Правовое регулирование создания торговых сетей российскими холдингами

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Юридические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Кутин Евгений Олегович
ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ СОЗДАНИЯ ТОРГОВЫХ СЕТЕЙ РОССИЙСКИМИ ХОЛДИНГАМИ
В статье рассматривается правовое положение торговых сетей и освещаются недостатки действующего законодательства. Автором выдвигаются предложения по совершенствованию антимонопольных норм законодательства о торговле, а также по изменению определения торговых сетей. Правовое регулирование деятельности торговых сетей предлагается скорректировать, рассматривая их в качестве участников холдингового объединения.
Адрес статьи: м№^. агато1а. пе1/та1ег1а18/3/2013/6−1/23. 1~|1т1
Источник
Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики
Тамбов: Грамота, 2013. № 6 (32): в 2-х ч. Ч. I. С. 93−98. ІББМ 1997−292Х.
Адрес журнала: №№^. агатоїа. пеї/е<-Лїіоп8/3. І~іїтІ
Содержание данного номера журнала: м№^. агато1а. пе1/та1егіаІз/3/2013/6−1/
© Издательство & quot-Грамота"-
Информация о возможности публикации статей в журнале размещена на Интернет сайте издательства: www. aramota. net Вопросы, связанные с публикациями научных материалов, редакция просит направлять на адрес: уоргобу hist@aramota. net
Последняя глава инструкции регламентировала порядок отмены выборов, а также порядок перевыборов и довыборов в Советы. Причины отмены выборов остались прежними: 1) в случае, если на выборы явилось менее 35% избирателей- 2) в случае признания основательными поступивших от граждан жалоб на незаконные действия органов, руководивших выборами. По указанным причинам выборы могли отменяться либо полностью, то есть в отношении всего состава Совета, либо частично, то есть в отношении отдельных членов Совета по отдельным избирательным участкам. Полностью выборы отменялись, если более чем половина депутатов были избраны с нарушением правил, установленных инструкцией. Если же правила были нарушены в одном или нескольких избирательных участках, то выборы отменялись только в них. Вопрос об отмене выборов полностью решал вышестоящий исполком, а о частичной отмене — исполком соответствующей местности [2].
С принятием этой инструкции ВЦИК утверждал новые правила производства выборов в городских и сельских советах. Но на деле новшества были не так уж и велики. Единственной уступкой было уменьшение количества «лишенцев», но и в этом вопросе лицам, лишенным избирательного права, было достаточно трудно реализовать своё активное избирательное право, так как процедура восстановления в правах требовала значительных усилий с их стороны. Вопросы же обжалования результатов выборов остались неизменными и не давали новых возможностей избирателям повлиять на этот процесс.
Список литературы
1. Конституция РСФСР. М., 1925.
2. Красников В. В. Избирательное право в первые годы советской власти // Труды кафедры истории и философии Тамбовского государственного технического университета: сб. науч. статей. СПб., 2003. С. 79−87.
3. Красников В. В. Лишение избирательных прав в политической практике большевиков в 1920-е годы // Формирование специалиста в условиях региона: новые подходы: материалы IV всероссийской межвузовской научной конференции. Тамбов — М. — СПб. — Баку — Вена, 2004. С. 57−61.
4. Материалы к перевыборам Советов. Тамбов, 1923. 16 с.
5. Сборник кодексов РСФСР. М., 1925.
ELECTORAL PROCESS FEATURES WHILE TAMBOV PROVINCE LOCAL AUTHORITIES FORMATION IN THE MIDDLE OF THE 1920S
Krasnikov Viktor Viktorovich, Ph. D. in History, Ph. D. in Law, Associate Professor Tambov State Technical University viktor_krasnikov@list. ru
The author presents the analysis of the electoral legislation of the first years of the soviet power and its law enforcement practice, basing on the Constitution of the RSFSR of 1925 and other legislation acts discusses the features of election campaigns to Tambov province local authorities in the middle of the 1920s, pays particular attention to the order of elections cancellation and reelections and additional elections to Councils, and considers the reasons of the transition to the policy of «Councils recovery».
Key words and phrases: elections- Councils- reelections- electoral commissions- voting rights- executive committees- All-Russian Central Executive Committee- committees.
УДК 347. 19 Юридические науки
В статье рассматривается правовое положение торговых сетей и освещаются недостатки действующего законодательства. Автором выдвигаются предложения по совершенствованию антимонопольных норм законодательства о торговле, а также по изменению определения торговых сетей. Правовое регулирование деятельности торговых сетей предлагается скорректировать, рассматривая их в качестве участников холдингового объединения.
Ключевые слова и фразы: розничная торговля- торговая сеть- холдинг- франчайзинг- торговый объект- ритейл. Кутин Евгений Олегович
Российский государственный гуманитарный университет eugen-kutin@yandex. ru
ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ СОЗДАНИЯ ТОРГОВЫХ СЕТЕЙ РОССИЙСКИМИ ХОЛДИНГАМИ (c)
В настоящий момент экономические и правовые отношения в сфере розничной торговли складываются таким образом, что отчетливо проявляется тенденция к укрупнению и консолидации хозяйствующих субъектов. Все больше торговых объектов функционируют не как отдельное, независимое предприятие,
© Кутин Е. О., 2013
а становятся частью торговых сетей. К примеру, если в 2007 году сетевые операторы занимали лишь 17,5% продовольственного рынка России [5], то к 2009 г. доля сетевой розницы в совокупном обороте продаж продуктов питания составила уже 27%, вместе с тем заметно возросла консолидация продовольственного ритейла за счет укрупнения ведущих компаний [1].
Учитывая приведенные цифры, свидетельствующие о нарастающей консолидации субъектов рынка розничной торговли и увеличении доли крупных торговых сетей в ущерб количеству независимых продавцов, а также принимая во внимание исключительную важность общественных отношений, связанных с обеспечением населения страны продовольствием и продуктами первой необходимости, появление монополистических тенденций в данной отрасли торговли имело бы крайне негативные последствия. Следовательно, к вопросу правового регулирования деятельности розничных торговых сетей, зачастую представляющих собой холдинговые объединения, надлежит подходить наиболее ответственно и осторожно.
Существует целый ряд законов и подзаконных актов, регламентирующих сферу розничной торговли. К ним относится, в частности, Федеральный закон «Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации» [3] (далее — Закон о торговле). Названный нормативный правовой акт содержит в себе нормы, которые применимы к холдинговым объединениям.
Как указывается в Пояснительной записке к законопроекту № 231 757−5 «Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации», задачами, решить которые призван закон, являются:
— обеспечение баланса экономических интересов хозяйствующих субъектов при заключении и исполнении договоров поставки-
— обеспечение гласности в разработке и принятии мер государственного регулирования торговой деятельности и доступности информации в данной области-
— формирование условий для развития торговой деятельности, обеспечение равномерного и цивилизованного развития различных видов, форм и форматов торговой деятельности [6]. Важная роль в принятом законе отводится также защите конкуренции в сфере торговли и вопросам антимонопольного регулирования.
Для реализации указанных задач закон предусматривает создание и закрепление понятийного аппарата, используемого для регулирования отношений в области торговли. Однако предложенные определения основных понятий, используемые в Законе о торговле, представляются несовершенными.
В частности, в п. 4 ст. 2 Закона о торговле законодатель даёт определение торгового объекта — здание или часть здания, строение или часть строения, сооружение или часть сооружения, специально оснащенные оборудованием, предназначенным и используемым для выкладки, демонстрации товаров, обслуживания покупателей и проведения денежных расчетов с покупателями при продаже товаров.
Там же в п. 8 содержится и определение такого понятия, как торговая сеть, — совокупность двух и более торговых объектов, которые находятся под общим управлением, или совокупность двух и более торговых объектов, которые используются под единым коммерческим обозначением или иным средством индивидуализации.
Следует отметить недостатки предлагаемых законодателем формулировок. Например, в определении торговой сети отсутствует толкование того, что предлагается понимать под «общим управлением». В области розничной торговли в настоящее время популярен формат торговых центров — больших по площади объектов нежилой недвижимости, разные помещения в которых предлагаются в аренду собственником для организации различных розничных магазинов. Следует отметить, что в торговых центрах собственник здания осуществляет лишь общее управление торговой недвижимостью в вопросах обеспечения здания электроэнергией, коммуникациями, доступом к телефонии и Интернету, услугами охранных предприятий, а также взимания арендных платежей. Все, что касается процесса самой торговли, включая рекламу, расчетнокассовое обслуживание торговых точек, установление размеров оплаты труда работников, определение ценовой политики, ассортимента и направления розничных магазинов, осуществляется арендаторами торгового центра независимо от собственника торговых помещений.
В такой ситуации неясно, что следует понимать под «общим управлением» торговыми объектами в свете ст. 2 п. 8. Закона о торговле — управление собственником торговой недвижимостью в рамках торгового центра или же управление розничным торговым холдингом своими торговыми объектами в различных, географически отдаленных друг от друга торговых центрах?
Приведенное законодательное определение нуждается в уточнении. Во избежание ошибочных толкований следует указать, что под «общим управлением» торговым объектом понимается как раз непосредственное управление самим процессом торговли, а именно вопросы ассортимента, ценообразования и осуществление сделок розничной купли-продажи товаров.
Отдельно хотелось бы коснуться и использования единого коммерческого обозначения или иного средства индивидуализации в качестве критерия отнесения тех или иных торговых объектов к торговой сети. Так называемые холдинговые отношения, то есть отношения контроля и подчинения, могут возникнуть как результат заключения договоров коммерческой концессии (франчайзинга), который подразумевает под собой передачу комплекса исключительных прав на результаты интеллектуальной собственности, а также вследствие заключения иных соглашений, предметом которых является передача прав на использование торговых знаков.
Однако договор, предоставляющий организации права на те или иные средства индивидуализации, может и не содержать в своем тексте каких-либо положений, приводящих к контролю, экономической зависимости и субординации между владельцем прав на средства индивидуализации и лицом, намеревающимся их использовать. Иными словами, использование в работе розничных торговых точек общих торговых знаков
далеко не во всех случаях означает наличие какого-либо контроля над деятельностью магазина со стороны правообладателя этого торгового знака. Таким образом, вполне могут сосуществовать торговые организации, использующие один и тот же торговый знак, но при этом остающиеся полностью независимыми в своей предпринимательской деятельности.
Лишь проанализировав условия того или иного договора коммерческой концессии или же лицензионного договора, в зависимости от положений, ограничивающих самостоятельность и независимость франчайзи или лицензиата, в ряде случае можно сделать вывод о возникновении между сторонами договора отношений контроля и подчинения. Следовательно, формулировка ст. 2 п. 8 Закона о торговле, в соответствии с которой в качестве критерия отнесения торговых объектов к торговой сети достаточно лишь использования торговыми объектами единого коммерческого обозначения или иного средства индивидуализации, представляется некорректной. Данный критерий не может служить достаточным основанием для подобных выводов — необходимо в каждом отдельном случае исследовать соглашения, на основании которых торговые объекты используют те или иные средства индивидуализации, на предмет положений, ограничивающих самостоятельность предпринимательской деятельности сторон, с тем чтобы определить их принадлежность к единой торговой сети.
Как отмечалось выше, особое внимание в рассматриваемом законе уделяется вопросам антимонопольного регулирования и защите конкуренции, в частности, в сфере розничной торговли продовольственными товарами. Закон содержит в себе положения, ограничивающие рост торговых сетей. Так, в соответствии с ч. 1 ст. 14 Закона о торговле «хозяйствующий субъект, который осуществляет розничную торговлю продовольственными товарами посредством организации торговой сети (за исключением сельскохозяйственного потребительского кооператива, организации потребительской кооперации) и доля которого превышает двадцать пять процентов объема всех реализованных продовольственных товаров в денежном выражении за предыдущий финансовый год в границах субъекта Российской Федерации, в том числе в границах города федерального значения Москвы или Санкт-Петербурга, в границах муниципального района, городского округа, не вправе приобретать или арендовать в границах соответствующего административно-территориального образования дополнительную площадь торговых объектов для осуществления торговой деятельности по любым основаниям, в том числе в результате введения в эксплуатацию торговых объектов, участия в торгах, проводимых в целях их приобретения».
Указанное ограничение представляется обоснованным, так как бесконтрольный рост одной торговой сети и географическое доминирование её торговых объектов в рамках одного городского округа или муниципального района, в особенности в тех случаях, если речь идет о сравнительно небольших населенных пунктах, может привести к отрицательным последствиям. К примеру, контроль одной компании над большинством торговых объектов в городе может привести, с одной стороны, к созданию дискриминирующих условий для поставщиков такой монополистической торговой сети, а с другой стороны — к росту розничных цен для конечного потребителя ввиду отсутствия либо малого количества конкурирующих торговых объектов.
Для расчета доли той или иной торговой сети в соответствии с ч. 1 ст. 5 Закона о торговле правительством Российской Федерации была разработана и утверждена соответствующая методика, а сами функции по осуществлению расчетов и их публикации, в том числе в сети Интернет, были возложены на Федеральную службу государственной статистики и ее территориальные органы [4].
Однако, ввиду несовершенства используемого в законе понятия «торговая сеть», реализация норм, использующих данное понятие, и, в частности, норм, посвященных ограничению конкуренции и антимонопольному регулированию, может оказаться неэффективной и некорректной.
Как указывалось выше, в качестве достаточного критерия отнесения того или иного объекта к торговой сети законодатель относит лишь использование торговыми объектами одних и тех же средств индивидуализации. Но общий торговый знак далеко не всегда означает, что те или иные торговые объекты в совокупности формируют торговую сеть — ведь они могут принадлежать совершенно самостоятельным организациям, не состоящим в отношениях соподчинения и экономической зависимости от единой, головной компании. В каждом отдельном случае лишь на основе анализа положений договоров, предоставляющих право использовать средства индивидуализации, можно сделать вывод о наличии или об отсутствии между сторонами такого договора холдинговых отношений подчиненности, характеризующих принадлежность торговых объектов к единой торговой сети. Следовательно, рассматриваемый критерий принадлежности к единой торговой сети через использование единых средств индивидуализации является ошибочным. Если в процессе правоприменения опираться на названный критерий, под ограничение о занятии новых торговых площадей, установленное в ст. 14 Закона о торговле, адресованное торговой сети, могут попасть субъекты, которые, по большому счету, не являются частями торговой сети и сохраняют значительную степень самостоятельности.
Полагаем, что при регулировании рассматриваемого вопроса, а именно принадлежности того или иного торгового объекта к торговой сети, следует признать целесообразным применение правовых конструкций, предлагаемых для описания холдингов. При решении вопроса о принадлежности того или иного объекта к торговой сети необходимо отталкиваться от критериев отношений зависимости и контроля — так называемых холдинговых отношений. Более того, полагаем разумным для определения такого понятия, как «торговая сеть», в контексте рассматриваемого закона воспользоваться определением, предлагаемым для холдингов [2]. Представляется, что наиболее подходящим будет определение торговой сети как совокупности двух и более торговых объектов, находящихся под управлением одного лица или же нескольких лиц, являющихся частями одного холдинга. При этом под управлением подразумевается деятельность, связанная непосредственно с управлением торговлей, а именно определение ассортимента, ценообразования,
параметров расчетно-кассового обслуживания, равно как и руководство прочими процессами, непосредственно связанными с осуществлением торговой деятельности. Однако, прежде чем изменять названным образом определение торговой сети в Законе о торговле, следует внести в Гражданский кодекс следующее определение холдингов и холдинговых компаний: холдинг — структурированное объединение трёх и более взаимосвязанных организаций (индивидуальных предпринимателей), не обладающее статусом юридического лица, однако имеющее частичную правосубъектность в отдельного вида правоотношениях и выступающее на различных рынках товаров и услуг в качестве единого, консолидированного субъекта. Термином «холдинговая компания» обозначается центральное звено такого объединения, прямо или косвенно осуществляющее контроль над каждым членом холдинга и над всем холдингом в целом путём преобладающего участия в их уставном капитале, в силу договорных отношений или же какими-либо иными способами. Контроль выражается в возможности холдинговой компании оказывать определяющее влияние на деятельность всего холдинга и отдельных его частей.
Однако, в связи с практическим применением предлагаемых нововведений в законодательстве, возникает существенный вопрос: кто и на основании каких критериев будет выявлять наличие холдинговых отношений и определять, является лицо, под контролем которого находится торговый объект, частью холдинга или же оно действует совершенно самостоятельно? Названный вопрос приобретает особую важность в свете ограничения, приводимого в ст. 14 Закона о торговле — а именно запрет на увеличение торговых площадей хозяйствующих субъектов, чья доля рынка оценивается в 25% и более в границах субъектов федерации, городских образований и муниципальных округов.
Решением озвученной проблемы могло бы стать наделение специальными полномочиями органа государственной власти, имеющего территориальные органы в субъектах федерации и обладающего статистической информацией об объёмах и долях розничного рынка продовольственных товаров. Полномочия же должны заключаться в следующем: в случае возникновения намерения того или иного лица приобрести в собственность, арендовать или иным образом получить в пользование дополнительную торговую площадь торговых объектов, такое намерение подлежит согласованию с уполномоченным органом государственной власти. Орган государственной власти же, в свою очередь, при согласовании такого вопроса должен провести всесторонний анализ деятельности хозяйствующего субъекта, целью которого должно быть выяснение, является ли субъект членом холдинга и занимает ли данный холдинг на розничном рынке продовольствия в рамках субъекта федерации, городского образования или муниципального округа долю в размере 25%. В целях установления холдинговых отношений уполномоченный орган должен иметь также право запрашивать все необходимые документы — учредительные документы юридических лиц, соглашения, устанавливающие финансирование хозяйствующих субъектов, договоры коммерческой концессии и лицензионные соглашения, образцы договоров поставки продовольственной продукции, документы, подтверждающие состав собственников долей в уставном капитале и реестры акционеров, равно как и поимённые списки руководящих сотрудников. Также уполномоченному органу должно быть предоставлено право потребовать от заявителя раскрыть структуру собственности в том случае, если в составе участников или ключевых акционеров присутствуют иностранные лица. В случае если не будет установлено признаков холдинговых отношений или же холдинг, частью которого является лицо, намеревающееся приобрести дополнительную торговую площадь, не занимает на розничном рынке продовольственных товаров долю в размере 25%, уполномоченный орган государственной власти даёт положительное заключение на приобретение хозяйствующим субъектом дополнительной торговой площади. В противном же случае в приобретении дополнительных торговых площадей должно быть отказано в целях препятствования возникновению монополистических тенденций на региональных розничных рынках продовольственных товаров. Полагаем, что названными полномочиями следует наделить орган, осуществляющий сбор и анализ статистической информации, а именно Росстат — Федеральную службу государственной статистики. Естественно, в случае реализации такого предложения следует скорректировать в соответствии с предлагаемым определением торговой сети методику сбора и анализа информации о долях продовольственного розничного рынка, в настоящее время утвержденную Постановлением Правительства Р Ф от 04. 05. 2010 № 305 [4], а именно её раздел IV.
Вместе с тем предлагается также несколько изменить формулировку ст. 14 Закона о торговле. В настоящий момент она создаёт ограничения лишь для тех сделок, предметом которых является непосредственное приобретение или аренда дополнительных торговых площадей хозяйствующим субъектом, занимающим более 25% рынка продовольственных товаров. При этом сделки, предметом которых является покупка долей в уставном капитале или же акций юридических лиц, являющихся владельцами или арендаторами торговых площадей, в буквальном смысле ст. 14 не относятся к сделкам, попадающим под ограничение. Следовательно, хозяйствующий субъект теоретически может стать единственным участником или акционером других юридических лиц, обладающих торговой недвижимостью, при этом не заключая сделок о покупке или аренде торговых площадей и тем самым увеличивая свою долю присутствия на региональном продовольственном рынке до фактически неконтролируемых масштабов. Названный недостаток юридической техники можно устранить, изменив формулировку статьи 14 Закона о торговле следующим образом: «Хозяйствующий субъект, который осуществляет розничную торговлю продовольственными товарами посредством организации торговой сети (за исключением сельскохозяйственного потребительского кооператива, организации потребительской кооперации) и доля которого превышает двадцать пять процентов объема всех реализованных продовольственных товаров в денежном выражении за предыдущий финансовый год в границах
субъекта Российской Федерации, в том числе в границах города федерального значения Москвы или Санкт-Петербурга, в границах муниципального района, городского округа, не вправе приобретать или арендовать в границах соответствующего административно-территориального образования дополнительную площадь торговых объектов для осуществления торговой деятельности, равно как совершать иные сделки, в результате которых хозяйствующий субъект прямо или косвенно получает права владения, пользования или распоряжения торговыми площадями по любым основаниям, в том числе в результате введения в эксплуатацию торговых объектов, участия в торгах, проводимых в целях их приобретения, приобретения долей в уставном капитале и акций хозяйственных обществ».
Следует отметить также и тот факт, что в настоящее время не создан превентивный механизм, препятствующий разрастанию торговых сетей еще на стадии их намерения приобрести дополнительные площади. Норма, содержащаяся в ч. 2 ст. 14 Закона о торговле, которая позволяет обратиться в суд любому заинтересованному лицу либо уполномоченному в области антимонопольной политики органу с исковым заявлением о применении последствий недействительности сделки, по которой торговая сеть приобретает дополнительную торговую площадь, фактически подлежит применению лишь постфактум, уже после того, как сделка совершена. Ни одна из сторон сделки по приобретению торговой площади не заинтересована в применении к ней последствий недействительности — ведь двусторонняя реституция приведёт лишь к дополнительным убыткам. Большое количество подобных прецедентов повлечёт за собой крайнюю нестабильность и негативные настроения на рынке нежилой недвижимости. В настоящее время не существует правовых норм, которые позволяли бы, с одной стороны, «отсеивать» подобные сделки, не соответствующие ограничительным положениям, ещё на стадии намерения их заключить, а с другой стороны, гарантировать стабильность и законность правоотношений участников соглашений по приобретению торговых площадей. Предлагаемый выше механизм согласования названных сделок с Федеральной службой статистической информации мог бы решить рассматриваемую проблему.
Однако возникает опасение, что в случае, если Федеральная служба государственной статистики получит такие важные полномочия по ограничению разрастания продовольственных торговых сетей, в этой сфере могут возникнуть различного характера злоупотребления. Среди таких злоупотреблений самыми серьёзными представляются необоснованные отказы в согласовании приобретения дополнительных торговых площадей, затягивание процедуры такого согласования, а также возможность возникновения сопутствующих коррупционных тенденций. Риск возникновения таких негативных явлений можно свести к минимуму, установив предельный срок рассмотрения заявок на приобретение торговых площадей, а также жесткие санкции за его пропуск в отношении должностных лиц, осуществляющих согласование. В случае же необоснованной выдачи отрицательных заключений по данному вопросу хозяйствующим субъектам, чьи заявки были отклонены, должно быть предоставлено право обжаловать такое заключение в арбитражном суде. Если же суд признает отказ необоснованным, к должностному лицу, не согласовавшему приобретение дополнительных торговых площадей, могут быть применены санкции дисциплинарного характера.
Таким образом, необходимо заключить, что в настоящее время один из основных нормативных правовых актов, регулирующих сферу розничной торговли, а именно Закон о торговле, не обеспечивают надлежащего регулирования общественных отношений в рассматриваемой области. Одна из причин этого кроется в том, что названный закон оперирует несовершенным и во многом устаревшим понятийным аппаратом. Следует обратить особое внимание на тот факт, что в настоящее время со стороны продавца выступает, как правило, не самостоятельное юридическое лицо, а организация, являющаяся подконтрольным составным звеном того или иного розничного торгового холдинга. В свою очередь, Закон о торговле в части определения понятия торговых сетей и описания существующих механизмов ограничения их разрастания содержит большое количество неточностей и недостатков. В связи с этим предлагается ввести в Гражданский кодекс определение холдинга как структурированного объединения трёх и более взаимосвязанных организаций (индивидуальных предпринимателей), не обладающего статусом юридического лица, однако имеющего частичную правосубъектность в отдельного вида правоотношениях и выступающего на различных рынках товаров и услуг в качестве единого, консолидированного субъекта.
Определение торговой сети следует изложить следующим образом. Торговая сеть — это совокупность двух и более торговых объектов, находящихся под управлением одного лица или же нескольких лиц, являющихся частями одного холдинга. При этом под управлением подразумевается деятельность, связанная непосредственно с управлением торговлей, а именно определение ассортимента, ценообразования, параметров расчетно-кассового обслуживания, равно как и руководство прочими процессами, непосредственно связанными с осуществлением торговой деятельности.
Вместе с тем необходимо усовершенствовать норму, ограничивающую рост торговой сети свыше 25% регионального рынка, а именно следует ввести институт согласования сделок по приобретению дополнительной площади торговых объектов (долей и акций хозяйственных обществ, обладающих торговыми площадями) с Федеральной службой государственной статистики, так как в настоящее время закон позволяет лишь постфактум применить последствия недействительности к уже заключённой сделке. Данное решение, с одной стороны, будет своим превентивным характером гарантировать законность заключаемых сделок и препятствовать заключению ничтожных соглашений, а с другой — позволит избежать риска применения к названным сделкам последствий недействительности и будет способствовать стабилизации рынка торговой недвижимости.
Список литературы
1. Взлеты и падения продовольственных сетей [Электронный ресурс]. URL: http: //www. sibmag. com/ (дата обращения: 06. 01. 2010).
2. Кутин Е. О. Понятие холдингов в российском и зарубежном законодательстве // Вопросы гуманитарных наук. М.: Спутник+, 2011. № 4.
3. Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации: Федеральный закон от 28. 12. 2009 № 381-Ф3 // Российская газета. 2009. 30 декабря.
4. Об утверждении методики расчета объема всех продовольственных товаров, реализованных в границах субъекта Российской Федерации, в том числе городов федерального значения Москвы и Санкт-Петербурга, и в границах муниципального района, городского округа, в денежном выражении за финансовый год и определения доли объема продовольственных товаров, реализованных хозяйствующим субъектом, осуществляющим розничную торговлю такими товарами посредством организации торговой сети (за исключением сельскохозяйственного потребительского кооператива, организации потребительской кооперации), в границах соответствующего административно-территориального образования в денежном выражении за финансовый год: Постановление Правительства Р Ф от 04. 05. 2010 № 305 // Собрание законодательства РФ (СЗРФ). 2010. № 19. Ст. 2328.
5. Обзор российского рынка сетевого продуктового ритейла 2007 [Электронный ресурс]. URL: http: //www. marketcenter. ru/ (дата обращения: 11. 05. 2009).
6. Пояснительная записка к законопроекту № 231 757−5 [Электронный ресурс] // Официальный сайт Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации. URL: http: //www. duma. gov. ru/systems/law/ (дата обращения: 01. 03. 2009).
LEGAL REGULATION OF TRADE NETWORKS CREATION BY THE RUSSIAN HOLDINGS
Kutin Evgenii Olegovich
Russian State Classical University eugen-kutin@yandex. ru
The author considers the legal status of trade networks, covers the shortcomings of the current legislation, puts forward proposals
on the improvement of anti-monopoly norms in the legislation on trade, as well as on the change of trade networks definition, and
suggests correcting the legal regulation of trade networks activity, considering them as the holding association participants.
Key words and phrases: retail trade- trade network- holding- franchising- commercial property- retail.
УДК 32 Политология
Статья посвящена анализу партийной системы Португалии в условиях военной диктатуры, возникшей после переворота 28 мая 1926 г. Кратко описывается сущность данного типа авторитарного политического режима, рассматривается эволюция партийной системы от «беспартийной» к фактически однопартийной, ставшей основой для режима «Нового государства» Антониу Салазара.
Ключевые слова и фразы: политические партии- «Новое государство" — партийная система Португалии- военная диктатура- Антониу Салазар.
Кутырев Георгий Игоревич
Российский государственный гуманитарный университет kutyrevgeorge@gmail. com
РАЗВИТИЕ ПАРТИЙНОЙ СИСТЕМЫ В ПЕРИОД ВОЕННОЙ ДИКТАТУРЫ В ПОРТУГАЛИИ (1926−1933 ГГ.)(c)
К моменту очередного военного переворота, ставшего для Первой Португальской республики роковым, процесс распада внутри её политической системы уже достиг критической точки. На всех уровнях государственной машины был полный паралич механизмов согласования и контроля, партийная система находилась в крайне нестабильном и раздробленном состоянии: многочисленные системные и антисистемные партии вступали друг с другом в острую борьбу, из-за чего не могла эффективно функционировать парламентская система. Сам процесс принятия политических решений республиканским правительством носил алогичный и хаотичный характер. Все перечисленные моменты говорили о том, что власть республики мертва, что она давно стала политическим трупом. Военный переворот 28 мая 1926 г. под руководством генерала М. Гомеша да Кошты лишь довершил начатое самими республиканцами.
© Кутырев Г. И., 2013

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой