Правомерно ли говорить об ответственности самой техники?

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Философия


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

2
ФИЛОСОФИЯ. ЛОГИКА
Правомерно ли говорить об ответственности самой техники?
Н.М. Аль-Ани
Аннотация: Исследуются основные подходы современной философской мысли к вопросу об ответственности человека за технические изобретения и их использование. В связи с этим подвергается критике попытка перекладывать ответственность за работу технического устройства с человека на саму технику и выявляется социальная подоплека подобной установки.
Вопрос о социально значимой оценке техники, несомненно, принадлежит к важнейшим вопросам философии техники. При его решении четко выработались два основных подхода, которые в свое время были точно подмечены К. Ясперсом[1]. Первый из этих подходов объявляет технику аксиологически нейтральной, а ответственность за злоупотребления техникой целиком и полностью перекладывает на самих людей. Данный подход исходит из понимания техники не как самоцели, не как отдельной сущности, а лишь как созданного самим человеком средства, позволяющего ему легче достичь своих целей. Поэтому только от самого человека, по мнению приверженцев этого подхода, зависит, используются ли научно-технические достижения во благо человечеству или же во вред ему. Техника же сама по себе не является ни добром, ни злом. Она становится тем или другим только в руках человека (социальной группы, политической структуры и т. д.) Будучи доведенным до своего логического завершения, такой подход приводит к той социально-философской концепции, согласно которой техника и ее развитие провозглашаются зависимыми, производными в конечном итоге от социальной системы, на которую как раз и возлагается вся полнота ответственности за пагубные последствия научно-технического прогресса.
Прямую противоположность такому взгляду составляет второй подход, согласно которому технику ни при каких обстоятельствах нельзя считать аксиологически нейтральной. & quot-Нет никакой реально существующей техники, которая была бы ценностно нейтральной… "-, — довольно категорично заявляет один из сторонников данного подхода, немецкий исследователь Алоиз Хунинг [2., С. 412]. Другой исследователь — С. Флорман заметил, что ни один человек и ни одна социальная группа не желают того, чтобы техника была такой, какая она есть на самом деле. При этом делается попытка объяснить данный феномен & quot-тем фактом, что эволюция характерных черт современной техники существенно независима от социальных и политических систем& quot- [3., С. 40]. Между тем указанный феномен, на самом деле, не говорит ни о чем другом, кроме как о том, что развитие техники суть процесс, протекающий объективно, а отчасти и стихийно, хотя и реализуемый в конечном итоге через деятельность сознательно преследующих свои цели людей.
Расхождение желаемого с действительностью далеко не является исключительной особенностью только той деятельности, которая связана с техникой и ее развитием. Оно представляет собой общую характеристику многих видов человеческой деятельности, через которые осуществляются те или иные объективно протекающие в обществе процессы. Так, например, ни один капиталист, ни целые группы бизнесменов не хотели бы иметь такого экономического зла, как кризис перепроизводства, хотя вполне вероятно, что именно их экономическая деятельность непосредственно причастна к его созданию.
Из-за этого, однако, никому не приходит в голову считать кризис перепроизводства явлением социально необусловленным, независимым от социальной системы. Подход, отрицающий аксиологическую нейтральность техники, фактически стирает всякое различие между техникой как таковой и самим техником, полностью отождествляя их, таким образом, друг с другом. Между тем, техника как форма человеческого существования, как вид человеческой деятельности имеет не только свой субъект, но и свой объект. Она по своей структуре и по своему содержанию несводима, таким образом, к одному только своему творцу или своему носителю вообще. Поэтому неправомерно говорить об ответственности техники как таковой, техники в целом. Техника сама по себе не может стать субъектом правовых, моральных или иных действий. Таким субъектом может быть и в самом деле выступает только ее творец (изобретатель, проектировщик, конструктор) или ее носитель вообще — человек, общественная группа или социальная система в целом. Следовательно, только эти последние и должны нести всю полноту ответственности за все возможные негативные последствия технического прогресса. Указанный подход реализуется в двух основных формах, которые можно было бы охарактеризовать как умеренную и крайнюю. Фактически, отрицая социальную обусловленность техники и признавая, что ни один из ее аспектов не может быть нейтральным в морально-этическом плане, умеренная форма все же возлагает ответственность за злоупотребления техническими достижениями именно на человека. Более последовательно выступает, однако, крайняя форма рассматриваемого подхода, которая, отрицая социальную обусловленность техники, на самом деле, превращает ее в самостоятельно существующую сущность (субстанцию). И это делается далеко не случайно. Дело в том, что только при обращении техники в самостоятельную субстанцию, в само по себе существующую объективную реальность, становится в принципе возможным говорить о ней, о технических устройствах как о субъекте морально-этической и правовой деятельности, а соответственно и об их ответственности. Именно так, по сути дела, поступают У. Бехтель, Дж. Снэппер и ряд других исследователей. Отвергая тезис Дж. Сирла о том, что интенциональность есть биологическая по своему происхождению и присущая одному только мозгу способность (см. напр. :[4, 5]), они считают, что такой же способностью могут обладать и в самом деле обладают некоторые виды компьютеров. В современной эпохе информационной техники созданы такие компьютерные системы, которые способны к обучению и адаптации к внешней среде, а следовательно, и к изменению самой программы своего поведения, когда этого потребуют изменившиеся условия этой среды. Подобные системы действуют, по мнению У. Бехтеля, таким образом, словно они знают, чего хотят и к чему стремиться, т. е. они ведут себя так, будто имеют свои цели и желания и достаточно & quot-осознанно"- или обдуманно принимают свои решения. Поэтому подобные системы, как он полагает, & quot-можно сделать ответственными за принятые им решения& quot- [6., р. 305]. Рассмотрение данных систем в качестве юридических и моральных субъектов и возложение именно на них & quot-правовой и моральной ответственности& quot- за их действия имеют, как считает Дж. Снэппер, большую практическую ценность, поскольку позволяют пострадавшей в результате этих действий стороне несравненно легче добиться справедливой компенсации за нанесенный ей ущерб (см. напр.: [7. р. 191]).
У. Бехтель, Дж. Снэппер и их единомышленники своей рассматриваемой позицией полностью игнорируют тот простой и очевидный факт, что за техническими устройствами (в том числе и указанного типа) всегда стоят конкретные люди и социальные структуры (компании, их проектирующие и выпускающие с точно фиксированными характеристиками и определенными функциями- ученые и техники, создающие для них всевозможные программные обеспечения- фирмы и организации, их использующие, и т. д.), которые и должны в конечном итоге нести всю полноту ответственности за их работу. Иначе говоря, полную ответственность за данную работу должны нести именно те люди, которые повинны в том, что принятие решения было передоверено и представлено
компьютерным системам, но отнюдь не сами эти технические устройства. И то обстоятельство, что порой бывает достаточно сложно определить долю ответственности каждого из этих людей в данном деле, не может служить каким-либо основанием для перенесения ответственности на саму технику. Техника, в том числе, и самая совершенная, всегда и при любых обстоятельствах остается, как уже подчеркивалось, лишь средством в руках человека и поэтому любая попытка превратить ее в самодостаточное существование, а, следовательно, и в самостоятельный субъект социального (морального, юридического и т. д.) действия заранее будет обречена на полный провал.
Нетрудно предположить, что это, осознанно или бессознательно, делается для того, чтобы снять бремя ответственности за разрушительные последствия современного технического прогресса не просто с отдельных лиц, но и с целых социальных групп и с существующей социальной системы в целом, в чем, собственно, можно усмотреть социальную подоплеку указанной позиции У. Бехтеля и др. Не оставляет никаких сомнений на этот счет вышеприведенная мысль Дж. Снэпера о справедливом возмещении причиненных техническими устройствами материальных и моральных убытков. И в самом деле, данная мысль достаточно убедительно показывает, что идея «ответственности техники» имеет своей конечной целью именно защиту «святая святых» капиталистического общества -права частной собственности. В свою очередь, все это лишний раз свидетельствует о том, что философия техники настолько тесно примыкает к социальной философии и взаимодействует с нею, что многие выдвигаемые в ней идеи и предлагаемые решения страдают определенным идеологическим налетом, а некоторые из них и впрямь несут на себе отпечаток социальной апологетики.
Литература:
1. Ясперс К. Современная техника //Новая технократическая волна на Западе. М., 1986, с. 136−137.
2. Хунинг А. Инженерная деятельность с точки зрения этической и социальной ответственности //Философия техники в ФРГ. М., 1989, с. 412.
3. Рапп Ф. Философия техники. Обзор //Философия техники в ФРГ. М., 1989,
4. Searle G.R. Minds, Brains and Programmes //The Behavioral and Brains Sciences. 1980, № 3, р. 450−456-
5. Searle G.R. Minds, Brains and Sciences. Cambridge, Mass., 1984.
6. Bechtel W. Attributing Responsibility to Computer Systems //Metaphilosophy 16, 1985, р. 303−305.
7. Snapper J.W. Resposibility for Computer — Based Errors //Metaphilosophy, 16, 1985, p. 183−194.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой