Экологическая цивилизация и экологическая безопасность: вчера, сегодня, завтра

Тип работы:
Реферат
Предмет:
История. Исторические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Вестник Санкт-Петербургского университета. Сер. 6, 2006, выи. 3
A.A. Алимов, Ф. Лоренц
ЭКОЛОГИЧЕСКАЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ И ЭКОЛОГИЧЕСКАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ: ВЧЕРА, СЕГОДНЯ, ЗАВТРА
В последние тридцать лет экологическая проблематика является одной н. ч наиболее значимых и сложных в рамках тех глобальных проблем, которые нуждаются в скорейшем разрешении. Глобализация и глобальные проблемы — это, пожалуй, тот перекресток в направлении развития современных цнвилизационных процессов, на котором современное общество приостановилось в раздумье: что делать? Каковы дальнейшие пути развития? Насколько пригодны те способы п формы сот рудничества, которыми в рамках нынешних цивилизаций действовали различные акторы мировых политических процессов?
Вопросы эти (да п ряд других, не названных нами в данном случае) действительно важны. Поиски новых вариантов развития занимают умы ведущих ученых, специалистов и политиков XXI в. Однако все мы в определенной мере отягощены теми традициями, опытом, знаниями и способами мышления, которые были сформированы, накоплены и закрепились в обществе на протяжении многовековой его истории. Выйти за круг этих представлений — это, видимо, наиболее сложная, но вместе с тем и важнейшая по своему «цивилизациониому весу» задача. Более того, в современном понимании экологическая проблема — это явление новое, хотя о возможности экологического кризиса, экологической катастрофы говорилось достаточно давно, по крайней мере еще в XVIII и XIX вв. По глобальность и реальная опасность негативных изменений в окружающей среде стали очевидны лишь во второй половине XX в., когда возникла возможность получения научно достоверных, объективных данных, которые показали, что практически на Земле нет ни одного уголка, который не испытывал бы на себе воздействие антропогенного фактора, т. е. деятельности человека.
В начале 1970-х годов прозвучал «первый экологический колокол» — глобальный прогноз, представленный Римскому клубу под названием «Пределы роста». Уже в середине 1980-х заговорили о «первой глобальной революции"1. В начале 1990-х годов была предложена Концепция устойчивого развития. По уже в 2002 г. на саммите в Йоханнесбурге было заявлено, что ощутимых изменений к лучшему в качественном состоянии окружающей природной среды не произошло. Причин такого положения достаточно много. Но, видимо, главной из них является то, что мировое сообщество продолжает двигаться на рельсах экономической парадигмы, сформировавшейся практически одновременно с появление Homo sapience — Человека Разумного.
Поэтому современными философами поставлен вопрос о необходимости перехода на парадигму экологическую, определяющим принципом которой должен стать принцип экоцептрпзма. Однако вряд ли можно однозначно сказать, каким образом может быть осуществлен такой переход и что необходимо сделать для внесения названного памп принципа в качестве определяющего в процесс развития мирового сообщества. И
© A.A. Алимов, Ф. Лоренц, 2006
действительно, проблема взаимодействия общества и природы требует в первую очередь глубокого философского осмысления. Только после этого и можно, лишь в основном по главным направлениям, определить те пути, по которым будут проложены рельсы того, что мы назвали „экологической парадигмой“.
Практически на всем протяжении своего существования как социобиологическо-го вида человек был в поисках понимания того, как он может познать, контролировать природу, а следовательно, и пользоваться ее потенциалом себе на благо. Но в этом стремлении познания человек в рамках философского анализа перевел природу в позицию объекта, взяв себе роль исследователя, видимо, забыв о том, что сам является ничем иным, как ее частью. Вот почему в наши дни, когда стал особенно очевидным этот разрыв человека и природы, а философский анализ был сосредоточен главным образом на проблемах человека, стало настоятельно необходимо не только переосмыслить видение природы и самого себя, но и выработать систему действий в рамках принципиально нового социально-философского понимания.
Обладая способностью абстрактного мышления и прогнозирования, человек на протяжении всей своей истории строил взаимоотношения с природой, исходя из своих интересов и целей — удовлетворения потребностей. И не случайно географический фактор в человеческой деятельности всегда играл важную роль — расположение ресурсного потенциала неравномерно, п, как говорится, кому что Бог дал, тот тем и пользовался. Но номере развития технического потенциала и технологических средств появились новые возможности и соблазны, в том числе соблазн использовать ресурсы, находящиеся вне государственных границ. Вовлечение же в хозяйственные процессы новых видов сырья, в том числе в свое время угля, а потом и нефти, привело к другой проблеме проблеме загрязнения биосферы. Теперь же ресурсно-экологическая составляющая наряду с проблемой сохранения природной среды в пригодном для человека состоянии и являются базовыми элементами глобальной экологической проблемы.
Естественно, что перейти па новые рельсы развития, взяв за основу экологическую парадигму, задача более чем сложная. Для того чтобы правильно выбрать траекторию этого развития, необходимо не просто осмыслить прошлое и определить для себя что же следует исключить из ранее использованного. Надо решиться на отказ от уже устоявшихся принципов и воззрений, которые зачастую становятся догмами. Уже с полным основанием можно говорить о том, что историческая практика природопользования доказала неспособность как экономики свободного рынка, так и экономики планового командно-административного управления решить проблемы обеспечения экологической безопасности. По более того, демократические ценности, столь важные и значимые для России, только недавно начавшей внедрять их в политическую и экономическую жизнь общества, также могут быть поставлены под вопрос.
Известно, что один из английских мыслителей XX в. — X. Макинндер отводил демократии важнейшую роль в развитии общественных отношений, ст авил ее в зависимость от отношения человека к природе. Так, в работе „Демократические идеалы и реальность“ он писал, что в современной реальности человек контролирует природу и что без такого контроля демократические идеалы бесполезны. „Однако большой контроль человека над природой“, — продолжал он, — которым он обладает в настоящее время, не абсолютен, а относителен и условен"-. Любые изменения в структуре общества, по мнению Макиннде-ра, могут привести только к нарушению баланса во взаимоотношениях между обществом и природой и вызвать усиление контроля сил природы над человеком '-.
Что же все-таки обусловливает переход общественного развития в рамки новых, основанных па экоцентризме, принципах и правилах? Каков основной фактор, способный обеспечить изменение самой логики процесса взаимодействия общества и природы? Очевидно, что ответ не может быть найден в традиционном понимании цивилиза-ционных процессов, поскольку переход к тому, что следует назвать „экологической цивилизацией“, находится лишь в стадии теоретических поисков, но не практики. Это связано со сравнительной новизной экологической проблемы, глобальностью и чрезвычайной сложностью ее проявления. В рамках Концепции Устойчивого Развития (КУР) определяются основные позиции того, на чем должна быть построена система взаимодействия общес тва и природы, — устойчивое развитие — это такое развитие, которое удовлетворяет потребности настоящего времени, по не ставит под угрозу способность будущих поколений удовлетворять свои собственные потребности. Но, говорится далее, оно включает два ключевых понятия: понятие потребностей, необходимых для существования беднейших слоев населения, которые должны быть предметом первостепенного приоритета- понятие ограничений, обусловленных состоянием технологии и организацией общества, накладываемых па способность окружающей среды удовлетворять нынешние и будущие потребности4.
Следовательно, одно пз важнейших условий достижения „устойчивого развития"'- - это социально-экономическая стабильность в современном мире. И действительно, если в настоящее время число неравнодушных к экологической проблеме в целом в мире не достигает и 5 процентов от населения нашей планеты'-1, то это люди, без сомнения, в своем подавляющем большинстве являются представителями промышленно развитых стран. Как отмечала в свое время И. Ганди, именно бедность является наиболее опасным видом загрязнения. По всей видимости, никаких изменений в этом вопросе не произошло.
Однако в условиях динамично развивающейся глобализации страны современного мира вне зависимости от уровня своего развития и даже политической ориентации в той или иной мере все более втягиваются в интеграционные процессы. Деятельность транснациональных корпораций способствует быстрому переносу технологий, технических возможностей, а также перемещению капитала и рабочей силы. Уже это не может не сказываться на состоянии окружающей среды, ее качественных характеристиках. Очевидно, что перемещение технологий не включает в себя наиболее перспективные и дорогостоящие из них, а широкое распространение в странах развивающегося мира технологий, мало отвечающих современным экологическим требованиям, приводит к повышению уровня загрязнений природной среды.
13 этих условиях все более важным становится вопрос использования природных ресурсов, особенно на стадии их добычи и первичной обработки. Да и оценка самих ресурсов значительно изменилась. Если ранее такому виду природных ресурсов, как пресная вода, отводилось место „неисчерпаемого“ и „возобновимого“, то сегодня чистая пресная вода рассматривается как потенциально наиболее дорогостоящий вид природных ресурсов. „Пресноводный“ фактор становится одним из наиболее важных даже в рамках современных военных региональных конфликтов с геополитической подоплекой.
В данном случае мы можем привести пример практически мало кем замеченной ситуации, сложившейся в этом плане в одном из наиболее напряженных районов современного мира — районе Ближнего и Среднего Востока. Более точно, это в первую очередь Ирак, проблемы его восстановления и дальнейшего развития. Мы не рассматрива-
ем здесь военно-политическую ситуацию, сложившуюся вокруг Ирака. Предметом нашего внимания является вопрос водообеспечения людей, живущих в этом регионе и действительно нуждающихся в чистой пресной воде как для хозяйственных, так и для бытовых потребностей.
Можно сказать, что дорогостоящее американское вторжение в Ирак, кроме всех проблем, сложностей и противоречий, высветило один важный] вопрос, который в современной литературе оказался без должного внимания со стороны специалистов. Это вопрос возможного „водного кризиса“ в регионе, более чем перегруженном этпо-коп-фессионалытыми, политическим и другими проблемами, Ближнего и Среднего Востока. И дело здесь заключается не просто в обычной, ежедневной поставке населению и хозяйственным объектам воды и электричества. Вопрос стоит гораздо сложнее — как гарантировать долговременное и стабильное (скажем, также и уст ойчивое) обеспечение всего региона столь необходимыми водными ресурсами.
Известно, что Ирак и Сирия в значительной степени зависят от стока вод бассейна Тигра и Евфрата и даже неоднократно заявляли о своих претензиях па „Реки Эдема“. По проблема состоит в том, что Турция контролирует истоки Евфрата и в значи тельной доле воды Тигра. Поэтому и возникает трудно разрешимая, но, видимо, потенциально бесконечная конфронтация „эколого-ресурсного“ характера. Такое положение особенно осложняется остротой военно-политической ситуации в Ираке, а также достаточно явным желанием турецкого руководства обеспечить себе контроль над водным потенциалом района.
В последнее время появилась достаточно широкая информация о том, что разработанный в Турции Юго-восточный Анатолийский проект (аббревиатура па турецком языке — GAP) предусматривает строительство 21 дамбы и 19 гидротехнических сооружений. Это даст возможность обеспечить ирригационные пот ребности территории, равной по площади штату Теинесп (США). При этом только так называемая Дамба Ата-тюрка обеспечит хранение воды в объеме двухгодичных естественных стоков Евфрата. Естественно, что со стороны Сирии и Ирака имеют место серьезнейшие возражения по этому поводу. Недавнее посещение одним из авторов статьи описываемого района показало, что присутствуют все признаки нарастающего „водного кризиса“. В одном из районов бассейна Евфрата на территории северной Сирии из более чем 200 колодцев с пресной водой только 60 остаются действующими. При этом местные власти выкачивают очень дорогостоящие и экологически значимые грунтовые воды для того, чтобы направить их в засохшие участки русел рек, ведущих к высушенным солнцем полям.
Одной из причин сложившейся ситуации является крайне неэффективная и плохо функционирующая ирригационная инфраструктура Сирии. Поэтому те грандиозные планы, которые строит сирийское правительство по поводу возможности использования вод Евфрата, видимо, окажутся неосуществимыми. Известен пример катастрофы на Дамбе Зейзун, стоящей на реке Оронтес, имевшей место в прошлом году. По мнению специалистов, катастрофа произошла потому, что коррумпированная местная администрация допустила переполнение дамбы с целыо получения дополнительной прибыли за счет воды, в ней содержащейся.
Примерно такая же ситуация была и в Ираке до последнего времени. Можно сказать, что в период правления Саддама Хусейна Ирак был мало заинтересован в том, чтобы совместными усилиями разрешить этот „водный вопрос“ между тремя странами -собственно Ираком, Сирией и Турцией Созданный „Совместный технический комитет“ по проблеме использования водных ресурсов между этими странами практически

не собирался в течение 10 лет. Ситуация изменилась за последние месяцы, когда американские специалисты начали совместные работы с официальными представителями Ирака по разработке стратегического плана по обеспечению страны достаточным количеством воды. Новое Министерство водных ресурсов Ирака, реорганизованное с помощью американских специалистов, впервые за долгие годы планирует проведение работ в рамках трансграничной Комиссии по водным ресурсам с целью обеспечить координацию усилий Ирака в этой области с темп проектами, которые разрабатываются соседями „по верховьям рек“.
Определенную роль в этом предполагает выполнить и американская сторона. '-Гак, например, Президент Дж. Буш уже запросил у Конгресса выделение не менее 3 миллиардов долларов для разработки и создания инфраструктуры водных систем в Ираке. Однако если не будут созданы гарантии долгосрочного сотрудничества между странами в решении этого вопроса, деньги попросту окажутся выброшенными на ветер.
Между тем проект GAP в Турции действует. Его результаты сказываются в первую очередь на вводе гидротехнических сооружений, увеличении производства электроэнергии н явном улучшении региональной экономики юго-восточной части страны. 11о остаются проблемы с финансированием проекта, что проявилось в заметном замедлении темпов создания ирригационных систем. Турецкое сельское хозяйство не получило того количества воды, которое было обещано 10 лег назад. Таким образом, неизбежное воздействие реализации проекта GAP на соседние территории Ирака и Турции лишь отложено, но вовсе не исключено.
Пожалуй, не меньшей опасностью, чем нехватка воды, может стать и ее ухудшающееся качество. В связи с тем, что Турция планирует произвести ирригацию больших территорий, а следоват ельно, увеличить забор воды на сельскохозяйственные цели, можно ожидать, что качество воды, поступающей в районы арабских стран — Ирака и Сирии, после ее прохождения по полям, расположенным выше по течению Тигра и Евфрата, станет значительно более низким. Возникает вопрос, значимость которого сегодня трудно оценить: будет ли иметь место „водная война“ в бассейне Тигра и Евфрата в ближайшие 10−20 лет в результате тех изменений, которые произойдут в этом районе после того, как Турция завершит основные работы по проекту GAP, и обычное направление стока этих рек будет изменено? И если такая война случится, то она, видимо, не будет похожа на обычный военный конфликт. Вместо классических силовых столкновений и военных действии возможны не просто напряженность между странами и народами, но п масш табные и длительные человеческие страдания, вызванные нехваткой воды, нарушение обычных условий жизни и т. д.
Можно сказать, что эколого-ресурсный фактор, т. е. стремление увеличить забор воды из двух рек — Тигра и Евфрата при отсутствии сотрудничества между странами этого региона, станет основным, определяющим отсутствие стабильности в регионе, снижение экономической активности, а также ухудшение состояния здоровья и условий жизни населения. Это, в свою очередь, приведет к усилению взаимной подозрительности как к фундаментализму и экстремизму, с одной стороны, так и к американской политике в этом регионе с другой.
Что же можно и что следует сделать в такой ситуации? По мнению одного из авторов, сложилась уникальная историческая возможность для Соединенных Штатов -способствовать созданию эффективной комиссии по использованию водных ресурсов в этом районе в интересах, по крайней мере, трех стран — Ирака, Сирии и Турции. В качестве примера могут быть использованы уже имеющиеся аналогичные модели: Между-
народная американо-канадская комиссия и Комиссия по использованию ресурсов реки Меконг. Если Соединенные Штаты окажутся способными инициировать дипломатические усилия в решении этого вопроса, то они смогут показать арабскому миру свою заинтересованность в установлении и сохранении действительной и долговременной стабильности в этом районе мира. '-
Приведенный пример показывает, что в условиях глобализации, когда мировые экономические проблемы затрагивают интересы практически всех стран без исключения, решение эколого-ресурспых вопросов становится одной из наиболее актуальных, а вместе с тем и сложных задач. Поэтому и можно говорить о необходимости изменения методов и путей решения противоречий между странами, тем более, если они вызваны экологическими причинами. Известно, что „экологические причины“ создали прот иворечие между Соединенными Штатами и Канадой в связи с переносом загрязненных воздушных масс с территории США на канадскую. Аналогичные сложности имели место между Германией, и Великобританией, с одной! стороны, и странами Скандинавии с другой.
Экологическая проблема, затрагивающая интересы всех стран и народов, изменила подходы к решению политических, экономических и других противоречий. И если мы говорили о важности смены парадигмы развития, о целесообразности перехода на экоцентрическнй способ мышления, то это вовсе не означает, что такие трансформации возможны в ближайшее время. Пример „водных противоречий“ между Турцией, Сирией и Ираком — это пример регионального масштаба. Более значимый, а следовательно, и более сложный вариант развития отношений между странами современного мира — это разногласия, возникшие, но поводу печально известных Киотскнх соглашений.
Не только ученые и специалисты, не только представители делового мира, по и политики оказались вовлеченными в споры по вопросу необходимости предпринять совместные меры для снижения уровня загрязнения приземных слоев атмосферы так называемыми парниковыми газами. Этот вопрос был вынесен и на такой высокий уровень, как Конференция ООП по окружающей среде и развитию (Рио-де-Жанейро. 1992 г.). Одним из результатов работы этой Конференции и было принятие рамочной Конвенции, но проблеме глобальных климатических изменений. Постепенно и в основном усилиями средств массовой информации эта проблема трансформировалась в проблему глобального потепления климата и вызвала широчайший резонанс в науке, в общественном мнении и стала одной из модных „фишек“ современной цивилизации. Что и как мы можем сделать для сохранения Земли от глобального потепления, от повышения уровня вод Мирового океана, от затопления прибрежных территорий!, на которых проживает более 60% из шести с лишним миллиардов людей, населяющих нашу планету?
1 (оиски ответов на эти вопросы стали уже предметом дискуссий политиков, которые крайне осторожно выбирали соответствующие интересам их стран позиции. Пожалуй, наибольшим огорчением для сторонников „борьбы с потеплением“ стало решение нынешнего Президента США Дж. Буша выйти из Киотскнх соглашений. Америку стали осуждать за этот шаг уже потому, что, по разным оценкам, именно Соединенные Шт аты являются „поставщиком“ от 27 до 36% парниковых газов, которые и считаются основными „виновником“ процесса глобальных климатических изменений. Однако постепенно страсти улеглись, и споры были перенесены главным образом в научные крут. Наиболее известным примером этого можно назвать Конференцию по проблеме гло-
бальных климатических изменений, которая проходила в конце сентября 2003 г. в Москве. Инициаторами ее проведения были российские ученые, а на самой конференции дважды выступил Президент России В. В. Путин. И хотя конференция, согласно заявлениям ее организаторов, носила чисто научный характер, все же в ходе ее работы все-таки звучала „эколого-политическая“ нота. Суть ее заключалась в том, что главным заинтересованным „лицом“ в реализации Киотских соглашений являются страны Европы, и в первую очередь страны Европейского Союза. Именно представители этих стран на сентябрьской конференции в Москве были особенно настойчивы в том, чтобы побудить Российскую Федерацию ратифицировать Киотские соглашения, поскольку без участия в этом процессе нашей страны какие-либо положительные сдвиги просто невозможны.
Но при оценке российских экономических, политических и других интересов нельзя оставлять в стороне вопрос экологической целесообразности. И это в первую очередь необходимость совместных усилий наиболее подготовленных стран в расширении научных проработок вопроса о первопрпчинности тех глобальных изменений климата, которые в ряде регионов мира привели к трагическим событиям.
Следует отметить, что весной 2004 г. Россия приняла решение о ратификации Киотских соглашений, правда, не без активного воздействия Европейского Союза, представители которого достаточно открыто связали этот вопрос с поддержкой вступления Российской Федерации в ВТО. Осенью того же года Российский Парламент ратифицировал договоренности Киото, и Протокол практически вступил в действие.
В конце ноября 2005 г. в Монреале открылась очередная международная конференция по вопросам глобальных климатических изменений. Представители 150 государств рассматривали вопрос о разработке совместных действий на период после выполнения решений Киото. Однако согласие не было достигнуто, и в первую очередь по го11 причине, что Соединенные Штаты вновь подтвердили свое нежелание ратифицировать Киотские соглашения и тем самым включиться в процесс, в котором уже принимают участие большинство стран мира. Надо признать, что целый ряд так называемых стран Юга, находящихся на пути развития своих национальных индустриальных комплексов, также не изъявляют желания изменить своп экономико-технологический курс, поскольку это, несомненно, приведет к сокращению роста ВВП. Если „исключить“ научный фактор при рассмотрении вопроса о глобальных климатических изменениях, то можно сказать, что Киотские соглашения стали еще одним пробным камнем становления экологической дипломатии, в рамках которой человечество должно понять необходимость учитывать экологический императив, а следовательно, искать такие варианты сотрудничества, при которых отдельным государствам придется отказываться от уже принятых планов во имя интересов мирового сообщества.
Как отмечал еще в первой половине 1970-х годов американский эколог Б. Коммо-нер в своих известных „законах экологии“, — „природа знает лучше“. И это положение вовсе не означает отказа от изучения природных процессов. Наоборот, экоцентричес-кий способ мышления предполагает необходимость познания законов природы для того, чтобы человек их не нарушал. Многочисленные попытки покорить природу закончились тем, что к началу XXI в. мировое сообщество оказалось вынужденным признать, что природные явления и процессы далеко не всегда могут быть изменены человеком без крайне негативных последствий для него самого.
Поиски путей приближения к экологической цивилизации, главной ценностью которой будет глобальная экологическая безопасность, можно базировать только на изу-
чении уже накопленного и далеко не всегда положительного опыта. И был бы чрезвычайно показательным пример того, что в районе одной из древнейших цивилизаций -междуречье Тигра и Евфрата, многосторонние усилия как отдельных государств, гак и международных организаций привели бы к тому, чтобы самой природой расположенные там ресурсы, и в первую очередь водные, не стали бы предметом раздоров и противоречий. Природа не знает политических границ, а вместе с тем она и беззащитна перед человеком, его способностью создавать мощнейшую технику. Природа сама по себе является ценностью, от сохранения которой! зависит процветание человека, его судьба, как и судьбы всего современного мирового сообщества.
И, по нашему мнению, вопрос заключается в том, насколько скоро мы, люди, населяющие космический корабль „Земля“, сможем понять, что те ценности и принципы, которыми мы руководствовались в нашем развитии па протяжении всей многовековой истории человечества, отнюдь не являются бесспорными. Есть более высокие ценности — это жизнь. Притом жизнь любого существа. И хотя законы природы, законы ее развития достаточно жесткие и далеко не всегда в нашем понимании правильны, главное все же заключается в том, что дальнейшее развитие человеческой цивилизации возможно только на принципах коэволюции с природой, но никак не за ее счет.
Это, как нам кажется, и должно стать основным принципом и правилом экологической цивилизации, подойти к которой человек должен в любом случае. И чем разумнее будут наши пути подхода к этой цивилизации, тем скорее и успешнее будет в значительной мере разрешены нынешние противоречия между человеком и природой.
1 Имеется в пилу работа Книга и Шнайдера & lt-¦ Первая глобальная революция“, также явившаяся одним из докладов „Римскому клубу“.
г Makimtder HJ. The Democratic Ideals and Reality. New York, 1944. P. 16.
: <- Ibid.
1 Наше общее будущее: Доклад Международной комиссии, но окружающей среде и развитию (МКОСР). М» 1989. С:. 50.
5 Определение «устойчивого развития» достаточно противоречиво- к настоящему времени имеет место более 60 различных трактовок этого понятия. В русском языке, как считают специалисты, перевод с английского «sustainable development» был бы более адекватен в виде «поддерживаемого развития».
6 Арс-кий ЮМ., Данилов-Даикдьяи В.П., Залиханов М М., Кондратьев К. Я., Котляков В. М., Лосев К. С. Экологические проблемы: что происходит, кто виноват и что делать? М., 1997. С. 8.
1 Позиции авторов по данному вопросу не одинаковы. Однако именно в ин тересах поисков новых подходов, новых форм сотрудничества в области окружающей среды и развития авторы не выносят па первый план политико-идеологические разногласия. «Экологическое миротворчество» п «экологическое миросохрапепие», па наш взгляд, становится определяющим фактором успешного развития современного
Статья поступила в редакцию 15 марта 2006 г.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой