Проблема детерминизма и ее решения: три типа детерминизма, фрактальный детерминизм.
Часть 1

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Философия


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК 130. 3
Г. П. Меньчиков
ПРОБЛЕМА ДЕТЕРМИНИЗМА И ЕЕ РЕШЕНИЯ. ТРИ ТИПА ДЕТЕРМИНИЗМА. ФРАКТАЛЬНЫЙ ДЕТЕРМИНИЗМ. ЧАСТЬ 1.
В статье эксплицируется часть итога разработки неоклассической философии — концепт общефилософ-ской сущности детерминизма. Обосновываются три типа детерминизма с их концепциями: классический (линейный) — неклассический (нелинейный) — и неоклассический (фрактальный) — современный третий тип детерминизма, который формируется в последнюю четверть XX-начало XXI века. Последний, фрактальный детерминизм, опираясь на синергетическую картину мира, постулируется и развивается впервые. Основанием их типизации являются стадии развития мировой философии — классическая, неклассическая и неоклассическая
Ключевые слова: неоклассическая философия- картины мира- общефилософская сущность детерми-низма- три типа детерминизма- фрактальный детерминизм- эмерджентность- клинамен- аутопоэзис- интер-фейс- рекурсия.
Gennadiy P. Menchikov THE PROBLEM OF DETERMINISM AND ITS SOLUTIONS: THREE TYPES OF DETERMINISM, FRACTAL DETERMINISM. PART 1.
In the given article a part of the neoclassical philosophy formulation outcomes is explicated, the concept of common philosophical essence of determinism. Three types of determinism with their conceptions are proved: classical (linear) — non-classical (nonlinear) and neoclassical (fractal). The last one is the modern third type of determinism being formed in the last quarter of the XX and in the beginning of the XXI centuries. It is based on a synergetic worldview, is postulated and developed for the first time. Basis of the three types are the stages of the world philosophy development: classical, non-classical and neo-classical.
Key words: neoclassical philosophy- worldviews, common philosophical essence of determinism- three types of determinism- fractal determinism- emergence- clinamen- autopoiesis- interface- recursion.
Постановка проблемы. Интерес к разработке категорий, в том числе детерминизма, последние три десятилетия оттеснился другими проблемами философии. Однако вопросы детерминизма не из тех, чтобы дать себя забыть. Не случайно К. Г. Юнг в комментариях к тибетской «Книге мертвых» заметил, что без опоры на принцип детерминизма наука перестаёт быть наукой. «Наука детерминистична… без него она не могла бы существовать», справедливо считает и А. Пуанкаре. Наше обращение к проблеме детер-минизма вызвано тем, что в современной неоклассической философии происходят немалые & quot-пере-открытия"-, начинаются они и в сущности детерминизма[Г]. Для разработки особенно социогуманитарной проблематики нужна современная детерминистская методология, а существующая ситуация в проблематике детерминизма нас не устраивает.
Исследования в области детерминизма приводят к следующим обобщениям. Несмотря на про-движения после & quot-лапласовского детерминизма& quot-, признание президента Международного союза мате-матики сэра Лайтхила о детерминизме в 1986 году (!) можно назвать экстраординарным, но все еще справедливым. От имени коллег-ученых он извинился за то, что & quot-в течение трех веков образованная публика вводилась в заблуждение апологией детерминизма, основанного на системе Ньютона, тогда как можно считать доказанным, по крайней мере с 1960 года, что этот детерминизм является ошибочной позицией& quot- [2]. Справедливым потому, что помимо некоторых частичных продвижений еще не решены исходные вопросы детерминизма: пока не сложилось удовлетворительного понимания общефилософской сущности детерминизма, отсутствует система типов и форм детерминизма, недостаточно объяснен '-механизм'- самодетерминации. А без этого применение детерминационного подхода в конкретных областях знания оказывается малоэффективным и даже способным провокатировать ложные решения. Рядом авторов отмечается, что с особой остротой это ощущается при анализе социальных и духовно-культурных явлений.
Сам поиск общефилософской концепции детерминизма понемногу осуществляется. Происходит он через преодоление долголетнего растворения детерминизма в причинности. В специальных работах по детерминизму [3] авторы едины в том, что детерминизм шире причинности и несводим к ней, но в понимании самого общефилософского детерминизма существует подмена частью целого. Наблюдается стремление найти некоторую систему и осмыслить уже известные формы детерминизма, но этому мешает опять то, что ещё не осознан сущностный признак детерминизма, который пронизывал бы все его разновидности, не ломая всякий раз общефилософское представление о детерминизме. Цель данной статьи, состоящей из нескольких частей, попытаться помочь устранить этот недостаток.
Многолетние исследования данной проблемы показывают, что существует несколько типов концептуальных пониманий сущности детерминизма. Исторически они появились в разное время, но все бытийствуют, действуют, подчас мешая друг другу. Их обобщение обнаруживает три типа детерминизма: классический (линейный) — неклассический (нелинейный) — и неоклассический (фрактальный) — современный третий тип детерминизма, который ещё формируется в последнюю четверть XX-начало XXI века. Фундаментальным основанием их типизации являются стадии развития мировой философии — классическая, неклассическая и неоклассическая[4].
В классическом линейном типе детерминизма существует несколько похожих концепций. Они базируются на классическом мировоззрении и методологии — на том, что мироздание есть закрытая система- оно создано- Абсолютом- извне- мироздание конечно- подобно умному, но механизму- в нем преобладает привнесенный порядок, симметрия, гармония, разумность, правильность, силовая норма-тивность, абсолютность- всё в нем есть
средство для другого- располагается линейно, одно за другим, иерархично- всё задано извне каким-либо сверхъестественным началом, либо внешним толчком, принуждением. Так или иначе исходя из таких посылок, первая концепция определяет детерминизм как учение о монокаузальной причинности, т.н. & quot-жесткий лапласовский детерминизм& quot- (Л. Бриллюэн, А. Поликарпов, Р. Карнап, Е. Бицакис, Я. Лукасевич и др.). В соответствии с таким пониманием каждое явление в фиксированных условиях строго однозначно вызывает другое явление. & quot-Картина мира, рисуемая классическим разумом, это мир, жестко связанный причинно-следственными связями. Причем причинные цепи имеют линейный характер, а следствие если не тождественно причине, то по крайней мере пропорционально ей. По причинным цепям ход развития может быть просчитан неограниченно в прошлое и будущее. Развитие ретросказуемо и предсказуемо. Настоящее определяется прошлым, а будущее — настоящим и прошлым& quot- [5]. Сторонники такой позиции отождествляют детерминизм с моноказуальностью и считают, что причинность шире детерминизма, включает его в себя или тождественна детерминизму. Они & quot-допускают индетерминированные, но неакаузальные явления& quot-. Детерминизм понимается как механическое одностороннее воздействие, как внешний толчок, принуждение.
Ошибочность такой концепции детерминизма состоит не в том, что она настаивает на таком виде детерминизма, а в том, что он распространяется до общефилософского, часть выдается за целое. В кА-честве общефилософской такая позиция представляется менее всего эвристичной, особенно для анализа духовной реальности человека. Такая предельно офизиченная форма детерминизма правомерна, но на своем месте, в механических явлениях и как исторически преходящая, в меру добытых когда-то знаний о мире. Абсолютизация же ее до общефилософской — и это сегодня-то, на уровне современных знаний и системы понятий о мире -приводит к негативным последствиям. В частности, одни авторы начинают про-сто отрицать детерминизм, ибо такое его общефилософское понимание на самом деле является препятствием для современной неклассической и неоклассической науки [6]. Другие пытаются его & quot-размягчить"-, придумать & quot-мягкий"- и & quot-твердый"- детерминизм [7]. Отождествление детерминизма с причинностью приводит к весьма путанным взглядам даже таких мыслителей как Э. Фромм, желающим остаться в пределах детерминистского воззрения на мир, но в то же время внутренне сопротивляющимся его монокаузальной форме. Так у него мы читаем, что и Маркс и Фрейд, и Спиноза были & quot-одновременно детерминистами и индетерминистами& quot-. И сам Фромм больше & quot-склонен к & quot-мягкому"-, чем к & quot-жесткому"- детерминизму, однако не хотел бы идентифицировать себя также и с первым& quot- [8].
Ущербность распространения механической формы детерминизма на все явления мироздания особенно заметна при подходе к общественным и тем более к духовным в них явлениям. Здесь с таких исходных позиций вообще невозможно раскрыть диалектику самодвижения. На механистическом понимании детерминизма происходит вольное и невольное паразитирование при доказательстве принципиальной непознаваемости и мистификации человеческого духа и поведения. Любопытно, что сегодня эта & quot-операция"- совершается двумя, казалось бы противоположными, путями. Один путь — игнорируя детерминизм в любом его виде. Другой -признавая и даже настаивая на нем, но в его механистическом виде. Так, встречаются рассуждения о сознании и поведении современного человека, где в качестве основных методологических посылок используется идея & quot-Человека-машины"- Ламетри и & quot-Принципы философии& quot- Декарта. Более того, такая позиция еще упорно отстаивается, упрекая в непонимании сущности детерминизма других. & quot-Отказ от однозначной причинности является в сущности отказом и от детерминизма& quot-, читаем мы совсем недвусмысленную точку зрения А. И. Уемова, С. В. Остапенко [9].
Нечего и говорить, что такой вид детерминизма, если брать его в качестве общефилософского, яв-ляется сегодня препятствием развития науки и невольным теоретическим основанием произвола, диктата, тоталитаризма и манипулирования в управлении духовной реальностью человека. Все еще существующий & quot-классический, традиционный подход к управлению& quot- сложными системами как раз и основывается на представлении, & quot-согласно которому результат внешнего управляющего воздействия есть однозначное и линейное, предсказуемое следствие приложенных усилий, что соответствует упрощенной схеме: управляющее воздействие -желаемый результат. Чем больше вкладываешь энергии, тем будто бы больше и результат. Однако на практике многие усилия оказываются тщетными, & quot-уходят в песок& quot- или даже приносят вред, если они противостоят собственным тенденциям саморазвития сложноорганизованных систем& quot-. Особенно это относиться к мотивационным основаниям действия [10].
Вторая концепция определяет детерминизм как учение о причинности, понимая причинность в более широком плане: включающую монокаузальную причинность, но и вероятностную причинность. В ней отождествляется детерминизм и причинность, но под причинностью понимают & quot-так называемую вероят-ностную причинность& quot-, не исключающую в себе и строго однозначную связь [11]. Наиболее типично выражают ее также исследователи Л. Б. Баженов, Чайковский Ю. В., Сокулер З. А., Кравец А. С., Налимов В. В., Г. И. Рузавин и др. Сегодня это наиболее распространенная точка зрения. Сторонники такой позиции уже сами критикуют предыдущее механистическое понимание детерминизма. Но этого с точки зрения современных научных данных о детерминизме недостаточно. По-прежнему часть выдается за целое. Поэтому данная позиция в качестве общефилософской несколько продвигает дело вперед, но качественно в принципе остается близка к первой. И не потому, что признается вместе с вероятностной еще и однозначная причинность. Детерминизм здесь определяется также через одну из своих форм, не выходя за рамки самое себя, закрывая дорогу к оценке других его составляющих. Отождествление детерминизма и причинности по своему логично и заманчиво, так как причинность на самом деле составляет ядро детерминизма.
Дело в том, что причинность не исчерпывает всего детерминизма. Наука знает многообразные зависимости непричинного, но детерминационного характера. Среди непричинных форм детерминации выявлены такие, как структурная детерминация, детерминация части целым, детерминация условиями, детерминация средой. Выявлены такие виды детерминации, как функциональная, системная, управ-ляющая, рекурсивная петля и ряд других, тесно связанных с причинностью, но не сводимых к ней (Я. ФАскин, Е. Н. Князева, В. С. Степин, Ф. Фурстер, Э. Морен). Отсюда, детерминизм гораздо шире причинности, а причинность есть лишь один из видов детерминации. К сожалению, в вузовских учебниках и пособиях детерминизм отождествляется с причинностью до сих пор. За редким исключением не существует даже такой главы как & quot-Детерминизм"-, о нем лишь упоминается при соотнесении его с индетерминизмом в главе & quot-Причинность"-. Такое состояние с фундаментальным принципом бытия представляется крайне неправомерным.
Несмотря на большее рациональное зерно, вторая концепция ведет к подмене функций детер-минизма функциями причинности, сужая тем самым его мировоззренческое и методологическое значе-ние, толкая частные теории и практику по-прежнему на путь индетерминизма или на жесткий детерминизм, а значит, на волюнтаристический или фаталистический произвол и диктат. Справедливым и сегодня остается мнение М. Бунге о том, что при такой постановке вопроса индетерминизм неизбежен [12]. Если допустить, что все в мире причинно, то такая тотальная причинность, правомерно возражает Новик И. Б., невольно вводит мистические допущения, то есть индетерминизм. Индетерминизм и есть та концепция, которая отрицает & quot-посюстороннюю природу детерминации& quot-[13]. Однако вторая концепция имеет еще один положительный момент — она все равно выявляет необходимость поиска общефилософской сущности и содержания детерминизма. Это, видимо, и породило третью концепцию.
Третья концепция определяет детерминизм как учение о всеобщей обусловленности явлений приро-ды, общества и человеческого мышления (И.Т. Фролов, С. А. Тюшкевич, М. А. Парнюк, А. А. Куликов, П.В. Алек-сеев, П.В. Панин) [14]. Она пытается преодолеть ограниченность предыдущей и сформулировать именно общефилософскую концепцию детерминизма. Здесь уже недвусмысленно подчеркивается неправомерность отождествления детерминизма и причинности. Эта концепция выводит сущность детерминизма уже через более широкую его разновидность — через обусловленность, а не причинность. Однако, хотя представление о детерминизме расширяется, но его суть остается все той же, часть выдается за целое. Обусловленность как и причинность является также одним из видов детерминации. Повторяется все та же ошибка — & quot-целое через часть& quot- или «дефиниендум неравен дефиниенденсу». Использование варианта определения детерминизма, через & quot-причинную обусловленность& quot-, на наш взгляд, не меняет сути дела, внося лишь дополнительную запутанность в общефилософскую концепцию.
Детерминизм шире и обусловленности, и недопонимание этого показывает, что существенный признак общефилософского детерминизма не найден и этой концепцией. Фактически она соскальзывает на предыдущее понимание детерминизма. Но исторически положительным за ней остается то, что она способствует окончательному разрыву с концепцией — детерминизм как монокаузальная причинность. Кроме того, она обнажает необходимость приведения в систему уже открытых разновидностей детерминизма и выявляет одновременно принципиальную невозможность сделать это, понимая сущность детерминизма в рамках его лишь генетического характера. Наконец, она окончательно обнаруживает невозможность формулирования его общефилософской сущности через частные по отношению к нему категории.
В неклассическом нелинейном типе детерминизма существует так же несколько близких концепций. Они основываются на неклассической картине мира — на том, что мироздание видится по-прежнему конечным, созданным, закрытым, хотя и более сложным, динамичным, нестабильным. Классические абсолютные абсолюты здесь заменяются неклассическими релятивистскими абсолютами. Отсюда представление о детерминизме становится аморфным, тяготеющим к индетерминизму. В четвертой (по порядку) концепции под детерминизмом понимается общее учение об универсальной связи явлений, отрицающее существование каких-либо явлений вне этой универсальной связи (И.В. Кузнецов, Б. М. Кедров, С. П. Курдюмов и другие). Становится заметно, что необъясненная таинственная & quot-универсальная связь& quot- слишком расширяет и растворяет сам детерминизм. Такая позиция становится близкой взглядам & quot-номологического детерминизма& quot-, который, как известно, принимает принцип закономерности, но отвергает принцип причинности [16]. А это уже путь к скрытой форме индетерминизма1, так как размывание причинности неминуемо ведет к тому, что детерминизм провисает в воздухе, то есть лишается тем самым субстанциональной бытийствующей основы. В связи с & quot-универсальной связью& quot- возникают также вопросы: не сводится ли таким образом понимаемый детерминизм к диалектике, которая в известном смысле тоже наука об универсальных связях. А также не остается ли теперь в тени ядро детерминизма — генетический характер причинности. В целом примерно на такой же позиции детерминизма стоит И. Пригожин. Его разработка философии так называемой нестабильности, как поясняет С. П. Курдюмов, показывает, что вульгарный & quot-жесткий детерминизм& quot- в качестве общефилософского преодолен совсем. Но «детерминизм, утверждающий, что состояния
1 Под индетерминизмом нами понимается мировоззрение отрицающее всеобщность и объективность взаимозависимости относительно конечных явлений материального и духовного мира (отрицающее '-земную'- причинность, обусловленность, детерминацию средой конечных явлений), но подводящее к предопределенности их сверхъестественной (& quot-акаузальной"-), мистической и извне их самих силой. И. это теоретическое основание фатализма и волюнтаризма, отрицания в итоге закономерностей бытия, настаивая на потусторонних, мистических. Однако его ценность в том, что он подчеркивает сложность мироздания и необходимость вдумчивого подхода к миру.
исследуемого объекта будут строго находиться в данной области фазового пространства», — такой детерминизм остался [15].
Методологически такое понимание детерминизма, на наш взгляд, все-таки более перспективно. И прежде всего по своему общефилософскому замыслу. Детерминизм здесь, наконец, не связывается ни с одним из его видов. Есть попытка учесть спектр и негенетических связей мироздания. Это уже в принципе иной подход, чем во всех предыдущих концепциях. Однако в таком представлении о детерминизме не виден специфический для него признак, который хватывал бы самое общее и существенное для всех его типов и форм. Сама & quot-универсальная связь& quot- должна быть еще объяснена. В этой концепции при такой ее интерпретации ускользает сама суть именно детерминизма, без чего невозможно раскрыть его содержание, систематизировать его разновидности, без чего такая концепция становится просто ненужной, не работает на практике. Итак, представляется, что в целом такая концепция, ясно выступая против ограниченного представления о детерминизме, все-таки вольно или нет тяготеет к скрадыванию его ядра — причинности. Но, повторим, исторически позитивным здесь является сам методологический подход к определению детерминизма, стремление осмыслить его не через свои же разновидности. Это уже приближение к его именно общефилософской сущности.
В значительной степени этот недостаток устраняет пятая концепция — под детерминизмом здесь полагается & quot-связь, выражающая зависимость вещей (свойств вещей и отношений между ними, событий, процессов, состояний) в их существовании и изменении от любых факторов& quot- разрабатываемая саратовской школой Я. Ф. Аскина, В. Н. Гасилина [17]. Данное понимание детерминизма обладает тем преимуществом, что в дополнение к предыдущему выражает активную сторону взаимосвязи. Однако, оставляя без внимания характер зависимости, оставляя зависимость & quot-от любых факторов& quot-, такое понимание, на наш взгляд, также оставляет и номологическую размытость детерминизма. Ведь в таком случае остается возможность признания зависимости и от сверхъестественных факторов. Но соответствует ли это закону достаточного основания: такой детерминизм может быть признан и индетерминизмом, и религиозным детерминизмом.
Появилась шестая концепция так называемого & quot-неодетерминизма"- (И. Пригожин, М. А. Можейко и другие), которую можно отнести тоже к неклассическому типу. В связи с синергетикой под детерминизмом здесь понимается & quot-смещение акцента& quot- на доминирование внутренних самопроизвольных моментов в любой системе с противопоставлением их внешним, незавершенная процессуальность системы, «непредсказуемая смена состояний системы, каждая из которых не является ни следствием,. ни причиной» по отношению друг к другу[18]. Здесь дело подвигается вперёд, но пока, как представляется, в таком понимании общефилософской сущности детерминизма тоже немало номологической размытости и путанности.
Часть синергетиков правомерно отвергают классический линейный детерминизм. Но поскольку они весь детерминизм идентифицируют лишь с принудительной односторонней причинностью, то ведут речь однако о переходе от & quot-детерминизма"- к & quot-индетерминизму"-. «Поведение ансамбля детерминистично» и в тоже время «реальный мир управляется не детерминистскими законами, равно как и не абсолютной случайностью» (И. Пригожин) — или «в действительности детерминизм прекрасно совместим с понятием, что некоторые события беспричинны» (Д. Деннет) [19]. Казалось бы, более тонкое понимание сущности детерминизма мироздания. Но все-таки сам принцип детерминизма, на наш взгляд, провисает в воздухе. Потому что: а) не дифференцируется самопроизвольность в бытии- б) размывается в детерминизме причинность- в) неясно понимается сама причинность и прилегающие к нему другие формы в детерминизме- г) сам принцип детерминизма лишается своей субстанциональной бытийствующей основы, теряется «контакт с Живой вечностью» (АБергсон). А это латентный путь к скрытому индетерминизму, с одной стороны, и в тоже время к мистическому потустороннему детерминизму, с другой. Правда, путано признавая наличие «детерминационных участков"(плато) в общем течении «индетерминационного процесса», этим закладываются некоторые основания и для теории именно современного неоклассического типа детерминизма, который пошел дальше. В чем?
Неоклассический фрактальный тип детерминизма основывается на принципиально ином понимании фундаментальных основ мироздания. В неоклассической философии, в новой прежде всего синергетической картине мира системное понимание бытия сочетается с ситуационным [4]. В пределах познанного мироздание доказывает себя не созданным, бесконечно-вечным, впервые доказанной открытой системой и обходится, увы, без некоего сверхъестественного творца и Администратора и т. д. Исходя из этого, неоклассический тип детерминизма осмыслил основные недостатки в теории как классического линейного, так и неклассического нелинейного детерминизма. Во-первых, при всей их исторической ценности в них ещё не схватывается и не существует общефилософской сущности детерминизма. Повторим, при таких попытках общефилософскую сущность детерминизма сводят к его какой-либо части или к одной из его форм. Во-вторых, сущность детерминизма объясняется поверхностно, не связывая детерминизм с глубинными онтологическими основаниями бытия- детерминизм не выводится из самодвижения бытия- сущность детерминизма не пронизывает закон неравномерности саморазвития бытия. В-третьих, в объяснении механизма'- действия детерминизма все еще существует бинарный, конфликтный, а не бинокулярный подход. Видимо. в силу подобных теоретических обстоятельств принцип детерминизма воспринимается либо как чье-то волюнтаристическое пожелание, либо как принудительное воздействие, механистическое, силовое учение, либо как нереальный фетишизированный мистически-религиозный детерминизм, а потому не случайно утрачивающий (и поделом, коль так) свое былое значение. Но в силу своих фундаментальных оснований и значимости детерминизм заставляет себя помнить и обогащать свое содержание.
Неоклассический фрактальный тип детерминизма пытается преодолеть эти недостатки, он качественно отличается от того, что под детерминизмом понимали раньше. Главное, неоклассическим фрактальным детерминизмом он является потому, что связывает себя с поворотом к реализму [20] понимания и осуществления детерминаций. Но что это значит? Это значит, что, опираясь на предыдущие поиски и наработки в области детерминизма, в третьем типе детерминизма выявляется, наконец, общефилософская сущность детерминизма. И детерминированность впервые выводится из субстанциональных глубин бытия, из самодвижения бытия, а не из трансцендентной или имманентной заданности. (Данный фрагмент теории детерминизма рассматривается подробнее в части II). Последнее особенно важно. Классический линейный детерминизм так или иначе связан с трансцендентализмом, а неклассический нелинейный — с имманентизмом, то есть с заданностью, предвзятостью. Неоклассический фрактальный детерминизм основан на внезаданности бытия.
Внезаданность как самовозникновение, самоорганизация и непрерывное самообновление выходит за пределы соотношения и противоречия '-внешнее — внутреннее'-. Внезаданность касается спонтанного возникновения как внешнего, так и внутреннего. Ибо у бытия как бесконечно-вечного нет внешнего, у бытия всё внутреннее. Бытие как бесконечное проявляет себя через конечные явления. Вот у них как у конечных явлений, можно условно говорить о внешнем и внутреннем- да и то относительном, поскольку их конечность относительна. Их внутреннее вынуждено быть очерченным от & quot-внешнего"-, чтобы им быть онтологически самим собой. Следовательно, конечные явления онтологически связаны с бесконечностью и вечностью. Они '-вытекают'- и '-втекают'- в бытие: имеют & quot-предбытие"-, & quot-своё-бытие"- и & quot-послебытие"-. Благодаря им, как части, как реальным носителям (онтосам) всего бытия, бытие как сущее существует как онтологически целое, а не нечто эфемерное или лишь гносеологическое целое. Внезаданность во фрактальном детерминизме связана с синергетическим самоорганизующимся мироустройством и миропониманием (И. Пригожин и другие) [21], с открытием в нём фрактальности бытия (Б. Мандельброт и другие)[22], с постнеклассическим типом рациональности (В.С. Степин и другие) [23], с другим уровнем понимания сложности бытия, с отсутствием '-услуг'- внешнего вневременного, внепространственного & quot-наблюдателя"- и переходом & quot-к самосознающей Вселенной& quot- (В.В. Налимов, Э. Морен, В. И. Аршинов, ЛАМаркова, Э. А Тайсина и другие) [24].
Особое значение в объяснении '-эмерджентности'- в детерминизме имеет открытие представления о фрактальности бытия. Фрактальность (от лат. &-аСш — раздробленный камень) — свойство мироустройства, системы, обладающей признаками дробной («бахромистой», «рваной», а не линейной и не нелинейной, как полагалось раньше) пространственно-временной размерностью, темпоральностью, где часть всегда самоподобна в чем-либо целому. Фрактал — какой-либо предмет-процесс бытия: а) с дробной фрактальной размерностью и свойством, '-рваностью'-, '-бахромистостью'- по периметру процесса, предмета, состояния, свойства, функции- б) который обладает закономерным самоподобием части целому. Особое самодетерминационное (порождающее) значение здесь имеет «бахрома» (применяя аналогию делёзовской складки). При взаимодействии рваностей на их «стыке», «интерфейсе» действует не линейный и не нелинейный, а хаотический (фрактальный) детерминизм -детерминизм другого уровня. Это, когда действует неслучайный случай, веер случайностей, когда каждая бахроминка действует спонтанно, как самобытный странный (фрактальный) аттрактор, вариант, альтернатива с n-возможностями. Стык бахромистостей, их взаимодействие, пропитывание друг другом является источником новаций-возможностей. Причем, «обоюдодействующим» — рождающимся и угасающим структурам, состояниям, свойствам, функциям- поставляющим новое-жизнеспособное и отсекающим лишнее, новое-нежизнеспособное [25]. Мир есть разнообразие бахромистостей. Если сравнивать и идти дальше, то в складке происходит складывание, причем, линий и кривизны, а в бахроме — пропитывание соком друг друга, потому что не линий, не кривизны, а рваностей (фракталов).
Сегодня появляются различные объяснения '-механики'- зарождения и протекания спонтанности бытия, самодетерминации его относительно конечных явлений. На основе фрактальности доказывается, что действуют такие объективные процесс-результаты бытия как «аутопоэзис» (феномен самовоспроизводства жизни присущий бытию) — «клинамен» (феномен отклонения атомов от своей отвесной линии ничем не обусловленного извне, феномен самодвижения бытия на микроуровне) — «антропный принцип» (случайно-необходимое наличие феномена человека и каждого из нас в бытии) — «бинокулярность» необходимости и случайности, внутреннего и внешнего, субъективного и объективного.
Существуют попытки добраться до объяснения своего рода даже конкретных '-алгоритмов'- самодетерминации. Они опираются на такие операции как «рекурсия», «итерация», «резонанс», «микроскопический кооперативный эффект» с переходом на макроуровень, «инверсия» отношений, «интерфейс», «интерсубъективность», действие «неслучайного случая», «преодоление господства случайности и преодоление доминирования необходимости», «прецедентная детерминация», различное порождающее действие причины, условия и среды (о чем пойдет речь в части III) в акте детерминированности.
Особое внимание фрактальный детерминизм уделяет теории внутреннего, соотношению внутреннее-внешнее. Но что есть & quot-внутреннее"-? Внутреннее здесь это именно внутреннее- это уже не привнесённое имманентно внутреннее и не заимствованное внешнее (как представлялось раньше), а изнутри сложно порожденное, результат динамики самого процесса превращения различного уровня «фрактальных размерностей», процесс-результат взаимодействия взаимодействий. Здесь внешнее не отделяется от внутреннего и не противостоит внутреннему. Поскольку само внешнее в принципе порождено и на самом деле в принципе все состоит из внутреннего, только уже другого произошедшего масштаба и уровня. В плане логистики
происхождения детерминации нового, небывшего, то она есть динамика бахромистостей — есть «величайшая машина Мира», если идти дальше делезовской складки.
Собственно говоря, что нам нужно от принципа детерминизма? И вот здесь получается, что фрактальный детерминизм в объяснении происхождения детерминаций, во-первых, вновь обращает внимание не столько на сами вещи, сколько на деятельную сторону вещей, на «способность их производства/возникновения», на то, «что их производит или они производят», то есть на их делание/сделанность в едином сущем [26], на факт осуществления действия в бытии. А не только и не столько его оязыковления, означивания, обещание делания, артикуляции, интенции, которые есть тоже событие, но все-таки after-postmюdemism (ское) событие.
Во-вторых, фрактальный детерминизм связывает себя с фактом укорененности делания в бытии на всех стадиях существования бытия в целом и его конечных явлений, не с какой-либо одной, а с тремя, условно говоря, фазами детерминации: с подготовительной к действию, текущей фазой действия и с фазой осуществления делания.
В-третьих, не бинарно (не разрывая, не противопоставляя жизненно органично единое), как раньше, а бинокулярно — одновременно с а) процессом, б) результатом и с в) фазовым переходом, учитывая целостность единость процесс-результата.
В-четвертых, под детерминизмом во фрактальном его типе понимается незавершенная процессуальность любой системы как в принципе всегда открытой системы, а потому такой, где всегда в принципе происходит превалирование внутренних, но (!) внутренних — не предвзятых, а самопроизвольных моментов делания — то, что называют «аутопоэзисом», которые взаимодействуют с внешними, но (!) внешними, являющимися сами внутренними, то есть одноприродными (также обладающими аутопоэзисностью, климаменостью, а не потусторонними). Во фрактальном типе детерминизма & quot-внутреннее"- и & quot-внешнее"- не одинаково, но не разноприродно, а одноприродно — в своей посюсторонности.
В-пятых, во фрактальном детерминизме каждый из аутопоэзисных '-механизмов'- и элементов зарождения и протекания спонтанности бытия и самодетерминации его конечных явлений (клинамен, бахрома, интерфейс, трансгрессия фрактальных подсистем) действует рекурсивно, являясь и причиной и следствием одномоментно по отношению друг к другу и к & quot-включенному третьему& quot-(Николеску). Вбрасываясь в '-топку'- тут же и этого же детерминационного процесса.
В-шестых, фрактальный детерминизм связывает себя с различной мерой и характером «стыков», «бахромистостей» (мерой взаимодействий, диффузии своих состояний, свойств, функций, частей структуры) этих фрактальных подсистем. Поэтому он различает в детерминизме разную работу причинности, обусловленности, детерминации средой и других форм детерминированности в сущем.
И вот на этом стоит остановиться более подробно. Такое различение имеет глубокие онтологические корни и большое практическое значение.
Литература
1. The Re-Emergence of Emergence: The Emergentist Hipothesis from Science to Religion/ Ed. by P. Clayton and P. Davies. Oxford, 2006- Князева Е. Н. Идея эмерджентной эволюции в воззрениях Э. Морена, И. Стенгерс и Ж. Де. Роснэ // Философские науки. 2011. -№ 9.- С. 99−115- Князева Е. Н. Энактивизм: концептуальный поворот в эпистемологии / / Вопросы философии 2013.- № 10.- С. 91−104.
2. См.: Пригожин. И. Философия нестабильности// Вопросы философии. 1991.- № 6.- С. 48.
3. См. напр.: Современный детерминизм и наука. В 2-х т. — Новосибирск: СО АН, 1975- Гасилин В. Н. Имеет ли детерминизм границы?//Разум и культура: Сб. науч. тр. /под ред. проф. В. Б. Устьянцева.- Саратов: Поволж. межрег. уч. центр, 2001.- С. 83−88- Орланов Г. Б. Детерминизм как эпистемологическая проблема // Эпистемология & amp- философия науки. 2011. T. XXIX — № 3.- С. 99−118 и другие.
4. См. подр.: Меньчиков Г. П. Неоклассическая философия: сущность, содержание, значение // Ученые записки Казанского государственного университета. Т. 155, кн.1. Гуманит. науки. -2013. -С. 105−116- Степин В. С. Научная рациональность в социокультурном аспекте // Человек и его будущее: Новые технологии и возможности человека. -М.: Ленанд, 2012.- С. 273−282- Солодухо Н. М. Ситуационность бытия // Феномены природы и экология человека. Сб. науч. тр. в 3-х т. — Казань: Эксклюзив, 2004. Т.1.- С. 133−144 и другие.
5. Князева Е. Н., Курдюмов С. П. Синергетика как новое мировидение: диалог с И. Пригожиным // Вопросы философии. 1992.- № 12.- С. 4.
6. Карнап Р. Философские основания физики.- М. :
1. The Re-Emergence of Emergence: The Emergentist Hipothesis from Science to Religion/ Ed. by P. Clayton and P. Davies. Oxford, 2006- Knjazeva E.N. Ideja jemerdzhentnoj jevoljucii v vozzrenijah Je. Morena, I. Stengers i Zh. De. Rosnje // Filosofskie nauki. 2011. -№ 9.- S. 99−115- Knjazeva E.N. Jenaktivizm: konceptual'-nyj povorot v jepistemologii // Voprosy filosofii 2013.- № 10.- S. 91−104.
2. Sm.: Prigozhin. I. Filosofija nestabil'-nosti // Voprosy filosofii. 1991.- № 6.- S. 48.
3. Sm. napr.: Sovremennyj determinizm i nauka. V 2-h t. -Novosibirsk: SO AN, 1975- Gasilin V.N. Imeet li determinizm granicy?//Razum i kul'-tura: Sb. nauch. tr. /pod red. prof. V.B. Ust'-janceva.- Saratov: Povolzh. mezhreg. uch. centr, 2001. -S. 83−88- Orlanov G.B. Determinizm kak jepistemologicheskaja problema // Jepistemologija & amp- filosofija nauki. 2011. T. XXIX.
— № 3.- S. 99−118 i drugie.
4. Sm. podr.: Men'-chikov G.P. Neoklassicheskaja filosofija: sushhnost'-, soderzhanie, znachenie // Uchenye zapiski Kazanskogo gosudarstvennogo universiteta. T. 155, kn.1. Gumanit. nauki. -2013. -S. 105−116- Stepin V.S. Nauchnaja racional'-nost'- v sociokul'-turnom aspekte // Chelovek i ego budushhee: Novye tehnologii i vozmozhnosti cheloveka. — M.: Lenand, 2012.- S. 273−282- Soloduho N.M. Situacionnost'- bytija // Fenomeny prirody i jekologija cheloveka. Sb. nauch. tr. v 3-h t. — Kazan'-: Jekskljuziv, 2004. T.1.- S. 133−144 i drugie.
5. Knjazeva E.N., Kurdjumov S.P. Sinergetika kak novoe mirovidenie: dialog s I. Prigozhinym // Voprosy filosofii. 1992.- № 12.- S.4.
6. Karnap R. Filosofskie osnovanija fiziki. — M.: Progress,
Прогресс, 1971. -С. 361- Лукасевич Я. О детерминизме // Вопросы философии. 1995. — № 5.- С. 61.
7. Berofsky B. Review article: conception of freedom//The journal of philosophy. Vol.№ 7. 1970. P. 208- Lycan W.C. Consciounsness.- Cambridge- London. MJT Press, 1995.P. 115- Сокулер З А. Спор о детерминизме во французской философской литературе // Вопросы философии. 1993.- № 2.- С. 141.
8. Фромм Э. Духовная сущность человека. Способность к добру и злу / / Философские науки. 1990. -№ 8.- С. 88−95.
9. Уёмов А. И., Остапенко С. В. Причинность и время // Современный детерминизм, законы природы. — М.: Мысль, 1973.- С. 223.
10. Князева Е. Н., Курдюмов С. П. Там же. — С. 4- Setiya K. Rationalism without Reasons. Princeton, 2007.
11. См.: Сачков Ю. В. Эволюция учения о причинности // Вопросы философии. 2003. — № 4. -С. 101−118- Рузавин Г. И. Детерминистические и стохастические законы // Энциклопедия эпистемологии и философии науки. — М., 2009.- С. 173−175.
12. См.: Бунге М. Причинность. — М.: Иностранная литература, 1962.- С. 226.
13. Новик И. Б. Детерминизм и диалектико-материалистический монизм // Современный детерминизм, законы природы. — М.: Мысль, 1973.- С. 110.
14. См.: Тюшкевич С. А. Проблема детерминизма в советской военной науке. Докт. дисс.- М.: ВПА, 1969- Парнюк М. А. Принцип детерминизма в системе материалистической диалектики. Киев, 1972.
15. Кедров Б. М. О детерминизме // Философские науки. 1968. № 1. — С. 41−48- Пригожин И. Философия нестабильности // Вопросы философии. 1991. — № 6.- С. 50- Курдюмов С. П. Интервью // Вопросы философии. 1991. — № 6.- С. 54.
16. См. Алексеев П. В., Панин А. В. Философия. — М.: Теис, 1996. — С. 390.
17. Аскин Я. Ф. Философский детерминизм. — Саратов: СГУ, 1974.- С. 30- Гасилин В. Н. Детерминизм как принцип материалистической диалектики. Автореф… канд. филос. наук, 1978. -С. 4- Гасилин В. Н. Имеет ли детерминизм границы? / / Разум и культура: Сб. науч. тр./ Под ред. проф.
B.Б. Устьянцева. — Саратов: Поволж. межрег. уч. центр, 2001. -
C. 83−88.
18. См.: Можейко М А. Неодетерминизм // Новейший философский словарь.- Мн.: Книжный Дом. 2003. — 1280 с.- -
C. 680.
19. См.: Пригожин И., Стенгерс И. Время, хаос, квант. К решению парадокса времени. М., 2000. — С. 86, 224- Dennett
D.C. Freedom Evolves. К[и.а. ], 2003, 84.
20. О разнице стратегий осмысления бытия. См.: Фатенков А. Н. Стратегия осмысления бытия: реализм в полемике с конструктивизмом и теорией отражения // Вопросы философии. 2011. -№ 12. — С. 117−129.
21. Пригожин И., Стенгерс И. Порядок из хаоса. — М.: Едиториал УРСС, 2003. — 312 с.- Князева Е. Н., Курдюмов С. П. Синергетика: нелинейность времени и ландшафты коэволюции. -М.: Ком Книга, 2007. — 272 с.- Клягин Н. В. Современная научная картина мира. — М.: Логос, 2007. — 263 с.- Лекторский В А. Философия в современной культуре. -М.: ИФРАН, 2007. -167 с.- Хокинг С. От большого взрыва до черных дыр. Краткая история времени. -М.: Мир, 1990. -168 с.
22. См. подр.: Мандельброт Б. Фрактальная геометрия природы. — М.: Ин-т компьютерных исслед., 2002.- 656 с.- Меньчиков Г. П. Фрактальность — всеобщее свойство бытия // Уч. записки Казан. ун-та. — Т. 150, — кн.4. Гуманит. науки. 2008.- С. 80−86.
23. См. подр.: Степин В. С. Теоретическое знание: структура, историческая эволюция.- М.: Прогресс-
1971. -S. 361- Lukasevich Ja. O determinizme // Voprosy filosofii. 1995. — № 5.- S. 61.
7. Berofsky B. Review article: conception of freedom//The journal of philosophy. Vol.№ 7. 1970. P. 208- Lycan W.C. Consciounsness.- Cambridge- London. MJT Press, 1995.P. 115- Sokuler Z.A. Spor o determinizme vo francuzskoj filosofskoj literature // Voprosy filosofii. 1993.- № 2.- S. 141.
8. Fromm Je. Duhovnaja sushhnost'- cheloveka. Sposobnost'- k dobru i zlu // Filosofskie nauki. 1990. — № 8.- S. 88−95.
9. Ujomov A.I., Ostapenko S.V. Prichinnost'- i vremja // Sovremennyj determinizm, zakony prirody. — M.: Mysl'-, 1973. -S. 223.
10. Knjazeva E.N., Kurdjumov S.P. Tam zhe. — S. 4- Setiya K. Rationalism without Reasons. Princeton, 2007.
11. Sm.: Sachkov Ju.V. Jevoljucija uchenija o prichinnosti // Voprosy filosofii. 2003. — № 4. -S. 101−118- Ruzavin G.I. Deterministicheskie i stohasticheskie zakony // Jenciklopedija jepistemologii i filosofii nauki. — M., 2009.- S. 173−175.
12. Sm.: Bunge M. Prichinnost'-. — M.: Inostrannaja literatura, 1962.- S. 226.
13. Novik I.B. Determinizm i dialektiko-materialisticheskij monizm // Sovremennyj determinizm, zakony prirody. — M.: Mysl'-, 1973.- S. 110.
14. Sm.: Tjushkevich S.A. Problema determinizma v sovetskoj voennoj nauke. Dokt. diss.- M.: VPA, 1969- Parnjuk M.A. Princip determinizma v sisteme materialisticheskoj dialektiki. Kiev, 1972.
15. Kedrov B.M. O determinizme // Filosofskie nauki. 1968. № 1. — S. 41−48- Prigozhin I. Filosofija nestabil'-nosti // Voprosy filosofii. 1991. — № 6.- S. 50- Kurdjumov S.P. Interv'-ju // Voprosy filosofii. 1991. — № 6.- S. 54.
16. Sm.: Alekseev P.V., Panin A.V. Filosofija. — M.: Teis, 1996.
— S. 390.
17. Askin Ja.F. Filosofskij determinizm. — Saratov: SGU, 1974. -S. 30- Gasilin V.N. Determinizm kak princip materialisticheskoj dialektiki. Avtoref.. kand. filos. nauk, 1978. -S. 4- Gasilin V.N. Imeet li determinizm granicy? // Razum i kul'-tura: Sb. nauch. tr./ Pod red. prof. V.B. Ust'-janceva. — Saratov: Povolzh. mezhreg. uch. centr, 2001.- S. 83−88.
18. Sm.: Mozhejko M.A. Neodeterminizm // Novejshij filosofskij slovar'-.- Mn.: Knizhnyj Dom. 2003. — 1280 s.- -S. 680.
19. Sm.: Prigozhin I., Stengers I. Vremja, haos, kvant. K resheniju paradoksa vremeni. M., 2000. — S. 86, 224- Dennett D.C. Freedom Evolves. L. i.a. ], 2003, 84.
20. O raznice strategij osmyslenija bytija. Sm.: Fatenkov A.N. Strategija osmyslenija bytija: realizm v polemike s konstruktivizmom i teoriej otrazhenija // Voprosy filosofii. 2011. -№ 12. — S. 117−129.
21. Prigozhin I., Stengers I. Porjadok iz haosa. — M.: Editorial URSS, 2003. — 312 s.- Knjazeva E.N., Kurdjumov S.P. Sinergetika: nelinejnost'- vremeni i landshafty kojevoljucii. -M.: Kom Kniga, 2007. — 272 s.- Kljagin N.V. Sovremennaja nauchnaja kartina mira. — M.: Logos, 2007. — 263 s.- Lektorskij V.A. Filosofija v sovremennoj kul'-ture. — M.: IFRAN, 2007. -167 s.- Hoking S. Ot bol'-shogo vzryva do chernyh dyr. Kratkaja istorija vremeni. -M.: Mir, 1990. -168 s.
22. Sm. podr.: Mandel'-brot B. Fraktal'-naja geometrija prirody.
— M.: In-t komp'-juternyh issled., 2002.- 656 s.- Men'-chikov G.P. Fraktal'-nost'- - vseobshhee svojstvo bytija // Uch. zapiski Kazan. un-ta. — T. 150, — kn.4. Gumanit. nauki. 2008.- S. 80−86.
23. Sm. podr.: Stepin V.S. Teoreticheskoe znanie: struktura, istoricheskaja jevoljucija.- M.: Progress-Tradicija, 2000. -743 s.- Stepin V.S. Nauchnaja racional'-nost'- v sociokul'-turnom kontekste // Chelovek i ego budushhee: Novye tehnologii i vozmozhnosti cheloveka. — M.: Lenand, 2012. — S. 278−282.
Традиция, 2000. -743 с.- Степин В. С. Научная рациональность в социокультурном контексте / / Человек и его будущее: Новые технологии и возможности человека. — М.: Ленанд, 2012. — С. 278−282.
24. См.: Аршинов В. И. Синергетика конвергирует со сложностью // Вопросы философии. 2011. — № 4. — С. 73−84. -С. 78.- Маркова Л А. Субъект как наблюдатель // Вопросы философии. 2011. — № 4. — С. 84−94- Тайсина Э А. Теория познания. Интродукция и рондо каприччиозо. -СПб.: Алетейя: Вертолет-медия, 2013. — 608 с.
25. См.: Николаева Е. М. Социализация личности: синергетический дискурс (опыт социально-фило-софского исследования). Казань: Казан. ун-т, 2005. — С. 55, 52.
26. См.: Тайсина Э А. Очерки новой гносеологии. В 4-х ч. Очерк II. Онтология экзистенциального материализма. -Казань: Казан. гос. энерг. ун-т, 2010. — С. 33.
24. Sm.: Arshinov V.I. Sinergetika konvergiruet so slozhnost'-ju // Voprosy filosofii. 2011. — № 4. — S. 73−84.- S. 78.- Markova L.A. Sub#ekt kak nabljudatel'- // Voprosy filosofii. 2011. — № 4. — S. 84−94- Tajsina Je.A. Teorija poznanija. Introdukcija i rondo kaprichchiozo. -SPb.: Aletejja: Vertolet-medija, 2013. — 608 s.
25. Sm.: Nikolaeva E.M. Socializacija lichnosti: sinergeticheskij diskurs (opyt social'-no-filo-sofskogo issledovanija). Kazan'-: Kazan. un-t, 2005. — S. 55, 52.
26. Sm.: Tajsina Je.A. Ocherki novoj gnoseologii. V 4-h ch. Ocherk II. Ontologija jekzistencial'-nogo materializma. -Kazan'-: Kazan. gos. jenerg. un-t, 2010. — S. 33.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой