Истоки региональной социокультурной деятельности

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Культура и искусство


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

ально — культурных условий. Теоретические и прикладные наработки в сфере студенческого самоуправления имеют огромное значение для педагогической, социально — культурной теории и практики.
С точки зрения управления жизнеустройством вуза и решения педагогических проблем студенческое самоуправление рассматривается как эффективная технология решения задач по подготовке молодых специалистов с функциональным образованием. Это метод воспитания у молодых людей действительной самостоятельности и активности, что отвечает современным требованиям рынка труда. На уровне общества самоуправление — это специфический демократический институт, ориентированный в деятельности конкретного образовательного учреждения на решение совместной с администрацией этого учреждения задачи — оптимизации всей жизнедеятельности учреждения [18, с. 7].
В аспекте его функционального назначения под самоуправлением можно понимать автономное функционирование социальной группы и/или личности, правомочное принятие ею решений по внутренним проблемам. Самоуправление предполагает самостоятельный выбор целей и путей их достижения, включение исполнителей в технологию принятия и исполнения решений, подлинный демократизм при формировании и функционировании органов самоуправления, улучшение информированности членов коллектива, повышение действенности общественного мнения [19, с. 296−297].
С точки зрения процессов группообразования, оптимизации субъектности социальной роли студентов студенческое самоуправление — это форма организации жизнедеятельности
Библиографический список
коллектива студентов, обеспечивающая развитие самостоятельности в принятии и реализации решений для достижения общественно значимых целей. Являясь как условием коллек-тивообразования, так и его развитием, самоуправление представляет собой механизм реализации студентами определённых управленческих функций в рамках их полномочий и ответственности [20, с. 219]. Субъектами студенческого самоуправления являются студенты- общественная организация на основе студенческой группы, которая заключает договор с администрацией- добровольные объединения по интересам, клубы, и наконец, общественное объединение, включающее все органы студенческого самоуправления вуза и координирующее их работу — студсовет [20, с. 153].
Таким образом, в студенческой среде растет понимание собственной социально-творческой роли в делах общества, об этом свидетельствует возрождение массового движения студенческих отрядов, формирование органов студенческого самоуправления, возникновение добровольческих отрядов. Кроме того, определенная часть студенчества, ее лидерский корпус готова к принципиально новой роли в общественной жизни. Данная часть студенчества в статусе добровольцев способна чутко реагировать на нужды социально незащищенных слоев общества, взять на себя часть заботы об экологии территорий- в статусе бойца студенческого отряда — осуществлять реальную помощь различным отраслям народного хозяйства- в статусе лидера самоуправления в вузе — реализовывать демократические принципы в жизнедеятельности вузовского социума, студенческой группы, заботясь о собственном саморазвитии как личности.
1. Советский энциклопедический словарь / гл. ред. А. М. Прохоров. — 4-е изд. — М.: Сов. энциклопедия, 1989.
2. Оленина, Г. В. Педагогические потенциалы социально-культурного проектирования и коммуникационного продвижения добровольческих инициатив учащейся молодежи: монография. — Барнаул: Изд-во АлтГАКИ, 2008.
3. Кларин, М. В. Инновации в обучении: метафоры и модели: анализ зарубежного опыта. — М.: Наука, 1997.
4. Сиволапов, А.В. К новой модели обучения: социокультурный подход // Социологические исследования, 1994. — № 3.
5. Ионин, Л. Г. Идентификация и инсценировка (к теории социокультурных изменений) // Социологические исследования. — 1995. — № 4.
6. Лисовский, В. Т. Динамика социальных изменений (опыт сравнительных социальных исследований российской молодежи) // Социологические исследования. — 1998. — № 5.
7. Магун, В. С. Революция притязаний и изменение жизненных стратегий молодежи: 1985−1995 годы. — М.: РАН институт социологии, 1996.
8. О межведомственной программе «Студенчество России» (2004−2008 гг.) / РФ. Министерство образования // Официальные документы в образовании. — 2003. — № 35(декабрь).
9. Об утверждении примерного положения о студенческом отряде: Приказ Министерства образования Российской Федерации № 3216 от 05. 09. 2002 г. // Бюллетень Министерства образования Российской Федерации, 2002. — № 11.
10. Акимова, Л. А. Социология досуга. — М.: МГУКИ, 2003.
11. Как и зачем создается клубное объединение? Методические рекомендации в помощь школьному и студенческую активу. — Барнаул, 2004.
12. Кагерманьян, В. С. Современная система воспитания студентов вузов: концептуальные основы и программа развития. — М., 2006.
13. Главный воспитатель — природа // Студенчество: диалоги о воспитании, 2003. — № 2.
14. Мужское дело // Студенчество: диалоги о воспитании. — 2003. — № 2.
15. О благотворительной деятельности и благотворительных организациях: Закон Российской Федерации № 135-ФЗ от 11. 08. 1995 // Собрание Законодательства Российской Федерации, 1995. — № 33.
16. Оленина, Г. В. Социально-культурные технологии оптимизации добровольческой деятельности студенческой молодежи в сфере досуга: автореф. дис. … канд. пед. наук. — Барнаул, 2004.
17. Кондакова, Э. Д. Психологическая служба вуза и студенты — первокурсники / Э. Д. Кондакова, С. В. Хребина // Студенчество. Диалоги о воспитании. — 2003. — № 6.
18. Николаев, Г. Г. Реализовать потенциал студенчества // Студенчество. Диалоги о воспитании. — 2005. — № 3.
19. Краткий словарь по социологии / под общ. ред. Д. М. Гвишиани, М. И. Лапина. — М.: Политиздат, 1982.
20. Роль студенческого самоуправления в подготовке конкурентоспособных специалистов: Тезисы докладов участников Всероссийской конференции. — Екатеринбург: ГоУ ВпО «УГТУ-УПИ», 2005.
Статья поступила в редакцию 13. 11. 09
УДК 374.7 (571. 150) «191»
Э. Р. Успек, аспирант АлтГАКИ, г. Барнаул, E-mail: uspek@mail. ru ИСТОКИ РЕГИОНАЛЬНОЙ СОЦИОКУЛЬТУРНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ
Малый бизнес начала XX в. сформировал материально-техническую базу региональной культуры. Наиболее известна программа Культурнопросветительного союза Алтайского края (1917−1919). Она заложила фундамент современной социально-культурной деятельности регионов.
Ключевые слова: региональная программа, внешкольное образование, социальная ответственность, культурно-просветительная деятельность, внешкольное образование.
Постоянное терминологическое обновление дефиниций, преемственность которых способствовала формированию современного понимания содержания и проблем развития социально-культурной деятельности (СКД), свидетельствует о комплексном характере этой области социальной активности. Все чаще многообразие форм СКД замещается индустрией развлечений, что приводит к вымыванию социально важного направления деятельности [1, с. 22]. Конкуренция и динамичный рост запросов усиливают мотивацию поиска новых технологий и способствуют оперативному воплощению идей, демократизируя доступ к коммерческим формам досуговой деятельности. Оборотной стороной при этом выступает увеличение удельного веса платных услуг, ставших недоступными преимущественной части населения [1, с. 278].
Коммерциализация культурно-досугового сервиса, копирующего образцы глобальной, вненациональной технологии развлечений, детерминирует разрыв связи с традицией, опытом и национальным самосознанием. Сказывается и очевидная нехватка знаний о строении и тенденциях развития региональной социокультурной структуры [2, с. 3]. В таких условиях максимально позитивный социально-гуманитарный эффект, по оценке Брижатовой С. Б., приобретает метод проектной технологии, учитывающий исторический опыт. Изучение истоков СКД и широкое внедрение исторической оценки позволяет расширять потенциал науки и практической деятельности. Выделение гуманитарного измерения истории социально обусловлено современными задачами по формированию и оздоровлению социально-культурного пространства региона.
Современные исследовательские работы в сфере СКД охватывают значительный круг проблем, актуальных на настоящий момент. Подобная тенденция вполне объясняется падением железного занавеса, активным участием России в формировании глобального информационного пространства. Исторический аспект в таких исследованиях, вероятно, появится позже на этапе осознания и анализа накопленного материала, как, например, обращение в 80-х гг. прошедшего столетия классиков СКД к практике внешкольной деятельности. Каргин А. С. [3], Генкин Д. М. 4] затронули опыт не только европейской части России, но и ее исторических окраин, к числу которых, несомненно, относится и Сибирь. Вместе с тем стоит отметить, что глубина ретроспективного освещения истории в большинстве работ исчерпывалась годами культурно-просветительного движения на целинных землях (50−60 годы ХХ в.).
Можно считать, что исторический контекст культурнопросветительной деятельности привлекателен для исследователей, но изучен преимущественно советский период. Дореволюционная практика обрисована современником внешкольного образования и просвещения, идеологом этого движения Медынским Е. Н. Опираясь на примеры европейской России, он пропагандировал неторговую деятельность кооперативов (культурно-просветительные союзы), которая учитывала лучшие образцы земской практики культурно-просветительной работы. К 1918 г. в стране насчитывалось три значительных программы, созданных Культурно-просветительными союзами в Новгороде, Твери и Барнауле [5].
Мнение Медынского Е. Н. о перспективности существования внешкольной работы негосударственного характера и высокая оценка алтайского опыта служат основой поиска информации в неопубликованных документах, массивы которой сосредоточены в региональных архивах. Центр хранения архивных фондов Алтайского края кумулирует свидетельства внешкольных, библиотечных, книгоиздательских программ, зарождения народного театра, поддержки музейного дела, предоставляя прекрасную возможность для реконструкции истоков культурно-просветительной деятельности. Введенная в научный оборот информация об исторических реалиях способна персонифицировать истоки современной профессиональной среды социально-культурной деятельности. Приведение в систему исторических фактов, поступков и действий деятелей культуры первой трети ХХ в. позволяет прибли-
зиться к истокам формирования мировоззрения региональных деятелей внешкольного просвещения и оценить потенциал личностной и коллективной социальной активности.
Эффективность локальных социально-культурных программ определяет синкретизм всех видов управления региональными новообразованиями. В соответствии с современной теорией управления кризисами, в частности, в социальнокультурном пространстве особые надежды возлагаются на меценатскую поддержку культурных проектов со стороны частного бизнеса, крупного и мелкого предпринимательства [2, с. 192]. В то же время формат благотворительности снимает обязательства (интеллектуальные, материальные, информационные, духовные) со стороны субъекта воздействия.
Экономическая база социально-культурной деятельности, создаваемая бизнес-структурами, требует от нее той же степени социальной ответственности, что свойственна производственным отношениям, возникающим между работодателем и трудящимися, а так же партнерами регионального и международного рынка. Всемерная поддержка малого бизнеса, отраженная в новом курсе российского правительства, позволяет выразить уверенность в возрождении культурнопросветительных инициатив, свойственных алтайским предпринимателям начала прошлого века.
Вопрос внешкольной культурной работы кооперации изучался исследователями на общероссийском и региональном уровнях. Представитель научного сообщества центральной России М. Н. Глазков [6] акцентирует внимание на недостаточном проявлении интереса к неторговой деятельности кооперативных организаций начала XX в., отмечает фрагментарность обнаруженной информации, особенно регионального характера, что делает актуальным обращение к архивным фондам.
Культурно-просветительная работа Алтайского союза кооперативов сформировалась как особое направление в доходном маслодельном предпринимательстве в первой трети XX в. Командированные инструкторы распространяли литературу по профилю основной работы кооперативного движения по районам Алтайского края. Культурно-просветительная работа носила характер вспомогательной, информационной поддержки бизнеса. Заинтересованность кооперации в повышении общего интеллектуального уровня населения, в пробуждении его общественных склонностей связана со стремлением укрепить свою хозяйственную мощь [7, л. 42 об.].
В недрах Союза кооперативов была создана и инфраструктура (Культурно-просветительный союз Алтайского края), обеспечивающая проведение культурно-просветительной работы как самостоятельного вида профессиональной деятельности. Впервые в научный оборот сведения о Культурно-просветительном союзе Алтайского союза кооперативов ввел в 70-х гг. прошедшего столетия историк-книговед Государственной публичной научно-технической библиотеки Сибирского отделения Российской академии наук (ГПНТБ СО РАН) А. Л. Посадсков [8] и предопределил исследовательский интерес к данному историческому феномену, требующему актуализации с позиций регионального социально-культурного проектирования.
Инициаторы разделения экономической и культурнопросветительной сторон деятельности Алтайского союза кооперативов поддерживали общий курс на экономическую самоокупаемость и прибыльность культурно-просветительной деятельности [9, л. 143]. Она охватывала создание фундаментальной библиотеки, издание собственного профильного журнала, организацию книжного склада и опиралась на контракты (договоры) с местными писателями, крупнейшими российскими издателями и книготорговыми фирмами, компаниями-поставщиками оборудования, в том числе, зарубежными [10, л. 164 об.].
Разработанная программа деятельности алтайского Культурно-просветительного союза опиралась на кредитование. Размер кредита, первоначально предоставленного Алтайским союзом кооперативов на паях с Центральным кредитным союзом, составил 14 тыс. руб. (4 000 руб. — на создание фун-
даментальной библиотеки, 7 000 руб. — на издание «Алтайского крестьянина», 3 000 руб. — на создание книжного склада) [11, л. 164.]. Данная политика создавала баланс коммерческой и социально значимой инициативы и технологий, обеспечивающих существование культуры. Очагом распространения культуры и знания на селе, вокруг которого по технологии «снежного кома» наращиваются другие направления внешкольной деятельности, культурники воспринимали библиотеку.
Внешкольная работа алтайского Культурно-просветительного союза планировалась в основном в районах края [12, л. 20−26]. Но она вызвала поддержку и одобрение со стороны местных предпринимателей и экономических союзов, ведущих аналогичную деятельность в северо-западной части края (фирма купцов Винокуровых, 1918 г., «Кулундинский кооператор», 1919 г.). В г. Барнауле разместились основные учреждения, обеспечивающие эту деятельность: библиотека, книжный склад, книжный магазин, издательство «Сибирский рассвет», мастерская наглядных пособий, издательские проекты «Алтайский крестьянин», «Сибирский рассвет», административный аппарат (Правление, служба инструкторов).
Достижение экономической независимости Культурнопросветительный союз связывал с освобождением от финансовых обязательств по отношению к кредиторам. Поэтому инструкторы Союза стремились не к популистской агитации в районах в пользу культурно-просветительной работы, а преследовали цель создания самоокупаемых культурно-просветительных обществ, которые могли стать активными потребите-
лями продуктов и услуг Культурно-просветительного союза Алтайского края [13, с. 6].
В создании базы культурно-просветительного общества инструкторы ориентировали на установление членских взносов и условия льготного кредитования со стороны местных кооператоров и их объединений [14, л. 81−81 об.]. Инструкторы отмечали создание около 200 обществ, в орбиту деятельности которых вошли организация библиотечек, открытие филиала книжного склада, развитие художественной самодеятельности, покупка или аренда кинематографа, подготовка и отсылка корреспонденции для публикации в журнале «Алтайский крестьянин» и пр. [15, л. 143 об. -144.].
Такой вектор деятельности исключал меценатство и благотворительность, поскольку они формировали иждивенчество. Результативность внешкольной деятельности базировалась не только на грамотной экономической политике, но и учитывала ресурсы социальной активности [16, л. 264 об.].
По справедливому утверждению Брижатовой С. Б., научная и практическая мысль должна быть направлена на поиск научно-обоснованных, достоверных рекомендаций по управлению социокультурным развитием регионов, стабилизации и снижению асоциальных явлений [2, с. 7]. Историко-культурный опыт множеством профессиональных путей социализации и инкультурации личности отражает поиск оптимальных решений. Особенно энергично культуртрегерское движение было в первой трети XX в. Эта активность позволила признать современную социально-культурную деятельность «прямой преемницей традиционного внешкольного образования» [1, с. 24].
Библиографический список
1. Стрельцов, Ю. А. Культурология досуга. — М.: МГУКИ, 2003.
2. Брижатова, С. Б. Системообразующие основания разработки региональных программ социально-культурного развития в России: дис. д-ра пед. наук. — М.: МГУКИ, 2003.
3. Каргин, А. С. Воспитательная работа в самодеятельном художественном коллективе. — М.: Просвещение, 1984.
4. Генкин, Д. М. Массовые праздники. — М.: Просвещение, 1975.
5. Протокол утреннего совещания по выработке плана союзного строительства 22/9 марта 1918 года // Алтайский крестьянин. — 1918. — № 13.
6. Глазков, М. Н. Сеть библиотек кооперативных организаций в России (1901-февраль 1917 гг.) // Библиотека в контексте истории: материалы 5-й междунар. науч. конф. (Москва, 21−23 окт., 2003). — М., 2003.
7. ЦХАФ АК. Ф. 236. Оп. 1. Д. 13.
8. Посадсков, А. Л. Издательство и книготорговля сибирской кооперации в 1917—1919 гг. (по материалам Культурно-просветительного союза Алтайского края) // Становление системы библиотечного обслуживания и книжного дела в Сибири и на Дальнем Востоке. — Новосибирск, 1977. — Вып. 37.
9. ЦХАФ АК. Ф. 236. Оп. 1. Д. 1.
10. ЦХАФ АК. Ф. 236. Оп. 1. Д. 13.
11. ЦХАФ АК. Ф. 236. Оп. 1. Д. 13.
12. ЦХАФ АК. Ф. 236. Оп. 1. Д. 7.
13. Новые задачи деревни // Алтайский крестьянин. — 1918. — № 2.
14. ЦХАФ АК. Ф. 236. Оп. 1. Д. 1.
15. ЦХАФ АК. Ф. 236. Оп. 1. Д. 1.
16. ЦХАФ АК. Ф. 236. Оп. 1. Д. 13.
Статья поступила в редакцию 05. 11. 09
УДК 37. 013. 8:008
А. А. Фомина, канд. пед. наук, доц. АлтГАКИ, г. Барнаул, E-mail: mvsh@sibnet. ru ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ ПОТЕНЦИАЛ ЭКОЛОГИЧЕСКОГО КОНТЕКСТА ИНФОРМАЦИОННОГО ОБЩЕСТВА
Разделяется мнение об экологическом дискурсе наук. Анализируется содержание дефиниции «экология информации».
Ключевые слова: доступ к информации, экология культуры, экология информации.
Глобальные опасности и планетарные катастрофы, ядерными испытаниями вошедшие в жизнь современников в середине ХХ в., обострили причинно-следственную связь новой эпохи, когда, говоря словами А. Гельмана, «настоящее не может надеяться на будущее, теперь, наоборот, будущее надеется на настоящее» [1, с. 3−4]. Контрамотное знание, предвидение истоков и результатов вселенских катастроф мало свойственно современному миру.
Рост интенсивной деятельности человека по истреблению природы, ее запасов и культурных ценностей, грозящей миру полным уничтожением, стал причиной разработки про-
грамм спасения цивилизации. Спустя сто лет после введения Э. Геккелем термина «экология» для обозначения науки об отношениях живых организмов и образуемых ими сообществ, между собой и с окружающей средой, стали складываться «экология человека или социальная экология, изучающая закономерности взаимодействия общества и окружающей среды, а также практические проблемы ее охраны- & lt-… >-различные философские, социологические, экономические, географические и другие аспекты (например, экология города, техническая экология, экологическая этика и др.)"[2, с. 11].
23S

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой