Изучение национально-культурной коннотативной лексики в русском и китайском языках

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Языкознание


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Ван Хуа
ИЗУЧЕНИЕ НАЦИОНАЛЬНО-КУЛЬТУРНОЙ КОННОТАТИВНОЙ ЛЕКСИКИ В РУССКОМ И КИТАЙСКОМ ЯЗЫКАХ
Рассматривается необходимость учета при овладении иностранным языком, не только коммуникативной функции другого языка, но и кумулятивной, так как коннотативный культурный компонент смысла лексических единиц не всегда понятен изучающему другой язык и другую культуру. В то же время коннотации, заключенные в сигнификативном слое лексического значения, играют важную роль и связывают лексику с жизнью определенного языкового коллектива, определенным бытом, сложившимся социальным узусом.
Ключевые слова: национальная культура- коннотация- эквивалентная и безэквивалентная лексика.
Язык является необходимым условием существования и развития общества, элементом духовной культуры нации и важнейшим средством человеческого общения, в том числе межкультурного. Язык и культура тесно связаны и взаимозависимы. Культура как комплексный человеческий опыт находит свое отражение не только в традициях, обычаях, верованиях, представлениях и ценностях общества, но и в языке, речи, особом стиле общения. Среди языковых маркеров культуры наибольшую роль играет лексика, различающаяся по отраженным в ней социальным реалиям, национальной культуре и эмоциональной значимости. Лексические значения пронизывают различные коннотации, которые связывают лексику с жизнью определенного языкового коллектива, определенным бытом, сложившимся социальным узусом.
Концептуальное (понятийное) ядро основного лексического значения и его коннотативные оттенки взаимозависимы. Важно помнить, что информация, которая идет по коннотативному каналу, не менее значима и не менее разнообразна, чем концептуальная информация. Коннотативные оттенки дают человеку информацию о мире вообще, о компонентах речевой ситуации и коммуникативного действия. Речевая ситуация с ее процессом текстопорождения выделяет коннотативные оттенки, предоставляя информацию о языковой норме и различных отклонениях от нее, поскольку человеческий язык — это и коннотативная, и денотативная системы.
В языковой картине мира коннотация может делиться на конкретную коннотацию и сферу коннотации. Конкретная коннотация, или конкретное представление, возникает у говорящего и слушающего в процессе речевого общения, а сфера коннотации есть те области, в которых языковые средства соединяются с определенным типом представлений и чувствований. Кроме этого, коннотация несет указание на определенный тип речи, обусловленный социальными, региональными, техническими и культурными факторами. Не следует думать, что коннотация — это индивидуальное достояние отдельного человека [1]. Коннотация — это дополнительное содержание слова (или выражения), его сопутствующие семантические или стилистические оттенки, накладывающиеся на основное значение, служащие для выражения разного рода экспрессивно-эмоционально-оценочных обертонов- они могут придавать высказыванию торжественность, игривость, непринужденность, фамильярность и т. п. Исследование языковых функций коннотации дает возможность показать, что коннотация в большинстве своем имеет об-
щий для носителей языка характер, это явление массового, общественного, т. е. языкового сознания.
Эмоциональные и эстетические ассоциации, сопровождающие слово в рамках языковой культуры, могут существовать в различных этноязыковых системах. Их сходства и различия приобретают большое значение в процессе коммуникации. Сравнение лексических единиц одного языка с соответствующими единицами другого показывает, что семантические расхождения их нередко обусловлены различиями предметов. Это могут быть различия как по физическим характеристикам, так и по социальному, эмоциональному и культурному значению, т. е. следует противопоставлять различия в плане реалий и различия в плане культурных коннотаций.
И для китайцев, изучающих русский язык, и для русских, изучающих китайский язык, рассмотрение коннотативной лексики должно основываться на безэк-вивалентных словах (в том числе и фоновых) русского и китайского языков, имеющих одинаковые денотаты (т.е. объективное содержание), но разные эмоционально-эстетические смысловые оттенки и ассоциации. Ведь именно эти различия, проявляющиеся в такой безэквивалентной фоновой лексике, отражают специфику национальной культуры русского и китайского народов. Например, слова береза и сун шу (сосна) вполне могут быть переведены на большинство языков мира, но для русского народа слово береза полно личных, родных воспоминаний и тесно связано с образом Родины, а сун шу (сосна) для китайцев символизирует непоколебимую волю и долголетие. У человека, который не знаком ни с русской, ни с китайской культурой, кроме номинации этого слова, не возникает никаких эмоционально-этических и эстетических ассоциаций.
В рамках лингвострановедения исследуются лексические единицы в аспекте их национально-культурной коннотации. Действительно, национальнокультурная коннотативная лексика русского языка отличается от китайской культурными компонентами. В ее структуре, согласно У Гохуа [2], можно выделить следующие пласты.
1. Эквивалентная коннотативная лексика. Лексика, отражающая интернациональные тенденции, имеет тождественную социальную и эмоциональную значимость в двух языках. Интернациональная культура представляет собой общность культуры человечества, она формируется на основании сходного, общечеловеческого осознания окружающего мира. Именно она дает возможность обеспечить межкультурное общение разных наций. В качестве примера можно привести
русские слова голубь, радуга, левый, правый, орел, флюгер, пень, тварь и такие же китайские эквиваленты. В русском и китайском языках слово голубь одинаково символизирует мир или стремление к миру, а радуга — радость и надежду. Слова левый, правый, кроме своей номинативной функции, приобретают общие социальные смыслы, обозначают представителей правого, левого политических направлений и течений, а также уклонов.
2. Соответственная лексика с коннотативными значениями только в одной культуре. Лексика, обозначающая предметы в двух культурах, но имеющая эмоциональные и эстетические коннотации только в одной народной культуре. Иными словами, то, что близко одной нации, чуждо другой, то, что заряжено яркими ассоциациями для одной нации, сравнительно пусто для другой. Например, русские слова береза, осина, рябина, черемуха, фикус, калина, вишня не только обозначают предметы, но и вызывают эмоциональноэтические и эстетические ассоциации у русских. К примеру, слово береза не столько типичное дерево русского леса, сколько символ, олицетворение Родины. Береза имеет тесную связь с Русью, Россией, поскольку всегда играла большую роль в традиционном быте русских. Во многих стихах, художественных произведениях о Родине, победе, войне встречается символическое слово береза, например:
Я покинул родимый дом, голубую оставил Русь.
В три звезды березняк над прудом
Теплит матери старой грусть (С. Есенин).
Слова рябина, черемуха, калина, вишня часто используются в художественной литературе и народной песне, символизируют женскую любовь и любовные отношения молодых людей. Например, рябина: ягода рябины красного цвета, имеет терпкий вкус, но после еды во рту оставляет оскомину. Коннотация этого слова опирается на ассоциации фольклорного происхождения: идет сопоставление с чувством несчастной любви.
Слово дуб отличается национально-специфическим эмоциональным наполнением. Русские хорошо понимают, что слово дуб, кроме значения «крупное лиственное дерево», может иметь значение «тупой, нечуткий человек». Это объясняется тем, что слово дуб, имеющее коннотативные значения, тесно связывается с русской историей и культурой. В Древней Руси люди считали дуб священным деревом, преклонялись перед ним, просили о помощи. До сих пор на Руси крепкого, сильного человека сравнивают с этим могучим деревом, т. е. возникло переносное оценочное значение, которое сохраняется до сих пор. Несведущий человек даже представить себе не может, что этому слову придан смысл оценки человека. Предложение Фраза «это настоящий дуб» обязательно вызывает недоумение у китайцев, не усвоивших русскую культурную коннотацию.
В слове шляпа тоже содержатся коннотативные значения, которые непонятны представителям других наций. Русские люди знают, что шляпа — это не только головной убор, так называют и безынициативного человека, растяпу. Такие коннотативные значения данно-
го слова тесно связываются с русской культурой. В России шляпа долгое время была атрибутом одежды человека, занятого умственным трудом (учитель, ученый и т. д.), т. е. увлеченного, погруженного в размышления и поэтому рассеянного, неорганизованного.
В русском языке имеется большое количество таких коннотативных слов, как жук (о ловком человеке), бирюк (о нелюдимом человеке), заяц (о безбилетном пассажире), гусь (о ненадежном, плутоватом человеке), кит (о том, на ком держится все дело), мешок (о толстом, неповоротливом, неуклюжем человеке), свистун (о человеке легкомысленного поведения), тряпка (о бесхарактерном, слабовольном человеке), слизняк (о безвольном, ничтожном человеке) и т. д., коннотатив-ный культурный компонент смысла которых выступает в качестве переносно-метафорического значения данной лексической единицы
В китайском языке имеются и другие коннотатив-ные слова: цань (шелкопряд — о самоотверженном человеке), хуанню (бык — о трудолюбивом человеке, который всем сердцем служит народу), мяньян (баран — о послушном, безгласном человеке), фаньтун (кадка для риса — о никудышном человеке).
3. Соответственная лексика с различными, зачастую обратными коннотативными значениями. Эта лексика тождественна в двух культурах, но различается по эмоциональной и социальной значимости, отражающей национальный менталитет и создает определенные ассоциации, понятные людям данной культуры. Эмоциональная социальная значимость слова является основой определенного национального символического ореола.
Подобная национальная символика слова отражает национальное своеобразие, формирует оценки, чувства и отношения людей к окружающему миру. Но экспрессивная коннотативная лексика необязательно во всех языках эмоционально окрашена, потому что эмоциональные и социальные ассоциации разных культур во многих случаях не совпадают. Такие коннотативно окрашенные слова соотносятся с устойчивыми национальными ассоциациями, стереотипами, источники которых — в самой жизни, в национальной культуре и литературе. Например, слово ива обозначает породу деревьев, но у русских ассоциируется с печалью, а у китайцев — с тишиной, спокойным счастьем- фикус у русских — символ домашнего уюта, довольства, а у китайцев — простое растение и т. д.
Своеобразие национальной культуры демонстрируют и выражения, сравнивающие человека с разными животными, например, в русском языке: храбрый как лев- трусливый как заяц, выносливый как лошадь- а в китайском — храбрый как тигр, трусливый как мышь, выносливый как верблюд.
Дракон у русских — гигантская крылатая огнедышащая рептилия, похититель принцесс и сторож сокровищ, извечное воплощение Зла, которое нужно победить, препятствие, которое надо преодолеть. У китайцев же дракон символизирует власть императора и долголетие, образ дракона воплощен в искусстве фэнтези, а также в учении фэн-шуй и астрологии (год Дракона). Можно сказать, что китайский дракон — это особое, весьма своеобразное понятие. То же можно сказать о
красном цвете, символизирующем для китайцев молодость, силу, энергию, счастье, в отличие от красного в русском языке, эмоциональное значение которого в древности означало красоту, здоровье, а в более позднее время стало символом борьбы, революции, крови.
4. Соответственная лексика с частично разными коннотативными значениями. В этот тип объединяют единицы, обозначающие понятия, которые есть в двух культурах, но при этом лексические единицы обладают частично различающейся эмоциональной значимостью. Такая культурная коннотация, существующая в двух языках, отражает лингвокультурную общность. Эквивалентная лексика с частично различающейся значимостью вызывает ассоциации, которые в некотором смысле совпадают или не совпадают с представлениями другой нации об одном предмете, что отражает разное отношение к фактам окружающего мира. Это свидетельствует о том, что в межнациональной культуре существуют сходства и расхождения, которые совместно выражают национальную специфику.
Возьмем для примера слово медведь. Медведь у русского народа символизирует добродушие, простоватость, неуклюжесть, т. е. это слово таит в себе как бы два образа: грубый, сильный, тяжеловесный, но добрый человек и жених. В русском языке есть такая фраза: хозяин в дому, что медведь в бору. Медведь — хозяин. В жизни русского народа есть символ-примета: видеть медведя во сне — значит быть свадьбе- медведь — жених. Благодаря своему образу «добрый хозяин, жених, медоед, сладкоежка, лакомка», медведь у русских получает человеческие имена. Здесь и ласковые «домашние» имена (Миша, Мишка, Мишук), и «официальный» полный именной ряд из имени, отчества, фамилии -Михаил Иваныч (Потапыч) Топтыгин.
В китайском языке медведем тоже называют неуклюжего, простоватого человека, но китайцы не представляют себе медведя добрым, хозяином, женихом. Китайцы говорят: этот человек глупый, как медведь. Интересно, что в Китае есть поговорка сюнсяцзы бай бао ми (медведь обрывает кукурузу), означающая напрасный труд. Такой образ происходил из известной китайской басни: когда медведь собирает кукурузу, он обрывает один початок, роняя другой, и в конце концов остается ни с чем.
В интернациональной общности культура одной нации неизбежно находится под влиянием культуры другой нации, что вызывает известные изменения в значении слов. Например, слово белый в традиционном понимании китайцев передает символ несчастья, смерти. Поэтому на похоронах все оформлено в белом цвете, люди надевают одежду белого цвета. Но постепенно под влиянием других культур слово белый приобрело другое значение и стало символом чистоты, счастья. Например, свадебная одежда невесты белого цвета. В результате в китайском языке слово белый получило два значения: несчастье и счастье. Только с последним совпадает значение слова белый в русском языке.
5. Безэквивалентная коннотативная лексика. Лексика, отражающая национальные тенденции, обладающая яркой национальной спецификой. В русском и китайском языках имеется большое количество таких слов, свидетельствующих о расхождениях между куль-
турами двух стран. Непонятийные (национальноспецифичные) семантические компоненты этих слов зависят от разных факторов, как языковых, так и вне-языковых, поэтому лексика, характеризующая национальные тенденции, различается по отраженным в ней социальным реалиям, национальной культуре и эмоциональной значимости.
Безэквивалентная лексика — это лексика, обозначающая предметы, которые присутствуют в одной культуре и отсутствуют в другой, и обладающая яркой национальной спецификой. Она уникальна как на уровне обозначаемых реалий, так и на уровне культурных коннотаций, поэтому считается коннотативно-безэквивалентной лексикой.
В межъязыковой коммуникации или при чтении художественных произведений коммуниканты чаще сталкиваются с помехами и непониманием, которые возникают из-за расхождения коннотаций значений одних и тех же слов в разной культуре. Специфику национальной культуры русского и китайского народов, особенности многонациональной культуры в языковой картине мира отражает именно безэквивалентная, фоновая и коннотативная лексика.
В русском языке существует множество слов с ярко выраженным национальным колоритом, не имеющих аналога в китайском языке. Например, слово сарафан в словаре С. И. Ожегова объясняется так: «Русская женская крестьянская одежда, род платья без рукавов, надеваемого поверх рубашки с длинными рукавами» [3. С. 697]. Сарафан отражает особенности русской национальной одежды, самобытность русского народа, и в китайском языке нет эквивалентного этому понятию слова. Сарафан — это русская национальная одежда, особенно любимая деревенскими женщинами. Во время свадьбы надо было одевать особым образом скроенный сарафан, таким образом, сарафан является крестьянским женским туалетом.
В китайском языке тоже существуют непонятные для русских коннотативные слова, которые передают чувственное, субъективное отношение человека к предметам, явлениям действительности. К примеру, русским вряд ли придет в голову, что китайское слово цутаньцзы (сосуд для уксуса) может означать завистливого человека. Этот коннотативно-семантический перенос тесно связан с китайским обычаем. Уксус имеет кислый запах и вкус, является любимой приправой в китайской кухне. Но главное, что это слово связано с китайской историей: Фан Сюаньлин был любимым министром императора Ли Шиминя династии Тан. Благодаря Фану политика императора успешно воплощалась в жизнь. Император решил отблагодарить министра, но не деньгами, а дав в награду молодую красавицу. Ревнивая и властная жена Фана, узнав об этом, предпочла смерть и выпила данный императором сосуд с ядовитым вином. Она не умерла, и император, смеясь, сказал, что, зная ее характер, дал ей сосуд с уксусом. Жена Фана рассердилась на него, но и император передумал награждать министра красавицей. И поэтому слова чи-цу (ревность), цутаньцзы (сосуд для уксуса) постепенно превратились в прозвища завистливого человека.
Приведем еще несколько примеров. Так, в китайском языке слово чжуцзы (бамбук) имеет дополни-
тельные, символические значения: чувство достоинства китайской нации- здоровая атмосфера. Более того, бамбук — растение, которое очень быстро растет, поэтому с ним связано выражение как бамбуковый росток после дождя. В России нет бамбука, но в русском языке есть выражение расти как грибы после дождя.
Ярким примером безэквивалентной лексики может служить слово мудань — цветок древовидного пиона, очень похожий на пион, но по размеру больше него, красного, розового, белого цвета. Он считается самым красивым, роскошным и является китайским национальным цветком. Именно с ним сравнивают знатную, красивую, дородную женщину.
С развитием сотрудничества между двумя странами безэквивалентная лексика изменяется. Некоторые слова, например Совет, трактор, которые входили в без-
эквивалентную лексику в прошлом, сейчас уже являются эквивалентными.
Таким образом, исходя из вышеизложенных пяти вариантов сходств или различий русских и китайских лексических единиц, можно сделать вывод, что своеобразие лексики, отражающей национальную культуру, заключается как в своеобразии реалий, ею передаваемых, так и в специфике культурных коннотаций. Лексика, отражающая национальную культуру в русском и китайском языках, непосредственно и прямо отражает внеязыковую действительность, фиксирует и передает от поколения к поколению особенности природы, обычаи, отношение людей к окружающему миру, общественное устройство разных стран. Поэтому для того чтобы овладеть в совершенстве иностранным языком, надо уделять особое внимание кумулятивной функции языка наряду с усвоением знаний лингвострановедческого характера.
ЛИТЕРАТУРА
1. УГохуа. Культурная лексикология. Харбин, 1996.
2. У Гохуа. Расхождения культурных коннотаций в русских и китайских словах-реалиях: Филология. Лингвистика. Лингводидактика. М., 1995.
3. Ожегов С. И., Шведова Н. Ю. Толковый словарь русского языка. М., 2006.
Статья представлена научной редакцией «Филология» 15 ноября 2011 г.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой