Из истории йодного производства в Кольском Заполярье

Тип работы:
Реферат
Предмет:
История. Исторические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК 658: 661. 47(470. 21)
О.В. Шабалина
ИЗ ИСТОРИИ ЙОДНОГО ПРОИЗВОДСТВА В КОЛЬСКОМ ЗАПОЛЯРЬЕ Аннотация
Статья посвящена истории организации йодного производства на о. Кильдин в Кольском Заполярье в 1930-х гг. по материалам фонда П. Б. Шаскольского Музея-Архива истории изучения и освоения Европейского Севера ЦГП КНЦ РАН
Ключевые слова:
йодное производство, о. Кильдин, промышленность Кольского полуострова, Кольское Заполярье, Музей-Архив истории изучения и освоения Европейского Севера ЦГП КНЦ РАН
O.V. Shabalina
FROM THE HISTORY OF IODINE PRODUCTION IN THE KOLA POLAR REGION Abstract
This paper is devoted to the history of the organization of production of iodine on the island Kil'-din in the Kola Polar region in the 1930s. Study was carried out based on the fund of P.B. Shaskolsky of the Museum-Archive of the European North Investigation and Exploration History of the Barents Centre of Humanities of the KSC RAS
Key words:
Iodine production, island Kil'-din, the industry of the Kola Peninsula, Kola Polar region, Museum-Archive of the European North Investigation and Exploration History of the BCH of the KSC RAS
Начало Первой Мировой войны обострило проблему недостатка медикаментов и антисептических средств на внутреннем рынке России, так как многие лекарственные средства, в том числе и йод, были предметом импорта. Монополистами йода Италией, Францией, Японией и другими странами его поставки были практически сведены к нулю — союзники обеспечивали собственные армии, а нейтралы использовали ситуацию для обогащения [Сенов, 1960]. Поэтому «империалистическая война 1914 г. впервые выдвинула в России проблему организации собственного йодного производства» [Бычков, 1927].
В разгар военных действий на фронтах мировой войны водоросли, выбрасываемые водами Баренцева моря на Мурманское побережье, рассматривались как богатый источник для получения двух продуктов, необходимых Российскому государству в данных обстоятельствах: калийных солей и йода. Частные сведения об изобилии водорослей на Мурмане были подтверждены к тому времени двумя исследовательскими экспедициями. Первая была командирована Комитетом по организации производства медикаментов в России осенью 1914 года во главе с С. Н. Наумовым и Н. И. Кусановым для предварительного ознакомления с положением дел. Летом 1915 г. отправленная Управлением верховного начальника санитарной и эвакуационной части вторая экспедиция приступила к изучению местных условий, к опытам по получению золы в процессе сгорания водорослей в больших масштабах и конкретизации вопроса о возможности организации на Мурмане йодного производства. Экспедиции предоставили информацию о том, что содержащие йод водоросли
43
выбрасываются на Мурманский берег Баренцева моря штормами, особенно весенними и осенними, в огромном количестве, образуя целые валы: «в одном только пункте побережья Рыбачьего полуострова — Вайда-Губе — такой вал тянулся с перерывами на 3−4 версты, имея в ширину 2 аршина и в высоту 1,5−1 аршина, и содержал, по скромному подсчету, около 70 000 пудов водорослей» [Известия АОИРС, 1916: 380].
Содержащие йод водоросли в изобилии произраставшие в морях Дальнего Востока, к данному времени уже составляли предмет промысла и вывозной торговли (морская капуста). В 1916 г. Переселенческое управление решило основать на этом сырье йодное производство с пережиганием водорослей и переработкой золы в сырой йод на месте с последующей рафинацией сырого йода на фабрике, организованной в Томске. На это производство, рассчитанное на ежегодную добычу 1000 пудов йода, Переселенческому управлению было отпущено из казны до 350 тыс. рублей. Однако чрезвычайная удаленность этого района от Европейской России сделали калийные соли этого предприятия труднодоступными для рынка, где они особенно были востребованы.
Другое йодное предприятие, учрежденное в Екатеринославе (с 1926 г. -Днепропетровск), перерабатывало черноморскую филлофору, богатейшие заросли которой на глубине 20−50 сажень располагались недалеко от Одессы. Несомненно, что в военное время это предприятие с максимальной производительностью в 300 пудов йода в год приносило существенную пользу фронту и тылу. Но после войны ему пророчили полное фиаско, т.к. несмотря на наличие хороших технических и климатических условий, стоимость сырья, а, следовательно, йода и калийных солей, была высока из-за способа добычи водорослей тралением с большой глубины.
В это же время под покровительством верховного начальника санитарной и эвакуационной части, по инициативе профессора В. Е. Тищенко и с участием представителей архангельского купечества в 1916 г. было налажено йодное производство на Белом море с производительностью 300 пудов в год. Вместе с тем и здесь имелись причины для беспокойства о рентабельности предприятия: хотя водоросли Белого моря были так же богаты йодом, как и на Мурмане, но из-за того, что это море замерзает зимой, а летом на нем сравнительно мало штормов, количество водорослей в целом определялось как недостаточное и производство проигрывало в этом параметре возможностям производства на Мурмане [Известия АОИРС, 1916: 380].
Таким образом, все уже организованные на тот момент йодные предприятия России имели свои слабые стороны, ставящие под сомнение их жизнеспособность в мирное время. И даже при наличии гипотетических максимально благоприятных для производства условий их общая производительность определялась как недостаточная для удовлетворения потребности даже внутреннего российского рынка в йоде и калийных солях. По данным, собранным непосредственно у крупных российских фирм и не противоречившим официальной статистике ввоза, потребление йода в России достигало «75. 000 кгр., или 4,5 тысячи пудов, а калийных солей ввозилось до войны из Германии больше 5 000 000 пудов» [Известия АОИРС, 1916: 381]. Общая же
производительность всех имевшихся российских предприятий составляла не более «2. 000 пудов йода и 75. 000 пудов калийных солей», причем большая часть последних имела крайне высокую себестоимость из-за уже упоминавшихся транспортных расходов [Известия АОИРС, 1916: 381].
По этим причинам к концу 1916 г. водоросли Мурманского берега представлялись наиболее дешевым и доступным сырьем для йодного производства, что определяло его перспективы в послевоенное время. Считалось необходимым создать новое предприятие по переработке водорослей на Мурмане. Ответственность за организацию этого процесса предполагалось возложить на Главный комитет всероссийских земского и городского союзов по снабжению армии с тем, чтобы
44
весь полученный хлористый калий поставлялся военному ведомству для производства бертолетовой соли. Остальные калийные соли должны были через земские склады доставаться сельскохозяйственным регионам, где почва истощалась отчуждением поташа, необходимого в то время для производства некоторых важных для обороны материалов. И, наконец, йод должен был направляться для снабжения земских и городских лазаретов и аптечных складов, а избыток попадать в управление Верховного Начальника санитарной и эвакуационной части. Наиболее всего заслуживающим внимания с точки зрения организации йодного производства на Мурманском берегу представлялся Рыбачий полуостров. По всему побережью водоросли здесь выбрасывались в изобилии, образуя, образуя, как было описано выше, на протяжении многих верст большие валы, которые были достаточны по массе для обеспечения производства бесплатным сырьем [Известия АОИРС, 1916: 381].
Вернулись к этому вопросу только в начале 1930 г. в связи с очередным осложнением международной обстановки и усилившейся военной угрозой. Правительством СССР была поставлена задача: создание собственной йодной промышленности, которая бы
удовлетворяла полностью внутренний рынок страны в мирных и военных условиях. В 30-х гг. ХХ в. йод по-прежнему в основном ввозился в СССР из-за границы. В стране работал один небольшой завод по производству йода из морских водорослей на о. Жижгин в Белом море. Решать данную задачу были призваны различные ленинградские областные организации. Личное внимание к этому вопросу проявил С. М. Киров.
Весной 1930 г. было создано Йодное бюро Ленинградского исполкома, которому было поручено очередное обследование районов незамерзающего Мурманского побережья, где была возможна круглогодичная добыча выбрасываемых морским прибоем водорослей, содержащих йод. Возглавил Йодное бюро молодой и энергичный коммунист Алексей Викторович Победоносцев. Техническим руководителем был назначен Павел Борисович Шаскольский (рис. 1) [Музей-Архив.. НВФ 861. Л. 1].
Весной и летом 1930 г. Йодным бюро были проведены осмотры всех немногочисленных пунктов Мурманского побережья, где имелись низкие, а не скалистые обрывистые берега, на которых могли накапливаться выбросы морских водорослей: о. Кильдин, побережье Рыбачьего полуострова, восточный Мурман до бухты Лумбовка. Было намечено 5 пунктов для строительства йодных заводов. Первым в очереди на строительство был определен завод на о. Кильдин в становище Могильном (рис. 2, 3) [Музей-Архив… НВФ 861. Л. 2].
К работам по его созданию приступили в 1930—1931 гг. Усилиями завезенных рабочих-контрактников и технического персонала были возведены контора, большое общежитие для рабочих, столовая. На юго-восточном и восточном берегу острова, где имелись наилучшие условия для сбора водорослей, были построены 4 больших печи специальной конструкции системы инженера Холодного для сжигания водорослей, вокруг которых возводились специальные здания (рис. 4). Вдоль берега была проложена узкоколейка, предназначенная для подвоза в вагонетках водорослей к печам.
Основные работы по строительству завода развернулись в 1931 г. Йодный завод входил в число 518 предприятий, которые должны были быть построены в третьем решающем году реализации первого пятилетнего плана развития народного хозяйства СССР. Ввиду серьезных трудностей, связанных с доставкой строительных материалов морем на остров, завод был спроектирован деревянным. И в силу особенностей производственного процесса он был построен двухэтажным в форме восьмиугольника с небольшой башенкой (рис. 5).
В 1931 г. завод был самой крупной стройкой Мурманского побережья. В дни Октябрьских праздников 1931 г. на митинге строителей и всех жителей становища состоялось торжественное открытие завода (рис. 6). И с этого момента завод начал перерабатывать золу от пережога морских водорослей, выпуская такой нужный для страны йод. Запуск этого производства стал важным событием в жизни края [Музей-Архив.. НВФ 861. Л. 2].
45
Тогда же, в 1931 г., в становище Цып-Наволок на Рыбачьем полуострове была создана йодная фактория, призванная увеличить количество сырья для завода — золы (рис. 7, 8). Рядом со становищем на побережье были построены 4 печи для пережога водорослей, создан коллектив рабочих, занимавшихся сбором водорослей и работой у печей. Для морских перевозок произведенной золы, дров и т. д. из Цып-Наволока и Мурманска на о. Кильдин йодному производству было передано государством 3 моторных бота [МузейАрхив. НВФ 861. Л. 3].
После начала работы кильдинского завода Йодное бюро было ликвидировано, здания и все производство были переданы в систему промышленной кооперации, став самым крупным на тот момент производством Мурманского промышленного союза (рис. 9, 10).
Но Йодная промышленность на Мурмане не получила дальнейшего развития, поскольку в Закавказье в начале 30-х гг. ХХ в. было найдено новое более дешевое сырье для производства йода — нефтяные буровые воды. Известно, что Йодный завод на о. Кильдин продолжал успешно работать до начала Великой Отечественной войны и, оказавшись в зоне военных действий, был закрыт (рис. 11).
Как уже было отмечено ранее, техническим руководителем йодного производства с начала его организации в 1930 г. до осени 1933 г. прослужил Павел Борисович Шаскольский (1882, Санкт-Петербург — 1942, Ленинград) — сын известного российского фармацевта и владельца крупного торгового дома Русского общества торговли аптекарскими товарами «Б. Шаскольский» Бориса Матвеевича (Берко Мордухович, 18 431 910) Шаскольского, получившего диплом провизора в 1867 г. в Петербургской ВоенноМедицинской академии на отделении фармации (рис. 12).
В 1870 г. Борис Матвеевич приобрел одну из старейших петербургских аптек -Сампсониевскую, на Выборгской стороне. После женитьбы на Евгении Михайловне Кальмейер и рождения четырех сыновей Борис Матвеевич перешел в лютеранство и взял имя Бернгард. Б. М. Шаскольский создал торговый дом, который стал одним из крупнейших предприятий оптовой торговли аптекарскими товарами в Петербурге. Фирме принадлежала аптека на Сампсониевском проспекте, аптекарский магазин на Невском проспекте с отделением в Кронштадте, который просуществовал с перерывом в 1919—1921 гг., до 1929 г., а также аптекарский склад. Б. М. Шаскольский с 1906 г. был главным представителем Боржомских минеральных вод, тридцать лет состоял активным членом Санкт-Петербургского фармацевтического общества. Перед самой смертью он передал аптеку на Сампсониевском проспекте своему давнему сотруднику. Наследницей торгового дома стала Е. М. Шаскольская, но фактически возглавил фирму «Торговый Дом Б. Шаскольский» Павел Борисович Шаскольский. К этому времени он закончил физикоматематический факультет естественного отделения Петербургского университета, получил дополнительное образование в Фармацевтическом институте Марбургского Университета в Германии, имел звание аптекарского помощника. Химик по образованию, Павел Борисович всегда был активным помощником своему отцу. П. Б. Шаскольский был также казначеем Русского общества охранения народного здравия. Входил в правление товарищества «Туберкулин». В 1910 г. он был избран членом Санкт-Петербургского Фармацевтического общества, много лет занимался его библиотекой. После Октябрьской революции 1917 г. и национализации оптовых складов фирмы Русского общества торговли аптекарскими товарами «Б. Шаскольский» он продолжал заниматься фармацевтикой [Фамильный сайт Шаскольских. URL: http: //shaskolsky. far. ru/apteka. shtml]. В 1922 г. как только появилась возможность во времена НЭПа П. Б. Шаскольский с матерью возобновил дело и держал аптекарско-парфюмерный магазин. После ликвидации торговли и национализации аптеки в 1929 г. П. Б. Шаскольский стал работать по своей специальности химика-фармацевта: был техническим руководителем йодного промысла на о. Кильдин в Мурманской области, заведовал лабораторией Чимкентского химфармзавода им. Дзержинского (Казахстан). В 1936 г. поступил на завод «Фармакон» в
46
Ленинграде, где работал до последних дней. Он погиб в блокаду, в январе 1942 г. Похоронен в Санкт-Петербурге на Волковском лютеранском кладбище.
Спустя более тридцати лет к сыну Павла Борисовича Шаскольского доктору исторических наук Игорю Павловичу Шаскольскому — известному специалисту по истории, исторической географии, источниковедению Северо-Запада России, скандинавских стран, Прибалтики — обратился за помощью главный идеолог Музея-Архива истории изучения и освоения Европейского Севера Борис Иванович Кошечкин. В первые годы организации экспозиции и наполнения фондов Музей-Архив остро нуждался в подлинных свидетельствах, раскрывавших суть грандиозных процессов «завоевания и преобразования» арктических и субарктических российских территорий. Игорь Павлович как активный член Всесоюзного географического общества не отказал в помощи. Завязалась переписка. А в 1976 г. И. П. Шаскольский счел возможным предоставить часть своего домашнего архива в дар Музею-Архиву, который теперь обладает редкой коллекцией фотографических отпечатков 1930—1932 гг., иллюстрирующих организацию и начало йодного производства на о. Кильдин на Мурмане в 1930—1941 гг. [Переписка.. 1974. Исх. № 26- 1976. Вх. № 175].
Сейчас эти фотографии являются интереснейшими источниками по истории развития промышленности Кольского полуострова. Часть из них опубликована в данной статье [Музей-Архив. НВФ 863, 864, 866, 868−871, 873−875, 877, 878].
Рис. 1. «На приливе». Берег Кильдина. Сентябрь 1931 г. Слева направо: Ветюков — техник-механик- Шаскольский — технический руководитель Йодного бюро- Дементьев — инженер-строитель [Музей-Архив… НВФ 873]
47
Рис. 2. «о. Кильдин. Становище Могильное до начала строительства Йодного завода». 1930 [Музей-Архив… НВФ 866]
Рис. 3. «Становище на о. Кильдин (постройки нач. ХХ в.). Второй слева дом норвежского колониста и фельдшерский пункт». 1930−1931 [Музей-Архив… НВФ 864]
48
Рис. 4. «о. Кильдин. Внутреннее помещение здания с печью для сжигания водорослей для получения золы — сырья для производства йода на Йодном заводе». 1931−1932 [Музей-Архива НВФ 875].
Рис. 5. «о. Кильдин. Йодный завод строится. Слева направо: инженер Дементьев, прораб Иванов, технорук Шаскольский, техник-механик Ветюков. На заднем плане строящийся завод. Не достроена метеорологическая станция (3-й этаж). Большие чаны будут внесены в завод (8 штук), собирались на воле. Чаны стоят перед зданием завода». Сентябрь 1931 г. [Музей-Архив… НВФ 869].
49
Рис. 6. «о. Кильдин. Йодный завод. Торжественное собрание строителей Йодного завода 7 ноября 1931 г., посвященное завершению строительства завода. В центре во 2 ряду снизу в кожанке и зимней шапке зав. Йодным бюро А.В. Победоносцев». 7 ноября 1931 г. [МузейАрхива НВФ 868]
Рис. 7. «Становище Цып-Наволок. Бухта, на рейде колхозные моторные боты. Слева мыс Цып-Наволок. На переднем плане — хозяйственная постройка местных жителей. У края снимка слева видна пристань» [Музей-Архив… НВФ 863]
50
Рис. 8. «Моторный бот „Водоросль“, принадлежавший Йодному бюро, в Кильдинской бухте». 1930 [Музей-Архив… НВФ 874]
Рис. 9. «Производственное помещение Йодного завода». 1932 г. [Музей-Архив… НВФ 877].
51
Рис. 10. «ЛабораторияЙодного завода на о. Кильдин» [Музей-Архива НВФ 878]
Рис. 11. «Технический персонал Йодного завода на о. Кильдин у конторы завода. Крайний слева стоит технический директор завода П.Б. Шаскольский». 1930-е гг. [Музей-Архива НВФ 870]
52
Рис. 12. «П. Б. Шаскольский — технический руководитель Йодного завода в заводской лаборатории». 1931−1932 гг. [Музей-Архива НВФ 871]
Источники
Музей-Архив ЦГП КНЦ РАН. Шаскольский И. П. Кратка справка о йодном производстве на Мурмане в 1930—1941 гг. НВФ 861. Л. 1−3.
Музей-Архив ЦГП КНЦ РАН. НВФ 863.
Музей-Архив ЦГП КНЦ РАН. НВФ 864.
Музей-Архив ЦГП КНЦ РАН. НВФ 866.
Музей-Архив ЦГП КНЦ РАН. НВФ 868.
Музей-Архив ЦГП КНЦ РАН. НВФ 869.
Музей-Архив ЦГП КНЦ РАН. НВФ 870.
Музей-Архив ЦГП КНЦ РАН. НВФ 871.
Музей-Архив ЦГП КНЦ РАН. НВФ 873.
Музей-Архив ЦГП КНЦ РАН. НВФ 874.
Музей-Архив ЦГП КНЦ РАН. НВФ 875.
Музей-Архив ЦГП КНЦ РАН. НВФ 877.
Музей-Архив ЦГП КНЦ РАН. НВФ 878.
Музей-Архив ЦГП КНЦ РАН. Переписка Б. И. Кошечкина и И. П. Шаскольского. 1974. Исх. № 26. Л. 1−2.
Музей-Архив ЦГП КНЦ РАН. Переписка Б. И. Кошечкина и И. П. Шаскольского. 1976. Вх. № 175. Л. 1.
53
Список литературы
Бычков И. Йодная проблема в СССР // Бюллетень Народного Комиссариата здравоохранения РСФСР. 1927. № 12. С. 19−22.
Вольф Н. И., Розенцвейг П. Э. Аптечное дело в Петербурге-Петрограде-Ленинграде // Тр. Ленингр. Хим. -Фарм. ин-та. 1960. Вып. 10: История фармацевтического дела в Петербурге-Петрограде-Ленинграде. С. 55.
О добывании йода на Мурмане // Известия Архангельского общества изучения Русского Севера. 1916. № 9. С. 380−381.
Сенов П. Л. Учебник фармацевтической химии. М.: Медгиз, 1960. 460 с.
Фамильный сайт Шаскольских. Аптеки Шаскольских [Эл. Ресурс]. URL: http: // shaskolsky. far. ru/apteka. shtml.
Сведения об авторе
Шабалина Ольга Вячеславовна,
кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Центра гуманитарных проблем Баренц-региона Кольского научного центра РАН
Shabalina Olga Vyacheslavovna,
PhD (History), Senior Research Fellow of Barents Centre of Humanities of the Kola Science Centre, RAS
УДК 338. 2(480)
С.Н. Виноградова
СЕВЕРНОЕ ИЗМЕРЕНИЕ ИННОВАЦИОННОГО РАЗВИТИЯ: ОПЫТ
ФИНЛЯНДИИ
Аннотация
В статье проанализирован опыт Финляндии по формированию национальной инновационной системы (НИС). Выделены ключевые особенности, позволившие небольшой северной стране занять позиции одного из мировых лидеров по темпам экономического роста. Детально рассмотрено значение отдельных компонентов НИС Финляндии, в том числе Академии наук и образовательного сектора на примере Лапландского научно-образовательного кластера.
Ключевые слова:
Арктика, Северная Европа, научная политика, инновационное развитие, национальная инновационная система.
Vinogradova S.
THE NORDIC DIMENSION OF INNOVATION DEVELOPMENT: EXPIRIENCE OF FINLAND
Abstracts
The article is devoted to analysis of Finland’s experience for the national innovation system (NIS) forming. The key features allowed for small Nordic country to take a
54

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой