Принцип международного сотрудничества глазами юриста-эколога

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Юридические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

ПРИНЦИП МЕЖДУНАРОДНОГО СОТРУДНИЧЕСТВА ГЛАЗАМИ ЮРИСТА-ЭКОЛОГА
М.Н. Копылов
Кафедра международного права Российский университет дружбы народов Ул. Миклухо-Маклая, 6, 117 198 Москва, Россия
В статье раскрывается содержание международно-правового принципа сотрудничества, анализируются разные уровни международного сотрудничества в сфере охраны окружающей среды, обосновывается юридическая обязательность международного сотрудничества в области обеспечения экологической безопасности.
Проблему охраны окружающей среды, рационального природопользования сегодня специалисты различных областей знаний единодушно относят к категории глобальных проблем современности, среди которых она все более отчетливо приобретает первостепенное значение. Осознание данного факта, а также тех угроз, которые несет в себе экологическое неблагополучие, приходится на 60-е — начало 70-х гг. XX века, когда под влиянием решений международных конференций по окружающей среде начинает бурно и динамично развиваться внутреннее экологическое законодательство государств, и, прежде всего, тех из них, которые принято называть индустриально развитыми. Разрабатывая и внедряя «строгие» по тем временам нормативы качества окружающей среды, нормативы выбросов и сбросов загрязняющих веществ, лимиты на пользование природными ресурсами, государства стремились обезопасить свое население от катастроф природного и техногенного характера, создать «экологическое благополучие», способствующее самореализации личности, раскрытию ее творческого потенциала в рамках признанных мировым сообществом территориальных границ.
Такая законотворческая активность привела к временному улучшению экологической ситуации в указанных государствах, но и имела негативные последствия, выразившиеся в перемещении в страны с менее «строгим» экологическим законодательством экологически «грязных» технологий, отраслей промышленности, ресурсоемких циклов производства. Как результат — усилилась и без того хищническая эксплуатация природных ресурсов в принимающих государствах, абсолютное большинство которых, в соответствии с принятой международной классификацией, относятся к развивающимся и наименее развитым странам, что не могло не отразиться отрицательно на общем состоянии окружающей среды в этих государствах. Не почувствовали себя в экологической безопасности и индустриально развитые страны, чьи законы, нормативы и стандарты перестали приносить желаемый результат из-за непосредственной или относительной близости к ним территорий государств с менее разработанным экологическим законодательством.
Не случайно поэтому сразу после принятия резолюции Генеральной Ассамблеи ООН 2398 (XXIII) от 3 декабря 1968 г., в которой содержалось решение о созыве Стокгольмской конференции ООН по проблемам окружающей человека среды, основное внимание Генерального Секретаря ООН было сосредоточено на том, чтобы привлечь к участию в ее работе максимально большое число развивающихся госу-
дарств [24, р. 5−15], а главная задача самой Конференции в резолюции Генеральной Ассамблеи 2581 (XXIV) 1969 г. была определена как «служить практическим средством поощрения и направления действий правительств и международных организаций по защите и улучшению окружающей человека среды, по восстановлению и предотвращению ее загрязнения с помощью международного сотрудничества, имея в виду, что это даст возможность развивающимся странам не допустить возникновения таких проблем».
Необходимость международного природоохранного сотрудничества диктуется сегодня целым рядом объективных факторов, которые принято условно подразделять на два вида: естественно-экологические и социально-экономические.
К числу естественно-экологических факторов относятся:
— единство биосферы Земли. В биосфере все взаимосвязано. Истинность данного утверждения сейчас уже не нуждается в доказательстве, оно принято за аксиому мировой наукой. Как отмечал еще в 1970 г. В. А. Чичварин, «любое, пусть даже самое незначительное на первый взгляд, изменение в состоянии одного природного ресурса… неизбежно оказывает прямое или косвенное воздействие во времени и пространстве на положение других» [22, с. 19]. Высокая степень экологической взаимозависимости государств как внутри отдельных регионов, так и между ними, взаимозависимости ресурсов природной среды приводит к быстрому перерастанию многих национальных экологических проблем в международные. Природа как существующий независимо от человека феномен и государственные, и вообще административные, границы как результат исторического развития общества
— несовместимые, лежащие в различных плоскостях понятия. Природа не знает и не признает государственных и административных границ-
— наличие универсальных природных объектов и ресурсов, эффективная охрана и защита которых, равно как и рациональное использование, невозможно в рамках и усилиями одного отдельно взятого государства (Мировой океан с его биологическими и минеральными ресурсами, атмосферный воздух, озоновый слой атмосферы, околоземное космическое пространство, Антарктика с ее флорой и фауной). Такое положение вещей не только прямо подтверждается многочисленными договорами и соглашениями, заключенными государствами по поводу указанных природных объектов, но и может быть косвенно выведено из соответствующих положений национального экологического законодательства. Так, например, далеко не случайно среди источников, в соответствии с которыми обеспечивается охрана озонового слоя атмосферы от экологически опасных изменений ст. 54 Федерального Закона Р Ф «Об охране окружающей среды» от 10 января 2002 г. [20, ст. 133], в первую очередь указывает на международные договоры РФ и общепризнанные принципы и нормы международного права (иными словами, на правовую базу международного сотрудничества), а уже потом на «законодательство Российской Федерации».
Решение проблем универсальных природных объектов и ресурсов многие ученые видят в объявлении их всеобщим достоянием или наследием человечества. В отношении двух таких природных объектов и их ресурсов указанная концепция уже нашла свое воплощение в международных договорах и соглашениях. Речь идет о морском дне за пределами действия национальной юрисдикции и космическом пространстве, Луне и других небесных телах.
Не вдаваясь в общетеоретические аспекты концепции общего наследия человечества, исследованной довольно обстоятельно в юридической литературе [16, с. 93−116- 17, с. 223−236], отметим значительные трудности, которые возникают в её приложении к окружающей среде как таковой. В настоящее время нет оснований рассчитывать на универсальное применение этой концепции в ближайшей перспективе и к другим объектам окружающей среды, хотя в научных трудах и практике некоторых международных организаций такой подход, например, по отношению к ат-
мосферному воздуху, четко прослеживается [3, с. 57- 6, с. 37−45- 23, р. 471- 25, р. 99−256- 26, р. 420- 27, р. 74−83]-
— существование т.н. разделяемых природных ресурсов и объектов, в отношении управления охраной и использования которых превалирует жесткая взаимозависимость ограниченного круга сопричастных к ним государств (международные реки и водоемы, пограничные реки, явно выраженные целостные экосистемы, расположенные на территории двух или нескольких государств, популяции животных и особо ценных растений, район обитания которых пересекают государственные границы, иные природные комплексы, отдельные части которых находятся на территории различных государств). Обращаясь, в след за проф. В. Н. Сукачевым к подобным природным единствам как к биогеоценозам, В. А. Чичварин в свое время отмечал, что «для того чтобы получать наибольшее устойчивое количество органической продукции в биогеоценозе без ущерба для его элементов … совершенно необходимо руководствоваться едиными правилами и методами. Но все дело в том, что границы однородных типов биогеоценозов, как правило, не совпадают и не могут совпадать с государственными границами, а охватывают территорию двух или более стран (за исключением естественных границ однородных наземных природных комплексов государств, занимающих островное положение- типичный пример
— Австралия1). Естественно, что природоохранительные правила должны быть восприняты всеми государствами, территории которых входят в один тип биогео-ценологического покрова. Иначе комплексное освоение биогеоценозов не может быть достигнуто, а природе будет нанесен значительный, а иногда и непоправимый урон» [22, с. 20].
Сегодня широкое хождение в исследованиях правого экономического и социального характера получает понятие «экологическое районирование» [1- 2, с. 1- 7- 8- 11- 14], которое рассматривается в качестве весьма важного дополнительного резерва к универсальным, региональным, субрегиональным, национальным и двусторонним средствам и методам в борьбе с экологическими трудностями. Как нам представляется, формирование, принятие и применение основных нормативных источников в области управления районной экологической политикой в различных государствах, относящихся к соответствующему экологическому району, должно базироваться на унифицированных (модельных) началах. Правовые средства районного экологического планирования, экологического мониторинга и экологической экспертизы должны быть общими для всех государств соответствующего экологического района, а законодательные акты, принимаемые в государствах, относящихся к одному экологическому району, должны быть максимально унифицированы.
На таких же, в принципе, позициях находится и российское экологическое законодательство, которое в Федеральном Законе Р Ф «Об особо охраняемых природных территориях» от 14 марта 1995 г. (в редакции 2001 г.) [18, ст. 1034- 19, ст. 2], в п. 7 ст. 11 и п. 9 ст. 16 установило, что расположение государственных природных заповедников и национальных парков «на территориях двух и более субъектов Российской Федерации не может быть основанием для нарушения» их «территориальной целостности или изменения статуса».
— ограниченность пространства и ресурсов биосферы'-,
— объявление или перспектива объявления отдельных уникальных природных объектов частью всемирного наследия. Соответственно вопрос переносится в плоскость международного сотрудничества по их защите. «Внутренние» меры защиты в этом отношении, в случае их принятия, должны быть строго скоординированы с международными. Дублирование или позитивное превышение одних мер над другими здесь возможно и даже полезно. Важно не допускать расхождения в негативную сторону.
К числу социально-экономических факторов относятся:
-заинтересованность народов в справедливом обмене экономическими средствами жизни, базирующимися на использовании природных богатств [21, с. 9- 22, с. 25]-
— превращение современного мирового хозяйства в единый, целостный организм — глобальный по своим масштабам. Основным направлением развития мирового хозяйства в настоящее время является движение человечества к созданию единого рынка товаров, услуг, инвестиций (капиталов) или, другими словами, к единому экономическому пространству. Это привело к тому, что усилилось «давление» на ресурсный потенциал планеты и обострились проблемы ресурсопользования вследствие превращения последних в главную ценность, позволяющую государствам обеспечивать функционирование своих национальных экономик-
-дороговизна экологических программ и проектов. Расходы в большинстве стран мира на охрану окружающей среды сегодня уже находятся на пределе экономически оправданного уровня (в США — 1,5% валового национального продукта, во Франции — 0,4- Италии — 0,6- Швеции, Дании и Бельгии — 1- ФРГ — 2,5- Японии — 1,8%) —
— отсутствие во многих государствах должных материальных возможностей рационального использования окружающей человека природной среды, а также «наилучших практически применимых средств» для защиты окружающей среды-
— свободное, беспрепятственное перемещение через государственные границы загрязняющих веществ. Хрестоматийным примером может служить печально известный препарат ДДТ, который был обнаружен в Антарктике в печени пингвинов. Опасность, возникшая в одном конце земного шара, нарушая всемирную систему экологических связей и отношений, будет угрожать всему человечеству.
Казалось бы, интересы обеспечения международной и национальной экологической безопасности, охраны окружающей среды и рационального природопользования требуют от всех стран участия во всех возможных формах сотрудничества. Политические и экономические реалии заставляют делать выбор в пользу одной формы сотрудничества, воздерживаясь от другой, а иногда и вовсе отказываться от какого-либо сотрудничества.
Это особенно наглядно прослеживается на примере большинства развивающихся государств, которые, определяя формы своего участия в международном сотрудничестве по вопросам охраны окружающей среды, экологической безопасности и рационального природопользования, нередко стоят перед выбором — что предпочесть: универсальную, региональную или двустороннюю форму сотрудничества? Или в каком сочетании их использовать?
Как правило, без сотрудничества в данной сфере не обойтись, исходя из необходимости защиты своих же интересов. Национальными средствами здесь можно ограничиться только в исключительных случаях. Какими бы совершенными ни были национальные нормативные правовые акты и практические меры по охране окружающей среды (а многим государствам — прежде всего развивающимся — до этого очень далеко), они, в силу единства земной биосферы, в состоянии соответствовать задаче обеспечения экологической безопасности только, если подобные же нормативные акты и меры принимаются синхронно всеми государствами мира или, в исключительных случаях, хотя бы соседними. Отсюда возрастает значение, возникает даже императивность международного сотрудничества.
Разумеется, глобальное (универсальное) международное сотрудничество в рассматриваемой здесь области не должно противопоставляться региональному, двустороннему и любому иному, а также соответствующим внутригосударственным мерам. Всё это — системные отношения в рамках одной общей задачи- обеспечения экологической безопасности человечества в целом. Поэтому и усиливается акцент в пользу принятия всеми государствами мира указанной выше обязанности. Рекомендательных норм в данной области при всей их полезности явно недостаточно [9, с. 82].
Среди некоторых политиков и юристов до сих пор бытует мнение, что вопросы окружающей среды и экологической безопасности относятся к сфере «внутренних» или подлежат решению скорее на двусторонней, чем на многосторонней основе. Действительно, встречаются примеры, когда такой уровень эффективно работает. Но противопоставление здесь неуместно и следует предельно осторожно подходить к квалификации экологических проблем в качестве внутренних, но «требующих для своего разрешения мер на международном уровне» [28, р. 749].
Чрезвычайно трудно определить «внутренние» проблемы в данной области, которые могут быть решены вне международного сотрудничества (естественно, речь идет именно о проблемах, а не о рядовом ухудшении состояния окружающей среды). Так можно ставить вопрос только в плане полномочий, права находить решение данной ситуации.
«Внутренние» меры защиты здесь должны быть строго скоординированы с международными. Дублирование или позитивное превышение одних мер над другими возможно, но недопустимо их расхождение в негативную сторону.
Создание эффективной международно-правовой системы защиты окружающей среды на уровне региона, субрегиона должно также сочетаться с внутригосударственными нормами, с одной стороны, и с универсальными — с другой, при том же условии допустимости превышение уровня защиты в рамках норм одной системы над другой.
В зависимости от конкретных проблем природоохранное сотрудничество может быть отнесено к сфере политического, экономического, научно-технического или правового сотрудничества государств. При этом, если сотрудничество по политическим вопросам направлено, прежде всего, на создание благоприятных международных условий, способствующих решению задачи охраны окружающей среды, то, например, сотрудничество в правовой области ведет к разработке и принятию международно-правовых принципов и норм, определяющих правовую природу и статус окружающей среды в целом или отдельных ее компонентов, цели осуществления природоохранительной деятельности и международного сотрудничества в этой области, укрепляющих международный правопорядок, а также прогрессивно развивающих и кодифицирующих международное экологическое право.
Характер и динамика развития современных эколого-кризисных отношений настоятельно диктуют необходимость предпринятия совместных усилий всех государств для решения экологических проблем, требующих как межрегионального, так и глобального охвата. Поиск путей объединения усилий государств и народов для успешного решения проблемы охраны окружающей среды и рационального использования природных ресурсов должен осуществляться на базе и в строгом соответствии с общепризнанным международно-правовым принципом сотрудничества. Идея сотрудничества государств пронизывает Устав ООН от начала до конца. Статья 1 Устава ООН, перечисляя цели организации, главной из которых является поддержание международного мира и безопасности, устанавливает, что ООН должна быть «центром для согласования действий наций в достижении этих общих целей».
Развивая эти положения Устава, Декларация о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом ООН, 1970 г. определяет содержание принципа сотрудничества следующим образом:
— государства обязаны сотрудничать друг с другом в различных областях международных отношений с целью поддержания международного мира и безопасности, содействия международной экономической стабильности и прогрессу, установления всеобщего уважения и обеспечения прав и основных свобод человека-
— сотрудничество между государствами должно осуществляться независимо от различий их политических, экономических и социальных систем-
¦- государства должны сотрудничать в деле содействия экономическому росту во всем мире, особенно в развивающихся странах.
Как мы видим, Устав ООН провозглашает обязанностью не всякое сотрудничество, а лишь то, которое соответствует, в первую очередь, задачам поддержания мира и международной безопасности. Что же касается конкретных видов сотрудничества, то оно, как неоднократно подчеркивалось отечественными юристами-международниками, должно осуществляться в соответствии с принципами суверенного равенства государств и невмешательства в их внутренние дела. Формальное отнесение всякого сотрудничества к безусловной международно-правовой обязанности, пишет B.C. Верещетин, было бы равнозначно принуждению государств к участию в любых совместных работах, даже вопреки их национальным интересам [5, с. 27−28, 30].
Такой подход к оценке принципа международного сотрудничества, как нам представляется, в настоящее время нуждается в определенной корректировке, по крайней мере, применительно к сфере охраны окружающей среды и рационального природопользования. Сегодня, когда многими специалистами в области международного права и ведущими политиками мира признается настоятельная необходимость срочного изыскания эффективного международного механизма выхода человечества из сложившейся в данной области катастрофической ситуации, все более отчетливой становится неспособность многочисленных концепций и программ, государственных законов и подзаконных актов, действующих норм международного права остановить приближающуюся глобальную экологическую катастрофу. Необходим нетрадиционный подход, который должен оцениваться по единственному критерию — императиву спасения человечества.
В контексте этого императива в отечественной доктрине международного права было высказано даже мнение о необходимости учреждения наднационального управленческого механизма, международной экологической администрации — и о смене приоритетов при ранжировании принципов современного международного права [10, с. 32−37].
Проблемы экологической безопасности, к которым, по существу, и сводится императив спасения человечества, если их понимать как самостоятельную предметную область, отличную от охраны окружающей среды и рационального природопользования, затрагивают всех, невзирая на богатство и бедность. «Социалистические, капиталистические и развивающиеся страны, — пишет В. П. Шатров, — одинаково заинтересованы в решении глобальных экологических проблем, ибо ни один народ не может чувствовать себя спокойно в случае экологических катастроф, происходящих вне его территории» [13, с. 139]. Ни один народ «не способен самостоятельно построить изолированную и независимую линию экозащиты» [12, с. 2, 7].
Устав ООН сегодня не содержит даже упоминания об экологической проблематике как области деятельности организации (на то имелись вполне объективные причины, связанные со временем и условиями разработки и принятия Устава). В настоящее время лишь обсуждаются политиками и учеными предложения (в рамках процесса возможного изменения и дополнения Устава ООН) по включению вопросов охраны окружающей среды, рационального природопользования и обеспечения экологической безопасности в перечень целей и задач ООН [15]. Вследствие этого природоохранительную компетенцию ООН приходится выводить из других положений Устава.
В соответствии с преамбулой и ст. 1 Устава, ООН призвана быть центром по согласованию действий государств в деле разрешения международных проблем экономического, социального, культурного и гуманитарного характера и в поощрении и развитии уважения к правам человека. Эти положения Устава ООН могут одновременно служить и правовой основой компетенции организации в области международного сотрудничества по охране окружающей среды, так как экологическая проблематика бесспорно может быть отнесена как к категории проблем гуманитарного, так и экономического характера, если придерживаться предлагаемой Уставом классификации.
Грозные реалии современной эколого-кризисной обстановки в мире настоятельно диктуют необходимость подходить к принципу сотрудничества в сфере международных отношений по поводу охраны окружающей среды и рационального природопользования через призму концепции международной экологической безопасности, ставящей экологическую проблематику на один уровень с такими проблемами как предотвращение термоядерной войны, обеспечение политической и военной безопасности.
С учетом сказанного, юридическое содержание принципа сотрудничества в области охраны окружающей среды и рационального природопользования сегодня может быть раскрыто через юридическую обязанность государств, независимо от их общественного и государственного строя, сотрудничать друг с другом по вопросам поддержания мира и международной (в том числе экологической) безопасности, а также способствовать совершенствованию международного экологического правопорядка.
Принцип международного сотрудничества в настоящее время является одним из основополагающих в международно-правовом регулировании охраны окружающей среды. На нем основываются практически все действующие и разрабатываемые в данной области международно-правовые акты. В частности, он закреплен в Конвенции об охране природы в южной части Тихого океана 1976 г., Конвенции о сохранении морских живых ресурсов Антарктики 1980 г., Конвенции ООН по морскому праву 1982 г.
В Декларации принципов Стокгольмской конференции ООН по проблемам окружающей человека среды 1972 г. данный принцип раскрывается следующим образом (Принцип 24): «международные проблемы, связанные с охраной и улучшением окружающей среды, следует решать в духе сотрудничества всех стран, больших и малых на основе равноправия. Сотрудничество, основанное на многосторонних и двусторонних соглашениях или другой соответствующей основе, крайне важно для организации эффективного контроля, предотвращения, уменьшения и устранения отрицательного воздействия на окружающую среду, связанного с деятельностью, проводимой во всех странах, и это сотрудничество следует организовывать таким образом, чтобы в должной мере учитывать суверенные интересы всех государств».
При самом добросовестном прочтении и толковании данного Принципа невозможно вывести из него именно обязанность сотрудничать, а не просто декларативное пожелание. Это с очевидностью следует из таких элементов Принципа как: «следует решать в духе сотрудничества… «, «крайне важно для… «, «это сотрудничество следует организовывать таким образом, чтобы в должной мере учитывать суверенные интересы всех государств».
Из документов, принятых на Конференции ООН по окружающей среде и развитию, состоявшейся в Рио-де-Жанейро (Бразилия) в 1992 г., особого внимания заслуживает Декларация по окружающей среде и развитию, Принцип 7 которой гласит: «Государства сотрудничают в духе глобального партнерства в целях сохранения, защиты и восстановления чистоты и целостности экосистемы Земли. С учетом того, что различные государства в неодинаковой степени способствовали ухудшению состояния окружающей среды планеты, они несут общие, но дифференцированные по своей степени обязанности. Развитые страны признают ответственность, которая лежит на них в контексте международных усилий по обеспечению устойчивого развития, с учетом того бремени, которое налагают их общества на окружающую среду планеты, и тех технологий и финансовых ресурсов, которыми они обладают».
Международное сотрудничество должно осуществляться на равноправной и взаимовыгодной основе, что применительно к проблемам окружающей среды означает, в частности, активизацию торгового обмена экологически безвредной техникой и технологией, продажу патентов и лицензий, связанных с охраной окружающей среды, учет опыта промышленно развитых стран, оказание помощи развиваю-
щимся государствам в выборе путей и форм экономического развития, не вызывающих ухудшения качества окружающей среды.
Для решения проблем окружающей среды и развития государства постановили создать новую форму партнерских отношений. Эта форма отношений обязывает все государства осуществлять постоянный и конструктивный диалог, определяемый необходимостью создания более эффективной и справедливой мировой экономики, учитывая все большую взаимозависимость сообщества наций и тот факт, что устойчивое развитие должно стать приоритетным вопросом в повестке дня международного сообщества. Для успеха этих новых партнерских отношений важно преодолеть дух конфронтации и стремиться к созданию атмосферы подлинного сотрудничества и солидарности. Также важно укреплять национальную и международную политику и многостороннее сотрудничество в целях приспособления к новым реальностям.
ПРИМЕЧАНИЯ
1. Пример, приведенный В. А. Чичвариным в качестве исключения, на наш взгляд, является некорректным и укладывается в общие правила о разделяемых природных ресурсах. Относительно замкнутые районы продолжают испытывать отрицательное внешнее экологическое воздействие, и их «автономное экологическое благополучие» является лишь видимостью.
2. Противником такого подхода является, например, М. М. Бринчук [4, с. 52−55].
ЛИТЕРАТУРА
1. Безопасность России. Экологическая безопасность, устойчивое развитие и природоохранные проблемы. — М.: Знание, 1999.
2. Битюкова В. Р. Эколого-экономическое районирование как важнейшая часть социально-экологических исследований урбанизированных территорий // www. ekoross. chat. ru /old/bit. s. htm
3. Бринчук М. М. Правовая охрана атмосферного воздуха. — М.: Наука, 1985.
4. Бринчук М. М. Экологическое право. — М.: Юристъ, 2004.
5. Верещетин В С. Международное сотрудничество в космосе. — М., 1977.
6. Виноградов С. В. Международное право и охрана атмосферы. — М.: Наука, 1987.
7. Горшков В. Г., Данилов-Данильян В.И., Кондратьев Я., Лосев К С. и др. Проблемы экологии России. — М., 1993.
8. Каплан Е. Л., Литовка О. П., Новиков Э. А. Социально-экономические аспекты рационального природопользования в регионе. — М.: Наука, 1989.
9. Коломийцев В. Ф. О некоторых концепциях международных отношений // Го-сударство и право. — 1994. — № 12.
10. Копылов М. Н. Международная экологическая администрация // Закон и право. — 1998. — № 10.
11. Копылов М. Н., Мохаммад С. А. Экологическое районирование в международном и внутригосударственном праве. — М.: Изд-во РУДН, 2003.
12. Макаров О. И. Экоцид: международно-правовые аспекты: Автореф. дисс… канд. юрид. наук // Московский юридический институт. — М., 1992.
13. Международно-правовые проблемы стран Африки. — М.: Наука, 1989.
14. Мохаммад С. А. Международно-правовые вопросы экологического районирования: Автореф. дисс… канд. юрид. наук//РУДН. — М., 2003.
15. ООН и международный правопорядок в глобализирующемся мире: Материалы международной научно-практической конференции / Отв. ред. А. Я. Капустин. — М.: Изд-во РУДН, 2001.
16. Постышев В. М. Концепция общего наследия человечества и международно-правовой режим природных ресурсов Луны и других небесных тел. — В кн.: Проблемы космического права: Труды X научных чтений по космонавтике. — М. ,
1986.
П. Постышев В. М. Концепция общего наследия человечества применительно к Луне и ее природным ресурсам // Советский ежегодник международного права,
1987. -М.: Наука, 1988.
18. СЗ РФ, — 1995,-№ 12.
19. СЗ РФ. — 2002. — № 1 (4. 1).
20. СЗ РФ. — 2002. — № 2.
21. Тимошенко А. С. Формирование и развитие международного права окружающей среды. — М.: Наука, 1986.
22. Чичварин В. А. Охрана природы и международные отношения. — М.: Международные отношения, 1970.
23. Bilder R. International law and natural resources policies // Natural Resources Journal. — 1980, -Vol. 20.
24. Chayes A. International Institutions for the Environment. — In: Law, Institutions
and the Global Environment. Papers and Analysis of the Proceedings of the Conference
on Legal and Institutional Responses to Problems of the Global Environment. (Hargrove J.L. ed.).- N.Y., 1972.
25. Kiss A. -Ch. La notion de patrimoine commun de l'-humanite // Recuiel des Cours de l’Academie de Droit International. — 1982. — The Hague, 1983. — Vol. 175.
26. Protection of the environment and international law: Colloquium of the Hague Academy of international law, 1973. — Leyden, 1975.
27. Schachtel O. Sharing the words resources. -N.Y., 1977.
28. Williamson R.L. Building the International Environmental Regime // Miami Law Journal. — 1990. — Vol. 21. — № 3.
THE PRINCIPAL OF INTERNATIONAL CO-OPERATION FROM THE VIE-POINT OF ECOLOGICAL-LAWYER
M.N. Kopylov
The Department of International Law Russian Peoples' Friendship University Miklukho-Maklaya St., 6, 119 198 Moscow, Russia
The article dials with the notion of the international legal principal of co-operation. Different levels of international co-operation in the field of nature preservation are analyzed. Juridical obligation of international co-operation in the sphere of ensuring of ecological security is proved.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой