"Бусидо" как компонент национального ценностного кода японской лингвокультуры

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Языкознание


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК811. 521
ББК 81. 001.2 + 81. 754. 42−3
Н.Ю. Тразанова
«Бусидо» как компонент национального ценностного кода японской лингвокультуры
Целью статьи является рассмотрение «бусидо» («самурайского кодекса») в качестве компонента национального ценностного кода японской лингвокультуры. В связи с этим устанавливаются основные ключевые идеи «бусидо», такие, как «долг», «верность», «самопожертвование», «вежливость», «самосовершенствование», на материале цитат «Хагакурэ», а также пословиц и устойчивых выражений японского языка.
Ключевые слова: национальный ценностный код- бусидо- «Хагакурэ" — логоэпистемы.
N. Yu. Trazanova
«bushido» as a component of a national axiological code of Japanese language culture
The purpose of this article is to consider «bushido» as a component of a national axiological code of Japanese language culture. In this connection the main key ideas of «bushido», such as «duty», «faithfulness», «self-sacrifice», «politeness», «self-development», are established on the material of «Hagakure» quotations, Japanese proverbs and idioms.
Key words: national axiological code- bushido- «Hagakure" — logoepistemas.
Исследование культурных концептов, ценностных доминант и ключевых слов позволяет постулировать существование кода лингвокультуры, который представляет собой особую совокупность знаков языка и культуры. Национальный ценностный код понимается как система знаковых образований, которые, комбинируясь между собой, образуют инвариантные, обобщённые значимые смыслы, отражающие нормы, правила и ориентиры человека/народа, принадлежащего к данной лингвокультуре. Такой код предоставляет доступ к ценностным параметрам лингвокультурного сообщества.
Понятие «кода», имплицируя значения «системы» и «структуры», обусловливает необходимость определить единицу структуры предполагаемого кода лингвокультуры. Среди возможных вариантов для названия «единиц» лингвокультурного кода, представленных терминами «культурные доминанты» [Карасик, 2004: 142], «ключевые слова» [Шмелёв, 2005: 17], «константы культуры» [Степанов, 1997], «лингвокультуремы» [Воробьёв, 1997: 44], «логоэпистемы» [Костомаров, 2005: 56], совмещающих в себе компоненты языка, и культуры, наиболее целесообразным в рамках
нашего исследования следует считать терми-нопонятие «логоэпистема». Логоэпистема как интегральный знак языка и культуры является отражением «исторической памяти» народа [Костомаров, 2005: 57], т. е. аккумулирует вековой опыт категоризации знания («логос»
— греч. «слово», «мысль" — «эпистема» — греч. «знание»), и поэтому содержит в себе аксиологический аспект, включающий процессы оценивания. Таким образом, под логоэписте-мой понимаются разноуровневые единицы-знаки языка и культуры, логико-оценочный смысл которых может выражаться на уровне одного слова либо на уровне выражения и цельного текста, имеющих прецедентный характер для данной культуры. Через материальную форму логоэпистем передаются особенности национального характера, менталитета, традиции, ценностные представления этноса [Сергеева, http: //www. mapryal. org/ vestnik/vestnik38/teaching. htm].
Материалом исследования являются цитаты, отобранные из книги «Хагакурэ», являющейся квинтэссенцией «бусидо». Данные выражения могут рассматриваться в качестве логоэпистем, составляющих фрагмент нацио-
нального ценностного кода японской лингво-культуры.
Японская культура представляется до- •
статочно «кодифицированной», поскольку в ней выделяются некоторые «признанные» коды в виде кода вежливости, религиозно-спиритуального кода (сосуществование в японском обществе норм и принципов синтоизма, буддизма и конфуцианства), а также «самурайского кодекса» («бусидо» ЙІ±І -букв. «путь воина»).
Одной из важнейших составляющих национального кода японской лингвокультуры следует считать «бусидо», представляющий собой «. .с одной стороны, моральный кодекс самураев, а с другой — изначальный дух японской нации, превратившийся со временем в традицию» [Пронников, Ладанов, 1996: 159]. Возникает ряд вопросов о том, насколько актуален «бусидо» в качестве компонента национального ценностного кода японской линг-вокультуры, в каком виде он существует на настоящий момент, какие языковые средства используются для установления норм и принципов «бусидо», каково отношение японцев к таким нормам сегодня.
Итак, задачей данного исследования является рассмотрение «бусидо» в качестве фрагмента национального ценностного кода японской лингвокультуры, а также анализ функционирования принципов «бусидо» в качестве регулятивов в настоящее время в японском обществе.
Уточним общее понятие «бусидо», обратившись к словарямі
• К±І
Ш Ш Шй шш
iM ШШъ х& amp-Жь-гь* [fc
ШШ, 1998: 2328]. «Бусидо — система моральных ценностей, развитая … сослови- •
ем самураев. Начав своё развитие с эпохи Камакура, получила широкое распространение- подкреплённая идеями конфуцианства, служила опорой умозрительной системы в эпоху феодализма. Высоко оценивались верность, самопожертвование, честность, честь, вежливость, чистота, скромность, бережливость, предпочтение военного дела, хорошая репутация,
любовь (сострадание)». [Толковый словарь японского языка, 1998: 2328].
К±Ш
[ВЖШ^Ш*, 1995: 1891] «Бусидо —
нравственные правила, установленные сословием самураев. Появившись вместе с возникновением военного сословия, широко распространились под влиянием принципов конфуцианства. Отличительной чертой является высокая оценка духовных принципов, основой которых признаётся преданность господину, а также хорошая репутация» [Большой энциклопедический словарь японского языка, 1995: 1891].
• Бусидо — («путь воина») — феодальный кодекс поведения японских самураев. Требовал верности сюзерену, признания военного дела единственным занятием, достойным самурая [Большой энциклопедический словарь, http: //dic. academic. ru/dic. nsf/enc1p/9742].
• Бусидо («путь воина») кодекс поведения японского сословия самураев. Бусидо требовал бесконечной преданности и верности своему господину, доблести, самосовершенствования (закаливания духа и воли), самоотвержения (человек без собственного Я) и самообладания, признания единственным занятием военного дела, предпочтения самоубийства (сэппу-ку, вспарывание живота) бесчестию и позору (другое название харакири означает смерть вслед за смертью своего господина). У самураев смерть в бою или на циновке, где совершалось сэппуку, расценивалась как геройство. Бусидо это изначальный дух японской нации, ставший традицией [Исторический словарь, http: // dic. academic. ru/dic. nsf/enc1p/9742].
Бусидо — кодекс чести японских воинов-самураев. Состоит из «гиси» (верности) и «гири» (справедливости) и требует от человека мужества и правдивости. Многое в нем заимствовано из этики конфуцианства. Моральным кодексом для всех японцев бусидо стал в конце XIX в. После русско-японской войны 1904−1905 бусидо стали ассоциировать с боевым духом
японской армии [Энциклопедия Кольера,
http: //dic. academic. ru/dic. nsf/enc1p/9742].
Итак, в соответствии с определениями, данными в русских словарях и энциклопедиях, складывается образ «бусидо» как кодекса поведения японского сословия самураев, требующего преданности и верности своему господину, доблести, самосовершенствования, самоотвержения и самообладания, признания единственным занятием военного дела, предпочтения самоубийства бесчестию и позору. В японских словарях подчёркивается духовная основа «бусидо», распространение которого связывается, прежде всего, с принципами конфуцианства. В этой связи высокую оценку получают также такие человеческие качества, как сострадание к ближнему, вежливость, духовная чистота. Если рассматривать «бусидо» более подробно, можно убедиться, что его содержание диктует морально-этические нормы поведения, религиозные истины, предпочтение общечеловеческих, устоявшихся за века, принципов поведения, отражённых в цитируемых по ходу теста пословицах и поговорках.
Многие исследователи считают, что, хотя «бусидо» никогда не был систематизирован в качестве свода законов или правил, его влияние не уменьшилось, так как оно прочно укоренилось в сердцах японцев [Пронников, Ладанов, 1996: 159], т. е. признаётся актуальность функционирования принципов «бусидо» в настоящее время.
Основные идеи «бусидо» существовали в народе ещё задолго до времён самураев. Они отражены в книге «Хагакурэ» ЖШ^, что в переводе означает «Скрытый под листьями». Под таким названием понималось откровение, доступное только тем, кто может понять тайный смысл учения [Пронников, Ладанов, 1996: 159]. Книга «Хагакурэ» также известна под названием «Сборник Набэсима», так как представляет собой собрание комментариев самурая Ямамото Цунэтомо, вассала На-бэсима Мицусигэ, третьего правителя земель Хидзэн (в наши дни это часть префектур Сага и Нагасаки в Японии).
«Бусидо» основывается на принципах конфуцианства, буддизма и синтоизма. Конфуцианство является морально-этической основой «бусидо», буддизм привносит равнодушие к смерти, синтоистский культ природы
и предков поддерживает особое чувство принадлежности к японской нации [Пронников, Ладанов, 1996: 162].
Рассмотрим доминантные принципы «бусидо», прописанные в книге «Хагакурэ».
Прежде всего, если разбить сочетание иероглифов логоэпистемы «бусидо» Й^Ж на составляющие, то его элементы будут представлять собой два полноценных слова ЬшЫ — «воин» и Ж do (тюЫ) — «путь», под которым понимается способ поиска, понимания и мотивирующего поведения в философском и духовном смысле, или «доктрина», т. е. принципы, которые изучают и принимают последователи философского или духовного течения [Рати, Уэстбрук, 2007: 607].
Ключевой идеей «бусидо» является понятие о неизбежности смерти, готовности в любой момент пожертвовать своей жизнью ради великой цели, а также, в связи с этим, о бренности, иллюзорности, мимолётности и быстротечности бытия, что неоднократно подчёркивается практически в каждом разделе «Хагакурэ»: ГЙ^Ж^ШЖ^& gt-^^^Ь
— «Суть Бусидо — есть
понимание того, что смерть неизбежна. Если есть выбор жить или умереть, выбирать следует смерть" — ГЙ^Ж^^Н^^^ -
«Путь воина — это жажда смерти» www. great-saying. com/w-hagakure01. html]- «Если все в мире не более чем притворство, искренна одна лишь смерть" — «Нет ничего за пределами текущего мгновения» [http: //www. fka. raid. ru/ resource/texts/hagakure. htm].
В качестве пословицы в японском языке закреплено изречение: Г^^^Ж& gt-А^Й
— «Из деревьев — сакура, из людей -самурай». Эстетический образ опадающей сакуры символизирует кратковременную жизнь самурая, который уходит, не поступаясь своей честью [Овчинников, 2006: 79].
В настоящее время, так же как и во времена самураев, если японцу грозит позор, самоубийство в качестве решения такой проблемы не осуждается. Япония по-прежнему занимает одно из первых мест в мире по количеству самоубийств.
Особой ценностью в «бусидо» обладают долг (ЩЯ — giri) и преданность (& gt-®>-Ш — Ли: sei): «Те, у кого нет чувства долга, не дорожат
своей честью» (японская пословица). Считается, что исполнение сыновнего долга является верным признаком преданности: ГМ! С
— «Исполнение сыновнего долга по отношению к родителям приведёт и к верности» [Ямамото Цунэтомо, 1980: 50]. Преданность, верность своему господину оценивается даже выше, чем мудрость и талант:
— «Хороший воин — это тот, кто безоговорочно подчиняется своему господину. Однако грош цена человеку, если его достоинства ограничиваются только мудростью и талантами» [Ямамото Цунэтомо, 1980: 39]-
1& gt-Ь^"-П^^>-Ь'-Ж?-А^#Й
— «Для самурая клана Набэсима не требуется ни силы духа, ни талантов. Одним словом, взяв на себя ответственность, следует проявлять решимость» [Ямамото Цунэтомо, 1980: 42) — «Выполнение долга должно стать безукоризненным, а твоё имя незапятнанным» [http: //www. fka. raid. ru/resource/texts/hagakure. Мт].
Само слово «самурай» ^ является ярким примером того, что основной целью его жизни была преданность, служение своему господину. «Самурай» происходит от глагола «сабурау» — «охранять, служить», и
первоначально имело значение «личный слуга». Впоследствии его смысл сузился до понятия «вооруженный слуга» [http: //ru. wikipedia. ш^].
В настоящее время японцы по-прежнему руководствуются в своём поведении нормами «гири» ЩЯ (относится к безэквивалентной лексике японского языка- передаёт значение «чувство долга», «обязательство», «взаимность»), которые охватывают и культуру подношения подарков, и этикет приёма гостей, например, выбор «ответного блюда» в ресторане такого же уровня, в каком ранее угощали вас [Норбури, 2007: 42]. В японских пословицах понятие о «долге» нередко упоминается наряду со «стыдом, совестью» «Кто чувствует стыд, тот чувствует и долг», «Где нет чувства долга и людского глаза, там всё возможно».
Значимым и необходимым в жизни самурая было постоянное самосовершенствование, которое не знает пределов и требует определённого самоконтроля: ГФВ^^В^^й
|г 4 ^ ^ -с& amp-з]. -
«Каждый день становись более искусным, чем ты был за день до этого, а на следующий день
— более искусным, чем сегодня. Всю жизнь изо дня в день отшлифовывать своё мастерство -это и есть Путь. Совершенствование не имеет конца" —
. — «Я не знаю, как побеждать
других- я знаю, как побеждать себя» [Ямамото Цунэтомо, 1980: 66]- «Если ты уразумеешь одно дело, тебе откроются также восемь других» [http: //www. fka. raid. ru/resource/texts/ hagakure. htm].
Для самурая считалось недопустимым обнаруживать свои личные переживания. Искусство самообладания, контроля над собственными чувствами, и по сей день высоко оценивается японцами, что закреплено в японском языке такими понятиями, как й (Ъоппе) и (Шетае). Первое
означает «истинное, настоящее лицо» (личные мысли, чувства и переживания — всё то, что не принято выносить «на люди»), а второе
— «фасад, официальная маска» (улыбка, учти-
вость и внимательность по отношению к собеседнику). Традиционный японский этикет предписывает вести себя так же, как другие, не выделяться из общей массы: «Когда смеются другие, смейся и ты», «Если плачут другие, плачь и ты», — «Вы-
ступающий гвоздь забивают»,
— «Не показывай другим содержимое своего кошелька и то, что на сердце».
В «бусидо» чётко прописаны моральноэтические нормы, так как поведение самурая должно было быть безупречным. Однако, думается, что следующие принципы касались не только воинов, но и в целом всех людей, ориентированных на подобающее в обществе поведение: ГАФ^'-А& lt-^'-? + ?С?
— «Зевать в присутствии других людей — признак плохого тона» [Ямамото Цунэтомо, 1980: 48]- Г^Ш
«Вежливое приветствие следует произносить один раз, в на-
чале беседы, и больше не повторять" — Г°& lt-
^^LJ — «Притворный смех выдает у мужчины недостаток уважения к себе, а у женщины похотливость» [Ямамото Цунэтомо, 1980: 77]- - «Самурай
ковыряет в зубах зубочисткой, даже если он ничего не ел» [Ямамото Цунэтомо, 1980: 78]- «Самурая уважают за его хорошие манеры» [http: //www. fka. raid. ru/resource/texts/hagakure. htm].
Самураюследовалопроявлятьсостраданиек другим людям:
— «Похвалив
хорошие качества человека и, используя своё мастерство, чтобы расположить его к себе, позаботься о том, чтобы он получил твой совет, как получает воду тот, кто изнывает от жажды и тогда твое наставление поможет ему исправить ошибки» [Ямамото Цунэтомо, 1980: 46].
С течением времени некоторые нормы поведения изменились. Например, в настоящее время в японском обществе считается неприличным смотреть в глаза своему собеседнику [Тумаркин, 2003: 9]. В принципах «бусидо», наоборот, прописано: Гп±& gt-М
«Как бы ты ни
говорил, формально или неформально, всегда смотри в глаза слушающему. Говорить, потупив взгляд, неучтиво» [http: //www. fka. raid. ru/resource/texts/hagakure. htm].
В этой связи следует отметить особую значимость норм вежливости в «бусидо». В соответствии с конфуцианскими принципами, следовало оказывать почтение родителям, а также старшим по возрасту, мудрым, опытным людям.
«Человека,
собирающего по крупицам мудрость, можно уподобить дереву со многими корнями. Разум одного человека напоминает воткнутую в землю палку» [Ямамото Цунэтомо, 1980: 40]. Японские пословицы также подтверждают значимость оказания уважения старшим: «Из добродетелей самая высокая — сыновний долг" — «И со сво-
ими этикет соблюдай»,
«И голубь садится на три ветки ниже родителей" — - «Тот, кто видит со сторо-
ны, смотрит восемью глазами» [Ямамото Цунэтомо, 1980: 65].
С этой точки зрения, интересно рассмотреть слово — sensei), с наи-
более распространённым для нас значением «учитель». Анализируя значения отдельных иероглифов ^ - «раньше, прежде» и ^ - «рождаться», их сочетание ^еме^ можно перевести как «рождённый прежде (раньше)», то есть тот, у кого есть жизненный опыт, мудрость. В Японии это обращение используется не только по отношению к учителю, но и к любому уважаемому человеку (врачу, профессору, учителю и т. д.) как носителю знания и мудрости.
В настоящее время нормы вежливости существуют, прежде всего, в виде трёх стилей вежливой речи. В первом случае с помощью таких языковых средств, как особые формы глагола, префиксы вежливости, говорящий «принижает» себя по отношению к собеседнику, во втором — «превозносит» собеседника, в третьем — соблюдается некий «нейтралитет» (этот стиль называется нейтральновежливым). Знание трёх стилей вежливой речи необходимо при работе в качестве обслуживающего персонала, служащих фирм, а также в рамках конференций, встреч на высшем уровне и т. п.
В рамках «бусидо» формируется понятие принадлежности к своей группе как на уровне рода, самурайского клана, так и на уровне страны. В соответствии с принципами «бусидо»:
«Самурай, который не принадлежит ни к какой группе и не имеет коня, это не самурай» [Ямамото Цунэтомо, 1980: 77].
Сегодня единство со своей группой, приоритеты коллективных интересов, по сравнению с личными, также обладают бесспорной значимостью, ценностью для японского общества, что закреплено в языке противопоставлением понятий «внутри», Й (-
^Ы) и «снаружи», ^ (soto) (которые сопоставимы с оппозицией «свой» — «чужой» в русском языке). Японцы употребляют в речи следующие словосочетания со знаком Й (uchi): Й^^^ (uchi по kaisha), (uchi по
oyabun), которые могут быть переведены на русский язык как «наша фирма», «мои родители» и означать принадлежность к своей фирме, семья, осознание себя как части одного целого. С другой стороны, слово «иностранец» на японском языке —ЬДА (gaikoku-jin),А (gaijin) включает в себя иероглиф ^ - «снаружи». К «чужим», в особенности к иностранцам, японцы относятся с особой осторожностью. В некоторых случаев, имеет место склонность к негативному восприятию иностранцев. В языке это закреплено конкретным иероглифическим сочетаниемА «нелюбовь к иностранцам».
В целом, «бусидо» рассматривается как некий духовный Путь, ведущий самурая по жизни к единственной цели — достойной смерти. Но в «кодексе чести» также отмечается, что для достижения подобной цели следует проживать каждое мгновение жизни достойно, ибо никому не дано знать, в какой момент придётся пожертвовать ею. В «Хагакурэ» говорится:
«Сейчас — то самое время, то самое время — сейчас, иначе говоря, критический момент ничем не отличается от обычного дня" — Г ДУШО
Ь — «В пределах одного вдоха нет места
дурным мыслям, а есть только Путь» [Ямамото Цунэтомо, 1980: 61]- «Человек постигает бесконечность совершенствования на Пути и никогда не считает, что прибыл" — «Путь — это нечто более возвышенное, чем праведность» [http: //www. fka. raid. ru/resource/texts/hagakure. htm]. В японском языке существует пословица, в которой значение Пути можно истолковать как некое просветление, осознание смысла бытия: «Если узнаешь о Пути утром, можешь умереть вечером».
Итак, проанализировав цитаты из «Хагакурэ», следует признать, что «бусидо» действительно является неотъемлимым компонентом национального ценностного кода японской лингвокультуры. Ценностные ориентиры, установленные в рамках «бусидо», актуальны на настоящий момент, а также закреплены в языке воспроизводимыми в речи современных японцев афоризмами «Хагакурэ», пословицами и поговорками японского народа. Основными
фундаментальными положениями «бусидо» в
настоящее время следует считать:
1. Отношение к смерти как к достойному способу избежать позора, «потерять своё лицо».
2. Чувство принадлежности, единства со своей группой, нацией, выраженное в языке оппозицией Й uchi — ^ soto («внутри» — «снаружи»).
3. Более высокая оценка душевных качеств, а также духовного мира человека (преданность, верность, самосовершенствование в духовном плане способность к самоконтролю), по сравнению с умственными способностями, талантами.
4. Выделение категорий вежливости как особой ценности японской культуры, что проявляется в языке существованием 3 стилей вежливости.
5. Поощрение обращения к признанным авторитетам, как правило, старшим по возрасту людям, имеющим жизненный опыт, а также продвинувшимся на духовном Пути.
Библиографический список
1. Афоризмы из «Хагакурэ» [Электронный ресурс].
— Режим доступа: — www. great-saying. com/w-hagakure01. html.
2. Воробьев, В. В. Лингвокультурология (теория и методы) [Текст] / В. В. Воробьев. — М.: Изд-во РУДН, 1997.
3. Карасик, В. И Языковой круг: личность, концепты, дискурс [Текст] / В. И. Карасик. — М.: Гнозис, 2004.
4. Костомаров, В. Г. Наш язык в действии: очерки современной русской стилистики [Текст] / В. Г. Костомаров. — М.: Гардарики, 2005. — С. 56−57.
5. Норбури, Пол Япония [Текст] / Пол Норбури. — М.
: АСТ Астрель, 2007.
6. Овчинников, В. В. Калейдоскоп жизни [Текст] / В. В. Овчинников. — М.: АСТ Восток — Запад, 2006.
7. Пронников В. А. Японцы (этнопсихологические очерки) [Текст] / В. А. Пронников, И. Д. Ладанов. -М.: «ВиМ», 1996.
8. Рати, О. Тайны древних цивилизаций. Самураи [Текст] / О. Рати, А. Уэстбрук. — М.: Изд-во Эксмо, 2007. — С. 606−614.
9. Сергеева, Т.Г. К вопросу определения основных единиц в лингвокультурологии [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http: //www. mapryal. org/ vestnik/vestnik38/teaching. htm.
10. Степанов, Ю. С. Константы. Словарь русской культуры. Опыт исследования [Текст] / Ю. С. Степанов.
— М.: Школа «Языки русской культуры», 1997.
11. Тумаркин, П. С. Жесты и мимика в общении японцеві лингвострановедческий словарь-справочник.
— М.: Русский язык, 2003.
12. Шмелёв, А. Д. Можно ли понять русскую культуру через ключевые слова русского языка? [Текст] / А. А. Зализняк, И. Б. Левонтина, А. Д. Шмелёв // Ключевые идеи русской языковой картины мира: сборник статей. — М.: Языки славянской культуры, 2005.
13. Ямамото Цунэтомо «Хагакурэ» (из книги первой) [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http: // www. fka. raid. ru/resource/texts/hagakure. htm.
14. [т*х Ь] -^: 1998
-241, 1573^ - ^'-.
15. [г^х Ь] -^^: ?±, 1995: 1891^-^'-.
16. Большой энциклопедический словарь [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http: //dic. academic. ru/dic. nsf/enc1p/9742.
17. Исторический словарь [Электронный ресурс].
— Режим доступа: http: //dic. academic. ru/dic. nsf/ enc1p/9742].
18. Энциклопедия Кольера [Электронный ресурс].
— Режим доступа: http: //dic. academic. ru/dic. nsf/ enc1p/9742].

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой