Правовой статус должностных лиц полиции, уполномоченных осуществлять дознавательно-следственную деятельность в Российской империи (конец XVIII - середина XIX века)

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Юридические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Рябченко Александр Григорьевич
доктор исторических наук, кандидат юридических наук, профессор, профессор кафедры теории и истории права и государства Краснодарского университета МВД России (тел.: +78 612 583 414)
Правовой статус должностных лиц полиции, уполномоченных осуществлять дознавательно-следственную деятельность в Российской империи (конец XVIII — середина XIX века)
В статье анализируется нормативно-правовая основа деятельности полиции на досудебной стадии уголовного судопроизводства в России конца XVIII — середины XIX в. Дается оценка основных этапов в организационном развитии института дознания и предварительного следствия.
Ключевые слова: следственные функции, судебный пристав, земская полиция, судебный следователь.
A.G. Ryabchenko, Doctor of History, Master of Law, Professor, Professor of the Chair of Theory and History of Law and State of the Krasnodar University of the Ministry of the Interior of Russia- tel.: +78 612 583 414.
The legal status of police officers authorized to carry out inquiry and investigative activities in the Russian Empire (the end of XVIII — the middle of XIX century)
The article examines the legal framework of police activity at the pre-trial stage of criminal proceedings in Russia from the end of XVIII to middle of XIX century. The estimation of the main stages in organizational development of inquiry and preliminary investigation institute is given.
Key words: investigative functions, bailiff, rural police, coroner.
Правовой статус должностных лиц полиции, уполномоченных выполнять до-знавательные и следственные функции на досудебной стадии, стал определяться на системном уровне лишь к концу XVIII в., причем это делалось одновременно с упорядочением структурной организации полиции. Так, в Уставе благочиния, или полицейском [1] в самом начале документа определена структура полиции: «1. В каждом городе благочиние поручается единому месту, которое в каждом городе учреждается под названием: управа благочиния или полицейская. 2. В управе благочиния заседает городничий и заседает пристав уголовных дел, пристав гражданских дел и два ратмана. 3. В столице определяется полицмейстер, которому под обер-полицмейстером и выше приставов в уголовных и гражданских дел заседать в управе благочиния… 5. Дабы благочиние в городе порядочно могло быть отправляемо, полагается, смотря на местоположение или обширность город разделить на две или более части… 7. В каждой части города определяется частный пристав… 11. В каж-
дый квартал определяется квартальный надзиратель. 12. В каждый квартал определяется в помощь квартальному надзирателю по одному квартальному поручику». Как видно, законодатель определил иерархию полицейских должностей, которые по своей компетенции могли принимать и исполнять производство предварительного следствия.
При этом в качестве субъекта производства предварительного следствия выделяется частный пристав. Так, согласно ст. 103 Устава благочиния «частный пристав словесно изсле-дует учиненныя проступки, злоупотреблении и преступлении, что словесно изследует, то записать- то же и о чем наведываться придет ради объяснения либо ради связи дела, дабы истинна содеяннаго обнаружилась». Как видно, предписывается производить допросы и протоколировать их. Данные следственные действия пока еще не выделяются как самостоятельные процессуальные институты — это произойдет позже [2, с. 31]. В начале XIX в. указанные нормы продолжали действовать (и будут действовать в своей основе вплоть до
18
создания института судебных следователей). Вместе с тем, законодатель уточнял некоторые аспекты, связанные, в том числе, с наделением органов полиции полномочиями проводить предварительное следствие.
Так, 1 декабря 1806 г. был принят Указ Московскому военному губернатору «О градской и земской полиции, разделениях последней на станы и становых приставов» [3, с. 140−141]. Этим Указом ввиду «необходимости соединить действие московской градской полиции с земской полицией Московского уезда и находя причины» предписывалось Московский уезд в отношении земской полиции разделить на шесть станов «по расписанию, от вас представленному». В каждом стане полагалось определить одного станового пристава. При этом «места сии наполнять из квартальных надзирателей московской полиции. Приставы имеют быть подчинены земскому исправнику. Действие московской градской полиции в случае поисков и преследования виновных не пресекать городской чертою, но продолжать до первого стана земской полиции, коего пристав обязан принимать деятельнейшие меры и удовлетворять требованиям градской полиции, не ожидая предписания земского начальника. К обязанности станового пристава относится наблюдение и полицейский надзор по всем предметам, по Учреждению о губерниях к земской полиции принадлежащим». Этим указом в качестве должностного лица, производящего предварительное расследование на указанной территории, определялся становой пристав.
Такие же должности вводились и в других губерниях. Но уже 29 августа 1808 г. был утвержден Указ «О следственных приставах, определяемых при полиции» [4, с. 221], которым впервые законодатель достаточно четко выделил должностное лицо полиции, которое целенаправленно должно было заниматься именно предварительным следствием по «уголовным преступлениям». Вместе с тем, нужно заметить, что тогда этот Указ был обращен «Господину Санкт-Петербургскому Военному губернатору». Из его содержания видно, что столичный губернатор, вероятно, не без инициативы полицейского руководства, озаботился проблемой организационного усовершенствования реализации предварительного следствия как одной из функций полиции. Очевидно, что это рано или поздно должно было случиться, поскольку частные приставы физически не могли справиться с объемом следственной работы. Кроме того, и это не менее, а скорее всего более важно, следственная работа была специ-
фической, она предполагала наличие необходимых профессиональных знаний и навыков, а также жизненного опыта, и поручать ее любому полицейскому становилось уже невозможным [5, с. 52]. Выделение судебных приставов как отдельной категории полицейских служащих следует расценивать как важнейший этап в организационном развитии института дознания и предварительного следствия в России.
Вместе с тем, если в столицах ситуация с выделением из полицейского штата приставов-следователей стала как-то решаться, то в провинциях организационный вопрос о том, кому проводить следствие, решался с большим трудом. В частности, в ряде губерний долго не мог решиться вопрос о том, кому заниматься предварительным следствием по «старым и запущенным» делам, и в результате его пришлось рассматривать по распоряжению императора в Сенате. В соответствующем указе, принятом в июле 1812 г. [6, с. 256−257], в частности, отмечается: «Правительствующий Сенат слушали рапорт Волынского Губернского Правления, в коем изъясняло, что по окончании в июле месяце 1811 года по тамошней Губернии дворянских выборов установлены оным Правлением, на основании Высочайше утвержденного 14-й день Ноября 1809 года донесения Тверского, Новгородского и Ярославского Генерал-Губернатора, в десяти Нижних земских Судах для окончания старых и запущенных дел временные Суды, кои и велено таковые дела отослать- но что когда Заславский и Бобруйский Нижние Земские, да Луцкий, Овручский, Дубенский и Староконстантиновский временные Суды испрашивали разрешения: долженствуют ли временные Суды заниматься в повете по старым делам производством следствий? Губернское Правление, основываясь, с одной стороны, на 5-м пункте Высочайше утвержденного донесения Новгородского, Тверского и Ярославского Генерал-Губернатора, в коем сказано: что временные Нижние земские Суды не должны производить сами никаких следствий и не иметь никакого дела до Земской Полиции, но ограничатся окончанием только старых дел- а с другой, видя, что ежели уклонить временные Нижние Земские Суды от производства следствий по старым неоконченным делам и возложить сие на настоящие Земские Суды, то не только временные Суды не будут споспешествовать окончанию старых и запущенных дел, но еще настоящим судам перепискою с временными Судами встретится лишнее затруднение». Как видно, речь идет о бюрократической волоките, затруднявшей производство уголовных дел.
19
В дальнейшем принимались акты, которые уточняли некоторые позиции в полицейском ведомстве. Так, 1 июля 1837 г. было утверждено Положение о земской полиции [7]. Здесь, в частности, указывалось, что «всеми делами и распоряжениями, до земской полиции относящимися, заведывает учрежденный в каждом уезде земский суд и подчиненные ему, действующие по его предписаниям и постановленным правилам, лица … Земский суд составляется из председательствующего в оном земского исправника и нескольких заседателей, из коих один именуется старшим непременным заседателем … Заседатели земского суда имеют каждый в своем непосредственном ведении один из участков или станов, на кои разделяется уезд- они именуются становыми приставами … Для исполнения приказаний станового пристава и непосредственного надзора за благочинием находятся в селениях сотские и подведомственные им десятские». Указывалось далее, что «земские исправники и старшие непременные заседатели земских судов избираются в сии должности дворянством во всех местах, где, на основании законов, существуют дворянские выборы- в прочих они назначаются от короны по установленному порядку. Участковые заседатели или становые приставы определяются от короны губернским правлением, преимущественно из местных, имеющих в той губернии недвижимую собственность, дворян. Губернское дворянское собрание, при общих выборах, составляет список дворянам и чиновникам, кои, по мнению оного, могут с пользою занять места становых приставов, и представляет сей список начальнику губернии для надлежащих в нужном случае соображений. Сельские заседатели избираются казенными поселянами и вольными хлебопашцами по правилам, для сего предписанным, из дворян, чиновников, разночинцев, однодворцев или поселян беспорочного поведения- они утверждаются в должности губернским правлением». Здесь обращает на себя внимание то обстоятельство, что выборность должностных лиц земской полиции, учитывая, что далеко не все дворяне желали служить в этой области, отнюдь не всегда означала профессиональный подход в формировании корпуса следственного аппарата, и данное обстоятельство также обостряло проблему качества следственной деятельности органов полиции в рассматриваемый период.
Указанное положение дел в своей основе сохранялось вплоть до полицейской реформы на рубеже 1860-х гг., которая осуществлялась в рамках более широкой реформы правоохра-
нительных органов. Так, 8 июня 1860 г. Александр II подписал указ, утверждая следующие основные акты: «Учреждение судебных следователей» [8], «Наказ судебным следователям» [9], «Наказ полиции о производстве дознания по происшествиям, могущим заключать в себе преступления или проступок» [10]. В преамбуле указа были сформулированы мотивы и цели предпринятой реформы: «Желая дать полиции больше средств к успешному отправлению ее обязанностей столь важных для порядка и спокойствия жителей всех состояний и определить точное свойство и круг ее действий, мы признали за благо отделить от полиции вообще производство следствий по преступлениям и проступкам, подлежащим рассмотрению судебных мест. Предположение по сему предмету, равно полезные и необходимые для правильного течения судных дел, были по воле Нашей тщательно и подробно обсуждены Государственным Советом, согласно с мнением коего Мы повелеваем: 1) Отделить следственную часть от полиции во всех управляемых по Общему Учреждению сорока четырех губерниях Империи и назначить в сии губернии особых, подведомственных Министру Юстиции, чиновников для производства следствий о всех преступлениях и проступках, подлежащих ведению судебных мест, наименовав сих чиновников судебными следователями. 2) На обязанности полиции оставить только исследование по преступлениям и проступкам маловажным, которые предоставлены разбору и суждению самих полицейских властей, а также и дознание о происшествии, кои могут, по связи с преступлением более важным, подлежать рассмотрению мест судебных» [8].
В средствах массовой информации того времени отмечалось, что «Учреждение судебных следователей — это решительная попытка выйти из смешения властей. Уголовное следствие признано частью судебного производства, поставлено в органическую с судебным. делом, изъято из-под влияния чужой власти» [11, с. 374]. В этом полицейско-следственном решении многие видели предвестие глубоких реформ всего правосудия, в частности, одна из газет писала о том, что «что русское уголовное судопроизводство переносится на плечах судебных следователей в новую эпоху развития, где ожидает его, как кажется, блестящая будущность» [12]. В развитие этого направления 25 декабря 1862 г. были подписаны Временные правила о полиции, в которых окончательно были уточнены функции полиции на досудебной стадии уголовного судопроизводства.
20
1. Устав благочиния, или полицейский от 8 апреля 1782 г. //ПСЗ. Собр. первое. № 15 379.
2. Жидких А. А., Статкус В. Ф. Органы предварительного следствия в системе МВД Российской Федерации. История, современное состояние и перспективы М., 2000.
3. Указ Московскому военному губернатору «О градской и земской полиции, разделениях последней на станы и становых приставов» от 1 декабря 1806 г. // Собрание законов о полицейском управлении или наказы губернаторские и устав Управы благочиния с включением законов, им предшествовавших и последовавших, с 1708 по апрель месяц 1823. Составил редактор Комиссии составления законов П. Хавский. СПб., 1823.
4. Указ Правительствующего Сената «О временных Нижних Земских судах, как они поступают в производстве дел» (июль 1812 г.) // Там же.
5. Хоконова М. Р. Институт предварительного расследования по уголовным делам в российском законодательстве дореформенного периода XIX в. (историко-правовое исследование): дис. … канд. юрид. наук. Краснодар, 2010.
6. Указ «О следственных приставах, определяемых при полиции» от 29 августа 1808 г. // Собрание законов о полицейском управлении или наказы губернаторские и устав Управы благочиния.
7. Положение о земской полиции от 1 июля 1837 г. //ПСЗ. Собр. второе. № 10 306.
8. Учреждение судебных следователей от 8 июня 1860 г. // Там же. № 35 890.
9. Наказ судебным следователям от 8 июня 1860 г. // Там же. № 35 891.
10. Наказ полиции о производстве дознания по происшествиям, могущим заключать в себе преступления или проступок от 8 июня 1860 г. // Там же. № 35 892.
11. Русский вестн. 1860. Т. 37.
12. Московские ведомости. 1860. 11 окт.
1. Charter of decorum, or police of April 8, 1782 // Complete collection of laws. First coll. № 15 379.
2. Zhidkih A.A., Statkus V.F. Preliminary investigation bodies in the Ministry of Internal Affairs of the Russian Federation. History, current state and prospects. Moscow, 2000.
3. Decree to the Moscow military governor «On grad and rural police, the division of the latter on the mills and become bailiffs» of December 1, 1806 //Collection of laws on the police department or the governor and the statute mandates Justices deanery with the inclusion of the laws, they were preceded and followed, from 1708 to April 1823. Compiled by the editor of the Commission to formulate laws P. Havsky. St. Petersburg, 1823.
4. Decree «& lt-On Bailiffs investigation determined when the police» of August 29, 1808 // Ibid.
5. Hokonova M.R. Institute of preliminary investigation of criminal cases in the Russian legislation of the pre-reform period of the XIX century (historical and legal research): diss. … Master of Law. Krasnodar, 2010.
6. Decree of the Government Senate «About the time of the Lower Zemsky ships as they come in the production of works» (July 1812) // Collection of laws on the police department or the governor and the statute mandates Justices deanery.
7. Regulation on rural police of July 1, 1837 // Complete collection of laws. Second coll. № 10 306.
8. Establishment of forensic investigators of June 8, 1860 // Ibid. № 35 890.
9. Mandate to forensic investigators of June 8, 1860 // Ibid. № 35 891.
10. Mandate to police on the inquiry of the incidents which may attach to a crime or offense of June 8, 1860 // Ibid. № 35 892.
11. Russian gazette. 1860. Vol. 37.
12. Moscow news. 1860. Oct. 11.
21

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой