показатели: так, из 723 опрошенных было выявлено 500 лиц (69,15%), находившихся на месте преступления в качестве очевидцев, жертв и/или других лиц.
Участник посткриминального поведения
Из 500 лиц (взято за 100%) в качестве: очевидца: 331 чел. (66,2%) — жертвы: 112 чел. (22,4%) — очевидца и жертвы: 57 чел. (11,4%).
Из них факты (случаи) преступной деятельности виновных и их дальнейшее посткриминальное поведение, как и других лиц (в том числе и субъектов расследования), наблюдали и участвовали в качестве очевидцев и жертв: 1 раз — 324 чел. (64,8%) — 2−3 раза — 105 чел. (21%) — 4 и более раз -71 чел. (14,2%). Для лиц, которые наблюдали исследуемые нами явления объективной действительности, в силу большого временного отрезка, лицами (очевидцами, жертвами) были описаны только те единичные факты и события, процессы, которые наиболее ими запомнились (в до, криминальный и особенно посткриминальный период). По данным Росстата, в 2013 году потерпевшими от преступлений выступили 1566,9 тыс. человек, из них: женщин (733,0 тыс. чел. — 46,78%), мужчин (833,9 тыс. чел. — 53,22%). Большинство респондентов сталкивались с насильственными преступлениями (51,18%).
7,86% респондентов указали на участие в качестве очевидцев и жертв на месте преступления должностных и коррупционных преступлений, тогда как на месте убийства участвовало два очевидца. Так, по данным официальной статистики, за последние 5 лет в РФ количество женщин и мужчин соотносится 54 и 46% соответственно. Результаты нашего исследования подтверждают данное соотношение в допустимых пределах: женщины — 44,7% (206 анкет — 246 очевидцев и жертв) — мужчины — 55,3% (294 анкет — 311 очевидцев
и жертв). По данным уголовной статистики РФ, численность женщин и мужчин, потерпевших по преступлениям, сопряженным с насильственными действиями, составила в 2011 г. 178 тысяч женщин и 258,4 тысяч мужчин (соответственно 41 и 59 процентов), соотношение с допустимыми отклонениями выявлено нами в ходе исследования [6].
Возраст: 14−16 лет — 16 чел.- 16−18 лет — 61 чел.- - 18−25 лет — 106 чел.- 25−30 лет — 114 чел.- 30−35 лет — 53 чел.- 35−40 лет — 74 чел.- 40−50 лет — 43 чел.- старше 50 лет — 33 чел.
Наше исследование подтверждает выводы Н. В. Тороповой о том, что у большинства несовершеннолетних, совершивших насильственные преступления, личностные особенности четко проявляются не только в докриминальном и криминальном поведении, но и в посткриминальных действиях. Последние соответствуют общему преступному замыслу и достижению преступной цели, обусловливают наличие следов противоправной деятельности для преступника определенного типа [11].
Образование:
1. Неполное среднее: 40 чел.
2. Среднее: 138 чел.
3. Среднее специальное: 163 чел.
4. Высшее или высшее неоконченное: 159 чел.
Семейное положение:
1. Женат (Замужем): 221 чел.
2. Холост (разведен, иное): 279 человек.
Род занятий: рабочий: 148 чел.- Гос.
и мун. служащий: 67 чел.- работник аграрного сектора: 15- учащийся средней школы, лицея, ПТУ: 32 чел.- Студент техникума, вуза: 104 чел.- пенсионер: 21 чел.- предприниматель: 25 чел.- временно безработный: 41 чел.- иное: 47 чел.
Наибольшее количество жертв и очевидцев, подвергшихся воздействию в посткриминальный период, были пенсионерами, студентами и служащими.
Место посткриминального поведения очевидцев и жертв в большинстве случаев (82,4%) осуществляется по месту жительства (района, города, села) и имеет важное значение как для установления пространственно-временных характеристик расследуемого события, так и розыска скрывшихся виновных и установления очевидцев. Таким образом, характеристика субъекта посткриминального поведения, данные общей и уголовной статистики свидетельствуют о репрезентативности проведенного исследования.
Как отмечает А. Ю. Головин и другие: «ситуационная природа преступных дей-
ствий наиболее отчетливо проявляется в периоды:
— подготовки к совершению преступления (предкриминальная ситуация) —
— непосредственной реализации преступного замысла (собственно криминальная ситуация) —
— сокрытия следов преступления (посткриминальная ситуация)» [4].
Перейдем к рассмотрению особенностей преступной деятельности и посткриминального поведения лиц на месте происшествия.
Преступная деятельность на месте происшествия
Преступная деятельность и дальнейшее посткриминальное поведение осуществлялись на месте: одним виновным, отмечено в 332 анкетах (363 чел. -65,17%) — группой виновных лиц -в 168 анкетах (194 чел. — 34,83%). Для исследуемого вида деятельности (поведения), если оно осуществлялось одним лицом, в более чем 68% случаев лицо скрылось с места сразу после совершения общественно опасного деяния, тогда как для второго варианта — совершение группой лиц — только в 26% случаев скрывался один из участников, и в 6% -скрывались все. Из 500 анкет виновный был известен наблюдавшим в 184 случаях (227 чел. — 40,75%), а в 316 анкетах — неизвестен (329 чел. — 59,25%). В 62% случаев, когда виновный неизвестен, признаки внешности неизвестного виновного могли быть идентифицированы в ходе розыскных мероприятий или следственных действий с очевидцами и жертвами (204 из 329 чел.), так как воспринимались на расстоянии: 1−2 метра — 31 чел.- 3−5 метров — 53 человека- 6−10 метров — 71 человек- 10−20 метров — 28 человек- более 20 метров — 21 человек.
В дневное время совершения преступной деятельности прослеживается тенденция к позитивному посткриминальному поведению как со стороны виновных, так и очевидцев. Тогда как в вечернее и ночное время количественно и содержательно посткриминальное поведение на месте преступления выражается в различных видах и разновидностях противодействия и индифферентного поведения.
География мест преступлений и посткриминального поведения весьма обширна и будет рассмотрена отдельно.
Распространенные мотивы преступной деятельности лиц и их посткриминального поведения отражены в табл. 1.
Таблица 1
Соотношение мотивов виновных (криминальный и посткриминальный периоды), по мнению очевидцев и потерпевших, наблюдавших их деятельность и поведение*
Мотив преступной деятельности виновного Мотив посткриминального поведения виновного
Корысть — 31% Сокрытие — 47%
Хулиганские побуждения — 28% Содействие — 36%- Противодействие — 22%
Неприязненное отношение — 14% Сокрытие — 39%- Комбинированное — 26,5%
Примечание. *Составлено автором.
Состояние виновного при совершении преступной деятельности и дальнейшего посткриминального поведения: в состоянии алкогольного/наркотического или иного опьянения — 199 чел.- трезв — 118 человек- неизвестно — 108 человек. Опьянение влияет на содержание посткриминального поведения виновного: излишняя агрессивность после совершения преступления в отношении как потерпевших, так и жертвы- алогичные поступки (вызов полиции и написание заявления о якобы совершении преступления потерпевшим) — сон на месте преступления- вызов родственников.
Характеристика посткриминального
поведения лиц после совершения преступления (по результатам опроса 388 очевидцев)
388 опрошенных очевидцев отметили, что сами действовали на месте преступления, так и 425 виновных (ряд совершены группой), 377 жертв и 986 очевидцев, то есть на одно место преступления приходится 4,86 человек, действовавших на месте.
388 опрошенных очевидцев наблюдали преступную деятельность и посткриминальное поведение 425 виновных лиц:
— 141 чел. скрылись с места сразу после совершения преступления (33,18%) —
— 284 чел. действовали на месте после совершения преступления (66,82%).
161 опрошенный очевидец наблюдал воздействие (115 чел.) на жертву или оче-
видцев или подвергся (46 чел.) воздействию со стороны преступников и связанных с ним лиц.
Были отмечены следующие способы посткриминального воздействия на жертву и очевидцев:
— подкуп, задабривание — 36 (22,36%) —
— уговоры — 12 (7,45%) —
— угрозы убийством и нанесением телесных повреждений — 35 (21,74%) —
— запугивание 67 (41,6%).
Посткриминальное воздействие осуществлено: виновным 83 раза- родственниками виновного 36 раз- знакомыми виновного 42 раза.
Применительно к проблемам расследования квартирных краж, отмечает Т. С. Волчецкая, «этап посткриминального поведения преступника завершает цепочку ситуаций криминальной деятельности квартирного вора. Данный этап состоит из сокрытия следов преступления, анализа и предварительной оценки похищенного, а также реализации похищенного имущества, уничтожения улик. Все это противодействует правоохранительным органам в раскрытии преступления» [3].
Наиболее типичными видами посткриминального поведения лиц, связанных с преступной деятельностью преступления (виновные — жертва) выступили:
1. Противодействие раскрытию и расследованию (табл. 2).
Таблица 2
Распределение субъектов противодействия раскрытию и расследованию преступления*
286 случаев Виновное лицо Жертва Очевидцы
Противодействовал с момента совершения преступления на месте совершения 202 случая -213 виновных 21 случай -21 жертва 63 случая -73 очевидца
Количество времени, затраченное на данный вид поведения на месте преступления До 15 мин — 184 чел. Более — 29 чел. До 15 мин — 8 чел. Более -13 чел. До 15 мин — 65 чел. Более — 8 чел.
Примечание. *Составлено автором.
Противодействие расследованию на месте происшествия встречается не только со стороны лиц, совершивших общественно опасные деяния, но и со стороны очевидцев, а также жертв. К примеру, как отмечают А.М. Двор-кин, Г. К. Смирнов, «практике известно множество случаев, когда на докриминальных, непосредственно преступных, а в некоторых случаях и посткриминальных этапах развития преступления пострадавшие действуют согласованно с торговцами людьми, способствуя им как в совершении преступления, так и в сокрытии его следов [5, 7].
2. Позитивное: содействие, способствование раскрытию, нейтрализация последствий (табл. 3).
Позитивное посткриминальное поведение традиционно проявляется на месте происшествия среди очевидцев и жертв, при этом достаточно интересной тенденцией является то, что для виновного такой вид поведения возможен только через определенное количество времени.
3. Индифферентное: безразличное к преступной деятельности и посткриминальному поведению (табл. 4).
Наиболее безразлично к преступной деятельности относятся очевидцы (56%) и ведут себя индифферентно на месте происшествия в посткриминальный период.
4. Включающие различные противоположные виды поведения (табл. 5).
Поведение отдельно взятого участника на месте происшествия в посткриминальный период может содержать в себе противоположные действия и поступки.
По степени распространенности видов (338 анкет очевидцев (из 388 исключено 50 анкет)): только один вид посткриминального деятельности и поведения — 47 анкет (12,1%) — два вида посткриминального деятельности и поведения — 101 анкета (26%) — три-четыре вида — 190 раз (61,9%).
Среди видов монопосткриминального поведения доминирует противодействие расследованию преступлений. Посткриминальное поведение одного вида составляет только 13,9%, при этом, как правило, на месте преступления находится не более двух человек. Количественно монопосткрими-нальное поведение в 2 раза меньше следующего сочетания видов.
Таблица 3
Распределение субъектов позитивного поведения на месте происшествия*
133 случая Виновное лицо Жертва Очевидцы
Содействовал с момента совершения преступления на месте совершения 12 случаев -12 виновных 102 случая -102 жертвы 98 случаев — 112 очевидцев
Количество времени, затраченного на данный вид поведения на месте преступления До 15 мин — 0 чел. Более -12 чел. До 15 мин — 8 чел. Более — 104 чел. До 15 мин — 44 чел. Более — 68 чел.
Примечание. *Составлено автором.
Таблица 4
Распределение субъектов индифферентного поведения на месте происшествия*
100 случаев Виновное лицо Жертва Очевидцы
Вел себя безразлично 42 случая -48 виновных 14 случаев -14 жертв 56 случаев -117 очевидцев
Количество времени, затраченного на данный вид поведения на месте преступления До 15 мин — 22 чел. Более — 26 чел. До 15 мин — 2 чел. Более — 12 чел. До 15 мин — 111 чел. Более — 6 чел.
Примечание. * Составлено автором.
Таблица 5
Распределение субъектов, сочетающих различные виды поведения на месте
происшествия*
69 случаев Виновное лицо Жертва Очевидцы
Сочетание нескольких видов в деятельности (поведении) одного субъекта 42 случая -58 виновных 17 случаев -18 жертв 32 случая -47 очевидцев
Примечание. * Составлено автором.
Почти треть (29,88%) реализуемого на месте преступления посткриминального поведения состоит из двух видов и (или) групп.
Характерной моделью посткриминального поведения (чуть менее половины) является сочетание контрдействий и поступков: позитивное поведение — противодействие расследованию (49 анкет). В среднем 2,7 вида (338 анкет — 918 раз) посткриминального поведения различных субъектов (виновных, очевидцев, жертв) наблюдалось на одном месте преступления.
Е. Д. Лукьянчиков и другие подчеркивают, что для 17−18-летних наряду с применением ухищренных способов совершения преступления характерно уже использование различных приемов маскировки, уничтожения следов, более осмотрительное постпреступное поведение [8]. С одной стороны, в количественных показателях такой вид посткриминального поведения, как противодействие раскрытию и расследованию преступления, преобладает над позитивными видами поведения (286 на 133 анкет), а с другой, — количество времени, затраченного на позитивное поведение на месте преступления, гораздо больше, нежели чем на противодействие раскрытию и расследованию преступления. Так, на противодействие раскрытию и расследованию преступления на месте его совершения до 15 минут — 83,7% (257 из 307 виновных, очевидцев, жертв), тогда как на позитивное поведение, напротив, в 77,9% (184 из 236 виновных, очевидцев, жертв) затрачивается времени более 15 минут. При этом более чем в половине исследованных анкет (в 224 анкетах из 338) поведение различных субъектов на месте преступления так или иначе проявляется в виде этих двух видов (как одновременно, так и предшествуя или следуя друг за другом). Тогда как сочетание двух видов поведения на месте преступления у одного субъекта выявлено в 20,41% анкет.
Заключение
Данный этап исследования позволил подтвердить гипотезу статьи и сделать ряд выводов.
1. Круг субъектов посткриминального поведения достаточно широк (виновные, жертва, очевидцы и другие).
2. Пол, возраст, образование, семейное положение субъекта влияет на выбор и содержание не только преступной деятельности, но и посткриминального поведения виновных, очевидцев, жертв.
3. Преступная деятельность неизбежно, из раза в раз повторяясь, порождает посткриминальное поведение больших групп
лиц (виновные, очевидцы и ряда других). При этом 70% граждан в своей жизни наблюдали действия и поступки посткриминального периода более двух раз, а каждый десятый — более четырех раз.
4. Система отношений детерминации между преступной деятельностью и посткриминальным поведением на месте происшествия носит сложный, многоуровневый характер.
5. Посткриминальное поведение лиц представляет собой достаточно распространенное и закономерное явление объективной действительности.
6. Посткриминальное поведение лиц, связанных с преступной деятельностью, характеризуется разнообразием видов, подвидов (способов, приемов, методов) деятельности различных лиц, участвующих на месте происшествия. Также и отдельно взятое лицо в послекриминальный период на месте происшествия может осуществлять противоположные (противоречивые, алогичные) действия и поступки (например, виновный в убийстве: сокрытие трупа — сожжение частей — раскаяние — явка с повинной по телефону — бегство с места происшествия). Посткриминальное поведение на месте происшествия: моновид — 13,9% (47 анкет) — 2 вида — 29,9 (101 анкета) — 3 и более вида — 56,2% (190 анкет).
7. Посткриминальное поведение лиц взаимосвязано с деятельностью по раскрытию и расследованию преступлений. Так, очевидцы в 45,36% наблюдали прибытие сотрудников полиции (из 388 — 176 чел.). Опрошенные очевидцы указали, что знали в 48,5% случаев, куда скрылся виновный (65 из 134 лиц):
— домой (41 чел.) —
— к знакомым (8 чел.) —
— места досуга (5 чел.) —
— в другую местность (11 чел.).
Из них (176) были опрошены 81,8% (144 чел.) прибывшими на место сотрудниками. При этом оставшиеся 212 очевидцев, которые не наблюдали прибытие сотрудников полиции, были опрошены в 59 случаях (27,8%). Из 388 очевидцев, находившихся на месте преступления, было опрошено сотрудниками полиции 203 человека (52,3%). Из 185 неопрошенных очевидцев на месте преступления 48 были допрошены в качестве свидетеля (25,9%). Из опрошенных 169 жертв заявили о совершении преступлении 114 человек (67,45%), из них находились на месте преступления до прибытия сотрудников полиции 96 чел. (84,2%).
Представленные результаты анкетного опроса не являются окончательными,
исчерпывающими и требуют дальнейшего исследования в рамках формирования и развития криминалистического учения о посткриминальном поведении лиц, связанных с преступной деятельностью.
Список литературы
1. Паспорт государственной программы Российской Федерации «Обеспечение общественного порядка и противодействие преступности». Утверждена распоряжением Правительства Российской Федерации от 6 марта 2013 г. № 313-р.
2. Андреев А. С. Теоретико-прикладные вопросы уточнения объекта криминалистической науки // Известия Тул-ГУ Экономические и юридические науки. — 2013. — № 5−2. -С. 27−37.
3. Волчецкая Т. С., Зюзина М. В. Повышение эффективности расследования квартирных краж: использование метода моделирования // Вестник БФУ им. И. Канта. — 2010. -№ 9. — С. 95−103.
4. Головин А. Ю. Базовые криминалистические классификации преступлений // Известия ТулГУ. Экономические и юридические науки. — 2013. — № 2−2. — С. 31−40.
5. Дворкин А. И., Смирнов Г. К. Криминалистическая характеристика торговли людьми // Бизнес в законе. 2007. № 1. С. 50−62.
6. См.: www. gks. ru, а также: Замылин Е. И. Критерии разграничения (классификация) жертв посткриминального воздействия // Вестник МВД РОССИИ. — 2013. -№ 2. — С. 56−61.
7. Крамаренко В. П. Превенция ошибок при формировании ситуативной установки личности допрашиваемого // Вестник БФУ им. И. Канта. — 2009. — № 9. — С. 82−91.
8. Лукьянчиков Е. Д. Особенности расследования преступлений несовершеннолетних. — Киев, 1990. — 52 с.
9. Новик В. В., Харатишвили А. Г. Способ совершения преступления — как важнейший элемент криминалистической характеристики контрабанды наркотиков // Бизнес в законе. — 2007. — № 2. — С. 111−113.
10. Прохоров М. С. Криминалистическая характеристика преступлений// Известия РГПУ им. А. И. Герцена. -2008. — № 85. — С. 353−355.
11. Торопова Н. В. Отражение криминалистической характеристики личности несовершеннолетнего, совершившего насильственное преступление, в его постпреступных действиях// Вестник ТГПУ — 2011. — № 12. — С. 178−181.
References
1. Pasport gosudarstvennoj programmy Rossijskoj Feder-acii «Obespechenie obshhestvennogo porjadka i protivodejstvie prestupnosti». Utverzhdena rasporjazheniem Pravitelstva Rossijskoj Federacii ot 6 marta 2013 g. no. 313-р.
2. Andreev A.S. Teoretiko-prikladnye voprosy utochnenija obekta kriminalisticheskoj nauki // Izvestija TulGU. Jekonom-icheskie i juridicheskie nauki. 2013. no. 5−2. рр. 27−37.
3. Volcheckaja T.S., Zjuzina M.V. Povyshenie jeffektivnos-ti rassledovanija kvartirnyh krazh: ispolzovanie metoda modeli-rovanija // Vestnik BFU im. I. Kanta. 2010. no. 9. рр. 95−103.
4. Golovin A. Ju. Bazovye kriminalisticheskie klassifikacii prestuplenij // Izvestija TulGU. Jekonomicheskie i juridicheskie nauki. 2013. no. 2−2. рр. 31−40.
5. Dvorkin A.I., Smirnov G.K. Kriminalisticheskaja harak-teristika torgovli ljudmi // Biznes v zakone. 2007. no. 1. рр. 50−62.
6. Sm.: www. gks. ru, a takzhe: Zamylin E.I. Kriterii razgranichenija (klassifikacija) zhertv postkriminalnogo vozde-jstvija // Vestnik MVD ROSSII. 2013. no. 2. рр. 56−61.
7. Kramarenko V.P. Prevencija oshibok pri formirovanii situativnoj ustanovki lichnosti doprashivaemogo // Vestnik BFU im. I. Kanta. 2009. no. 9. рр. 82−91.
8. Lukjanchikov E.D. Osobennosti rassledovanija prestu-plenij nesovershennoletnih. Kiev, 1990. 52 р.
9. Novik V.V., Haratishvili A.G. Sposob sovershenija prestuplenija kak vazhnejshij jelement kriminalisticheskoj harakteristiki kontrabandy narkotikov // Biznes v zakone. 2007. no. 2. рр. 111−113.
10. Prohorov M.S. Kriminalisticheskaja harakteristika prestu-plenij// Izvestija RGPU im. A.I. Gercena. 2008. no. 85. рр. 353−355.
11. Toropova N.V. Otrazhenie kriminalisticheskoj harak-teristiki lichnosti nesovershennoletnego, sovershivshego nasil-stvennoe prestuplenie, v ego postprestupnyh dejstvijah// Vestnik TGPU. 2011. no. 12. рр. 178−181.
Рецензенты:
Варданян А. В., д.ю.н., профессор, начальник кафедры криминалистики, Ростовский юридический институт МВД России, г. Ростов-на-Дону-
Головин А. Ю., д.ю.н., профессор, заведующий кафедрой «Правосудие и правоохранительная деятельность», Тульский государственный университет, г. Тула.
Работа поступила в редакцию 03. 04. 2015.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой