Предание о царе Янусе в античной традиции

Тип работы:
Реферат
Предмет:
История. Исторические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

4
СТАТЬИ
А.И. Грешных
ПРЕДАНИЕ О ЦАРЕ ЯНУСЕ В АНТИЧНОЙ ТРАДИЦИИ
Проблема возможно более многосторонней реконструкции представлений римлян о различных сферах существования и проявления богов, в частности Януса, имеет принципиальное значение, когда речь идет о древнейшем периоде существования сакральных институтов. Одним из наиболее примечательных аспектов почитания Януса, зафиксированных в традиции, является ипостась его как первого царя племени латинов. Именно этот аспект представлений о Янусе в настоящее время находится в парадоксальном с историографической точки зрения положении: само существование его никогда не было обойдено вниманием ученых, и в то же время он до сих пор не получил специального освещения в современной научной литературе.
Первая попытка рассмотреть предание о Янусе с позиций исторической критики была предпринята во второй половине XIX в. А. Швегле-ром. В русле гиперкритицизма и теории «этиологических мифов» он высказал мнение о позднем — не ранее I в. до н.э. — происхождении мифа о Янусе как о первом царе предков латинов1. Такая точка зрения во второй половине Х1Х-первой половине XX вв. получила подтверждение и развитие у таких авторитетных исследователей, как Г. Виссова и К. Латте2.
Гиперкритические тенденции отдалили возможные попытки позитивной исторической критики дошедшей до нас римской легендарной традиции, в том числе и предания о царствовании Януса, вплоть до второй четверти XX в. В середине 1920-х гг. в свет вышел 3-й том «Лексикона греческой и римской мифологии» под редакцией В. Рошера. В статье, посвященной Янусу, автор впервые предпринимает попытку установить наличие исторического зерна в легенде о пребывании Януса царем Лация. Он полагает, что подлинный смысл предания о крепости Яникуле, возведенной Янусом на одноименном холме, а также о прибытии и его самого, и Сатурна в Лаций водным путем заключается в воспоминании о большом значении как торгового порта, лежавшего у подножия Яникула, так и развития римско-этрусских отношений для жителей близлежащих холмов3. Сделанный вывод предполагает запечатление в предании о царе Янусе реалий не ранее, чем VIII в. до н.э., то есть периода латино-сабинского синойкизма, в то время как традиция относит царствование Януса к значительно более раннему периоду: не только до синойкизма, но и до Троянской войны. Таким
образом, в оценке В. Рошера миф о Янусе также предстает достаточно поздним по времени возникновения.
Знаковыми в смысле изменения отношения к мифологической традиции в трудах древних авторов явились работы А. Гренье4. В них содержится идея о существовании у латинов мифологии, компонентом которой являлся также и миф о земном царствовании Януса, еще на доримском этапе развития, а также в архаическую эпоху римской истории. Уже в республиканское время они были надежно забыты или, в крайнем случае, видоизменены и отражались в культе5.
Ж. Дюмезиль рассмотрел миф о Янусе в контексте созданной им так называемой теории «римского мифа», которая представлена во всем цикле его работ, посвященных римской религии6. По его мнению, наличие у римлян мифологии культового характера несомненно, но еще в древности она начала утрачивать этот первоначальный характер и подвергаться «ис-торизации».7 В результате римская мифология полностью переродилась в комплекс преданий о героях ранней римской истории8. Следовательно, все, что выдается античными писателями за события и факты древнейшей истории Рима, имеет мифологическое происхождение и не позволяет предполагать наличие какой-либо исторически достоверной основы.
Некоторые зарубежные авторы, в частности Ж. Шмидт, продолжают придерживаться такого мнения и в настоящее время.9 В то же время другие исследователи в работах, опубликованных за последние 20 лет, высказывают новый взгляд: легенда о царе Янусе — «народное верование"10, восходящее к «абсолютному началу Римской истории"11, а сам Янус — древнейшее исконное «праримское» божество12.
В отечественной исторической науке концепция «римского мифа» была поддержана Е.М. Штаерман13, которая считает представление о Янусе как о первом царе предков латинов вторичным по сравнению с его восприятием как создателя мира и космоса14.
Наибольшее внимание легенде о Янусе уделяется в монографии Ю.Г. Чернышова15. Он склонен, с одной стороны, видеть в ней отражение таких древнейших, доримских, реалий, как «смутные воспоминания древнеиталийского населения о прибытии в страну каких-то более цивилизованных переселенцев-мореплавагелей"16. Одновременно он определяет окончательную версию мифа как продукт позднейшего (начиная со II в. до н.э.) литературно-философского творчества поэтов и антикваров17.
Хронологически самая ранняя информация о Янусе как одном из прародителей римского народа содержится в «Энеиде» Вергилия (VII, 177−182- VIII, 355−358), в которой изложена официальная версия традиции о происхождения Рима18. Основой для нее послужил комплекс представлений наиболее надежных и достоверных с точки зрения самих римлян, наиболее укоренившийся в их сознании. Янус, согласно Вергилию, выступает как один из царственных предков латинов: его изваяние из кедра стояло в преддверии дворца царя Латина в ряду прочих древнейших правителей, которых
сам Вергилий называет «дедами» («effigies veterum avorum») — Итала, Сабина и Сатурна (VII, 177−182). Далее, в VIII песне, «города» Януса и Сатурна-Яникул и Сатурнию — Вергилий устами Эвандра называет самыми древними поселениями на территории будущего Рима (VIII, 355−358). В момент рассказа Эвандра они уже разрушены временем и напоминают о «стародавних временах». В свою очередь Эвандр, согласно традиции, переселился в Италию за 60 лет до Троянской войны (Dion. Hal., I, 31). Итак, Янус включен Вергилием в древнейший круг эпонимных героев латинов и рассматривается как один из их прямых предков. Время его царствования не определяется поэтом даже приблизительно, но очевидно, что от времени Троянской войны его отделяет долгий период- возможно, несколько столетий.
Наиболее подробно традиция о царствовании Януса представлена у Овидия в первой книге «Фастов» (1,233−253). В пользу официального характера этого варианта традиции свидетельствует не только современная ему идеологическая политика Августа, но и один конкретный, весьма красноречивый художественный прием: рассказ вложен Овидием в уста самого бога Януса, что само по себе обязывало автора к тщательному отбору сведений. Итак, Овидий сообщает, что Янус царствовал на земле будущего Рима, когда туда прибыл на корабле изгнанный бог Сатурн. Янус принял его и основал свою крепость на левом берегу Тибра, на холме, названном Яникулом (1,233−246). Такая этимология представляется вполне легитимной с точки зрения грамматики: путем прибавления суффикса ulum. Эпоха царствования Януса характеризуется, по Овидию, близким общением богов и людей вплоть до их проживания рядом в людских селениях, справедливым правлением и устройством общества, лишенного насилия, а основанного на совести и праве. Поэт замечает, что Янус радел не о войне, а «о мире и порогах» (1,247−253). Таким образом, данные Овидия существенно дополняют лаконичные замечания Вергилия, одновременно полностью согласуясь с ними. Те и другие составляют, видимо, единую версию традиции о царствовании Януса на земле Лация. Янус Овидия также имеет черты эпонимного героя. Время его правления предшествует легендарному появлению в Лации Сатурна и само по себе запечатлелось в этом варианте традиции как «золотой век» мира и справедливости.
Более поздние сведения мы находим в корпусе сочинений Плутарха. Проявляя присущую ему эрудированность, он приводит все известные ему версии событий, не смущаясь их крайне противоречивым характером. Прежде всего, Плутарх пишет в «Римских вопросах», что Янус «был склонен к государственным делам и земледелию» (QR. 19). В другом параграфе того же сочинения он утверждает (причем относится к сообщаемым сведениям с подчеркнутым доверием), что именно Янус изменил образ жизни италийцев, не знавших ни земледелия, ни каких-либо законов, и ввел у них государственное устройство и научил возделывать землю (QR. 22). Далее он снова сообщает, что именно Янус дал «римлянам» государственный порядок и «добрые нравы» (QR. 41). Таким образом, у Плутарха Янус
обладает чертами культуртрегера. Эти данные Плутарха согласуются с версией Вергилия и Овидия. Эго может свидетельствовать о наличии у Плутарха тех же первоисточников, что легли в основу официальной традиции о происхождении Рима.
Вместе с тем, в 41-м параграфе Плутарх сообщает, что не только Сатурн, но и ранее Янус прибыл в Италию с моря, как позднее Эвандр и Эней. А ранее, в 22-м параграфе, он излагает версию, согласно которой Янус был эллином из Перребии, то есть Фессалии, а в Италию переселился, перенял местный язык и обычаи. Перребы — жители северо-западной части Фессалии — этнически идентифицируются как пеласги19. Они упоминаются в ряде памятников римской традиции как одна из древнейших этнических страт на территории Лация, последовавшая за сикулами и аборигинами, то есть латинами (Dion. Hal. I, 19, 20- Plin. Sec. NH. Ill, 9, 4- Macr. Sat. I, 7). Появление пеласгов в Италии исследователи датируют эпохой поздней бронзы20. Наиболее убедительным представляется мнение Де Каре, поддержанное в отечественной историографии И. Л. Маяк, что под пеласгами следует понимать переселенцев с Балкан негреческош происхождения21. Однако Плутарх называет Януса «эллином из Перребии». Можно предположить, что он либо не видит этой этнической разницы, либо не придает ей значения. Так или иначе, такая версия вполне объяснима в русле характерной для некоторых греческих авторов тенденции связать римскую древность с греческой, найти в них близость и даже общность, которая прослеживается не только у Плутарха, но и у некоторых других писателей, например у Дионисия Галикарнасского. Можно предполагать, что здесь для Плутарха послужил источником какой-либо труд греческого автора, посвященный италийским древностям (возможно, «История Италии» Проматиона). Вместе с тем, в тексте «Римских вопросов» Плутарх ссылается на таких признанных знатоков римской сакральной истории и практики, какВаррон (Q.R., 2- 4- 5- 27- 90- 105), Нигидий Фигул (Q.R., 21), Катон Старший (Q.R., 39), Анти-стий Лабеон (Q.R., 46), КлувийРуф (Q. R, 107).
Наконец, в 9-й главе «Греческих и римских параллельных историй» Плутарх, с точной ссылкой на Эратосфена и Критолая, передает легенду, в которой Янус выступает вне какой бы то ни было связи с Лацием и Римом. Он предстает как один из четырех сыновей Крона и смертной женщины Энтории, дочери крестьянина Икария, которого Крон обучил виноделию и велел передать это знание другим людям. Но те, приняв вино за отраву, убили Икария, а Янус с братьями в отчаянии покончили с собой. Сатурн же поместил их на небе среди звезд (Hist, par., 9). Очевидно, что перед нами вариант известного мифа, содержащегося у Нонна Панополитанского (Dionys. XLVII. 34−245), Гигина (Fab. 130), Аполлодора (Biblioth. 1.8. 1- III. 14. 17), Папиния Стация (Theb. XI. 644−647) и Сервия (Georg. II. 388−389). Но он имеет принципиальные отличия от классической версии Нонна и прочих указанных авторов: Крон не упоминается вообще, а дочь Икария не
только носит другое имя -Эригона, но предстает незамужней, ни о каких внуках Икария речь не идет.
Крон в греческой мифологии устойчиво отождествляется с Сатурном в римской. Не исключено, что эта аналогия, как предполагает Ю. Г. Чернышов, в действительности восходит к латинскому переводу «Священной хроники» Эвгемера, осуществленный Эннием, и имеет в таком случае позднее происхождение22. Но вне зависимости от этой аналогии, сколько-нибудь сходной трактовки образа Януса нигде более в традиции не встречается. Наконец, налицо противоречие с данными других письменных источников: там Янус старше Сатурна, так как правил в Италии до его прибытия, Здесь же он является смертным внуком последнего. Плутарх передает в неизмененном, по его собственным словам, виде то, что пишут греческие авторы. Для тех же вообще характерно смутное представление о том, что именно представляет собою Янус, скорее всего в силу отсутствия аналога в греческом пантеоне: это явствует из трудов греческих писателей по римской истории, которые зачастую не только не помнят его имени, но и затрудняются хотя бы в общем обозначить его черты или функции, называя его просто «древнейшим местным богом» и даже «даймоном» (Dion. Hal. Ant. Rom., Ill, 22- Herod. Ab exc., 1. 16,1−3). Очевидно, здесь мы имеем дело с каким-то вариантом сравнительно поздно сложившейся на греческой почве легенды, не связанной с традицией о происхождении Рима.
Дион Кассий в своей «Римской истории» указывает на Януса как на древнего героя, который оказал гостеприимство Сатурну (Exc. Peir. Р. 770), находясь, таким образом, в русле официальной традиции. Но о царствовании Януса он ничего не пишет (возможно, это результат плохой сохранности фрагмента).
Также писавший по-гречески Геродиан в первой книге «Истории императорской власти после божественного Марка» сообщает, что Кро-нос (то есть Сатурн), лишенный власти Зевсом, стал гостем Януса — древнейшего местного бога Италии (Ab excess. I. 16. 1−3). Существенно, что Геродиан отмечает здесь автохтонность Януса.
Труд автора IV в. Аврелия Виктора «О про исхождс н и и римского народа» (Origo gent. I-III) содержит обстоятельный рассказ о том, что первым в Италии появился Янус, который и принял прибывшего позже Сатурна (Origo gent. 1. 3). Именно этот последний и выступает у Аврелия Виктора как культуртрегер, научивший подданных Януса земледелию и внушивший им основы нравственной жизни (Origo gent. III. 2−3). Во время же правления Януса народ отличался дикостью нравов, жил грабежом и вообще находился на крайне низкой стадии развития (Origo gent. 1. 2- III. 2−3). К заслугам Януса Аврелий Виктор относит исключительно религиозные установления (Origo gent. III. 3,7). Янус у него также и эпонимный герой: он заложил поселение, названное Яникулом (Origo gent. II. 4), как было отмечено и у Вергилия, и у Овидия.
Таким образом, Аврелий Виктор, согласуясь в основе легенды с существовавшей устойчивой традицией о первоначальном царствии на земле Лация Януса и последовавшем прибытии туда Сатурна, расходится с ней в определении роли Януса в культурном развитии предков римлян. Чтобы прояснить картину, следует обратиться к первоисточникам Аврелия Виктора: он опирается непосредственно на понтификальные анналы, на анна-листическую традицию начиная с Фабия Пиктора, на труды антикваров Веррия Флакка и Варрона, а также на Энния и Вергилия (Origo gent., praef.). Такая серьезная и достоверная в основе своей источниковая база заставляет отказаться от предположения о передаче Аврелием Виктором маргинального варианта предания. Следовательно, можно допустить, что существовало два варианта легенды: более ранний, приписывающий культурную деятельность в Лации Янусу, сохранившийся у Овидия и Плутарха, и более поздний, зафиксированный у Аврелия Виктора. Хронологически же данные Аврелия Виктора близки сведениям Овидия и Вергилия.
Кроме того, Аврелий Виктор также придерживается версии о греческом происхождении Януса, но не из Фессалии, как сказано у Плутарха, а из Аттики. Янус — сын Аполлона и дочери афинского царя Эрехтея Креусы. Воспитанный в Дельфах, он был усыновлен смертным мужем Креусы царским дружинником Ксифом, который последовал в этом предписанию дельфийского оракула. Став взрослым, Янус не пожелал унаследовать отцовское царство и отправился с флотом в Италию (Origo gent., II).
Связь Януса с Аполлоном, видимо, не случайна. Макробий в первой книге «Сатурналий», ссылаясь на Нигидия Фигула, признанного знатока сакральной сферы, указывает на сходную функцию этих богов: «Есть и те, кто говорит, что Янус является тем же самым, что Аполлон и Диана. И они подтверждают, что в нем одном выражается и та, и другая божественная сила. Ведь, как передает также и Нигидий, у греков почитается Аполлон, который зовется «Тюрайос» (Дверной), и его алтари почитают перед дверьми, показывая саму силу входа и выхода. Тот же Аполлон у них именуется и «Агюйеус» (Дорожный, Уличный), словно бы охраняющий городские дороги, ибо греки называют «агюйас» дороги, лежащие внутри городской черты. В действительности, Диане, как Тривии, они отдают власть над всеми дорогами. А у нас имя Януса показывает, что он покровительствует дверям, что подобно Тюрайосу (Дверному). Ведь и изображается он с ключом и посохом, словно он и страж всех дорог, и вожатый всех путей. Нигидий сообщал, что Аполлон — это Янус, и Диана — Яна, — приставлена буква D, которая часто ставится впереди буквы I ради благозвучия» (Масг. Sat. I. 9).
Все это подтверждает древность истоков предания о греческом происхождении Януса. Однако из этого не следует делать немедленный вывод о привнесении его культа в Италию микенскими греками, так как греческое происхождение культа не подтверждается имеющимися в традиции данными о формах почитания Януса.
В 1-й книге «Сатурналий» Макробия говорится о том, что италийскую землю во время царствования Януса населяли какие-то автохтоны («indigenae»): «Этой областью, что ныне зовется Италией, царскою властью правил Янус, который, как говорит Гигин вслед за Протархом Тралли-аном, владел этой землей вместе с Камезе и наравне с индигенами, распределив власть так, что область называлась Камезенской, а крепость — Янику-лом. Позднее он был отдан в единоличное царствование Янусу» (Macr. Sat. 1.7. 19−20). Одновременно с ними Лаций населяли и лигуро-сикулы, а вслед за ними изгнавшие их пеласги (Macr. Sat. 1.7. 28−30). Напомним, что, согласно одной из версий Плутарха, Янус был эллином из Перребии, то есть этнически — пеласгом. Но в данном случае встает проблема хронологического расхождения: согласно Макробию, Янус правил в Италии задолго до появления там пеласгов. Макробий приводит устойчивый вариант традиции о поселении на Яникуле, о приплывшем в Италию Сатурне, приписывает ему привнесение навыков ведения сельского хозяйства, укрепление царства и подъем благополучия подданных, а также учреждение первых религиозных обрядов и создание храмов (Macr. Sat. 1.7. 19−22- I. 9. 2−3). Однако у Макробия отсутствует характеристика эпохи правления Януса как времени дикости. Царствование его он находит «разумным» и «умелым», даже «искусным» («prudentiam sollertiamque» -1.7. 20). Следовательно, в рассказе Макробия Янус явственно наделен чертами «культурного героя». В качестве первоисточников Макробия в этой части труда фигурируют Катон Старший, Нигидий Фигул, что придает его сообщениям надежность, и Вергилий.
Еще одним автором, коснувшимся легенды о царе Янусе, является комментатор Вергилия Сервий, современник Макробия (IV в.). Его данные о царе Янусе носят фрагментарный характер. Причиной этого является, в первую очередь, комментаторский жанр его труда, состоящего из отдельных статей. Он упоминает о городе Януса на Яникуле, о прибытии к нему Сатурна (Aen. VIII. 319), а также о том, что укрепления, возведенные ими обоими, в период после Троянской войны были уже давно разрушены (Aen. VIII. 355). Далее он говорит, что Янус прибыл в Италию изгнанником на одном корабле (Aen. VIII. 3 57), очевидно перепутав его с Сатурном. В общем, следуя за Вергилием, Сервий придерживается того же официального варианта традиции.
Упоминают царя Януса и христианские апологеты — Арнобий, Пру-денций и Аврелий Августин, доскональное и всестороннее знакомство которых с различными аспектами римской религиозной жизни доказано исследователями. Арнобий называет его сыном Неба и Гекаты, первым царем Италии и основателем города Яникула (Ad nat. 1. 36- III. 29). Его данные близки к сообщению Геродиана (АЬ excess. 1. 16. 1−3).
Пруденций называет Януса в ряду прочих эпонимных легендарных предков латинов, а затем и римлян — Троса, Итала, Сабина, Пика (Contra Symm., 232−235), что делает несомненным его хорошее знакомство с «Эне-
идой», а также, возможно, свидетельствует о наличии общих первоисточников с официальной традицией.
В труде «О граде Божьем» Августин пишет о благосклонном приеме, оказанном Янусом Сатурну, и о разделе ими царства между собой (VII. 4). Августин, полемизируя в своем сочинении с Варроном, черпает информацию в его утраченном для нас труде «О древностях божественных и человеческих». Безусловная осведомленность Варрона в отношении священных древностей Рима служит надежным подтвсрждснием наличия достоверного зерна в традиции о царе Янусе.
Наконец, писатель VI в. Иоанн Лид, в 4-й книге трактата «О месяцах» пишет, что Янус был героем, и что именно он впервые воздвиг не только святилища, но и простые дома, а также воздал почести богам (De mens. IV 2). При этом он ссылается на греческого автора Демофила. Данные Иоанна Лида абсолютно согласуются со сведениями Плутарха, что может свидетельствовать как об использовании им его трудов, так и о наличии у них обоих общего древнего первоисточника. В тексте Иоанна Лида Янус предстает безусловным культуртрегером.
Таким образом, можно говорить об устойчивом характере традиции о царе Янусе в целом. В то же время источники, в которых она представлена, четко делятся на две группы. Очевидно, существовало две версии в рамках официальной традиции: одна из них относила основные культурные нововведения именно к царствованию Януса, другая оставляла за ним лишь религиозные установления, остальное же приписывала Сатурну. В отношении представлений о происхождении Януса также существовало две версии: об автохтонном, в основе которого лежала собственно римская традиция, и о греческом. Корни этой версии сложно проследить по причине невозможности усмотреть связь почитания Януса с появлением в Ла-ции микенских греков. Появление в Италии пеласгов также датируется позже, чем представления о времени правления Януса и Сатурна. По мнению И. Л. Маяк, археологические находки в Луни суль Миньоне вполне соответствуют первобытному облику лигуро-сикулов, а также тех, кого рассмотренные выше авторы называли «indigenae», считая современниками Януса23. Но нигде в традиции подданные Януса не называются сикулами. В то же время, И. Л. Маяк считает, что некоторое время сикулы и италики сосуществовали на Апеннинском полуострове24.
Принимая во внимание, что позднее Янус стал одним из наиболее почитаемых богов и олицетворением древней религии в римском сознании, а также устойчивую тенденции в традиции ставить его в ряд прямых предков латинов среди эпонимных героев и легендарных царей, то, скорее всего, в легенде о Янусе следует видеть воспоминание о первых италиках, переселившихся на полуостров в начале II тыс. до н.э.
Наконец, можно утверждать, что, несмотря на существование различных версий предания, Янус в представлении римлян безусловно обладал чертами культуртрегера. Хронология данных источников также позво-
ляет говорить, что Янус почитался как первый царь Лация начиная с до-римского времени и вплоть до эпохи поздней Империи и утверждения христианства. Следовательно, представляется ошибочной версия о позднем, республиканском происхождении мифа о Янусе.
Примечания
1 Schwegler A. Rumische Geschichte. Bd. I-II. Tbbingen, 1870−1884. Bd. I. S. 218−223.
2 Wissowa G. Religion und Kultur der Romer. Munchen, 1902- Latte K. Romische Religionsgeschichte. Munchen, 1960.
3 Ausfbhrliches Lexikon der griechischen und rumischen Mythologie herausgegeben von W. H. Roscher. Bd. 1−6. Leipzig, 1884−1937- Bd. 3. 1925. S. 23−24.
4 Grenier A. La genie romaine dans la religion, la pensee et l’art. Paris, 1925- Id. Les religions etrusque et romaine. Paris, 1948.
5 Grenier A. La genie romaine dans la religion, la pensee et l’art. P. 40.
6 Dumezil G. Rituels indo-europeens a Rome. Paris, 1954- Id. La religion romaine archaique. Paris, 1966- Id. Idees romaines. Paris, 1969- Id. Mythe et epopee. Т. 1, 3. Paris, 1968, 1978- Id. La religion romaine archaique avec un appendice sur la religion des Etrusques. Paris, 1987.
I Dumezil G. Rituels indo-europeens a Rome. Paris, 1954- Id. La religion romaine archaique.
8 Dumezil G. Mythe et epopee. Т. 1, 3.
9 Schmidt J. Dictionnaire de la mythologie greque et romaine. Paris, 1993. S. 93- Lexicon Iconographicum Mythoogiae Classicae. (LIMC). Vol. V. Fasc. 1. Zbrich und Mbnchen, 1990. S. 620.
10 Simon E. Die Оцйег der Rijmer. Mbnchen, 1990. S. 91.
II Der neue Pauly EnzyklopAdie der Antike. Vol. I-XIV. Stuttgart-Weimar, 1996−2001. Vol. V. S. 860.
12 Ibid.V. S. 860.
13 Штаерман E.M. Социальные основы религии Древнего Рима. М., 1987.
14 Там же. С. 54.
15 Чернышов Ю. Г. Социально-утопические идеи и миф о «Золотом веке» в Древнем Риме. Ч. 1. До установления принципата. Ч. 2. Ранний принципат. Новосибирск, 1994.
16 Там же. С. 41.
17 Там же. С. 36−42.
18 Маяк И. Л. Рим первых царей: Генезис римского полиса. М., 1983. С. 64.
19 Lochner-Hbttenbach F. Die Pelasger. Wien, 1960. S. 126.
20 Маяк II. JI. Указ. соч. С. 86.
21 Там же. С. 87.
22 Чернышов Ю. Г. Указ. соч. С. 40−41.
23 Маяк II. JI. Указ соч. С. 84.
24 Там же.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой