Эффективность пропафенона в лечении экстрасистолии

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Медицина


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК 616. 12−00 8. 318−085. 22
ЭФФЕКТИВНОСТЬ ПРОПАФЕНОНА В ЛЕЧЕНИИ ЭКСТРАСИСТОЛИИ
Юлия Владимировна Ослопова
Кафедра пропедевтики внутренних болезней (зав. — проф. В.Н. Ослопов) Казанского государственного медицинского университета, кафедра внутренних болезней (зав. — проф. Р.Г. Сайфутдинов) Казанской государственной медицинской академии последипломного образования, Межрегиональный клинико-диагностический центр (директор — канд. мед. наук Р.Н. Хайруллин), г. Казань e-mail: dvshev@mail. ru
Реферат
С помощью «интегрального» маркера функционального состояния мембраны клетки скорости Na±П±противотранспорта в мембране эритроцита (достаточно устойчивый гено-фенотипический признак) можно дифференцировать больных с экстрасистолией, у которых пропафенон наиболее эффективен, или, наоборот, оказывает проаритмическое действие.
Ключевые слова: экстрасистолия, пропафенон, №±П±противотранспорт, эритроцит.
Нарушения ритма сердца являются одним из самых сложных разделов клинической кардиологии [7], в то же время последние десятилетия ознаменовались большими успехами в диагностике и лечении сердечных аритмий. Впечатляют достижения хирургического лечения та-хиаритмий: операции «лабиринт» при фибрилляции предсердий, радиочастотные абляции (катетерные деструкции) дополнительных проводящих путей при пароксизмальных тахикардиях, когда применение эндокардиального электрофизиологического исследования позволяет определить уязвимое место тахиарит-мии и хирургическим путем радикально устранить патологию [4].
Иначе дело обстоит с лекарственным лечением больных с экстрасистолией — наиболее часто встречающегося нарушения сердечного ритма в реальной клинической практике, в практике участкового врача. При лечении лиц с экстрасистоли-ей практическому врачу приходится делать выбор одного средства из большого количества (более 50) антиаритмических препаратов (ААП) [6]). При выборе ААП врач обращается к классификациям ААП и чаще всего к наиболее известной классификации E.M. Vaughan Williams [16], дополненной P. Harrison (1985) и др., 152
в основу которой положены свойства ААП, изученные в эксперименте, в основном в отношении влияния ААП на ионные каналы клетки: I класс — это блокада натриевых каналов, II — Р-адренорецепторов, III — калиевых каналов, удлинение ре-поляризации, IV — кальциевых каналов. Однако врач-кардиолог обычно не знает, какие каналы дефектны у конкретного больного, и он не может определить их в реальной клинической практике, поэтому подбор ААП с позиций влияния ААП на те или иные каналы клеточной мембраны продолжает оставаться в большинстве случаев эмпирическим. Так как эффективность различных ААП (за исключением амиодарона) примерно одинакова и составляет 50−60%, то при выборе препарата предпочтение отдают наиболее приемлемому ААП для данного больного по характеру побочных реакций и влиянию на сопутствующие сердечно-сосудистые и другие заболевания. На каждом этапе подбора антиаритмической терапии приходится сопоставлять необходимость, риск и пользу лечебных мероприятий. Любые ААП могут вызвать усиление аритмии и ухудшить состояние больного, причем опасность антиаритмической терапии возрастает с увеличением её выраженности и степени нарушения функции миокарда [15]. Чтобы сделать адекватный выбор ААП для лечения больных с экс-трасистолией, врач, скорее всего, исходит от их влияния на ряд параметров ЭКГ — от тропности их эффекта, угнетающего влияния на АВ- или внутрижелудочковую проводимость, продолжительность интервала РТ, а также в зависимости от состояния больного [2].
В настоящее время перед врачом от-
крывается «широкий выбор агрессивных действий» в отношении купирования аритмий, основанный на новом подходе к классификации ААП, названном «си-цилианским гамбитом» — совокупных данных теоретических, экспериментальных и клинических исследований, всего спектра знаний о механизме возникновения аритмий, действии и клинической эффективности ААП. Однако для оценки критических компонентов и уязвимого параметра аритмий необходимы специальные электрофизиологические исследования, а определение мишеней — трансмембранных каналов и ионных токов клеточной мембраны как таковых — вряд ли возможно без исследования самой клетки миокарда. Последнее малодоступно для практического врача, пытающегося оптимизировать лечение больных с экстрасистолией с позиций «сицилиан-ского гамбита».
В то же время необходимо обратить внимание на следующее.
Как известно, сердечные аритмии в основном связаны с нарушениями электрофизиологических процессов, происходящих на клеточных мембранах, и при классификации ААП тоже исходят из вызываемых ими электрофизиологических мембранных эффектов, а каждое из антиаритмических веществ ведёт к развитию серии мембранных (ионных) реакций, способствующих устранению аритмии [8].
Мы считаем логичным оценить эффективность ААП с позиций функционального состояния клеточной мембраны в том понимании этого вопроса, которое представляет мембранная концепция гипертонической болезни (ГБ) Ю. В. Постнова, а также исходя из результатов исследований в русле данной концепции, проводимых в течение 20 лет в лаборатории клеточных мембран кафедры пропедевтики внутренних болезней КГМУ. Отправной позицией, позволяющей использовать одну из характеристик функционального состояния клеточной мембраны, а именно скорость №±ЬГ-противотранспорта (№±ЬГ-ПТ) в мембране эритроцита в качестве некоего «интегрального» показателя состояния клеточной мембраны как таковой, явилась упомянутая выше мембранная концепция первичной артери-
альной гипертензии Ю. В. Постнова [12]. По мнению последнего, в основе ГБ лежат генетически детерминированные нарушения структуры и функции клеточной мембраны, имеющие место в клетках как возбудимого (в том числе в кардиомиоци-тах), так и невозбудимого типов. Главное нарушение заключается в избыточной перегрузке клеток ионами свободного ци-топлазматического кальция. В клетках также увеличивается содержание №+, повышается внутриклеточный рН (клетка защелачивается), снижается работа №±К-АТФазы, уменьшается трансмембранный потенциал клетки, увеличивается количество Р-адренорецепторов, константа диссоциации которых возрастает, т. е. существенно изменяется качество самих рецепторов. Клетки с описанными выше функциональным мембранным дефектом имеют и нарушения структурной организации мембран: обнаружены повышение «микровязкости» мембран в гидрофобных областях и преимущественно в местах белок-липидного контакта, изменения спектров малеинимидной спин-метки, температурные перестройки белков мембран (изменение контура теплопоглоще-ния), сдвиги в белках, образующих цито-скелет мембраны, а именно содержания белка полосы 3 в мембране эритроцита. Для обеспечения жизнеспособности клетки в условиях хронической перегрузки Са2+ возникает состояние переключения, так называемый ресетинг, описанный Ю. В. Постновым, однако точный механизм ресетинга до конца не раскрыт [13]. Тестируются же мембранные нарушения по большим величинам скорости №±ЬГ-ПТ в мембране эритроцита — более 390 мкмолей Ы на 1 литр клеток (эритроцитов) в час [мкМ Ы], в нашем контексте — это величины IV квартиля скорости №±Ы-ПТ.
В последующих исследованиях, как популяционных, так и клинических, была показана взаимосвязь различных проявлений ГБ и её курабельности не только с большими величинами скорости №±ЬГ-ПТ, но и со значениями всей шкалы скорости №±ЬГ-ПТ. Была продемонстрирована взаимосвязь так называемых квартилей №-Ы-ПТ с различными факторами риска сердечно-сосудистых заболеваний, с ИЬЛ антигенами и неко-
торыми генами (в частности, с генами апоптоза).
Исследование антиаритмической активности ААП в зависимости от функционального состояния клеточной мембраны, оцениваемого по скорости Na-Li-ПТ в мембране эритроцита, нами проводилось в отношении всех классов ААП (по классификации Вогана Вильямса). В условиях Межрегионального клинико-диагностического центра (МКДЦ) г. Казани был обследован 151 больной: 76 мужчин и 75 женщин (средний возраст — 54±1,3 года), находившихся в диагностическом отделении с нарушениями ритма в виде желудочковой или суправентрикулярной экстрасистолии, возникшей на фоне как органического поражения сердца (ИБС, ГБ), так и функциональной природы (синдром вегетативной дисфункции и др.). В исследовании усаствовали больные с частой желудочковой и суправентрику-лярной экстрасистолией (градации II-IV по В. Лауну и М. Вольфу, 1975) и с её субъективной непереносимостью.
В настоящем сообщении мы представляем результаты исследования пропафе-нона — представителя антиаритмических препаратов I класса (подкласса I С). Данный препарат был назначен 17 больным в возрасте от 25 до 67 лет (средний возраст — 48±0,46 года). Среди них было 6 мужчин (средний возраст — 48,5±0,35 года) и 11 женщин (47,8±0,42 года), находившихся на обследовании в диагностическом отделении МКДЦ с нарушением ритма сердца в виде желудочковой экстрасисто-лии, возникшей на фоне как органического поражения сердца, а именно ИБС (стенокардия напряжения II ФК, ГБ I- III стадии), так и функциональной природы (синдром вегетативной дисфункции — СВД, грыжа пищеводного отверстия диафрагмы — ГПОД). ГБ без другой патологии диагностирована у 2 больных, ИБС — у 2, сочетание ГБ и ИБС — у одного, СВД — у 8, ГПОД — у 4.
Из инструментальных методов исследования проводились ЭКГ в 12 стандартных отведениях до лечения и после применения пропафенона, холтеровское мониторирование (ХМТ) ЭКГ в течение 18 часов (монитор «Schiller МТ-2003») до лечения и на фоне приема пропафенона (через 7 дней от начала терапии), ЭхоКС. 154
У всех больных определяли скорость №±ЬГ-ПТ в мембране эритроцита по М. СапеББа (1980). Результаты оценивали в квартилях популяционного распределения величин скорости №±Ы±ПТ в мембране эритроцита: I квартиль — от 38 до 203, II — от 204 до 271, III — от 272 до 345, IV — от 346 до 730 мкМ Ы [11]. Все больные получали пропафенон в дозе 450 мг в сутки в течение 7 дней.
Эффективность антиаритмической терапии (ААТ) оценивали путем подсчета общего количества желудочковых экстрасистол за сутки в среднем на одного больного и на фоне приема пропафенона через 7 дней от начала терапии. Критерием ААТ считалось уменьшение общего количества экстрасистол при ХМТ не менее чем на 60−75%, парных — на 90%, полное исчезновение пробежек желудочковой тахикардии [8].
Распределение больных с экстрасис-толией по квартилям скорости №±Ы±ПТ оказалось следующим: I квартиль — 5 больных, II — 7, III — 0, IV — 5. При этом ГБ, ИБС и их сочетание выявляется у пациентов II и IV квартилей, СВД максимально был представлен в I квартиле, а ГПОД чаще встречался у больных II квартиля скорости №±Ы±ПТ.
Исходно (до начала лечения) среднее количество экстрасистол, приходящееся на одного больного в сутки, в I квартиле скорости №±ЬГ-ПТ составляло 6789±64, во II — 9431±81, в IV — 6381±60 и межквар-тильно не различалось. При назначении пропафенона больным с желудочковой экстрасистолией изначально скорость №±ЬГ-ПТ не учитывалась и больных с желудочковой экстрасистолией — носителей величин III квартиля скорости №±Ы±ПТ не оказалось.
Корреляцию изучали между количеством экстрасистол, приходящихся на одного больного в сутки, и скоростью №±Ы-ПТ (г & lt- 0,2- р& gt-0,05).
Таким образом, предполагаемой зависимости (прямой пропорциональной) количества экстрасистол от величины скорости №±ЬГ-ПТ не было обнаружено. Одним из вариантов объяснений этому факту может быть характер распределения самих обследованных больных (носителей экстрасистолии) по шкале скорости №±Ы±ПТ. Так, больные ИБС и с сочета-
нием ИБС с ГБ имели преимущественно величины II квартиля скорости ПТ. При исследовании взаимосвязи инфаркта миокарда и величины скорости №+^±ПТ [3] было установлено, что частота встречаемости инфаркта миокарда максимальна у лиц, носителей величин II квартиля скорости №±Ц±ПТ, а нарушения ритма сердца чаще возникали у больных инфарктом миокарда — носителей величин II и IV квартилей скорости №+^Г-ПТ.
%, уменьшения
количества
экстрасистол
1 1
29,7%
4 ___и








I кв II кв Ш кв IV кв
Квартили скорости №±П±ПТ
Рис. 1. Эффективность антиаритмического действия пропафенона в зависимости от величины скорости №±Ы±ПТ. *р& lt-0,05.
Эффективность антиаритмического действия пропафенона в зависимости от величины скорости №+^Г-ПТ (от квартальной принадлежности больных) представлена на рис. 1.
Было обнаружено, что пропафенон достоверно снижает количество экстрасистол за сутки у больных с низкой и средней скоростью №±Ц±ПТ, т. е. величины I и II
квартилей №+^Г-ПТ: в I квартиле — на 70,6% (р& lt-0,05), во II — на 73,5% (р& lt-0,05) и фактически неэффективен у больных с IV квартилем скорости №±Ь1±ПТ (снижение лишь на 29,7%- р& gt-0,05). Следует отметить, что исходное количество экстрасистол, приходящееся на одного больного за сутки, в I и IV квартилях №±Ц±ПТ было одинаковым (6789 ± 64,3 и 6381 ± 59,9 соответственно (р& gt-0,05), однако эффективность терапии существенно различалась.
Из рис. 2 видно, что имевшая место желудочковая экстрасистолия типа би-геминии полностью исчезла в результате приема 450 мг пропафенона.
Как известно, при назначении антиаритмических препаратов всегда существует риск развития проаритмии. По данным литературы, проаритмоген-ный эффект пропафенона отмечен в 2- 19% случаев. И хотя существуют некоторые предикторы проаритмического эффекта ААП (ФВ левого желудочка менее 35%, наличие предшествующей желудочковой тахикардии или эпизодов фибрилляции желудочков), механизм его неизвестен. Он не зависит от этиологии заболевания, в большинстве случаев не связан с передозировкой препаратов, и его развитие предсказать невозможно. В то же время установлено, что одним из маркеров внезапной аритмической смерти является удлинение интервала РТ ЭКГ (РТс более 440 мс), и оно может быть вызвано ААП.
В отношении влияния пропафенона на длительность интервала РТ существу-
функции: а — до лечения, б — в результате применения пропафенона (скорость №±Ы±ПТ — 150 мкМ Ы).
ют противоречия. Одни авторы [9] отмечают, что пропафенон удлиняет интервал QT, другие [10] - уменьшает, а согласно использованной нами классификации [17], интервал QT остается неизменным. В нашем исследовании при оценке изменения интервала QT ^Тс) под влиянием пропафенона суммарно (т.е. без учета скорости №+^±ПТ) было выявлено удлинение QT интервала на 11% (от 341,1±3,4 до 404,5 ± 7,5 мс), что, по данным литературы [8], является незначительным и обозначается как рассчитанный риск или «зона безопасности». При изучении же длительности интервала QT в квартилях скорости ПТ при назначении сред-
нетерапевтической дозы пропафенона была установлена неодинаковая динамика интервала QT по квартилям скорости №+ТГ-ПГ с максимумом его увеличения в IV квартиле почти на 30% от исходного (рис. 3).
90 80 70 60 50 40 30 20 10 0
83. 3
16,7
_ 66. 7
— 33. 3
I кв II кв III кв IV кв
Квартили скорости Na±Li±nT
Рис. 3. Увеличение длительности интервала QT у больных с экстрасистолией на фоне приема пропафенона в квартилях скорости Na±Li± ПТ (в % от исходного значения).
При этом средняя продолжительность интервала Q^ в квартилях скорости Nat-Lit- ПТ колебалась от 422 до 417 мс, достоверно не различаясь между собой (p& gt-0,05), т. е. длительность Q^ не превышала значения 440 мс.
При изучении соотношения числа пациентов с удлинением и без удлинения QTc по квартилям скорости Na-Li — ПТ в процессе устранения экстрасистол пропа-феноном выявлено, что число больных, у которых при лечении возникало удлинение интервала QT, увеличивалось от I квартиля к IV, и соответственно число больных без удлинения интервала QT под влиянием пропафенола последовательно уменьшалось от I квартиля скорости Na±Li — ПТ к IV (рис. 4).
Установлено, что пропафенон замед-
I кв Икв III к в IV кв
Квартили скорости Ыа±Ы±ПТ
ис удлинением ОТс? без удлинения ОТс
Рис. 4. Процентное* соотношение числа больных с удлинением интервала QT и без такового при лечении экстрасистолии пропафеноном в квартилях скорости №±П± ПТ.
* за 100% взято число больных в каждом квартиле скорости №±Ы± ПТ.
ляет проведение в АВ-узле, особенно в системе Гиса-Пуркинье (он удлиняет интервал PQ и расширяет комплекс QRS в 15−20% случаев). Расширение QRS более чем на 20% (допустимо расширение на 25%) служит показанием к снижению дозы или прекращению лечения антиаритмическим препаратом [1]. В нашем исследовании эти величины (РQ и QRS) не претерпевали существенных изменений. Так, увеличение продолжительности РQ и QRS ЭКГ в квартилях скорости №±Ц± ПТ в % для PQ в I квартиле составило 2,4%, II — 4,0%, IV — 5,3%- для QRS в I — 5,5%, II — 7,8%, IV — 1,9%.
Пропафенон, синтезированный в конце 60-х годов XX века, в клинической практике применяется с 1977 г. Он вызывает выраженную блокаду №±каналов (угнетение фазы О в тканях с «быстрым ответом»), однако, в отличие от других ААП ГС подкласса, еще и умеренно блокирует Р-адренорецепторы и медленные Са2±каналы (т.е. замедляет деполяризацию и скорость проведения в тканях с «медленным ответом» (СА- и АВ-узлы), а также имеет свойства местного анестетика. И хотя в США пропафенон разрешен только для купирования опасных для жизни желудочковых аритмий, В. И. Метелица [9] отмечает, что «пропафенон рассматривается как относительно безопасный препарат для купирования и предупреждения как желудочковых, так и наджелудочковых аритмий, в том числе при синдроме WPW». Помимо приведенных выше разногласий о влиянии ААП ГС класса, и в частности пропафенона на
длительность интервала QT, существуют разногласия по поводу фармакодинами-ческих свойств ААП 1С класса. Данные препараты значительно удлиняют потенциал действия (ПД) в проводящей системе сердца и разнонаправленность их действия на ПД и рефрактерный период, и связанное с этим значительное «окно» между рефрактерным периодом и длительностью ПД является в ряде случаев причиной тяжелых аритмоген-ных влияний. Однако в классификации антиаритмических средств [16] класс 1С обозначается как «неизмененный ПД» и «минимальный эффект на ЭРП" — препараты указанного подкласса «…не изменяют продолжительность ПД, за исключением выраженного его укорочения [не удлинения!] в волокнах Пуркинье», «минимально влияют на ЭРП» [6].
Наше исследование было проведено с представителем ААП IC класса — в известном смысле «проблемных» ААП, так как в ходе CAST-I и CAST-II [15] было показано, что эффективное устранение желудочковой экстрасистолии с помощью таких ААП IC класса, как флекаинид и энкаинид, у постинфарктных больных сопровождалось повышением риска смерти в 2,5 раза по сравнению с таковым в группе плацебо-терапии (в связи с чем исследование было даже досрочно прекращено). «Запятнанная репутация» ААП IC класса после исследований CAST стала даже экстраполироваться на все ААП. Наше исследование было предпринято с целью выявления антиаритмической эффективности пропафенона не суммарно у всех леченных этим препаратом больных с экстрасистолией (т.е. не en masse), а дифференцированно — у разных больных, отличавшихся по структурно-функциональному состоянию мембраны клетки, причем это состояние маркировалось по активности переносчика Na-Li-ПТ. Na-Li-ПТ, биофизическое значение и физиологический смысл которого остается неясным, тем не менее является достаточно хорошим маркером структурно-функционального состояния мембраны клетки. Работа переносчика Na-Li-ПТ во многом зависит от структурного состояния мембраны, в которую встроен данный переносчик [13]. Возможно, что при определенном состоянии мембраны
клетки, которое «тестируется» малыми скоростями Na±Li± ПТ, у больных с экстрасистолией имеют место аномалии №±каналов, при большъх скоростях Na±Li — ПТ клеточная мембрана у больных с экстрасистолией функционирует так, что под влиянием ААП (в частности пропафенона) происходят замедление реполя-ризации и удлинение QT-интервала.
Исследование антиаритмической эффективности ААП IC класса пропафенона с позиций функционального состояния мембраны клетки, тестируемого по скорости Na±Li± ПТ в мембране эритроцита, позволило выявить контингент больных с экстрасистолией, у которых пропафенон является эффективным. К последним относятся пациенты со скоростью Na±Li±ПТ от 38 до 271 мкМ Li. Одновременно нами обнаружены больные, у которых пропафенон не только неэффективен, но даже может оказать проаритмическое действие, скорость Na-Li-ПТ которых была в пределах от 346 до 730 мкМ Li. У больных с экстрасистолией в IV квартиле скорости Na-Li-ПТ, вероятно, Na±каналы не изменены, и потому у них нет «точек приложения» для действия пропафенона. Кроме того, как указывалось выше, в клетках лиц — носителей высокой скорости Na-Li-ПТ — априори имеется состояние клеточного ресетинга, которое, возможно, не позволяет реализоваться фармакологическому действию пропафенона.
Таким образом, изучение скорости №±У±ПТ у больных с экстрасистолией даёт возможность выделить зону эффективности пропафенона и минимизировать его возможные проаритмические эффекты.
ЛИТЕРАТУРА
1. Ардашев В. Н., Ардашев А. В., Стеклов В. И. Лечение нарушений сердечного ритма./ Медпрактика. — М., 2005. — С. 228.
2. Арлеевский И. П. Лечение экстрасистолии// Росс. кардиол. журн. — 1999. — № 5. — С. 67−69.
3. Ахметзянов В. Ф. Диссертация на соискание ученой степени кандидата медицинских наук. — Казань, 1999. — С. 72.
4. Бокерия Л. А., Ревишвили А. Ш., Ардашев А. В., Ко-чович Д. З. Желудочковые аритмии. Медпрактика. — М., 2002. — C. 272.
5. Голицын С. П., Савельева И. В., Бакалов С. А. Лечение больных с желудочковыми нарушениями ритма
157
сердца: возможности и ограничения // Кардиология. — 1998. — № 10. — С. 67−73.
6. Денисюк В. И., Дзяк Г. В., Мороз В. М. Лечение аритмий: пути повышения эффективности и безопасности антиаритмических препаратов. — Винница: ГП ГКФ, 2005. — С. 640.
7. Джанашия П. Х., Шевченко Н. М., Богданова Е. Я. Карманный справочник кардиолога. — М.: МИА, 2006. — С. 352.
8. Кушаковский М. С. Аритмии сердца. /Рук-во для врачей. 3-е изд., испр. и доп. — СПб.: ООО «Издательство Фолиант», 2004. — С. 672.
9. Метелица В. И. Справочник по клинической фармакологии сердечно-сосудистых лекарственных средств. 2-е изд., перераб. и доп. — М.: Изд-во БИНОМ- СПб.: Невский Диалект, 2002. — С. 926.
10. Недоступ А. В., Благова О. В. Как лечить аритмии. Диагностика и терапия нарушений ритма и проводимости в клинической практике. — М.: МЕДпресс-информ, 2006. — С. 288.
11. Ослопов В. Н. Значение мембранных нарушений в развитии гипертонической болезни: Автореф. дисс… докт. мед. наук. — Казань, 1995. — С. 492.
12. Постнов Ю. В. Первичная гипертензия — клеточный ресетинг и переключение почки // Кардиология. — 1993. — № 8. — С. 7−15.
13. Постнов Ю. В., Орлов С. Н. Первичная гипертен-зия как патология клеточных мембран. — М.: Медицина, 1987. — С. 192.
УДК 616. 127−005. 8−07:577. 175. 722:616. 153. 915−07
14. Хасанов Н. Р., Хасанова Д. Р., Мухутдинова Э. М. и др. Генотипы, ассоциированные с различной скоростью №±1л±ПТ-прогивогранспорта в мембране эритроцита//Казанский мед. ж. — 2010.- Т. 91, № 1. — С. 7−11.
15. Шевченко Н. М., Гросу А. А. Нарушения ритма сердца. — М.: НПП «Контимед», 1992. — С. 144.
16. CAST I-II. Cardiac Arrhythmia Suppression Trial // N. Engl. J. Med. — 1989. — Vol. 321. — P. 406−412- 1992. — Vol. 327. — P. 227−233.
17. Vaughan Williams E.M. Classification of antiarrhythmic action. In: Vaughan Williams E.M., ed. Handbook of Experimental Pharmacology: Antiarrhythmic Drugs. — Berlin: Springer-Verlag, 1989. — С. 45−76.
Поступила 14. 01. 10.
THE EFFECTIVENESS OF PROPAFENONE IN THE TREATMENT OF EXTRASYSTOLE BEATS
Yu.V. Oslopova
Summary
With the use of an & quot-integral"- marker of the functional state of the cell membrane — the velocity of Na±Li±countertransport in erythrocyte membranes (a rather stable geno-phenotypic feature) it is possible to differentiate patients with extrasystole beats, in whom propafenone is most effective or, conversely, has pro-arrhythmic action.
Key words: extrasystole beats, propafenone, Na±Li±countertransport, erythrocyte.
ВЛИЯНИЕ ИНСУЛИНА НА ИЗМЕНЕНИЯ ЛИПОПРОТЕИНОВОГО И ФОСФОЛИПИДНОГО СПЕКТРА ПЛАЗМЫ КРОВИ ПРИ ИНФАРКТЕ
МИОКАРДА
Людмила Даудовна Хидирова'-, Светлана Дмитриевна Маянская2, Лариса Вениаминовна Вохминцева'-, Наиля Назибовна Маянская'-
'-Кафедра биохимии (зав. — проф. В.И. Шарапов) Новосибирского государственного медицинского университета, 2 кафедра кардиологии и ангиологии (зав. — проф. С.Д. Маянская) Казанской государственной медицинской академии последипломного образования
Реферат
Обследовано влияние инсулина на липопротеид-ный и фосфолипидный спектры плазмы крови у крыс, которым вводили инсулин в дозе 0,1 ед/кг массы тела. Действие гиперинсулинемии на повреждение миокарда опосредуется через метаболическую перестройку. Повреждение кардиомиоцитов под влиянием избыточной дозы инсулина подтверждается также фактом одновременного увеличения содержания кардиолипина в сыворотке крови.
Ключевые слова: гиперинсулинемия, липопротеи-ды плазмы крови, фосфолипидный спектр, инфаркт миокарда, кардиолипин.
Высокий процент сердечно-сосудистой патологии, обусловленной ростом напряженности людей в современном обществе,
определяет острую необходимость выяснения причин и условий развития деструктивно-дистрофических нарушений в клетках и тканях под влиянием эндок-ринно-метаболических факторов (липо-протеиды крови, инсулин, глюкагон, глю-кокортикоиды, катехоламины) [1, 2, 5].
Ранее нами было показано, что экспериментальное воспроизведение гормональной перестройки, характерной для инфаркта миокарда, сопровождалось развитием морфологических изменений в миокарде с максимумом к 7-м суткам от начала эксперимента [6]. Патоморфоло-гия миокарда заключалась в набухании

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой