Изменение процессуального положения прокурора в гражданском судопроизводстве в начале XX века

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Юридические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

ИЗМЕНЕНИЕ ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ПОЛОЖЕНИЯ ПРОКУРОРА В
ГРАЖДАНСКОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ В НАЧАЛЕ XX ВЕКА
Зольников Алексей Зотович
аспирант Чебоксарского кооперативного института (филиал) Российского
университета кооперации, РФ, г. Чебоксары
E-mail: azzoln@rambler. ru
CHANGING THE PROCEDURAL PROVISIONS OF THE PROSECUTOR IN CIVIL PROCEEDINGS IN THE BEGINNING OF XX CENTURY
Alexey Zolnikov
graduate of the Cheboksary cooperative Institute (branch) Russian University of
cooperation, Russia Cheboksary
АННОТАЦИЯ
Статья посвящена исследованию полномочий прокурора по участию в рассмотрении судами гражданских дел, дачи заключений после судебной реформы императора Александра II. На основании анализа изменений законодательства автор выделяет причины, по которым произошла трансформация процессуального статуса прокурора в гражданском судопроизводстве в сторону ограничения его полномочий.
ABSTRACT
The article is devoted to the study of the powers of the Prosecutor to participate in the consideration of the courts of civil Affairs, Advisory opinions after the judicial reform of Alexander II. Based on the analysis of changes of the legislation of the author identifies the reasons for the transformation happened procedural status of the Prosecutor in civil proceedings to limit his powers.
Ключевые слова: прокурор- суд- заключение- решение.
Keywords: рrosecutor- conclusion- court- decision.
Устав гражданского судопроизводства от 20 ноября 1864 года [7, с. 306], ставший основным источником правого регулирования положения прокурора в гражданском процессе после судебной реформы императора Александра II, четко обозначил перечень гражданских дел, по которым прокурор имел право
давать заключение в суде. Вступление прокурора в процесс по иным делам не допускалось. Строго регламентировался порядок и случаи, когда прокурор мог обратиться в суд с заявлением или обжаловать вынесенное судом решение. Законодательное регулирование полномочий прокурора подкреплялось судебной практикой.
Однако, основной проблемой в деятельности прокуроров того времени было даже не ограничение их полномочий только вступлением в процесс для дачи заключения по определенным категориям дел, а формальный подход прокуроров к выполнению небольшого объема возложенных обязанностей.
Оценивая практику подготовки прокуроров к даче заключений по гражданским делам, В. Л. Исаченко, как о нередких случаях в прокурорской деятельности указывал, что «за 10, за 20 минут до открытия заседания гражданского отделения товарищ прокурора, очень редко сам прокурор, является в совещательную комнату и просит, чтобы его начинили. Начинка ограничивается тем, что ему говорят: по такому-то делу следует сказать то-то и то-то, по такому то-то» [4, с. 848]. О том, что нередко заключения даются со слов членов-докладчиков, к которым лица прокурорского надзора до открытия заседания и обращаются с просьбою ознакомить их с обстоятельствами дела и с вероятным, а иногда только предполагаемым его решением говорилось и в Объяснительной записке к проекту Министра Юстиции об отмене заключений прокурора по гражданским делам от 25 февраля 1910 г. [3, с. 13].
Г. Л. Вербловский не находил от прокурорского заключения существенной пользы. Оно могло бы быть, по его мнению, «совершенно устранено, без всякого ущерба для гражданской юстиции» [1, с. 386]. А. Н. Познанский отмечал, что «к заключениям товарища прокурора тяжущиеся чаще всего прислушиваются лишь потому, что надеются узнать из них заранее о предстоящем решении суда, так как, обыкновенно, в них излагается, в краткой форме, заготовленная членом-докладчиком и сообщенная им товарищу прокурора резолюция» [6, с. 17].
Естественно, все это негативно отражалось на авторитете органов прокуратуры как в судейском сообществе и в системе органов власти, так и среди населения. Ведь еще составители судебных уставов в свое время исходили из того, что именно добросовестное исполнение прокурорами и стряпчими обязанностей, лежащих на них по этой категории дел, в высшей степени важно для государства и общества и требует много знания, труда и времени со стороны лиц, которым вверены эти дела [9, с. 86].
Поэтому в конце XIX века нередко стали появляться высказывания о необходимости исключения из числа прокурорских полномочий выступление в суде для дачи заключения, либо вообще устранения прокурора из гражданского судопроизводства.
По мнению Г. Л. Вербловского, «в нашей судебной практике, насколько известно, участие прокурора не приносит той пользы в деле гражданского правосудия, которую имели ввиду редакторы устава. Как магистратура, так и сам прокурорский надзор, не придают серьезного значения возложенной на него функции. Вся деятельность прокуратуры сосредоточивается на делах уголовных и ими поглощается» [2, с. 21].
Поверхностное изучение материалов гражданских дел, ненадлежащая подготовка прокуроров к даче заключений не способствовали осуществлению правосудия, а только оказывали отрицательное влияние на гражданское судопроизводство, что вело к необходимости ограничения полномочий прокуроров. Кроме того, прокурор, за исключением единичных категорий дел, не был наделен правом обжалования судебного постановления в случае его вынесения в противоречие с данным прокурором заключением. Безусловно, что это лишало прокурора возможности отстаивания своей позиции и не способствовало эффективной реализации предоставленных полномочий. Министр Юстиции И. Г. Щегловитов вообще полагал, что «охранение силы закона, ради которого прокуроры призываются к участию в гражданском процессе, является, вместе с тем, и задачею самого гражданского суда. При этом, члены последнего, по своей деятельности, представляются вполне
подготовленными к применению именно тех законов, которые относятся до гражданских дел, и, казалось бы, в виде общего правила, не нуждаются в содействии иных органов власти» [3, с. 17]. Поэтому прокурор, имеющий право высказаться в суде о том, как следует разрешить спор, но не обладающий правом обжаловать решение суда в случае несогласия с ним, не оказывал существенного влияния на ход судопроизводства.
Вследствие изложенных обстоятельств, Закон «Об отмене заключений прокурора по некоторым гражданским делам» от 09 мая 1911 г. [8, с. 312] значительно сократил перечень категорий гражданских дел, по которым ранее прокурор имел право вступить в процесс для дачи заключения, отнеся к ним следующие споры:
• по вопросам о пререканиях между судебными и правительственными учреждениями-
• по спорам о подлоге документов и вообще в случаях, когда в гражданском деле обнаруживаются обстоятельства, подлежащие рассмотрению суда уголовного-
• по делам брачным о законности рождения, когда в них нет ответчика-
• по делам о взыскании возмещения за вред и убытки, причиненные распоряжениями должностных лиц административного ведомства и служащих по выборам, а также о взыскании убытков с чинов судебного ведомства.
Из перечня гражданских дел, который содержался в первоначальной редакции статьи 343 Устава Гражданского судопроизводства от 20 ноября 1864 года [7, с. 331] были исключены споры: по делам казенного управления- по делам земских учреждений, городских и сельских обществ- по делам лиц, не достигших совершеннолетия, безвестно отсутствующих, глухонемых и умалишенных- по просьбам об устранении судей- по делам брачным и о законности рождения- по просьбам о выдаче свидетельств на право бедности.
Сравнительный анализ категорий гражданских дел, перечисленных в первоначальной редакции Устава гражданского судопроизводства, и в названном Законе показывает, что из перечня дел были исключены споры,
которые можно разделить на две группы, характеризующиеся процессуальной самостоятельностью сторон и независимостью суда.
К первой относятся дела, по которым истец либо ответчик имели возможность собственными силами или через представителей защитить свои интересы в суде (дела казенного управления, земских учреждений, городских и сельских обществ, дела лиц, не достигших совершеннолетия, безвестно отсутствующих, глухонемых и умалишенных). Вторая группа включает вопросы, которые относились исключительно к компетенции суда и не требовали прокурорского вмешательства: дела по просьбам об устранении судей, о выдаче свидетельств на право бедности.
Иные категории дел, предусмотренные Уставом гражданского судопроизводства, некоторые в измененном виде, были оставлены законодателем, как подлежащие обязательному рассмотрению с участием прокурора, поскольку даже Комиссия по судебным реформам в представлении от 25 февраля 1910 г. [3, с. 30] при рассмотрении вопроса об отмене заключений прокурора по гражданским делам признавала полезным участие прокуроров в рассмотрении ряда гражданских дел, имеющих важный общественный интерес.
Дополнение перечня дел спорами о возмещения вреда и убытков, причиненных действиями и решения должностных лиц, в том числе судебного ведомства, связано с необходимостью присутствия в процессе независимого арбитра в лице прокурора, который бы способствовал объективному рассмотрению гражданских дел, возбужденных против государства, поскольку как правильно отмечал И. А. Остриков, «прокурорский надзор не обязывался давать заключения непременно в пользу должностных лиц» [5, с. 86].
Таким образом, можно выделить три основные причины ограничения полномочий прокурора в гражданском судопроизводстве в начале ХХ века:
1. низкий уровень квалификации прокурорских работников, не позволяющий давать грамотные заключения в суде первой инстанции и ориентировать суд на вынесение законных и обоснованных решений-
2. отсутствие необходимости в заключениях прокуроров по гражданским делам ввиду невозможности отстаивания последними своей позиции путем обжалования судебного постановления-
3. расширение процессуальной самостоятельности сторон гражданского процесса и независимости суда.
Перечисленные причины, объективно повлияли и ускорили процесс сокращения полномочий прокурора в гражданском судопроизводстве, начавшийся в период судебной реформы императора Александра II.
Список литературы:
1. Вербловский Г. Л. Вопросы русского гражданского права и процесса. М.: Товарищество типографии А. И. Мамонтова, 1896. — 441 с.
2. Вербловский Г. Л. Гражданское судопроизводство // Журнал Министерства юстиции. — 1895. — № 8. — С. 1−38.
3. Громов И. А. Участие прокурорского надзора в гражданском процессе. СПб.: Типография И. И. Зубкова, 1915. — 69 с.
4. Исаченко В. Л. Гражданский процесс: Практический комментарий на вторую книгу Устава гражданского судопроизводства. Т. 1. Минск: Типолитография Б. И. Соломонова, 1890. — 994 с.
5. Остриков И. А. Роль прокурора на мировом суде // Журнал Министерства юстиции. — 1896. — № 9. — С. 77−106.
6. Познанский А. Н. Записка о реорганизации прокурорского надзора. Рига: Типография В. Ф. Геккера, 1895. — 116 с.
7. Полное собрание законов Российской Империи. Собрание второе. Т. 39. Отделение 2. СПб.: Типография II Отделения Собственной Его Императорского Величества Канцелярии, 1867. — 822 с.
8. Полное собрание законов Российской Империи. Собрание третье. Т. 31. Отделение 1. СПб.: Государственная типография, 1911. — 1433 с.
9. Соколов А. Практическое руководство для судебных следователей. Т. 2. Выпуск 1. Вильна: Типография А. Г. Сыркина, 1893. — 618 с.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой