О некоторых структурно-словообразовательных особенностях тюрко-татарских топонимов Южного урала и Зауралья

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Языкознание


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

13. Татар халык сейлэшлэре: Ике китапта. Казан: Мэгариф, 2008. I китап. 463 б.
14. Хайрутдинова Т. Х. Златоустовский говор татарского языка. Казань: Тат. кн. изд-во, 1985. 158 с.
БУЛАТОВА МИННИРА РАХИМОВНА — аспирантка отдела лексикологии и диалектологии, Институт языка, литературы и искусств имени Г. Ибрагимова, Академия наук Республики Татарстан, Россия, Казань (m.r. bulatova@mail. ru).
BULATOVA MINNIRA RAKHIMOVNA — post-graduate student of Lexicology and Dialectology Department, Institute of Language, Literature and Arts named after G. Ibragimov, Academy of Science of the Republic Tatarstan, Russia, Kazan.
УДК 811. 512.1 '-372=811. 512. 145'-372
Р.Р. ГАТАУЛЛИН
О НЕКОТОРЫХ СТРУКТУРНО-СЛОВООБРАЗОВАТЕЛЬНЫХ ОСОБЕННОСТЯХ ТЮРКО-ТАТАРСКИХ ТОПОНИМОВ ЮЖНОГО УРАЛА И ЗАУРАЛЬЯ
Ключевые слова: Южный Урал, Зауралье, топонимия, тюрко-татарские топонимы, структурно-словообразовательный анализ.
Рассмотрены некоторые структурно-словообразовательные особенности тюркотатарских топонимов Южного Урала и Зауралья, а именно — словообразовательные аффиксы. Известно, что в этих землях с древнейших времен происходили различные этнические процессы с участием тюркских народов, в том числе татар. В результате эти процессы наложили отпечаток на топонимический ландшафт региона.
R.R. GATAULLIN SOME STRUCTURAL AND WORD-BUILDING FEATURES OF THE SOUTH URALS AND THE TRANS-URALS' TURKO-TATAR TOPONYMS
Key words: South Urals, Trans-Urals, toponyms, structural and word-building analysis.
Some structural and word-building features of the South Urals and the Trans-Urals' turko-tatar toponyms are considered in the article with particular attention to word-building affixes. It is well known that, different ethnic events have taken place there with Turkic and Tatar participation.
s a result, all these events are impressed in the topoymic landscape of the region.
На этнографической карте России, в самом ее центре можно увидеть обширную территорию Южного Урала и Зауралья, являющуюся своего рода мостом между Европой и Азией. Тысячелетиями в этом регионе происходили важные для истории человечества события, которые неизменно сопровождались контактами многих этносов и этнических групп. Земли Южного Урала и Зауралья с древнейших времен привлекали к себе множество различных кочевых племен, в том числе и тюркских, и это формировало новые характерные черты антропологического и этнолингвистического облика коренного населения. Эти черты можно наблюдать и в топонимии региона, где наряду с другими особо выделяется тюрко-татарский пласт. Изучение связей народов и их языков на материале топонимии имеет важное значение для восстановления картины этнических контактов в прошлом. Это особенно важно в тех случаях, когда отсутствуют другие источники и, прежде всего, письменные доказательства.
Всякое топонимическое исследование включает в себя анализ структуры и особенностей словообразования собственных имен, что способствует более полному описанию внутренней организации названий, а также позволяет определить их семантику и этимологию. Поскольку топонимы входят в словарный состав языка и по своей сущности представляют лексемы, то закономерности, действующие в нарицательных словах, обнаруживаются и в сфере собственных имен, в том числе и в топонимии. Исследования показывают, что топонимия использует почти те же словообразовательные средства, которые применяются в производстве новых слов в апеллятивной лексике — это лексико-семантический, фонетический,
морфологический, синтаксический способы. Как и в апеллятивах, в топонимии основным критерием для определения какого-либо слова по способу образования служит то, что легло в основу изменения, возникновения нового слова.
Структурно-словообразовательный анализ топонимов с выявлением топонимических моделей и всех аффиксов, участвующих в образовании топонимов, представляет большой интерес, так как структура — это та форма, в которой отражается содержание онима и при помощи которой топоним выполняет номинативную и дифференцирующую функции, т. е. структура является одним из способов номинации. Современные исследования ученых показали, что топонимия использует широкий круг способов словообразования, имеющихся в языке. Однако, как указывает А. В. Суперанская, «…из всего многообразия словообразовательных средств на определенной территории используется лишь определенное число типов, наиболее приемлемых для данной местности» [6. С. 89]. Считается, что причина этого явления связана с историей заселения края, с этническими и языковыми процессами, происходившими на этой территории.
Словообразовательному анализу тюркской топонимии исследователями уделяется большое внимание. Специальный грамматический анализ тюркских топонимов проводился А. А. Бонюховым, А. Абдрахмановым, Г. И. Донидзе, К. Ф. Гриценко, Т. Д. Джанузаковым (1976), О. Т. Молчановой (1982), Г. Ф. Сатта-ровым (1966), А. А. Камаловым (1994), Ф. Г. Гариповой (1975, 1991), Е.К. Кой-чубаевым (1974), Г. Е. Корниловым (1967), С. М. Моллазаде (1978), Р.Х. Суба-евой (1963), Ф. Х. Хисаметдиновой (1992) и др.
Исследователи по-разному подходят к анализу структуры тюркских топонимов различных территорий и по-разному решают вопрос об их структурных типах. Мы, исходя из материала, решили провести словообразовательный анализ тюрко-татарских топонимов Южного Урала и Зауралья, опираясь на работы указанных выше авторов. По способу образования топонимы можно разделить на простые и сложные. Простые делятся на простые непроизводные (безаффиксные) и простые производные (аффиксные). Сложные топонимы, в свою очередь, делятся на собственно-сложные, парные и составные.
Татарский язык располагает богатым набором словообразовательных аффиксов, обладающих разной продуктивностью и способностью создавать слова самой различной семантики. Часть этих аффиксов участвует в образовании тюр-ко-татарской топонимии Южного Урала и Зауралья. В результате структурнословообразовательного анализа тюрко-татарских топонимов Южного Урала и Зауралья нами были зафиксированы следующие словообразовательные аффиксы:
Аффикс -лы/-ле (башк. -ды/-де, -ты/-те). Этот аффикс называют аффиксом обладания, наличия, так как каждое имя с аффиксом -лы обычно выражает обладание определенным предметом или качеством. Большинство исследователей считают, что аффикс -лы произошел от суффикса -lik [2. С. 87].
Аффикс -лы является продуктивным в топонимии многих тюркоязычных регионов [4. С. 125]. В исследуемом нами регионе он представлен во всех лексико-семантических группах топонимов:
а) ойконимы: г. Касли & gt- Казлы, дер. Кырмыскалы (Кунашакский р-н, Челябинская обл.) —
б) гидронимы: оз. Балсыкты & gt- Балсыклы & gt-Балчыклы (Кунашакский р-н, Челябинская обл.), оз. Балыкты & gt- Балыклы (Красноармейский р-н, Челябинская обл.), оз. Джаланды & gt- Еланлы (Троицкий р-н, Челябинская обл.), оз. Касли & gt- Казлы, оз. Кугалы (Чебаркульский р-н, Челябинская обл.), оз. Кумырли & gt- К+мерле (Увельский р-н, Челябинская обл.), оз. Кырмыскалы (Кунашакский р-н, Челябинская обл.), оз. Майли & gt- Майлы (Октябрьский р-н, Челябинская обл.), оз. Сабакты & gt- Сабаклы & gt- Чабаклы (Кунашакский р-н, Челябинская обл.), оз. Суллы & gt- Сулы (Октябрьский р-н, Челябинская обл.), оз. Табанды & gt- Табанлы (Аргаяшский р-н, Челя-
бинская обл.), р. Ташлы, оз. Уленды & gt- Уленлы & gt- Улэнле (Аргаяшский, Верхнеуральский р-ны, Челябинская обл.), оз. Уректы & gt- Уреклы & gt- Урдэкле (Кунашакский р-н, Челябинская обл.), оз. Чучкалы (Красноармейский р-н, Челябинская обл.), оз. Атавлы (Сафакульский р-н, Курганская обл.) — оз. Карагайлы (Сафакульский р-н, Курганская обл.), оз. Касли & gt- Каслы & gt- Кашлы (Каргапольский р-н, Курганская обл.), оз. Кукыйлы (Сафакульский р-н, Курганская обл.), оз. Кутырды & gt- Кутырлы (Сафакульский р-н, Курганская обл.), оз. Менкили & gt- Мэнкиле (Сафакульский р-н, Курганская обл.), оз. Сулюкли & gt- Свлекле (Сафакульский р-н, Курганская обл.), оз. Убалы (Альменевский р-н, Курганская обл.), оз. Юрахлы (Варгашинский, Лебяжьевский р-ны, Курганская обл.), оз. Ясакли & gt-Ясаклы (Альменевский р-н, Курганская обл.) —
в) оронимы: гора Айдырлы, гора Бешмекты & gt- Бэшмэкле, гора Ташлы, гора Тырнаклин & gt- Тырнаклы (Саткинский р-н, Челябинская обл.), хр. Шелкан-ды & gt- Шалканлы (Уйский, Чебаркульский р-ны, Челябинская обл.), хр. Юкала & gt- Юкэле (Катав-Ивановский р-н, Челябинская обл.) —
г) микротопонимы: рч. Бурля & gt- Буреле, п. пр. Увельки, бас., Уя, л. пр. Урала (Ашинский р-н, Челябинская обл.), рч. Кайракты & gt- Кайраклы, п. пр. Бол. Караганки, бас. Урала (Карталинский р-н, Челябинская обл.), рч. Карама-лы, л. пр. Ниси, бас. Юрюзани, рч. Сарымсаклы, п. пр. Зингейки, бас. Урала, оз. Силикты & gt- Силиклы & gt- Свлекле (Кунашакский р-н, Челябинская обл.), рч. Терекле & gt- Тирэкле, п. пр. Урала.
Аффикс -лык/-лек. Об этимологии данного суффикса имеется несколько точек зрения. Так, например, В. Котвич пишет: «Не исключено, что -l'-(y, -lig — не исконная форма суффикса- исконной формой следует считать l- ведь и до сих пор l является признаком множественного числа». В. Банг считает, что этот суффикс произошел от самостоятельного слова il «повесить». Н. А. Баскаков возводит его к слову lik, которое встречается в некоторых тюркских языках в значении «обильный, полный». Эту точку зрения разделяют Д. Г. Тумашева [7. С. 69] и Ф. А. Ганиев [2. С. 78].
Аффикс -лык в современном татарском языке является многозначным высокопроизводным аффиксом. Ф. А. Ганиевым зафиксировано 20 значений данного аффикса, среди которых можно выделить значения места, изобилующего определенными предметами или указывающего, где хранятся эти предметы, лица, занимающего определенное положение в обществе, материала, предназначенного для изготовления определенных предметов, духовных и физических качеств человека и т. д. [2. С. 81−84]. В топонимии Южного Урала и Зауралья он не является продуктивным. Нами были зафиксированы лишь несколько топонимов, образованных посредством данного аффикса:
а) ойконим: пос. Котлик & gt- Котлык (Челябинская обл.) —
б) гидронимы: оз. Майлык (Альменевский, Щучанский р-ны, Курганская обл.), оз. М. Кушлук & gt- Кошлык (Частозерский р-н, Курганская обл.) —
в) микротопоним: бол. Сазлык (Аргаяшский р-н, Челябинская обл.).
Аффикс -ак/-эк. Большинство тюркологов происхождение данного аффикса связывают с суффиксом -gak [3. С. 111]. Есть также предположения о том, что он восходит к суффиксу -лак, который встречается в башкирском слове торлак «дом, обиталище», которому в татарском языке соответствует слово торак «дом» [2. С. 102]. В современном татарском языке он выражает значения лица, являющегося носителем признака, указанного в основе орудия или средства, предназначенного для данного действия, места, имеющего связь с определенным состоянием, предмета, являющегося результатом выраженного в основе действия или состояния [2. С. 102−103]. В изучаемом нами регионе аффикс -ак был зафиксирован в составе следующих топонимов:
а) ойконимы: пос. Карсанак, с. Кунашак (Кунашакский р-н, Челябинская обл.), пос. Тайнак (Еткульский р-н, Челябинская обл.), дер. Шабалтак (Красноармейский р-н, Челябинская обл.) —
б) гидронимы: р. Тогузак, п. пр. Уя, бас. Тобола, оз. Тугуняк (Кунашакский р-н, Челябинская обл.), оз. Чегалак (Варненский р-н, Челябинская обл.), оз. Кармышак (Сафакульский р-н, Курганская обл.), р. Кизак & gt- Кизэк (Мокроусовский р-н, Курганская обл.), р. Тебеняк & gt- Тибэнэк (Белозерский р-н, Курганская обл.) —
в) микротопонимы: рч. Юрак, л. пр. Ая, бас. Уфы, лес Сирак (Альменев-ский р-н, Курганская обл.).
Аффикс -ыш/-еш, -ш. По этимологии аффикса -ыш в тюркологии особых исследований не имеется. По мнению В. Н. Хангильдина, этот аффикс объединяет в себе два разных суффикса — имени действия и суффикса взаимносовместного залога [8. С. 69]. Примерно к такой же точке зрения склоняются Э. В. Севортян [5. С. 140−141] и Ф. А. Ганиев [2. С. 97].
Если в современном татарском языке аффикс -ыш в качестве производящих основ имеет только глаголы и выражает значения названия, результата, способа совершения действия, то в топонимии Южного Урала и Зауралья он присоединяется как к глагольным, так и к именным основам:
а) гидронимы: оз. Куяныш (Кунашакский р-н, Челябинская обл.), оз. Сур-таныш & gt- Чуртаныш (Кунашакский р-н, Челябинская обл.), Бердениш & gt- Бир-дэнеш (Каслинский р-н, Челябинская обл.), р. Суварыш, бас р. Исеть (Далма-товский, Катайский р-ны, Курганская обл.) —
б) микротопонимы: рч. Багруш & gt- Багрыш, л. пр. Ая (Кусинский р-н, Челябинская обл.), рч. Бердяуш & gt- Бирдэвеш, п. пр. Бол. Сатки, бас. Ая (Саткинский р-н, Челябинская обл.), рч. Бердяш & gt- Бирдэш, л. пр. Юрюзани (Катав-Ивановский р-н, Челябинская обл.), рч. Ергалаш, л. пр., Ураим, бас. Уфы (Нязепетровский р-н, Челябинская обл.), рч. М. Суварыш (Далматовский р-н, Курганская обл.).
Аффикс -ды/-де. В топонимии Южного Урала и Зауралья нами были зафиксированы топонимы, которые образованы на основе глаголов посредством аффикса определенного прошедшего времени:
а) гидронимы: оз. Бильтерды & gt- Белдерде (Аргаяшский р-н, Челябинская обл.), оз. Калды (Кунашакский р-н, Челябинская обл.), оз. Курлады & gt- Хурлады (Красноармейский р-н, Челябинская обл.), оз. Сергайды & gt- Саргайды (Аргаяшский р-н, Челябинская обл.), оз. Увильды & gt- Уелды (Аргаяшский р-н, Челябинская обл.), оз. Бикбир-ды & gt- Бикбирде (Сафакульский р-н, Курганская обл.), оз. Сардыкты (Сафакульский р-н, Курганская обл.), оз. Шилганды (Сафакульский р-н, Курганская обл.) —
б) оронимы: хр. Бакты (Катав-Ивановский р-н, Челябинская обл.), хр. Бардым (Нязепетровский р-н, Челябинская обл.) —
в) микротопонимы: рч. Булдым, п. пр. Вязовки, бас. Оз (Каслинский р-н, Челябинская обл.), рч. Урляда & gt- Урлэде, л. пр. Урала.
Аффикс -дык/-дек. О происхождении данного аффикса имеется ряд высказываний. Так, Н. А. Баскаков возводит его к показателю атрибутивных форм глагола [1. С. 395]. М. Рясенен аффикс -дык рассматривает наряду с аффиксом -дырык. Ф. А. Ганиев его этимологию связывает с несколькими аффиксами, а именно, с -да + -вык, -дырык и -лык [2. С. 112].
В современном татарском языке аффикс -дык выражает разнообразные значения, а именно, значения предмета, тесно связанного в каком-либо отношении со значением основы или являющегося результатом какого-либо действия, или же орудия, приспособления, служащего для действия, обозначенного в основе, а также лица, характеризующегося качеством, отмеченным в основе [2. С. 113−114]. В топонимии изучаемого нами региона этот аффикс не является продуктивным. Он был зафиксирован лишь в составе нескольких топонимов:
а) ойконим: с. Кочердык (Октябрьский р-н, Челябинская обл.) —
б) гидронимы: оз. Сыкандык & gt- Сагындык (Красноармейский р-н, Челябинская обл.), оз. Калтык & gt- Калдык (Лебяжий р-н, Курганская обл.), р. Кочердык (Целинный р-н, Курганская обл.) —
в) микротопоним: рч. М. Кочердык (Целинный р-н, Курганская обл.).
Аффикс -ган/-гэн. Данный аффикс генетически связан с аффиксом причастия. Но слова, образованные данным суффиксом, нельзя рассматривать как лексикализацию причастных форм по причинам, высказанным в свое время Э. В. Севортяном [5. С. 313]. Аффикс -ган, в основном, присоединяется к глагольным основам и образует слова со значением лица или предмета, характеризующегося признаком, указанным в основе [2. С. 120]. В исследуемом нами регионе он был зафиксирован в составе следующих топонимов:
а) ойконимы: пос. Салган (Аргаяшский р-н, Челябинская обл.), г. Курган (Курганская обл.) —
б) гидронимы: оз. Б. Камаган (Белозерский, Каргапольский р-ны, Курганская обл.), р. Камаган (Юргамышский р-н, Курганская обл.), оз. М. Камаган (Белозерский р-н, Курганская обл.), р. Убаган (Звериноголовский р-н, Курганская обл.).
Аффикс -мак/-мэк. Вопрос о происхождении аффикса -мак в тюркологии является спорным. По мнению Э. В. Севортяна, аффикс -мак вторичен по отношению к аффиксу -ма. Это предположение в свое время также было высказано В. Бангом [5. С. 303]. Г. Рамстедт считает его состоящим из элементов -м + -ак. Н. А. Баскаков полагает генетически родственными аффиксы -м, -ма и -маг [1. С. 391]. По А. Н. Кононову, он является сложным аффиксом, восходящим к -ма + -га [2. С. 121]. Аффикс -мак всегда присоединяется к глагольным основам и образует слова со значениями орудия или приспособления, служащего для действия и движения, предмета или объекта, являющегося результатом указанного в основе действия, места, возникшего в результате данного действия, а также предмета или объекта, характеризующегося признаком, указанным в основе. В исследуемом нами регионе он был зафиксирован в составе следующих топонимов: оз. Кулмак & gt- Кулмэк (Красноармейский р-н, Челябинская обл.), оз. Сугомак & gt- Сугамак, оз. Сугурмак & gt- Суырмак (Че-баркульский р-н, Челябинская обл.), оз. Тумак (Варненский р-н, Челябинская обл.), лес Кюсмяк & gt- Квсмэк (Альменевский р-н, Курганская обл.).
Аффикс -кай/-кэй. Осложняет значение основы уменьшительно-ласкательными оттенками: оз. Баснекай & gt- Беснэкэй & gt- Беснэккэй & gt- Песнэккэй (Красноармейский р-н, Челябинская обл.), оз. Куликай & gt- Колакай (Кунашак-ский р-н, Челябинская обл.), оз. Мыркай (Красноармейский р-н, Челябинская обл.), оз. Кубакай & gt- Кубэкэй (Сафакульский р-н, Курганская обл.).
Аффикс -кын/-кен. Большинство ученых придерживаются мнения о том, что аффикс -кын генетически связан с аффиксом причастия -ган [2. С. 117- 5. С. 326]. Данную гипотезу подтверждают лексико-семантические особенности и характер употребления слов, образованных при помощи этого аффикса. Аффикс -кын, в основном, присоединяется к глагольным основам и образует слова со значением лица — носителя указанного в основе признака: пос. Каскын & gt- Качкын (Ку-синский р-н, Челябинская обл.), р. Эчкен (Далматовский, Шадринский, Шатров-ский р-ны, Курганская обл.), оз. Эчкен (Далматовский р-н, Курганская обл.).
Аффикс -мыш/-меш. Происхождение аффикса -мыш ученые связывают с аффиксом причастия прошедшего времени, характерного для огузских языков. По мнению В. Н. Хангильдина, он не является словообразовательным средством, так как в словах с аффиксом -мыш наблюдается лишь переход грамматических форм в существительные [8. С. 70]. Однако в современных тюркских языках кипчакской группы, в том числе и в современном татарском языке, отсутствуют грамматические формы с данным показателем, и, вследствие этого, слова с этим аффиксом ученые предлагают считать образованными путем суффиксации [2. С. 122]. Что касается семантики этих слов, они обозначают название процесса или действия, а также лицо или предмет, характеризующийся
признаком, указанным в основе: оз. Утемис & gt- Утэмеш (Варненский р-н, Челябинская обл.), р. Куртамыш, бас. р. Тобол (Куртамышский р-н, Курганская обл.), оз. М. Тукмыш (Шатровский р-н, Курганская обл.), р. Юргамыш, бас. р. Тобол (Кетовский, Мишкинский, Юргамышский р-ны, Курганская обл.).
Кроме указанных выше, нами были зафиксированы также единичные случаи использования следующих аффиксов:
-ма/-мэ. Большинство исследователей считают, что этот аффикс генетически связан с древнетюркским аффиксом имени действия -мак [1. С. 392-
2. С. 98]. Он, как правило, присоединяется к глагольным основам и выражает предмет или объект, полученный в результате действия или процесса: гора Курма, рч. Шарлама, п. пр. Урала (Агаповский р-н, Челябинская обл.) —
-чык/-чек. Этот аффикс является высокопродуктивным стилистическим аффиксом, но у него имеется также и словообразовательная функция. Исследователь Ж. Дени возводит аффикс -чык к слову чак «время, количество». К этому мнению присоединяется и Э. В. Севортян [5. С. 100]. По мнению Ф. А. Ганиева, аффикс -чык в обоих случаях (в стилистическом и словообразовательном) восходит к слову чак «маленький, малый», так как эта семантика сохранилась у стилистической функции аффикса [2. С. 90]. То же самое показывают и материалы нашего исследования: оз. Еланчик & gt- Еланчык (г. Миасс), гора Кукшик & gt- Кукчек (Саткинский р-н, Челябинская обл.).
-чы/-че. Несмотря на то, что данный аффикс является одним из высокопродуктивных и производных словообразовательных средств в тюркских языках, в частности в татарском, нами он был зарегистрирован только в одном топониме: оз. Аракчи & gt- Аракчы (Сафакульский р-н, Курганская обл.). О его происхождении в тюркологии существуют разные точки зрения. Так, Н. Ф. Катанов считает, что этот суффикс произошел от элемента чик путем отпадения конечного к. По мнению Г. Рамстедта, рассматриваемый аффикс восходит к китайско-корейскому слову ев] «человек, лицо, мужчина» [2. С. 72]. Данную гипотезу подтверждает и семантика слов, образованных при помощи аффикса -чы. Они выражают значение лица, занимающегося определенным родом деятельности-
-дак/-дэк. Слова с данным аффиксом обозначают предмет или объект, являющийся результатом действия, выраженного основой [2. С. 131]. Считается непроизводным аффиксом. В исследуемом нами регионе он был зафиксирован лишь в составе одного топонима: оз. Бугодак & gt- Бугадак (Верхнеуральский р-н, Челябинская обл.) —
-ман/-мэн. Является непроизводным аффиксом. Слова, образованные при помощи аффикса -ман обозначают предмет, объект, место, характеризующееся признаком, указанным в основе, а также орудие или приспособление, служащее для действия, указанного в основе [2. С. 133]. В топонимии Южного Урала и Зауралья он был зарегистрирован лишь в составе одного топонима:
03. Акман (Варненский р-н, Челябинская обл.) —
-р, -ыр/-ер. Принимая во внимание структуру и семантические особенности слов, образованных при помощи данного суффикса, ученые относят его к показателю причастия [2. С. 116]. Слова с данным аффиксом обозначают предмет, являющийся результатом указанного в основе действия: оз. Алтыр & gt- Ялтыр (Варненский р-н, Челябинская обл.).
Таким образом, наше исследование показало, что топонимы, образованные при помощи словообразовательных аффиксов, характерных для тюркских языков в целом и для татарского языка в частности, довольно часто встречаются в топонимической системе региона. Можно сказать, что аффиксация является ведущей в образовании тюрко-татарских топонимов Южного Урала и Зауралья.
Литература
1. Баскаков Н. А. Каракалпакский язык. Фонетика и морфология. М.: Изд-во АН СССР, 1952. Т. 2, ч. 1. 451 с.
2. Ганиев Ф. А. Современный татарский литературный язык: суффиксальное и фонетическое словообразование. Казань: Дом печати, 2005. 360 с.
3. Кононов А. Н. Грамматика современного узбекского литературного языка. М.- Л.: Изд-во АН СССР, 1960. 446 с.
4. Молчанова О. Т. Структурные типы тюркских топонимов Горного Алтая. Саратов: Изд-во Саратов. ун-та, 1982. 256 с.
5. Севортян Э. В. Аффиксы именного словообразования в азербайджанском языке. Опыт сравнительного исследования. М.: Наука, 1966. 437 с.
6. Суперанская А. В. Общая теория имени собственного. М.: Наука, 1973. 365 с.
7. Тумашева Д. Г. Хэзерге татар эдэби теле морфологиясе. Казан: КДУ нэшр., 1964. 299 б.
8. Хангильдин В. Н. Татар теле грамматикасы. Казан: Тат. кит. нэшр., 1959. 642 б.
ГАТАУЛЛИН РАДИК РАВИЛЕВИЧ — аспирант, Институт языка, литературы и искусств имени Г. Ибрагимова, Академия наук Республики Татарстан, Россия, Казань (Radik. gataullin1986@yandex. ru).
GATAULLIN RADIK RAVILEVICH — post-graduate student, Institute of Language, Literature and Arts named after G. Ibragimov, Academy of Science of the Republic of Tatarstan, Russia, Kazan.
УДК 81−115
Н.Н. КАНАШИНА
АТТЕНУАТИВНОСТЬ КАК КОМПОНЕНТ ФУНКЦИОНАЛЬНО-СЕМАНТИЧЕСКОГО ПОЛЯ ДИМИНУТИВНОСТИ В РУССКОМ, НЕМЕЦКОМ, МАРИЙСКОМ И ЧУВАШСКОМ ЯЗЫКАХ
Ключевые слова: диминутивность, диминутив, аттенуативность, аттенуатив, деинтенсификатор.
Исследована аттенуативность как компонент функционально-семантического поля диминутивности в разносистемных языках. Дан анализ разноуровневых конституен-тов поля, актуализирующих дескриптор «слабая интенсивность признака или процесса» в русском, немецком, марийском и чувашском языках. Исследование показывает наличие универсальных и лингвоспецифических компонентов поля в названных языках.
N.N. KANASHINA
ATTENUATION AS A COMPONENT OF THE FUNCTIONAL-SEMANTIC FIELD OF DIMINUTIVENESS IN THE RUSSIAN, GERMAN, MARI AND CHUVASH LANGUAGES Key words: diminutiveness, diminutive, attenuation, attenuative, non-intensifier.
This article explores attenuation as a component of the functional-semantic field of diminutiveness in the languages of different systems. It contains the analysis of constituents of different levels, which denote the low intensity in Russian, German, Mari and Chuvash languages. The study shows the existence of common and language-specific components of the field in the mentioned languages.
В современной лингвистике исследование категории диминутивности справедливо выходит за рамки ее представленности в сфере имен существительных- признается связь функционально-семантического поля диминутивности со множеством смежных полей, в том числе и полем интенсивности.
Предметы, их свойства, признаки и процессы различаются количественными характеристиками, и «интенсивность как ономасиологическая категория называет объективную количественную определенность того или иного признака» [14. C. 22]. Онтологическая изменчивость признака предполагает наличие в его семантике множества допустимых значений. Количественное определение качественных изменений подразумевает существование некоторого диапазона, характеризуемого степенью интенсивности данного признака.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой