Частеречный статус модальных слов немецкого языка

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Языкознание


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

ветливым Югом. Из этого чётко явствует, на какой стороне оказываются его предпочтения. Яркий Юг с тёплыми южными зимами притягивает, манит к себе поэта. Мрачный же, смазанный Север вызывает у Тютчева лишь отторжение и в какой-то степени жалость.
Чтобы быть более объективным, автор очищает, изолирует оппозиционные полюса от людей, от жизни. Результатом подобного «эксперимента» становится тот факт, что к Югу жизнь, хоть и «злая», тянется, а от Севера она «отошла», видимо, навсегда.
Однако по философскому закону единства и борьбы противоположностей, противоречие — основная причина всякого движения, поэтому наличие оппозиций в творчестве Ф. И. Тютчева — это отражение одновременно и философских, и поэтических законов.
The substance of the poetic opposition & quot-North — South& quot- in the Tyutchev'-s works is considered in this article. Due to different expressive means the North looks like a gloomy land and the South looks like a blissful land. So Tyutchev demonstrates his attitude to these categories.
The key words: semantic field, paradigmatic relations, antonym, contrast, opposition.
Список литературы
1. Бухштаб Б. Я. Тютчев // Бухштаб Б. Я. Русские поэты: Тютчев. Фет. Козьма Прутков. Добролюбов. Л., 1970. С. 9−75.
2. Голованевский А. Л. Поэтический словарь Ф. И. Тютчева. Брянск: РИО БГУ, 2009.
3. Кузнецов А. М. Структурно-семантические параметры в лексике (на материале английского языка). М.: Наука, 1980.
4. Лайонз Дж. Введение в теоретическую лингвистику / Перевод с английского языка под редакцией и с предисловием В. А. Звегинцева. М.: «Прогресс», 1978.
5. Лотман Ю. М. О поэтах и поэзии: Анализ поэт. Текста / Ю. М. Лотман- М. Л. Гаспаров. СПб.: Искусство-СПб, 1996. С. 565 594.
6. Тютчев Ф. И. Полное собрание стихотворений / Вступ. ст. Н. Я. Берковского. Л.: Сов. Писатель, 1987.
7. http: //ruscorpora. ru
Об авторе
Хапко Е. В. — аспирант Брянского государственного университета имени академика И. Г. Петровского, ya. elena7@yandex. ru
УДК 803. 0
ЧАСТЕРЕЧНЫЙ СТАТУС МОДАЛЬНЫХ СЛОВ НЕМЕЦКОГО ЯЗЫКА
Р.Д. Шакирова
В статье рассматривается частеречная позиция немецких модальных слов. Известно, что модальные слова относят либо к частицам вследствие их морфологической неизменяемости, либо к наречиям с учетом морфологического признака, синтаксической позиции в предложении, частичной общности словообразовательной модели или выделяют в самостоятельную часть речи. Эта неоднозначность мнений обусловлена не в последнюю очередь дискуссионностью самих принципов и основ классификации частей речи. Принимая во внимание отличия между модальными словами, частицами и наречиями, существенные из которых затрагивают семантический план, модальные слова следует выделить в самостоятельную часть речи. Ключевые слова: немецкий язык, модальные слова, части речи, классификация
Как известно, модальным считается особый класс слов, лексическое значение которых указывает на отношение говорящего к содержанию высказывания. Причем в зависимости от понимания природы самой модальности, точнее субъективной модальности, к данному разряду лексики причисляются слова с несколько разнородной семантикой, выражающей и разную степень достоверности высказывания, и радость, и порядок расположения мыслей: bestimmt, vielleicht, gluсklicherweise, erstens. В настоящей статье рассматривается место модальных слов (в дальнейшем МС) в классификационной системе словарного состава немецкого языка.
Приступая к анализу частеречного статуса МС, следует прежде всего признать, что принципы и основы классификации частей речи в разных языках вообще и частеречная позиция МС в частности относятся к одной из дискуссионных проблем лингвистической науки. Несмотря на широко известную неудовлетворенность лингвистов традиционным подходом к классификации частей речи, в современной лингвистике достигнут значительный прогресс в этом вопросе. В часть речи объединяются, как правило, слова на основе единства морфологических, синтаксических и семантических при-
358
Вестник Брянского государственного университета № 2 (2013)
знаков. При этом предпочтение отдается то морфологическим свойствам, то синтаксическим параметрам. Так, Х. О. Шпильманн [5, s. 93], указывая на такие критерии, как значение, форма, функция, считает, что в традиционной грамматике распределение словарного состава по частям речи происходит интуитивно, а не посредством систематической классификации. По мнению автора, выделение частей речи возможно лишь на синтаксической основе. Все языковые единицы, которые в предложении имеют одинаковую дистрибуцию, следует отнести к одной и той же части речи. В «Краткой русской грамматике» [1, с. 21] высказывается, напротив, другое мнение, которое относит к признакам частей речи: 1) обобщенное грамматическое значение, абстрагированное от лексических значений слов и от категориальных морфологических значений- 2) определенный состав морфологических категорий и общность в организации парадигм- 3) общность основных синтаксических функций.
Хорошо известно, что выявление морфологических, синтаксических и семантических признаков отражает традиционный подход к распределению слов по частям речи. Mежду тем в лингвистических исследованиях обсуждаются и другие подходы, представляющие разное понимание сути частей речи сторонниками той или иной школы, например, дескриптивный (предпочтение отдается позиции), функциональный (учитываются синтагматические реляционные свойства слов в речи), ономасиологический (изучаются особенности номинативной специфики разных групп слов) [2]. Рассуждая о традиционно выделяемых «частях речи», А. Вежбицкая [3, с. 140] предваряет свой обзор представлением основного инструмента анализа — набора универсально лексикализованных концептов, возникшем в рамках семантического подхода «ECM» («естественный семантический метаязык»). Cемантические и лексические универсалии, предложенные автором, включают: субстантивы: я, ты, некто (лицо), нечто (вещь), люди, тело- детерминаторы: этот, тот же, другой- кванторы: один, два, несколько/немного, много/многие, весь/все- атрибуты: хороший, плохой, большой, маленький- ментальные предикаты: думать, знать, хотеть, чувствовать, видеть, слышать- речь: сказать, слово, правда- действия, события, движение: делать, произойти/ случиться, двигаться- существование и обладание: есть (имеется), иметь- жизнь и смерть: жить, умереть- логические концепты: не, может быть, мочь, потому что/из-за, если, если бы- время: когда (время), сейчас, после, до, долго, недолго, некоторое время- пространство: где (место), здесь, выше/над, ниже/под, далеко, близко- сторона, внутри- интенсификатор, усилитель: очень, больше- таксономия, партономия: вид/разновидность, часть- сходство: вроде/как.
Как видим, в вопросе о критериях выделения частей речи отсутствует единодушие во взглядах исследователей. Очевидно, необходимо согласиться с мнением, что выделяемые части речи являются результатом ряда компромиссов между синтаксическим, семантическим и морфологическим принципами классификации словоформ [4, с. 464].
Говоря о частеречной принадлежности немецких MC, следует отметить, что в лингвистической литературе можно выделить три подхода к MC относительно их позиции среди других частей речи: 1) MC относят к частицам- 2) MC рассматривают совместно с наречиями- 3) MC выделяют в самостоятельную часть речи.
Cамое парадоксальное, на наш взгляд, мнение сводится к тому, что MC причисляются к группе частиц, наряду с собственно частицами, предлогами, союзами, наречиями, междометиями, на базе общности лишь одного признака: морфологической неизменяемости [6, s. 510]. Mорфологический критерий становится единственным фактором при распределении слов по частям речи. Данный подход характеризует в основном зарубежную грамматическую традицию, которая понимает под MC часто частицы, служащие для обозначения степени вероятности высказывания [7, s. 12]. Представляется, что одного морфологического показателя не достаточно для распределения слов по частям речи.
Что касается отнесения MC к наречиям, то, безусловно, это мнение выглядит более убедительным, в силу наличия таких общих признаков MC и наречий, как морфологическая неизменяемость, синтаксическая позиция в предложении, частичная общность словообразовательной модели (ziellos — zweifellos- sto? weise -moglicherweise). Как видим, и здесь формальные грамматические признаки предопределяют место MC среди частей речи. Данный подход разделяют как отечественные, так и зарубежные германисты. Например, О.И. Mоскальская [S, s. 212], наряду с наречиями места, времени, причины, цели, качества, интенсивности, рассматривает и модальные наречия. В грамматике Duden [9, s. 369] MC, совместно с наречиями места, времени, комментирования, союзными и местоименными наречиями, также причислены к классу наречий.
Вместе с тем лингвистика нового времени находит, и с этим нужно согласиться, взаимосвязанные отличия между MC и наречиями, существенные из которых затрагивают семантический план. В противоположность наречиям, которые обозначают признак действия, качества или предмета, MC передают оценку содержания всего высказывания с точки зрения говорящего в плане его достоверности или вероятности. Так, в нижеследующем примере посредством темпорального наречия heute уточняется лишь временной план действия: «Sie sind weg», sagte sie, «heute nachmittag gefahren.» (H. Boll). В другом примере MC sicher и bestimmt эксплицируют высокую степень уверенности говорящего в истинности всей пропозиции: Sicher hatte Marie auch Mitleid empfunden, als sie alles, was mich an
sie erinnern, wurde, wegnahm, und bestimmt hatte sie geweint, jene Tranen, die Frauen in Ehescheidungsfilmen weinen, wenn sie sagen: «Die Zeit mit dir werde ich nie vergessen.» (H. Boll).
Переходя далее к грамматическим критериям, отметим, что в отличие от наречий МС не обладают морфологической категорией степеней сравнения. По синтаксическим функциям дифференциация проходит по признаку принадлежности наречий к какому-либо одному члену предложения, тогда как МС относятся ко всей субъектно-предикативной основе предложения. Это объясняет употребление отрицания всегда после МС, в силу невозможности в принципе отрицания МС. Несмотря на недопустимость отрицания самого МС, они присутствуют в отрицательных высказываниях: *Ich wei? nicht wirklich- Ich wei? wirklich nicht (Ch. Wolf).
Основным отличительным синтаксическим признаком МС можно назвать их способность как к трансформации в сложноподчиненное предложение с dass-дополнительным, так и обратную трансформацию таких предложений в простые предложения с МС. При этом главное предложение заполняется языковой единицей (глаголом, прилагательным, причастием), лексическое значение которой семантически связано с МС. Наречия и частицы, напротив, не допускают такое перефразирование: Vermutlich war es nicht leicht, das jungste von vier Geschwistern zu sein … (B. Schlink) ^ Ich vermute, dass es nicht leicht war, das jungste von vier Geschwistern zu sein- Ich vermute, da? es Liebe auf den ersten Blick war (J. Langer) ^ Vermutlich war es Liebe auf den ersten Blick- Naturlich war das furchtbar (B. Schlink) ^ Es ist naturlich, dass das furchtbar war- Es ist naturlich so, dass die Manner sich dann freier dazu au? ern … (Deutsche Welle) ^ Naturlich au? ern sich die Manner dann freier dazu …
Кроме того, МС допускают ответную реплику на общие вопросы, образуя однокомпонентные предложения, в противовес к наречиям, которые могут употребляться лишь как ответ-реплика на частный вопрос. Следствием этого является и недопустимость частного вопроса к МС: Was fur ein Brief war es?/ Wessen Brief war es?/ Was war es? *Vielleicht- Wann kommt er wieder?/ Wer kommt wieder?/Was macht er? *Naturlich- War'-s der anonyme Brief? Vielleicht (C. Hein) — & quot-Kommt er wieder?& quot- & quot-Naturlich"- (B. Noak).
Таким образом, при более тщательном изучении критерий, позволяющих отнести МС к частицам или наречиям, обнаруживается, что игнорируется семантическая характеристика МС. С учетом всех признаков грамматического и семантического плана МС современного немецкого языка следует рассматривать как самостоятельную часть речи.
The article deals with the speech part status of the modal words of the German language. It is known that modal words can be regarded as particles due to their morphological invariability, as adverbs due to the morphological characteristic, syntactical position in a sentence and partial similiarity of the word-building model or treated as a separate part of speech. This variance of views is caused to a great degree by the disputable criteria and bases of parts of speech classification. Taking into account the differences between modal words, particles and adverbs, significant of the differences relating to semantic plane, we consider modal words to form a separate part of speech. The key words: the German language, modal words, adverb, parts of speech, classification.
Список литературы
1. Краткая русская грамматика / Белоусов В. Н., Ковтунова И. И., Кручинина И. Н. и др.: [Под ред. Шведовой Н. Ю. и Лопатина В.В.]. М.: Рус. яз., 1989. 639 с.
2. Зернов Б. Е. Классификация слов по частям речи и связанные с ней проблемы // Спорные вопросы английской грамматики. [Отв. ред. В.В. Бурлакова]. Л.: Изд-во Ленингр. ун-та, 1988. С. 3−17.
3. Вежбицкая А. Семантические универсалии и описание языков / Пер. с англ. А. Д. Шмелева под ред. Т. В. Булыгиной. М.: «Языки русской культуры», 1999. — I-XII, 780 с.
4. Белошапкова В. А., Брызгунова Е. А., Земская Е. А. и др. Современный русский язык: Учеб. для филол. спец. высших учебных заведений: 3-е изд. испр. и доп. [Под ред. В.А. Белошапковой]. М.: Азбуковник, 1999. 928 с.
5. Spillmann H.O. Einfuhrung in die germanistische Linguistik / H.O. Spillmann. Berlin, Munchen, Wien, Zurich, New York: Langenscheidt, 2000. 128 S.
6. Metzler Lexikon Sprache [Hrsg. von H. Gluck]. Stuttgart- Weimar, 2000. 817 S.
7. Hentschel E., Weydt H. Wortartprobleme bei Partikeln // Sprechen mit Partikeln. [Hrsg. von H. Weydt]. Berlin, New York: de Gruyter, 1989. S. 3−18.
8. Moskalskaja O.I. Grammatik der deutschen Gegenwartssprache: 3. Aufl. verarb. und erw. M.: Vyssaja skola, 1983. 344 S.
9. Duden. Grammatik der deutschen Gegenwartssprache: 6., neu bearb. Aufl. [Hrsg. von der Dudenredaktion. Bearb. von P. Eisenberg]. Mannheim- Leipzig- Wien- Zurich: Dudenverl., 1998. Bd. 4, 912 S.
Об авторе
Шакирова Р. Д. — доктор филологических наук, доцент ФГБОУ ВПО «Набережночелнинский институт социально-педагогических технологий и ресурсов», rez-shakirova@yandex. ru

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой