Примеры рассмотрения имущественных и гражданско-правовых споров в третейском суде

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Юридические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Примеры рассмотрения имущественных и гражданско-правовых споров в третейском суде
С.Б. Бурлаков
председатель Федерального третейского суда (г. Москва)
Сергей Борисович Бурлаков, m13b@list. ru
Область правоотношений, которые могут быть предметом третейского разбирательства, ограничена сферой гражданско-правовых правоотношений. Безусловно, несовершенство теоретической базы, недостатки законодательной регламентации, отсутствие правовой традиции разрешения споров в третейских судах и ряд других факторов сдерживают развитие третейского разбирательства в России и препятствуют формированию доверительного отношения к третейским судам. Вместе с тем нередко сторонам спора вообще неизвестно о возможности прибегнуть к третейскому разбирательству, выгодно отличающемуся от государственного судопроизводства.
Самым распространенным в третейском судопроизводстве России и практически безотказным процессом получения исполнительных листов в компетентных судах является взыскание долгов, если между участниками третейского разбирательства существует третейская оговорка.
Однако и в других областях гражданско-правовых отношений возможно решение споров посредством третейского разбирательства. Судебная практика федеральных компетентных судов и Федерального третейского суда свидетельствует о том, что область правоприменения третейского разбирательства довольно широка и весьма популярна. Приведем примеры.
Пример 1. О признании права собственности на квартиру, востребованную после дефекта при вступлении в наследство (дело № 231 208)
Федеральным третейским судом рас-
смотрено дело по иску М. к Б. о признании права собственности в порядке наследования на жилое помещение, расположенное по адресу: Московская область, кв. № 00, об истребовании данной квартиры из чужого незаконного владения и передачи указанной жилой площади по акту приема-передачи от Б. к М.
В заседании суда приняли участие:
представитель истца Х, действующий по доверенности б/н от 22 декабря 2008 года-
ответчик Б.
Отводов судье и секретарю не заявлено.
Разъяснены права и обязанности, в том числе сторонам предоставлены равные возможности для изложения своей позиции и защиты своих прав и интересов.
Представитель истца объяснил суду, что муж М. О.В. являлся нанимателем квартиры в Московской области.
О.В. умер 30 января 2007 года, но до момента смерти выдал доверенность на П. с правом приватизировать спорную квартиру.
П., действуя по указанной доверенности, 26 февраля 2007 года заключил договор на передачу спорной квартиры в собственность О. В. Договор зарегистрирован в Управлении Федеральной регистрационной службы 9 марта 2007 года, в связи с чем этим же числом выдано свидетельство о праве собственности на спорную квартиру на имя О.В.
Так как квартира приватизирована на имя мужа М., по мнению представителя истца, она в соответствии с законодательством Российской Федерации как наследник первой очереди имеет право на жилое помещение по адресу: Московская область, кв. № 00.
В настоящее время спорное жилое помещение занимает Б., который вставил в дверь новый замок, не пускает истца в квартиру, принадлежащую ранее ее мужу, соответственно, отказывает в выдаче ключей для того, чтобы истец могла входить беспрепятственно в квартиру, и обосновывает свое право на квартиру завещанием от О.В., который при жизни, 22 декабря
2006 года, выдал на имя Б. завещание на право владеть и распоряжаться всем имуществом, находящимся в собственности О.В., после смерти последнего.
Представитель истца считает, что завещание является незаконным, так как не соответствует нормам статей 1124, 1125, 1127, 1129 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющим права граждан на имущество в порядке наследования, и просит суд признать за истцом право собственности в порядке наследования на жилое помещение по адресу: Московская область, кв. № 00, также просит об истребовании данной квартиры из чужого незаконного владения и о передаче указанной жилой площади по акту приема-передачи от Б. к М.
Ответчик по делу Б. просит в иске отказать.
Из пояснений ответчика следует, что 22 декабря 2006 года О.В. представил ответчику завещание, согласно которому, если О.В. умрет, то все имущество, которое принадлежит ему в собственности на момент смерти, переходит в собственность Б. Именно поэтому ответчик пользуется спорной квартирой как своей собственностью и не собирается уступать свое право любому другому лицу.
Б. пояснил суду, что на момент рассмотрения спора судом проживает в квартире по адресу: Московская область, кв. № 00, содержит хозяйство данной квартиры, в этой квартире находятся все его вещи, он оплачивает все расходы на содержание жилого помещения, он существенно материально тратится на облагораживание этой квартиры и несет бремя ухода и содержания указанного жилого помещения.
Ответчик также указал, что до момента третейского разбирательства не обращал-
ся в нотариальную контору с заявлением о принятии наследства, так как сначала очень долгое время болел, потом находился в продолжительных командировках, а далее не мог обратиться к нотариусу из-за чрезвычайно тяжелого рабочего графика на своей нынешней работе. Ответчик пояснил суду, что М. не имеет права на унаследованное им спорное жилое помещение, так как нотариус нотариального округа Московской области К. своим постановлением от 6 ноября 2007 года отказала истцу в выдаче свидетельства о праве на наследство на спорное жилое помещение.
Ответчик утверждает в своих возражениях на иск, что спор не подлежит рассмотрению в Федеральном третейском суде, так как по тому же предмету и по тем же основаниям спор рассматривался в городском суде Московской области, в котором требования истца не были удовлетворены. Ответчик представил суду копию решения городского суда от 17 марта 2008 года.
Исследовав материалы дела, установив по делу все возможные доказательства, третейский суд установил:
О.В. являлся нанимателем жилого помещения по адресу: Московская область, кв. № 00, что подтверждено ордером, выпиской из домовой книги и финансово-лицевым счетом.
О.В. умер 30 января 2007 года, что подтверждается свидетельством о смерти.
В соответствии с материалами наследственного дела к имуществу О.В. наследниками к его имуществу являются жена М. и дочь М.В.О.
О.В. при жизни собирался приватизировать квартиру, нанимателем которой являлся, в связи с чем им была выдана доверенность на имя П. с правом оформления права собственности на спорное жилье в порядке приватизации.
П., действуя по указанной доверенности,
26 февраля 2007 года заключил договор на передачу квартиры по адресу: Московская область, кв. № 00 в собственность О. В. Договор зарегистрирован в Управлении Федеральной регистрационной службы 9 марта
2007 года, в связи с чем этим же числом вы-
дано свидетельство о праве собственности на данную квартиру на имя О.В.
На основании статьи 2 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 года «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» граждане Российской Федерации, занимающие жилые помещения в государственном и муниципальном жилищном фонде, включая жилищный фонд, находящийся в хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений (ведомственный фонд), на условиях социального найма, вправе с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи, а также несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет приобрести эти помещения в собственность на условиях, предусмотренных настоящим законом, иными нормативными актами Российской Федерации и субъектов Российской Федерации.
Доверенность на приватизацию занимаемой жилой площади О.В. выдал до наступления своей смерти, соответственно, указанное обстоятельство свидетельствует
о том, что О.В. совершил действия, предусмотренные законом для оформления приватизации, выразил при жизни волю на приватизацию занимаемого жилого помещения, не отозвал свою доверенность, однако по независящим от него причинам (в связи со смертью) О.В. был лишен возможности соблюсти все правила оформления документов на приватизацию, в которой ему не могло быть отказано.
Третейскому суду представлены материалы наследственного дела на имущество умершего О.В., которые свидетельствуют о том, что в установленный законом 6-месячный срок для оформления наследства после смерти О.В. к нотариусу нотариального округа обратилась с соответствующим заявлением только М., действующая в своих интересах и в интересах своей несовершеннолетней дочери М.В.О.
Третейским судом установлено, что представленное ответчиком постановление нотариуса нотариального округа Московской области К. от 6 ноября 2007 года об отказе М. и ее дочери в выдаче свидетельства о праве на наследство на спорную квартиру
было обжаловано истцом в городской суд Московской области и было прекращено производство по данному делу в связи с отказом истца от поданного заявления.
Городским судом Московской области было рассмотрено иное исковое заявление М. в интересах ее несовершеннолетней дочери М.В.О. о признании за ней права собственности на квартиру по адресу: Московская область, кв. № 00.
Городской суд своим решением от 17 марта 2008 года отказал несовершеннолетней М.В.О. в удовлетворении требований о признании права собственности на квартиру по адресу: Московская область, кв. № 00.
Таким образом, дочь истца М.В.О. не является наследником спорной квартиры.
Вопрос о праве собственности на спорную квартиру М. не был предметом рассмотрения в суде.
Согласно статье 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежащие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.
В соответствии с выпиской из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним на момент рассмотрения третейским судом спора право собственности на жилое помещение по адресу: Московская область, кв. № 00 зарегистрировано за О.В.
Как указано в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 августа 1993 года № 8, если гражданин, подавший заявление о приватизации и необходимые для этого документы, умер до оформления договора на передачу жилого помещения в собственность или до государственной регистрации права собственности, то в случае возникновения спора по поводу включения этого жилого помещения или его части в наследственную массу необходимо иметь в виду, что указанное обстоятельство не может служить основанием к отказу в удовлетворении требования наследника, если наследодатель, выразив при жизни волю на приватизацию занимаемого жилого помещения, не отозвал свое заявление, поскольку по независящим от него
причинам был лишен возможности соблюсти все правила оформления документов на приватизацию, в которой ему не могло быть отказано.
Как видно из материалов дела, наниматель спорной квартиры О.В. выразил при жизни волю на приватизацию жилого помещения, которое он занимал, путем выдачи доверенности. Документов, свидетельствующих об отзыве доверенности, ни одной из сторон не представлено, а значит, О.В. в связи со своей смертью по независящим от него причинам был лишен возможности соблюсти все правила оформления документов на приватизацию, в которой ему не могло быть отказано.
Единственным наследником, который сумел соблюсти порядок вступления в наследство на имущество умершего О.В., является его жена М.
На основании статьи 1142 Гражданского кодекса Российской Федерации наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.
Как установлено решением городского суда Московской области, единственная дочь умершего О.В. М.В.О. не является наследником квартиры по адресу: Московская область, кв. № 00.
Родителей умершего О.В. нет в живых, что подтверждается свидетельствами о смерти. Исходя из данного факта М. является единственным наследником первой очереди по закону на жилое помещение, расположенное по адресу: Московская область, кв. № 00.
Третейский суд при рассмотрении иска М. считает, что Б. не имеет права на спорную квартиру, так как представленное им завещание от О.В. не соответствует закону. На основании статьи 1124 Гражданского кодекса Российской Федерации завещание должно быть составлено в письменной форме и удостоверено нотариусом. Удостоверение завещания другими лицами допускается в случаях, предусмотренных пунктом 7 статьи 1125, статьей 1127 и пунктом 2 статьи 1128 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В соответствии с пунктом 7 статьи 1125 Гражданского кодекса Российской Феде-
рации в случае когда право совершения нотариальных действий предоставлено законом должностным лицам органов местного самоуправления и должностным лицам консульских учреждений Российской Федерации, вместо нотариуса завещание может быть удостоверено соответствующим должностным лицом с соблюдением правил Гражданского кодекса Российской Федерации о форме завещания, порядке его нотариального удостоверения и тайне завещания.
В соответствии со статьей 1127 Гражданского кодекса Российской Федерации приравниваются к нотариально удостоверенным завещаниям:
1) завещания граждан, находящихся на излечении в больницах, госпиталях, других стационарных лечебных учреждениях или проживающих в домах для престарелых и инвалидов, удостоверенные главными врачами, их заместителями по медицинской части или дежурными врачами этих больниц, госпиталей и других стационарных лечебных учреждений, а также начальниками госпиталей, директорами или главными врачами домов для престарелых и инвалидов-
2) завещания граждан, находящихся во время плавания на судах, плавающих под Государственным флагом Российской Федерации, удостоверенные капитанами этих судов-
3) завещания граждан, находящихся в разведочных, арктических или других подобных экспедициях, удостоверенные начальниками этих экспедиций-
4) завещания военнослужащих, а в пунктах дислокации воинских частей, где нет нотариусов, также завещания работающих в этих частях гражданских лиц, членов их семей и членов семей военнослужащих, удостоверенные командирами воинских частей-
5) завещания граждан, находящихся в местах лишения свободы, удостоверенные начальниками мест лишения свободы.
Ответчик представил завещание, никем не удостоверенное.
На основании статьи 1124 Гражданского кодекса Российской Федерации несоблюде-
ние установленных кодексом правил о письменной форме завещания и его удостоверении влечет за собой недействительность завещания.
Составление завещания в простой письменной форме допускается только в виде исключения в случаях, предусмотренных статьей 1129 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В соответствии со статьей 1129 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин, который находится в положении, явно угрожающем его жизни, и в силу сложившихся чрезвычайных обстоятельств лишен возможности совершить завещание в соответствии с правилами статей 11 241 128 Гражданского кодекса Российской Федерации, может изложить последнюю волю в отношении своего имущества в простой письменной форме.
Изложение гражданином последней воли в простой письменной форме признается его завещанием, если завещатель в присутствии двух свидетелей собственноручно написал и подписал документ, из содержания которого следует, что он представляет собой завещание.
Завещание, совершенное в чрезвычайных обстоятельствах в соответствии с настоящей статьей, подлежит исполнению только при условии подтверждения судом по требованию заинтересованных лиц факта совершения завещания в чрезвычайных обстоятельствах. Указанное требование должно быть заявлено до истечения срока, установленного для принятия наследства.
Ответчик не представил суду доказательств того, что О.В. совершил завещание в чрезвычайных обстоятельствах и в положении, явно угрожающем его жизни.
Ответчик не может назвать и представить суду двух свидетелей, в присутствии которых в простой письменной форме была изложена воля О.В. в отношении своего имущества.
Ответчик не представил доказательств, что выданное ему завещание подтверждено судом, как факта совершения завещания в чрезвычайных обстоятельствах.
Исходя из изложенного, третейский суд делает вывод, что Б. не может быть на-
следником имущества умершего О.В. в том числе квартиры, расположенной по адресу: Московская область, кв. № 00.
Других правозаявителей, кроме М., на имущество, принадлежавшее при жизни умершему О.В., третейским судом не выявлено.
В условиях отсутствия иных правопри-тязателей на имущество умершего О.В. третейский суд полагает, что М. является единственным правообладателем жилого помещения по адресу: Московская область, кв. № 00, то есть в ее требованиях отсутствуют основания спора о правах.
Руководствуясь принципами законности, конфиденциальности, независимости, беспристрастности третейских судей, диспози-тивности, состязательности, равноправия сторон и Третейским кодексом Федерального третейского суда, пунктом 2 статьи 16 Федерального закона «О третейских судах в Российской Федерации», статьями 15, 1124−1127, 1129, 1142 Г ражданского кодекса Российской Федерации, постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 августа1993 года № 8, Федеральный третейский суд решил.
Исковое заявление М. к Б. о признании права собственности в порядке наследования на жилое помещение, расположенное по адресу: Московская область, кв. № 00, удовлетворить полностью.
Признать за М. право собственности на квартиру, расположенную по адресу: Московская область, кв. № 00, общей площадью 62,2 квадратных метра в порядке наследования.
Истребовать квартиру, расположенную по адресу: Московская область, кв. № 00, из чужого незаконного владения Б.
Обязать Б. передать квартиру, расположенную по адресу: Московская область, кв. № 00, М. по акту приема-передачи.
Решение суда является окончательным, обязательным со дня вынесения для всех сторон третейского разбирательства.
Решение подлежит немедленному исполнению, обжалованию не подлежит.
Решение является основанием для регистрации права собственности в соответствии со статьей 28 Федерального закона от
21 июля1997 года № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним».
Третейский судья Солонин М. С.
По итогам рассмотренного в третейском суде спора между правопритязателями к наследству в виде квартиры компетентным судом был выдан исполнительный лист. Исполнительное производство было исполнено, имущество было передано наследнице М., установленной решением третейского суда. Регистрационным органом право собственности на квартиру было закреплено за М.
Как видно из этого примера, через третейский суд можно решать вопросы, связанные с наследственным правом на недвижимое имущество.
Следующий пример показывает, что третейский суд вправе решать вопросы, связанные с земельными правоотношениями.
Пример 2. О признании сделки
о продаже земельного участка недействительной (дело № 40 809)
Федеральный третейский суд рассмотрел в судебном заседании дело по иску К. к Т. о признании недействительным от 12 мая 2005 года договора купли-продажи земельного участка площадью 1 200 квадратных метров, расположенного в деревне К., поле № 7, участок № 1, района Московской области на землях поселений, находящихся в ведении сельского округа, и применении последствий признания сделки недействительной.
В заседании суда приняли участие: ответчик Т.- истец К.
Отводов судье и секретарю не заявлено. Разъяснены права и обязанности, в том числе сторонам предоставлены равные возможности для изложения своей позиции и защиты своих прав и интересов.
В своем исковом заявлении истец указывает, что 12 мая 2005 года между К. и Т. был заключен договор купли-продажи земельного участка площадью 1 200 квадратных метров, расположенный в деревне К. ,
поле № 7, участок № 1, района Московской области на землях поселений, находящихся в ведении сельского округа.
Согласно указанному договору ответчик приобретала земельный участок в собственность за денежную сумму в размере 42 652 (сорок две тысячи шестьсот пятьдесят два) рубля 00 копеек. Данную денежную сумму истец и ответчик определили непосредственно при подписании договора у нотариуса.
На самом деле в 2005 году рыночная стоимость указанного земельного участка составляла 1 000 000 (один миллион) рублей, что подтверждается заключением эксперта агентства недвижимости «Мой город» о том, что рациональная стоимость земельного участка в мае 2005 года составляла
1 000 000 (один миллион) рублей и на 3 сентября 2009 года рациональная стоимость земельного участка не изменилась.
В связи с этим между истцом и ответчиком было заключено отдельное соглашение
0 том, что при подписании договора купли-продажи стоимость земельного участка -42 652 (сорок две тысячи шестьсот пятьдесят два) рубля 00 копеек, а после подписания договора купли-продажи ответчик в течение 2-х лет обязуется выплатить истцу оставшуюся денежную сумму в размере 960 000 (девятьсот шестьдесят тысяч) рублей.
Ответчик подтвердила распиской от 12 мая 2005 года обязательство по выплате истцу денежных средств за земельный участок. До сегодняшнего дня денежные средства за земельный участок ответчиком в полном объеме не выплачены.
До приобретения земельного участка ответчик уверяла истца, что будет облагораживать земельный участок, следить за ним, выращивать экзотические растения, построит для таких растений теплицы, но ничего сделано не было. Таким образом, истец считает, что ответчик ввела ее в заблуждение относительно договора купли-продажи земельного участка площадью
1 200 квадратных метров, расположенного в деревне К., поле № 7, участок № 1, района Московской области на землях поселений, находящихся в ведении сельского округа, как в отношении оплаты денежных
средств, так и в отношении использования земельного участка.
На все письма и требования истца об исполнении своих обязательств по выплате денежных средств и по уходу за земельным участком ответчик никак не реагировала на протяжении двух лет.
30 июня 2009 года ответчик передала истцу письмо, в котором указала, что все обязательства по договору купли-продажи земельного участка она выполнила, никаких денег истцу не должна.
Истец считает, что в соответствии со статьей 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения.
Если сделка признается недействительной, как совершенная под влиянием заблуждения, соответственно, применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.
Ссылаясь на статьи 167, 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец просит суд признать недействительным от 12 мая 2005 года договор купли-продажи земельного участка площадью 1 200 квадратных метров, расположенного в деревне К., поле № 7, участок № 1, района Московской области на землях поселений, находящихся в ведении сельского округа, заключенный между К. и Т., а также просит обязать Т. передать К. по акту передачи земельный участок площадью 1 200 квадратных метров, расположенный в деревне К., поле № 7, участок № 1, района Московской области на землях поселений, находящихся в ведении сельского округа.
На вопросы, поставленные судом, истец пояснила, что ей известно, как применяются последствия признания сделки недействительной, также пояснила, что не знала об обязательной государственной регист-
рации соглашений в отношении недвижимого имущества и что если бы знала, то обязательно дополнительное соглашение с ответчиком о купле-продаже земельного участка зарегистрировала бы в государственной регистрационной службе или не стала бы продавать земельный участок за сорок две тысячи рублей, а продавала бы сразу за миллион рублей.
Из пояснений ответчика следует, что она действительно не смогла до сих пор рассчитаться с истцом за земельный участок. Этому способствовала масса самых разных обстоятельств. В основном это произошло из-за личных проблем ответчика, о которых ей не хотелось бы говорить. Ответчик не согласна с иском по тому основанию, что никого при заключении договора купли-продажи земельного участка не вводила в заблуждение. Ответчик намеревалась в течение 2-х лет выплатить истцу 960 000 рублей и использовать земельный участок по назначению, то есть выращивать всевозможные растения, сажать картошку, а в дальнейшем изменить назначение земельного участка и построить дом, в котором хотела жить со своей семьей. Однако жизнь ответчика внесла коррективы, и планы рухнули из-за личных семейных неурядиц.
Ответчик просит в иске отказать.
На вопросы, поставленные судом, ответчик пояснила, что действительно на протяжении 4-х лет ни разу не обрабатывала земельный участок, что затрудняется ответить на вопрос, когда сможет рассчитаться с истцом за земельный участок, что затрудняется ответить, почему сразу не был заключен договор купли-продажи земельного участка
о стоимости в один миллион рублей.
Исследовав материалы дела, исследовав по делу представленные доказательства, третейский суд установил:
12 мая 2005 года между К. и Т. был заключен договор купли-продажи земельного участка площадью 1 200 квадратных метров, расположенный в деревне К., поле № 7, участок № 1, района Московской области на землях поселений, находящихся в ведении сельского округа.
Согласно указанному договору ответчик приобретала земельный участок в собс-
твенность за денежную сумму в размере 42 652 (сорок две тысячи шестьсот пятьдесят два) рубля 00 копеек. Данную денежную сумму истец и ответчик определили непосредственно при подписании договора у нотариуса.
Рыночная стоимость указанного земельного участка составляла в 2005 году
1 000 000 (один миллион) рублей. Данный факт подтверждается заключением эксперта агентства недвижимости «Мой город» о том, что рациональная стоимость земельного участка по адресу: Московская область, деревня К., поле № 7, участок № 1 в мае 2005 года составляла 1 000 000 (один миллион) рублей и на 3 сентября 2009 года рациональная стоимость земельного участка не изменилась.
Поэтому между истцом и ответчиком было заключено отдельное соглашение, согласно которому при подписании договора купли-продажи стоимость земельного участка 42 652 (сорок две тысячи шестьсот пятьдесят два) рубля 00 копеек, а после подписания договора купли-продажи ответчик в течение 2-х лет обязуется выплатить истцу оставшуюся денежную сумму в размере 960 000 (девятьсот шестьдесят тысяч) рублей.
Ответчик подтвердила распиской от 12 мая 2005 года обязательство по выплате истцу денежных средств за земельный участок.
Соглашение с обязанностью ответчика выплачивать истцу в течение 2-х лет денежную сумму в размере 960 000 (девятьсот шестьдесят тысяч) рублей за покупку земельного участка в соответствии с Федеральным законом от 21 июля 1997 года № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» подлежало государственной регистрации.
Хотя само право государственной регистрации сделок с недвижимостью бессрочно, однако на момент разрешения спора указанное соглашение не зарегистрировано, таким образом признать соглашение состоявшимся нельзя. Юридически соглашение отсутствует, и стороны лишены возможности на него ссылаться как на доказательство.
В отсутствие соглашения об установлении цены земельного участка, соответствующего рыночным ценам, размер, установленный в договоре — 42 652 (сорок две тысячи шестьсот пятьдесят два) рубля 00 копеек, следует считать условием, при котором сделка не могла бы состояться, так как в своих пояснениях истец указала, что не стала бы продавать земельный участок за 42 652 (сорок две тысячи шестьсот пятьдесят два) рубля 00 копеек, а ответчик подтвердила, что такие участки, как участок, принадлежащий ранее истцу, стоит около миллиона рублей. Из чего следует, что истец при заключении договора купли-продажи земельного участка действовала под влиянием заблуждения относительно условий о действительной цене земельного участка и порядке оформления сделок с недвижимостью.
До сегодняшнего дня денежные средства за земельный участок в размере, большем, чем 42 652 (сорок две тысячи шестьсот пятьдесят два) рубля 00 копеек, ответчиком не выплачены.
До приобретения земельного участка ответчик сообщала, что будет облагораживать земельный участок, следить за ним, выращивать экзотические растения, построит для таких растений теплицы, но ничего сделано не было, что подтверждается справкой из администрации сельского округа от 2 сентября 2009 года № 760/1−16, в которой установлено, что на земельном участке по адресу: деревня К., поле № 7, участок № 1 района Московской области на землях поселений, находящихся в ведении сельского округа, нет никаких строений и ничего из сельскохозяйственных культур не выращивается, а также актами осмотра земельного участка от 3 сентября 2009 года с фотографиями, на которых видно, что на земельном участке нет строений, и он не обрабатывается.
Таким образом, суд считает, что истец находилась и действовал в заблуждении при заключении договора купли-продажи земельного участка по адресу: Московская область, деревня К., поле № 7, участок № 1, относительно рыночной стоимости земельного участка, не указав такую стоимость
в договоре, и данный факт был подтвержден в суде, учитывая пояснения истца, что за 42 652 (сорок две тысячи шестьсот пятьдесят два) рубля 00 копеек истец не стала бы продавать земельный участок, а также из пояснений ответчика, которая подтвердила, что земельный участок в мае 2005 года стоил около миллиона рублей. Истец находилась и действовала в заблуждении, подписывая дополнительное соглашение о цене земельного участка, не зная об обязательной государственной регистрации дополнительного соглашения с ответчиком, соответственно, не зная, что такое, не зарегистрированное в государственной регистрационной службе, соглашение не имеет юридической силы и на него нельзя ссылаться как на доказательство. Суд считает, что в соответствии со статьей 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения.
Если сделка признается недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, соответственно, применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В соответствии с пунктом 2 статьи 1 67 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.
В судебном заседании ответчик подтвердила и не оспаривала тот факт, что подписала с истцом 12 мая 2005 года соглашение
о купле-продаже земельного участка по адресу: Московская область, деревня К., поле № 7, участок № 1, согласно которому в течение 2-х лет обязана выплатить за земельный участок истцу денежную сумму в размере 960 000 (девятьсот шестьдесят тысяч) рублей и обязана возделывать и обрабатывать земельный участок, ввиду чего свое обязательство подтвердила распиской, но до момента вынесения судом решения не выплатила истцу положенных денежных средств и в течение 4-х лет никаким обра-
зом не пользовалась земельным участком по назначению.
Руководствуясь принципами законности, конфиденциальности, независимости, беспристрастности третейских судей, диспози-тивности, состязательности, равноправия сторон и Третейским кодексом Федерального третейского суда, пунктом 2 статьи 16 Федерального закона «О третейских судах в Российской Федерации», статьями 167, 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд решил:
Иск К. к Т. о признании недействительным от 12 мая 2005 года договора купли-продажи земельного участка площадью
1 200 квадратных метров, расположенного в деревне К, поле № 7, участок № 1 Московской области на землях поселений, находящихся в ведении сельского округа, и применении последствий признания сделки недействительной, удовлетворить полностью.
Признать недействительным договор купли-продажи земельного участка, расположенного по адресу: Московская область, деревня К., поле № 7, участок № 1, заключенный 12 мая 2005 года между К. и Т.
Применить последствия недействительности сделки: обязать Т. передать К. по акту передачи земельный участок площадью
1 200 квадратных метров, расположенный по адресу: Московская область, деревня К., поле № 7, участок № 1.
Суд разъясняет об обязанности К. выплатить Т. денежную сумму в размере 42 652 (сорок две тысячи шестьсот пятьдесят два) рубля 00 копеек ввиду применения последствий признания сделки недействительной.
Решение суда является окончательным, обязательным со дня вынесения.
Решение подлежит немедленному исполнению, обжалованию не подлежит.
Решение является основанием для регистрации права собственности в соответствии со статьей 28 Федерального закона от
21 июля 1997 года № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним».
Третейский судья Стоянов К. А.
Следующий пример продолжает давнюю дискуссию в правовом сообществе: насколько состоятельны третейские суды принимать решения о признании прав на недвижимое имущество.
Существуют два основных мнения относительно возможности решения этого вопроса.
Мнение первое: признание права на недвижимое имущество обязательно сопровождается государственной регистрацией прав, соответственно, спорное правоотношение является публичным, так как заинтересованной стороной должно выступать государство.
Мнение второе: признание права на недвижимое имущество является самостоятельным спорным правоотношением, не затрагивающим публичные интересы государства, так как устанавливает между пра-вопритязателями отношения, которые не связаны с интересами государства.
Мы должны согласиться как с первым, так и со вторым мнением, заметив, что, по сути, обе стороны дискуссии вроде бы освещают проблему по похожему предмету, но, по нашему мнению, по разным основаниям.
Если в первом случае участие государства должно быть неизбежным в споре, так как истец требует признания его права в публичном порядке, то во втором случае истец защищает свои права от реального и действительного ответчика, который, возможно, сам незаконно завладел или незаконно не передал, или незаконно использует не принадлежащее ему или уже не принадлежащее ему имущество.
Во втором случае государство не может быть правопритязателем в споре на недвижимое имущество, его интересы не могут таким спором затрагиваться, на государство не возлагаются какие-либо обязанности, и у него не появляется каких-либо дополнительных прав в связи с защитой истцом своего права собственности на недвижимость.
В самом деле, начиная с 1998 года все сделки с недвижимостью совершаются путем их государственной регистрации. Но само событие регистрации или его отсутс-
твия не порождает каких-либо закрепленных в связи с этим прав и обязанностей государства. Государство в лице регистрационных служб осуществляет свое конституционное предназначение — оказывает государственные услуги собственникам. Такую аналогию можно провести, например, в связи с зачатием и рождением ребенка. Родители не обязаны привлекать государство при решении вопроса о зачатии ребенка. Но государство оказывает им услугу по регистрации рождения ребенка. В остальном все участники самостоятельны. Так и в вопросах с недвижимостью. С 1998 года государство взяло на себя функцию государственной регистрации прав на недвижимость, но никак не расширяло какие-либо свои права на чью-либо недвижимость как на собственность. Таким образом, участие государства в процессах государственной регистрации прав никак не влияет на вопросы оснований возникновения, прекращения и защиты имущественных прав лиц на недвижимость.
Этот вывод подтвердился решением Федерального третейского суда, определением компетентного арбитражного суда о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, постановлением судебного пристава-исполнителя, решением о государственной регистрации прав на недвижимое имущество истца по решению третейского суда.
Пример 3. О признании прав на
недвижимость и удовлетворении
виндикационных требований (дело
№ 100 709)
Федеральный третейский суд в составе председательствующего третейского судьи Павлова А. Г.
Компетентность Федерального третейского суда (ФТС): наличие третейского соглашения сторон от 10 июля 2009 года- Третейский кодекс Федерального третейского суда от 18 мая 2009 года (редакция на момент подачи иска) — уведомление Арбитражного суда Республики Башкортостан о получении решения об образовании третейского суда, уведомление Арбитражного суда Республики Башкортостан о получении решения об
изменении наименования на Федеральный третейский суд- уведомление Арбитражного суда Республики Башкортостан о получении копии постановления Президиума ФТС об утверждении новой редакции Третейского кодекса, список третейских судей постоянно действующего третейского суда.
Правоспособность Федерального третейского суда установлена: решением об образовании третейского суда- Третейским кодексом Федерального третейского суда- списком третейских судей.
Рассмотрев в судебном заседании дело по иску ООО «Строительная фирма» (адрес) к ответчику ООО (адрес), от истца -управляющий ООО «Строительная фирма», от ответчика — директор, сторона ООО «Строительная фирма» выбрала третейского судью Павлова А. Г.
Сторона ООО выбрала третейского судью Павлова А. Г.
Определением от 30 июля 2009 года третейский судья Павлов А. Г. принял спор к своему производству, о чем уведомил стороны нарочным (расписки в деле имеются).
Отвода судье и секретарю не заявлено.
Разъяснены права и обязанности, в том числе сторонам предоставлены равные возможности для изложения своей позиции и защиты своих прав и интересов.
Сторонами ходатайств, препятствующих рассмотрению дела, не заявлено.
Спор рассмотрен по требованию ООО «Строительная фирма» к ООО об истребовании имущества из чужого незаконного владения- встречному иску ООО к ООО «Строительная фирма» о признании права собственности на недвижимое имущество.
Исследовав материалы дела, выслушав представителей сторон, суд установил:
ООО «Строительная фирма» обратилось в Федеральный третейский суд с исковым заявлением к ООО об истребовании имущества из чужого незаконного владения -цех облицовочной плитки.
ООО «Строительная фирма» образовано в 2000 году.
Уставный капитал сформирован со 100процентной долей вкладов ОАО, что подтверждает выписка из протокола № 7 за-
седания Совета ОАО от 14 декабря 2000 года.
В собственность ООО «Строительная фирма» в качестве вклада в уставный капитал были переданы основные средства на сумму 1 036 237 рублей, в том числе здание цеха облицовочной плитки, согласно акту приема-передачи основных средств от 16 января 2001 года, подписанному со стороны ООО «Строительная фирма» управляющим и главным бухгалтером, со стороны ОАО — генеральным директором и главным бухгалтером.
ОАО в соответствии с актом приема-передачи основных средств передало здание цеха в собственность ООО «Строительная фирма» 1 января 2001 года.
В соответствии с актом рабочей комиссии о готовности законченного строительством здания от 22 декабря 1993 года цех облицовочной плитки принят оценочной комиссией и введен в эксплуатацию в 1994 году.
Согласно градостроительному заключению от 1 ноября 2008 года №, выданному отделом архитектуры города, цех облицовочной плитки построен в соответствии с генеральным планом развития города и не является самовольной постройкой.
В соответствии с кадастровым паспортом здания, техническим паспортом здания, градостроительным заключением от 1 ноября 2008 года № здание цеха расположено на территории, арендуемой ООО согласно договору аренды земельного участка от 1 апреля 2006 года №, кадастровому плану земельного участка от 1 мая 2006 года №, кадастровый номер. Здание одноэтажное, площадью х квадратных метров.
В настоящее время цех используется ООО.
Согласно исковому заявлению ООО «Строительная фирма» предъявила претензии к ООО по поводу использования здания и требования о возмещении доходов за пользование зданием.
ООО требования не признает, в связи с чем ООО «Строительная фирма» предъявило иск об истребовании имущества из чужого незаконного владения — цех облицовочной плитки.
ООО исковые требования не признало и предъявило встречный иск к ООО «Строительная фирма» о признании права собственности на недвижимое имущество.
В соответствии с протоколом от 1 декабря 2000 года № собрания учредителей было решено утвердить учредительный договор от 1 декабря 2000 года № о создании ООО и утвердить уставный капитал ООО.
В соответствии с учредительным договором от 1 декабря 2000 года № учредителями ООО выступили ОАО — 51% доли вклада в уставный капитал, и ООО «Строительная фирма» — 49% доли вклада в уставный капитал.
В соответствии с актом приема-передачи от 1 января 2001 года ООО «Строительная фирма» передало в собственность ООО в качестве вклада в уставный капитал основных средств на сумму 1 083 235 рублей.
Согласно пункту 5 акта приема-передачи основных средств от 1 января 2001 года, подписанного со стороны ООО «Строительная фирма» управляющим и главным бухгалтером, ООО «Строительная фирма» передало ООО цех облицовочной плитки в качестве вклада в уставный капитал.
На основании третейского соглашения от 1 июля 2009 года между ООО и ООО «Строительная фирма» истец обратился с иском об истребовании имущества из чужого незаконного владения — цех облицовочной плитки.
Наличие компетенции Федерального третейского суда на рассмотрение данного спора установлено.
В пункте 1 статьи 5 Федерального закона № 102-ФЗ «О третейских судах в Российской Федерации» предусмотрено, что спор может быть передан на разрешение третейского суда при наличии заключенного между сторонами третейского соглашения.
В случае с иском ООО «Строительная фирма» к ООО требования закона были полностью соблюдены: между сторонами имеется третейское соглашение от 1 июля 2009 года. Спор был передан в третейский суд и принят третейским судом с учетом волеизъявления сторон, выраженного в третейском соглашении от 1 июля 2009 года.
При рассмотрении дела суд исследовал следующие доказательства: протокол № заседания Совета ОАО от 1 декабря 2000 года, акт приема-передачи основных средств от 1 января 2000 года, кадастровый паспорт здания, технический паспорт здания, договор аренды земельного участка от 1 апреля 2006 года №, кадастровый план земельного участка от 1 мая 2006 года №, учредительный договор от 1 декабря 2000 года №, акт приема-передачи основных средств от 1 января 2001 года, протокол собрания учредителей, платежное поручение об уплате третейского сбора №, свидетельство о государственной регистрации истца, устав истца, договор с управляющим ООО «Строительная фирма» от 1 апреля 2002 года №, устав ООО, договор с управляющим ООО.
Оценивая правовую позицию представителей истца и ответчика, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства, суд находит, что первоначальный иск не подлежит удовлетворению. К данному выводу суд пришел исходя из следующих обстоятельств.
В соответствии с пунктом 3 статьи 213 Гражданского кодекса Российской Федерации коммерческие и некоммерческие организации являются собственниками имущества, переданного им в качестве вкладов их учредителями.
В соответствии со статьей 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону.
Из материалов дела явствует, что после передачи цеха в уставный капитал ООО «Строительная фирма» ООО «Строительная фирма» выступило учредителем ООО и в качестве вклада в уставный капитал ООО внесло здание цеха облицовочной плитки.
В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от 8 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» при учреждении общества с ограниченной ответственностью участники общества обязаны вносить вклады в уставный капитал.
В соответствии с пунктом 3 статьи 21 3 Гражданского кодекса Российской Федерации с момента передачи имущества в качестве вклада в уставный капитал созданное общество становится собственником переданного учредителями имущества.
Суд полагает, что встречный иск подлежит удовлетворению в полном объеме.
В соответствии со статьей 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
Оценивая возражения первоначального истца об отсутствии у третейского суда компетенции на рассмотрение спора о признании права на недвижимое имущество в связи с публично-правовым характером спора, суд отклоняет их по следующим основаниям и полагает о наличии своей компетенции на рассмотрение спора о признании прав на спорное недвижимое имущество в связи с очевидным частноправовым характером спора, возникшего из сделки частного характера — обязательствами по передаче спорного имущества в уставный капитал предприятия — заявителя встречного иска учредителем-участником, ранее обладавшим правами собственника передаваемого недвижимого имущества.
Анализируя судебно-арбитражную практику, третейский суд приходит к выводу, что буквальное значение и смысл пункта
27 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от
22 декабря 2005 года № 96 состоят исключительно в разъяснении того, что третейский суд не компетентен разрешать споры, возникающие из административных и иных публичных правоотношений, которые перечислены в разделе III Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и касающиеся отсутствия у третейского суда права обязывать государственные органы осуществлять какие-либо действия.
Таким образом, к спорам, вытекающим из гражданских (частных) правоотношений, в том числе предметом которых является право собственности на недвижимое иму-
щество, положения пункта 27 указанного Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации никакого отношения не имеют.
Если анализировать компетенцию третейского суда на рассмотрение спора о признании прав на недвижимое имущество исходя из преюдиции письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от
23 января 2009 года № ВАС-УМПС-197, то необходимо обратить внимание, что этим письмом Высший Арбитражный Суд Российской Федерации толкует применение норм статьей 248 и 38 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относительно юрисдикции арбитражных судов. В частности, выводы, следующие из указанного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации о применении статьи 248 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к третейскому разбирательству не относятся, эта норма не регулирует компетентность третейских судов. А, в выводах, следующих из цитируемого письма, о применении статьи
38 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассматриваются вопросы исключительной подсудности, а не подведомственности государственных арбитражных судов (то есть территориальности, а не юрисдикции).
Что касается территориальности (арбитражной подсудности), то к регулированию компетенции третейского суда эти вопросы не относятся. В этой части возражающий первоначальный истец вправе ставить вопрос в арбитражном процессе о подсудности рассмотрения вопроса о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, то есть о необходимости соблюсти территориальный принцип судебного разбирательства по вопросу определения судьбы недвижимого имущества по месту его нахождения.
Также законодатель установил, что исключительная подсудность как институт процессуального права позволяет разграничить подведомственные арбитражным судам дела между различными звеньями системы арбитражных судов, установлен-
ной в статье 3 Федерального конституционного закона «Об арбитражных судах…».
Таким образом, положения статьи 38 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не позволяют по указанным в этой норме права искам применять договорную или иную диспозитивную подсудность, но при этом не определяют исключительную юрисдикцию (подведомственность) государственных арбитражных судов, а следовательно, не могут ограничивать компетенцию третейских судов.
Учитывая общий смысл Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 января 2009 года № ВАС-УМПС-197, очевидно, что оно касается именно ограничений компетенции третейских судов в разрешении споров, возникающих из административных и иных публичных правоотношений. В рассматриваемом иске суд не находит оснований полагать, что спор возник из публичных или административных правоотношений. Совершенно очевидно, что он носит частный характер, вызванный несвоевременным решением вопроса о закреплении недвижимого имущества за надлежащим собственником в порядке передачи объекта недвижимости от одного частного предприятия другому частному предприятию в его уставный капитал.
Исходя из мотивировки постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17 апреля 2007 года № 15 324/06 по спорам о признании права собственности на недвижимое имущество, разрешаемым в третейских судах, Высший Арбитражный Суд Российской Федерации не допускает возможности отказа в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда только лишь по формальным основаниям, что споры о праве собственности на недвижимое имущество вытекают из публичных правоотношений. Процессуальное право построено не на принципах воспоминаний историцизма возникновения материального мира и эмпирических предположениях о цепочке зависимостей от судебных решений, процессуальное право строится прежде всего на принципах за-
конности. В настоящем споре закон позволяет третейскому суду рассмотреть спор о признании прав на недвижимое имущество, возникших из частноправовых правоотношений.
Признание компетенции третейского суда на рассмотрение такого спора будет оценено компетентным арбитражным судом при разрешении вопроса о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда с учетом фактических обстоятельств дела, указывающих на отсутствие в спорных правоотношениях административного или иного публично-правового характера- а также с учетом оснований приобретения стороной права на недвижимое имущество, подтверждения чему имеются в материалах дела.
Таким образом, третейский суд не находит оснований полагать, что рассмотрение им вопроса о признании права на недвижимое имущество, возникшее по сделке, противоречит единообразной практике Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации.
Третейский сбор по делу в размере
39 020 рублей 00 копеек был оплачен ООО, поэтому, удовлетворяя спор в пользу ООО, третейский суд полагает, что эта сумма подлежит взысканию с ООО «Строительная фирма» в пользу ООО на основании статьи
40 Третейского кодекса.
Руководствуясь принципами законности,
конфиденциальности, независимости, беспристрастности третейских судей, диспози-тивности, состязательности, равноправия сторон и Третейским кодексом Федерального третейского суда, пунктом 1 статьи 5, пунктом 2 статьи 16 Федерального закона «О третейских судах в Российской Федерации», статьями 131, 213, 218, Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 28 Федерального закона № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», суд решил:
1) в удовлетворении иска ООО «Строительная фирма» к ООО об истребовании имущества из чужого незаконного владения отказать-
2) удовлетворить встречный иск, признать за ООО право собственности на здание цеха облицовочной плитки, общей площадью х квадратных метров, расположенного по адресу: город. Инвентарный номер здания согласно техническому паспорту. Количество этажей — 1. Год ввода в эксплуатацию -1994. Здание цеха облицовочной плитки передано от ООО «Строительная фирма» в собственность ООО по акту приема-передачи основных средств от 1 января 2001 года, подписанного со стороны ООО «Строительная фирма» управляющим и главным бухгалтером и со стороны ООО управляющим и главным бухгалтером.
Решение суда согласно пункту 6 Третейского соглашения является окончательным, обязательно для сторон с момента принятия.
Решение подлежит немедленному добровольному исполнению, обжалованию не подлежит.
Исполнительный лист на принудительное исполнение решения третейского суда выдается по заявлению взыскателя Арбитражным судом субъекта.
По основаниям статьи 28 Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» решение третейского суда является
основанием для внесения сведений о собственнике недвижимого имущества в государственный реестр прав на недвижимое имущество.
Председательствующий третейский судья Павлов А. Г.
В условиях разнообразия судебной практики в государственных судах и активной работы высших судебных инстанций по приведению ее к определенному правовому однообразию, не будет удивительным полагать, что и практика третейского судопроизводства требует относительности.
Законодательство о третейском разбирательстве не предусматривает права федеральных судов на изменение решений третейских судов. В связи с этим нельзя считать, что какие-либо объективные процессуальные новообразования в государственном судоприменении автоматически сказываются на опыте третейских судов.
Законодательно устанавливая принципы независимости и самостоятельности третейских судов, государство стремится передать им определенные миссии, которые в конечном итоге позволяют уходить от шаблонности, штампованности судебных актов для каждых конкретных случаев и обстоятельств.
ЮРИДИЧЕСКАЯ ФИРМА & quot-КЛИФФ"-
LEGAL SERVICES
¦ 14 лет на рынке юридических услуг города Москвы
¦ более 60-и высокопрофессиональных юристов, специализирующихся в различных отраслях российского и зарубежного права
¦ полный спектр услуг для Вашего бизнеса, включая юридические, аудиторские и бухгалтерские
Приглашаем принять участие в онлайн-семинаре в марте:
КИПР — ЦЕНТР НАЛОГОВОГО ПЛАНИРОВАНИЯ
• протокол к Соглашению между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Кипр об избежании двойного налогообложения
в отношении налогов на доходы и капитал: каковы перспективы и последствия его ратификации?
• последние изменения в налоговом законодательстве Кипра: краткий обзор
• что нового в корпоративном законодательстве Кипра?
Интернет-семинары — это возможность задать свой вопрос, не выходя из офиса, в режиме реального времени, из любого города!
+7(495) 504−34−61 www. cliff. ru

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой