Категоризация и ее основные принципы

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Языкознание


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК 81'-42- 81'-37
К.М. Абишева
КАТЕГОРИЗАЦИЯ И ЕЕ ОСНОВНЫЕ ПРИНЦИПЫ
В статье категоризация характеризуется как семантико-когнитивная деятельность, в процессе которой в семантические категории, рассматриваемые как множества, совокупности, сводятся языковые элементы, имеющие сходные или различительные признаки. Такие категории выделяются на основе ряда принципов, таких, как принцип прототипичности, принцип нестрогости категоризации, принцип континуальности, принцип разнородности признаков, принцип градуированности, принцип оппозиции. На основе таких принципов слова и фразеологизмы подвергаются первичной лексической категоризации.
Ключевые слова: категоризация, прототип, категория, континуальность, ментальная репрезентация, семантические категории, принцип разнородности и множества оснований категоризации.
В настоящее время актуальным представляется когнитивно-семантический анализ языка, позволяющий объяснить механизмы концептуализации, категоризации и вербализации в языке как форме сознания и мышления. В связи с этим большой интерес представляет проблема языковой категоризации, в том числе и фразеологической.
Категоризация — это мыслительная операция, направленная на формирование категорий как понятий, предельно обобщающих и классифицирующих результаты познавательной деятельности человека.
В когнитивной лингвистике категоризация рассматривается как когнитивная деятельность человека, на основании чего классифицирует вещи «обычный человек и как он сводит бесконечное разнообразие своих ощущений и объективное многообразие форм материи и форм ее движения в определенные рубрики» [Кубрякова 1992: 45].
Е. С. Кубрякова отмечает, что понятие категоризации является одним из фундаментальных понятий человеческой деятельности и одним из ключевых понятий когнитивного подхода. «Тесно связанное со всеми когнитивными способностями человека, — пишет Е. С. Кубрякова, — оно также связано со всеми компонентами самой когнитивной системы — вниманием и распознаванием объектов, умозаключениями, памятью. Способность классифицировать явления, распределять их по разным классам, разрядам и категориям свидетельствует о том, что человек в процессе восприятия мира судит об идентичности одних объектов другим, об их сходстве или, напротив, различиях. Категоризация — это главный способ придать воспринятому миру упорядоченный характер, систематизировать как-то наблюдаемое и увидеть в нем средство одних явлений в противовес различию других. Важно поэтому попытаться понять,
на основании каких критериев человек выносит подобное суждение и разносит увиденное, услышанное или прочувствованное по определенным группировкам» [Кубрякова 1999: 97]. В данном определении Е. С. Кубрякова акцентирует внимание как на необходимости изучения категорий, рассматриваемых как некоторая группировка, включающая в себя как множество тождественных единиц, так и критериев, на основании чего какие-либо элементы сводятся в определенные категории.
В настоящее время существует несколько подходов к выделению категорий как определенных совокупностей: 1) классический подход- 2) подход на основе семейного сходства- 3) про-тотипический- 4) логический- 5) полевой- 6) оппозиционный- 7) когнитивный.
Традиционный подход рассматривает категорию как «некое множество, все члены которого разделяют общие признаки. Чтобы быть подведенным под какую-либо категорию, объекты должны обладать всеми признаками основной категории, обладающей всеми существенными признаками. Классическое понимание категории предполагает наличие четко определенных единиц категории, которые определялись общими, достаточными и необходимыми свойствами объекта. Единицы категории — это дискретные сущности, присущие для любого члена рассматриваемой категории» [Аристотель 1999].
В теории семейных сходств Л. Витгенштейна выделение категорий производится не по наличию у основного объекта и членов группы существенных признаков, а на основе подобия тех или иных характеристик у основного члена группы и у остальных, входящих в данную категорию [Витгенштейн 1994]. В этом случае только часть элементов категории будет обнаруживать
какие-либо из этих признаков, другим элементам будут свойственны другие признаки, ив то же время нельзя выделить признаки, общие для всех членов категории, и при этом общие только для них [Болдырев 2012: 27].
Поиски учеными наиболее яркого, типического образца категории, привели Э. Рош к мысли о выделении прототипической категории (ядра) и периферии (членов категории). Э. Рош, рассматривая понятие категоризации, указала, что суть ее состоит в следующем: с одной стороны, признаки, обозначающие концепт и влияющие на образование категорий, обладают разной значимостью (весом). С другой стороны, представители категорий обладают разным набором этих признаков, различаясь по одним и объединяясь по другим признакам. Вследствие этого в категории можно выделить центр и периферию [Яо8Ь 1978].
В рамках теории прототипов выделяются перцептивные прототипические категории, подразделяющиеся на перцептивные и социальные. Перцептивные категории связаны с репрезентацией мира и выводятся из чувственного опыта, а вторые связаны с миром человека как носителя материально-духовной культуры и выводятся из его социального опыта [Шафиков 2007]. Выделяются два подтипа перцептивных категорий. Они отличаются друг от друга в зависимости от того, имеют ли объекты естественные границы (птица, рыба, дерево) или объекты образуются как некий диффузный континуум, границы которого устанавливаются лишь условно (цветовой спектр, диапазон, температура и др.). Категории объектов первого типа называются семантическими, а категории объектов второго типа — натуральными. В прототипических категориях семантика прототипа определяет значение наименования, исходя из представления о типичных условиях его употребления, которые образуют идеализированную когнитивную модель [Яо8Ь 1978]. В положениях прототипической теории подчеркивается возможность подведения под ту или иную категорию единицы, даже если ей не присущи абсолютно все признаки рассматриваемой категории. Мир прототипов, отраженный в интенсионалах соответствующих наименований, может варьироваться от культуры к культуре вследствие различного понимания категориального прототипа.
Понятие «категория» рассматривалась и с точки зрения логического подхода. Согласно логическому определению, данному философами, «категория» характеризовалась как предельно общее понятие, отражающее наиболее сущест-
венные, закономерные связи и отношения объективной действительности и познания, а категоризация стала отождествляться с логической операцией обобщения, которая заключается в целенаправленном переходе от видового понятия к родовому понятию, путем отбрасывания видообра-зующих признаков [Шафиков 2007].
Категории логики, философии, научные категории в разных областях знания рассматриваются как ментальные сущности — предельно общие понятия и наиболее общих, существенных свойствах и отношениях реальности, — результат сжатия неисчерпаемого многообразия мира [Фрумкина 2003]. До определенных рубрик (классов, групп, типов и подобных общностей объектов, явлений, отношений, действий и т. п.) — безотносительно к знаковым средствам и способам их реализации.
Представители полевого подхода выделяют категории на основе принципа семантической инвариантности / вариантности. Семантический инвариант — это элемент, образующий центр функционально-семантического поля. Он выполняет базовые семантические функции, а периферийные элементы — это варианты [Бондарко 2003].
Оппозитивный подход к выделению категорий образован на основе противопоставления членов одной категории другой или даже предполагают сходство членов категории с прототипом по существенным свойствам, но различия по наименее существенным признакам, «так как объекты реального мира обнаруживают некоторые сходства и различия, т. е. реальный мир не хаотичен и определенным образом структурирован» [Болдырев 2000].
Категории, выделенные на основе классического, прототипического, логического, полевого, оппозиционного подходов, по мысли Дж. Лакоф-фа, «не являются когнитивными», так как в них не учитывались далеко не все когнитивные механизмы, факторы и принципы категоризации как совокупности реальных ментальных операций, используемых человеком в процессах познания мира и его «оязыковления» [Лакофф 1988]. И только в современных лингвистических работах категории изучались как когнитивные категории в их языковом воплощении. В работах ряда ученых (рассматривающих категории в неразрывной связи с мышлением), было введено понятие «семантические категории». Такие категории рассматривались как мыслительно — языковые сущности. А. В. Бондарко подчеркивал, что «Являясь по своему происхождению внеязыковыми феноменами (ментальными репрезентантами ре-
альности), включаясь в языковое (семантическое) содержание сообщения в качестве его мыслительной основы, воплощаясь в нем, понятийные категории перестают быть собственно понятийными, неязыковыми» [Бондарко 2003: 56].
Когнитивный подход также выделяет категории на основе прототипов. Но в отличие от определения прототипа с психологической точки зрения, связанного с выделением категорий на основе экспериментов по категоризации, когнитивный подход определяет прототип как когнитивный ориентир, какой-либо образ, схему, идеал, стереотип [Лакофф 1988]. Н. Н. Болдырев указывает, что в этом случае в качестве когнитивных ориентиров выступает не один, а несколько концептов. Поэтому определение прототипа с когнитивной точки зрения можно представить следующим образом: «прототип — это концепт, лежащий в основе формирования категории и определяющий ее структуру и содержание, концепт категории или элемента категории. Иными словами, категории репрезентированы в нашем сознании данными концептами» [Болдырев 2012: 37].
Когнитивные категории имеют познавательную значимость, так как способствуют репрезентации окружающего мира в сознании человека, представляя собой «определенные рубрики опыта освоения этого мира и различного взаимодействия с ним. Познавая мир, человек сталкивается с разнообразием вещей, событий, их всевозможными характеристиками. Выделяя, осмысливая и сопоставляя их с имеющимися знаниями, он присваивает им конкретные обозначения, т. е. закрепляет их с помощью языка за данными рубриками — категориями в своем сознании [Болдырев 2011: 5].
Но отношения каких-либо предметов, явлений окружающего мира и какой-либо категории на основе их сходства и различия основывается на определенных принципах. В основе всякого познания лежит, прежде всего, поиск единого принципа, объединящего в одно целое разнородные явления. Единичное явление не должно оставаться единичным, оно должно быть подведено под какую-то категорию, в которой представлено как элемент определенной структуры (Э. Кассирер).
Поэтому выделяются пять принципов категоризации: 1) принцип прототипичности- 2) принцип учета нестрогости категорий- 3) множественность и разнообразие оснований категоризации- 4) принцип континуальности- 5) принцип градуированности. Принцип прототипичности
разрабатывался в теории прототипов, в которой акцент был сделан на „лучших представителях“ своей категории. В теории прототипов Э. Рош было дано полное описание свойств прототипов -типичных единиц и типовых единиц для определенного класса слов, были выявлены существенные черты организации и структурации естественных категорий.
Э. Рош, сделав предположение о том, что категории как мыслительные реалии имеют некую внутреннюю структуру, что отношения между категориями выстраиваются не только по вертикали „выше — ниже“, но и по горизонтали („более типичное — менее типичное“) сумела продемонстрировать неправильность членов одной категории. Одни из них (прототипы), будучи эталонами, представителями данного класса явлений, воплощают все наиболее характерные признаки категорий. Они образуют центр. Другие представители данного класса, обладающие лишь некоторыми из свойств, присущих прототипу, образуют периферию. Так, с точки зрения различной категоризации банан, яблоко, апельсин в равной мере являются фруктами, однако в действительности для одного народа яблоко „более фрукт“, чем банан. Для другого, наоборот, типичным фруктом является банан [Rosh 1978].
Отнесение единиц знания к определеным рубрикам опыта — категориям в основном осуществляется в рамках трех систем языковой категоризации: лексической, грамматической или интерпретирующей [Болдырев 2006, 2009].
Так, согласно принципу прототипичности отношения „более типичный“ (прототип) и „менее типичный“ проявляются в лексико-фразео-логической системе, например, во фразеологической категории „храбрый“. В данной категории „храбрый, как лев“, brave as a lion, арыстан ЖYректi — это прототипические фразеологизмы, выступающие как более типичные в разных языках. Они расширяют свое поле за счет включения в свое поле фразеологизмов, описывающих и характеризующих менее типичные признаки храбрости, например: айбар MYui3di, айбар Kepcemmi, элекедей жаланды, куш бeрмeдi, ер кеюрек, ер ЖYрeк, еркек туды, ер цара, fortune favours the brave, ein tapfere Mensch, den Tapferen spielen, brave man, a bold face on it, to brave it out и др.
На основе принципа прототипичности можно рассмотреть отношения между категорией и ее членами. При этом можно отметить способность категории к внутренней самоорганизации, когда она, выступая как центр поля (ядро), входит
в отношения с членами категории на основе сходства существенных признаков. В процессе выделения прототипов — фразеологизмов как инвариантов некоторой группы, а также членов данной группы мы учитывали соотношение ядра и членов группы не в плане их иерархичности, а в плане инварианта и варианта. Ядро (прототип) — это тот фразеологизм, в котором признак оценки выражен наиболее интенсивно, это инвариант. В вариантах не выражен более или менее интенсивно какой-то уровень оценочности. Так, в категориях благоразумный, „экономный“, „честный“, „добродетельный“ прототипами будут выступать такие фразеологизмы, как: „честный“: auf ehre halted (дорожить честью, быть щепетильным), auf Ehre und Gewissen (заверить по чести, совести), Bessel Ehr ohne Leben als Leben ohne Ehre (лучше честь без жизни, чем жизнь без чести), Ehre ge buhr (по заслугам и честь), in Ehre и др.
В категории „сильный“, „уверенный“ прототипом будет фразеологизм»: das ist seine Kraften angemessen, old bird an (стреляный воробей), high and mighties (сильные мира сего), einen langen Arm haben (обладать большой властью), ruhig Beut bewahren (сохранять спокойствие) и др.
Вторым принципом категоризации является учет нестрогости категоризации. В этом случае наблюдается развитие процессов фразеологической категоризации и подключение к ней новых членов. Исследования показали, что развитие процессов категоризации и подключение к ней новых ее членов в повседневной когнитивной практике происходит «не благодаря буквальному повторению у него (объекта познания — К.А.) характеристик, свойственных остальным членам категории, но благодаря повторению части этих характеристик». Поэтому и пингвина (не летающего), страуса (не поющего), относят к птицам (пример Э. Рош) — женщину, не родившую, не венчавшуюся, воспитывающую ребенка, называют матерью (пример Дж. Лакоффа).
Прототипическое устройство «естественных» категорий (т.е. категорий обыденной когнитивной практики), заключающееся в том, что некоторые из них «бытуют в сознании людей как гетерогенные образования, объединяющие члены с неравноправным статусом» [Rosh 1978] свидетельствует о нестрогом характере категоризации, об отступлении от логических принципов, действующих в области научной философской мысли и связанных с требованиями включить в категорию лишь те явления, которые обладают всем ком-
плексом сущностных категориальных признаков. Дело в том, что категоризация как один из базовых механизмов обработки информации, как утверждают авторы «Краткого словаря когнитивных терминов», связана «едва ли не со всеми когнитивными способностями и системами в его (человека — К.А.) когнитивном аппарате» [Кубрякова и др. 1996] и, таким образом, выходит за пределы, выработанные в научно-философской мысли, не ограничиваясь логическими принципами категориального расчленения мира в области научных понятийных систем и классификаций. Исследования показали, что развитие процесса категоризации и подключение к ней новых ее членов в повседневной когнитивной практике происходит «не благодаря буквальному повторению у него (объекта познания. — К.А.) характеристик, свойственных остальным членам категории, но благодаря повторению части этих характеристик» [Кубрякова и др. 1996: 43]. Нестрогий характер «повседневной» категоризации проявляется в том, что человек относит объект, названный словом, к определенной категории (классу, разряду, объединению) даже в тех случаях, когда последний обнаруживает лишь некоторые из признаков, формирующих представление о типичных представителях данной категории (прототипах). Так, принцип нестрогости категоризации позволяет объединить в одну категорию «время» различные обозначения времени (качественные, пространственные и количественные обозначения), например, равномерность, протяженность времени: заглянуть в будущее, кидать жребий, time hands heavily, time presses, die Zeit uberbrucken, die Zeit verkurzen, sich die Zeit verteiben, die Zeit verlie? t, die Zeit drangt, nach und nach Zeit и др- Однонаправленность времени: с течением времени, уацыт вткен сайын, дзл уацыты жеткенде, утро жизни, светлое будущее время, долг перед будущим, на носу, in der ersten Zeit, in der nachten Zeit, mit der Zeit, im Laufe der Zeit.
Количественное время: утро, вечер, обед, ночь, morning, evening, кеш бойы, кешке таман, ымырт, тацсэр1де.
Пространственная модель времени: ат шаптырым уацыт, б1р тYндiк жер, life span, айлыц жер идр.
Третьим принципом категоризации является множественность и разнородность оснований категоризации. Исследования показали, что обыденная категоризация не всегда берет во внимание научные принципы, поэтому человек
может категоризировать с позиции «мифологемы рационального мышления», в основе которой анализ объектов с целью выражения их существенных, объективно значимых принципов. Однако, абсолютизируя этот принцип, мы отделяем наше представление о когнитивной системе человека, поэтому необходимо учитывать разнообразие человеческих когниций, участвующих в познании мира и построении его ментальных репрезентаций, в том числе и посредством категориального расчленения.
Наблюдения за использованием языковых категориальных классификаторов показали, что отнесение слова (и, соответственно, объекта) к более общему классу осуществляется на основе определенных представлений о мире, а они, как известно, во многом субъективны, интуитивны, эмоциональны и не ограничиваются знанием его (мира) объективно значимых характеристик. Об одних из них, по наблюдению Э. Рош, люди могут не знать, вес других могут преувеличивать. Именно на этом основано предполагаемое ею условное разделение категорий на «природные» (более или менее перцептивно обусловленные, такие, как цвет, форма) и «семантические» (понимаемые в данном случае как обусловленные понятийно, концептуально, например: фрукты, птицы) [Rosh 1978].
Р. М. Фрумкина, рассматривая процесс категоризации на материале цветообозначений, показала, что процесс определения сходства и различий объектов (а именно на этой процедуре основана категоризация) весьма индивидуален и во многом обусловлен окружениями, непосредственными представлениями, чутьем и т. п., что определяет индивидуальный опыт человека. Именно поэтому стратегии категоризации у испытуемых оказались различными. Одни склонны усматривать сходство («дилетанты»), другие — различие («педанты»), одни всегда классифицируют по цвету, понимая по-лисемичность цветообозначений типа «лимонный», другие интерпретируют их как моносемич-ные, не указывающие на цвет объекта [Фрумкина 2003: 77].
Изучение фразеологической категоризации по цвету показало, что в языковых сознаниях представителей различных сообществ не совпадает категория цвета. Наблюдаются сходства и различия в их категоризации. В основном значении лексика цвета, например, белый, ац, wei?, white совпадает в разных языках, но смыслы, заключенные в них, смыслы, связанные с белым цветом, не совпадают, поэтому имеются различия.
Согласно принципу разнородности можно говорить о сходстве и о различии категорий: по сходству лексика белого цвета относится к цветовой категории, а по смыслу относится к множеству других категорий, например: в казахском языке концепт «а^» имеет сорок семь значений, актуализирующихся в словосочетаниях: ац жол, ац жарцын, ац квйлек, ац жаулыц, ац пейщ ац мол (цвет, молочные изделия), ац сирац, ац цвцщ агынан жарылу, ац алтын и др. В русском языке имеется одиннадцать значений слова. Из них большинство значений служит для обозначения цвета (белая бумага, белое вино, белый нож). Переносные значения связаны с обозначениями цвета кожи, служат для обозначения противников в контрастной парадигме: «белый-красный». Словосочетанием: «белая кость» — означается кастовый признак. Обозначения цвета встречаются в словосочетаниях «белый снег», «белые стихи», «белое мясо» и др.
В немецком языке понятие «wei?» обозначает белый цвет, например: der wei? e Sport, der wei? e Tod, die wei? e Wand, die wei? e Fahne zeigen, wei? e Mause sehen, eine wei? e Weste haben, schwarz und wei?. В переносных значениях слово «белый» используется для обозначения электроэнергии: wei? e Kohle (белый уголь), в сакральном значении wei? er Sonntag (первое воскресенье после пасхи, день первого причастия), в значении «обелить, оправдать себя»: sich wei? waschen wollen, aus schwarz wei? machen, nicht das wei? e im Auge gonnen (завидовать каждой мелочи), в значении «сильно разгневаться, доводить до белого каления»: jeden bis zur Wei? glut reizen, jeden in Wei? glut bringen, в значении «белая ворона — wei? e Rabe». В английском языке понятия white используется во фразеологизмах: white as a ghost, as (смертельно бледный), white lie (святая ложь) и др.
Сравним позитивные ценностные ориентации, заключенные в концептах АК — БЕЛЫЙ. В казахском языке данный цвет символизирует:
1) чистоту помыслов (ац пейщ ац кун тусын, ац бата, ац жол, ац ттеу, ац квнщ ац жарцын) —
2) правдивость (ац свйле, агынан жарыла свйлеу) —
3) честность (ац мал), представления о красоте (ац бет, ац мандай, ац дидар, ац бшек, ац цуба) —
4) достаток (азы бардыц, тогы бар, ацца жарылу) — 5) представления о замужестве (ац жаулыц) — 6) понятие о глубокой старости (ац сацалды, сары тiстi бол) — 7) невинность (ац жумыртца, ац Yрпек балапан, сары уыз) — молочное, приносящее довольство, сытность (ац мол) — 8) изобилие (ац тYйенiц царны жарылды, ацца жет) — 9) пред-
ставления о героическом (ац табан аты астын-да, дулыгасы басында) — 10) шацырак для молодых (ац отау) — 11) добродушие (ац квйлек адам) — 12) делать добро (уйще жылан кгрсе, басына ац цуйып шыгар) — 13) доброжелательность (ац пеШл) — 14) работать трудиться (ац тер, квк тер болу).
В концепте БЕЛЫЙ имеются следующие позитивные ценностные ориентации: 1) цвет (белая бумага, белые руки) — 2) что-либо радостное, светлое (белый день) — 3) чистое (белая половина) — 4) магия, которая действует не во вред (белая магия) — 5) аристократия (белая половина) — 6) свидетельство об освобождении от военной службы (белый билет) — 7) хлеб (белый хлеб) — духовенство, дающее обет безбрачия (белое духовенство).
Негативные ценностные ориентации: 1) резко отличающийся от других человек (белая ворона) — 2) лживость (называть белое черным, сказка про белого бычка, дела как сажа бела) — 3) рассердить (довести до белого каления) — 4) тяжелое психическое заболевание (белая горячка) и т. д.
Негативные ориентации, связанные с концептом А^: 1) бедствие (ац табан шубырын-ды, ац суйек) — 2) проклятие (ац сутт квкке сауу, квзще ац тусст) — 3) неодобрительно о человеке, поступившем неразумно (ац цвзден) — 4) сварливость (ац безер де, квк безер) — 5) враг (ац, ац бандылар) — 6) лживость (ац ешкАтц цуйрыгы, квкке жеткенде) — 7) дурак, что-либо дурное (ац квз адам).
Цвета «белый» и «черный», по словам А. Ислам, символизируются и с этим, и потусторонним миром. Бинарная оппозиция цветообо-значения «а- - -ара» исходит из глубинной структуры познания мира в целом, показывает дифференциацию разделения на этот мир и тот мир «жарыц дуние-царацгы дуние» (смерть, добро и зло). Такое понимание присуще всему человечеству [Ислам 2001: 9].
Р. М. Фрумкина также утверждает, что противопоставление «белый — черный» вообще является противопоставлением не по признаку «цвет», а по признаку «максимум света — отсутствие света» [Фрумкина 2003].
Как видим, мнения Р. М. Фрумкиной и Ислам А. относительно глубинной структуры данных концептов совпадают. И это закономерно, так как при сопоставлении концептов следует иметь в виду не только внешнее сходство по цвету, но и смысловые ассоциации, вызываемые ими, поэтому в ходе нашего анализа мы обращали внимание не только на сходство и несходство ядра и периферии данных концептов в различных языках, но
и на различия в ассоциациях, ценностных ориен-тациях. Фразеологизмы, реализующие данный концепт, категоризуются по принципу «разнородность оснований категоризации».
Четвертым принципом категоризации является принцип континуальности. Поскольку всякая категоризация начинается с отождествления и различия, то можно положить в основу категоризации принцип различия и тождества. В основе простейшего представления о тождествах лежит представление о пространственно-непрерывной (континуальной цельности) физического тела в пространственных границах. Физическое тело в «наследуемых им пространственных границах считается одним и тем же объектом, остается тождественным самому себе при условии континуальности границ его пространственного вместилища, независимо от того, какие изменения со временем претерпевают эти границы и сам объект в пределах этих границ, его облик, форма, содержание, сама сущность (качество)» [Никитин 2003: 26]. Прототипический характер тождества этого ряда связан с принципиальной особенностью обыденного сознания («здравого смысла») и принимаемой им моделью мира, согласно которым вещь первична, а признаки (свойства и отношения) — вторичны, не существуют сами по себе, а лишь мысленно отвлекаются от них как абстрактные предметы мысли. События также вторичны по отношению к вещам, как результат того, что вещи со своим качеством проявляют себя и встречаются в отношениях друг с другом. Принцип вещецентризма заставляет обыденное сознание до конца держаться за пространственные тела и их комбинации как наглядный случай носителей свойств и отношений. Отсюда и представление о континуальном тождестве вещи-тела как прототипическом случае тождества, невзирая на те изменения, которые конкретный предмет претерпевает со времени.
Однако континуальность объекта в его пространственном «контейнере» не единственный вид тождества. Отождествлению подвергаются как отдельные проявления одного объекта (денотата — на знаковом уровне), так и разные объекты (денотаты). Континуальные тождества — тождество во времени. Всякий раз отождествление производится по какому-либо признаку, по которому объекты сводятся в тождества. Одна и та же вещь (уже отождествленная) может входить в несколько тождеств по разным основаниям.
Так, фразеологические категории разных языков могут быть тождественными друг другу и
сводиться в один класс фразеологизмов на основе общности их признаков, выделяемых в концептуальном пространстве языков (например, понятия умный и глупый имеются во всех языках. Они сводятся в один класс (фразеологизмы обозначают эти качества, свойства человека, находящегося в континуальном пространстве. Объединяющим эти качества, и выражающим свое субъективное отношение во фразеологизмах выступает человек: der dumme August, du bist dumm, dummer als die Polizei, dumm geboren, sich dumm stellen, jedem dumm kommen, dumm machen wollen, jeden fur dumm nehmen, jeden fur dumm verkaufeln, der Dumme sein, einen Dummen finden, die Dummen werden, wenn Dummheit weh tate, mu? te er ganzen Tag schreien, Dummheit und Stilz wachsen auf einem Holz, mitder Dummheit kampfen Gotter vergebens, jemand ist noch ans Dummsdorf kluge (gescheit, vernunftig) — zur vernunft bringen — вразумить, образумить, навести на ум (или на разум), zur Vernunft kommen (взяться за ум) и др.
Фразеологические концепты, раскрывающие понятия «умный и глупый», могут быть сведены в одну категорию на основе континуального принципа — объективизации человека в континуальном пространстве. Один и тот же объект в этом пространстве имеет схожие, тождественные и различительные признаки.
Следующий пятый принцип категоризации — это принцип градуированности. Этот принцип проявляется в случае выделения общих, более существенных и менее существенных признаков предмета. Так, в научной категоризации предметов мира указываются общие и видовые признаки, дифференцирующие этот предмет от другого понятия.
Б. Н. Головин и Р. Ю. Кобрин считают, что различие между бытовым и научным (техническим, социально-культурным) понятиями состоит «в степени существенности отражаемых признаков предмета, в степени проникновения в сущность отражаемых предметов» [Головин, Кобрин 1987: 39]. Вполне закономерно, что оба понятия рассматриваются не только как постепенно развивающиеся, переходящие одно в другое с точки зрения семантики, но и как градуированные «с точки зрения существенности отражаемых признаков» [Головин, Кобрин 1987: 39−40]. И то и другое понятие опирается на одно общее представление, которое является исходной «клеточкой» познания. Общее представление в данном случае является отражением внешних связей и отношений между предметами. Являясь некото-
рой структурированной единицей сознания, общее представление отталкивается от абстрактных, несущественных признаков предметов и явлений действительности. В этом случае преобладает категоризация на основании общих понятий, а при научной категоризации учитываются родо-видовые отношения.
Согласно градуированному принципу фразеологической категоризации слово «вкус» следует рассматривать в родо-видовом соотношении. При этом следует акцентировать внимание на использовании видовых значений слова «вкус» в прямом и в переносном значениях. Слово «вкус» — гипероним. Это родовое понятие, заключающее в себя гипонимические значения в словосочетаниях.
«Острый вкус, сладкий вкус, горький вкус, пряный вкус, пресный вкус, соленый вкус» — эти видовые значения слова вступают между собой в оппозициию «вкусный — невкусный». Кроме того, по словам З. К. Темиргазиной, лингвокультурные представления о вкусе организуются в казахской, русской, английской языковых картинах мира (по аксиологическому принципу оппозиции «вкусный», «невкусный»), которые являются частным случаем другой ценностной оппозиции «приятный — неприятный» [Темиргазина 2009].
В нашей работе мы осуществляем фразеологическую категоризацию на основании трех принципов: принципа градуированности, учитывающей родо-видовую иерархическую организованность фразеологизмов, относящихся к сфере вкуса. При этом фразеологизм «иметь вкус» представляет собой родовой фразеологизм, фразеологический класс. Фразеологизмы, выражающие видовые характеристики вкуса, относятся нами к элементам данного фразеологического класса. Кроме того, при фразеологической категоризации все фразеологизмы сводятся в один фразеологический класс на основании принципа множества и разнородности оснований категоризации. Третьим реальным принципом категоризации является учет прототипа. Прототип учитывает «более типичные свойства, характерные для концепта ВКУС, а члены данного фразеологического класса выражают менее типичные свойства. Кроме того, можно учитывать при фразеологической категоризации и четвертый принцип — принцип нестрогости классификации, когда к фразеологическому классу, категоризированному на основании принципа градуированности (учет иерархичности фразеологических единиц на основе выражения ими родо-видовых отношений), принципа разнородности оснований категоризации (когда к
одному фразеологическому классу относятся фразеологизмы, противопоставленные по аксиологическому принципу, «вкусный — безвкусный», принципа прототипичности (на основании учета отношении прототипа, выражающего «более типичные отношения»), сводятся фразеологизмы-концепты, выражающие физические и психологические свойства, соотносимые с концептом ВКУС).
Базисный уровень категории «вкус человека» образует прототипические концепты ДЭМ, TASTE, GESCHMACH. Это фразеологический класс, в которой включаются такие элементы класса, которые выражают видовые, физические, а также психологические свойства (в переносном значении).
Рассмотрим элементы данного фразеологического класса, куда входят фразеологизмы, основанные на выражении видовых разновидностей концепта ВКУС: «острый, горький, пряный, сладкий, пресный», а также физиологические свойства и «качества человека, связанные с его умением «плохо» или «хорошо» в чем-либо разбираться». Опишем их в определенной последовательности: сначала фразеологизмы, выражающие физические разновидности вкуса, затем — психические свойства человека, сформированные путем метафорического переосмысления, когда слово «вкус» переносится в другую семантическую плоскость и начинает использоваться в сочетании со словами «хороший вкус», «плохой вкус», «тонкий вкус», а разновидности «вкуса», в свою очередь также переосмысленные, приобретают психические качества и свойства, используясь по отношению к человеку и выполняя характерологические функции, выражая психические свойства самого человека.
Во фразеологический класс «вкус пищи», «вкус человека» как видовые разновидности, схожие по ментально-языковой представленности во фразеологических единицах, входят фразеологизмы, сходные по следующим видовым категориям: сладкий, горький, острый, кислый, соленый и др. Рассмотрим, как базовые вкусовые ощущения фразеологизировались в разных языках в видовых членах данной категории, в частности, во фразеологизмах с компонентом «сладкий». В разных языках это понятие не тождественно друг другу. Оно противопоставлено понятию «горький». Эти понятия различаются, но объединяются в одну категорию на основе базового концепта ВКУС, репрезентирующего фразеологическую подкатегорию со словом «сладкий».
Рассмотрим вначале фразеологическую подкатегорию со словом «сладкий» в разных языках. Понятия сладкий, тэттi, sweet — компоненты различных фразеологизмов, в которых эти понятия метафоризировались. Фразеологизмы с данными компонентами используются в оценочном значении и выражают негативную характеристику лживого, неискреннего человека во фразеологизмах: «сладкий, как патока», «сладкий, как мед», «сладкий, как сахар» В казахском языке понятие «тэтп» используется в переносном значении в следующих фразеологизмах: тэттi свз (слова, приятные слуху) — тэттi свздщ дэмт кетiрдi (лишил приятности льстивых слов, испортил впечатление) — тэттi тш (язык, который обольщает, обволакивает сознание, усыпляет) — тэттi уйцы (сладкий сон, полноценный отдых). В английском языке концепт SWEET также используется в переносном значении. В семантике данного слова, как и в значениях слов «сладкий», «тэтп», происходят изменения семантики в направлении от конкретного вкусового ощущения в сторону характеристики общего, эмоционально-чувственного и интеллектуального состояния человека, сдвиги в сторону значения «приносящий эмоциональное и интеллектуальное удовольствие». В процессе развития переносных значений происходит проекция конкретных, физических понятий на абстрактные ментальные понятия, например, sweet dream, sweet memory и др. Во фразеологическую парадигму с компонентами «сладкий», «тэтп», «sweet» входят фразеологизмы, распределяемые по следующим группам: 1) фразеологизмы, репрезентирующие работу воображения человека: сладкие грезы, sweet dream, тэттi ойлар, тэттi армандар- 2) фразеологизмы, представляющие морально-этические нормы человека: сладкая ложь, сладкая речь, сладко говорить, сладко жить- тэттi тш, тэттi свз, sweet tongue- sweet language- 3) перцептивная деятельность человека: а) зрительные впечатления от мимики человека: сладкая мина, сладкая улыбка, сладко улыбаться- sweet mine- sweet smile- sweet laugh- тэттi кулю- тэттi кулу- б) акустические впечатления: сладкий голос, сладкие звуки, сладкое пение, сладко петь- sweet voice- sweet sound- sweet singing- sweet singing crowing. В казахском языке обычно не говорят тэттi дауыс, тэттi эн, тэттi дыбыс. Вместо этих словосочетаний используется фразеологизмы со словом цоцыр: цоцыр дауыс, цоцыр эн, цоцыр дыбыс, цоцыр ун- в) обонятельные впечатления: сладкий запах (цветов, трав), сладко
пахнуть- sweet smell, scent smell, sweet smell of- цоцыр uic, цоцыр жел, жупар, хош uic, жупар uic аццу, uic алмас (невежда, ни в чем не разбирающийся), mci м^рнына бармайды (ни в чем не разбирается) — 4) положительные эмоции: сладкое томление, сладость поцелуя, sweet languor, sweet kiss- лэззат алу, эн тыцдап цулац цурышын цандыру, цушырлана eбicу- das Leben ein Bibchen versaben.
В указанных когнитивных сферах при выражении во фразеологизме морально-этических ценностей в казахском, английском и в русском языках понятия m9mmi, sweet, сладкий используются для негативной характеристики. Выражения m9mmi тш, sweet lingua используются для обозначения лживых, обманных речей. Поэтому опасность сладкой лжи запечатлена во многих пословицах и поговорках в этих языках, ср.: тшден бал да тамады, зэр де тамады- сладка похлебка, да бока колет- где сладко, там и падко- sweete falsehood, sweete white lie и др.
Фразеологический концепт ГОРЬКИИ ВКУС. Данный концепт архетипически связан со словом «горе» и проявляется в устойчивых сочетаниях русского языка: горе горькое, горше горького, горькая судьба, горькая жизнь, запить горькую. Сравните связь фразеологического концепта «горький вкус» с архетипами «ащы», цайгы: ащы тер, ащы вмiр, ащы кытды, ащы мен тэттiнi татцан болар, ащы зар, ащы дауыс, ащы ацсаган мас сияцты, цайгы басты, цайгылы тагдыр и др.
В английском языке словосочетание bitter taste имеет разновидности: bitter lot (горькая доля), heavy drinker (горький пьяница), bitter truch, bite the Bullet и др.
В немецком языке фразеологизм bitter Geschmack также используется в переносном значений: bitter Lache, bitter Schicksal, bitter Los, Bitter Leben.
В процессе метафорического переосмысления фразеологического концепта ВКУС ЧЕЛОВЕКА выделяется ряд когнитивных сфер, в которых используются фразеологические концепты со словосочетаниями: Bitter Fast, bitter Geschmack, ащы дэм, горький вкус и др.
К ним относятся:
1) сфера мыслительной деятельности человека: горькие мысли, горькие думы, ащы ойлар, цайгылы ойлар, bitter think, bitter reflection, bitter Gedanke и др.
2) этические ценности: горькая правда, горькая истина, горькая жизнь, горькая судьба, горькая доля- ащы вмiр, ащы тш, ащы цайгылы
тагдыр, ащы шындыц, ащы ттн сугып, ащы тeрi твгiлдi, ащы тер, ащы цылды, ащы шектен созылды- bitter truth, by bitter hook or by crook, bitter fate, bitter share, bitter life, bitter Leben, bitter Schicksal, ащы зар-
3) перцептивная деятельность человека:
— зрительные впечатления от мимики человека: горькая улыбка, горько улыбаться, горечь улыбки. Сравните: bitter Lacheln, bitter Lacheln mit bitter lachelnd, bitter mine, bitter smile- eine alberne Lache, hat nichts zu Lachen-
— акустическая деятельность человека (акустические впечатления):
Горько заговорить, слышать горечь в словах- ein sandonisches Gelachter- ащы ттн сугып алу, онъщ свзiндe ащы ойлар айтылды- bitter sagen, bitter say, it'-s hard to say- ащы свз, ащы дауыс и др.
— обонятельная: горький запах, горько пахнуть, ащы шс мурынды жарды, odoroun smell, scent smell, bitter Geruch, ange nehmen blumen Geruch-
4) негативные эмоции человека: горечь страданий, горечь разлуки, горькое расставание, горькое разочарование, горькие слезы, горько рыдать- bitter leiden, die Bitternis Frennung, von jedem bitteren getrennt leben, das Bitternis Scheiden, der Bitternis Abschied, bitteren, die bitteren Scham, der bitteren Vorwurft, bitteren Tranan, Tranan lichen, das bitter Weine, bitter enttanschen, er tat mich bitter entauscht и др.
Фразеологический концепт ГОРЬКИИ ВКУС встречается в составе фразеологизма «чужой хлеб горек», где сам по себе вкусный хлеб становится невкусным, горьким на чужбине, так как к этому хлебу прибавляется горечь расставания с родной землей, расставание с родиной. Поэтому встречаются и такие пословицы, как: чужой хлеб поперек горла стоит, попрекать куском хлеба, Fremden Leute Brot essen, anderer Leute Brot essen, wer nie sein Brot mit Tranen ab, else '-s bread bitter is и др.
В оппозиции «сладкий — горький» проявляется противоречивая характерологическая оценочная деятельность человека, когда с одной стороны, человек творчески работает, строит планы на будущее, мечтает о чем-либо, с другой стороны — наблюдается разочарование человека, разрушение его судьбы, счастья, разрушение желанного, воображаемого (мечты), потеря веры в будущее.
Таким образом, когнитивные семантические категории можно выделить на основе пяти принципов: принципа прототипичности, принципа нестрогости категоризации, принципа конти-
нуальности, принципа градуированности, принципа множества и разнородности категоризации.
Список литературы
Аристотель. Метафизика. Ростов н/Д: Феникс, 1999.
Болдырев Н. Н. Категориальная система языка // Когнитивные исследования языка. Вып. Х. Категоризация мира в языке. М.: Ин-т языкознания РАН- Тамбов: Издательский дом ТГУ им. Г. Р. Державина, 2012.C. 17−120.
Болдырев Н. Н. Концептуализация функции отрицания как основа формирования категории // Вопросы когнитивной лингвистики. 2011. № 1. С. 5−14.
Болдырев Н. Н. Языковые категории как формат знания // Вопросы когнитивный лингвистики. 2006. № 2. С. 5−22.
Бондарко А. В. Инварианты и прототипы в системе функциональной грамматики // Проблемы функциональной грамматики: Семантическая инвариантность / вариантность. СПб.: Наука, 2003.
Витгенштейн Л. Философские работы. М.: Гнозис, 1994.
Головин Б. Н., Кобрин Р. Ю. Лингвистические основы учения о терминах. М.: Высшая школа, 1987.
Ислам А. Концепт «белое — черное» в разнокультурных контекстах // Актуальные проблемы лингвистики и методики препо-
давания иностранных языков. Алматы, 2001. С. 48−54.
Кубрякова Е. С. Проблема представления знаний в современной науке и роль лингвистики в решении этих проблем // Язык и структуры представления знаний. М., 1992. С. 4−38.
Кубрякова Е. С. Семантика когнитивного в лингвистике (о принципах, контейнерах и формах их объективации в языке) // Известия А Н. Серия литературы и языка, 1999. Т. 58. № 5−6. С. 3−99.
Кубрякова Е. С., Демьянков В.3., Панкрац Ю. Г., Лузина Л. Г. Краткий словарь когнитивных терминов. М., 1996.
Лакофф Дж. Мышление в зеркале классификаторов // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. ХХ111. Когнитивные аспекты языка. М.: Прогресс, 1988. С. 30−45.
Никитин М. В. Основания когнитивной семантики. СПб., 2003.
Темиргазина З. К. Языковая концептуализация вкуса в русской картине мира (в сопоставлении с казахской и английской). Павлодар, 2009.
Фрумкина Р. М. Психолингвистики. М.: Издательский центр «Академия», 2003.
Шафиков С. Г. Категории и концепты в лингвистике // Вопросы языкознания. 2007. № 2. С. 3−18.
Rosh E.H. Principles of Categorization // Cognition and Categorization. Hillsdale. N.Y.: Lawrence Erlbaum, 1978. P. 27−48.
K.M. Abisheva CATEGORIZATION AND ITS MAIN PRINCIPLES
The categorization is characterized in the article as a semantic-cognitive activity in the process of which the semantic categories considered as complexes envelop linguistic elements having the same or differentiating features, and also more or less typical features in comparison with the prototype. On the basis of a number of principles such as a principle of proto-typicality, principle of non-rigidity of categorization, principle of gradation, principle of continuity, principle of non-homogenеity of the features phraseological units are classified in certain cognitive categories having linguistic realization.
Key words: categorization, prototype, category, continuity, mental representation, semantic categories, the principle of gradation, the principle of inconsistency and multiplicity of ground of categorization.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой