Обзор диалектологических работ из рукописного фонда Н. В. Никольского

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Языкознание


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Н.В. МАТВЕЕВА
ОБЗОР ДИАЛЕКТОЛОГИЧЕСКИХ РАБОТ ИЗ РУКОПИСНОГО ФОНДА Н.В. НИКОЛЬСКОГО
Ключевые слова: диалектология, говор, фонетические, лексические и грамматические диалектизмы.
Освещена история развития чувашской диалектологии, рассматривены диалектологические материалыы архива первого чувашского профессора Н. В. Никольского, исследования по отдельным говорам. В них зафиксированыы фонетические, грамматические и лексические особенности как низовых, так и верховых чувашей.
N.V. MATVEEVA
N.V NICKOLSKY'-S SCIENTIFIC SIGNIFICANCE OF DIALECTICAL MATERIALS
Written the history of Chuvash dialectology development, considerd the dialectical materials of the first Chuvash professor N. V. Nickolsky, the researches about separate dialects. The peculiarities are recorded in these dialects.
Изучение диалектов и говоров чувашского языка является своеобразным ключом для выяснения различных вопросов чувашского языкознания. Известно, что первые сведения о диалектном членении чувашского языка появились уже в XVIII в. (Г.Ф. Миллер и др.). Н. И. Золотницкий еще в 1867 г. писал о трех диалектах чувашского языка — верховом, среднем и низовом, причем свои работы составлял на «чебоксарско-цивильском наречии» среднего диалекта. Большое значение в исследовании чувашских диалектов имели труды выдающегося тюрколога и чувашеведа, члена-корреспондента АН СССР профессора Н. И. Ашмарина. Еще в конце прошлого века он дал в схематическом виде характеристику диалектных подразделений чувашского языка. Однако подлинно научное и всестороннее изучение чувашских диалектов начинается лишь после октябрьской революции. Здесь можно выделить работы известного чувашеведа Т. М. Матвеева, который впервые на научной основе выделил группы говоров чувашского языка, лингвистические и экстралингвистические причины их образования и показал примерные границы крупных диалектных подразделений.
Термин «диалект» употребляется для обозначения языковых реалий различной природы. Так, например, в монографии Л.П. Сергеева
«Диалектная система чувашского языка» в чувашской диалектологии под диалектом подразумевается местная «разновидность языка, являющаяся орудием общения более или менее ограниченного коллектива,
характеризующаяся относительным единством языковой системы» [4, с. 4].
В истории чувашской лингвистики вопросами диалектологии занимались многие языковеды. Однако в этом списке отсутствует имя видного чувашского историка, этнографа Н. В. Никольского, который также активно интересовался языковыми проблемами, в том числе и вопросами диалектной структуры чувашского языка, ее лексическим составом.
В этой небольшой статье нам хочется затронуть один из аспектов чувашской диалектологии — лексическое богатство чувашских говоров. В течение всей своей жизни Н. В. Никольский собирал лексическое богатство родного ему языка
— чувашского, в этом деле ему помогали его многочисленные корреспонденты.
В архиве ЧГИГН среди работ Н. В. Никольского особое место занимают материалы по отдельным говорам [1]. Записи, рассмотранные в этой статье, датируются 1911 г. В данных работах зафиксированы фонетические, грамматические и лексические особенности говоров как низовых, так и верховых чувашей. К говорам верховых чувашей относятся, например, особенности говора с. Большой Сундырь Козмодемьян. у., Сормвары Ядрин. у., с. Моргауши, с. Орауши, д. Яжут-кино Ядрин. у., к низовым же относятся особенности говора д. Ендоба Буин. у., с. Малые Яльчики Тетюш у.
Из архивных материалов известно, что описание говора Козмодемьянско-го уезда составил Григорий Никифоров. Диалектное членение говоров в этом труде выглядит следующим образом:
1. Северо-западный ареал (Мало-Карачкинский, Большо-Юнгинский и отчасти Татар-Касинской) —
2. Средний ареал (Акрамовская волость, отчасти Татаркасинская и Сун-дырская волость) —
3. Юго-восточный ареал (не указан).
Исследователем отмечено, что особенность говора чувашского населения северо-западного региона заключается в заметном влиянии на их язык марийского языка. В представленном материале имеются как фонетические, так и лексические диалектизмы.
Фонетические диалектизмы:
1. В северо-западном говоре имело место расширение узких губных гласных, т. е. у& gt-о, у& gt-о: шора — (лит.) шура — белый? ора- (лит.) ура — нога.
2. Происходит выпадение интервокального -в- и стяжение смежных гласных: -§ ва-& gt--й°а-/-оа- (так называемый «краткий о» транскрибируем как 3 или о): тара- (лит.) тавра — вокруг, дур- (лит.) дывар — спи.
Лексические особенности:
сала-кайак- (лит.) дерди — воробей-
паранка — (лит.) дёрулми — картофель.
В описании говора Большого Сундыря Козмодемьянского уезда (ныне Мор-гаушского района ЧР) Петром Столяровым (1- 357) также наблюдается выпадение звука в в некоторых словах (алан — (лит.) авлан — жениться, хона — (лит.) хунав — отросток) — для этого ареала характерно сильное оканье (т.е. употребление звука о вместо у): тора- (лит.) тура — бог, под- (лит.) пуд — голова.
Приводится ряд примеров, подтверждающих произношение твердого аффиксального -т у глаголов настоящего времени в 3-м лице, единственном числе: ларат — ларать (сидит), чопат — чупать (бежит). Во множественном числе настоящего времени вместо окончания -ддё произносится -ччё, например: вы-ляччё- выляддё (играют), чопаччё- чупаддё (бегают). Аффиксом множественного числа имен существительных выступают сингармонические варианты аффикса -сам (-сем). Это явление характерно для верхового диалекта (лашасам -лашасем (лошади), утсам- утсем (кони)). Замечается стечение согласных в начале слова путем выпадения гласного в анлауте: ста — адта (где), хра — ыхра (дикий лук).
К числу лексических заимствований отнесены слова:
Ати — отец (слово ати — (лит.) атте «отец», скорее всего, можно отнести к общетюркским, нежели к русскому: тат. ати [3- 89], хотя автор рукописи отнес его к русскому), аптека — аптека, катка — кадка, колача — калач, пасар — базар, по-шмак- башмак, тавар- товар, ыраш — рожь, витре- ведро. Многим из нас кажется, что слово витре «ведро» — чувашское, хотя можно заметить схожий образ с русским словом «ведро». Как же иначе назвать сосуд, обозначенный этим словом? Ведро — цилиндрический сосуд с дугообразной ручкой для ношения и хранения воды и других жидкостей [5]. В старину у чувашей было свое ведро, только из дерева, и называлось оно ленкес «ведерко долбленное, деревянное» (& lt-тат. <- перс). В памятниках письменности XVIII в. запечатлено слово чилек -«ведро» (& lt-тат. чилак).
Весьма ценный материал содержится в рукописи «Особенности говора села Моргауш, Козмодемьянского уезда» для историков, этнографов, диалектологов. Автор работы, опираясь на данные старинных документов, а также на личные
догадки, пытается объяснить происхождение название села Моргауши. Вольнослушателем Илларионом Алексеевым записан ряд слов, заимствованных из русского языка: крапгъа- грабли, окашка- окно, малатук- молоток (о том, что это слово заимствованное, говорит их сходный фонетический облик). Сам предмет известен чувашам с древних времен, имелось у них и его соответствующее название — чокар. В других тюркских языках «молоток» называется: тат. чукеч, азерб. чэкич, балк. чогюч, кумык чокючи т.д. В чувашском языке им соответствовало чокар «молоток». Он был зафиксирован в одном из рукописных словарей XVIII в. в форме чогычь [4, с. 213]. В старину в чувашском языке был глагол *чук
— «бить, стучать» (ср. чув. =ах- «высекать огонь» & lt- тюрк. йакчув. тах- «насекать мельничный жернов» & lt- тюрк. ток-).
В фонетическом плане отмечены следующие особенности:
1) оканье (тора- тура — Бог, холха-халха — ухо) —
2) стечение двух гласных звуков (ра°ас вм. равас (мыть).
Здесь следует отметить, что произношение слов «таван, равас» в селе Моргауши несколько иное. Мы полагаем, что автор не смог правильно отразить так называемые дифтонги. На самом деле эти слова звучат с присутствием звука о: роас (& lt-равас) «мыть», тан (& lt-таван) «родня» (причем звук о здесь краткий) —
3) звук у вместо ы: вур- выр (жни), пул- пыл (мед), шу- шыв (вода).
4) звук, а вместо е: ритарас — ритерес (накормить или заставить есть). Пример: пайан ракар римала мар кон вм. Пайан ракар римелле мар кун — сегодня сочельник.
В конце отмеченной работы приведены примеры склонения имен существительных (здесь родительный падеж имен в полной его форме: лашанан, лаша-сенён (совр. чув. яз. — лашан, лашасен (у лошади, у лошадей)). Возможно, эти формы внесены самим автором И. Алексеевым, освоившим их из литературного языка того времени. В заключение приведены пословицы, загадки, песни в том виде, в каком они употребляются в Моргаушах (например: корсан — рёр самах, кормасан — пёр самах. — Видел — сто слов, не видел — одно слово (посл.)).
С. Яковлев, описавший особенности говора села Моргауши, уверяет, что нельзя считать говор чувашей Моргаушского района чисто чувашским, он резко отличается от говора чувашей Чебоксарского, Цивильского и Ядринского уездов [1]. Даже сами чуваши называют себя «тури», или «чикме рынни», что означает «верховые», или «козмодемьянцы»). В архиве Н. В. Никольского имеется также описание говора д. Яжуткино Ядринского уезда, они называют себя «варман енчисем» (чуваши, живущие в лесной стороне), относятся к верховым («вир-йалам»). В рукописи представлены некоторые лексические диалектизмы: картофель — умма- блины — ёне чёлхиллё икерчё. Блины в чувашском языке называются икерчё, пёлём, куймак. Икерчё — «общее название нескольких кушаний, между прочим и блинов» [2, с. 90]. Икерчё восходит в конечном итоге к ср. -монг. ауагса/агарча «творог» (ср. верх. тапарча икерчи «ватрушка»). Пёлём- инновация, образованная от русского «блин», употребляется на востоке Чувашии. Татарское заимствование куймак локализовано (тат. коймак) на юго-востоке Чувашии [4, с. 305].
Анализ диалектных материалов Н. В. Никольского показывает, что профессор обращал особое внимание на говоры, на фонетические, грамматические и лексические особенности говоров как низовых, так и верховых чувашей. Материалы представляют большую научную значимость, они важны как в изучении диалектологии, так и истории языка.
Литература
1. Архивный материал Н. В. Никольского. ЧГИГН. Ед. хр. 217.
2. Ашмарин Н. И. Словарь чувашского языка / Н. И. Ашмарин. Чебоксары: Руссика, 1994. Т. III. 363 с.
3. Егоров В. Г. Современный чувашский литературный язык / В. Г. Егоров. Чебоксары: Чувашгосиздат, 1954.
4. Сергеев Л. П. Диалектная система чувашского языка: монография / Л. П. Сергеев. Чебоксары, 2007. 437 с.
5. Словарь русского языка: в 4 т. Академия наук СССР. Институт языкознания. Государственное издательство иностранных и национальных словарей. М., 1957.
МАТВЕЕВА НАТАЛИЯ ВЛАДИСЛАВОВНА родилась в 1981 г. Окончила Чувашский государственный педагогический университет. Преподаватель кафедры методики преподавания чувашского языка, методист деканата факультета чувашской филологии, соискатель кафедры чувашского языка Чувашского педагогического университета. Область научных интересов — лингвистика. Автор 9 научных публикаций.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой