Кардинальное изменение политики государства к РПЦ в годы Великой Отечественной войны

Тип работы:
Реферат
Предмет:
История. Исторические науки


Узнать стоимость новой

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

7. Леонтьева О. Б. Историческая память и образы прошлого в российской культуре XIX — начала ХХ вв. Самара: ООО «Книга», 2011.
8. Ожигов А. О беллетристической мобилизации //Современный мир. 1915. № 9. С. 155−157.
9. Российский государственный архив литературы и искусства (РГАЛИ). Ф. 1982. Оп. 1. Е.х.9. Л. 2, 3
10. РГАЛИ. Ф. 3003. Оп. 1. Е.х. 24. Л. 81.
11. Рылов А. А. Воспоминания. М., 1954.
Купцова Ирина Валентиновна, д-р ист. наук, проф., ivkuptsova@, mail. ru, Россия, Москва, МГУ им. М. В. Ломоносова.
THE ROLE OF THE RUSSIAN ARTISTIC INTELLIGENTSIA IN PRESERVING HISTORICAL MEMORY ABOUT THE 1st WORLD WAR
I.V. Kuptsova
The article is devoted to the role of the Russian Artistic Intelligentsia in preserving Historical Memory about the 1st World War. Its first task was to fix contemporary events. Skobelev Cinematographic Committee did it. The second task was to reflect events and reactions of different social groups in works of literature and art. The third task was to create myths about the war. It was an order of Russian Authorities.
Key words: Russian Artistic Intelligentsia, 1st World War, Skobelev Cinematographic Committee, artistic life, collective myth, Historical Memory.
Kuptsova Irina Valentinovna, doctor of historical science, professor, ivkuptsova@mail. ru, Russia, Moscow, M. Lomonosov Moscow State University.
УДК 94(47). 084. 8
КАРДИНАЛЬНОЕ ИЗМЕНЕНИЕ ПОЛИТИКИ ГОСУДАРСТВА К РПЦ В ГОДЫ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ
М.В. Никулин
Посвящена Русской православной церкви, которая внесла важный вклад в дело мобилизации верующих на борьбу с захватчиками, оказала посильную материальную помощь фронту и населению как неоккупированной, так и оккупированной территории, своей международной деятельностью способствовала оказанию нашему Отечеству моральной и материальной помощи со стороны различных религиозных организаций за рубежом.
Ключевые слова: РПЦ, Русская православная церковь, СССР, война и церковь, Православие в СССР, Государственно-Религиозные отношения, Религия, Патриарх.
По теме нашего исследования написано много, очень много. Однако эта тема является, пожалуй, самым «белым пятном» в истории советского
государства. Ни одна из страниц нашей истории не содержит столько целенаправленного мифотворчества и не умалчивает об огромном числе фактов и событий как те строки, которые повествуют о взаимоотношениях государства, верующих и церкви. Поэтому подойдем к ее изложению избирательно, останавливаясь лишь на некоторых эпизодах в отношениях государства и РПЦ в годы Великой отечественной войны.
Русская православная церковь, внесла важный вклад в дело мобилизации верующих на борьбу с захватчиками, оказала посильную материальную помощь фронту и населению как неоккупированной, так и оккупированной территории, своей международной деятельностью способствовала оказанию нашему Отечеству моральной и материальной помощи со стороны различных религиозных организаций за рубежом.
Сразу же после выступления Вячеслава Михайловича Молотова 22 июня 1941 г., патриарший местоблюститель Сергий обратился с воззванием ко всем православным жителям страны с призывом выполнения священного долга — защиты своего отечества. Более 23 раз митрополит Серий за годы войны обращался с патриотическими призывами к пастве.
Духовенство утешало верующих в скорби, поддерживало высокий настрой тружеников тыла, призывало верить в окончательную победу. Нашлись среди верующих и священнослужителей предатели Родины, служившие фашистам на оккупированных территориях. Но в целом духовенство и верующие в годы войны проявили лучшие качества советских людей — веру в победу, патриотизм, самоотверженность. Надежды немецкого правительства найти в их лице «пятую колонну» не оправдались. Особая роль русской православной истории военного времени — помощь партизанскому движению.
Верующие и священнослужители активно принимали участие в борьбе с немецкими захватчиками на оккупированных территориях Советского союза. В начале летних месяцев 1942 года через партизанские подпольные отряды практически каждому священнослужителю на оккупированных территориях было передано послание епископа Сергия «К верным чадам Русской Православной Церкви». Местоблюститель Патриаршего Престола призывал верующих оказывать помощь партизанской борьбе с врагом государства: «Пусть ваши местные партизаны будут и для вас не только примером и одобрением, но и предметом непрестанного попечения. Помните, что всякая услуга, оказанная партизанам, есть заслуга перед Родиной и лишний шаг к нашему собственному освобождению из фашистского плена"[3, с. 47].
Призыв Сергия получил большой отклик среди простых верующих и всего духовенства на западе страны — более широкий, чем можно было бы ожидать после всех гонений на церковь довоенной поры.
Была еще одна область патриотического служения Родине, в которой священнослужители и верующие вносили в годы войны значительный
вклад. Это — сбор вещей для нужд фронта (обувь, полотно, шерсть), а также денежных средств, драгоценностей, для обеспечения всем необходимым Красной Армии. В начале войны в храмах Москвы и Ленинграда было собрано более девяти миллионов рублей на нужды фронта и обороны. Церковные общины Нижнего Новгорода за два первых года войны собрали в фонд обороны более четырех миллионов рублей. Новосибирская епархия за первое полугодие 1944 года собрала на нужды военного времени около двух миллионов рублей [8, с. 67].
На средства, собранные Церковью, были созданы воздушная эскадрилья имени Александра Невского. Этот вид патриотической деятельности и послужил толчком к налаживанию диалога между государственными органами и церковью.
Впервые контакт на этой почве между председателем Совнаркома СССР И. В. Сталиным и Местоблюстителем патриаршего престола Сергием состоялся в феврале 1943 года, когда они обменялись посланиями. 25 февраля из Ульяновска, где размещалась в эвакуации канцелярия Московского патриархата, митрополит Сергий написал в Кремль И. В. Сталину: «В день юбилея нашей победоносной Красной Армии приветствую Вас как ее Главнокомандующего от имени духовенства и верующих Русской православной церкви, молитвенно желаю Вам испытать радость полной победы над врагом и видеть возрождение истерзанной Родины. Верующие в желании помочь Красной Армии охотно откликнулись на мой призыв: собрать средства на постройку танковой колонны имени Дмитрия Донского. Всего собрано около 6 000 000 рублей и, кроме того, большое количество золотых и серебряных вещей… Примите эти средства как дар от духовенства и верующих Русской православной церкви в день юбилея Красной Армии. Патриарший местоблюститель Сергий митрополит Московский и Коломенский». Ответ митрополиту Сергию был направлен в тот же день: «Прошу передать православному русскому духовенству и верующим, собравшим 6 000 000 рублей, золотые и серебряные вещи на строительство танковой колонны имени Дмитрия Донского, мой искренний привет и благодарность Красной Армии И. В. Сталин» [11, л. 127, 128].
Во время войны, ни один приход не уклонился от участия в сборе различных средств для борьбы с врагом. Ту патриотическую деятельность, которая проводила православная церковь, завоевывала уважение, и восторг у всех Советских людей не зависимо от их вероисповедания. Об этом свидетельствуют различные письма в адрес правительства СССР от обычных бойцов до командиров Красной армии, а также работники тыла, различные общественные, религиозные организации и граждане, дружественных и нейтральных государств. Сложившаяся ситуация потребовала от руководства Советского союза на кардинальное изменение отношений с Русской православной церковью: начать диалог во имя сплоченности всех ве-
рующих и атеистов, борющихся с одним из главных врагов Родины — оккупационным режимом нацисткой Г ермании.
Таким образом, глава СССР после обмена посланиями с митрополитом Сергием осознал, что необходимы перемены в отношении верующих и церкви, но потребовалось еще около шести месяцев, чтобы эти перемены в отношениях государства и церкви начали проявляться в конкретных действиях.
Была еще одна довольна веская причина, заставившая коммунистическую партию и в частности тов. Сталина ускорить нормализацию отношений с православной церковью, не препятствовать избранию патриарха и Синода. Это было связано с тем, что в конце 1943 года руководители стран антигитлеровской коалиции готовились к первой личной встрече в Тегеране. На этой конференции надежды Сталина в первую очередь были связанны со скорейшим открытием второго фронта. Поэтому руководство СССР пыталось подтолкнуть своих союзников к началу операций против Германии и ее союзников на западе и на юге Европы. Самой активной поддержкой пользовались разные общественные движения в США И Англии по оказанию помощи СССР. С одной из таких организаций Иосиф Сталин вел личную переписку, был объединенный Комитет помощи Советскому Союзу в Англии под руководством одного из высших деятелей англиканской церкви настоятеля Кентерберийского собора Хьюлетт Джонсона, которые испытывал очень дружеские чувства к СССР[10, л. 135].
Этим партнером, Сталин дорожил, у Джонсона было большое влияние в Соединенном королевстве, где англиканская церковь официально является государственной религией. Руководство англиканской церкви середине 1943 года через посольство СССР в Великобритании обратилось к Советской коммунистической партии с просьбой дать разрешение на визит своей делегации в Москву, это обращение было уже не в первый раз. Практически перед самой Тегеранской конференции визит делегации был признан Иосифом Сталиным желательным и весьма полезным. Советское правительство хотело, чтобы главу делегации — архиепископа Йоркского
— приняло высшее руководство РПЦ во главе с патриархом. Уже одно это сняло бы многие обвинения с Советского союза за его очень сложные взаимоотношения с православной церковью. Правительство страны очень хорошо понимало такие политические тонкости, поэтому было необходимо начать диалог с руководством [1, с. 117].
Из воспоминаний первого председателя Совета по делам Русской православной церкви Г. Г. Карпова, в субботу 4 сентября 1943 года, Сталин пригласил его к себе на дачу, около четырех часов дня. Его уже ждали Г. М. Маленков и Л. П. Берия. После многочисленных расспросов, что собой представляет высшее руководство РПЦ, а именно митрополиты Сергий, Алексий, и Николай. Когда и как был избран последний глава православной церкви — патриарх Тихон, в каком состоянии зарубежные связи
РПЦ, и кто является патриархами Вселенским и Иерусалимским, тов. Сталин также поинтересовался у Г. Г. Карпова внутренними проблемами православной церкви, количество православных приходов в СССР, каково положение епископата. Затем, Сталин сказал Карпову, что назрела необходимость создания специального государственного органа, который бы осуществлял связь между руководством партии и православной церкви. Г. Г. Карпов предложил создать такой орган при Президиуме Верховного Совета СССР. Сталин не согласился и сказал, что нужен Комитет или Совет по делам Русской православной церкви при СНК СССР. «Совет должен осуществлять связь между правительством и патриархом. Совет сам решений не принимает, а докладывает обо всем правительству и от него передает государственные решения церкви», — сформулировал он свою мысль [6, с. 69].
После этого, И. В. Сталин посоветовался с Г. М. Маленковым и Л. П. Берией, следует ли ему принять митрополитов Сергия, Алексия и Николая, и согласившись с ними, что такая встреча необходима, И. В. Сталин попросил Г. Г. Карпова, связаться по телефону с Патриаршим местоблюстителем Сергием и от имени СНК сообщить ему, что правительство СССР готово принять его вместе с митрополитами Алексием и Николаем в любой день [9, л. 135]. Митрополит Сергий, посоветовавшись находившимися рядом митрополитами Алексием и Николаем, ответил, что они согласны, чтобы их приняли сегодня же.
Уже поздним вечером, И. В. Сталин принял руководство РПЦ в Кремле. На беседе также присутствовали Г. Г. Карпов и В. М. Молотов. Встреча заняла по времени около трех часов. Беседу начал Сталин с благодарности в адрес РПЦ о ее патриотической деятельности, затем он поинтересовался проблемами церкви. Патриарший местоблюститель Сергий, заметил ненормальность ситуации с патриархом, что уже более 18 лет не занимается этот высший церковный пост, а также отсутствием Священного Синода длительное время. Митрополит Сергий, поставил первоочередную задачу, как можно скорее провести Поместный собор. Оба митрополита согласились с ним [5, с. 21].
И. В. Сталин согласился с проведением Собора, но посоветовал созвать не Поместный, а архиерейский Собор, из-за военного положения. Митрополиты согласились. Далее Сталин предложил финансовую помощь, а также размещение и доставку участников Собора, уточнил, как будет называться патриарх, когда соберется Собор епископов. Сергий сказал, что, «нужно чтобы патриарх назывался Московский и всея Руси, а не всей России, как было при Тихоне» [7, с. 45]. Митрополит Сергий так же заявил, что на подготовку Собора понадобится более месяца, из-за военного времени, собрать всех епископов имеются трудности в передвижении по стране. Финансовую помощь митрополиты отклонили.
Митрополит Сергей коснулся проблемы, освобождение архиереев, духовенства, находящихся в ссылках, лагерях, тюрьмах. И. В. Сталин поручил Г. Г. Карпову изучить этот вопрос, а Сергию подготовить список священников, находившихся в заключении.
Далее руководство РПЦ обратило внимание главы СССР на важность открытия в епархиях фабрик по изготовлению церковной утвари, свечных заводов, предоставления права участвовать священникам в распределении средств церковных приходов.
И. В. Сталин согласился с принятием всех этих мер. Обратившись к Г. Г. Карпову, он отметил, что духовенство может распоряжаться церковными суммами, создавать учебные заведения, а так же открывать новые свечные заводы. Обратившись к митрополитам, Сталин сказал, что правительство готово выделить церкви необходимые денежные средства, а так же о том, что церковь может рассчитывать на помощь Совета Народных Комиссаров СССР во всех вопросах [2, с. 34].
Руководство РПЦ выразило благодарность Сталину и правительству за оказанную помощь и прием, уважение к церкви, заверили, что и дальше церковь будет придерживаться патриотической позиции. Митрополиты так же отметили, что положительно смотрят на создание нового государственного органа по делам РПЦ, и что председателем на этот пост назначен Г. Г. Карпов. Созданный Совет по делам церкви будет связующим звеном между советским государством и патриархией, а председатель этого Совета должен систематически предоставлять информацию СНК СССР о жизни церкви, подчеркнул Сталин. Далее, обернувшись к Карпову, он дал ему распоряжение: «Подберите себе трех помощников, которые будут помогать вам в созданном Совете. Но только помните: во-первых, Вы не обер-прокурор Синода, а во-вторых, своей деятельностью больше подчеркивайте самостоятельность церкви». Затем И. В. Сталин обратился к В. М. Молотову: «Необходимо довести до сведения советского народа о нашей встрече с митрополитами, а также потом сообщить в печати об избрании патриарха» [4].
После завершения встречи, Сергий выразил благодарность И. В. Сталину и правительству СССР за прием и поддержку церкви, а также заверил его в поддержке духовенством политики партии, ведущих войну с врагом государства. Диалог между советским правительством и церковью был начат. Из-за высокой гражданской позиции, а также большого вклада в борьбу с врагом и помощи государству в виде сбора денежных средств, и остальных нужд для фронта И. В. Сталин очень резко изменил свою позицию к церкви. Прием советским правительством осенью 1943 года руководства Русской православной церкви был не единственной встречей правительства с духовенством.
Русская православная церковь не поддалась искушению рассчитаться за нанесенные ей жесточайшие удары. С первого дня войны руководство
Московской Патриархии призвало народ к защите Родины, поддержав этим государство. Патриотическая деятельность Русской православной церкви была многообразной: сбор вещей, драгоценностей, денежных средств на нужды фронта- проповеди, различные обращения- участие священнослужителей в партизанском движении, служба в рядах действующей армии, помощь раненым, создание санитарных пунктов и т. д. Патриотическая деятельность РПЦ во время Отечественной войны 1941 года оказала большое влияние на изменение религиозной политики советского руководства в годы войны.
В годы Великой Отечественной войны для рядового, а также командного состава Красной Армии идеи патриотизма, воинской доблести соединялись более прочно не с коммунистической партией и социалистическим строем, а с сохранившимся в народе русским национальным сознанием, с традиционными вековыми устоями русской государственности и Церкви, истории и культуры. На фронтах Великой Отечественной войны решающее значение имел не официальный, идеологически окрашенный патриотизм, а национальный, народный патриотизм, чувство родной земли и этнической общности всех народов, заключавших в себе общую волю и общую устремленность к победе.
Государству в условиях тяжелейшей войны, и установления международных связей, было не до борьбы с религией, наоборот Церковь широко использовалась Советским государством в вопросах внешней и внутренней политики.
Потепление в государственно-церковных отношениях в 1943 году было неразрывно связано с изменением отношения значительной части общества к религиозной проблематике, происшедшему к этому времени. В период сложного военного положения страны, большая часть населения определяло себя верующими людьми. Общественное настроение, существенная материальная и моральная поддержка, оказываемая Церковью в Великой Отечественной Войне — все это побудило Советское государство в 1943 году произвести ряд кардинальных изменений в своей религиозной политике.
Таким образом, государственно-церковные отношения в течение всего выбранного для рассмотрения периода находились в непосредственной зависимости от политического курса советского правительства. Их особенности и характер были обусловлены конкретно-историческими и международными условиями, в которых находилась страна. Существенное изменение положения церкви произошло в годы Великой Отечественной войны: она стала легальной, законно признанной организацией, получившей определенные права. Начался процесс открытия церквей и возрождения епархий. При этом граждан не преследовали за то, что они являлись верующими, что позволило нормализовать духовно-нравственную обстановку в стране.
Стремительность процесса возрождения государственно-церковных отношений в годы войны, в самое трудное для страны время, позволяет сделать вывод о том, что вытеснение православной церкви, а также религии в целом из жизни общества, ущемление религиозных прав и свобод верующих противоречили духовно-нравственным потребностям граждан СССР.
Однако слишком явная зависимость конфессиональной политики от внутри- и внешнеполитических задач и в определенной мере подчинённость Русской православной церкви государству не позволяют говорить о подлинной свободе совести в СССР даже в период Великой Отечественной войны.
Этот вывод, на наш взгляд, подтверждает позиция руководителя Совета по делам Русской православной церкви Г. Г. Карпова, подчеркивавшего следующее: «Надо помнить, что оскорбление религиозных чувств верующих нисколько не ослабляет религию, напротив, укрепляет её. Такие способы борьбы с религией находятся в противоречии с установками партии и советского законодательства» [26, л. 166].
Литература:
1. История Великой Отечественной войны 1941−1945 гг. М., 1960.
245с.
2. Карпов Г. Г. О Русской Православной Церкви. М., 1946. 47с.
3. Каштанов С. М. Очерки советской истории. М.: Наука, 1999.- 135с.
4. Материалы встреч руководства СССР с руководством церквей в 1988 году в связи с 1000-летием крещения Руси. // Правда. 1988. 30 апреля, 11 июня. 5 с.
5. Мигович И. И. Развитие взаимоотношений государства и церкви в контексте нового политического мышления. М.: Знание, 1990. 36 с.
6. Одинцов М. И. Государство и церковь в России. XX век. М.: Луч, 1994. 174 с.
7. Советское государство и русская православная церковь: к истории взаимоотношений. М.: ГПИБ, 1990. 54с.
8. Такер Р. Сталин. Путь к власти. М, 1990. 508 с.
9. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф. 1235. О. 130. Д. 15. Л. 226.
10. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ).
Ф. Р-6991. Оп. 1. Д. 6. Л. 3.
11. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ).
Ф. Р-6991. Оп. 1. Д. 3.
12. Российский государственный архив социально-политической истории (РГАСПИ). Ф. 17. Оп. 132. Д. 6.
Никулин Максим Владимирович, аспирант, ultrassmahotmail. com, Россия, Москва, Российский экономический университет им. Г. В. Плеханова.
CARDINAL CHANGE IN POLICY OF THE STATE IN RELATION TO RUSSIAN ORTHODOX CHURCH IN THE DAYS OF THE GREAT PATRIOTIC WAR
M.V. Nikulin
The Russian Orthodox Church made an important contribution to mobilizing believers to fight the invaders, gave as much financial assistance as possible to the front and the population both on unoccupied and occupied territories, and by its international activities it facilitated the delivery of moral and material support to our homeland from various religious organizations abroad.
Key words: Russian Orthodox, Russian Orthodox Church, Soviet Union, War and the Church, Orthodoxy in the USSR, state-religion relations, religion, Patriarch.
Maxim V. Nikulin, post-graduate student, ultrassm@hotmail. com, Russia, Moskow, G.V. Plekhanov Russian Economic University.
УДК 94(47)& quot-1735/1791"-
ОСНОВНЫЕ ЧЕРТЫ ВЕЩЕВОГО ОБЕСПЕЧЕНИЯ ТУРЕЦКИХ ВОЕННОПЛЕННЫХ В РОССИИ В XVIII ВЕКЕ
В.В. Познахирев
Представлены условия и особенности вещевого обеспечения турецких военнопленных в России в периоды Русско-турецких войн 1735−1739 гг., 1768−1774 гг. и 1787 -1791 гг. -раскрыт порядок предоставления османским пленникам предметов одежды и обуви на тыловых сборных пунктах, на этапах эвакуации и в местах интернирования- констатируется отсутствие в России в XVIII в. целостной концепции вещевого обеспечения иностранных пленников.
Ключевые слова: Военная коллегия, интернирование, Правительствующий сенат, предметы обмундирования, русско-турецкая война, сборный пункт, турецкие военнопленные, эвакуация.
Одним из важнейших элементов тылового обеспечения военнопленных противника является их снабжение соответствующим сезону обмундированием. В то же время несвоевременное и (или) неполное предоставление указанным лицам требуемых предметов одежды и обуви влечет за собой:
— снижение темпов эвакуации пленников в тыл, особенно походным порядком-
— падение производительности их труда-

Показать Свернуть
Заполнить форму текущей работой