Деятельность межсекционных бюро инженеров и техников по защите интересов инженерно-технической интеллигенции в годы нэпа (на материалах Центрального промышленного района)

Тип работы:
Реферат
Предмет:
История. Исторические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

6. Журналы выдаются для чтения на дом по истечении месяца со дня получения, т. е. по получении Кабинетом следующего №, а газеты по истечении недели, или иначе через почту. Срок пользования новейшими журналами и газетами назначается трехдневный.
7. Печатный каталог книг и подробные правила библиотеки каждый из абонирующихся может получить за плату стоимости печатания.
8. Все абонирующиеся и все посетители Кабинета для чтения — приглашаются предъявлять письменно свои соображения, могущие послужить к улучшению и развитию Кабинета.
УДК 62
Ермушин Максим Валерьевич
Костромская государственная сельскохозяйственная академия
erm@nw. ksaa. edu. ru
ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ МЕЖСЕКЦИОННЫХ БЮРО ИНЖЕНЕРОВ И ТЕХНИКОВ ПО ЗАЩИТЕ ИНТЕРЕСОВ ИНЖЕНЕРНО-ТЕХНИЧЕСКОЙ ИНТЕЛЛИГЕНЦИИ В ГОДЫ НЭПА (на материалах Центрального промышленного района)
В статье анализируется деятельность профессиональной организации инженерно-технической интеллигенции по защите их интересов.
Ключевые слова: инженерно-техническая интеллигенция, межсекционные бюро инженеров и техников, НЭП, Центральный промышленный район.
В отечественной историографии вопросу деятельности Всесоюзного межсек-ционного бюро инженеров и техников (ВМБИТ) и инженерно-технических секций (ИТС) по защите прав инженерно-технической интеллигенции уделялось недостаточно внимания. В исследованиях советских историков работа ВМБИТ рассматривалась в нескольких аспектах:
1) как путь перевоспитания старых специалистов и их привлечения к социалистическому строительству-
2) как решение проблемы взаимоотношений между профессиональными союзами и специалистами-
3) как форма сплочения новой инженернотехнической интеллигенции.
При этом защита ИТР, как прямая функция профсоюзной организации инженеров, выпала из поля внимания ученых [1]. В 1990-е гг. на первый план исследований выходит вопрос о правовом положении инженерно-технической интеллигенции. В связи с этим более глубокому анализу подвергнута работа ВМБИТ по защите прав специалистов. В немногочисленных работах деятельность ВМБИТ в этом направлении оценивается неоднозначно. Часть историков, например
В. Н. Абрамов, исходят из того, что ИТС были не способны защитить права специалистов, поскольку изначально ориентировались на проведение
антиинтеллектуальной политики советского государства в отношении интеллигенции [2].
Другие исследователи, как, например, Л. И. Пыстина, признают роль ИТС в защите прав инженерно-технической интеллигенции [3]. Л. И. Пыстина выделила два аспекта, в которых деятельность ВМБИТ оказалась наиболее результативной: допуск к высшему образованию детей ИТР и обеспечение инженеров и техников жильем. В то же время автор отмечает, что в обоих случаях интересы ИТР полностью реализованы не были.
Вне поля зрения исследователей остались количественные показатели численности ВМБИТ. Этот вопрос важен для выяснения эффективности защитной работы ВМБИТ, поскольку ИТС могли отстаивать интересы только своих членов. Те, кто находился вне профсоюзов, не могли рассчитывать на помощь ИТС.
В целом, общее мнение современных исследователей таково, что права инженерно-технической интеллигенции остались декларацией. Если рассматривать защитную деятельность ИТС в этом контексте, то необходимо признать, что она провалилась. На наш взгляд, такой подход сильно упрощен.
Наиболее полно сведения по изучаемой проблеме отражены в документах профсоюзных организаций и органов Народного комиссариата труда (НКТ). Материалы дают информацию о ко-
Таблица1
Численность МБИТ губерний Центрального промышленного района в 1923—1927 гг.
Губерния Год образования ГМБИТ Численность ИТР в ГМБИТ
1923 1924 1925 1926 1927
Владимирская 1923 122 470 594 665 1059
Иваново-Вознесенская 1922 112 383 817 1137 1215
Калужская 1923 — 124 430 644 661
Нижегородская 1922 704 796 1420 1964 2035
Тульская 1923 111 274 621 755 870
Ярославская 1923 180 535 928 1069 965
Костромская 1924 — - 598 542 641
Московская 1924 — 5195 — 15 614 16 962
личестве и формах конфликтов. Сохранились протоколы некоторых судебных заседаний, переписка официальных лиц по различным делам, письма фигурантов с объяснением своих позиций, жалобы на несправедливый исход дела и т. д.
Впервые профессиональная организация инженеров и техников — Всероссийская ассоциация инженеров (ВАИ) — была образована в декабре 1918 г. Вслед за этим начали возникать инженерно-технические секции. Однако в условиях милитаризации труда и всеобщей трудовой повинности о защите интересов инженерно-технической интеллигенции не могло быть и речи. Методы трудовых мобилизаций, милитаризация профессиональной деятельности не давали ВАИ возможности выполнять свои обязанности.
Новый толчок к развитию профессионального движения инженерно-технической интеллигенции связан с переходом к нэпу и отказом советского правительства от применения принудительного труда. С принятием в 1922 г. нового Трудового кодекса возникли условия для защиты прав ИТР. Правительство принимает новую стратегическую линию — привлечение специалистов к хозяйственному и культурному строительству. Это нашло отражение в известном постановлении Совнаркома РСФСР от 25 августа 1921 г. «О мерах к поднятию уровня инженерно-технических знаний в стране и к улучшению условий инженерно-технических работников РСФСР» и резолюции XI партийного съезда «Профсоюзы и спецы».
В ноябре 1921 г. ВЦСПС одобрил «Положение об инженерном центре». Позднее, в октябре
1922 г., на V Всероссийском съезде профсоюзов принято решение об обязательном создании в профессиональных союзах инженерно-технических секций [4]. В декабре 1922 г. состоялся I Всероссийский съезд инженеров, на котором
присутствовало 207 человек. Губернские межсек-ционные бюро (ГМБИТ) стали образовываться с 1922 г. В декабре было всего 5 ГМБИ, в июне
1923 г. — 23, а к 23 февраля 1924 г. — 47 [5]. Их численный состав быстро рос. Так, в Ярославском ГМБИТ на декабрь 1923 г. состояло 177 человек, а на 1 июня 1924 г. — 535 человек. В Иваново-Вознесенском ГМБИТ в марте 1924 г. — 383, в декабре насчитывалось уже 557 членов. Калужское ГМБИТ к 1 апреля 1924 г. насчитывало 118 ИТР, к 1 июля — 124 [6]. То есть прирост составлял от 7% до 67% за несколько месяцев.
Однако оценить, какое количество инженеров и техников не вошло в инженерно-технические секции, достаточно сложно. Это связано с проблемой определения численности инженеров и техников в целом. Если сравнить численность ИТР, зарегистрированных подотделами учета и распределения технических сил Губернских отделов труда в 1924 г., и данные о количестве членов ГМБИТ, то более 50% инженеров и техников Московской губернии и 80% Калужской не входили в состав профсоюзов [7]. К 1927 г. численность членов ГМБИТ значительно возрастает.
В таблице 1 представлены данные об изменении количественного состава МБИТ в губерниях Центрального промышленного района в 19 231 927 гг. [8].
Как видно из таблицы 1, в 1923—1924 гг. положительная динамика охвата ИТР профсоюзами высока. В ряде регионов (во Владимирской, Иваново-Вознесенской губерниях) она составляла более 200%. К 1927 г. процент прироста членов профессиональных организаций, в отношении к предыдущему году, снижается. Его верхний показатель — 59,2% во Владимирской губернии, нижний — 2,6% в Калужской губернии. Это связано с тем, что к 1927 г. большая часть специалистов
были охвачена профессиональным движением. В 1925 г. Тверским ГМБИТ по союзу текстильщиков охвачено 98% специалистов, строителей, горняков и коммунальщиков — 100%. К концу 1926 г. в Тверской губернии вне профсоюзов находилось 15% от общего числа ИТР [9]. Не вошли, главным образом, инженеры и техники, работавшие на мелких предприятиях, удаленных от Твери в Калининском, Кимрском и Весьегонском уездах, где ИТС не существовало.
В декабре 1926 г. VII Всесоюзный съезд профсоюзов принял решение об обязательном членстве ИТР в инженерно-технических секциях отраслевых профсоюзов. В отчетах 1926−1927 гг. губернские МБИТ Центрального промышленного района констатировали либо полное вовлечение ИТР в профсоюзную работу, либо незначительное количество оставшихся вне ее. Как видно, с полной уверенностью можно констатировать, что к 1928−1929 гг. все инженерно-технические работники были включены в профессиональные организации.
Таким образом, о защите инженерно-технической интеллигенции со стороны профсоюзов можно говорить лишь с середины 1920-х гг., когда инженерно-технические секции получили организационное оформление и большая часть специалистов стала их членами.
Актуальной проблемой для инженерного корпуса в 1920-е гг. являлось отсутствие типового положения об их правах и обязанностях на производстве. До 1927 г. права и обязанности инженеров регулировались только лишь коллективны-
ми договорами. Однако особенность их заключения была такова, что администрация предприятий старалась исключить пункты о правах инженеров или не прописывать их подробно. В результате взаимоотношения руководства предприятий с инженерами и техниками складывались в ходе производственной практики и выливались в формы, которые не регулировались никакими нормами [10]. Инженеры попадали в сильную зависимость от дирекции, которая могла произвольно ухудшить или улучшить их положение на производстве. Зачастую инженер за любой недочет в работе или критику дирекции предприятия мог оказаться под судом. Этому способствовало отсутствие в Уголовном кодексе четкой регламентации случаев привлечения к уголовной ответственности за несоблюдение правил по технике безопасности. Имелись лишь общие нормы ответственности. Это приводило к случайности квалификации «преступлений» [11].
Так, в 1927 г. Владимирское ГМБИТ зафиксировало между инженерами и хозяйственными органами предприятий значительное количество конфликтов, которые повлекли за собой судебное преследование [12]. В 1926 г. ВМБИТ обследовало 20 тыс. инженеров. Выяснилось, что 135 привлечены к уголовной ответственности, из них за несоблюдение техники безопасности — 57%, производственные ошибки — 27,4%, злоупотребления -15,6% [13]. Как видим, лидирующей являлась статья — несоблюдение техники безопасности.
В этих условиях позиция ГМБИТ была очень важна. В октябре 1925 г. Наркомюст РСФСР по
Таблица2
ИТС — к ответственности в 1927 г.
Привлечение специалистов — членов
представлению ВЦСПС издал циркуляр, в котором разрешал включать представителей ГМБИТ в число народных заседателей губернских судов при слушании дел ИТР. На местах при ГМБИТ с целью проведения более объективного судебного расследования по делам инженеров создавались бюро судебных экспертов. Они были призваны выявить причины аварии и дать профессиональную оценку действий инженера.
Вмешательство ГМБИТ в конфликты благоприятно сказалось на правовом положении инженерно-технической интеллигенции. Так, в Тверской губернии в 1927 г. 83% судебных дел завершились в пользу специалистов [14]. В Калужской губернии этот показатель составил 75% [15]. В таблице 2 представлены данные о привлечении специалистов к судебной ответственности в 1927 г. по 5 губерниям Центрального промышленного района [16].
Как видим из таблицы 2, для специалистов значительная часть столкновений с хозяйственными органами предприятий завершались судебным преследованием. Благодаря губернским МБИТ, по 71,9% рассмотренных дел вынесены оправдательные приговоры.
Таким образом, ВМБИТ в 20-е гг. играли заметную роль в защите интересов инженерно-технической интеллигенции. Усилиями бюро был создан механизм, который позволял эффективно отстаивать права специалистов в уголовных процессах.
Библиографический список
1. Пыстина Л. И. Культурно-просветительская деятельность инженерно-технических секций профсоюзов Сибири в 1922—1928 гг. // Очерки социально-экономической и культурной жизни Сибири. Ч. 2. -Новосибирск: Изд-во СО АН СССР, 1972- Пыстина Л. И. Организация и первый этап деятельности инженерно-технических секций профсоюзов Сибири // Из истории советской интеллигенции. Новосибирск: Наука. — 1974- Халиу-лин Г. Г. Партийное руководство профессиональными инженерно-техническими секциями (ИТС) в годы первой пятилетки // Из истории профессиональных организаций Кузбасса. Материалы научной конференции по истории профсоюзных организаций Кузбасса в период строительства социализма и коммунизма (4−5 июня 1971 г.). -Кемерово, 1972. — С. 83−86- Чудиновский Г. С.
О создании инженерно-технических секций профсоюзов (1921−1925 гг.) // Из опыта КПСС в социалистическом строительстве. — Владимир, 1976- Наумов О. В. Массовые источники по истории формирования технической интеллигенции в СССР (1917 — середина 30-х годов): Дис. … канд. ист. наук / МГУ им. М. В. Ломоносова. — М., 1983. -
С. 137−150.
2. Абрамов В. Н. Техническая интеллигенция России в условиях формирования большевистского политического режима (1921 — конец 30-х гг). -СПб.: Нестор, 1997. — С. 62−63.
3. Пыстина Л. И. Проблемы изучения социально-правового положения технической интеллигенции в 20-е — начале 30-х годов // Интеллигенция, провинция, отечество: проблемы истории, культуры, политики: тез. докл. межгосударственной науч. -теорет. конференции. — Иваново: ИвГУ, 1996. — С. 424−426- Она же. «Буржуазные специалисты» в Сибири в 1920-е — начале 1930-х годов. -Новосибирск: Издательство института археологии и этнографии СО РАН, 1999. — С. 74−84.
4. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ) Ф. Р-5548. Оп. 1. Д. 1. Л. 1−3- Оп. 6. Д. 4. Л. 20- Профсоюзы СССР. Документы и материалы. В 4 т. — М.: Профиздат, 1963. — Т. 2. — С. 323.
5. См.: ГАРФ Ф. Р-5548. Оп. 3. Д. 41. Л. 4.
6. См.: ГАРФ Ф. Р-5548. Оп. 3. Д. 28. Л. 159, 162, 166- Д. 29. Л. 1, 2, 225.
7. Подсчитано автором по: ГАРФ Ф. А-390. Оп. 4. Д. 1284. Л. 60- Д. 1292. Л. 45- Ф. Р-5548. Оп. 2. Д. 13. Л. 37, 75, 79, 80, 97, 98, 104, 168, 175, 176, 185- Д. 28. Л. 48, 58, 159, 166.
8. Составлено автором по: ГАРФ Ф. Р-5548. Оп 2. Д. 13. Л. 37, 75, 79, 80, 97, 98, 104, 168, 175, 176, 185- Д. 28. Л. 48, 58, 159, 166- Д. 29. Л. 1−2, 80, 91- Оп. 4. Д. 26. Л. 149 (об), 262, 264- Д. 37. Л. 27- Д. 25. Л. 1 (об), Оп. 5. Д. 34. Л. 2- Д. 26. Л. 46- Оп. 6. Д. 41. Л. 53, 119, 125, 125 (об), 222.
9. ГАРФ Ф. Р-5548. Оп. 4. Д. 26. Л. 5- Оп. 5. Д. 27. Л. 85.
10. Российский государственный архив экономики (РГАЭ) Ф. 3429. Оп. 3. Д. 1792. Л. 15.
11. ГАРФ Ф. Р-5548. Оп. 4. Д. 43. Л. 5−6.
12. ГАРФ Ф. Р-5548. Оп. 6. Д. 41. Л. 94.
13. ГАРФ Ф. Р-5548. Оп. 6. Д. 4. Л. 49.
14. ГАРФ Ф. Р-5548. Оп. 6. Д. 41. Л. 227.
15. ГАРФ Ф. Р-5548. Оп. 6. Д. 41. Л. 106 (об).
16. Составлено автором по: ГАРФ Ф. Р-5548. Оп. 6. Д. 6. Л. 44.
УДК 281. 2
Наградов Илья Сергеевич
кандидат исторических наук
Костромской государственный историко-архитектурный и художественный музей-заповедник
nastavnik_kim@rambler. ru
ПРАВОСЛАВНЫЕ БРАТСТВА В СИСТЕМЕ ЦЕРКОВНОЙ КОНФЕССИОНАЛЬНОЙ ПОЛИТИКИ В ОТНОШЕНИИ СТАРООБРЯДЦЕВ В 1880-е — 1905 ГОДАХ
Цель работы — выявление закономерностей развития церковной конфессиональной политики синодальной церкви в отношении старообрядцев в 1880-е — 1905 гг. В результате исследования выявлено постепенное изменение форм борьбы синодальной церкви со старообрядчеством: от репрессивных воздействий к дискуссионным миссионерским формам, которые, однако, оказались малоэффективны.
Ключевые слова: конфессиональная политика, православная миссия, старообрядчество, православные брат-
ства.
Изменение политики властей в отношении старообрядцев часто совпадало. с изменениями всей внутренней политики правительства. Во многом справедливо это утверждение и для периода контрреформ 1880-х -90-х гг. В ноябре 1881 г. обер-прокурор Синода К. П. Победоносцев потребовал доставить из епархий сведения о «раскольнических» приходах, чтобы направить туда миссионеров. В том же году Синод распорядился создать во всех семинариях должности штатных преподавателей по учению о русском расколе [23, с. 178−180]. В 1882 г. было положено начало целенаправленного распространения противостарообрядческой литературы [8, с. 115−125, 137−141]. В 1888 г. были утверждены «Правила об устройстве и о способе действия миссионеров и пастырей церкви по отношению к раскольникам и сектантам» [19, с. 105−116].
Новая конфессиональная политика Синода должна была транслироваться в регионы через православные церковные братства, добровольное открытие которых декларировалось ещё в 1864 г., а теперь было признано обязательным для епархий, «заражённых расколом». В настоящее время изучение деятельности епархиальных братств ведётся учёными из разных регионов России [1- 3- 4- 6- 7- 11- 12].
Уставы братств определяли примерно одни и те же цели: распространение православной веры, противодействие расколу, развитие религиознонравственного образования [23, с. 624−629]. Первым шагом братств, как правило, был сбор сведений о старообрядчестве. Сбор статистических и фактических данных осуществлялся через священников, [14, с. 181−188- 5, л. 122], благочинных священников [3, с. 18−19]- а миссионеры пыта-
лись рассмотреть историю «раскола» в развитии [21, с. 19]. Однако миссионеры не всегда могли положиться на священников как в сборе информации, так и в деле борьбы с «расколом». Зачастую именно неподобающее поведение последних (пьянство, курение табака, мздоимство) и было одной из причин укрепления старообрядцев в вере [21, с. 21- 3, с. 121]. Реальная численность староверов занижалась десятилетиями, а предоставление реальных цифр воспринималось не иначе как упущение в работе причта [3, с. 119].
В таких условиях началось формирование сети служащих, целью которых была бы именно борьба со старообрядчеством и сектантством. В соответствии с «Правилами об устройстве миссии.» в каждой губернии, где проживали старообрядцы, назначались епархиальные и уездные миссионеры, а также их помощники [20, с. 105−106].
Формирование миссионерской сети продолжалось все 1890-е гг. Одной из главных проблем была нехватка средств на содержание штата [15, с. 131−142]. Например, в Костромской епархии епархиальный миссионер (при наличии окружных миссионеров) появился только в 1899 г., а Ярославской — в 1901 г. [9, с. 485−490]. В некоторых епархиях, например в Томской, попытки братчиков организовать миссионерскую деятельность были настолько малорезультативны, что Синод брал на себя финансирование миссии (1888 г.) [6, с. 165−168]. В Вологодской епархии некоторые окружные миссионеры получали от Синода доплату в размере 500 руб. [21, с. 15, 18].
Традиционно структура миссии состояла из епархиального и окружных миссионеров, но были и вариации, вызванные местными условиями. В Костромской епархии округа совпадали с тер-

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой