Диалогика вторичного текста в научной коммуникации

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Языкознание


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

К. Б. Свойкин
ДИАЛОГИКА ВТОРИЧНОГО ТЕКСТА В НАУЧНОЙ КОММУНИКАЦИИ
Современные тенденции в развитии гуманитарных дисциплин за рубежом отмечены появлением значительного числа работ, посвященных анализу текстов, представляющих дисциплинарный когнитивный корпус и принадлежащих перу известных, признанных научным сообществом авторов, чье наследие и формирует представление о фундаментальных дисциплинарных позициях. Подобные тексты являются в определенном смысле диалогически вторичными, поскольку имеют ярко выраженные ответные, оценочные и/или полемические свойства, которые вербализуются в форме стереотипных конструкций.
Работы, посвященные интерпретации, оценке и анализу деятельности крупных ученых, занимают особое место в научной коммуникации. Подобные произведения призваны обеспечить адекватное понимание рецензируемого текста в расширенном или, наоборот, суженном контекстном окружении и, следовательно, имеют определенную диалогически обусловленную специфику. Системно такие тексты вполне умещаются в бах-тинскую схему диалогики текста: двухступенчатой (исходная точка — данный текст, движение назад — прошлые тексты) и трехступенчатой (исходная точка — данный текст, движение назад — прошлые тексты, движение вперед — предвосхищение нового текста) [Бахтин 1979]. Обычно данные высказывания дают не только дисциплинарную оценку рецензируемого произведения, но и привлекают релевантные мнения, сопоставимые в общих границах дисциплинарного дискурса и его текстуально-смыслового наполнения. Таким образом, подобные высказывания неизбежно должны проявлять конвергентные черты, тем более очевидные, что вторичный текст является фактически реагирующим текстом, а смысловые отношения в этом случае имеют концептуальный характер [Свойкин 2004].
Приводимый ниже фрагмент (1) демонстрирует подобные смысловые взаимоотношения в области педагогических проблем в работе О'-Хира «Father of Child-centredness», посвященной творчеству Джона Дьюи. Следует отметить, что данный текст представляет собой произведение с заявленным оценочным характером и может рассматриваться как расширенная рецензия. Указы -вая на приемлемость процессуального подхода к воспитанию, О'-Хир констатирует тот факт, что подобная стратегия полезна в процессах, затрагивающих воспитание и образование. В подтверждение этих слов автором приводится цитата Дьюи:
(1) Dewey always emphasizes the importance of the process over the product. This is because he
never regards any solution as final. Each problem solved, each new state of equilibrium, is only an opening for a new problem, a new state of disequilibrium… Thus the problem-solving approach leads Dewey to a stress which has clear educational and moral implications. In a characteristic passage (in his '-Reconstruction in Philosophy'-, Boston 1948, p. 177), he writes:
the process of growth, of improvement and progress rather than the static outcome and result becomes the significant thing… The end is no longer a terminus or limit to be reached. It is the active process of transforming the existent situation. Not perfection as a final goal, but the ever-enduring process of perfecting, maturing, refining is the aim of living.
(O'-Hear)
С другой стороны, рецензия традиционно содержит обязательные критические элементы, так как оценочный момент предполагает и возможное несогласие:
(2) Arguing against the identification of culture with the possession of something inner, he writes:
the idea of perfecting an '-inner'- personality is a sure sign of social divisions. What is called inner is simply that which does not connect with others -which is not capable offree and full communication. What is termed spiritual culture has usually been futile, with something rotten about it, just because it has been conceived as a thing which a man might have internally — and therefore exclusively.
(DE p. 122)
I do not know whether Dewey fully realised the consequences of his view: that it would make much of culture of the middle ages futile and rotten, to say nothing of the writings of, say, Pascal, Kierkegaard and T.S. Eliot. His views on sharability and his belief that material is humanised to the extent that it connects with the common interests of human beings would also render '-rotten'- the science of Einstein, the philosophy of Kant and the painting of Cezanne.
(O'-Hear)
О'-Хир эксплицирует критическое отношение к заявлению Дьюи о неразделимости общекультурных и личностных аспектов индивида, определяя личностные аспекты как нечто скрытое и недоступное окружающим, нереализуемое в коммуникативных процессах. Рецензент указывает на неадекватность подобных суждений в достаточно жесткой форме, ссылаясь на авторитетные имена и указывая на то, что Дьюи этим заявлением элиминирует целый пласт «именных» культурных ценностей. Демонстрация негативного отношения к высказыванию Дьюи проявляется в двукратном подхвате лексем '-futile'- и '-rotten'-, причем во второй раз О'- Хир употребляет лексему '-rotten'-, придавая своей позиции несогласия большую модальность.
В текстах подобного плана могут встречаться случаи моделирования полемических взаимоотношений. В частности, в книге, посвященной творчеству М. М. Бахтина, авторы Эмерсон и Морсон приводят полемические разногласия во взглядах на лингвистические проблемы, возникшие между Бахтиным и Волошиновым. Имея в виду концептуальные различия во взглядах Бахтина и Волошинова на филологические и лингвистические проблемы, авторы отмечают, что критерии этих различий носят идеалогиче-ский (для Волошинова) характер, предопределяя непримиримость критики:
(3) With due caution, Voloshinov'-s explication can be used to supplement Bakhtin'-s, so long as we keep in mind two key differences between Bakhtin and his associate.
First, whereas Bakhtin celebrates intense dia-logization and double-voicing, Voloshinov, writing as a Marxist, describes such phenomena disapprovingly (e.g., V: MPL, pp. I58−59). The forms so central to Bakhtin'-s ideas of unfinalizability and so characteristic of his prosaic approach to the cultural world are regarded by Voloshinov as symptoms of decadent «relativistic individualism» (V: MPL, P. I 22). Vo-loshinov expects and calls for the decay, if not the abolition, of these forms of speech, and he believes that the triumph of the working class is the death knell for these forms.
Second, Voloshinov changes Bakhtin'-s theories by accepting his specific descriptions of language but then accounting for language so described in historical-materialist terms. Bakhtin describes language as not systematic- Voloshinov agrees, but argues that this asystematicity only leads us to look for an external system to explain it. That system is Marxism as Voloshinov understood it. Indeed, the reformulation
of Marxism was central to Voloshinov'-s whole enterprise, as it was not for the non-Marxist Bakhtin.
(Morson & amp- Emerson)
Принимая сторону М. М. Бахтина (в целом), авторы в данном случае выбирают позицию «третьего», констатируя несогласие с концепцией Волошинова. Примечательным в данном случае можно считать то, что «авторство» Волошинова по сей день подвергается сомнению, а мнение, что в действительности текст принадлежит перу М. М. Бахтина, является доказанным фактом, что соответствующим образом маркируется в библиографиях [Волошинов 1993].
Черты текста-оценки могут присутствовать не только в текстах рецензий. Значительная часть научных трудов содержит критический обзор и оценку существующих мнений, концепций и взглядов на рассматриваемые или затрагиваемые проблемы. В таких работах неизбежно встречается выражение оценочной позиции авторов по отношению к рассматриваемым мнениям. Структурно диалогические связи в подобных текстах могут эксплицироваться вполне очевидным образом, например за счет вопросно-ответных единств:
(4) This paper critically examines a new abstraction adopted by Noam Chomsky (1998) in articulating his ideas on language design: the abstraction of instantaneous language evolution. According to Chomsky, it has become possible in the Minimalist Program to ask '-new'- and '-far-reaching'- questions about the design of language, some of which he phrases as follows:
(a) '-How close does language come to what some super-engineer would construct, given the conditions that the language faculty must satisfy?'-
(Chomsky 1998, p. 6).
(b) '-How closely does language resemble what a superbly competent engineer might have constructed, given certain design specifications?'-
(Chomsky 1998, p. 15).
© '-How «perfect» is language, to put it picturesquely?'-
(Chomsky 1998, p. 6).
Chomsky'-s (1998, p. 7) short answer to the third question is: '-surprisingly perfect'-.
(Botha)
Структурируя в своем тексте виртуальный диалог, Бота по мере его развертывания вводит риторические вопросы, сформулированные Хом-ским как реальные вопросные реплики, и снабжает их ответом ('-surprisingly perfect'-). Такой ход обеспечивает на только общее диалогическое
пространство, но и возможность манипулировать концептами Хомского в этом диалогическом пространстве. Поскольку мы рассматриваем лишь схему экспликации диалогических отношений, мы не будем прослеживать дальнейшую цепь взаимодействий концептов Хомского и интерпретаций Бота.
Современный этап развития европейских лингвистических школ (и западных школ вообще) характеризуется пристальным вниманием к переосмыслению языковедческого, философского и психолингвистического наследия середины ХХ в., что неизбежно находит отражение в появлении целого ряда текстов вторичного характера, с необязательными рецензионными характеристиками. Такие тексты вторичного характера все чаще встречаются в данном дисциплинарном текстовом поле и представляют всю жанровую парадигму с точки зрения объема и прагматики. В частности, пример (3) представляет собой фрагмент из крупного монографического произведения, а примеры с (4) по (8) включительно, являются отрывками из статей. Фрагменты (9) — (11) имеют специфические характеристики и представляют особый случай вторичного текста с заявленной иерархической диалогикой (см. ниже).
(5) An enormous amount of scholarship has been devoted to Russell'-s Theory of Descriptions, much of it of a synchronic philosophical nature in that it treats Russell'-s theory purely from a philosophical point of view and assesses its impact without regard to time. In philosophical circles the theory remained practically unscathed until Peter Straw-son'-s attack in '-On Referring'- in 1950.
(Botha)
Как и всякий научный текст, текст вторичного характера имеет базовые диалогические характеристики: он конвергентен общему дисциплинарному дискурсу, и эта конвергентность в текстах подобного плана имеет заявленные диалогические характеристики в силу своих «ответных» свойств- вторичный текст обязательно содержит маркированные интертекстуальные элементы эксплицированного (внутреннего) дисциплинарного контекста [Свойкин 2004] и продуцентного авторства [Свойкин 2003]. Появление цитат в работах вторичного характера весьма вероятно, но необязательно. Как и в любой научной работе, степень эксплицированности интегрированных элементов как непродуцентного авторства, так и внутреннего контекста зависит от двух параметров: от стереотипов, принятых в дисциплинарном сообществе и от интенций самого продуцента
[Свойкин 2003]. В англоязычной научной коммуникации оба эти параметра весьма демократичны и наше исследование показывает, что вторичные тексты имеют чуть больший процент появления прямых цитат- эти цитаты, к тому же, чаще выделяются и маркируются форматом абзаца, чем способами неполного синтагматического представления (см. примеры 1, 2, 3, 7).
(6) At this time Russell'-s linguistic views are unformed, for it is not until the late 1910s and early 1920s that, according to Ray Monk, he conceives of linguistics as a branch of psychology, in line with the behaviourists such as Watson and, to a certain extent, Buhler and the '-gestalt'- psychologists. But my thesis here is that Russell'-s rejection of Meinong'-s theory of complexes led Russell precisely into the linguistic domain, rather than away from it. The standard account of Russell'-s theory of denoting is expressed by Monk:
'-Denoting'- was the word Russell used for the purely logical (rather than linguistic) relation between a concept and that to which it refers. (Monk 1996p. 175).
(Green)
С другой стороны, автор вторичного текста часто приводит расширенный дисциплинарный взгляд на отражаемые позиции, что проявляется в виде интертекстуальных элементов, эксплицируемых, имплицируемых и интегрируемых в текст (см. примеры 6, 7).
В свою очередь, развитие концептуального наполнения и содержания текста вторичного плана строится (структурно и функционально) вполне стереотипными способами, приемлемыми в данном коммуникативном регистре и ничем, кроме дисциплинарной вторичности, не выделяется. Подобный текст будет соответственно определяться теми же конститруэнтными категориями, что и любой другой научный текст, за исключением того, что его диалогичность и интертекстуальные [Кожина 1999] характеристики будут иметь более «выпуклые», фокусированные свойства.
В частности пример (7), который представляет собой сквозную выборку из статьи Дэниэля Р. Дависа «Wittgenstein, integrational linguistics, and the myth of normativity» [Davis 1999], организован нами так, чтобы проиллюстрировать некоторые модельные элементы, общие и специфичные для произведений подобного рода. Здесь в первую очередь демонстрируется то, как наследие Витгенштейна соотносится с современным состоянием дисциплинарного диалога в области лингвистики. Очевидная «преамбульность» дан-
ного текстуального хода может рассматриваться в контексте нашего исследования как фрагмент дисциплинарного контекста, равно как и приведенное высказывание Р. Харриса.
Настойчивая концентрация внимания реципиента на личности Витгенштейна не только представляется оправданной, но и является следствием прагматической ориентации, свойственной вторичным текстам. В этой связи высказывание самого Витгенштейна, также присутствующее в данной подборке, выполняет полифункциональную роль: с одной стороны, цитата служит репрезентантом материала, своего рода отправной точкой оценочного анализа, с другой стороны, данный фрагмент первичного текста является объективным текстуальным фактом в доказательно-аргументационной структуре, в третьих, данный текстуальный фрагмент представляет собой органичную смысловую составляющую при когерентном развертывании всего текста- кроме того, он, несомненно, может рассматриваться как элемент контекста и фактор непродуцентного авторства (указанные вводные выделены полужирным шрифтом и полужирным курсивом):
(7) The later works of the philosopher Ludwig Wittgenstein have inspired and guided the integrationist critique of orthodox linguistics.
… The rhetorical interpretation emphasises Wittgenstein'-s questioning of traditional philosophical ways of seeing language. It hangs on statements such as the following: What is your aim in philosophy? To show the fly the way out of the fly bottle. (Wittgenstein 1953(PI section (§) 309)) and,
& quot-But how many kinds of sentence are there? Say assertion, question, and command? — There are countless kinds: countless different kinds of use of what we call symbols, words, sentences. And this multiplicity is not something fixed, given once for all- but new types of language, new language-games, as we may say, come into existence, and others become obsolete and get forgotten. (PI section (§) 23)".
. The deployment of this questioning strategy in integrational linguistics begins with Harris (1980). Harris examines the influence of various cultural traditions on the development of the European linguistic tradition. Wittgenstein is an important figure in this exposition as he challenges the surroga-tionalism of the Western tradition. As Harris says,
It is no accident that Wittgenstein chose precisely the metaphor of games to epitomise his own eventual convictions about language. (Harris 1980, p. 58).
(Davis)
Рассматривая системно-структурные стороны развертывания данного текста, мы можем с большой долей уверенности предположить в резюмирующей части статьи результаты оценочного анализа двустороннего характера, а именно анализа соотносимости взглядов Витгенштейна с состоянием дисциплинарного дискурса и анализа дисциплинарных состояний, соотносимых с вводными собственно Витгенштейна (выделено полужирным курсивом):
(8). Wittgenstein'-s words can also serve as a warning to integrationists. Much the same pressure is exerted on us as members of the academy, to leave politics out of our linguistics, to conceal it within ambiguous and concessive terminology such as '-normativity'-, or to corral it within academically acceptable topoi such as ethnicity, class and gender. If we give in to this pressure, we will find ourselves producing the same old academic products for the same old academic markets whilst leaving the dominant orthodoxy unscathed and unassailed, within or without the academy. Worse still, we will fail to achieve the first step of the integrational programme or method: an awareness of the integrated character of our acts as linguists and academics, deriving from the political, relational, and agreeable nature of our linguistic experience.
(Davis)
К особым случаям вторичного текста, по-видимому, следует отнести книгу Р. Богранда «Linguistic Theory: The discourse of Fundamental Works» [Beaugrande R. de: 1991]. Специфичность данной работы состоит в том, что ее коммуникативной задачей было формирование диалогического пространства, в котором избранные продуцентом теоретические концепты, принадлежащие различным лингвистическим направлениям и авторам, сформируют единую диалогическую ситуацию (в терминах Богранта — дискурс). Автор эксплицирует эту коммуникативную задачу в первой главе работы:
(9) 1.1 '-Surveys'- of '-linguistic theory'- have become so numerous that a new one calls for some justification. It seems to me that even though linguistics is about language, the major works in linguistic theory have seldom been analysed and synthesized as language, specifically: as a mode of discourse seeking to circumscribe language by means of language.
…1.4 In that situation, surveys of linguistic theory should be cautious about imposing an artificial, retrospective sense of order and direction on the discipline by distilling out a few main '-ideas'-, '-schools'-, '-trends'-, or '-paradigms'-. That method can
abbreviate or conceal the complexity and diversity of scientific interaction and discourse. A counterbalance could be attained by surveying linguistics as a '-model science'- perpetually in the process of situating itself in respect to language.
…1. 10 My survey accordingly proceeds by arranging and presenting the discourse, the statements and arguments, of representative theorists in linguistics of this century, sticking as close as is feasible to their actual wordings, especially where major points are expressed. Proceeding by author rather than by '-school'- may help to accentuate individual views, voices, and personalities, and thus to re-experience some of the momentum and perplexity of repeated confrontations with the recalcitrant problems that the study of language necessarily raises.
(Beaugrande)
Настойчивая экспликация коммуникативной задачи в вводной главе маркирует, на наш взгляд, несколько параметров:
¦ несмотря на отмечаемое автором значительное число подобных обзоров ('-Surveys'- of '-linguistic theory'- have become so numerous), Бо-гранд отводит своей работе в этом «числе» особое место, определяя в качестве своей основной задачи синтез некоторой новой формации, состоящей из автономных представителей дисциплинарного дискурса, употребляя при этом не совсем, на наш взгляд, точное, но, несомненно, образное противопоставление: about language / as language и обходя в данном случае традиционную соссюров-скую дихотомию язык / речь-
¦ автор указывает на необходимость осторожности (should be cautious) при манипуляциях с первоисточниками, имея целью преодоление механистического (imposing an artificial, retrospective sense) подхода при обзоре. Богранд настоятельно требует применения к такому обзору модельных характеристик лингвистики (linguistics as a '-model science'-), позволяющих достичь гармонии в часто противоречивом (complexity and diversity of scientific interaction and discourse) дисциплинарном дискурсе-
¦ Богранд определяет временные рамки (this century) ХХ в. как синхронную темпоральную составляющую осуществляемого обзора, предопределяя, таким образом, дисциплинарную преемственность и дисциплинарное научное «равноправие» компилируемых лингвистических школ, причем, как указывает автор, работа сконцентрирована не только на когнитивных составляющих, но и на авторских характеристиках этих составляющих, что, в свою очередь, придает ра-
боте дополнительные диалогические характеристики-
¦ рассматриваемая работа принадлежит перу автора, этнически не являющегося представителем англоязычной культуры, а работы, подвергаемые обзору, также представляют целый ряд культур Старого и Нового света. Данный факт мы рассматриваем как аргумент роли, которую английский язык получает в современной научной коммуникации в качестве универсального международного кода в научном коммуникативном регистре.
Мы не будем подвергать пристальному анализу диалогические элементы, присущие данной работе, отметим лишь то, что в своей работе каждому из авторов Богранд выделяет именной раздел. Ниже мы приводим оглавление работы без вводной и заключительной — резюмирующей — глав:
(10)
2. Ferdinand de Saussure
3. Edward Sapir
4. Leonard Bloomfield
5. Kenneth Lee Pike
6. Louis Hjelmslev
7. Noam Chomsky
8. John Rupert Firth
9. Michael Halliday
10. Terry Winograd (restored chapter)
11. Teun van Dijk and Walter Kintsch
12. Peter Hartmann
(Beaugrande)
Резюмирующая глава, в свою очередь, имеет традиционную итоговую направленность и ее коммуникативная задача четко вербализуется в первом абзаце (11):
(11). 13.1 We have now surveyed the discourse of '-theorizing'- in some major works in this century attempting to establish the foundations of linguistics. Focusing on the works as discourse helps to see them not just as documents, but also as '-performances'- with characteristic '-discourse moves'- (cf. 1. 11).
(Beaugrande)
Рассматривая компилятивный анализ лингвистических школ через их представителей не как парадигму артефактов (not just as documents), а как систему диалогических ходов (discourse moves), автор моделирует сквозное диалогическое пространство в границах одной филологической дисциплины, что является несомненным аргументом в пользу идеи конвергентной диалогики научного текста [Свойкин 2004]. Расширение границ (когнитивных, дисциплинарных, лингво-географических) такого тотального диалога за счет использования общего универсального кода
позволяет привлекать к формированию теоретических моделей ученых — представителей других лингво-культурных и дисциплинарных систем, обеспечивая таким образом, как внутреннюю осведомленность субъектов научного диалога, так и большую дисциплинарную объективность теоретических построений через увеличение числа исследуемых фактов и универсализацию дисциплинарного дискурса.
Проведенное исследование диалогических свойств вторичного текста в научной коммуникации позволяет сделать следующие выводы:
• диалогика вторичного текста имеет категориальные признаки научного диалога и представляет собой наиболее интерактивно обусловленный тип научного дискурса-
• вторичность такого текста определяется изначальной ответно-полемической и оценочной прагматикой, в силу чего имеет ярко выраженные рецензентные и интерпретационные характеристики-
• смысловая конвергенция во вторичном научном тексте реализована эксплицитно и отражает тесные дисциплинарно-диалогические связи как полемического, так и комплементарного характера-
• вторичный научный текст обеспечивает приращение дисциплинарного дискурса за счет экспликации вариантов понимания и интерпретации первичных по отношению к нему текстов.
В заключение следует подчеркнуть, что вторичный научный текст может рассматриваться как особый фактор диалогики научного текста, особенно в той связи, что в последнее время этот текстовый слой получает широкое распространение в англоязычной научной коммуникации.
Список литературы
Баженова Е. А. Интертекстуальность научного текста // Текст как объект многоаспектного
исследования. — СПб.- Ставрополь: Изд-во СГУ, Ставрополь, 1999.
Бахтин М. М. Эстетика словесного творчества. — М.: Искусство, 1979.
Волошинов В. Н. (Бахтин М.М.) Фрейдизм. -М., 1993.
Зотов Ю. П. Диалогика текста как бесконечномерное смысловое пространство. — Саранск: изд-во МГПИ им. М. Е. Евсевьева, 2000.
Кожина М. Н. Некоторые аспекты изучения речевых жанров в нехудожественных текстах // Стереотипность и творчество в тексте. — Пермь, 1999.
Свойкин К. Б. Многомерность авторского аспекта в научной коммуникации // Языки в современном мире: тезисы докладов международной научно-практической конференции. — Саранск: Изд-во Мордов. гос. пед. ин-та, 2003.
Свойкин К. Б. Смысловая диалогическая конвергенция в научной коммуникации. — Саранск: Изд-во Морд. ун-та, 2004.
Beaugrande R. de Linguistic Theory: The discourse of Fundamental Works. — London: Longman, 1991.
Botha R. On Chomsky'-s '-fable'- of instantaneous language evolution // Language & amp- Communication 19, 1999.
Davis R. D. Wittgenstein, integrational linguistics, and the myth of normativity // Language & amp- Communication 19, 1999.
Green K. The author and the king: referring and denoting in Russell'-s Theory of Descriptions // Language & amp- Communication 19, 1999.
Morson G. S., Emerson C. Mikhail Bakhtin: Creation of a Prosaics. — Stanford, California: Stanford University Press, 1990.
O'-Hear A. Father of Child-centredness. John Dewey and the ideology of modern education, Policy Study No 126. CPS. — London, 1991.
KB. Svoikin
SECONDARY TEXT DIALOGICS IN ACADEMIC COMMUNICATION
The contemporary tendencies in the development of the Humanitarian disciplines are characterized by the regular appearing of works devoted to the critical analysis of the texts belonging to the disciplinary cognitive corpus, which are written by well-known authors and appreciated in the academic community, i.e. by those authors whose cognitive inheritance creates the ideas of the fundamental disciplinary views. From the dialogical point of view, such texts can be defined as '-secondary texts'- for they possess evident responsive, evaluating and/or polemic features that appear in these texts in the form of stereotypical constructions.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой