Динамическая эффективность и сценарии развития экономических систем

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Экономические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Вестник Челябинского государственного университета. 2015. № 8 (363). Экономика. Вып. 48. С. 40−53.
УДК 330.3 ББК 65. 5
ДИНАМИЧЕСКАЯ ЭФФЕКТИВНОСТЬ И СЦЕНАРИИ РАЗВИТИЯ ЭКОНОМИЧЕСКИХ СИСТЕМ
В. О. Арбачаускас
ФГБОУ ВПО «Челябинский государственный университет», Челябинск, Россия
Исследуется эволюционное моделирование и прогнозирование экономической динамики. Рассмотрены существующие подходы к определению понятия экономической динамики и смежных экономических категорий, на основе чего выведено авторское определение понятия «экономическая динамика». Перечислены основные макроэкономические показатели, отражающиеся в моделях экономической динамики. Произведён расчёт выбранных показателей в различных по своему типу экономических системах, а также представлен последующий анализ результатов. Выявлен и рассчитан показатель, характеризующий динамическую эффективность экономической системы. Предложена модель логистической кривой, описывающая закономерности мировой экономической динамики. Сделана попытка построения долгосрочных сценариев экономического развития путём применения метода экстраполяционного прогнозирования.
Ключевые слова: эволюционная экономическая теория, синергетика, мировая экономика, моделирование макроэкономических систем.
Введение. В современных условиях хозяйствования особенно остро выделяется проблема моделирования и прогнозирования экономической динамики. Актуальность данной темы прежде всего обусловлена тем, что правильное применение моделей экономической динамики позволит с различной долей вероятности определить кризисные периоды развития экономических систем, природу кризисных явлений, их структуру и осо -бенности.
Как отмечает профессор В. И. Бархатов, ключевым аспектом при формировании экономической политики выступает определение механизмов регулирования общественной жизни [4]. Неверная трактовка обнаруженных взаимосвязей, непонимание природы экономических явлений могут привести к фундаментальной ошибке на этапе разработки экономической политики.
Текущий социально-экономический кризис открывает перед исследователями новые аспекты жизнедеятельности экономических систем. Так, становится очевидным тот факт, что одной из причин возникновения кризисных явлений, проявившихся в российской экономике в конце 2014 г., явились трудно прогнозируемые изменения внешнеполитической конъюнктуры.
Опираясь на известное нам свойство экономических систем, заключающееся в их нелинейности, мы можем прийти к выводу, что экономические системы при определённых условиях под-
вержены детерминированному (динамическому) хаосу. Такую точку зрения мы можем встретить в работах А. А. Мясникова и В. А. Садовничего [10- 16]. Теория хаоса гласит, что любая сложная система является зависимой от первоначальных условий её жизнедеятельности, поэтому незначительные изменения внешней среды способны привести к сложно прогнозируемым (а порой и непостижимым в рамках человеческого познания) последствиям, которые проявятся в последующих периодах. Рассматриваемое явление в социально-экономических системах может возникать по причине неустойчивости их элементов, постоянно изменяющихся взаимосвязей между ними и условий внешней среды. При этом периоды, в которых система наиболее чувствительна к изменениям, носят название точек бифуркации и в экономических системах могут характеризоваться инфляционно опасными фазами [10]. Точками бифуркации в динамике экономических систем могут выступать социальные потрясения, изменения внешней конъюнктуры, политические преобразования и т. д.
Вопреки возникшим к концу ХХ в. надеждам, возлагаемым на экономическое моделирование, наука не может дать исчерпывающий ответ на вопрос о том, как сильно отразится влияние на тот или иной элемент экономической системы на её будущей жизнедеятельности. Экономическое моделирование способно лишь представить перед
нами один из возможных вариантов развития экономической системы. Сложность построения все -охватывающей экономической модели заложена в том, что экономическая система представляет собой совокупность колоссального количества людей, чья психология, структура социальных взаимоотношений никогда не находятся в неизменном состоянии [1].
Так или иначе, экономическое моделирование всё же существенно расширило представления науки об экономической динамике, взаимосвязях элементов экономических систем и особенностях хозяйственной деятельности, тем самым выполнив огромное прикладное значение.
Моделирование экономической динамики. Прежде чем перейти к рассмотрению существующих моделей экономической динамики, нам необходимо дать определение понятия «экономическая динамика».
Понятие экономической динамики крайне сложно и противоречиво. Социально-экономическая действительность изменчива и неоднородна, в связи с чем возникают известные трудно -сти при разграничении понятий экономической статики и динамики.
Так, известный русский учёный Н. Д. Кондратьев считал, что процессы экономической динамики находят своё отражение в непрерывном изменении экономической действительности, позволяющей нам делать заключение о том, что любая экономическая система является динамической. Под динамикой здесь следует понимать не движение, поскольку экономические системы могут не менять своих пространственных границ, а непрерывное изменение элементов системы и взаимосвязей между ними [8].
Однако другие авторы, в числе которых мы можем перечислить Р. Лукаса [9], В. А. Садовничего [16], Д. Форрестера [20], Х. У де Сото [19] и др., имели несколько иные трактовки понятия эконо -мической динамики. В большинстве своём данные концепции исходили из общности понятий экономического роста и экономической динамики. Например, Х. У. де Сото предлагает теорию динамической эффективности, которая, по его мнению, позволяет провести дифференциацию экономических систем на статические и динамические [19]. В основу указанного разделения ложится критерий определения прироста основных показателей жизнедеятельности системы. Таким образом, статические системы будут обладать нулевым либо отрицательным приростом основ-
ных показателей. Отсюда же мы можем сделать вывод о том, что стержневым принципом эффективности статических экономических систем является минимизация экономических потерь при достижении поставленной цели, в то время как для динамической системы важен прирост показателей, позволяющий нарастить производственные мощности и обогатить имеющийся потенциал развития.
Учитывая изложенное выше, мы можем заметить, что состояние статики характеризуется термодинамическим равновесием, приводящим к зарождению процессов внутренней энтропии. Лишённые гибкости, элементы системы будут не в состоянии подавить увеличивающуюся энтропию, что в дальнейшем приведёт к разрушению системы [1].
Таким образом, обобщая уже существующие представления об экономической динамике, мы можем прийти к следующему определению, согласно которому экономическая динамика — это процесс развития экономической системы, сопровождающийся ростом значений основных показателей её жизнедеятельности.
В. А. Садовничий полагает, что среди объектов социально-экономического прогнозирования мы можем выделить демографию, социальную сферу, экологию, научно-технический прогресс и, наконец, экономику [16].
Основными макроэкономическими показателями, отражающимися в различных моделях экономической динамики, выступают:
1) валовой внутренний продукт страны, выраженный как в целом значении, так и в пересчёте на душу населения-
2) численность населения и трудовых ресурсов-
3) инвестиции в основной капитал, в производственную и социальную сферы-
4) экспорт и импорт товаров и услуг, сальдо торгового баланса-
5) производительность труда-
6) индекс человеческого развития.
Ряд исследователей считает, что с течением времени всё большее значение будет приобретать показатель качества развития, снижая значимость количественных макроэкономических показателей. Однако сами критерии качества развития, как правило, выражаются через те же количественные показатели. Также на сегодняшний день не выработан единый способ сопоставления экономической мощи развитых и развивающихся стран, поэтому наиболее подходящим
показателем выступает ВВП на душу населения. Именно этот индикатор средних показателей качества жизни и ложится в основу большинства моделей экономической динамики [9- 16- 17].
Теперь рассмотрим динамику показателя ВВП на душу населения разных стран мира. В данную выборку включим несколько передовых индустриальных стран, чья экономическая система наиболее близка к тому, чтобы быть иденти-
фицированной как постиндустриальная (США, Великобритания) — развивающиеся страны, которые мы можем отнести к индустриальным странам второго поколения (Китай, Ирак) — одну страну с экономикой переходного типа, но вошедшую в число индустриальных стран первого поколения (Россия) — а также проанализируем данный показатель у одной из наиболее неблагополучных экономик мира (Зимбабве) (рис. 1−2).
«о? & lt-
с и и
США
Великобритания
Россия Китай
иэ иэ ш ш
™ г*!™ гч
Рис. 1. ВВП на душу населения в США, Великобритании, России, Китае [23]
«о & lt-
с и и
4000
3500
3000
2500
2000
1500
1000
500
Китай
Ирак
Зимбабве
СО СО СО СГ) (Хк СПСПСПСПСПСПСГ) СПСГ)(Х1
Рис. 2. ВВП на душу населения в Китае, Ираке, Зимбабве [23]
Анализируя представленные графики, мы можем заметить, что экономическое развитие обладает следующими признаками:
1. Неравновесной динамикой, отражающейся в отклонениях тренда экономического роста. При этом здесь следует заметить, что определённые разновидности отклонений будут носить краткосрочный характер и неминуемо вернут экономическую систему на эволюционно обусловленную траекторию развития, заложенную эффектом зависимости от выбранного ранее пути. Указанное свойство экономических систем объясняется инертностью их институтов, не позволяющей всем элементам системы в краткосрочном периоде приобрести адаптивные навыки, необходимые для продолжения вновь возникшего тренда [12].
Таким образом, под равновесием экономической системы следует понимать нахождение системы на определённом аттракторе, отражающемся в цикличности её развития [10]. Руководствуясь предположением о синергетиче-ской природе экономической динамики, мы можем заключить, что в циклах развития экономической системы можно выделить определённые точки бифуркации, проявляющиеся в динамике показателя ВВП на душу населения. Отсутствие чётко выраженного аттрактора выступает свидетельством трансформируемого состояния экономической системы, а также её чувствительности к эндогенному и экзогенному воздействию (например, кривая, отображающая ВВП на душу населения Ирака).
2. Бифуркационные точки развития экономик передовых государств будут иметь синхронный характер, что достигается за счёт высокой степени вовлечённости данных стран в глобальные экономические связи, а также немалой схожестью технологических укладов. Например, на рис. 1 мы можем заметить снижение объёмов рассматриваемого показателя, наблюдающееся во время финансово-экономического кризиса конца 2000-х гг., у США и Великобритании. Спад, вызванный кризисом в финансовом секторе США в 2007—2008 гг., также отразился и на экономике других стран, заложив начало мирового экономического кризиса. Так, кризисные явления проявились и в российской экономике, вызвав спад промышленности и, как следствие, снижение объёмов ВВП (см. рис. 1).
3. Неравномерностью развития, заключающейся в различных темпах роста рассматриваемых экономических систем, а также колоссаль-
ным разрывом в объёме исследуемого показателя. Следовательно, данный разрыв приводит к диспропорции соотношения ВВП отдельной страны к мировому ВВП, создавая ситуацию, когда процентная доля развитых стран в мировом ВВП существенно выше, чем доля развивающихся и наименее развитых стран. Неравномерное развитие экономических систем на сегодняшний момент представляется одним из основных противоречий экономического развития [2]. Так, даже города и регионы могут отмечаться различным удельным весом в экономике страны, отличаться по уровню технологического развития, развития человеческого капитала и т. д.
Дифференциация различных регионов одной страны по уровню развития производительных сил, темпам экономического роста, а также характеру производственных отношений может привести к конфликту групп экономических интересов, представленных субъектами хозяйственной деятельности. Наиболее яркий и изученный пример такого столкновения — война за сецес-сию Юга США.
К началу 1861 г. в США сложились две принципиально разные экономические системы: аграрная экономика Юга, нуждавшаяся в дешёвой неквалифицированной рабочей силе и отсутствии внешнеторговых барьеров, и промышленная экономика северных штатов, рынок труда которой нельзя было насытить низкоквалифицированными кадрами, а зарождавшиеся промышленные гиганты требовали от государства введения протекционистских мер. Таким образом, неравномерность экономического развития в рамках одной страны привела к сецессии южных штатов и последовавшей за ней войне.
Соответственно, дисбаланс экономического развития макросистем аналогичным образом мо -жет выступать в роли катализатора внешнеполитических и военных конфликтов. При этом поляризация макросистем имеет тенденцию к постепенному увеличению. Согласно исследованиям Г. Кларка и М. Спенса, отчасти это обусловлено увеличивающейся разницей в доходах населения развитых и развивающихся стран [7- 17].
Анализ показателей динамической эффективности экономических систем. Одним из важнейших макропоказателей, отражающих динамику экономического роста, выступает темп прироста ВВП на душу населения. Рассмотрим указанный показатель у группы стран, вошедших в нашу выборку (таблица).
Темпы прироста ВВП на душу населения в США, Великобритании, России, Китае, Ираке, Зимбабве
(1961−2013 гг.), % [23]
Год США Великобритания Россия Китай Ирак Зимбабве (Южная Родезия)
1961 0,86 1,79 — -26,50 — 2,90
1962 4,49 0,47 — -6,37 — -1,84
1963 2,86 3,18 — 7,52 — 2,79
1964 4,31 4,35 — 15,5 — -4,31
1965 5,16 2,13 — 14,2 — 1,52
1966 5,36 1,48 — 7,65 — -1,72
1967 1,63 1,76 — -8,09 — 4,91
1968 3,87 3,47 — -6,57 — -1,28
1969 2,13 1,62 — 13,70 -0,25 8,80
1970 -0,95 9,98 — 16,10 1,04 18,50
1971 1,99 3,05 — 4,10 1,90 5,29
1972 4,13 3,87 — 1,28 0,36 4,67
1973 4,64 6,33 — 5,46 1,06 -0,86
1974 -1,39 -2,58 — 0,20 12,40 3,06
1975 -1,19 -1,54 — 6,79 8,90 -5,14
1976 4,38 3,05 — -3,11 13,40 -2,74
1977 3,57 2,62 — 6,14 -1,31 -9,78
1978 4,45 4,12 — 10,10 13,40 -5,80
1979 2,04 3,58 — 6,14 17,20 -0,14
1980 -1,22 -2,28 — 6,49 21,10 10,30
1981 1,54 -0,88 — 3,90 -3,49 8,31
1982 -2,74 2,11 — 7,46 0,63 -1,33
1983 3,68 4,16 — 9,26 -15,30 -2,39
1984 6,33 2,09 — 13,60 -3,94 -5,70
1985 3,31 3,31 — 11,90 -0,97 2,93
1986 2,55 2,92 — 7,23 2,25 -1,60
1987 2,64 5,32 — 9,80 6,88 -2,38
1988 3,25 5,69 — 9,50 -2,24 3,98
1989 2,7 2,25 — 2,47 -5,39 1,95
1990 0,76 0,23 -3,37 2,32 53,80 3,97
1991 -1,38 -1,54 -5,25 7,69 -65,00 2,86
1992 2,12 0,17 -14,5 12,80 28,70 -11,00
1993 1,39 2,39 -8,56 12,60 26,30 -1,01
1994 2,77 3,76 -12,4 11,80 0,65 7,15
1995 1,50 2,25 -4,01 9,72 -1,04 -1,65
Окончание таблицы
Год США Великобритания Россия Китай Ирак Зимбабве (Южная Родезия)
1996 2,59 2,40 -3,61 8,86 7,56 8,43
1997 3,22 2,28 1,56 8,18 17,40 0,97
1998 3,24 3,20 -5,14 6,80 30,60 1,33
1999 3,59 2,80 6,72 6,69 13,90 -2,06
2000 2,93 3,39 10,4 7,58 -1,61 -3,98
2001 -0,01 2,27 5,53 7,51 -0,68 0,76
2002 0,84 2,01 5,15 8,35 -9,56 -9,28
2003 1,92 3,81 7,84 9,34 -34,9 -17,20
2004 2,83 1,87 7,80 9,43 50,00 -5,95
2005 2,39 2,10 6,90 10,6 1,71 -5,84
2006 1,68 2,28 8,62 12 7,46 -3,56
2007 0,8 1,76 8,81 13,5 -1,00 -3,77
2008 -1,19 -1,11 5,36 9,07 4,00 -17,90
2009 -3,65 -5,03 -7,79 8,67 3,23 5,12
2010 1,68 1,11 4,15 9,91 2,81 9,77
2011 0,86 0,85 3,84 8,77 7,44 9,54
2012 1,57 -0,03 3,27 7,12 7,52 7,62
2013 1,49 1,09 1,09 7,14 1,59 1,34
%
спспочспспспспспспспачочспооооо нннннннниннннгМ (ММ[МШ
Рис. 3. Темпы прироста ВВП на душу населения в США и Великобритании [23]
%
Рис. 4. Темпы прироста ВВП на душу населения в России и Китае [23]
%
| Ирак
П А
'- / / /V, у. 1 ~ - ЛУ V / л о/т д /
/ ^ ^ '- -& lt-"- -* 1 1 4 & lt- 1 1 Г Зимбабве


1
т-Н (П 1Л СТ1 т-Н (П 1Л СТ1 т-Н го ю ОТ т-Н (П 1Л ОТ т-Н т и-1 ОТ т-Н го
о 1X1 1а Г-. СО СО СО СО 00 ОТ от ОТ ОТ 0−1 о о о о о т-Н т-Н
С-1 о-& gt- 0~| 0~| С-1 О! СТ1 СТ) О! от сг& gt- от от о-& gt- от 0−1 от ОТ ОТ О& quot-! о о о о о о о
*-н т-Нн ^н т-Нн т-н Т& quot-Нн т-Н т-Н т-Нн т-Нн т-н т-Нн т-Н т-Н гм гм гм гм ГМ гм гм
Рис. 5. Темпы прироста ВВП на душу населения в Ираке и Зимбабве [23]
Обращаясь к представленным графикам, мы можем выделить определённые закономерности, описывающие особенности экономического роста.
Страны, чья экономическая система характеризуется высокими темпами экономического роста, имеют весьма высокую колебательную активность рассматриваемого показателя. Однако при
этом колебания должны происходить в диапазоне положительных значений. Назовём данный диапазон областью устойчивого роста. Таким образом, на рассматриваемых графиках (рис. 3−5) настоящая область будет соответствовать значениям темпов прироста, находящимся выше нуля. Следовательно, чем выше средние темпы приро-
ста ВВП на душу населения, тем выше динамическая эффективность системы, поскольку именно средние темпы прироста определяют общее направление аттрактора, притягивающего экономическую систему.
Рассмотрим средние показатели темпов прироста ВВП на душу населения исследуемых стран (рис. 6). Остановимся на периоде с 1961 по 2013 г.
Анализируя имеющиеся у нас данные (таблица- рис. 3−6), мы можем прийти к выводу, что Китай и Ирак обладают более высокой динамической эффективностью, но доля ВВП этих стран в мировом ВВП существенно ниже доли индустриальных стран первого поколения. Отсюда мы можем сделать заключение, что динамическая эффективность, тем более в среднесрочном периоде, не выступает эквивалентом успешного экономического развития. Это объясняется тем, что экономическое развитие, будучи крайне сложным и противоречивым явлением, не может быть в достаточной степени выражено количественным ростом макроэкономических показателей. Здесь следует принять динамическую эффективность как один из элементов экономического роста, который, в свою очередь, восходит к более общему понятию экономического развития.
Аттракторы национальных экономических систем в некоторой степени повторяют динамику мирового экономического развития. Находясь на разных этапах технологического развития, экономика того или иного государства отражает комплекс социально-экономических особен-
ностей, присущих именно этой стадии развития производительных сил. Высокие темпы роста являются характерной чертой экономических систем, совершивших переход от аграрного общества к индустриальному [17]. По истечении определённого периода экономический рост замедляется. Рассмотрим более подробно причины этого явления, для чего обратимся к графику, демонстрирующему динамику мирового ВВП на душу населения с 1 г. н. э. до 2010 г. (рис. 7).
Если не брать во внимание краткосрочные отклонения тренда экономического роста, то, на первый взгляд, может показаться, что экономический рост имеет тенденцию к геометрической прогрессии. Тогда совершенно очевидно наступление момента времени, при котором данный показатель станет соответствовать сингулярной точке, т. е. при условии сохранения тенденции к геометрической прогрессии ВВП на душу населения в определённый момент времени будет иметь бесконечное значение [16]. Но гиперболическая модель экономического роста, предусматривающая стремление кривой к бесконечности, базируется на весьма существенных упрощениях, а именно — неограниченности факторов производства и, как следствие этого, бесконечности ресурсов, которыми располагает человечество. Экономические ресурсы, находящиеся в распоряжении человека, имеют ограниченную величину и представлены в виде константы. Человек может лишь увеличить эффект полезного действия, совершенствуя
%
Китай

Ирак

Великобритания

США Россия
Зимбабве
Рис. 6. Средние темпы прироста ВВП на душу населения в США, Великобритании, России, Китае,
Ираке и Зимбабве (1961−2013 гг.)
Рассчитано на основе [23]
Долл.
Рис. 7. Мировой ВВП на душу населения, в международном долларе 1990 г. [22]
технологии обработки и тем самым увеличивая отдачу от использования ресурсов.
Возможные сценарии мирового экономического развития. Эволюционный подход, выступая альтернативой неоклассическому подходу, строится на предположении, согласно которому экономические системы имеют немалую схожесть с системами биологическими [2]. Соответственно, в рамках эволюционного моделирования экономической динамики зачастую применяются модели и принципы, заимствованные из эволюционной биологии.
Существующие на сегодняшний момент модели экономической динамики опираются на различные модификации производственной функции Кобба — Дугласа, в изначальном своём виде выражающей зависимость объёма производства от создающих его факторов производства (затрат труда и капитала). Позднее производственная функция усложнялась, включая в себя новые переменные, представленные как самостоятельный фактор производства [9- 16- 20].
Мы же в своей работе остановимся на другой модели динамики нелинейных систем, которая может быть включена в производственную функцию Кобба — Дугласа, если областью её применения выступает жизненный цикл технологического уклада [11].
Наиболее широко применяемой моделью динамики нелинейных систем на сегодняшний день является логистическое уравнение, или модель Ферхюльста (1848). Логистическое уравнение было открыто бельгийским математиком
Ферхюльстом при исследовании роста численности биологических популяций. Данная модель учитывает ограниченность ресурсов, которые необходимы популяции для роста численности, и имеет следующий вид дифференциального уравнения:
^=Р1 — Р),
ёТ К
где P — численность популяции-
T — время-
г — скорость роста (размножения) —
К — поддерживающая ёмкость среды (максимально возможная численность популяции).
Применительно к нашему исследованию логистическое моделирование открывает весьма широкие возможности прогнозирования мировой экономической динамики. Так, включение в логистическую функцию переменных, описывающих аттрактор экономической системы, позволит нам определить возможные сценарии экономического развития в долгосрочном периоде. Однако следует оговориться, что на данном этапе мы не имеем точных представлений о количественном выражении показателей, включённых в логистическую функцию, поэтому в рамках нашего исследования будет применён метод экстра-поляционного прогнозирования, заключающийся в составлении прогноза на основе имеющихся у нас представлений о поведении «^-образной кривой во времени.
Итак, рассмотрим три возможных сценария мирового экономического развития и поведения
кривой мирового ВВП на душу населения, характеризующей каждый из предложенных сценариев.
Первый сценарий будет исходить из того, что смена технологических укладов не приведёт к существенным отклонениям от тренда экономического развития, замедлив темп экономического роста только на конечных стадиях развития экономических систем. При этом ограниченность мировых ресурсов проявит себя в конце цикла экономического роста, создав предел, на рис. 8 обозначенный линией k2.
и
и
Рис. 8. Поведение кривой мирового ВВП на душу населения для первого сценария экономического развития
Таким образом, линии kl и k2 формируют пределы экономического роста (нижний и верхний соответственно). Верхний предел обусловлен ис-тощаемостью мировых ресурсов. Точки ^ и ?2 отражают бифуркационные периоды развития мировой экономической системы. Замедление темпов экономического роста в индустриальных странах первого поколения может служить индикатором приближения этих стран к точке ?2. Бифуркационные периоды в представленной модели будут характеризоваться глобальной сменой технологических укладов, повлёкших за собой эпохальные изменения социально-экономических аспектов общественной жизни [18- 21]. Так, точка на рис. 8 соответствует окончанию второй промышленной революции, а на рис. 7 может быть обозначена на интервале между 1912 и 1925 гг.
В первом сценарии прогноза экономического развития предполагается, что смена технологических укладов в рамках третьей промышленной революции не приведёт к замедлению тренда эко -номического роста. Развитие технологий по истечении времени достигнет сингулярного состояния (технологическая сингулярность), но при
этом оптимизация хозяйственной деятельности не разрешит проблему истощения факторов производства, оставив потребление энергоресурсов на высоком уровне.
В основу второго сценария ляжет предположение о том, что глобальная смена технологических укладов, которая произойдёт во время третьей промышленной революции, позволит существенно снизить потребление энергоресурсов, тем самым увеличив полезное действие имеющихся факторов производства (рис. 9).
у (0
с и
к I
и 5
о «
о
I
ев К
Рис. 9. Поведение кривой мирового ВВП на душу населения для второго сценария экономического развития
Модель второго сценария прогноза мирового экономического развития будет иметь вид обобщённой логистической кривой. На данной модели смена технологических укладов происходит в бифуркационных периодах, находящихся в точке перехода от низких темпов экономического роста к высоким. Соответственно, по мере устаревания технологий и снижения коэффициентов их экономической полезности будет наблюдаться замедление темпов экономического роста с последующим переходом кривой в стадию, характеризующуюся минимальной динамической эффективностью экономической системы. На данной стадии происходит накопление навыков и технологических усовершенствований, которые в дальнейшем позволят совершить технологический скачок, что приведёт к подъёму кривой и наращению темпов экономического роста [9]. Однако смена технологических укладов неизбежно столкнётся с пределом экономического роста, и дальнейшее экономическое развитие станет невозможным по причине истощения факторов производства.
Третий сценарий можно назвать сценарием «Судного дня». Он предполагает комплексную
к
2
к
1

г
деградацию макросистем, сопровождающуюся такими явлениями, как утрата технологий, отсутствие экономического роста, тотальное снижение объёмов производства, снижение численности рабочей силы и т. д. (рис. 10).


Рис. 10. Поведение кривой мирового ВВП на душу населения для третьего сценария экономического развития
Третий сценарий является наименее возможным из всех описываемых, его наступление станет вероятным только в случае глобальных социальных потрясений, имеющих сложную природу и являющихся принципиально неразрешимыми. В данном случае кривая мирового ВВП на душу населения будет иметь вид обратной логистической кривой, экономический рост при этом будет охарактеризован отрицательной динамикой. Пересечение точки ?2 приведёт кривую к нижней границе экономического роста оставив кривую на неизменно низком уровне. Комплексная деградация макросистем может возникнуть в результате масштабных пандемий, непрекращающихся мировых войн с вовлечением множества стран-участников конфликта, сложно прогнозируемых изменений климатических условий и пр.
Выводы. Подводя итог, необходимо сказать, что нам следует отдать предпочтение второму сценарию мирового экономического развития, поскольку бифуркационные точки, искривляющие аттрактор экономического роста, возникают в периоды, когда происходит смена технологических укладов, чему предшествует накопление навыков и технологий. Процесс накопления навыков и технологий носит кумулятивный характер, что также находит отражение в особенностях динамики экономических систем.
Циклическая природа экономической динамики делает маловероятной возможность непрерывного экономического роста. Рассмотренный сценарий исходит из предположения о технологической сингулярности, к которой, по мнению авторов данной концепции, неминуемо приведёт технический прогресс. Однако такие концепции строятся на существенных упрощениях, не принимая во внимание многие социальные аспекты функционирования общественных систем. Таким образом, нам представляется логичным тезис о том, что циклы быстрого роста экономических систем будут прерываться не менее продолжительными циклами стагнации, если в качестве экономической системы мы будем рассматривать мировую экономику и пренебрегать непродолжительными отрицательными отклонениями от тренда экономического роста. Одно из таких отклонений мы можем наблюдать в годы Второй мировой войны, что наглядно продемонстрировано на рис. 7 в соответствующем временном интервале.
Также немаловажной задачей представляется определение особенностей экономического развития постиндустриальных экономик. Тенденции развития мировых экономических систем таковы, что возрастающее значение приобретает обеспечение оптимального уровня энергии, использующейся в мировом хозяйстве, и поддержания высокоэффективной экологически устойчивой экономики [15]. Так, истощаемость мировых ресурсов, впервые отражённая в работах Д. Форрестера, ставит во главу угла создание модели экономического развития, предполагающей оптимальное использование природных ресурсов, разработку альтернативных источников энергии, создание сетевых структур, обеспечивающих максимальную эффективность распределения факторов производства [20].
Далеко не все процессы, образующие своей совокупностью явление экономической динамики, являются хорошо изученными на сегодняшний день. Тем не менее мы можем выделить ряд явлений и закономерностей, устойчиво описывающих тренды развития экономических систем. Постепенное вовлечение в модели экономической динамики всё большего числа элементов будет приближать нас к максимально достоверному прогнозированию экономических явлений и событий социальной жизни общества.

Список литературы
1. Арбачаускас, В. О. Самоорганизация и устойчивость экономических систем в контексте их эволюционной динамики / В. О. Арбачаускас // Вестн. Челяб. гос. ун-та. — 2014. — № 9 (338). Экономика. Вып. 44. — С. 12−18.
2. Арбачаускас, В. О. Противоречия эволюционной динамики экономических систем / В. О. Арбачаускас // Вестн. Челяб. гос. ун-та. — 2014. — № 21 (350). Экономика. Вып. 47. — С. 38−45.
3. Бархатов, В. И. Эволюционно-поведенческое объяснение природы корпорации: подход организационной этологии / В. И. Бархатов, Е. В. Николаева, Д. А. Плетнёв // Эффективные подходы к развитию предприятий, отраслей, комплексов: монография: в 3 кн. / авт. коллектив: В. И. Бархатов, Н. В. Бондарчук, А. А. Ванцов и др. — Одесса: Куприенко С. В., 2013. — Кн. 1. — С. 86−108.
4. Бархатов, В. И. Проблемы макроэкономического регулирования в современной российской экономике / В. И. Бархатов // Вестн. Челяб. гос. ун-та. — 2006. — № 1 (74). Экономика. Социология. Социал. работа. — С. 29−43.
5. Бархатов, В. И. Устойчивое развитие национальной экономики России в современных условиях / В. И. Бархатов // Вестн. Челяб. гос. ун-та. — 2014. — № 9 (338). Экономика. Вып. 44. — С. 5−11.
6. Белл, Д. Грядущее постиндустриальное общество: опыт социального прогнозирования: пер. с англ. / Д. Белл. — М.: Academia, 2004. — 788 с.
7. Кларк, Г. Прощай, нищета! Краткая экономическая история мира / Г. Кларк — пер. с англ. Н. В. Эдель-ман. — М.: Изд. Ин-та Гайдара, 2013. — 544 с.
8. Кондратьев, Н. Д. Большие циклы конъюнктуры и теория предвидения: избр. тр. / Н. Д. Кондратьев — Междунар. фонд Н. Д. Кондратьева и др. — редкол.: Л. И. Абалкин и др. — сост. Ю. B. Яковец. — М.: Экономика, 2002. — 767 с.
9. Лукас, Р. Лекции по экономическому росту / Р. Лукас — пер. с англ. Д. Шестакова. — М.: Изд-во Инта Гайдара, 2013. — 288 с.
10. Мясников, А. А. О синергетической природе экономической цикличности / А. А. Мясников // Рос. предпринимательство. — 2008. — № 9, вып. 2 (119). — С. 30−36.
11. Нижегородцев, Р. М. Логистическое моделирование экономической динамики. Ч. I / Р. М. Нижегородцев // Проблемы упр. — 2004. — № 1. — С. 46−53.
12. Нижегородцев, Р. М. Неравновесная динамика макросистем и механизмы преодоления мирового кризиса / Р. М. Нижегородцев. — Новочеркасск: НОК, 2011. — 100 с.
13. Плетнёв, Д. А. Эволюция корпорации и её среды: попытка неколичественного прогноза / Д. А. Плетнёв // Вестн. Тамбов. ун-та. Сер.: Гуманитар. науки. — 2012. — Вып. 12 (116). — С. 46−57.
14. Плетнёв, Д. А. Современная теория корпорации: новые возможности эволюционной парадигмы / Д. А. Плетнёв // Вестн. УрФУ. Сер. Экономика и упр. — 2013. — № 1. — С. 4−14.
15. Рифкин, Д. Третья промышленная революция: как горизонтальные взаимодействия меняют энергетику, экономику и мир в целом / Д. Рифкин. — М.: Альпина Нон-фикшн, 2015. — 410 с.
16. Садовничий, В. А. Моделирование и прогнозирование мировой динамики / В. А. Садовничий. -М.: ИСПИ РАН, 2012. — 359 с.
17. Спенс, М. Следующая конвергенция: будущее экономического роста в мире, живущем на разных скоростях / М. Спенс — пер. с англ. А. Калинина — под ред. О. Филаточевой. — М.: Изд. Ин-та Гайдара, 2013. — 336 с.
18. Сухарев, О. С. Эволюция экономических систем: структурные изменения, проблемы технологического развития и эффективности / О. С. Сухарев. — Новочеркасск: НОК, 2012. — 120 с.
19. Сото, У. Х. де. Социально-экономическая теория динамической эффективности / Х. У. де Сото — пер. с англ. В. Кошкина, под ред. А. Куряева. — Челябинск: Социум, 2011. — 409 с.
20. Форрестер, Д. Мировая динамика / Д. Форрестер. — М.: АСТ — СПб: TerraFantastica, 2003. — 379 с.
21. Шумпетер, Й. А. Теория экономического развития / Й. А. Шумпетер. — М.: Директ-Медиа, 2007. -400 с.
22. Maddison Project Database. URL: http: //www. ggdc. net/maddison/maddison-project/home. htm
23. WorldBankDatabase. URL: http: //data. worldbank. org/indicator
Сведения об авторе
Арбачаускас Витас Олегович — аспирант кафедры экономики отраслей и рынков Челябинского государственного университета, Челябинск, Россия. arbv@csu. ru
Bulletin of Chelyabinsk State University. 2015. No. 8 (363). Economy. Issue 48. Pp. 40−53.
ESTIMATION AND PROSPECT OF ECONOMIC SISTEMS'- DINAMIC EFFECTIVENESS
V. O. Arbachauskas
Graduate Student ofDepartment of Economics of Industries and Markets of Chelyabinsk State University,
Chelyabinsk, Russia. arbv@csu. ru
The article presents research of evolutionary modeling and economic dynamics prognostics. It is dealt with existing approaches to economic dynamics definition and concludes author'-s definition, lists national measures reverberated in economic dynamics models, clears chosen activities of different economic systems and presents its own results analysis. The article reveals and calculates activity that defines dynamic efficiency of economic systems, suggests logistic curve model which describes patterns of international economic dynamics and attempts to construct long-term scripts of economic advancement by using extrapolation methods.
Keywords: evolutionary economics, synergetics, international economics, macroeconomic system modeling.
References
1. Arbachauskas V.O. Samoorganizatsiya i ustoychivost'- ekonomicheskikh sistem v kontekste ikh evolyutsi-onnoy dinamiki [Self-organization and sustainability of economic systems in the context of their evolutionary dynamics]. Bulletin of Chelyabinsk State University. 2014. No. 9 (338). Economy. Issue 44. Pp. 12−18 (In Russ.)
2. Arbachauskas V.O. Protivorechiya evolyutsionnoy dinamiki ekonomicheskikh sistem [Contradictions evolutionary dynamics of economic systems]. Bulletin of Chelyabinsk State University. 2014. No. 21 (350). Economy. Issue 47. Pp. 38−45 (In Russ.)
3. Barhatov V.I., Nikolaeva E.V. and Pletnev D.A. Evolyutsionno-povedencheskoye ob& quot-yasneniye prirody korporatsii: podkhod organizatsionnoy etologii [Evolutionary and behavioral explanation of the nature of the corporation: the organizational approach ethology]. Effektivnyye podkhody k razvitiyu predpriyatiy, otrasley, kompleksov [Effective approaches to the development of enterprises, industries, complexes]. Odessa, 2013. Bk. 1. Pp. 86−108. (In Russ.)
4. Barhatov V.I. Problemy makroekonomicheskogo regulirovaniya v sovremennoy rossiyskoy ekonomike [Problems of macroeconomic regulation in modern Russian economy]. Bulletin of Chelyabinsk State University. 2006. No. 1 (74). Economy. Sociology. Social Work. Pp. 29−43. (In Russ.)
5. Barhatov V.I. Ustoychivoye razvitiye natsional'-noy ekonomiki Rossii v sovremennykh usloviyakh [Sustainable development of national economy of Russia in modern conditions]. Bulletin of Chelyabinsk State University 2014. No. 9 (338). Economy. Issue 44. Pp. 5−11 (In Russ.)
6. Bell D. Gryadushcheyepostindustrial'-noye obshchestvo: Opyt sotsial'-nogoprognozirovaniya [The coming post-industrial society: Experience of social forecasting]. Moscow, Academia, 2004. 788 p. (In Russ.)
7. Clark G. Proshchay, nishcheta! Kratkaya ekonomicheskaya istoriya mira [Farewell, poverty! Brief Economic History of the World]. Moscow, Publishing Gaidar Institute, 2013. 544 p. (In Russ.)
8. Kondrat'-yev N.D. Bol'-shiye tsikly kon'-yunktury i teoriya predvideniya [Big cycles conjuncture and the theory of foresight]. The Intern. Fund for N.D. Kondratiev. Moscow, Publishing house & quot-Economy"-, 2002. 767 p. (In Russ.)
9. Lukas R. Lektsiipo ekonomicheskomu rostu [Lectures on economic growth]. Moscow, Publishing Gaidar Institute, 2013. 288 p. (In Russ.)
10. Myasnikov A. O sinergeticheskoy prirode ekonomicheskoy tsiklichnosti [About the synergistic nature of the business cycle]. Rossiyskoyepredprinimatel'-stvo [Russian Entrepreneurship]. 2008. No. 9, vol. 2. Pp. 30−36. (In Russ.)
11. Nizhegorodtsev R.M. Logisticheskoye modelirovaniye ekonomicheskoy dinamiki. Ch. I [Logistic modeling of economic dynamics. Part I]. Problemy upravleniya. 2004. No. 1. Pp. 46−53. (In Russ.)
12. Nizhegorodtsev R.M. Neravnovesnaya dinamika makrosistem i mekhanizmy preodoleniya mirovogo krizisa [Non-equilibrium dynamics of macro and mechanisms to overcome the global crisis]. Novocherkassk, NOC, 2011. 100 p. (In Russ.)
13. Pletnev D.A. Evolyutsiya korporatsii i yeyo sredy: popytka nekolichestvennogo prognoza [Evolution of the corporation and its environment: an attempt to forecast non-quantitative]. Tambov University Reports. Humanities. 2012. Vol. 12. Pp. 46−57 (In Russ.)
14. Pletnev D.A. Sovremennaya teoriya korporatsii: novyye vozmozhnosti evolyutsionnoy paradigmy [The modern theory of the corporation: new opportunities for the evolutionary paradigm]. Bulletin UFU. Economics and Management. 2013. No. 1. Pp. 4−14 (In Russ.)
15. Rifkin D. Tret'-yapromyshlennaya revolyutsiya: Kak gorizontal'-nyye vzaimodeystviya menyayut energe-tiku, ekonomiku i mir v tselom [Third Industrial Revolution: How to change the horizontal interaction energy, the economy and the world]. Moscow, Alpina non-fiction, 2015. 410 p. (In Russ.)
16. Sadovnichy V.A. Modelirovaniye i prognozirovaniye mirovoy dinamiki [Modeling and forecasting of global dynamics]. Moscow, ISPR, 2012. 359 p. (In Russ.)
17. Spence M. Sleduyushchaya konvergentsiya: Budushcheye ekonomicheskogo rosta v mire, zhivushchem na raznykh skorostyakh [Next Convergence: The Future of Economic Growth in the world, living at different speeds]. Moscow, Publishing Gaidar Institute, 2013, 336 p. (In Russ.)
18. Sukharev O.S. Evolyutsiya ekonomicheskikh sistem: strukturnyye izmeneniya, problemy tekhno-logicheskogo razvitiya i effektivnosti [The evolution of economic systems: structural changes, the problems of technological development and efficiency]. Novocherkassk, NOC, 2012. 120 p. (In Russ.)
19. Soto J. H. de. Sotsial'-no-ekonomicheskaya teoriya dinamicheskoy effektivnosti [Socio-economic theory of dynamic efficiency]. Chelyabinsk, Society, 2011. 409 p. (In Russ.)
20. Forrester D. Mirovaya dinamika [World Dynamics]. Moscow, AST Publisher- St. Petersburg, Terra Fantastica, 2003. 379 p. (In Russ.)
21. Schumpeter J.A. Teoriya ekonomicheskogo razvitiya [Theory of Economic Development]. Moscow, Direct Media, 2007. 400 p. (In Russ.)
22. Maddison Project Database. URL: http: //www. ggdc. net/ maddison/maddison-project/home. htm
23. World Bank Database. URL: http: //data. worldbank. org/indicator

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой