Демифологизация в художественном пространстве романа Т. Пратчетта «Пирамиды»

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Литературоведение


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Филология
Вестник Нижегородского университета им. Н. И. Лобачевского, 2012, № 1 (2), с. 118−121
УДК 82−7
ДЕМИФОЛОГИЗАЦИЯ В ХУДОЖЕСТВЕННОМ ПРОСТРАНСТВЕ РОМАНА Т. ПРАТЧЕТТА «ПИРАМИДЫ»
© 2012 г. О.А. Королева
Нижегородский госуниверситет им. Н.И. Лобачевского
ivkrlv@yandex. ru
Поступила в редакцию 09. 12. 2011
Анализируется ироническое осмысление мифа в романе, его функции, пародийная составляющая произведения как постмодернистского романа, аллюзии литературного и общекультурного характера
Ключевые слова: юмористическая фэнтези, ирония, постмодернизм, демифологизация, аллюзия, пародия.
Т. Пратчетт (T. Pratchett р. 1948) давно и заслуженно известен и любим не только в Англии, но и во всем мире. Его книги переведены на 37 языков, он обладатель ряда престижных наград и литературных премий. Известность к писателю пришла в 1983 году с публикацией романа «Цвет волшебства» («The Color of Magic», 1983), первой книги из цикла о Плоском мире (Discworld). Именно этот цикл прославил Т. Пратчетта как мастера иронической фэнтези. На сегодняшний день Плоскому миру 25 лет и цикл вырос до 38 романов. Первые две книги «Цвет волшебства» и «Безумная звезда» были написаны как пародии на традиционную фэнтези с обилием шуток и черным юмором. Впоследствии, по словам друга и коллеги писателя Н. Геймана, начиная с «Творцов заклинаний» («Equal Rites», 1987) «Терри уже пишет настоящие романы о Плоском мире. В течение нескольких последних лет он стал нашим ведущим романистом-юмористом, а затем и подлинным сатириком, смело берущимся за серьезные темы: войну, предрассудки и что значит быть человеком» [1]. При этом книги Т. Пратчетта обращены к читателю с определенным интеллектуальным уровнем, обладающим «white knowledge» -«белым знанием». Белый цвет выбран писателем, как включающий в себя все цвета спектра, но сохраняющий при этом целостность. Для писателя «белое знание» — это определенный базис, «культурный запас» человека: «Когда я использую в книге ассоциацию, я стараюсь взять такую, какая может быть легко понята обычным хорошо начитанным (насмотренным, наслушанным) человеком- я называю это „белым знанием“, это то, что наполняет Ваш мозг, а Вы даже и не знаете точно, откуда оно пришло» [2].
Роман «Пирамиды» («Piramids», 1989) седьмой в цикле о Плоскоземье был создан спустя шесть лет после выхода в свет первой книги
цикла. В нем автор обращается к темам человеческой судьбы, власти, прогресса и традиций. В отличие от других романов о жизни на Диске, это произведение разбито на 4 книги: «Книга движения вперед» («The Book of going Forth»), «Книга мертвых» («The Book of Death»), «Книга нового сына» («The Book of new Son»), «Книга о 101 проделке, на которые способен мальчишка» («The Book of 101 Things a Boy Can Do»). Интересна и пространственно-временная организация текста произведения. События в нем происходят и в главном городе Плоского мира — Анк-Морпорке, и в Древнем царстве (аналогия с Древним Египтом), и в Эфебе (аналогия с Древней Грецией), при этом в разных временных измерениях. Поэтому египетская и древнегреческая мифологии выполняют в произведении двойную функцию. С одной стороны, они организуют сюжетное построение романа, с другой стороны, раскрывают идеи автора.
Главный герой романа — принц Теппик, сын фараона Теппициона XXVII. Первая книга «Книга движения вперед» описывает годы учения Теппика в городе Анк-Морпорке, в Гильдии убийц. Эта часть произведения в наименьшей степени связана с мифологической тематикой. Автор пародирует в ней такие традиционные жанры, как роман воспитания и традиционную фэнтези. Повествование ведется о юности и взрослении героя в период обучения в школе убийц, выбранной Теппи-ком потому, что она «дает самое лучшее, самое разностороннее образование в мире и подразумевает тонкую работу с людьми» [3, c. 17]. Как в классической фэнтези развитие сюжета связано с «квестом» — выпускным экзаменом в Гильдии убийц, успешным прохождением которого и заканчивается первая книга романа.
Первая книга произведения выполняет в большей степени информативную функцию, а также сатирическую, гротескно изображая реалии современной жизни (например, выпускной экзамен в Г ильдии убийц очень напоминает тесты по сдаче на водительские права в Великобритании). В остальных трех книгах выражается основная идея романа. Центральным является вопрос о соотношении нового прогрессивного и традиционного, существующего испокон веков. С этой точки зрения показательны названия первых двух книг романа. В первой книге Теппик уезжает из своей страны Джелибейби в Анк-Морпорк. Это отнюдь не идеальный город, но он «живой», меняющийся, город, по признанию самого автора, напоминающий многие современные города-мегаполисы. Поэтому название «Книга движения вперед» — это не только «движение вперед», развитие принца, но и динамичная развивающаяся жизнь города. Контрастирует с ним Древнее царство Джелибейби, в котором явно просматривается параллель с Древним Египтом, и в описании жизни возникает множество аллюзий на египетскую мифологию, обрядовую сторону египетской религии. Джелибейби — это царство, в котором остановилось время, именно поэтому мать Теппика Ар-тела настаивала на обучении сына за границей: Здесь человек никогда ничему не научится… Здесь умеют только чтить память [3, с. 22].
Вторая книга, повествующая о возвращении принца на родину, названа «Книга мертвых». С одной стороны, это важнейшая для египтян книга, составлявшаяся в период Нового Царства и до конца истории Древнего Египта, включающая гимны, заклинания. Она была посвящена жизни человека после смерти и переходу к ней [4, с. 420]. С другой стороны, кроме отсылки к древнеегипетской истории и религии данное название несет и символическое значение, сообщая читателю о доминанте мировоззрения в стране Джелибейби. Реалии жизни царей Древнего Египта, их религиозные обряды, боги, строительство пирамид — все это как вторичная реальность, созданная автором, включено в жизнь Плоского мира. Процесс мифологизации сознания героев автор доводит до абсурда, предлагая читателю отказаться от стереотипов, по-новому взглянуть на традиционные представления, уклад жизни. Таким образом, разрушается одно из основных свойств мифологии как формы общественного сознания — невозможность сомнения в истинности и правильности мифа, анализ демифологизирует мир мифа [5, с. 142]. Так, например, читателю представлена подготовка к погребению, мумифицирова-
ние отца Теппика Теппициона XXVII. Но рассказ сведен до уровня обыденности через описание будничного рабочего дня двух бальзамировщиков Джерна, Диля и души умершего царя, наблюдающего за их работой и комментирующего ее. Для джелибейбцев Фараон — это Бог, поэтому единственный, кто может с ним общаться — это верховный жрец, но принц хочет сломать эту традицию, пытаясь разговаривать с одним из строителей пирамид и даже пожать ему руку, после чего тот в ужасе хочет ее отрубить. Абсурдно выглядит требование жреца Диоса спать на каменном ложе, а не на мягкой перине, как Тепик привык в школе, только потому, что таков обычай. Автор не скупится и на стилевые пародии. Например, разговор принца с архитектором пирамиды Птаклюспом напоминает речь современного коммерсанта с характерными интонацией и лексикой: Итак, типовая модель, о оазис в пустыне? Это будет нечто грандиозное, о основание вечной колонны. Мы можем предложить некоторые усовершенствования — паракосмические элементы, встроенные, поэтому входящие в общую стоимость [3, с. 98]. Комментарий одного из жрецов во время битвы богов за солнце очень напоминает речь спортивных комментаторов: Но, — продолжал жрец Сефута, — ему на помощь спешит Скарабей… да, он набирает высоту… Джет, который пока его не видит, уверено движется по меридиану, а вот и Сессифет, Богиня Полудня! Вот так сюрприз! Юной богине еще предстоит показать себя, но, помяните мое слово, какое многообещающее начало, еще одна попытка, евнухи и господа, и. Да! Скарабей упускает его [3, с. 210].
Противостояние прогресса и традиционного, веками устоявшегося жизненного уклада автор иллюстрирует через оппозицию принц — верховный жрец. Оплотом традиций является верховный жрец Диос, в служении фараонам, соблюдении обрядов — смысл его жизни: Диос занимал максимально высокий пост в жреческой иерархии национальной религии, которая, бродя и пенясь, разрасталась на протяжении семи тысяч лет и никогда попусту не бросалась богами, если они могли пригодиться… ему было известно, что множество на первый взгляд противоречивых вещей — истинны. Допустить, что это не так, значило признать, что вера и обряды ничего не стоят, а если они ничего не стоят, то само существование мира утрачивает смысл [3, с. 109]. Принц замечает, что в своей речи Диос избегает пр

Статистика по статье
  • 57
    читатели
  • 14
    скачивания
  • 0
    в избранном
  • 0
    соц. сети

Ключевые слова
  • ЮМОРИСТИЧЕСКАЯ ФЭНТЕЗИ,
  • ИРОНИЯ,
  • ПОСТМОДЕРНИЗМ,
  • ДЕМИФОЛОГИЗАЦИЯ,
  • АЛЛЮЗИЯ,
  • ПАРОДИЯ

Аннотация
научной статьи
по литературе, литературоведению и устному народному творчеству, автор научной работы & mdash- Королева Ольга Андреевна

Анализируется ироническое осмысление мифа в романе, его функции, пародийная составляющая произведения как постмодернистского романа, аллюзии литературного и общекультурного характера

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой