Духовные основы воинской дисциплины Российской армии: исторический подход

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Культура и искусство


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК 008
КАРЯКИН В.Ф. ЧЕТВЕРТАКОВА Ж.В.
ДУХОВНЫЕ ОСНОВЫ ВОИНСКОЙ ДИСЦИПЛИНЫ РОССИЙСКОЙ АРМИИ: ИСТОРИЧЕСКИЙ ПОДХОД
Карякин Владимир Федорович, кандидат исторических наук, доцент кафедры культурологии ТГУ им Г. Р., Четвертакова Жанна Владимировна, кандидат философских наук, кафедра гуманитарных и социально-экономических дисциплин ВАИУ (г. Воронеж).
Аннотация. В статье раскрывается генезис духовно-нравственных основ воинской дисциплины в Российской Армии, отражение их во взглядах и деятельности видных военных деятелей Российского государства, в ходе исторического развития.
Ключевые слова: армия, дисциплина, традиция, защита Отечества, воинский долг, подвиг, самоотверженность, преемственность, ценности, патриотизм, верность воинскому долгу, мужество, культура.
Воинская дисциплина является разновидностью государственной и имеет свою специфику. Она отражает особенности воинского труда, характер и условия деятельности вооруженных сил. Суть воинской дисциплины четко изложена в Дисциплинарном уставе ВС РФ. В Уставе дисциплина определяется, как «строгое и точное соблюдение всеми военнослужащими порядка и правил, установленных законами Российской Федерации, общевоинскими уставами Вооруженных Сил Российской Федерации и приказами командиров (начальников)"[16].
Это значит, что отправной точкой, как в понимании дисциплины, так и в ее обеспечении являются правила поведения военнослужащих. Дисциплина начинается с правил. Без них дисциплины не бывает. Их необходимость, нерушимость и обязательность выполнения должны быть осознаны каждым военнослужащим. Одновременно благодаря деятельности командиров, специфической обстановки воинского коллектива происходит приобретение практического опыта и формирование привычки к порядку, который этими правилами определяется. Дисциплина существует только там, где внедрены четкие правила действий и взаимоотношений, и где они надлежащим образом исполняются. Правила же фактически отсутствуют, если они четко не определены, если военнослужащие их не знают, неправильно толкуют или игнорируют, пользуясь бесконтрольностью и попустительством.
Воинская дисциплина выполняет в жизни и деятельности подразделения, и каждого воина важные функции. Во-первых, она строится на правовой основе, «уважении чести и достоинства военнослужащих"[16]. Во-вторых, гарантирует уважение личного достоинства военнослужащих, заботу об их правовой и социальной защите [17]. Она создает в подразделении здоровый психологический климат, в котором каждый воин чувствует себя комфортно, может полностью сосредоточиться на повышении боевого мастерства, решении служебных задач. В-третьих, дисциплина обеспечивает высокую управляемость подразделения и тем самым определяет его боевые возможности. В-четвертых, дисциплина дает возможность с наибольшей эффективностью использовать время, оружие, материальные ресурсы и человеческие силы для решения задач в мирное время и в бою. Дисциплина основывается на осознании каждым военнослужащим воинского долга и личной ответственности за защиту Российской Федерации [16].
Анализ научных публикаций по исследуемой проблеме свидетельствует о том, что вопросам воинской дисциплины, ее содержанию и сущности, основным направлениям работы командира по ее укреплению всегда уделялось большое внимание. Вместе с тем, на наш взгляд, к проблеме исторического подхода к определению духовных основ воинской дисциплины в литературе уделяется не достаточно внимания. В условиях реформирования Вооруженных Сил Р Ф эта проблема является актуальной.
Как хорошо известно, духовные основы воинской дисциплины в армиях различных стран неодинаковы, они определяются социально-политическим строем государства, и имеют юридическое оформление. На Руси защита Отечества всегда считалась почетной обязанностью, что способствовало активному формированию у российских воинов высоких духовнонравственных качеств и удерживало от недостойного поведения. Дух армии всегда являлся важнейшим показателем развития военной организации общества. Известно, например,
высказывание Наполеона о том, что успех в военном деле на три четверти зависит от духовных элементов и только на одну четверть от материальных.
В России, в силу ее исторической специфики, национальных традиций, геополитического положения, когда русскому народу приходилось вести непрерывную борьбу за свою независимость, укреплению духа армии придавалось всегда большое значение.
А. Керсновский, написавший знаменитый труд по истории русской армии, подчеркивал: «Сущностью русской национальной военной доктрины является превосходство духа над материей» [1].
Как известно, духовность армии невозможно рассматривать не вытекающей из духовности соответствующего общества. Но при этом духовность Вооруженных Сил имеет свою особенность, которую весьма точно определяет известный русский философ И. А. Ильин.
Во-первых, армия — это «сосредоточенное воплощение государственной силы», государственной власти, как «элемент государственного бытия», как организованное множество людей, систематически «воспитывающих себя к победе и ради нее — к смерти и убиению во имя государственной цели» [1].
Во-вторых, «каждый воин, независимо от своего высшего или низшего ранга, должен носить в душе сознание государственной цели и ее волевое и эмоциональное «приятие». Поэтому служение в армии должно быть проникнуто «живым вдохновением государственности» [1].
В-третьих, родовая черта воина: он есть «гражданин, принявший на себя сосредоточенное бремя гражданского звания и бытия», связавший свое дело с вопросом «о личной жизни и смерти», что определяет то высокое достоинство, ту высокую ответственность и то чувство чести, без которых невозможна армия и с которым сопряжено воинское звание. Отсюда «воину необходимо духовное самоутверждение», т. е. он «должен верить в духовную правоту своей Родины, своего государства и своего жизненного дела» и черпать свой мотив и свою решимость в государственной цели и в воле к ней.
В-четвертых, военное воспитание, оторванное от чувства духовного достоинства, есть, воспитание к систематическому и беспринципному убийству- это уже не воспитание души, а ее нравственное умерщвление и духовное извращение. Именно поэтому военная подготовка нелепа и гибельна вне духовного воспитания человека: воин вне духовного самоутверждения есть реальная, опасность для своей Родины и своего государства, а «армия, вне достоинства и чести эфемерна как воинская сила, но подлинна как источник государственного разрушения и гибели» [1].
Специфика ратного труда, требующая высокой самоотдачи и самопожертвования во имя интересов отечества, определяет значимость духовного фактора для вооруженных сил, делает его важнейшим слагаемым военных побед. Идеи осознания каждым воином своего долга, личной ответственности за защиту Отечества, безусловной преданности своему народу на Руси имеет глубокие корни. Их можно встретить в летописях IX века.
Княжеские дружины отличались высокой организованностью, дисциплиной, мужеством и храбростью. Стоять насмерть за брата и отца, за Отечество — являлось неписанным правилом для них. Русский воин был готов к подвигу и самопожертвованию. «Прославим жизнь свою миру на диво, чтобы старые рассказывали, а молодые помнили! Не пощадим жизни своей за землю русскую!"[2] - говорил князь Игорь, обращаясь к своей дружине, выступившей в поход против половцев.
Правда, в те времена они отличались весьма ограниченными чертами: не распространялось дальше личной преданности своему роду, дружине, князю. С момента принятия христианства на Руси эти идеи обогатились новым содержанием, — чувством преданности христианской вере, и получили общенациональное значение. В русской традиции издавна чтились воители, заступники земли Русской от внешних врагов: св. князья Владимир, Михаил Черниговский, Александр Невский и др. В их подвигах ценились и личная праведность, и национальное служение. В житиях святых — воителей за русскую землю — такая готовность положить свой живот «за други своя» была постоянной и едва ли не главной темой. Эта традиция в духовном русском культурном архетипе берет начало из энергетики характера русского человека, которая соответствует всем движениям мыслей, эмоций и воли. Мужество как национальная черта характера имеет национальную специфику, она лишена всякой эффективности, ибо желание пострадать отвечает, прежде всего, глубокому внутреннему настрою русского человека.
Начиная с XII века состояние мира для русского народа было скорее исключением, а война -жестокой закономерностью. Великороссы в период формирования своей государственности за 234 года (1228−1462 гг.) вынесли 160 войн. В XVII веке Россия воевала 48 лет, в XVIII — 56 лет. С XIV
по XX век историки насчитывают 329 лет войны. В целом Россия воевала две трети своего исторического бытия. Расположенная на семи ветрах, Россия могла противопоставить своим противникам лишь активную оборону, то есть в ответ парированному удару должна была и сама делать выпад, продвигаясь, шаг за шагом во всех направлениях, не обеспечивая окончательно безопасности своих границ. Поэтому даже военные действия на чужих территориях носили чаще всего характер превентивных оборонительных действий.
Столетия военных угроз, боевых успехов и поражений, нового собирания сил и нового военного напряжения закаляли в душе русского народа данные ему от природы выносливость, неприхотливость, стойкость, самоотверженность, готовность жертвовать личным благополучием во имя спасения Отечества. Французы, вторгшиеся в Россию в 1812 году, больше всего поразились неведомому им по войнам в Европе уничтожению русскими своих домов и имущества, вылившемуся в грандиозный московский пожар. Имея в виду стойкость русского солдата, Фридрих II говорил, что его мало убить — его надо еще повалить [3].
Возможно, лучшее описание мужества, самоотверженности и в то же время спокойной уверенности русского человека на войне дано Л. Н. Толстым. Русские люди, если глубоко затронуты их патриотические чувства и если они чувствуют справедливый характер войны, готовы терпеть любые невзгоды и лишения. «Из-за креста, из-за названия, из угрозы не могут принять люди эти ужасные условия: должна быть другая, высокая побудительная причина. И эта причина есть чувство, редко проявляющееся, стыдливое в русском, но лежащее в глубине каждого — любовь к Родине"[4].
Поэтому вторжение иностранных армий в Россию, неизбежно приводило перерастанию войны в войну народную, ярко высвечивая все лучшие черты русского характера. Как это ни странно, именно в экстремальных условиях войны русский народ проявляет высокие образцы нравственности — доброту, готовность делиться последним, самоотверженность до самоотречения. И совсем не случайно русские солдаты-ветераны с такой теплотой вспоминают свою военную молодость. Войны как некий магический кристалл высвечивали не только социальноэкономические пороки российского общества, но и лучшие душевно-духовные силы русской нации.
Необходимость защиты земли русской, отдать жизнь на поле брани за святую Русь, способствовало тому, что национальным свойством русских на многие века стала способность просто и спокойно, мужественно и без внешних театрализованных эффектов покинуть земную жизнь и перейти в мир иной. Глубокими духовно-нравственными символами достойного отношения к возможной смерти стали обычаи накануне смертельной битвы надевать чистую рубашку, приносить присягу перед распятием и целовать образ Спасителя. Тем самым русский солдат осознавал себя преданным борцом за национальные интересы, что помогало ему безропотно переносить любые военные лишения и достойно встречать смерть. Мысль о возможной смерти за праведное дело оказывалась живительной для русской души, укрепляла и наполняла ее, пробуждая в ней волю к совершенству.
По мере освобождения и объединения русских земель в единое централизованное государство крепли ростки осознания воинского долга и личной ответственности за защиту Отечества, личной преданности своему народу. Эти идеи передавались от поколения к поколению устно, закреплялись в пословицах, былинах, песнях, военно-исторических преданиях. С появлением письменности они стали отражаться в летописях, государственных законах, наставлениях, инструкциях, трудах по военным вопросам и воинских уставах.
Первая попытка установить общий порядок несения воинской службы относиться к 1571 году, когда боярином М. Н. Воротынским был составлен Устав пограничной и сторожевой службы. Следующим был «Устав ратных, пушечных и других дел, касающихся до военной науки» вышедший в 1621 г. Первым документом, регламентирующим наказания, явились статьи «Соборного уложения 1649 года».
Сам термин «дисциплина» был введен в оборот в России Петром I в процессе создания регулярной армии. В марте 1714 года, в Указе «О сохранении дисциплины на кораблях и подсудности морских и сухопутных военнослужащих», впервые были определены духовные основы воинской дисциплины в армии и на флоте, а также ответственность должностных лиц за ее «сохранение». В Указе отмечалось, что служба не ради чести и славы императора, а в интересах государства Российского. Это положение стало фундаментом воинской дисциплины в армии и на флоте и основой всей системы воспитания солдат и матросов, ответственного выполнения воинского долга. Петр I в своем обращении к войскам перед Полтавской битвой говорил: «Вот пришел час,
который решит судьбу Отечества. И так не должны вы помышлять, что сражаетесь за Петра, но за государство, Петру врученное, за род свой, за Отечество… А о Петре ведайте, что ему жизнь его не дорога, только бы жила Россия в блаженстве и славе, для благосостояния вашего"[5]. Великий реформатор и преобразователь ставил верность Отечеству выше всех иных ценностей, даже выше преданности самому себе. Солдаты и офицеры при развернутом знамени давали торжественное обещание служить добросовестно и «во всем так поступать, как честному, верному, послушному, храброму. солдату надлежит» [6].
Особое внимание уделялось поддержанию в войсках порядка и дисциплины. От солдат требовалось быть послушными, исполнительными, не отлучаться самовольно из своей части, содержать всегда в хорошем состоянии боеприпасы и оружие. С целью усвоения требований уставов, правил поведения и обязанностей был установлен порядок еженедельно, а иногда и чаще, зачитывать воинский артикул перед всем личным составом полка, «дабы неведением никто не оговаривался».
Уставы обязывали офицеров быть требовательными, строго наказывать нарушителей установленных порядков, воинской дисциплины. Система наказаний носила жестокий характер, часто практиковалась смертная казнь и телесные наказания. Например, солдаты подвергались наказанию шпицрутенами, батогами. За проступки молодым солдатам уставы требовали определять меньше наказание, чем старослужащим, объясняя это тем, что они еще плохо знают службу. Воинские уставы обязывали начальников наряду с высокой требовательностью к подчиненным проявлять и заботу о них.
Укреплению нравственных основ воинской дисциплины способствовала и введенная рекрутская система комплектования русской армии. Она была прогрессивной для того времени. По сравнению с системой найма в армиях западноевропейских стран она обладала рядом преимуществ, так как обеспечивала русской армии и флоту национально-однородный состав солдат и матросов, позволяла целенаправленно обучать и воспитывать их.
Наряду с системой воспитания солдат и матросов в духе дисциплинированности и преданности Отечеству, была принята и система мер наказаний за нарушения воинской дисциплины. В армии Петра I роль дисциплинарного устава выполнял «Артикул воинский с кратким толкованием». Он предусматривал различные виды наказаний за те или иные проступки и воинские преступления. По этому Артикулу русская армия жила почти сто лет до издания «Полевого уголовного уложения» 1812 г.
Важнейшей составляющей военно-правовых документов, разработанных в царствование Петра I, является нравственность. Пример нравственного поведения должны подавать офицеры. Офицер воспитывался в представлении о благородстве и почетности своей роли в жизни страны, защитника Отечества. Именно в сознании этой своей миссии зиждилось представление офицера о его положении в обществе: «Офицерское сословие есть благороднейшее в свете, так как его члены не должны стремиться ни к выгоде, ни к приобретению богатства или других земных благ, но должны оставаться, верны своему высокому, святому призванию, руководясь во всем требованиям истинной чести и сосредотачивая все мысли и чувства на самоотверженной преданности своим высшим военноначальникам и Отечеству» [7].
Высокие требования предъявлялись к воинской дисциплине русских офицеров. Офицер всюду должен помнить, что он носит мундир русской армии. Однополчане строго взыскивали с него за поступки, не совместимые с достоинством командира. Он не имеет право принимать участие в ссоре на улице, появляться на людях в нетрезвом виде, неряшливо или не по форме одетым. Непочтительное отношение к женщине влекло за собой самое резкое осуждение. Жить не по средствам и по тому вязнуть в долгах, кляузничать, распускать о ком-нибудь сплетни значило утратить уважение настоящей офицерской семьи. В полку, кроме суда чести, существовало грозное наказание провинившемуся подобным образом офицеру: товарищи переставали подавать ему руку. И если дело доходило до этого, то он должен был либо переводиться в другой полк, либо, в мирное время подавать в отставку.
Вместе с тем основы воинской дисциплины в петровской армии были обусловлены классовой природой дворянско-купеческой монархии, вся система воспитания была направлена на то, чтобы изолировать армию и флот от народа, сделать ее замкнутой организацией, послушной господствующему классу.
После смерти Петра I в армии стали насаждать прусскую систему муштры и плац-парадов, слепое повиновение, механическую исполнительность, бездушное отношение к солдату. Из системы воспитания изгонялись элементы сознательности, инициативы, доверия к солдату. Среди средств
насаждения дисциплины господствовали рукоприкладство, палки, шпицрутены. Утрачивался взгляд на офицера как на воспитателя подчиненных. Возрастали привилегии дворянства в армии.
В 1755 году вышли новые уставы: пехотный — «Описание пехотного полкового строев» и кавалерийский — «Экзерциция и учреждение строев и всяких церемониалов регулярной кавалерии». Новые уставы игнорировали прогрессивные традиции, созданные при Петре 1. При подготовке солдат не обучали штыковому бою, одиночная подготовка не была отделена от подготовки подразделения, в пехотном уставе не была определена организация полевой и гарнизонной служб.
Пехотный устав вводил большое количество различных видов построений, регламентировавшихся массой мелких правил, усиливавших муштру, педантизм, парадность, щегольство. При обучении ружейным приемам требовали для большего эффекта и одновременности действий «прихлопывать по суме», «по ружью крепко бить», «ногой крепко приступить». За малейшую ошибку солдат били палками, батогами. Все это делало их забитыми, запуганными, безынициативными.
Однако прогрессивная часть офицеров и генералов не могли мириться с этим. Великие русские полководцы и флотоводцы П. А. Румянцев, А. В. Суворов, М. И. Кутузов, Ф. Ф. Ушаков и другие, боролись с рутиной, косностью, пруссачеством в армии и на флоте, считали что послушание и дисциплина, «будучи душой службы воинской», зиждется не на наказании, а на сознательном отношении к делу зашиты Отечества. Усилиями лучших представителей офицерского корпуса в России была создана собственная, богатая традициями национальная школа воинского воспитания, характерными ее особенности патриотизм, гуманность, высокое чувство долга, сознательное отношение к ратному труду и другие нравственные качества, без которых не мыслился настоящий, самоотверженный защитник Отечества.
Рассматривая воинов как защитников Отечества, прогрессивные военные деятели большое внимание уделяли военно-нравственному воспитанию. Оно включало привитие воинам патриотизма, чувства воинского долга и воинской чести, дисциплинированности, трудолюбия, бережного отношения к оружию, товарищества и взаимовыручки, любви к своему полку, гордости его боевым заслугам, уважительного отношения к мирному населению. Исключительное внимание уделялось вопросам воспитания дисциплинированности, укрепления порядка и организованности. Воинская дисциплина, послушание, исполнительность, взаимное уважение между начальниками и подчиненными, господствующий в войсках порядок назывались душою службы. Суворов говорил, что дисциплина — мать победы, а субординация и послушание — мать дисциплины.
Военные теоретик и практик генерал М. И. Драгомиров связывал дисциплину с нравственной зрелостью военнослужащего: «Дисциплина заключается в том, чтобы вызвать на свет Божий все великое и святое, таящееся в глубине души самого обыкновенного человека"[8]. При этом он подчеркивал, что духовный потенциал военнослужащего может раскрыться в условиях строгого соблюдения дисциплины и через дисциплину.
В традициях русской армии личная дисциплинированность состоит не в слепом следовании уставу, а всегда требует от солдата разумной инициативы. Так, например, А. В. Суворов требовал от подчиненных самой широкой инициативы, направленной на достижение победы над врагом. Он допускал «возражение низшего высшему, но с тем, чтобы оно делалось пристойно, наедине, а не в многолюдье, иначе будет буйством- излишние рассуждения свойственны только школьникам и способностей вовсе не доказывают — способность видна лишь из действий"[9]. А. В. Суворов развивал в солдатах чувство военной национальной гордости. Солдатам прививалось гуманное отношение к гражданскому населению. Так, П. А. Румянцев в приказах по войскам неизменно требовал не чинить «никакого насилия и озлобления» мирному населению, обходится с ним «со всяким снисхождением, а не жестокостью, не допускать грабежей и т. д. Румянцев гордился тем, что руководимые им войска именно так и относились к мирному населению, приобретая тем самым «его любовь и доверенность» [10].
Лучшие военные теоретики осуждали физические наказания солдат. Так, например, сторонник железной дисциплины генерал М. Д. Скобелев вел решительную борьбу с рукоприкладством, унижением личного достоинства солдата. Он писал: «Дисциплина должна быть железною. В этом нет никакого сомнения, но достигается это нравственным авторитетом начальника, а не бойней"[11]. Примечательно, что в русской армии, одной из первых в Европе, в ходе военных реформ второй половины XIX века, отменены телесные наказания. «. Влияние офицера должно быть освоено не на одном мундире, но на нравственном превосходстве» — говорилось в книге, рекомендованной офицерам в 30-х гг. XIX в. [12].
В 1863 году наряду с другими уставами впервые отдельным документом появляется «Положение о дисциплинарных взысканиях», которое приказом по военному ведомству от 1869 года «в связи с накопленным опытом их применения» было пересмотрено и вышло самостоятельным Дисциплинарным уставом. Несмотря на ряд прогрессивных идей, в целом данный устав был разработан как инструмент «педагогики принуждения». Двадцатилетний опыт применения этого устава потребовал разъяснения ряда его положений, которые были осуществлены в 1889 году.
В разъяснениях к Дисциплинарному уставу подчеркивалось, что главным основанием воинской дисциплины является знание ее требований и сознательное разумное неукоснительное их исполнение, прежде всего начальниками, а потом уже подчиненными. Отмечалось, что дисциплина, основанная на строгости закона, сознательном и добросовестном исполнении своего долга, может существовать только в той армии, в которой военнослужащие достигли необходимой степени нравственного и умственного развития. Поэтому главнейшая задача воспитания войск заключается в нравственном и умственном развитии каждого военнослужащего.
Создание армии на принципиально новых экономических, социально-политических и духовных основах после октября 1917 года потребовали новых подходов к определению основ воинской дисциплины. Большой вклад в теоретическую разработку данной проблемы внесли В. И. Ленин, М. В. Фрунзе, С. С. Каменев, М. Н. Тухачевский и другие.
Укреплению воинской дисциплины во многом способствовал Дисциплинарный устав РККА, принятый в январе 1919 года. В нем указывалось, что в социалистической армии, в армии трудящихся, не должно быть «места нерадивым, порочным, тунеядцам"[13]. Дисциплина в Красной Армии держится не на страхе наказания и желания наград, а на сознательности, на доверии подчиненных к начальнику и начальника к подчиненным. Важнейшее условие поддержания сознательной дисциплины в войсках — установление правильных взаимоотношений между начальниками и подчиненными. Уставы обязывали начальников так поставить себя на службе, чтобы завоевать у подчиненных доверие и уважение, четко проводить различие между служебными и внеслужебными отношениями.
Дисциплинарный устав определял методику применения поощрений и наказаний. Устав обязывал привлекать к дисциплинарной ответственности тех военнослужащих, которые совершили проступки без злого умысла и не причинили серьезного ущерба. Дисциплинарный устав включал главу «О товарищеских ротных судах». Товарищеские суды сыграли большую роль в воспитании у красноармейцев дисциплинированности. Решения товарищеских судов выражали общественное мнение воинского коллектива, обладали высокой степенью авторитета и воспитательного воздействия на военнослужащих.
После завершения гражданской войны в 1924 году начала осуществляться военная реформа. Было введено единоначалие, разработаны новые уставы, наставления, программы боевой подготовки, совершенствовалась вся система воспитания и обучения воинов. Воинская дисциплина рассматривалась как качественно новый, более высокий тип дисциплины, обеспечивающей единство воли и действий, подчиненности, исполнительности без чего нельзя добиться победы над врагом. В армии создается дисциплина не из-под палки, а на основе сознательности, преданности, самопожертвовании самих рабочих и крестьян. Незыблемой основой воинской дисциплины была высокая политическая сознательность воинов армии и флота, как важнейший источник силы социалистического государства, сплоченности и организованности его Вооруженных Сил. М. В. Фрунзе указывал на прямую зависимость внутреннего строя, организации и дисциплины армии от политического и экономического строя государства, от характера новых взаимоотношений между классами социалистического общества [14]. Раскрывая сущность и значение советской воинской дисциплины, он отмечал, что сила армии в дисциплине, которая базируется не на страхе наказания и голом принуждении, а на добросовестном сознательном исполнении каждым своего служебного долга[15].
Политическая сознательность воинов, их идейная убежденность служили основой, фундаментом высокого морального духа войск, мужества, отваги и героизма. Ни внезапность нападения фашистского агрессора, ни его превосходство в живой силе и технике, ни быстрое продвижение в начальный период Великой Отечественной войны не сломили духа нашего народа. Нравственная стойкость советских воинов позволила свести на нет материальное превосходство врага, создала условия, необходимые для отмобилизования войск, для перестройки на военный лад всего народного хозяйства и достижения в последующем победы над врагом.
Высокий моральный и боевой дух русского воина всегда восхищал иностранцев. Из истории широко известны высказывания талантливых Европейских полководцев, например Наполеона:
«Дайте мне русского солдата, и я покорю весь мир" — прусского короля Фридриха II: «Этих людей легче перебить, чем победить" — высокую оценку русскому солдату в годы Великой Отечественной войны давали президент США Ф. Рузвельт, английский премьер-министр У. Черчель, гитлеровские генералы.
В ныне действующих уставах, подчеркивается сознательный характер воинской дисциплины. В том случае, если привычки дисциплинированного поведения у воина не закрепились, а сознания недостаточно, командир управляет своим подчиненным через систему запретов, сдерживание, предостережений, в первую очередь все же стремясь побудить его к правильным поступкам.
В современных условиях, когда осуществляется реформирование Вооруженных Сил Российской Федерации, протекающее в сложных экономических и политических условиях, роль сознательной воинской дисциплины неизмеримо возрастает. Это определяется как новой духовной ситуацией в обществе, сложившейся в силу произошедших радикальных изменений в общественнополитической жизни страны, так и зависимостью реализации планов военных реформ от сознательного, активного участия военнослужащих в их осуществлении.
Таким образом, основы воинской дисциплины в ходе исторического развития нашего государства претерпевали изменения, однако неизменным оставалась идея осознания каждым воином своего священного долга, личной ответственности за защиту Отечества, безусловной преданности своему народу. Духовные основы воинской дисциплины составляют те глубинные образования, которые неразрывно связаны с национальной культурой народа и способствуют оптимальному функционированию Вооруженных Сил.
Литература
1. Во имя России: Российское государство, армия и воинское воспитание/Учебное пособие по общественно-государственной подготовке для офицеров и прапорщиков Вооруженных Сил Российской Федерации/Под ред. В. А. Золотарева, В. В. Марущенко, С. С. Антюшина. — М.: Издательство «Русь-РКБ». 1999. С. 232.
2. Патриотическое воспитание военнослужащих на традициях Российской армии. Учебное пособие/Под ред. С. Л. Рыкова. — М.: Военный университет. 1997. С. 38.
3. См.: Французы в России. 1812 год по воспоминаниям современников-иностранцев // Россия первой половины ХГХ в. глазами иностранцев. — Л., 1991. — С. 214−238.
4. Толстой Л. Н. Собр. соч.: В 12 т.Т.2. -М., 1987. С. 18.
5. На службе Отечеству: Об истории Российского государства и его Вооруженных Силах,
традициях, нравах и морально-психологических основах военной службы: Книга для чтения по общественно-государственной подготовке солдат (матросов), сержантов (старшин) Вооруженных Сил РФ/ В. О. Дайнес, В. А. Авдеев, Н. И. Бородка и др.- под ред. В. А. Золотарева, А. В. Черкасова и
А. С. Дудкина. — М.: Издательство «Русь-РКБ». 1998. С. 5.
6. Наставление к самодисциплине и самовоспитанию. Собрание писем старого офицера к своему сыну. Сост. С.к. Вып.1.М., 1900. С. 4.
7. Шворина Т. Воинские ритуалы Петра 1. — М., 1940. С. 22.
8. Корин С. Совесть, честь и ответственность военнослужащих // Ориентир. 2003. № 2. С. 55.
9. Там же. С. 55.
10. Фельдмаршал Румянцев. Сборник документов и материалов. — М., 1947. С. 34−35, 86, 201−202.
11. Коломнин С. М. Д. Скобелев: «Дисциплина достигается нравственным авторитетом
начальника"// Ориентир. 1977. № 2. С. 40
12. Русский офицерский корпус.- М. :Воениздат, 1993.С. 289.
13. Во имя России: Российское государство, армия и воинское воспитание/Учебное пособие по общественно-государственной подготовке для офицеров и прапорщиков Вооруженных Сил Российской Федерации/Под ред. В. А. Золотарева, В. В. Марущенко, С. С. Антюшина. — М.: Издательство «Русь-РКБ». 1999. С. 177.
14. В. И. Ленин и Советские Вооруженные Силы. — 3-е изд., доп. — М.: Воениздат. 1980. С. 442.
15. См.: Фрунзе М. В. Избранные произведения. Т.Н. М.: Воениздат. 1957. С. 176−177.
16. Дисциплинарный Устав Вооруженных Сил Российской Федерации /Утвержден Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 года № 1495. М.: 2007. С. 3
17. Там же. С. 5.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой