Дефекты нового законодательного регулирования апелляционного производства

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Юридические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Раздел 7. Уголовно-процессуальное обозрение
БЕЛКИН А.Р. ,
доктор юридических наук, профессор, anatbel@yandex. ru Институт управления и экономики- Московский государственный институт приборостроения и информатики, 107 996, г. Москва, Стромынка, 20
BELKIN A.R. ,
Doctor of Legal Sciences, professor, anatbel@yandex. ru
Institute of Management and Economics- Moscow State Institute of Instrument Engineering and Informatics, Stromynka St. 20, Moscow, 107 996, Russian Federation
ДЕФЕКТЫ НОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬНОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ АПЕЛЛЯЦИОННОГО ПРОИЗВОДСТВА
Реферат. Оцениваются изменения редакции (с 1 января 2013 г.) Уголовно-процессуального кодекса РФ. Неоправданна ликвидация указания на лицо, в отношении которого велось (ведется) производство о применении принудительных мер медицинского характера. Упоминание о законном представителе гражданского ответчика противоречит другим положениям закона. Наряду с изложением порядка обжалования судебных решений необходимо упомянуть и те решения, которые в принципе не могут быть обжалованы в апелляционном порядке. Вызывает вопросы толкование пункта 5 части 2 ст. 389. 3: жалоба на постановление судьи Верховного Суда Р Ф подается в Апелляционную коллегию Верховного Суда. При анализе текста ст. 389.4 отмечается, что логичнее отсчитывать 10-суточный срок со дня провозглашения приговора (при провозглашении по частям — речь идет о последней части). При ознакомлении же с особым мнением судьи (часть 5 ст. 310) отсчет срока целесообразен со дня ознакомления с особым мнением. Поддерживается неудачность увязывания в пункте 2 части 1 ст. 389. 11 вызова в судебное разбирательство свидетелей, экспертов и других лиц с субъективным усмотрением судьи (оно здесь неуместно). Неоправданно исключение упоминания о реплике (в апелляционных прениях реплики нет как таковой?). К прениям сторон некорректно отнесено последнее слово подсудимого. Сомнителен процессуальный статус лица, в отношении которого проверяется судебное решение. Рассматриваются многие другие дефекты законодательного регулирования апелляционного производства. Резюмируется, что глава 45.1 УПК РФ далека от совершенства и нуждается в серьезных коррективах.
Ключевые слова: апелляционное производство, изменение порядка, судья, прения, реплики.
DEFECTS IN NEW LEGISLATIVE REGULATION OF THE APPEAL PROCEEDINGS
Abstract. The amendments of the wording of the RF Criminal Procedure Code (of January, 1, 2013) are estimated. The elimination of indicating the person being under proceeding on taking forced measures of medical character is considered unreasonable. Mentioning a legal representative of civil defendant contravenes the other provisions of the law. The author proves the necessity to mention the judicial decisions which cannot be appealed along with stating the procedure of appealing against judicial decisions. The interpretation of Art. 389.3 Sec. 2 clause 5 (appeal against the ruling of the RF Supreme Court'-s judge should be filed to the RF Supreme Court'-s Board of appeals) draws some questions. The wording of the Article 389.4 of the RF Criminal Procedure Code is analyzed. It is proposed to count 10 days since passing the sentence. In case of dissenting opinion (Art. 310 Sec. 5) we should count from the day of its first reading. Conforming of the subpoena for attendance of witnesses, experts and other persons to the judge'-s subjective discretion in Art. 389. 11 Sec. 1 clause 2 is considered inappropriate. The elimination of indicating the replication in appellate debate is unreasonable. The defendant'-s pre-imposition statement is improperly referred to debate. The procedural status of a person being under revising the judicial decision is questionable. Other defects of legislative regulation of the appeal proceedings are considered. The author proves the necessity to amend the imperfect chapter 45.1 of the RF Criminal Procedure Code.
Keywords: appeal proceedings, change of the procedure, judge, debate, replications.
Изменения, коснувшиеся апелля- ляют обратить особое внимание на то, ционного, кассационного и надзорного каким образом УПК РФ регулирует те-производства с 1 января 2013 г., застав- перь пересмотр судебных решений, как
не вступивших, так и вступивших в законную силу.
Отметим при этом, что вся история изменений, вносимых в УПК РФ, изобилует примерами внесения странных, бессистемных и даже алогичных поправок, в дальнейшем, в свою очередь, исправляемых путем внесения «поправок на поправки» и т. д. ad infinitum*. К сожалению, приходится констатировать, что не свободны от подобного и вновь введенные в УПК РФ главы 45. 1, 47.1 и 48.1.
Новая схема пересмотра решений, не вступивших в законную силу, разрешает лишь апелляционный их пересмотр, устраняя имевшиеся ранее разночтения, когда решение мирового судьи могло быть обжаловано в апелляционном порядке, а решение федерального судьи (суда) более высокого уровня — в кассационном. Подобное нововведение следует только приветствовать, тем более что апелляционный пересмотр оставляет значительно больше возможностей для исправления имевших место ошибок суда первой инстанции. однако конкретная реализация новелл УПК РФ, увы, далека от совершенства.
Уже первая из статей рассматриваемой главы 45.1 — ст. 389.1 — вызывает недоумение. Как справедливо указывает профессор В. В. Вандышев, «совершенно неоправданно в законе ликвидировано указание на лицо, в отношении которого велось или ведется производство о применении принудительных мер медицинского характера. Ссылка на то, что право обжалования принадлежит иным лицам… не может служить оправданием указанного недостатка, поскольку неопределенность любого закона влечет за собой необъятность судейского усмотрения» [2]. Кроме того, использование законодателем запятых вместо точек с запятыми наводит на странную мысль, что обвинитель и прокурор тоже имеют законных представителей и представителей.
В части 2 ст. 389.1 упоминается законный представитель гражданского ответчика, что противоречит положениям ст. ст. 54 и 55 УПК РФ**.
Излагая в ст. 389.2 порядок обжалования тех или иных судебных решений,
* Множество примеров такого рода приведено в нашей недавней работе [1].
** Тем же страдает и часть 2 ст. 401.2.
следовало бы упомянуть и те решения, которые в принципе не могут быть обжалованы в апелляционном порядке, например, решение о назначении судебного заседания (ч. 7 ст. 236 УПК РФ). Кроме того, внимательный анализ ч. 3 ст. 389.2 УПК РФ позволяет увидеть, что она заметно противоречит ст. 36, возбраняющей любые споры о подсудности.
Недоумение вызывает и п. 5 ч. 2 ст. 389. 3: на постановление судьи Верховного Суда Российской Федерации [жалоба подается] в Апелляционную коллегию Верховного Суда Российской Федерации. Какое же постановление имеется в виду?
Верховный Суд Российской Федерации (далее — ВС РФ) более не является первой инстанцией. Возможно, речь идет о постановлении, вынесенном в ходе апелляционного производства? Но апелляционное производство в ВС РФ — коллегиальное (п. 2 ч. 3 ст. 30 УПК РФ), следовательно, речь может идти только о постановлении судьи, вынесенном при назначении судебного заседания. Кстати, как уже отмечалось, наиболее важное из такого рода постановлений — о назначении судебного заседания — обжаловать в апелляционном порядке нельзя. Да и вообще, обжалование в апелляционном порядке постановления, вынесенного в апелляционном же судопроизводстве, выглядит более чем странно.
Еще более странно выглядело бы апелляционное обжалование постановления судьи ВС РФ, вынесенного в ходе кассационного или надзорного производства (в порядке статей 401.8 и 412.5 УПК РФ), тем более что указанные статьи прямо упоминают совсем другой порядок оспаривания подобных постановлений. Итак, смысл п. 5 ч. 2 ст. 389.3 УПК РФ туманен.
Много вопросов вызывает и ст. 389.4 УПК РФ. Во-первых, логичнее отсчитывать 10-суточный срок со дня не постановления, но провозглашения приговора, причем явно оговорить, что в тех случаях, когда приговор провозглашается по частям (ч. 4 ст. 310 УПК РФ), речь идет об оглашении последней его части. Введение нового порядка ознакомления с особым мнением судьи (ч. 5 ст. 310) заставляет задуматься и над тем, чтобы, возможно, отсчитывать этот срок со дня ознакомления с особым мнением.
Заметим, что в некоторых случаях УПК РФ предусматривает иные сроки апелляционного обжалования и рассмотрения судебного решения. В частности, постановление об избрании меры пресечения обжалуется в течение 3 суток, и в такой же срок жалоба (представление) должна быть рассмотрена (ч. 11 ст. 108 УПК РФ) апелляционной инстанцией. На наш взгляд, это было бы целесообразно продублировать в ст. ст. 389.4 и 389. 10 УПК РФ.
Уже не раз говорилось, что апелляционное производство вполне может включать в себя стадию предварительного слушания. Действительно, и в апелляционном суде при подготовке заседания могут поступить ходатайства о прекращении дела, возвращении дела прокурору (тем более что новое законодательство такое возвращение допускает), наконец, об исключении доказательств. Вопрос о возможности предварительного слушания в апелляционном суде был подробно исследован и разрешен положительно в диссертации А. И. Морозова [3] применительно к ныне утратившим силу главам 4344 УПК РФ- однако выводы диссертанта вполне применимы и к текущей редакции УПК РФ (глава 45. 1). Более того, внимательный взгляд на ч. 4 ст. 389. 11 позволяет отметить, что вопрос об избрании подсудимому или осужденному меры пресечения в виде залога, домашнего ареста или заключения под стражу либо о продлении срока домашнего ареста или срока содержания под стражей рассматривается в судебном заседании судьей, а не судом. В судах второго и третьего звена, как уже отмечалось, апелляционный суд функционирует коллегиально, а вот в рамках предварительного слушания судья может принять такое решение единолично. Итак, логичным представляется явно упомянуть решение о проведении предварительного слушания в ч. 1 ст. 389. 11 и внести соответствующие изменения в ст. 389. 13, указав там явно главы 34−39.
Следует также вновь согласиться с В. В. Вандышевым, справедливо указывающим на неудачность увязывания в п. 2 ч. 1 ст. 389. 11 УПК РФ вызова в судебное разбирательство свидетелей, экспертов и других лиц с субъективным усмотрением судьи (если он признает данное ходатайство обоснованным). Рассмотрение уголов-
ного дела в суде апелляционной инстанции представляет собой новое судебное разбирательство, поэтому субъективное усмотрение судьи здесь неуместно [2].
В том же п. 2 части первой данной статьи следует учесть также и то, что ходатайства о вызове всех этих лиц могут находиться не только в жалобе (представлении), но и в возражениях, поданных на апелляционную жалобу или представление.
Вызывает удивление и формулировка ст. 389. 14 («Прения сторон»). Из нее исчезло всякое упоминание о реплике — значит ли это, что в апелляционных прениях реплики нет как таковой? Часть 2 той же статьи относит к прениям сторон последнее слово подсудимого, хотя прения и последнее слово подсудимого — самостоятельные элементы судебного разбирательства, требующие самостоятельного правового регулирования*. Весьма сомнительно появление в научной и правоприменительной терминологии нового участника процесса
— лица, в отношении которого проверяется судебное решение, процессуальный статус которого никак не определен.
Перейдем к рассмотрению оснований для отмены или изменения судебного решения (ст. ст. 389. 15−389. 18 УПК РФ). Очевидно, что первое из этих оснований
— несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции (п. 1 ст. 389. 15 и ст. 389. 16 УПК РФ), — изложено практически теми же словами, что и утратившая с 1 января 2013 г. ст. 380 УПК РФ.
Зато второе основание (п. 2 ст. 389. 15 и ст. 389. 17 УПК РФ) — существенное нарушение уголовно-процессуального закона
— по сравнению с прежней ст. 381 УПК РФ приобрело дополнительное указание на существенность этих нарушений. При этом законодатель не разъясняет, в чем состоит сия существенность, а простое сопоставление текста ст. 389. 17 и ст. 381 (совпадающих практически дословно) позволяет понять, что существенными законодатель считает как раз те нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных настоящим Кодексом прав участников
* Подчеркнем, что ст. 366 УПК РФ имела название «Прения сторон. Последнее слово подсудимого».
уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения. Так зачем вводить новый оценочный термин, ввергая участников судопроизводства в бесплодные споры о том, существенно то или иное нарушение или нет?* Разве и без того не было ясно, что не любое нарушение влечет за собой отмену приговора?
Сам перечень заведомо существенных нарушений (ч. 2 ст. 389. 17) — совершенно тот же, что и в предыдущей редакции (ст. 381). К сожалению, две серьезные неточности, имевшие место в предыдущей редакции, так и не были исправлены.
Во-первых, согласно п. 5 ч. 2 данной статьи основанием отмены или изменения судебного решения считается лишь нарушение права подсудимого давать показания на родном языке. Вместо этого следовало бы указать на нарушение права подсудимого на пользование родным языком, поскольку судебное разбирательство не ограничивается для подсудимого дачей показаний — он должен понимать все происходящее в судебном разбирательстве. И, кстати, почему только подсудимого? Ничуть не меньшим может оказаться аналогичное нарушение в отношении потерпевшего.
Во-вторых, серьезные нарекания вызывает формулировка п. 6 той же части 2 (непредоставление подсудимому права участия в прениях сторон). Обратимся к ч. 2 ст. 292 УПК РФ, четко дифференцирующей права участников, касающиеся выступления в прениях: «в прениях сторон могут… участвовать потерпевший и его представитель… подсудимый вправе ходатайствовать об участии в прениях сторон». Такая формулировка не оставляет сомнений в том, что подсудимый вправе лишь ходатайствовать об участии, причем это ходатайство может быть в принципе отклонено судом (за исключением случая, когда защитник в деле не участвует, — тогда ч. 1 ст. 292 предоставляет подсудимому право именно участвовать в прениях).
Итак, суд может на законном основании отклонить ходатайство подсудимо-
* Особую прелесть вопросу придает то, что существенность проникла и в кассационное и надзорное производство (часть 1 статей 401. 15 и 412. 9), так что споры о ней будут и там.
го, а потом апелляционный суд сочтет это безусловным основанием для отмены приговора? Иначе как бредом это и назвать нельзя.
Единственный путь согласовать эти противоречивые нормы закона — предположить, что в пресловутом п. 6 ч. 2 ст. 389. 17 имеются в виду именно случаи, когда защитник в деле не участвовал, так что отказать подсудимому в участии в прениях было нельзя. Но в таком случае именно так и следует изложить п. 6 ч. 2 ст. 389. 17, не оставляя места для умственных спекуляций.
Можно только приветствовать возвращение в суд второй инстанции ревизионного начала (ч. 1 ст. 389. 19), а вот часть 2 той же статьи вызывает сомнения. Действительно, она предоставляет суду апелляционной инстанции право проверить уголовное дело в отношении всех осужденных**, в том числе и тех, в отношении которых апелляционные жалоба или представление не принесены. Само по себе это вполне логично, но не следует ли оговорить, что по итогам проверки положение этих лиц не должно ухудшиться? Конечно, подобная норма упоминается много ниже (ст. 389. 24 УПК РФ), но нам представляется полезным продублировать ее и здесь.
Статья 389. 20 («Решения, принимаемые судом апелляционной инстанции»), ключевая в данной главе, также весьма далека от ясности.
Появление главы 45.1 в УПК РФ еще до вступления ее в силу вызвало немало споров, сводившихся к вопросу о том, вправе ли апелляционный суд вернуть дело в суд первой инстанции, либо он, проведя новое судебное разбирательство, обязан сам во всем разобраться и вынести самостоятельное решение. Подчеркнем, что предыдущая редакция главы об апелляционном производстве (гл. 44 УПК РФ) никакого возврата дела мировому судье вообще не предусматривала (более того, и последующий возврат из кассационного или надзорного суда производился апелляционному судье, но не мировому).
В нынешней редакции гл. 45.1 законодатель допустил возврат дела в суд первой инстанции (а также прокурору) в двух случаях:
** Только осужденных? А как быть с оправданными?
— если обнаружены нарушения уголовно-процессуального и (или) уголовного законов, неустранимые в суде апелляционной инстанции (ч. 1 ст. 389. 22), или будут выявлены обстоятельства, указанные в ч. 1 и п. 1 ч. 1.2 ст. 237 УПК РФ (ч. 3 ст. 389. 22) —
— при отмене оправдательного приговора суда первой инстанции (ч. 2 ст. 389. 24).
Первый из этих случаев особых возражений не вызывает (хотя споры о том, что устранимо в суде апелляционной инстанции, а что — нет, наверняка будут иметь место) — зато второй выглядит небесспорным.
Почему, собственно говоря, апелляционный суд, во всем разобравшись, не вправе самостоятельно отменить оправдательный приговор и постановить вместо него обвинительный?* В предыдущей редакции главы 44 УПК РФ об апелляционном производстве такая возможность прямо предусматривалась (п. 3 ч. 3 ст. 367).
Что же изменилось с тех пор? Апелляционный порядок пересмотра распространился на решения любого суда первой инстанции, в том числе суда присяжных заседателей.
В качестве рабочей гипотезы рискнем предположить, что законодатель, продолжая линию на признание суда присяжных более предпочтительной формой отправления правосудия, не хотел допустить отмену оправдательного приговора суда присяжных с одновременным вынесением обвинительного приговора обычным федеральным судом (в апелляционном суде присяжные по определению не участвуют). Однако обвинительный приговор суда присяжных апелляционный суд вправе отменить, вынеся оправдательный приговор, так что гипотеза небезупречна. Да и, кроме того, ничто не мешало сохранить возможность отмены оправдательного приговора с вынесением обвинительного в отношении приговоров обычных федеральных судов.
В общем, понять логику законодателя (в предположении, что она все же есть) в данном случае отнюдь не легко. Не вполне безупречны и другие пункты ч. 1 ст. 389. 20. Так, смысл п. 5 просто усколь-
* Разумеется, строго соблюдая запрет на поворот к худшему — по жалобе потерпевшего или представлению прокурора.
зает — видимо, речь идет об изменении оснований оправдания? С учетом положений ч. 3 ст. 389. 26 по-другому это и понять нельзя. Что касается п. 9, то он включает в себя пп. 3 и 5.
Трудно понять смысл части 1.1 ст. 389. 22, упоминающей обвинительный приговор, постановленный на основании вердикта присяжных заседателей и противоречащий ему. Понятно, что вердикт был тоже обвинительным (иначе приговор просто не мог бы быть обвинительным), — так в чем же противоречие? Рассуждая последовательно, можем предположить, что подобное возможно в двух случаях:
— коллегия присяжных признала подсудимого заслуживающим снисхождения (ст. 349 УПК РФ), а судья этого не учел-
— коллегия присяжных изменила обвинение в сторону, благоприятную для подсудимого (ч. 6 ст. 343), а судья этого не учел.
Однако в обоих случаях апелляционный суд вполне способен сам в этом разобраться и не возвращать дело (тем более на стадию после провозглашения вердикта).
Отметим напоследок два момента, связанные с последними статьями главы 45.1 УПК РФ.
В соответствии со ст. 389. 35 приговор, определение, постановление суда апелляционной инстанции могут быть обжалованы в вышестоящий суд в порядке, установленном главами 47.1 и 48.1 УПК РФ, т. е. в кассационном и (или) надзорном порядке. А разве обжалование ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств уже исключено из Кодекса? Почему оно не упомянуто?
И, наконец, странная норма, сформулированная в ст. 389. 36, согласно которой суд апелляционной инстанции повторно рассматривает уголовное дело… по апелляционным жалобе, представлению, если… жалоба… либо представление поступили тогда, когда уголовное дело… уже рассмотрено по апелляционным жалобе или представлению другого участника. При этом суд разъясняет участникам уголовного судопроизводства право обжаловать в кассационном порядке вновь вынесенное апелляционное решение, если оно противоречит ранее вынесенному решению суда апелляционной инстанции.
Сама идея повторного апелляционного рассмотрения одного и того же дела (да еще и с вынесением решения, противоречащего первому) выглядит откровенно странной. Понятно, что обусловлена эта норма пресловутой неспешностью нашей почты, отнюдь не гарантирующей быструю доставку жалобы или представления.
однако с 1960 г., когда в УПК РСФСР появилась ст. 389 (ныне практически дословно переписанная в ст. 389. 36), многое изменилось, появились, в частности, более быстрые способы связи. Нам представляется весьма желательным дополнить гл. 45.1 новой статьей, требующей одновремен-
но с подачей апелляционной жалобы по почте направить ее копию по факсу или электронной почте, тем самым уведомив суд первой инстанции о том, что жалоба (представление) отослана и имеет смысл немного подождать с началом апелляционного производства, поскольку сроки его это вполне позволяют. Статью же 389. 36 при этом можно безболезненно исключить.
Подводя итог данного исследования, мы вынуждены отметить, что глава 45.1 УПК РФ далека от совершенства и нуждается в серьезных коррективах.
Список литературы
1. Белкин А. Р. УПК РФ: нужны ли перемены?: монография. М.: Норма, 2013. 416 с.
2. Вандышев В. В. Некоторые проблемы, которые могут возникнуть в суде апелляционной инстанции после 1 января 2013 года [Электронный ресурс] // Формы пересмотра судебных решений в уголовном судопроизводстве: актуальные проблемы: материалы межвуз. науч. -практ. конф., 27 марта 2012 г., г Санкт-Петербург, Северо-Западный филиал Российской академии правосудия: URL: http: //www. iuaj. net/node/975 {дата обращения: 1 авг. 2014 г.).
3. Морозов А. И. Предварительное слушание в судебном разбирательстве уголовных дел: дис. … канд. юрид. наук. Воронеж, 2009.
References
1. Belkin A.R. UPKRF: nuzhny li peremeny? [Code of Criminal Procedure: do we need a change?]. Moscow, Norma Publ., 2013. 416 p.
2. Vandyshev V.V. Nekotorye problemy, kotorye mogut vozniknut'- v sude apellyatsionnoy instantsii posle 1 yan-varya 2013 goda [Some of the problems that may arise in the appellate court after January 1, 2013]. Formy peres-motra sudebnykh resheniy v ugolovnom sudoproizvodstve: aktual'-nye problemy [Forms review of judicial decisions in criminal proceedings: current problems]. Available at: http: //www. iuaj. net/node/975 (Accessed 1 August 2014).
3. Morozov A.I. Predvaritel'-noe slushanie v sudebnom razbiratel'-stve ugolovnykh del. Kand. Diss. [A preliminary hearing in the trial of criminal cases. Cand. Diss.]. Voronezh, 2009.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой