О дискреционной власти суда присяжных в Российской империи и роли адвокатов в формировании судебной правоприменительной деятельности в период хiх-хх вв

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Юридические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Исторический опыт
Савостьянова О. Н.
О ДИСКРЕЦИОННОЙ ВЛАСТИ СУДА ПРИСЯЖНЫХ В РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ И РОЛИ АДВОКАТОВ В ФОРМИРОВАНИИ СУДЕБНОЙ ПРАВОПРИМЕНИТЕЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ В ПЕРИОД Х1Х-ХХ вв.
Цель: Статья направлена на рассмотрение некоторых аспектов взаимодействия суда присяжных и адвокатуры и их влияния на народное массовое правосознание в царской России.
Методология: Автором использовались историко-правовой метод и методы системности научного анализа и синтеза.
Результаты: В статье рассмотрены достоинства и недостатки судебной системы Российской империи в период Х1Х-ХХ вв.
Новизна/оригинальность/ценность: Статья обладает высокой научной ценностью, поскольку в ней впервые рассмотрены особенности дореволюционного российского правосудия в аспекте проблемы правосознания, проводится анализ речей адвокатов (присяжных поверенных) с точки зрения их влияния на правоприменительную практику судов Российской империи.
Ключевые слова: судебная реформа, суд присяжных, адвокатура, судебные речи присяжных поверенных, правосознание.
Savostyanova O.N.
ABOUT THE DISCRETIONARY POWER OF THE JURY IN THE RUSSIAN EMPIRE AND
THE ROLE OF LAWYERS IN THE FORMATION OF THE JUDICIAL ENFORCEMENT ACTIVITIES DURING
THE NINETEENTH AND TwENTIETH CENTURIES
Purpose: The article is aimed at the examination of some aspects of the interaction of the jury and the lawyers and their impact on people'-s sense of justice of the mass in Tsarist Russia.
Methodology: The authors used the historical and legal method and of the methods and systematic scientific analysis and synthesis.
Results: The article discusses the advantages and the disadvantages of the judicial system in the Russian Empire during the nineteenth and twentieth century.
Novelty/originality/value: The paper has a high scientific value, since it was first discussed especially in the pre-revolutionary Russian justice aspect of the problem of justice, the analysis of the speeches of the lawyers (barristers) in terms of their influence on the legal practice of the courts of the Russian Empire. Keywords: judicial reform, the jury, legal, judicial speech barristers, legal.
Впервые демократическое правосудие в России возникло в ходе судебной реформы XIX века, осуществленной царем-освободителем Александром II. Именно тогда как элемент новой демократической судебной системы была учреждена адвокатура в целях обеспечения состязательности в уголовном процессе и равноправия сторон в гражданском процессе.
Судебная реформа — событие не случайное. Она была обусловлена внешними и внутренними факторами исторического процесса. Крымская война, закончившаяся для России позорным поражением, показала ее отставание от прогрессивных европейских стран. Российская империя находилась в условиях общего кризиса политического строя и деформации общественного сознания. Рост мануфактурного производства и капиталистические отношения приводили к еще большей эксплуатации крестьян и рабочих, повсеместно вспыхивали народные восстания. Страна стояла на пороге революции. В этот сложный и противоречивый период Александр II при-
нимает исторически важное решение об отмене крепостного права и свершении еще целого ряда кардинальных преобразований.
Согласно сложившейся среди историков и правоведов точке зрения, именно крестьянская реформа повлекла за собой судебную. Так, освобождение крестьян вызвало необходимость приведения системы правосудия в соответствие с новой социальной структурой, где крестьяне, получив свободу, являлись не только носителями личных прав, но и защитниками их в суде. Следовательно, требовались суды, отвечавшие новым потребностям общественного развития. По этому поводу знаменитый юрист А. Ф. Кони писал: «Судебная реформа была тесно связана с освобождением крестьян. Она вытекала из него непосредственно. Уничтожался домашний вотчинный суд для многих миллионов дотоле бесправных людей. Они должны были явиться не только носителями гражданских прав, но и непосредственными защитниками этих прав на суде. Суд расширялся, терял свой сословный характер. Но, расширяясь,
он не мог быть заключен в прежние, обветшалые, узкие, лишенные жизненной правды формы» [7]. Один из отцов судебной реформы С. И. Зарудный замечал, что при крепостном праве не было надобности в справедливом суде. Настоящими судьями были только помещики. Крестьяне же расправлялись с помещиками «судом Линча» [1, с. 9].
Предполагалось, что судебная реформа должна нести в себе огромное воспитательное значение для русского народа, правосознание которого необходимо было поднять до европейского уровня. Например, известный дореволюционный адвокат В. Д. Спасович писал: «Судебная реформа обозначала переход русского общества со средневекового положения на современное — европейское» [1, с. 12]. По замечанию дореволюционного исследователя Э. Н. Берендтса, перед Верховной властью стояла задача дать не только народу суд, целесообразно организованный, но и суд, способный своим живым словом воспитать в народе уважение к закону и праву, собственному и чужому. Неразвитость же нашего народа представляла основания для скорейшего введения суда присяжных, потому что такой именно народ и нуждался в особых ограждениях в суде, нуждался в судьях, которые бы вполне его понимали [1, с. 6, 11].
Указанные причины привели к решению о создании в России суда присяжных по французскому образцу. Работа над основными положениями судебной реформы была поручена Александром II лучшим юристам того времени С. И. Зарудному, Н. А. Буцковскому, К. П. Победоносцеву, Д. А. Ровинскому, Н. И. Стояновскому и др., которые старались доказать, что буржуазные институты, такие как суд присяжных и адвокатура, не подрывают основ самодержавия [8]. Творцы судебной реформы были вынуждены искать компромиссы между исторически существующим предубеждением царской власти к адвокатуре и необходимостью введения состязательного судебного процесса, поэтому первые адвокаты получили наименование «присяжные поверенные».
20 ноября 1864 года в Царском Селе Высочайшая подпись официально призвала к жизни лучшее украшение русского законодательства -Судебные уставы. В этот памятный день появился Указ Правительствующему сенату, который ставил своей задачей «водворить в России суд скорый, правый и милостивый и равный для всех подданных, возвысить судебную власть, дать ей надлежащую самостоятельность и «вообще утвердить в народе уважение к закону, без коего невозможно общественное благосостояние и которое должно быть постоянным руководителем всех и каждого
от высшего к низшему» [3]. Большая роль в формировании правоприменительной практики новых судов принадлежала адвокатам. Так, по уголовным делам участие адвоката в процессе было обязательно. До революции адвокатура являлась не просто самостоятельной организацией, а одним из звеньев новой системы правосудия.
В данной статье предпринята попытка критического осмысления функционирования суда присяжных и адвокатуры в указанный период, их взаимодействия и влияния на правосознание российского общества.
Как представляется, к положительным моментам демократического, гласного и бессословного правосудия, провозглашенного Судебными уставами, следует отнести то, что не только сильный мира сего, но и крестьянин или рабочий равным образом могли защитить свои права. Не только богатый, но и бедный получили возможность воспользоваться услугами квалифицированного юридически подкованного адвоката. Так, по гражданским делам лицам, которые из-за бедности не могли оплатить услуги адвоката, последний назначался Советом присяжных поверенных (пункт 5 статьи 367 Учреждения судебных установлений). По уголовным делам, если подсудимый по какой-то причине не мог заключить соглашение с адвокатом, тот назначался председателем суда (статья 393 Учреждения судебных установлений) [12].
До революции адвокаты играли важную, а иногда и ключевую роль в судебном процессе, и их положительное влияние на российский суд состояло в том, что они не только участвовали в совершенствовании правоприменительной практики, но и противодействовали произволу следственных органов при формировании обвинения. В частности, адвокаты:
— заявляли в судебных речах о формализме при формировании доказательственной базы по делу [13, с. 148−150, 242, 305−308, 639, 650]- обращали внимание суда на незаконность приемов, используемых следственными органами для формирования обвинения, таких как шантаж, принуждение к лжесвидетельству, подсаживание сыщика в образе арестанта и др. [13, с. 308, 450, 482, 483]- предлагали формулировки правовых норм [13, с. 501] и юридических терминов [13, с. 123, 430, 451]-
— критиковали действовавшее законодательство: констатировали его отставание от процесса, провозглашенного новыми Судебными уставами [10, с. 72]- призывали суд толковать закон применительно к уровню развития общества [13, с. 202].
ЕВРАЗИЙСКАЯ
& gt- 1(20)2016 & lt-
АДВОКАТУРА
Однако в пореформенной системе правосудия были и отрицательные моменты, в частности, самой обсуждаемой в дореволюционном обществе проблемой было предоставление суду большой дискреционной власти, а именно широких полномочий по принятию решений по конкретным делам на основе личного усмотрения. Так, в статье 12 Устава уголовного судопроизводства Российской империи говорилось, что суды обязаны разрешать дела «по точному разуму существующих законов», а в случае неполноты, неясности или противоречия законов должны были основывать решения «на общем смысле законов». При этом статьей 13 воспрещалось «останавливать решение дела под предлогом неполноты, неясности или противоречия законов» [15].
По этому поводу член Кавказского юридического общества А. А. Красовский в своем докладе «О дискреционной власти суда по проекту Уложения о наказаниях», с которым он выступил на заседании этого общества 30 апреля 1895 г., замечал: «Если предоставить такой произвол судье, то он внесет в дело свои впечатления, свой взгляд, свою культуру, а не взгляд и намерения законодателя- судья будет высказывать свою волю, он станет назначать, например, за сопротивление властям или за кражу ничтожные наказания, что тем самым как бы упразднит действие закона и в руках судей законодатель является побежден-ным"[9].
Не менее острой критике подвергалось и то, что присяжные формировались из широких слоев российского населения, то есть, как правило, не были профессиональными юристами, что зачастую приводило к тому, что судили они скорее на эмоционально-бытовом уровне, нежели чем основываясь на строгой букве закона.
Картина «суда общественной совести» (часто в своих речах так называли суд присяжных адвокаты) [11, т. 1, с. 22] наглядно показана в воспоминаниях присяжного заседателя (имя которого, к сожалению, не приводится): «При рассмотрении второго, тоже окончившегося оправданием, и третьего дела — я был отведен- все присяжные были этим неприятно удивлены. Очевидно, прокурор считал меня главным виновником своей неудачи, но он сильно ошибался, что и доказали два последующих дела, разбиравшиеся без моего участия». Комментируя такой исход, очевидец писал, что судьи, не имевшие юридических познаний, по большей части, судили на основе эмоций, нежели чем на основе закона [4].
По замечанию А. Ф. Кони, в основе решений, принимаемых присяжными, лежало глубокое
христианское чувство, суд присяжных служил «проводником народного правосознания» [6].
Однако современный правовед В. В. Гриб, рассуждая на тему дореволюционного правосудия, отмечает, что склонность отечественного правоприменителя пренебрегать законом, следуя справедливости, способствовала высокому проценту несправедливых приговоров и распространению правового нигилизма среди юристов [2].
Подобное развитие направления правосудия вызвало негативную оценку и одного из авторитетнейших ученых царской России Б. А. Кистя-ковского, который писал: «Наш гражданский суд стоит далеко не на высоте своих задач & lt-… >- Люди, хорошо знающие наш суд, уверяют, что сколько-нибудь сложные и запутанные юридические дела решаются не на основании права, а в силу той или иной случайности & lt-… >- В широких слоях русского общества отсутствует и истинное понимание значения суда, и уважение к нему» [5].
Важными историческими источниками, из которых можно почерпнуть сведения о том, как вершилось дореволюционное правосудие, являются судебные речи присяжных поверенных. Именно по ним мы можем судить, что адвокаты весьма часто в своих речах призывали судей при вынесении приговора ставить общественную справедливость превыше закона. В судебном дореволюционном красноречии взывание адвокатами к совести присяжных было характерной тенденцией. Умело пользуясь этим приемом, в большинстве случаев они добивались оправдания своих подзащитных.
Так, например, Ф. Н. Плевако, произнося свою речь перед присяжными по делу Саввы Мамонтова и других, говорит о законе как о «формальной истине», над которой стоит «жизненная правда» [10, с. 642]. Показательна и другая речь Ф. Н. Плевако по делу люторических крестьян, где он восклицает: «Законодатель знает, что есть случаи, когда интересы высшей справедливости устраняют применение закона. Законодатель знает, что есть случаи, когда мерить силой закона значит — смеяться над законом и совершать акт публичного беззакония» [10, с. 600]. В деле князя Грузинского, обвиняемого в убийстве Э. Ф. Шмидта на почве ревности, Ф. Н. Плевако, несмотря на то, что факт совершения убийства подсудимым был следствием установлен, призывает присяжных «рассудить разумно, справедливо, по-божески» [10, с. 463]. Характерные высказывания присутствуют и в обращениях других адвокатов к присяжным судьям: «Закон наделяет вас величайшей властью — определять виновность и невиновность. И нет границы ей, кроме вашей совести»
(речь Н. П. Шубинского по делу Киселева) [5]- «И если закон не может предусмотреть все нравственные, индивидуальные различия преступника, которые обуславливаются их прошедшим, то является на помощь общая, присущая человеку, нравственная справедливость, которая должна подсказать, что применимо к одному и что было бы несправедливо по отношению к другому» (речь П. А. Александрова по делу В. Засулич) [14]- «Суровый моралист, быть может, пошлет упрек за прошедшее, но не поднимется рука судьи совести написать обвинительный приговор человеку, искренне вставшему на путь исправления» (речь В. М. Пржевальского по делу о злоупотреблениях в Саратовско-Симбирском Земельном банке) [11, т. 4, с 488].
Общепризнанно, что речи адвокатов по вышеприведенным делам являются образцом ораторского искусства, однако если посмотреть на вынесенные в итоге приговоры с точки зрения правоприменительной практики, то обращает на себя внимание их парадоксальность и противоречивость. Так, на вопросы о фактах совершения подсудимыми преступления присяжные отвечали утвердительно, а по вопросу о виновности — отрицательно. В результате подсудимые подлежали оправданию.
Таким образом, если взглянуть на обозначенную проблему с точки зрения обеспечения законности в российском государстве, то на вопрос о том, были ли достигнуты законодателем цели, которые он преследовал при создании суда присяжных и адвокатуры, а именно совершенствование правосудия в Российской империи и возвышение авторитета закона в народе, следует ответить отрицательно. Возобладавшее в правоприменительной судебной практике направление ставить справедливость превыше закона привело к обратному — к ухудшению правосудия, а также к распространению правового нигилизма в обществе. Наряду с этим в обществе существовало непонимание целей, задач и общественного предназначения адвокатуры.
В условиях социально-политических событий ХГХ-ХХ вв. адвокатура, которая несла в себе либеральную идеологию, отстаивая политические и экономические права рабочих, крестьян и революционных деятелей, постепенно приобрела политическое значение. Значительное число оправдательных приговоров, выносимых политическим преступникам на рубеже Х! Х-ХХ вв., явилось одним из факторов, повлекших за собой неспособность государства поддерживать стабильность и правопорядок в обществе. В резуль-
тате государственной властью была предпринята политика «контрреформ», направленная против суда присяжных и на ограничение прав политических защитников.
Пристатейный библиографический список
1. Берендтс Э. Н. Связь судебной реформы с другими реформами Императора Александра II и влияние ее на государственный и общественный быт России. СПб.: Сенат. тип., 1915.
2. Гриб В. В. Влияние судебной реформы 1864 г. на правосознание русских юристов // Российский судья. 2003. № 12. С. 8.
3. Джаншиев Г. Ведение неправых дел. (Этюд по адвокатской этике). Посвящается В. И. Танееву // Сборник статей. Со вступительной статьей акад. А. Ф. Кони и перепиской Г. А. Джаншиева с А.Ф. Кони- с приложением портрета Г. А. Джаншиева. М.: Задруга, 1914. С. 142.
4. Как мы судили // Сборник статей со вступительной статьей акад. А. Ф. Кони и перепиской Г. А. Джан-шиева с А.Ф. Кони- с приложением портрета Г. А. Джаншиева. М.: Задруга, 1914. С. 446, 453.
5. Кистяковский Б. А. Социальные науки и право. Очерки по методологии социальных наук и общей теории права. М.: М. и С. Сабашниковы, 1916. С. 642.
6. Кони А. Ф. Судебные речи. СПб.: Тип. А. С. Суворина, 1905. С. 875, 876.
7. Кони А. Ф. Собр. соч. Т. 4 / под общ. ред. В.Г. Ба-закова, Л. Н. Смирнова, К. Н. Чуковского. М.: Юрид. лит., 1967. С. 201−202.
8. Кони А. Ф. Отцы и дети судебной реформы. К пятидесятилетию судебных уставов (1864−1914). М., 1914. С. 85.
9. Кони А. Ф. За последние годы. Судебные речи (1888−1896). Воспоминания и сообщения. Юридические заметки. СПб., 1896. С. 556.
10. Плевако Ф. Н. Избранные речи / вступит. ст. Г. М. Резника. М.: Юрайт, 2012.
11. Русские судебные ораторы в известных уголовных процессах. М.: Юрид. кн. маг. А. Ф. Скорова. Т. 1, 1895. С. 22- Т. 4, 1899. С. 488- Т. 6, 1902. С. 408.
12. Судебные уставы 20 ноября 1864 г., с изложением рассуждений, на коих они основаны, изданные Государственной канцелярией. Ч. 1. 2-е изд., доп. СПб., 1867. С. 229, 241, 242.
13. Судебные речи известных русских юристов: сборник / сост. Е.М. Ворожейкин- под ред. М. М. Выдря. М.: Госюриздат, 1956.
14. Судебные речи известных русских юристов: сборник / вступит. ст. Г. М. Резника. М.: Юрайт, 2011. С. 251.
15. Устав уголовного судопроизводства / сост. С. Г. Щеглов. 9-е изд., испр. и доп. СПб.: тип. А. С. Суворина, 1907. С. 15, 16.
References (transliterated)
1. Berendts Je.N. Svjaz'- sudebnoj reformy s drugimi reformami Imperatora Aleksandra II i vlijanie ee na gosudarst-vennyj i obshhestvennyj byt Rossii. SPb.: Senat. tip., 1915.
ЕВРАЗИЙСКАЯ
1 (20) 2016
АДВОКАТУРА
2. Grib V.V. Vlijanie sudebnoj reformy 1864 g. na pravo-soznanie russkih juristov // Rossijskij sud'-ja. 2003. № 12. S. 8.
3. Dzhanshiev G. Vedenie nepravyh del. (Jetjud po ad-vokatskoj jetike). Posvjashhaetsja V.I. Taneevu // Sbornik statej. So vstupitel'-noj stat'-ej akad. A.F. Koni i perepiskoj G.A. Dzhanshieva s A.F. Koni- s prilozheniem portreta G.A. Dzhanshieva. M.: Zadruga, 1914. S. 142.
4. Kak my sudili // Sbornik statej so vstupitel'-noj stat'-ej akad. A.F. Koni i perepiskoj G.A. Dzhanshieva s A.F. Koni- s prilozheniem portreta G.A. Dzhanshieva. M.: Zadruga, 1914. S. 446, 453.
5. Kistjakovskij B.A. Social'-nye nauki i pravo. Ocherki po metodologii social'-nyh nauk i obshhej teorii prava. M.: M. i S. Sabashnikovy, 1916. S. 642.
6. Koni A.F. Sudebnye rechi. SPb.: Tip. A.S. Suvorina, 1905. S. 875, 876.
7. Koni A.F. Sobr. soch. T. 4 / pod obshh. red. V.G. Ba-zakova, L.N. Smirnova, K.N. Chukovskogo. M.: Jurid. lit., 1967. S. 201−202.
8. Koni A.F. Otcy i deti sudebnoj reformy. K pjatidesja-tiletiju sudebnyh ustavov (1864−1914). M., 1914. S. 85.
9. Koni A.F. Za poslednie gody. Sudebnye rechi (18 881 896). Vospominanija i soobshhenija. Juridicheskie zamet-ki. SPb., 1896. S. 556.
10. Plevako F.N. Izbrannye rechi / vstupit. st. G.M. Reznika. M.: Jurajt, 2012.
11. Russkie sudebnye oratory v izvestnyh ugolovnyh processah. M.: Jurid. kn. mag. A.F. Skorova. T. 1, 1895. S. 22- T. 4, 1899. S. 488- T. 6, 1902. S. 408.
12. Sudebnye ustavy 20 nojabrja 1864 g., s izlozheniem rassuzhdenij, na koih oni osnovany, izdannye Gosudarst-vennoj kanceljariej. Ch. 1. 2-e izd., dop. SPb., 1867. S. 229, 241, 242.
13. Sudebnye rechi izvestnyh russkih juristov: sbornik / sost. E.M. Vorozhejkin- pod red. M.M. Vydrja. M.: Gos-jurizdat, 1956.
14. Sudebnye rechi izvestnyh russkih juristov: sbornik / vstupit. st. G.M. Reznika. M.: Jurajt, 2011. S. 251.
15. Ustav ugolovnogo sudoproizvodstva / sost. S.G. Shheglov. 9-e izd., ispr. i dop. SPb.: tip. A.S. Suvorina, 1907. S. 15, 16.
АГ
«Новая адвокатская газета» — корпоративное издание нового типа, появление которого обусловлено коренными переменами, произошедшими в адвокатском сообществе России после принятия Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации». Являясь органом Федеральной палаты адвокатов РФ, издание не преследует цель выступать в роли указующего или направляющего перста, представляя интересы той или иной части корпорации или группы лиц, а позиционирует себя как выразитель интересов всей российской адвокатуры. Принципиальное значение при этом имеет
закрепленная Законом организация адвокатского сообщества, основанная на обязательном членстве каждого адвоката в адвокатской палате субъекта Федерации, являющейся в свою очередь членом ФПА РФ. Рассматривая в качестве высших ценностей адвокатского сообщества заложенные в Законе принципы независимости, самоуправления, корпоративности и равноправия адвокатов, газета оценивает события государственной и общественной жизни и действия тех или иных лиц с точки зрения соответствия данным принципам. Выступая органом корпорации юристов-профессионалов, газета рассматривает профессионализм как главное качество адвоката и уделяет первостепенное внимание проблемам учебы и практического опыта коллег в различных отраслях права.
Основными направлениями издания являются:
— оперативное информирование о деятельности и решениях ФПА-
— освещение взаимоотношений адвокатуры с государственными и общественными институтами-
— освещение корпоративной жизни адвокатских палат-
— рассказ о созданных адвокатами прецедентах в национальной и международной судебной практике, публикация наиболее интересных решений судов-
— ответы на вопросы, волнующие адвокатов и адвокатские образования-
— взаимодействие с информационными изданиями адвокатских палат-
— поддержка общественно значимых инициатив адвокатов и адвокатских образований-
— информирование о наиболее важных событиях из жизни иностранной адвокатуры, о сотрудничестве российских и зарубежных адвокатских образований и адвокатов.
Адрес редакции: 119 002, г. Москва, пер. Сивцев Вражек, д. 43 Тел.: (495) 787−28−35 Тел. /факс: (495) 787−28−36 E-mail: advgazeta@mail. ru, press@advpalata. com

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой