Обращения татар-мусульман Среднего Поволжья к османскому государству в последней четверти XIX века

Тип работы:
Реферат
Предмет:
История. Исторические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

ИСТОРИЯ И КУЛЬТУРА
УДК 327. 39"-451"-(470. 4)
ОБРАЩЕНИЯ ТАТАР-МУСУЛЬМАН СРЕДНЕГО ПОВОЛЖЬЯ
К ОСМАНСКОМУ ГОСУДАРСТВУ В ПОСЛЕДНЕЙ ЧЕТВЕРТИ XIX ВЕКА
И.К. Загидуллин
Аннотация. В статье освещаются попытки татар привлечь внимание Османского государства к проблемам единоверцев Волго-Уральского региона в последней четверти XIX в.
Ключевые слова: «Мусульманский вопрос» в России, татары-мусульмане, Османское государство, халиф.
THE TREATMENT OF MUSLIM TATARS
OF THE MIDDLE VOLGA REGION TO THE OTTOMAN STATE
IN THE LAST QUARTER NINETEENTH CENTURY
I.K. Zagidullin
Abstract. The article analyzed the attempts of the tatars to attract the attention of the Ottoman state to the problems of faith in the Volga-Ural region in the last quarter of the nineteenth century.
Keywords: «Muslim question» in Russia, tatars-muslims, the Ottoman state, halif.
В последней четверти XIX века под воздействием национальной политики правительства наблюдались протестные движения мусульман Волго-Уральского региона.
Следует выделить следующие законодательные и подзаконные акты, вызвавшие недовольство татарских общин. Это стремление властей на основании «Правил о мерах к образованию населяющих Россию инородцев» от 26 марта 1870 г. принуждать мусульман в Казанском учебном округе открывать за счет прихожан русские классы при мусульманских конфессиональных школах и начальные русско-татарские школ за счет правительства- закон от 24 ноября 1874 г. о передаче мусульманских конфессиональных школ в ведение учебного ведомства- «Инструкция сельским обществам по выполнению возложенных на них законом обязанностей губернского по крестьянским делам присутствия» Казанского губернского крестьянского присутствия от 27 января 1878 г., в которой содержались выписки из нормативных документов, а также ряд других материалов, имеющие отношение к сель-
скому податному населению: обязательный сбор «мирских» средств на нужды церквей и училищ, преподавание священниками в начальных народных училищах Закон Божия и т. д. (без указания о не распространении этих пунктов на мусульман) — циркуляр Министерства народного просвещения от 30 июля 1892 г. об изъятии из мусульманских школ рукописных книг и зарубежных изданий и недопущении в учебный процесс лиц, получивших исламское образование заграницей, действия цензора В. Д. Смирнова по вычеркиванию в 1890—1892 гг. из религиозных сочинений X-XTT вв. отдельных слов или предложений, а также из татарских рукописей — аяты и суры из Корана, слова или предложения со словами «джихад», «кяфер», «гяур», придавая им или находя в них скрытый смысл унижения или нетерпимости христиан и христианства, нередко механически соотнося их с межконфессиональной ситуацией в Российской империи [1].
Протестное движении татар-мусульман проявилось в отказе религиозных общин и приходских духовных лиц исполнять
предписание чиновников- в подаче в различные инстанции прошений с просьбой об отмене или приостановке принятых законов, в движении вынужденного переселения в Османское государств [2] и т. д. Одним из таких новых форм протеста стало обращение к Османскому государству -султану, как халифу всех мусульман, и улемам. Оттуда эти обращения различными путями попадали в информационное поле европейских стран.
Для обращения к редакциям газет, улемам других стран и османскому султану татарским обществом широко использовалось паломничество. До их сведения тревожные ожидания мусульман ВолгоУральского региона доводились пилигримами, миссией которых, видимо, была, помимо совершения священной обязанности мусульманина, и своеобразная дипломатическая, курьерская обязанность по специальному поручению группы лиц. Или же пилигримы по собственной инициативе обращались к улемам за поддержкой. Например, после издания оренбургским муфтием С. Тевкелевым фетвы от 28 октября 1872 г., текст которой был предварительно согласован с Министерством внутренних дел и содержал призыв к муллам изучать государственный язык,
С. Тевкелев получил анонимную записку с угрозой и с клочком турецкой газеты, где была опубликована его фетва с оскорбительными комментариями в его адрес [3].
В октябре 1878 г. мулла д. Мурья Му-сич Мамадышского уезда Казанской губернии, Галязетдин Мухутдинов, собрал с прихожан деньги и подал прошение на имя министра внутренних дел о гарантии религиозных прав единоверцев. После получения разъяснения от губернатора о беспочвенности опасений, он сообщил прихожанам, что ни губернатору, ни российскому императору верить не следует, он поедет в Санкт-Петербург и подаст заявление турецкому султану о защите их от притеснений.
Татары г. Казани также использовали налаженные контакты пилигримов для решения своих проблем. Об одном таком
активисте-паломнике казанский губернатор П. А. Полторацкий узнал от письма муфтия М. Султанова (9 декабря 1891 г.), который, видимо, таким путём постарался дистанцироваться от скандала, показывая свою непричастность к данной акции. Мулла д. Тяжбердино Нижне-Алькеевской волости Спасского уезда А. Габбязов третье по счету паломничество совершил по просьбе и на средства казанского купца Исмагила Айтуганова [4]. В Мекке он сообщил местным муфтиям, что в России с разрешения оренбургского муфтия дела мусульман о браках и разводах будут переданы в компетенцию православных священников, из Корана многие места вычеркиваются. Для выражения протеста происходящих в России притеснений в отношении ислама, А. Габбазовым было инициировано проведение собрания улемов Мекки и Медины, где была составлена петиция, и с которым он направился в Стамбул [4].
В петиции улемы давали подробную характеристику правовому положению мусульман в России: подчеркивали активизацию миссионерской деятельности православной церкви среди мусульман, оказание официальной властью моральной и материальной поддержки в её миссионерской работе. В своём обращении учёные-улемы просили халифа, султана Аб-дулхамида II о поддержке своих единоверцев на государственном уровне.
В этой связи нельзя исключить того обстоятельства, что паломничество муфтия М. Султанова в 1893 г. и его встречи в Османской империи с высокопоставленными лицами и авторитетными представителями мусульманского сообщества были разрешены правительством Александра III как эффективное средство по противодействию различным сообщениям о стеснении ислама в России и разъяснению из первых уст реального правового положения мусульман и о соблюдении их религиозных прав в Российском государстве.
Источники позволяют утверждать, что А. Габбязов действительно выполнял специальные поручения купцов и имамов, оп-
понентов внутриполитического курса имперской власти. В начале мая 1893 г. он безуспешно обращался к спасскому уездному исправнику с ходатайством о разрешении выехать по своим делам в Стамбул. Полицейский выяснил, что проситель намерен посетить и Мекку, что было запрещено российским поданным в это время (вследствие эпидемии) на основании предписаний Министерства внутренних дел от 29 июля 1892 г. за № 129 и от 15 апреля 1893 г. за № 46. Самое главное -спасский уездный исправник через своих информаторов установил, что Габбязов «и солдат Каримов из Чистополя отправляются в Константинополь по поручению съезда мулл и богатых татар, бывшего зимой в г. Чистополе у тамошнего богатого муллы на свадьбе, после случая осмотра чиновником особых поручений г. Михайловым татарского училища. На этом съезде будто бы было решено просить султана о заступничестве по школьному вопросу и даже о принятии некоторых богатых татар в подданство Турции» [4]. Действительно, в феврале в доме чистопольского муллы М. Абдулвагапова состоялась свадьба. На ней состоялось совещание мулл Казанской и Уфимской губерний, в котором принимал участие и А. Габбязов. После совещания было подано прошение на имя министра внутренних дел об освобождении татарских детей от обязательного обучения русскому языку в училищах Чистополя. Казанский губернатор П. А. Полторацкий в своем рапорте от 17 июня в Департамент полиции указал, что «четверо богатых татар ездили будто бы в Петербург, один из них, купец Галеев, уполномочен отправиться с подобным же ходатайством к султану» [4].
Оказалось, что А. Г аббязов самовольно отправился в Мекку и вернулся домой 9 сентября 1893 г. Он поехал на средства чистопольского муллы М. Абдулвагапова, в Мекке представлялся оренбургскому муфтию М. Султанову, также совершающему пилигримство.
Важно отметить, что такие факты были не единичны. Например, в том же 1891 го-
ду отставной военный из Казани, Джала-лиддин Мухаммедов, при посещении Стамбула встретился с представителями правительства и рассказал о сложившейся напряжённой ситуации в ВолгоУральском регионе [5].
Случаи исправления, удаления священных текстов в 1890—1892 гг. рукописей религиозных книг мусульман, предпринятые цензором В. Д. Смирновым, приобрели международный резонанс и в глазах мировой общественности разрушали имидж Российской империи. Во время пребывания будущего императора Николая Александровича в Индии в газетах появились статьи о насилиях над мусульманами, осуществлённых русским самодержавием
[5].
Примечательно, что татарским издателям ранее удалось известить мировую общественность через лондонскую газету «Times» о преследовании российской цензурой исламской религиозной книги и Корана. Действия цензора В. Д. Смирнова привели к тому, что татары были вынуждены заниматься поисками издательской базы за границей[6].
Обращения к османскому султану не дали ожидаемых результатов. Единственной областью сотрудничества османских властей с российскими мусульманами Волго-Уральского регион явилось оказание материальной помощи российским мигрантам [5] Движение вынужденного переселения татар Волго-Уральского региона в Османское государство.
Протестные движения татар-мусульман, новой формой среди которых стали обращения к Османскому государству, особенно движение вынужденного переселения татар Волго-Уральского региона в Османскую империю 1892−1894 гг., способствовали приостановке действия циркуляра министра народного просвещения И. Д. Делянова от 30 июля 1892 г., переход к щадящему режиму исправления рукописей мусульманских религиозных книг, составлению списка допущенных к использованию изданий в мектебе и медресе, негласному согласию правительства
на оставление в учебных заведениях рукоЛитература:
1. РГИА. Ф. 821. Оп. 8. Д. 829.
2. Загидуллин И. К. Движения вынужденного переселения татар из Поволжья и Приуралья в Османскую империю в середине 1890-х гг. // Из истории и культуры народов Среднего Поволжья: Сб. статей. Казань: Институт истории им. Ш. Марджани А Н РТ, 2011. С. 88−94.
3. Материалы по истории Татарии второй половины XIX в. М.- Л., 1936. Ч.1. С. 305 307.
4. НА РТ. Ф. 1. Оп. 3. Д. 8601.
5. Тюркоглу И. Переселение из Волго-
Уральского региона в Османскую империю и его причины (1876−1914 гг.) // Исповеди в зеркале: Межконфессиональные отношения в
центре Евразии (на примере Волго-уральского региона — XVIII—XXI вв.). Н. Новгород, 2012.
С. 467- 478.
6. Каримуллин А. Г. Татарская книга пореформенной России. Казань, 1983.
7. Загидуллин И. К. Движение вынужденного переселения татар Среднего Поволжья в Османское государство в 1860-е гг. // Из истории и культуры народов Среднего Поволжья: Сб. статей. Вып. 2. Казань: Институт истории им. Ш. Марджани А Н РТ, 2012. С. 81−92.
8. НА РТ. Ф. 1. Оп. 3. Д. 4466.
9. РГИА. Ф. 921. Оп. 8. Д. 791.
писных пособий.
References:
1. RSHA. F. 821. Op. 8. D. 829.
2. Zagidullin IK Movement involuntary resettlement of the Tatars of the Volga and Ural in the Ottoman Empire in the mid-1890s. // From the history and culture of the peoples of the Middle Volga: Sat. articles. Kazan Institute of History them. S. Mardzhani Tajik Academy of Sciences, 2011. S. 88−94.
3. Materials on the history of the Tatars of the second half of the nineteenth century. M.- L., 1936. Part 1. S. 305−307.
4. ON RT. F. 1. Op. 3. D. 8601.
5. Turkoglu I. Relocation of the Volga-Ural region of the Ottoman Empire and its causes (1876−1914 gg.) // Confessions in the mirror: Interfaith Relations in the center of Eurasia (for example, the Volga-Ural region — XVIII-XXI centuries.). N. Novgorod, 2012. S. 467- 478.
6. Karimullin AG Tatar book reformed Russia. Kazan, 1983.
7. Zagidullin I.K. The movement forced relocation of the Middle Volga Tatars in the Ottoman state in the 1860s. // From the history and culture of the peoples of the Middle Volga: Sat. articles. Vol. 2. Kazan Institute of History them. Sh. Mardzhani Tajik Academy of Sciences, 2012. S. 81−92.
8. NA RT. F. 1. Op. 3. D. 4466.
9. RSHA. F. 921. Op. 8. D. 791.
Сведения об авторе:
Загидуллин Ильдус Котдусович (Казань), доктор исторических наук, заведующий отделом средневековой истории Института истории им. Ш. Марджани А Н РТ
Zagidullin I.K. (Kazan), doctor of historical sciences, the head of the Department of medieval history Institute of History of Sh. Marjani of AS RT

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой