Двадцатилетний юбилей татарского театра и первые гастроли татарского государственного академического театра

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Искусство. Искусствоведение


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК 782. 02.
М.Г. Арсланов
ДВАДЦАТИЛЕТНИЙ ЮБИЛЕЙ ТАТАРСКОГО ТЕАТРА И ПЕРВЫЕ ГАСТРОЛИ ТАТАРСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО АКАДЕМИЧЕСКОГО ТЕАТРА.
В связи с двадцатилетним юбилеем татарского театра, а также присвоением ведущему театральному коллективу Татарской Республики звания «академический» руководящими органами было решено провести всесоюзные гастроли по наиболее крупным городам страны. В статье анализируются организационные мероприятия, ход подготовки, репертуар, отзывы ведущих театральных критиков столичных городов о представленных на суд публики во время гастролей Татарского государственного академического театра спектаклях.
Ключевые слова. Татарский государственный академический театр, двадцатилетний юбилей, первые гастроли.
M.G. Arslanov TWENTIETH ANNIVERSARY TATAR THEATER AND THE FIRST TOUR OF TATAR STATE ACADEMIC THEATRE.
In connection with the twentieth anniversary of the Tatar theater, as well as leading theater collective appropriation of the Tatar Republic of the title & quot- Academic & quot- governing bodies decided to organize union tour in the largest cities of the country. The article analyzes the institutional arrangements for the preparations, repertoire, reviews of leading theater critics of capital cities represented to the public during a tour of the Tatar State Academic Theatre performances.
Keywords. Tatar State Academic Theatre, twentieth anniversary, the first tour.
В начале сезона 1925/26 года по инициативе Академцентра Наркомпроса ТАССР и Татарского РАБИСа был поднят вопрос о праздновании двадцатилетнего юбилея татарского театра [1]. Для проведения юбилея в ноябре месяце 1925 года при ТатЦИКе под руководством председателя ЦИКа Ш. И. Шаймарданова была организована комиссия. Она связалась с Центральным Союзом РАБИСа, и вскоре было принято совместное решение о праздновании двадцатилетнего юбилея татарского театра в масштабе всей страны. Центром проведения торжеств была назначена столица Татарской Республики — Казань.
Юбилейные торжества проходили 28, 29, 30 января 1926 года. Торжественный вечер, посвященный двадцатилетию татарского театра, открылся вступительным словом председателя юбилейной комиссии Ш. И. Шаймарданова. Затем слово для основного доклада было предоставлено председателю Академцентра Г. Ибрагимову. С поздравительными речами выступили секретарь Татарского обкома ВКП (6) М. М. Хатаевич, председатель Совнаркома Татарии МХТагиров, председатель Главполитпросвета республики Г. Г. Максудов и другие. В их речах были отражены достижения татарского театра, определялось место национального театрального искусства в общественной жизни страны, республики. После этого выборочно оглашались поздравительные адреса, телеграммы, пришедшие из нескольких сотен коллективов театров СССР, партийных, советских, государственных учреждений и организаций. С особым подъемом были восприняты поздравительные телеграммы всемирно известных театральных деятелей, в частности К. С. Станиславского, В. Э. Мейерхольда. Торжественное собрание объявило К. С. Станиславского, В. Э. Мейерхольда и А. В. Луначарского почетными актерами татарского театра.
Празднование двадцатилетнего юбилея стало общегосударственным праздником в масштабе всей страны и выражением всенародного признания театрального искусства. Такого масштаба деятели национальной сцены еще никогда не знали. Это вдохновляло, призывало на новые дела.
В дни празднования юбилея были опубликованы указы партии и правительства о награждении группы деятелей татарской культуры и искусства. Звание «Герой труда» было присвоено актерам 3. Баязидскому, И. Кудашеву-Ашказарскому, Б. Болгарскому, Ф. Самитовой, Н. Сакаеву, 3. Богдановой, М. Абсалямову, Е. Сумчинской (Сыртлановой), Ф. Арской (Кудашевой), техническим работникам Сучилину, Соколову, Сайфуллину, Комаровой, Патрушеву. Среди удостоенных званием «Заслуженный артист» наряду с С. Гиззатуллиной-Волжской, З. Султановым, Б. Тархановым, К. Шамилем были К. Тинчурин и М. Мутин. Это одновременно стало признанием и режиссерского мастерства последних. В заслугах всех перечисленных выше актеров была огромная доля труда режиссера, драматурга, педагога Карима Тинчурина, долгие годы возглавлявшего национальное театральное искусство, последовательно ведшего его по пути сценического реализма, терпеливо и заботливо воспитывавшего целое поколение актерских кадров.
В декабре 1925 года состоялся XIV съезд Коммунистической партии, стоявшей у власти. Коммунисты провозгласили курс на социалистическую индустриализацию страны, на коллективизацию сельского хозяйства, обещая обеспечить неуклонный подъем благосостояния и культурного уровня трудящихся.
Деятели татарского театрального искусства должны были встать в первые ряды строителей новой жизни. Режиссеры республики стремились отразить в своем искусстве время, его проблемы, героев, занимались целенаправленной, планомерной воспитательной работой в коллективах театров. Этому способствовало создание сравнительно стабильных коллективов театров и закрепление за ними ведущего режиссера-лидера, имеющего возможность систематического воздействия на коллектив уже не только в сезоне, а в течение ряда лет. К примеру, таким режиссером-лидером Татарского государственного академического театра в 1924—1929 годах был Г. Девишев.
Летом 1926 года было принято решение об организации в 1927 году гастролей ТГАТа по Советскому Союзу. В период подготовки поездки окончательно определились ее цели и задачи:
«1) ознакомить татарских трудящихся, культурные центры с успехами татарского театра, достигнутыми в течение 20-ти лет, установить с этими центрами культурные связи-
2) провести смотр-проверку сил Татарского театра перед специалистами культурных центров-
3) материально обеспечить тех артистов, которые остались без работы на все лето» [2].
Кроме того, в задачи организаторов гастролей входило и сохранение на будущее собранного на сезон 1927/1928 года актерского состава. Ведь до этого коллективы театров компоновались лишь на предстоящий сезон и с его окончанием распускались. Такая практика, естественно, очень сужала сферу влияния режиссерского творчества, мешала ведению систематической работы по повышению профессионального мастерства актеров, по формированию единой репертуарной политики театра на несколько лет, но определению перспектив роста и программы развития национального сценического искусства.
Постановлением Татарского совнаркома от 23 ноября 1926 года Татарскому государственному театру было присвоено звание «академический» [3]. В связи с этим событием в театральных кругах идея демонстрации достижений татарского театра в столичных городах СССР получила еще более мощную поддержку. 9 января 1927 года состоялось совещание художественного состава Татарского театра, где рассматривался вопрос о поездке в Москву. Совещание единогласно признало поездку нужной и решило просить Главполитпросвет республики организовать комиссию по составлению репертуара гастролей. Но афиша поездки в Москву, составленная театральным управлением и представленная Главполитпросвету для утверждения, не удовлетворила некоторых ведущих деятелей национального театра. Они находили репертуар «однобоким», не способным раскрыть все возможности татарской сцены. И не без основания. Действительно, гастрольная афиша, составленная из произведений К. Тинчурина («Угасшие звезды», «Без ветрил», «Голубая шаль»), А. Тазетдина-Рахманкулова («Обрыв»), Х. Габидова («Энзекай и Юлдыкай»), Ф. Бурнаша («Тагир и Зухра») [4], не охватывала всего исполнительского состава. Кроме того, в стороне от намечаемого репертуара оставались произведения зарубежной, русской и национальной классики.
Все эти недостатки указывались по ходу возникшего на собрании обсуждения. В пылу полемики были высказаны также и довольно обидные для главного режиссера К. Тинчурина замечания о неправильном распределении ролей и не очень верном использовании им актерских сил труппы, о художественном уровне поставленных им спектаклей. Обсуждение вышло за пределы собрания, продолжалось в различных руководящих кругах, просочилось в печать [5]. Все это сильно расстроило главного режиссера, и он вскоре подал заявление об уходе с занимаемого им поста. Его просьба была удовлетворена.
«В связи с уходом по собственному заявлению т. Тинчурина К. А. с должности главрежа Тат. гос. театра освободить, — гласит приказ по Главполитпросвету ТАССР, подписанный председателем Дорофеевым. — Главрежем назначается т. Девишев с 1 февраля с/г.» [6].
Несколько поспешно составленный приказ вскоре был отменен заседанием Президиума Татнаркомпроса. Заслушав доклад Комиссии по обследованию Татарского театра, оно постановило:
«а. Директором Тат. театра назначить тов. Бурнашева Ф…
б. Предложить тов. Тинчурину как заслуженному артисту остаться для работы в Татарском театре в качестве артиста и главрежа…
в. Предложить дирекции в дальнейшей работе принять более решительные меры к исполнению (по использованию — М. А) всех, наличных артистических сил театра, обратив при этом особое внимание на втягивание молодых артистов в творческую работу» [7].
Однако К. Тинчурин, хотя и участвовал в организации и проведении летних гастролей, на следующий сезон в ТГАТе не остался. Приняв предложение стать главным режиссером Астраханского татарского государственного театра, он уехал из Казани. За два сезона, проведенные в Астрахани, он поставил «Берегись, взорвется», «Принцессу Турандот», «Голубую шаль», «Черное пятно» и много других спектаклей. Астраханская публика восторженно принимала эти работы режиссера. Местная театральная кринка также отмечала целостность, художественную завершенность названных произведений. «У нас, у татар, очень мало режиссеров, особенно близко стоящих к национальной культуре, народной жизни, — писал, к примеру, К. Губайдуллин. — Среди таких самым видным является К. Тинчурин. Его переезд в Астрахань, режиссерская работа обеспечили успех нашему театру. Тинчурин умеет прекрасно организовать спектакли. В его постановках каждая сценическая деталь взвешена, продумана до конца. Он, ничего не теряя, умеет выпукло донести до зрителей даже самую маленькую роль. Находящийся на сценических подмостках актер в спектаклях этого режиссера никогда не стоит без дела, а всегда занят конкретным, целенаправленным действием. Тинчурин должен считаться большим художником, крепко связанным со своим народом» [8].
Из Астрахани К. Тинчурин вернулся лишь к началу сезона 1929/30 года. До его возвращения коллективом Татарского государственного академического театра руководил молодой главный режиссер Гумер Галимович Девишев.
Летом 1927 года Татарский государственный академический театр, как было намечено, провел большие гастроли по СССР, выступил в городах Поволжья, на Урале, в Москве и Ленинграде [9]. В целом гастроли прошли успешно, укрепилось материальное положение театра. Что особенно ценно, в отзывах критики не спектакли ТГАТ были высказаны интересные суждения о тогдашнем состоянии театрального искусства в Татарской республике, об актерах, о режиссуре. В Москве, арендовав помещение оперной студии им. К. С. Станиславского, Академический театр показал столичной публике пять спектаклей: «Тагир и Зухра» Ф. Бурнаша, «Без ветрил», «Голубая шаль»
К. Тинчурина, «Свояченица» АКутуя, «Серебряная монета» Т. Гиззата [10]. После просмотра показанного первым спектакля «Голубая шаль» секретарь журнала «Советский экран» И. Уразов писал, что «в трупе много сильных актеров», но постановочная работа почти не чувствуется. Формальными достижениями театр похвастаться не может… В целом, судя по прошлым гастролям и первому спектаклю, теперь установка театра не на режиссера, а на индивидуального актера" [11].
Театральным критиком верно поняты некоторые свойства национальной режиссуры: «умирать в актере», умение выявлять наиболее сильные стороны каждого исполнителя. Оставаясь незаметным в спектакле. Если посмотреть с этой точки зрения, становится ясной и некоторая завуалированность, затененность постановочной работы. Да, татарские режиссеры почти всегда выражали себя больше через актера, чем через собственно режиссерские выразительные средства. Эта традиция берет начало от режиссерской школы «отца татарского театра» Г. Кариева. Таким образом, очевидна несостоятельность требования «формальных достижений» от режиссеров школы «жизненного правдоподобия», бытовой психологической достоверности.
Ближе к истине была оценка режиссуры «Голубой шали» президентом Государственной академии художественных наук профессором П. С. Коганом. Он считал, что, «несмотря на отдельные недостатки, в целом в спектакле чувствуется рука опытного, знающего режиссера» [12].
Некоторые суждения, относящиеся к национальной режиссуре и ставящие перед ней определенные требования, были высказаны в связи с празднованием десятилетнего юбилея Октябрьской революции. «Сейчас на сцене татарского театра наряду с творчеством актера особое значение придается работе режиссера, художника, сценическим костюмам, бутафории, гриму, — писал, к примеру, Ф. Бурнаш. — Теперь мы не только смотрим игру актера, а оцениваем, как он играет, как произведение трактовано сценически, как выглядит игра актеров целиком»
[13].
Из приведенной цитаты видно, с позиций каких критериев подходила театральная критика к оценке работы режиссеров. Здесь учитывается согласованность всех компонентов спектакля, ансамблевость актерской игры, подчеркивается необходимость художественной целостности постановок. И общее состояние театрального дела в республике, и уровень национальной режиссуры, и требования театральной критики должен был учитывать, приступая к руководству трудным коллективом, вновь назначенный главный режиссер Г. Девишев.
Обобщая, необходимо отметить, что гастроли Татарского государственного академического театра по СССР прошли с большим успехом. Цели, поставленные перед коллективом труппы, в целом были достигнуты. Но, главное, сохранился состав труппы на предстоящий сезон.
Литература
1. ЦГА ТССР, ф. 3682, оп. 1, д. 943, л. 4.
2. Культурное строительство в Татарии (19 171 941).- Казань, 1971, с 288.
3. ЦГА ТССР, ф. 3682, оп. 1, д. 1448, л 71.
4. Там же.
5. Атар. ДЭYЛЭT татар театрыньщ. МэскэY гастрольлэре уцае белэн// Кызыл Татарстан, 1927 27 январь.
6. ЦГА ТССР, ф. 3682, оп. 1, д. 1448, л. 24.
7. Там же, оп. 1, д. 1104, л. 24.
8. Гобэйдуллин К. Яца эштэ зур уцышлары. -Эстерхан ДЭYЛЭT, татар, театры, 1929, № 2, 5 б.
9. ЦГА ТССР, ф. 3682, оп. 1, д. 1449, л. 205.
10. Там же.
11. Уразов И. Татарский гостеатр// Современный театр, 1927, № 2, с. 21.
12. Татарстан ДЭYЛЭT академия театрыныц гастрольлэре турында// Эшче, 1927, 22 сентябрь.
13. Бурнаш Ф. Татар театры ун ел эчендэ// Безнец юл, 1927, № 10, 46 б.
1. CGA TSSR, Е 3682, ор. 1, Л 943, 1. 4.
2. КиГШгпое stroite1'-stvo V Та^гп (1917−1941). -^ап'-, 1971, s 288.
3. CGA TSSR, Е 3682, ор. 1, Л 1448, 1 71.
4. Тат zhe.
5. Atar. DэYlэt ^^г teatrynyн. MэskэY gastraПэre и-ае Ье1эп// Kyzy1 Та^ге^п, 1927 27 ]а^аг'-.
6. CGA TSSR, Е 3682, ор. 1, Л 1448, 1. 24.
7. Тат zhe, ор. 1, ?1104, 1. 24.
8. GobэjduШn К |а-а zur uнysh1ary. — Эsterhan dэYlэt, №г, teatry, 1929, № 2, 5 Ь.
9. CGA TSSR, Е 3682, ор. 1, Л 1449, 1. 205.
10. Тат zhe.
11. Urazov I. ТайгеЫ] gosteatr// Sovremennyj teatr, 1927, № 2, я. 21.
12. Тай^ап dэYlэt akademija teatrynyн gastraПэre turynda// |еяЬ1с]1е, 1927, 22 яепфЬг'-.
13. Витая1! F. Та^г teatry ип е1 jechendэ// Bezneн ]и1, 1927, № 10, 46 Ь.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой