О некоторых негативных аспектах экономической стороны глобализации

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Экономические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК 101. 3:316. 3+330. 34
Чащин Елисей Владимирович
Пермский национальный исследовательский политехнический университет
О НЕКОТОРЫХ НЕГАТИВНЫХ АСПЕКТАХ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СТОРОНЫ ГЛОБАЛИЗАЦИИ Chashchin E.V.
Perm National Research Polytechnical University
ABOUT SOME OF THE NEGATIVE ASPECTS OF THE ECONOMIC SIDE OF GLOBALIZATION
Аннотация: Данная статья посвящена проблеме распространения
неолиберальных ценностей вестернизированной экономики на всё мировое сообщество. Это распространение осуществляется неблаговидным образом через нагнетание у широких социальных масс атмосферы страха перед завтрашним днем и безысходности, краткости собственного бытия. Обществу необходимо научиться отделять ложные знания и ценности от истинных. Осмысление проблемы сохранения человеческой личности, антропологического кризиса не менее важно, чем угроза глобальных катастроф. Это возможно с помощью культивирования новых способов мышления.
Ключевые слова: вестернизация, глобализм, мышление, неолиберализм, периферия, постиндустриализм, симуляция.
This article is devoted to the problem of the spread of neo-liberal values вестернизированной economy on the entire world community. This distribution is unseemly way through the injection of broad social masses atmosphere fear of tomorrow and hopelessness, brevity of its own being. Society needs to learn to decorate the false knowledge and values from the true ones. This is possible through the cultivation of new ways of thinking.
© Чащин Е. В., 2013
Key words: neoliberalism, globalism, Westernization, peripherals, thinking, simulation, post-industrialism.
На сегодняшний день с определенной долей уверенности можно сказать, что главным трендом современного общества является так называемое «временщичество»: человечество существует под постоянной угрозой
неминуемой глобальной катастрофы. Для активных деятелей современной неолиберальной экономики это — объективный источник выгоды [2]. Более того, именно раздутая угроза гибели человечества до сих пор удерживает представителей мировой капиталистической системы у руля политической власти [1- 9]. Скрытые в самой структуре экономических отношений лозунги: «Потребляй сегодня, не живи завтрашним днем, так как он может и не наступить" — «Трать свои деньги сейчас, потом может быть поздно" — «Бери «быстрый» кредит» — постоянно оказывают воздействие на мировосприятие современного человека. Тренд ожидания всеобщего конца активен, весом, эта сила постоянно подкрепляется новыми «фактами», привносимыми в общественное сознание в виде «достоверных» данных о положении бытия. Однако любой социальный риск должен быть оправдан. Современное экономическое мышление должно обеспечить более рациональное понимание ситуации, а панические настроения следует сменить разумным осознанием верифицируемых данных.
Анализируя проблему перенаселённости Земли в плане того, насколько глобальны её последствия, критически мыслящий исследователя вынужден признать, что нагнетание истерии среди разных слоёв населения вокруг обстоятельств потенциального демографического кризиса имело опосредованные трагические последствия. Когда исследователи, такие как Д. Мальтус, делали расчёты динамики роста населения [3], они, безусловно, не могли предвидеть всех ужасающих последствий своей работы. Но для завоевателей чужих стран и убийц их населения, например, последователей фашистских принципов, это обстоятельство послужило оправданием их преступной деятельности. Такими же доводами руководствуются активные сторонники концепции «золотого миллиарда», делая вывод о необходимости сокращения численности мирового населения до одного миллиарда человек с целью достижения комфортного уровня потребления ресурсов, ориентированного на западные нормы и стандарты. На сегодняшний день не существует однозначного ответа на вопрос о степени катастрофичности последствий демографического роста [5]. Многими исследователями признаётся факт наличия у Земли достаточного потенциала для обеспечения потребностей значительно большего, чем в современную эпоху, числа её жителей.
Вопрос об истощении невозобновимых ресурсов, напрямую связанный с демографической проблемой, также имеет дискуссионную подоплёку. Действительно ли обеспеченность энергоносителями и металлосодержащими рудами является стратегической инициативой, жизненно важной для населения мировых государств, или же это — очередная спекуляция со стороны поставщиков нефти, газа и меди? В свете последних достижений в области разработки и внедрения альтернативных источников энергии и новых композитных материалов данный вопрос звучит достаточно остро. Дискуссионным может стать вопрос о тяжести вероятных последствий глобальных эпидемий, вызванных распространением новых штаммов вируса гриппа. Возможность сговора со стороны фармацевтических компаний, занимающихся выпуском лекарственных средств и вакцин, обсуждается мировым сообществом так же активно, как и практически доказанный факт подделки исследователями-климатологами данных о глобальном потеплении климата.
Каково влияние экономической стороны глобализации на социокультурные основания международного труда — также дискуссионный вопрос. Однозначным является лишь то, что в ходе этих преобразований социальная напряженность усиливается. «Фиксация неравенства (и, ещё важнее, отсутствие обнадёживающей альтернативы) в век массовых коммуникаций может очень быстро разжечь пожар несогласия и противостояния» [7, с. 65]. Практически безграничный охват всех мировых экономик, вовлечение огромного человеческого потенциала, осознание имеющегося экономического расслоения, угрозы системам ценностей и традициям многих народов — всё это свойственно современному этапу становления информационного общества. «…мировая экономика не просто становится взаимозависимой, она интегрируется в практически единое целое. Понижая барьеры между суверенными государствами, глобализация трансформирует внутренние социальные отношения, жестко дисциплинирует всё «особенное». разрушает культурные табу. поощряет международных чемпионов эффективности» [7, с. 43].
Некоторые исследователи в качестве одного из основных признаков распространения вестернизированной модели экономики, консолидирующей различные части мирового экономического пространства, называют создание транснациональных корпораций как аккумуляторов и ретрансляторов ценностей западной системы производства-потребления, изменяющих мировоззрение оказавшихся под их влиянием социальных общностей по своему подобию. В то же время появляются корпорации, у которых отсутствует единый центр или его существование носит условный характер, поскольку в
компании происходит его замещение множеством локальных центров соответствующего функционального профиля, что становится основанием межкультурного разобщения. Для объяснения данного социальноэкономического феномена целесообразно использовать следующую схему глобального политического устройства, на основании которой — в соответствии с критерием экономического и технологического развития, а также уровнем потребления ресурсов на душу населения — все государства мира можно условно поделить на три группы.
Первую из этих групп будут составлять страны так называемого Ядра, Центра- своеобразной «метрополии» постколониального периода, с наиболее сильной экономикой, высокотехнологичными отраслями производства и с наивысшим уровнем потребления. Среди них можно выделить США, Канаду, Европейский союз, Японию. Ко второй группе, называемой Полупериферией, относятся государства мира, где актуально наблюдается заметный рост экономики, произошедший после длительного периода её застоя или стагнации. Они имеют достаточный потенциал, чтобы догнать страны Ядра по большинству показателей-критериев, однако для его реализации необходим продолжительный период времени. В этих странах есть относительно большое число квалифицированных рабочих рук, однако в технологическом плане они значительно уступают Центру, поэтому основным направлением их промышленного производства и главной доходной составляющей бюджета является переработка сырья, часто только первичная.
Наконец, третья группа — страны Периферии — представляет собой совокупность государственных образований с наиболее низким уровнем потребления, во многих случаях лежащим ниже физиологически обоснованного предела, то есть не позволяющим обеспечить население этих стран всем необходимым для полноценной жизни: достаточным количеством пищи, одежды, медикаментов. Большинство этих стран характеризуется значительным объёмом тех или иных неиспользованных ресурсов. Основная отрасль производства, реализующаяся на базе этих государственных образований, — добыча или производство тех или иных ресурсов, что демонстрирует объективную внешнюю зависимость Периферии, актуальную, поскольку в промышленности данных стран не существует соответствующего технологического обеспечения. Вероятность его приобретения упирается в явное отсутствие у них возможности догнать страны Ядра не только в темпоральном, но и в потенциальном смысле. На практике это может означать, что у данной категории стран относительно немного возможностей в
выравнивании уровня своего технологического и, как следствие, социальноэкономического развития со странами-лидерами.
Открытие мировых границ под предлогом обеспечения лучшей межнациональной коммуникации позволило корпоративному бизнесу извлечь максимальную со времён колониализма прибыль. Зная ценовую стоимость добычи, переработки и реализации готовой продукции, а также размер налоговой ставки на разных территориях планеты, крупный предприниматель смог комбинировать оптимальные для него факторы и создать максимально выгодную производственную цепочку. Как правило, она стала выглядеть следующим образом.
Добыча сырья производится в странах со слабыми экономическими позициями, где довольно низкое или вообще отсутствующее собственное промышленное производство оставило ресурсную базу, такую как полезные ископаемые (например, минеральное сырье и энергоносители), древесина, чистая вода, практически нетронутой. В качестве оплаты за предоставленную возможность оперирования своим естественным потенциалом крупный иностранный бизнес предоставляет незначительную часть добытого ресурса данной, как правило аграрной, стране или же платит незначительные по отношению к реальной стоимости потенциального товара налоги. Эти государства — страны Периферии, приобретшие статус сырьевых придатков -не имеют возможности самостоятельно получать такую значительную прибыль от эксплуатации собственных ресурсов, не располагая соответствующими технологиями, но осознавая, однако, необходимость накопления средств для своей модернизации. В современной исторической ситуации это, по сути, равнозначно сохранению их собственного существования, поэтому они вынуждены мириться с таким, во многом несправедливым по отношению к ним, положением дел.
Далее добытое сырьё оказывается в странах Полупериферии, где уже имеется необходимый потенциал для его переработки, есть достаточное число квалифицированных, но нетребовательных в плане денежного содержания специалистов, существует относительно развитая промышленная база. Многие из этих стран относятся к бывшему социалистическому лагерю. После развала Варшавского договора они сохранили часть своего потенциала. Большинство из них характеризуется индустриальной или аграрно-индустриальной экономикой. Вложив небольшие средства в модернизацию устаревшей инфраструктуры, монополии могут достаточно эффективно переработать ресурс и, распределив его часть в государстве-переработчике, отправить остальное в страны
постиндустриального Ядра, где этот ресурс, если это необходимо, подвергается окончательной высокотехнологичной переработке либо сразу потребляется.
Таким образом, все три категории стран в той или иной степени оказываются потребителями готового продукта, однако самыми сложными наукоемкими технологиями обладают только страны, относящиеся к Ядру: странам Полупериферии отводится лишь минимально необходимое для их внутреннего производства количество высоких технологий- периферийные государства полностью лишаются доступа к ним. При этом необходимо учитывать, что, если в странах Ядра зарплата сотрудников корпораций несопоставимо выше их трудозатрат, в странах Периферии она многократно ниже фактической прибыли, получаемой владельцами компании от использования данного трудового ресурса. Это означает наличие дополнительного источника сверхприбылей у флагманов неолиберальной экономики и, как следствие, наличие у них эффективных способов влиять на события, лежащие вне сферы их юридического поля.
В ранние периоды либерализма, когда рыночные механизмы расцвета индустриального общества действительно обладали некоторыми объективными возможностями регулировать ценовую стоимость на основании совместного договора между продавцом товара и его покупателем, возникновение подобной ситуации было маловероятным. Сейчас, на закате индустриальной экономики, готовящейся к переходу в постиндустриальное состояние, ситуация изменилась в сторону доминирования глобального продавца над глобальным покупателем. ТНК имеют возможность самостоятельно формировать цены на тот или иной товар, а рынок в лице потенциальных его потребителей вынужденно подстраивается под них. Сами производители формируют уже не ценовую, а меновую стоимость конечного товара.
Данная схема максимального извлечения прибыли из естественного потенциала всего мира может быть дополнена и соответствующей неэффективной схемой уплаты налогов, то есть, в сущности, того, что должно нивелировать их деструктивную для определённых частей социума и природы деятельность. В конечном счёте, попытка компенсировать обществу, главным образом, производительным силам, создавшим прибавочный продукт, их реальные трудозатраты смягчила бы социальное неравенство в мире. Также более эффективная система мирового налогообложения могла бы возместить ущерб, нанесённый деятельностью ТНК био- и геосфере.
На практике же основную часть налогов монополии достаточно часто платят в так называемых оффшорных зонах: странах и отдельных
территориальных образованиях с максимально привлекательной для
иностранных агентов налоговой политикой, где вложенные средства могут быть исключены из мирового оборота. Большинство стран Центра: США, государства Западной Европы, принявшие их правила игры Япония и «азиатские тигры» хотя и породили из своих недр крупнейшие компании, но остаются фактически лишь условными хозяевами транснациональных корпораций. Они не имеют реального, объективного экономического и политического контроля за деятельностью ТНК, а зачастую сами, в лице своих политических элит, оказываются под прессом того или иного корпоративного лобби. Не имея единого социокультурного центра, руководствуясь приоритетом защиты собственных интересов, а не сохранения благосостояния той или иной нации, ТНК, тем самым, теряют остатки ответственности перед обществом в целом и его структурными элементами в частности.
Постоянное увеличение скоростей вещественного и информационного перемещения оказывает помощь крупному бизнесу не только прямо, в непосредственной форме, позволяя быстрее осуществлять производство и распределение, обмен денежно-товарных ресурсов, но и косвенно: облегчается управление людьми, появляются новые условия контроля над их деятельностью и общественным сознанием в целом.
Более сложный в технологическом смысле автоматизированный труд становится более простым в плане комплексного контроля над производительными силами. В классическом машинном производстве индустриальной эпохи трудящийся и механизм действовали как единое целое, ритм работы машины во многом определял особенности практического и теоретического восприятия действительности её оператора, позволяя в некоторых случаях характеризовать его роль в совместном функционировании в виде придатка машины. Современный постиндустриальный труд становится более эксклюзивным, творческим, наукоёмким [4- 8]. Он более не
подразумевает преобладания «механического» мышления над «рефлексивноаналитическим», более необходимым для современной практической деятельности, реализуемой в рамках соответствующей общественноисторической практической ситуации.
Однако обратное влияние орудия производства на субъект деятельности не уменьшилось, а приобрело новую форму. Человек становится творцом, стремящимся упрочить свое положение по отношению к вещественному миру, в том числе и к созданной им же «второй природе». Подобно тому как в классической физике существует фундаментальный закон, в соответствии с которым сила действия равна силе противодействия, во взаимоотношениях человека с окружающей его реальностью возникает схожая тенденция. Более
сложная машина, как и прежде, диктует формы деятельности и вдохновляет своим способом работы оператора на творчество. Иными словами, ЭВМ не только копирует физиологическое устройство мозга, но при дублировании идеальных операций, производимых с помощью этой системы, способа создавать состояния, при которых сознание взаимодействующего с ней оператора приобретает черты ведомого компонента, стороны связки.
Одно из немногих принципиальных отличий мышления от своего сложноорганизованного электронного или вероятного в будущем биохимического аналога будет заключаться в возможности глубинной рефлексии, осуществление которой искусственными системами, в том числе реализованными на биологическом субстрате, представляется практически невыполнимым. Это проявляется, например, в процессе общения, когда мысль человека направлена на оценку аргументов собеседника и принимает либо не принимает их. При этом каждый единичный акт мышления должен «интраполировать», «голографировать», то есть отражать в себе всю интенциональную ситуацию, то есть придерживаться общей логики коммуникации, отраженной в сознании выразившего его субъекта.
Программная среда сверхсовершенного компьютера, в отличие от человеческого сознания, не имеет возможности для самостоятельного внедрения и последующего коренного преобразования собственной системы управления в связи с отсутствием механизма творческого рефлективного анализа. Постоянная работа со сложными информационно-командными системами создает у оператора видимость полноценного контроля машины над осуществляемыми действиями. В результате работник может частично передать машине свои обязанности и уменьшить собственное рефлектически-анализирующее присутствие в осуществляемом процессе. Последствиями такого отношения могут стать не только техногенные катастрофы, но и менее трагические в физическом смысле, однако не менее опасные для социума психологические результаты. Субъектом, не осознающим последствий собственных действий, сможет управлять другой реализующий свои цели субъект, использующий для этого принципы, схожие с применяемыми для манипуляции автоматом, то есть машиной, с которой объект манипуляции потенциально взаимодействует.
Симулякризацию мышления, являющуюся негативной стороной расширения ментального многообразия, провоцирующую ситуацию, при которой количество симулятивных субкультур способно потенциально превысить численность населения Земли, можно назвать, наравне с тотальной унификацией, ещё одним из последствий подобного внешнего воздействия на
течение социально-психологических процессов. В связи с этим ситуация, сложившаяся в системе современных финансовых и торговых институтов, может быть отражена в афоризме Оливера Кромвеля: «На Бога надейся, а порох держи сухим». Однако не стоит забывать о низкой вероятности всеобщего и неминуемого глобального уничтожения. Понимая, что масштабы катастроф чрезвычайно преувеличены, необходимо обратить внимание на более насущные вещи, такие как «проблема сохранения человеческой личности, человека как биосоциальной структуры в условиях растущих и всесторонних процессов отчуждения. Эту глобальную проблему иногда обозначают как современный антропологический кризис» [6].
Библиографический список
1. Дебор Г. Общество спектакля. — М.: Логос, 1999.
2. Калашников М. Ф. Социальный идеал. Теория и современность: монография. -Пермь: Изд-во ПГПУ, 2006.
3. Мальтус Т. Опыт закона о народонаселении. — М.: Библиотека экономистов, 1895.
4. Маркузе Г. Одномерный человек. Исследование идеологии развитого индустриального общества. — М.: ACT, 2002.
5. Медоуз Д. и др. Пределы роста. 30 лет спустя. — М.: Академия, 2007.
6. Стёпин В. С. Философия науки. Научное познание как социокультурный феномен / Центр гуманитарных технологий. — URL: http: //gtmarket. ru/laboratory/basis/5321/5324 (дата обращения: 20 мая 2013 г.).
7. Уткин А. И. Мировой порядок XXI века. — М.: Эксмо, 2002.
8. Фукуяма Ф. Наше постчеловеческое будущее: Последствия биотехнологической революции. — М.: АСТ- Люкс, 2004.
9. Шиллер Г. Манипуляторы сознанием. — М.: Мысль, 1980.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой