Право на гражданство в Российской Федерациии и Республике Беларусь в системе стандартов Конвенции о правах ребенка

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Юридические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Е. А. Ковалева, Л. А. Козыревская
Право на гражданство в Российской Федерации и Республике Беларусь в системе стандартов Конвенции о правах ребенка (сравнительно-правовой анализ)1
Аннотация: современная социальная практика наглядно продемонстрировала, что не всегда интересы детей совпадают со взглядами родителей или опекунов. Международная Конвенция о правах ребенка, принятая генеральной ассамблеей ООН 20 ноября 1989 г., закрепила систему стандартов, направленных, в том числе, на обеспечение права ребенка на сохранение своей индивидуальности, включая гражданство, имя и семейные связи, не допуская противозаконного вмешательства. Гражданство является центральным звеном отношений между государством и индивидом, основой и условием приобретения соответствующего объема прав и гарантий защиты со стороны государства. Проведенное исследование позволило сформулировать вывод о необходимости совершенствования законодательства Российской Федерации и Республики Беларусь о гражданстве в соответствии со стандартами Конвенции о правах ребенка, учитывая при этом положительный опыт обоих государств в рассматриваемой сфере.
Ключевые слова: права ребенка, Конвенция, право на гражданство, гражданство детей, приобретение гражданства.
Конвенцию о правах ребенка называют Великой хартией вольностей для детей. Она состоит из пятидесяти четырех статей, детализирующих индивидуальные права каждого человека в возрасте до восемнадцати лет на полное развитие своих возможностей в условиях, свободных от голода и нужды, жестокости, эксплуатации и других форм злоупотреблений. Конвенция, ставшая результатом десяти лет переговоров, была принята Организацией Объединенных Наций 20 ноября 1989 г. и вступила в силу 2 сентября 1990 г. после ратификации ее двадцатью государствами. К настоящему моменту 139 стран либо подписали этот документ, либо стали участниками Конвенции в результате ее ратификации или присоединения к ней. Конвенция о правах ребенка — это шаг вперед по сравнению с действующими международными документами. Она увязывает права ребенка с правами и обязанностями родителей и других лиц, несущих ответственность за жизнь детей, их развитие и защиту, и предоставляет ребенку право на участие в принятии решений, затрагивающих его настоящее и будущее.
Только в последних десятилетиях XX века точка зрения мирового сообщества на проблему реализации прав человека детьми претерпела значительные изменения, результатом которых было осознание того факта, что «существующие нормы в области прав человека были не адекватными для удовлетворения специфических потребностей детей… «, поскольку «…не всегда интересы детей совпадают со взглядами родителей или опекунов и что ко многим детям плохо относятся в их собственных семьях» [9] и поэтому дети нуждаются в особом праве на свою защиту как до, так и после рождения [3]. Таким образом, Конвенция о правах ребенка является концептуальным и самым последовательным международно-пра-вовым документом, признающим и закрепляющим права и свободы каждого ребенка. При этом названная Конвенция содержит целый ряд гарантий реальности установленных прав, возлагая на государства-учас-тники обязанности по обеспечению прав детей, а также принятию всех необходимых законодательных и иных мер.
1 Работа удостоена первого места на творческом конкурсе студенческих работ в рамках круглого стола «Двадцать лет Конвенции о правах ребенка».
Ковалева Евгения Александровна, студентка 2-го курса специальности юриспруденция филиала Российского государственного социального университета в г. Минске.
Козыревская Лариса Анатольевна, кандидат юридических наук, доцент, e-mail: minchankal 990@mail. ru
Принимая во внимание значение названного международного акта для развития и становления института прав человека, а также построения демократического правового государства на территории России и Беларуси, необходимо оценить соответствие международным стандартам законодательства данных государств. В этой связи, во-первых, следует определить юридическую силу Конвенции в системе белорусского и российского законодательства, а во-вторых, основываясь на понимании того, что совокупность основных (конституционных) прав и обязанностей составляет содержание особого правоотношения — гражданства, следует проанализировать соответствующие нормы о гражданстве детей.
Международные договоры в соответствии с Конституцией являются частью правовой системы Российской Федерации и обладают верховенством по отношению к федеральным законам. В случае противоречия закона и договора приоритет отдается договору. Нужно отметить, что в соответствии со ст. 34 Федерального закона «О международных договорах Российской Федерации», международные договоры, не вступившие в силу для Российской Федерации, и признанные Конституционным Судом не соответствующими Конституции не подлежат введению в действие и применению [4]. Таким образом, ратификация Россией Конвенции о правах ребенка сделала последнюю частью действующего законодательства. Следует обратить внимание, что в Республике Беларусь этот вопрос решен несколько иначе. В статье 7 Конституции Республики Беларусь закреплено верховенство общепризнанных принципов международного права [2]. Что касается международных договоров (к которым следует относить и Конвенции, которые, по сути, также являются многосторонними международными договорами), то они в соответствии с Законом «О нормативных правовых актах Республики Беларусь» обладают юридической силой того нормативного правового акта, которым выражено согласие Республики Беларусь на обязательность применения к ней положений того или иного договора [5]. Например, если договор прошел парламентскую процедуру ратификации, то он имеет силу закона, если же указанное согласие оформлено Постановлением Правительства, то соответственно, в случае коллизионности предпочтение будет отдано закону, а не международному договору. Поскольку в Беларуси присоединение к рассматриваемой Конвенции было оформлено законом, соответственно ее нормы имеют на территории данного государства силу закона и, соответственно, могут подвергнуться коррекции положениями Декрета или Указа Президента Республики Беларусь, которые в соответствии со статьей 137 Конституции Беларуси обладают (за некоторым исключением) верховенством над законом [2]. Такое положение вряд ли можно оценить как соответствующее духу и букве Конвенции.
Гражданство, как уже было отмечено, является центральным звеном отношений между государством и индивидом. Помимо значения во внутренней сфере, оно имеет и международный аспект, так как выступает объектом межгосударственного сотрудничества. В соответствии со статьей 8 Конвенции о правах ребенка государства-участники обязуются уважать право ребенка на сохранение своей индивидуальности, включая гражданство, имя и семейные связи, не допуская противозаконного вмешательства. Таким образом, в международном праве гражданство рассматривается, в том числе, как основа сохранения индивидуальности ребенка, его связей с семьей, иными малыми социальными группами, с которыми связан процесс его социализации. Рассматривая вопрос о праве на гражданство в Российской Федерации и Республике Беларусь в системе стандартов Конвенции о правах ребенка, изначально следует уточнить понятие гражданства, данное в законодательных актах Российской Федерации и Республики Беларусь.
Нормативной основой института гражданства России является Федеральный закон «О гражданстве Российской Федерации» от 31. 05. 2002 г. № 62-ФЗ, в соответствии с которым «гражданство Российской Федерации -устойчивая правовая связь лица с Российской Федерацией, выражающаяся в совокупности их взаимных прав и обязанностей» [б]. В Беларуси практически идентичное определение гражданства содержится в статье 1 закона «О гражданстве Республики Беларусь» [7]. Однако в отличие от российского закона, белорусский законодатель в качестве одного из принципов гражданства закрепил, что «каждый имеет право на гражданство». Данная формулировка свидетельствует о том, что в белорусском праве термин «гражданство» употребляется также для обозначения одного из основных (конституционных). Такое понимание гражданства получает все большее распространение в доктрине, законодательстве и практике применения прав и свобод во многих странах мира. Гражданство все более утверждается как одно из основных прав человека. Об этом свидетельствует, например, один из признанных авторитетов в области прав человека, член Европейской Комиссии по правам человека в Совете Европы австрийский юрист — профессор Феликс Эрмакора [8]. Он считает, что, хотя в современном международном праве и нет специальной нормы, которая признавала бы гражданство в качестве одного из прав человека, тем не менее, гражданство вынуждено выступать как непременное условие (conditio sine qua поп) признания целого ряда прав и свобод и в их числе — принцип равенства. Гражданство — один из основных элементов правового статуса лица, определяет принципиальные начала взаимоотношений государства и личности, то общее, главное условие, которое необходимо для распространения на него всего объема прав, свобод и обязанностей, признаваемых за гражданином, а также защита его государством, где бы он ни находился.
Обладание гражданством является всеобщим универсальным условием полной правосубъектности лица. Каждый человек по праву носит название «гражданин», т. к. имеет право на гражданство. Это означает, что граждане пользуются равными правами независимо от того, имеют ли они гражданство по рождению или приобрели его по иным основаниям, и что граждане и Российской Федерации, и Республики Беларусь и не могут быть разделены на какие-то группы или разряды, порождающие различные права и обязанности. Принцип равенства в качестве права гражданина гарантирует всеобщее и равное избирательное право, обеспечивает защиту национальным меньшинствам, защиту от дискриминации, устанавливает запрет выдачи собственных граждан, запрет привилегий и соответственно равенство всех граждан перед законом.
В мировой практике известно два основных способа приобретения гражданства по рождению: «принцип почвы», когда гражданство определяется местом рождения, и «принцип крови», когда гражданство определяется гражданством родителей. Именно коллизии этих принципов и порождают ситуации, когда ребенок может быть лишен права приобрести гражданство какого бы то ни было государства.
Законодательство Российской Федерации и Республики Беларусь, регулирующее вопросы гражданства, сочетает эти принципы, хотя основным является «принцип крови». Статья 12 Федерального закона «0 гражданстве» устанавливает, что ребенок, родители которого на момент его рождения состоят в гражданстве Российской Федерации, является гражданином Российской Федерации независимо от места рождения [б]. При этом предусматриваются случаи, когда принцип «крови» дополняется «принципом почвы». В частности, если:
• один из родителей является иностранным гражданином, а второй — гражданин Российской Федерации, и соответствующее иностранное государство не предоставляет данному ребенку гражданства-
• родители (единственный родитель) являются иностранными гражданами, а государства их гражданства не предоставляют своего гражданства родившемуся ребенку-
• ребенок, чьи родители неизвестны, обнаружен на территории России при условии, что его родители не объявятся в течение б месяцев.
В Республике Беларусь также используется сочетание двух названных принципов с целью предотвращения коллизий между ними, в результате которых ребенок может остаться лицом без гражданства. Но в отличие от Российской Федерации белорусское гражданство ребенок приобретает независимо от места рождения, если хотя бы один из родителей ребенка состоит в гражданстве Республики Беларусь. Позиция белорусского законодателя в данном вопросе представляется предпочтительнее. Во-первых, не требуется при определении гражданства ребенка выяснять содержание законодательства иностранного государства и устанавливать факт получения или неполучения таким ребенком иностранного гражданства. Во-вторых, потенциально данный ребенок может стать бипатридом по рождению. Но, учитывая норму статьи 11 Закона Республики Беларусь «0 гражданстве», запрещающую устанавливать какие-либо ограничения в правах в отношении лиц, имеющих наряду с белорусским также иное гражданство [7], можно констатировать, что такой ребенок ни в момент рождения, нив будущем не будет терпеть никаких ущемлений своих прав. Более того, он сможет свободно выбрать страну проживания, сообразуясь со своими предпочтениями и полученным воспитанием. С учетом изложенного можно было бы заимствовать данную формулировку, изменив соответствующим образом статью 12 Федерального закона «0 гражданстве Российской Федерации».
Что касается ситуации обнаружения на территории Беларуси ребенка, чьи родители неизвестны, то белорусский закон, в отличие от российского, содержит императивную норму о том, что данный ребенок считается гражданином Республики Беларусь. Причем указанный нормативный правовой акт не предусматривает возможности возвращения родителей такого ребенка. Иными словами, если у родителей — иностранных граждан по каким-либо причинам на территории Республики Беларусь потеряется ребенок, то в случае передачи его уполномоченным белорусским органам он приобретет гражданство Республики Беларусь по рождению. Такое положение явно противоречит статье 8 Конвенции о правах ребенка, а именно праву на сохранение ребенком своей индивидуальности, включая гражданство. Не ясно, может ли быть изменено гражданство такого ребенка в случае обнаружения родителя, опекуна или попечителя и в каком порядке. Поэтому представляется, что было бы логичнее в белорусском законе, по примеру российского законодателя, определить какой-либо срок, например, б месяцев, в течение которых объявление родителей являлось бы основанием сохранения прежнего гражданства ребенка.
Что касается ситуации изменения гражданства, то, по общему правилу, если оба родителя или единственный родитель приобретают гражданство Российской Федерации или у них прекращается гражданство Российской Федерации, то, соответственно, изменяется гражданство детей. Таким образом, в законодательстве России реализован общий принцип: гражданство детей следует гражданству их родителей. Аналогичный подход реализован и белорусским законодателем. Данное положение полностью отвечает требованиям статьи 9, рассматриваемой Конвенции, закрепляющей требование о том, чтобы ребенок не
разлучался со своими родителями вопреки их желанию. Изменение гражданства ребенка в соответствии с гражданством родителей позволяет гарантировать возможность следования ребенка за своими родителями, в том числе и при смене страны проживания. В то же время в соответствии со статьей 12 Конвенции о правах ребенка, ребенку, способному сформулировать свои собственные взгляды, обеспечивается право свободно выражать эти взгляды и им должно уделяться внимание в соответствии с возрастом и зрелостью ребенка. Данное положение применительно к институту гражданства нашло свое отражение в норме, требующей учитывать желание детей в возрасте от 14 до 18 лет относительно изменения гражданства (ст. 23 Закона Республики Беларусь «О гражданстве» и Федерального закона «О гражданстве Российской Федерации»). При этом в соответствии с белорусским законом, в отличие от российского, требуется, чтобы это согласие было удостоверено нотариально. Думается, что и в российском законе вполне уместно было бы закрепить форму выражения такого согласия.
Важным положением Конвенции о правах ребенка является принцип общей и одинаковой ответственности обоих родителей за воспитание и развитие ребенка [1], что ведет к необходимости согласования действий родителей, в том числе и при определении отношения ребенка к тому или иному гражданству. В частности, если один из родителей, не имеющих гражданство Российской Федерации, приобретает его, то ребенку, проживающему за пределами Российской Федерации, представляется гражданство Российской Федерации по заявлению обоих его родителей. Одновременно с тем, если ребенок проживает на территории Российской Федерации, то мнение другого родителя при решении вопроса о приобретении российского гражданства ребенком, не учитывается. Представляется, что это противоречит приведенной статье Конвенции, мнение второго родителя должно учитываться независимо от места проживания ребенка, а в случае возникновения между ними спора, вопрос мог бы быть решен в судебном порядке с учетом интересов ребенка. Что касается Республики Беларусь, то при приобретении белорусского гражданства одним из родителей, ребенок может приобрести гражданство Республики Беларусь по совместному заявлению родителей или родителя, который приобретает гражданство Республики Беларусь, если место нахождения другого родителя неизвестно. И только в том случае, когда ребенок, проживающий на территории Республики Беларусь, остается лицом без гражданства, если он не приобретет белорусское гражданство вместе с одним из его родителей, такое гражданство предоставляется данному ребенку независимо от желания второго родителя. Таким образом, можно заключить, что и в данном аспекте нормы белорусского закона больше соответствуют требованию Конвенции о правах ребенка.
«Поскольку права ребенка должны быть реализованы в столь неприкосновенной сфере как семья» [9] следует, прежде всего, создать средства и способы защиты этой среды, а также обеспечить возможность воспитания каждого ребенка в условиях семьи, в том числе и приемной. В силу ст. 21 Конвенции допускается в качестве альтернативного усыновление гражданами другого государства. И в этой связи особое значение приобретает вопрос о гражданстве усыновляемого ребенка, поскольку, с одной стороны, необходимо сохранить его индивидуальность и связь со страной происхождения, а с другой — обеспечить успешную адаптацию и социализацию в государстве его усыновителей. В соответствии с белорусским законом ребенок, усыновленный супругами, хотя бы один из которых является гражданином Республики Беларусь, а второй — лицом без гражданства, приобретает гражданство Беларуси [7]. Таким образом, в зависимости от содержания законодательства того иностранного государства, гражданство которого имел данный ребенок, он может приобрести статус бипатрида. В данном случае могут возникнуть серьезные противоречия (например, в случае нарушения прав ребенка приемными родителями), когда два государства будут претендовать на применение специальных мер защиты своего гражданина. Представляется, что подобные коллизии могут и должны разрешаться на уровне двусторонних международных договоров. В Российской Федерации действие схожей нормы ставится в зависимость от заявления усыновителя, являющегося гражданином России [б]. На наш взгляд, это больше соответствует сущности гражданства как особой правовой связи человека с государством, предполагающей выражение воли заинтересованного лица или воли его законных представителей для своего установления. Для сравнения «по законодательству Италии, Франции, Израиля усыновление объявляется завершенным лишь спустя определенное время после помещения ребенка в семью усыновителей и, соответственно, только тогда возникает вопрос о смене гражданства» [1].
Мы не будем подвергать анализу правоотношения между усыновителями и усыновленным, поскольку они выходят за предмет настоящей работы, а лишь выявим специфические черты правового регулирования гражданства детей, усыновленных иностранными гражданами. В Республике Беларусь, в соответствии со ст. 27 Закона «О гражданстве», за ребенком, являющимся гражданином Республики Беларусь при его усыновлении иностранными гражданами или лицами без гражданства, гражданство сохраняется. При этом гражданство Республики Беларусь у данного лица, усыновленного иностранными гражданами (иностранным гражданином) может быть прекращено после достижения им 18-летнего возраста в порядке выхода из гражданства. Законодательство Российской Федерации допускает прекращение российского гражданства у усыновленного ребенка по заявлению усыновителей до достижения им возраста 18 лет.
В данном случае норма белорусского закона выглядит предпочтительнее и более соответствует положениям Конвенции о праве ребенка на сохранение своей индивидуальности, поскольку позволяет усыновленному ребенку сделать осознанный самостоятельный выбор в пользу своего прежнего гражданства или гражданства государства-усыновителей. Это особенно важно в свете уже высказывавшихся соображений о возможном противоречии интересов ребенка и его законных представителей, в данном случае — усыновителей. Таким образом, белорусский законодатель, при закреплении норм, регулирующих правовые последствия международного усыновления, исходил из интересов усыновленного, а не усыновителей, что соответствует мировой практике международного усыновления, основанной на соблюдении основополагающего принципа соблюдения интересов ребенка.
В представленной работе в силу ее ограниченного объема рассмотрены не все аспекты установления, изменения и прекращения гражданства детей в Российской Федерации и Республике Беларусь, а только те, которые, по мнению автора, являются ключевыми для защиты и реализации одного из основополагающих прав ребенка — права на сохранение своей индивидуальности. Проведенное исследование позволило сформулировать вывод о необходимости совершенствования законодательства указанных государств в соответствии со стандартами Конвенции о правах ребенка, учитывая при этом положительный опыт Беларуси и России в рассматриваемой сфере.
Литература:
1. Зимина И. А. Международное усыновление: дис. канд. юрид. наук. — Минск, 2003. — 167 с.
2. Конституция Республики Беларусь 1994 года (с изменениями и дополнениями, принятыми на республиканских референдумах 24 ноября 1996 г. и 17 октября 2004 г.). — Минск: Амалфея, 2005. — 48 с.
3. Конвенция о правах ребенка, принята резолюцией 44/25 Генеральной ассамблеи ООН 20 ноября 1989 г. // Консультант Плюс: Версия Проф. Технология 3000 [Электронный ресурс] / 000 «ЮрСпектр». — М., 2010 г.
4. 0 нормативных правовых актах Республики Беларусь: Закон Респ. Беларусь № 361−3 от 10. 01. 2000 (в ред. от 02. 07. 2009 г.) // Консультант Плюс: Версия Проф. Технология 3000 [Электронный ресурс] / 000 «ЮрСпектр». — М., 2010 г.
5. 0 гражданстве Российской Федерации: ФЗ № 62-ФЗ от31. 05. 2002 г. (в ред. от 28. 06. 2009 г.)// Консультант Плюс: Версия Проф. Технология 3000 [Электронный ресурс] / 000 «ЮрСпектр». — М., 2010 г.
6. 0 гражданстве Республики Беларусь: Закон Респ. Беларусь № 136−3 от 01. 08. 2002 г. (в ред. от
22. 06. 2002 г.) // Консультант Плюс: Версия Проф. Технология 3000 [Электронный ресурс] / 000
«ЮрСпектр». — М., 2010 г.
7. 0 международных договорах Российской Федерации: ФЗ № 101-ФЗ от 15. 07. 1995 г. (в ред. от
01. 12. 2007 г.) // Консультант Плюс: Версия Проф. Технология 3000 [Электронный ресурс] / 000
«ЮрСпектр». — М., 2010 г.
8. Притульчик Е. И. Некоторые особенности конституционных прав ребенка // Теория и практика правотворчества и правоприменения: Республика Беларусь в условиях интеграционных процессов: тезисы докл. Междунар. научн. -практ. конф., Гродно, 13−14 апр. 2007. / Гродн. Гос. ун-т- рекол.: И. Э. Мартыненко (отв. ред.) [и др.]. — Гродно: ГрГУ, 2007. — С. 94−95.
9. Смагина Л. И. Права ребенка / Л. И. Смагина, С. С. Бубен, Г. М. Леонова. — Минск: Белорусский фонд Сороса, 1997. — 189 с.
10. Эрмакора Ф. Выводы в отношении положения национальных меньшинств //Доклад о соответствии правового порядка в Российской Федерации нормам Совета Европы // http: //www. memo. ru/prawo/euro/rep-eu94. htm.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой