Качество жизни новая парадигма общественного развития

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Экономические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

которой должно быть единственной целью деятельности каждого человека.
Киреевский призывает к тому, чтобы любовь к России была «сознательной», а не представляла собой «слепой восторг, выражающийся в бессмысленных восклицаниях» [4, с. 210]. Профессиональная подготовка в любой сфере деятельности явно недостаточна. От истинно образованного человека требуется быть «в средоточии» жизни своего народа, разделять надежды своего отечества, его стремление и утраты, — словом, жить его жизнью.
Как отмечают исследователи, Хомяков и Киреевский «не выступали в роли практических педагогов. У них была иная задача, а именно, возбудить общественное педагогическое движение, глубокий патриотический и научный интерес к национальным традициям воспитания и образования личности» [2, с. 92]. И это им удалось,
можно сказать, в полной мере. Идеи старших славянофилов об органическом соединении отечественной традиции, представленной религиозной философско-педагогической мыслью, и западноевропейской «философствующей» педагогикой, их учение о личности, внутреннем и внешнем человеке непосредственно повлияли на направленность педагогических исканий Н. И. Пирогова, К. Д. Ушинского, В. Я. Стоюни-на, В. И. Водовозова и др.
Славянофилы преисполнены оптимизма в отношении будущего своей страны. Коренные начала просвещения России еще не раскрылись полностью, не реализовались все их возможности. Поэтому все впереди. История, по их мнению, призывает Россию стать впереди всемирного просвещения в силу «всесторонности и полноты ее начал».
Список литературы 1. Аксаков К. С., Аксаков И. С. Литературная критика. М.: Современник, 1981. 2. Ан С. А., Голубева Л. Н. Педагогика как форма существования русской философии: моногр. Барнаул: Изд-во АКИПКРО, 1996. 3. Керимов В. И. Историософия А. С. Хомякова. М.: Знание, 1989. 4. Киреевский И. В. Критика и эстетика. М.: Искусство, 1979. 5. Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 12. 6. Славянофильство и западничество: консервативная и либеральная утопия в работах Анджея Валицко-го. Вып. 1. Реферативный сборник. М.: ИНИОН АН СССР, 1991. 7. Философско-социологические вопросы совершенствования народного образования: межвуз. сб. науч. тр. Горький, 1983. 8. Флоровский Г. Пути русского богословия. Вильнюс, 1991. 9. Хомяков А. С. По поводу статьи И. В. Киреевского «О характере просвещения Европы и его отношении к просвещению России» // О Русь, волшебница суровая. Н. Новгород, 1991. 10. Хомяков А. С. Полн. собр. соч. Изд. 4. М., 1911. Т. 1. 11. Хомяков А. С. Соч. в 2 т. Т. 1: Работы по историософии. М.: Моск. филос. фонд- Медиум, 1994. 12. Шапошников Л. Е. Учение о соборности в воззрениях ранних славянофилов // Философские науки. 1990. № 10.

УДК 301. 085:392 ББК С 55. 471
М. Б. Лига
Качество жизни — новая парадигма общественного развития
В конце XX — начале XXI вв. общество, переходя от качества товаров к качеству человека, качеству образования, вступило в новую цивилизацию, получившую название «цивилизация качества жизни». Оценка качества жизни дает возможность определять пути и механизмы перехода к политике улучшения качества жизни как стратегической задаче, от реализации которой будет зависеть будущее цивилизации.
Ключевые слова: качество жизни, показатели качества жизни, качество человека, «экономический человек», «человек знания», интеллектуальный капитал, меритократия, постматериалистические ценности.
M. B. Liga
Life Quality- a New Paradigm of Social Development
At the end of 20th century — beginning of the 21st century the society changed goods quality for the quality of a personality, the quality of education and entered the new civilization called & quot-life quality civilization& quot-. Life quality estimation gives an opportunity to define the ways and mechanisms of transition to life quality improvement policy as a strategic objective whose realization will determine the future of our civilization.
Key words: life quality, life quality indices, a quality of a person, & quot-homo economicus& quot-, & quot-a man of knowledge& quot-, brain capital, meritocracy, post materialistic values.
В конце ХХ-начале XXI вв. возникла новая парадигма общественного развития — парадигма качества жизни. Понятие «качество жизни» прочно и надежно вошло в обыденный, научный, политический лексикон. В последние годы это понятие стало широко использоваться в предвыборной агитации, в предвыборном марафоне. «Основной чертой нового века станет не битва идеологий, а острая конкуренция за качество жизни, национальное богатство и прогресс», — говорил В. В. Путин в своем «Открытом письме к российским избирателям».
Качество жизни стало средством осуществления реальной социальной политики, целью социально-экономического развития многих стран, критерием научно-технического прогресса, что обусловлено той функциональной ролью, которую оно выполняет на данном этапе развития.
Обращение к проблемам оценки качества жизни необходимо с целью изучения экономических возможностей стран, а также для анализа перспектив развития человеческого капитала. Эта оценка важна и для определения уровня развития социальной сферы, и для выявления потенциальных возможностей страны и региона.
В настоящее время, во-первых, произошли изменения в представлениях человека о своем месте в мире- во-вторых, произошло превращение социального капитала и научных знаний в решающий фактор общественного развития. Это требует использования новых показателей уровня развития социальной системы, новых индикаторов оценки включенности личности в общественные отношения.
Особую актуальность и важность приобретают вопросы измерения и оценки качества жизни. Измерение качества жизни позволяет выявить аспекты, отражающие структурные преобразования- оценить слабые и сильные стороны жизнедеятельности современного общества. Оценка качества жизни дает возможность определять пути и механизмы перехода к политике улучшения качества жизни как стратегической задаче, от реализации которой будет зависеть будущее цивилизации.
Сегодня многие государства, принадлежащие к западной индустриальной цивилизации, стоят перед необходимостью разработки социально-экономической концепции своего развития, имеющей целью обеспечение достойного качества жизни.
Каковы же причины возникновения новой концепции общественного развития, ее столь большой популярности? Чтобы ответить на этот вопрос, следует вернуться в 40−50-е гг. прошлого века. Это было время, когда все страны — и победители, и побежденные — приступили кто к восстановлению разрушенной войной экономики, кто к ее дальнейшему развитию, ориентированному на экономический рост. Необходимость быстрого экономического роста была обусловлена и политикой «холодной войны», политикой противостояния двух мировых систем. В лучшем положении оказались США, поскольку на их территории не велось военных действий, экономика не была разрушена, не требовалось ее восстановления. Другим фактором бурного экономического развития стало то, что в годы войны многие ученые, спасаясь от фашистского режима, эмигрировали в США. Они внесли большой вклад в экономическое развитие этой страны. Небывалый экономический рост США после Второй мировой войны позволил обеспечить высокий жизненный уровень населения.
Однако период экономического господства США длился недолго. После того как другие государства восстановили разрушенную войной экономику, началась жесткая конкурентная борьба между США, Германией и Японией. Особенно преуспела в экономическом развитии Япония. В середине 50-х гг. Япония сумела восстановить довоенные объемы производства. Можно говорить о разных причинах «экономического чуда» Японии. К их числу следует отнести умение заимствовать чужие технические и научные идеи, изобретения- трудолюбие японцев- острое чувство национального единства- умение отдавать приоритет интересам страны перед корпоративными интересами, а также использование философии менеджмента американского ученого У. Деминга, чьи идеи не были восприняты на родине. В 1950 г. группа японских ученых и
инженеров обратилась к нему с просьбой принять участие в восстановлении японской промышленности. Теория управления качеством стала в Японии новым самурайским кодексом. В честь Деминга в 1951 г. |^Е учредил постоянную очень престижную ежегодную премию его имени за развитие идей в сфере менеджмента качества.
В США метод У. Деминга пришел только в 80-е гг. А если бы это случилось значительно раньше, то трудно себе представить, каких грандиозных успехов достигли бы США сегодня.
Экономическое развитие на основе достижений науки и техники привело к возникновению новых, доселе неизвестных явлений практически во всех сферах общественной жизни. Все эти новые явления были взаимосвязаны друг с другом, они возникали практически одновременно и развивались параллельно друг другу. Изменилась сама структура экономического сектора. Раньше в экономике существовало два сектора: сектор промышленности и сектор сельского хозяйства, в которых было занято практически все население страны. В промышленности и сельском хозяйстве производилась большая часть ВНП. Главной движущей силой экономического роста был, говоря словами классика экономики А. Смита, «экономический человек». «Экономический человек» понимается только как производитель материальных благ, ориентированный на удовлетворение минимальных физиологических потребностей.
Но по мере развития экономики общество начинает предъявлять новые требования к главному производителю материальных благ. В свою очередь, человек тоже начинает предъявлять свои требования к обществу, которое использует его. Развитие экономики на основе научно-технического прогресса все в большем и большем количестве требует не рабочих рук, не земли, не капитала как основных условий организации производства. Экономике нужны знания, интеллект человека.
Изменилось содержание, цели и задачи, а также субъекты научно-технического прогресса. Во-первых, научно-технический прогресс не только обеспечивает экономическое развитие страны, он является и основой появления новых открытий, изобретений, идей. Во-вторых, если раньше научные открытия совершались людьми, далекими от науки, самоучками, изобретателями, то в наше время такое практически невозможно. В-третьих, сократились и сроки внедрения открытий в производство. В-четвертых, изменилась и ориентация научно-технического прогресса. В 40−50-е гг. он был направлен на обеспечение военного превосходства, создание новых систем во-
оружения. На втором этапе, а это 60−70-е гг., научно-технический прогресс решает задачи, связанные с обеспечением стабильных темпов экономического роста. И только затем приоритеты научно-технической политики начинают смещаться в сторону человека, в сторону образования, здравоохранения, повышения качества жизни.
В США в 1950 г. по поручению президента Г. Трумэна вводятся индикаторы развития науки и техники. Национальный научный фонд США до сих пор продолжает издавать эти индикаторы, несмотря на минимальный интерес к ним внутри страны. Это связано с тем, что в случае необходимости индикаторы не надо будет заново разрабатывать и собирать. Интерес к публикуемым индикаторам, характеризующим развитие науки и техники, очень высок в странах Европейского Союза, которые проводят сопоставление с ними своих индикаторов, намечая тем самым перспективы развития науки и техники.
Для оценки состояния и уровня развития науки и техники существует специально разработанная методика. Она состоит из двух взаимосвязанных частей — «вход» и «выход». «Вход» описывает вложения в сферу науки и техники, а «выход» — полученные результаты. Выделяется и временной индикатор — три года. Таким образом, предложенная методика позволяет рассматривать вложения в науку и технику не только в содержательном, но и временном интервале. «Вход» оценивается по следующим индикаторам: расходы на исследования- число исследователей- защищенные диссертации по естественным и техническим наукам- общие расходы на образование. Индикаторы «Выхода»: произведенный за час объем ВВП- количество полученных европейских и американских патентов- число научных публикаций- уровень развития электронной торговли- школьный балл [5]. Преимуществом данной методики является то, что она позволяет сопоставить индикаторы на следующих уровнях: вход — выход — 2000 г.- вход — выход — 2003 г.- вход (2000 г.) — вход (2003 г.) — выход (2000 г.) — выход (2003 г.) — вход (2000 г.) — выход (2003 г.) — выход (2000 г.) — выход (2003 г.).
В этих условиях общество отказывается от модели «экономического человека». Возникает модель нового человека — «человека знания». Но для того чтобы сформировать такого человека, общество должно удовлетворить его потребности не только в пище, одежде, жилье, но и потребности в самореализации, самовыражении. Как писал видный экономист Дж. Хикс, «по мере повышения материального благосостояния оно утрачивает (или должно утрачивать) свою значимость. При низких уровнях дохода правиль-
но будет сосредоточиться на экономике- но с увеличением богатства появляются новые критерии- … потребность в получении все больших материальных благ утрачивает свою остроту. Таким образом, на первый план все чаще выходят такие проблемы, как необходимость сочетать безопасность и свободу, справедливость и ответственность» [3, с. 138−139]. «Человек знания» становится главным ресурсом информационной экономики.
Под воздействием всех этих процессов происходят изменения в структуре экономики: сокращается сельскохозяйственный, промышленный сектор, увеличивается третичный сектор — производства благ и услуг. К этому сектору относят образование, здравоохранение, культуру, социальное обеспечение и многие другие сферы жизнедеятельности общества, направленные на удовлетворение высших потребностей человека. Все это привело к тому, что удельный вес сферы услуг в ВВП в начале XXI в. варьируется от 62% в Японии до 72% в США.
Появляются признаки, говорящие о переориентации стратегии развития: приоритеты начинают отдаваться не экономическому потенциалу, а потенциалу личности, интеллекта, образования. Интеллектуальный капитал, воплощенный в знаниях, интеллекте, творческих способностях, становится решающим фактором общественного развития. У истоков изучения такого нового явления в жизни общества, как «интеллектуальный капитал», стояли Л. Эдвинссон и М. Мэлоун. В работе «Интеллектуальный капитал. Определение истинной стоимости компании» они отмечали, что «до конца текущего десятилетия и в последующий период сотни тысяч крупных и мелких компаний во всем мире возьмут на вооружение теорию интеллектуального капитала как средство измерения, конкретизации и отображения истинной стоимости своих активов. Они делают это потому, что бухгалтерский учет, основанный на интеллектуальном капитале, дает уникальную возможность комплексного использования всего того, без чего немыслима современная экономика динамичных и высокотехнологичных виртуальных корпораций» [14, с. 435−436].
Интеллектуальный капитал становится движущей силой развития общества, мерой стоимости товара, оценкой состояния организации и управления предприятиями. С их точки зрения, интеллектуальный капитал есть единство человеческого и структурного капитала. Человеческий капитал включает в себя способность приносить доходы, способность к риску, творчество, опыт, навыки, квалификацию, образование. Он является собственностью его владельца. К структурному капиталу относят техническое
и программное обеспечение, патенты, торговые марки, отношения между компанией и ее клиентами. В отличие от человеческого капитала структурный капитал выступает как стоимость компании.
В 1963 г. президент США Дж. Кеннеди в обращении к конгрессу говорил о качестве жизни в своей стране. Он выдвинул тезис о том, что «качество американской жизни должно идти в ногу с количеством американских товаров». С именем этого президента связано введение в политический лексикон данного термина и формирование социального заказа на его научную разработку. Затем, в 1964 г. этот термин использовал президент Л. Джонсон, который заявил о том, что американцы уже достигли такого материального благосостояния, что на повестку дня ставится вопрос об удовлетворении потребностей более высокого порядка: в области образования, здравоохранения, в других социальных услугах. Сегодня цели американского общества «не могут быть измерены размером наших банковских депозитов. Они могут быть измерены качеством жизни наших людей» [10, с. 7].
В настоящее время исследователи (например, Г. С. Батыгин, И. В. Бестужев-Лада) выделяют три этапа в разработке проблемы качества жизни в истории науки: «эмбриональный», «кван-тификационный», «концептуальный» [7].
Первый этап — «эмбриональный» (конец 1950 -середина 1960-х гг.). Понятие «качество жизни» только формируется. Оно чаще используется в популярных публикациях, в избирательных кампаниях с целью пропаганды. Основным показателем качества жизни в это время становится внутренний валовой продукт (ВВП), приходящийся на одного жителя страны. На этом этапе качество жизни понимается как цель перехода от общества с приоритетом получения материальных благ к обществу, где главная цель — удовлетворение духовных потребностей.
Для второго этапа, начало которого относится к 1966 г., получившего название «кван-тификационный», характерна разработка социальных показателей и индикаторов. Книга Р. Бауэра «Социальные индикаторы» положила начало новому направлению в американской и западноевропейской социологии — «движению за социальные индикаторы» [1].
В конце 1960 — начале 1970-х гг. комиссия американской Академии точных и гуманитарных наук под руководством Д. Белла разработала новую систему индикаторов, получившую название «Система социальных счетов», целью которой стала разработка социальных индикаторов как оценок социальных мероприятий в плане выгод и издержек. Д. Белл определил сферы, для оценки которых необходимо созда-
ние системы социальных индикаторов. К этим сферам, по его мнению, относятся:
— социальные издержки и чистые доходы от нововведений (ликвидация издержек перелива и пагубных последствий для рынка труда, связанных с технологическим прогрессом) —
— издержки «социальных болезней» (преступность, разрушение семьи, т. е. факторы, снижающие человеческий потенциал и потенциал экономического роста) —
— создание бюджета для социальных нужд- экономические возможности (рост доходов населения, увеличение расходов на образование, здравоохранение, создание дополнительных рабочих мест).
Согласно концепции, на которой стояли исследователи данной группы, качество жизни определяется как разница между социальными выгодами и социальными издержками. Введение «системы социальных счетов» позволило поставить задачу поиска способов измерения, сопоставления качественных характеристик условий и особенностей жизни индивидов- дать оценку существующему положению и определить перспективы развития с целью выработки практических рекомендаций для реализации в социальной политике [2].
Для этого этапа характерны попытки выявить статус категории «качество жизни», дать ее научное определение, выделить показатели, найти способы их измерения. Большинство исследователей склонилось к тому, что качество жизни является социологической категорией. Но в то же время в рамках социологического подхода формируются различные методологические основания к ее анализу. Так, американский социолог Н. Далки отмечает, что понятие «качество жизни», употребляемое социологами, отличается от понятий, используемых в средствах массовой информации и большинством официальных деятелей. В последнем случае это понятие относится к окружению и внешним обстоятельствам жизни личности — загрязнению, качеству жилья, эстетическому окружению, транспортным проблемам, преступности и т. п. Но такой подход к понятию «качество жизни» является ограниченным, так как не учитывает всех потребностей, удовлетворение которых делает жизнь привлекательной для личности. В соответствии с этим, считает он, политики должны выяснить, что составляет благосостояние личности и какую роль в оценке благосостояния играют такие факторы, как чувство достижения успеха, любовь и привязанность, осознанная свобода и т. д. В связи с этим Н. Далки обращает внимание на то, что необходимо более глубокое исследование понятия «качество жизни» [4, с. 5].
В 60-е гг. ХХ в. понятие «качество жизни» рассматривается преимущественно в трех аспектах. Во-первых, со стороны социальных индикаторов, выступающих как исходная основа создания социальных программ, а также в качестве показателей эффективности их реализации. Возникло даже движение за социальные индикаторы -своеобразные критерии измерения, оценки качества жизни в социальной сфере. Причем по вопросу о связи социальных индикаторов с политикой принятия решений, разработкой и реализацией социальных программ сложились две противоположные позиции. Представители одной из них указывали на необходимость обязательного учета социальных индикаторов при формировании социальной политики [11]. Другие же, напротив, считали, что социальная политика должна формироваться вне зависимости от социальных показателей. Социальные показатели играют роль независимых экспертов «правильности» или «неправильности» принятых решений [11].
Во-вторых, понятие «качество жизни» употребляется как нормативный эталон благосостояния, включающий не только материальные, но и социальные, экологические, политические и нравственные аспекты жизнедеятельности человека. Качество жизни понимается как переход от удовлетворения «основных материальных нужд потребителя» к этапу удовлетворения «уточненных, видоизмененных личных потребностей потребителя в красоте, престиже, индивидуализации и чувственных отношениях» [11, с. 56].
В-третьих, анализируемое понятие рассматривается как характеристика последствий экономической и технологической политики, влияния научно-технического прогресса на социальные отношения, на положение человека, на отношения между людьми.
В этотпериодвпервые о бращаетсявнимание на психологические характеристики качества жизни, которые выражаются в уровне удовлетворенности (неудовлетворенности) человеком условиями своего существования. Эти аспекты анализа качества жизни получили свою разработку в творчестве А. Кэмбелла, Ф. Конверса, С. Уитни, К. Роджерса. Под качеством жизни они стали понимать «общее осознание удовлетворения потребностей человеком в течение какого-то периода» [10, с. 16]. Исследователи стали рассматривать факторы нематериального порядка — здоровье, условия труда, уровень образования, состояние окружающей среды и другие, как значимые для личности.
Началом третьго этапа («концептуального») считается выход в свет книги Дж. Форрестера «Мировая динамика», в которой он предлагает модели мира, получившие название «МИР-1» и «МИР-2″» [13]. Качество жизни он рассматрива-
ет в аспекте глобальных проблем современности. На этой стадии происходит концептуализация качества жизни, связанная с формированием двух основных направлений исследования данного понятия — «глобального моделирования», что нашло отражение в деятельности Римского клуба, и «субъективного качества жизни», или «ощущаемого качества жизни». В рамках этих направлений формируются различные подходы к изучению качества жизни:
— «глобальное моделирование» — исследование качества жизни общества-
— «субъективное качество жизни» — исследование «качества жизни личности».
В 1970-е гг. функционирование общества, направленное на улучшение качества жизни, начинает пересекаться с индивидуальным благополучием. Возникает новый тип взаимодействия «общество — личность — общество». Люди изменяют общество, изменяясь сами. В конце третьей стадии вводится новый показатель уровня социального развития — индекс развития человеческого капитала. Введение этого критерия показало, что на смену экономическим теориям, в основе которых лежал валовой национальный продукт (ВНП), рост доходов, пришла новая концепция, ориентированная на повышение качества жизни человека. Кроме роста доходов существуют иные цели развития человека: образование, долголетие, участие в политической жизни и т. п.
Мы считаем, что сегодня есть все основания выделить четвертый этап в разработке проблемы качества жизни. Представляется необходимым в условиях современного общества выделить новый этап и назвать его — «информационноинтеллектуальным». Его начало, по нашему мнению, следует датировать 1992 г. В этом году в Рио-де-Жанейро состоялась конференция ООН по проблемам окружающей среды и устойчивому развитию, где была выработана концепция устойчивого развития [8]. На этом этапе научные подходы к анализу проблем качества жизни, существовавшие в классической науке, не позволяют достаточно полно рассматривать качество жизни и тем более выявлять адекватные показатели его оценки. Это возможно лишь при исследовании качества жизни в контексте неклассической социологии, в частности социологической концепции жизненных сил человека, его индивидуальной и социальной субъектности.
На четвертом этапе формируются новые направления изучения качества жизни. К ним относится, во-первых, изучение механизмов улучшения качества жизни, причем применительно к развитым и развивающимся странам- во-вторых, анализ природы и сущности качества жизни. В-третьих, исследование проблемы управления качеством жизни, которая, в частности, включа-
ет управление качеством труда, качеством технологий, качеством образования, качеством окружающей среды, качеством культуры и науки, качеством социальных и экологических систем, качеством человека, а также формирование новой системы управления качеством жизни (Total Quality of Life Management) — «всеобщее управление качеством». В-четвертых, появление нового типа экономики качества, экономики знания. В-пятых, выделение основных аспектов анализа качества жизни. Среди них:
— социально-экономический аспект (СЭА) -анализ экономического развития. Целью экономического развития является обеспечение социального равенства, ликвидация бедности и нищеты, создание условий для развития цивилизации и выделение таких индикаторов, как уровень доходов, валовой внутренний продукт на душу населения, уровень потребления продуктов питания, уровень и качество потребления услуг, уровень и качество здоровья, уровень и качество образования, уровень и качество безопасности личности, уровень и качество занятости населения, уровень и качество социального обеспечения-
— экологический аспект (ЭА) — анализ существующей экологической политики, направленной на сбалансированное развитие природы и общества и выделение таких индикаторов, как уровень развития антропогенных и экологических систем, состояние окружающей среды, состояние расширенного воспроизводства возобновляемых природных ресурсов-
— политический аспект (ПА) — изучение процесса становления гражданского общества и выделение таких индикаторов, как соблюдение прав и свобод граждан, развитие демократических институтов-
— демографический аспект (ДА) — анализ качества населения и выделение таких индикаторов как: суммарный коэффициент рождаемости, условный коэффициент депопуляции, ожидаемая продолжительность жизни при рождении, младенческая смертность, заболеваемость населения, материнская смертность и др.
— духовно-культурологический аспект (ДКА)
— анализ развития культуры и выделение таких индикаторов, как уровень духовных потребностей личности, удовлетворенность состоянием культурно-досуговой сферы, ее доступностью, состояние этнокультурного разнообразия.
Как показал анализ основных стадий формирования подходов исследования качества жизни, для каждого этапа характерен был специфический подход рассмотрения взаимодействия личности и общества. Hа первом этане личность рассматривалась как трудовой ресурс, как средство достижения экономического роста, в соответствии с чем основными показателями каче-
ства жизни являлись материальные показатели: уровень жизни и семейный бюджет. На втором этапе в центре исследования оказываются социальные условия жизнедеятельности личности. Среди показателей качества жизни фиксируются нематериальные показатели: здоровье, условия труда, образование. На третьем этапе взаимодействие личности и общества рассматривается на уровне социально-психологических характеристик, а среди показателей качества жизни выделяются социальные показатели развития цивилизации. На четвертом этапе движущей силой развития общества становятся знания, информация и интеллект- среди показателей фиксируются такие показатели, как уровень и качество здоровья, образования, безопасности личности, занятости населения, социального обеспечения.
Таким образом, на каждой стадии были поставлены и решались определенные проблемы исследования качества жизни, формировались различные теоретические подходы. Все это способствовало дальнейшему формированию концепции качества жизни и развитию понятия «качество жизни», переходу понятия «качество жизни» в статус научной категории.
Формирование «человека знаний» требует перестройки всей системы образования. Главной задачей образования становится не вооружить учащихся системой знаний, а научить их учиться. Психолог Херберт Герджой писал: «Новое образование должно научить индивида, как классифицировать и переклассифицировать информацию, как оценивать ее достоверность, как при необходимости изменять категории, как переходить от конкретного к абстрактному и наоборот, как взглянуть на проблемы под углом зрения, как заниматься самообразованием. Неграмотным в будущем будет не тот человек, который не умеет читать, а тот, кто не научился читать» [12, с. 451]. Образование сегодня становится мощным фактором изменений, происходящих в современном мире. Влияние образования на социальную структуру констатирует немецкий социолог У. Бек. Он выдвигает следующие положения:
1) существенное улучшение материального положения большинства населения стирает грани между представителями разных социальных групп в смысле их возможностей и образа жизни. В принципе, рабочий может ездить на такой же машине и отдыхать на том же курорте, что и владелец его предприятия-
2) материальное благополучие субъективно рассматривается как индивидуальное достижение, даже если на самом деле здесь велика заслуга общества. При этом происходит индивидуализация социальной идентичности и ослабление ее стратификационной обусловленности-
3) происходит диверсификация и индивидуализация жизненных форм, обусловленная ростом возможностей социальной мобильности-
4) происходит распад социальной структуры, соответствующей прежним стратификационным моделям. Люди освобождаются от ие-рархизированных форм и сами выбирают свои жизненные стили [6].
Под влиянием образования идет процесс формирования новой социальной структуры общества, возникает новый тип работника, которого Ф. Махлуп называет «knowledge-worker» — «класс интеллектуалов», или класс мерито-кратии- Дж. Гэлбрейт — «техноструктурой», Э. Тоффлер — «адхократией».
Этому классу присущи такие черты, как современное качество и высокий уровень образования- занятость в высокотехнологических отраслях хозяйства- ориентированность на оперирование знаниями и информацией- наличие творческих способностей- высокое имущественное положение- умение реализовать свои творческие планы и замыслы- стремление к самосовершенствованию и самореализации- способность к воспроизводству- самостоятельность в социальных действиях. Власть этого класса основана не на богатстве и собственности, а на монополии знания, которое его представители могут производить без участия других членов общества, тем самым становясь независимым от других социальных групп и слоев. Новый класс контролирует критический ресурс современного производства. Меритократия не подвержена обратной миграции, так как обладает капиталом, который не может исчезнуть, а может только совершенствоваться. Представители этого класса занимают доминирующее положение в армии, бизнесе, политике.
Об этой характеристике нового класса писал П. Дракер, указывая, что в обществе, построенном на знаниях, власть и контроль в сфере политики переходят от обладателей капитала к тем, кто обладает информацией и знаниями. Возникает новая ветвь власти — власть информации и интеллекта. Внутри этого класса отсутствует конкуренция, в силу того, что его члены обладают разным товаром, рабочий же класс предлагает один и тот же товар — рабочую силу. Впервые в истории возникает класс, который достигает своего богатства, высокого качества жизни, не паразитируя на труде других, а в процессе своего интеллектуального труда, самостоятельно развивая свои качества как носителя знания и информации. Впервые в истории человечества господствующий класс становится трудящимся классом. Следует выделить и такую черту новой социальной группы, как способность продуцировать новые знания. «Класс интеллектуалов» — это замкнутая, наследственная
группа. По данным американских социологов, 80% богатых людей в США достигли богатства благодаря уровню своего образования.
Большинство исследователей считает, что основным критерием, на основании которого можно отнести того или иного человека к классу «меритократии», является способность человека усваивать, обрабатывать и производить новые знания. В основе данной позиции лежит теория М. Вебера, согласно которой основным признаком классового деления будет не отношение к собственности, а хозяйственный интерес.
Модификации и трансформации подвергаются и другие социальные слои, в частности рабочий класс. Возникновение информационной, интеллектуальной экономики, изменение типа занятости, сокращение индустриального сектора резко уменьшает потребность в специалистах низкой квалификации, низкого уровня образования. Резко уменьшается доля индустриального сектора во ВНП, зато увеличивается доля сферы услуг. В большей своей части сфера услуг связана с технологизацией, информатизацией. В связи с этим исследователи отмечают, что прежний пролетариат уже не существует, он представляет собой группу наемных рабочих, часть которых по своей профессиональной подготовке, профессиональному уровню и жизненным стандартам относится к среднему классу. Другая часть лиц наемного труда — это низкоквалифицированная и неквалифицированная рабочая сила. Эту социальную группу А. Горц называет «неклассом».
Наряду с указанными выше тенденциями не менее существенным является изменение положения среднего класса. В настоящее время очень сложно выделить основные критерии принадлежности к этому классу. Поэтому, опираясь на точку зрения Д. Белла, высказанную еще в 80-х гг., ученые в качестве основного критерия принадлежности к среднему классу считают психологическое самоопределение.
Изменение социальной структуры постиндустриального общества подтверждает мысль о том, что причиной этой трансформации становится образование и информация, интеллект. С середины 70-х гг. образование стало определять различия в уровне заработной платы. А с конца 80-х гг. образование выступило одним из критериев социального неравенства в обществе. Обладание знаниями, информацией и интеллектом позволяют человеку занять высокую ступень в обществе. Другим фактором, определяющим тенденции развития социальной структуры, по мнению отдельных ученых, может быть и разный уровень интеллектуальных способностей человека, зависящий от генетических причин.
Итак, становится очевидным, что основными факторами, детерминирующими большинство процессов в постиндустриальной действительности, являются информационные технологии и образование. Модификация и трансформация социальной структуры современного общества имеет своим следствием формирование новых ценностей и потребностей. «Изменилось все: стимулы, — пишет Р. Инглегарт, — побуждающие человека к работе- противоречия, становящиеся причинами политических конфликтов- религиозные убеждения людей, их отношение к разводам, абортам, гомосексуализму- значение, которое человек придает обзаведению семьей и детьми. Можно пойти еще дальше и позволить себе утверждение, что за время существования современного индустриального общества изменилось даже то, чего люди хотят от жизни» [9, с. 249].
Возникает новый тип ценностей, получивших название постматериалистических. Он означает, что материальная мотивация не исчезает, происходит лишь изменение приоритетов. После удовлетворения материальных потребностей возникает необходимость реализации престижных (дружба, привязанность, принадлежность к сообществу, общение, участие в организациях) и духовных (самовыражение через творчество) потребностей.
Среди факторов, оказывающих влияние на становление новых ценностей и потребностей, можно назвать такие, как: высокий уровень образования жителей развитых стран, длительный период роста благосостояния, качество образования, физическая и социальная безопасность. Все эти факторы способствовали кардинальному изменению системы общественных ценностей.
Ученые, в частности Э. Тоффлер, занимающиеся проблемами постматериалистических ценностей, обращают внимание на то, что под их влиянием происходит изменение корпоративной стратегии в аспекте управления людьми. Начинают возникать новые типы корпоративных образований. На смену адаптивной корпорации приходит корпорация креативная. Термин «адаптивная корпорация», который был введен Э. Тоффлером в 70-е гг., сегодня большинством исследователей признается устаревшим, так как ориентирован на приспособление компании, на ее выживание и развитие в системе рыночного хозяйства. Креативная корпорация ориентирована на людей носителей посматериалистических ценностей, как ее сотрудников, так и потребителей и клиентов- главным ресурсом этой корпорации становится информация и знания- работников отличает творчество, способность принимать решения, выносить собственные суждения и оценки. Воз-
никают совершенно новые отношения между руководством корпорации и ее работниками. Существование, а главное дальнейшее развитие корпорации зависит от творческого потенциала как ее создателей, так и членов, от человеческого капитала. Интеллектуальный потенциал компании определяет ее рыночную стоимость.
Таким образом, появление новой парадигмы общественного развития было связано с процессом гуманизации экономического роста, выдвижением на первый план человеческого фактора. Качество жизни — это оценка результатов общественного развития и основа формирования новых перспектив и планов.
Список литературы 1. Bauer R. Social Indicators. London, 1969. P. 357. 2. Bell D. The Sozial Framework of the Information Society. Oxford 1980, P. 276. 3. Hicks J. Wealth and Welfare. Oxford, 1981. 4. Social Indicators of Well-Being: American/s Perception of Life Quality, N. Y., 1976. 5. Архипов М. Индикаторы для индустрии, основанной на знаниях: Европа, Соединенные Штаты, Россия // Энергия: экономика, техника, экология. 2004. № 5. С. 20−25. 6. Бек у. Общество риска. На пути к другому модерну / пер. с нем. В. Седельника и Н. Федоровой- по-слесл. А. Филиппова. М.: Прогресс-Традиция, 2000. 7. Бестужев-Лада И. В., Батыгин Г. С. О «качестве жизни» в США //США — экономика, политика, идеология. 1978. № 1. С. 23−25. 8. Декларация по окружающей среде и развитию, принятая в Рио-де-Жанейро. Утверждена Конференцией ООН по окружающей человека среде и развитию, Рио-де-Жанейро, 3−14 июня 1992 г. 9. Инглегарт Р. Культурный сдвиг в зрелом индустриальном обществе// Новая постиндустриальная волна на Западе: антология / под ред. В. Л. Иноземцева. М.: Acadimia, 1999. 10. Попов С. И. Проблемы «качества жизни в современной идеологической борьбе». М.: Политиздат, 1977. 11. Тодоров А. Ст. Качество жизни: критический анализ буржуазных концепций. М., 1960. 224 с. 12. Тоффлер Э. Шок будущего: пер. с англ. / Э. Тоффлер. — М.: АСТ, 2004. 557, [3] с. — (Philosophy). 13. Форрестер Дж. Мировая динамика / пер. с англ. М., 1978. 166 с. 14. Эдвинссон Л., Мэлоун М. Интеллектуальный капитал. Определение истинной стоимости компании // Новая постиндустриальная волна на Западе: антология / под ред. В. Л. Иноземцева. М.: Acadimia, 1999.

УДК 129 ББК Ю 6−61
Н. Д. Субботина
Проблема выхода общества из природы
Статья посвящена методологии исследования взаимодействия общества и природы. Анализируются два типа развития: развития на основе внешних, природных предпосылок (доцивилизованное общество) и развитие на основе внутренних социальных предпосылок (цивилизованное общество).
Ключевые слова: природа, общество, доцивилизованное общество, цивилизованное общество, антро-посоциогенез, естественное, социальное, естественные предпосылки развития, социальные предпосылки развития, социализация, интериоризация.
N. D. Subbotina
The problem of society and nature separation
The article is devoted to the methodology of society and nature interaction research. Two types of the society development are analyzed in the article. The first is the development on the basis of external, natural background (pre-civilized society) — the second is the development based on internal social background (civilized society).
Key words: nature, society, pre-civilized society, civilized society, anthroposociogenesis, natural, social, natural background of the development, social background of the development, socialization, interiorization.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой