К истории монгольской лексикографии (истоки бурятской лексикографии)

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Языкознание


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Литература
1. After the «Literature of the Wounded». Local Cultures, Roots, Maturity, and Fatigue [interview with Xia Yun], in Helmut Martin and Jeffrey Kinkley (eds.), Modern ChineseWriters SelfPortrayals, New York.
2. S^#" ЗШЛо -tt, 2006″
3. #^Й"???" - ±ft: 1986″
4.
j'-l'-l: 1986 «
5. #^й» A6'-J№i?IiJiAiB^S//±«^, 1983, № 8″
6. #^Й"ШШ.» — ^^: $М?ЙЖШ±, 1986″
7. 1986 c
8. ЙЯ: tt, 2009
9. ШЛ. «^Ш^Л»: й^даИ^// i?, 1996, № 5.
Цыдыпова Ольга Яковлевна — ассистент кафедры восточных языков, аспирант кафедры филологии стран Дальнего Востока Бурятского государственного университета. 670 000, г. Улан-Удэ, ул. Смолина, 24а, e-mail: my world 06@bk. ru.
Tsydypova Olga Yakovlevna — assistant of department of oriental languages, post-graduate student of department of philology of Far East countries, BSU. 670 000, Ulan-Ude, Smolin str., 24a, e-mail: my world 06@bk. ru.
УДК 413. 0
Б.Д. Цыренов
К ИСТОРИИ МОНГОЛЬСКОЙ лексикографии
(истоки бурятской лексикографии)
Статья посвящена краткому обзору истории становления и развития монгольской лексикографии, от которой в нач. XX в. ответвилась бурятская лексикография. В работе приведена ее историко-хронологическая периодизация на основе исследований монгольских и китайских ученых, рассмотрена эволюция формы и содержания, а также функций словарей монгольских языков.
Ключевые слова: монгольская лексикография, словари, периодизация, бурятская лексикография.
B. D. Tsyrenov
CONCERNING THE HISTORY OF THE MONGOLIAN LEXICOGRAPHY
(the source of the Buryat lexicography)
The article is devoted to the brief review of the history offormation and development of the Mongolian lexicography, from which at the beginning of the XX century the Buryat lexicography branched off. This work presents the historical-chronological periodization based on investigations of Mongolian and Chinese scholars. The evolution of form and contents, as well as functions of mongolian dictionaries is given consideration to.
Key words: Mongolian lexicography, dictionaries, periodization, Buryat lexicography.
Истории монгольской лексикографии, которая ведет свою историю с XIII в., посвящена обстоятельная статья монгольского исследователя Ц. Шагдарсурэна «Монгол толь бичгийн судлал (1990-ээд хYртэлхи тойм)» [6, с. 19−68], также этой теме посвящена статья «Мо^уо1 ке1еп-и 1оИ Ы^^п tetiken toyimu» (Обзор истории лексикографии монгольского языка) в «Энциклопедии монголоведения. Лингвистика» под авторством Цэцэнбаатара [4, с. 473−476 ].
Проф. Ц. Шагдарсурэн относит начало лексикографического описания монгольского языка к IV в. нашей эры, эпохе Сяньби, когда было написано сочинение под названием в переводе на современный монгольский язык «Терийн хэлээрхи олон ЗYЙЛ нэрийн толь бичиг 3 дэвтэр» (3-томный словарь различных имен государственного языка). Тем не менее автор оговаривается, что и это произведение нельзя с полным основанием считать первым опытом составления словаря мон-
гольского языка.
«Энциклопедия монголоведения. Лингвистика» начало монгольской лексикографической традиции относит к XIII в.: Monygol kelen-u toli bicig-un eki eguskeberi ali erte 13 dugar jagun-u uye-du talbiydaysan bogod eduge boltaqi 800 jil-un quyacaya delekei-yin olan ulus oron-du keblegdegsen monygol kelen-u toli bicig-un juil keden jagun-du kuregsen baina (Начало монгольской лексикографии было положено в далеком XIII в., и до сего времени за почти 800 лет количество изданных во многих странах мира разнообразных словарей достигло нескольких сотен). История развития монгольской лексикографии авторы энциклопедии делят на четыре хронологически неравных, но частью исторически обусловленных периода: 1) вторая половина XIII в. — первая половина XVIII в.- 2) начало XVIII в. — конец XIX в.- 3) первая половина XX в.- 4) вторая половина XX в. — наст. время. Самый протяженный по времени период охваты-
вает четыре с половиной века (1-й период), исторически — со времен Юаньской династии до Цин-ской. Составление словарей этого периода шло по двум направлениям. Создававшиеся в Китае китайско-монгольские переводные словари, которые принято сводить к словарям типа «и-юй» (или букв. переводное слово), относятся к первому направлению, а второе направление представлено записями монгольских слов в виде глоссариев в арабской транслитерации в произведениях авторов Среднего Востока.
Одним из первых словарей типа «и-юй» является словарь, составленный двумя сановниками Маша Ихэй (Ma-sha Yi -hei) и Хо Юаньцзе (Huo Yuanjie). Этот словарь состоял из двух частей. Вторая часть представляет собой транскрибированные китайскими иероглифами 12 монгольских текстов с переводом на китайский язык. А первая часть — это собственно словарь идеографического типа, содержащий 844 слова1, распределенных по 17 темам: астрономия — 19 слов- география — 38- время, летоисчисление — 24- флора — 38- фауна (букв. пернатые и хищные) — 110- строения, здания — 17- орудия, инструменты — 71- одежда — 86- пища — 28- драгоценности и украшения — 13- человек — 86- деятельность, действия человека -140- звуки и цвета — 17- числа — 35- части тела -76- стороны света, направления — 17, общие слова — 86 слов и т. д. В 1959−60 гг. Х. Лувсанбалдан в журнале «Монгол хэл, зохиол, туух» (Монгольский язык, литература, история) опубликовал 2 дополнительных тома «Хуаи-июй», содержащие ещё 518 слов по всем семнадцати темам.
Интересно замечание Ц. Шагдарсурэна по поводу того, к какому виду словаря следует отнести «Хуаи-июй»: к китайско-монгольским или монгольско-китайским. На основании имеющихся ксилографических матриц ученый делает вывод о том, что данный словарь все же является монгольско-китайским [6, с. 43].
Ко второму направлению — арабоязычным словарям Среднего Востока — относится «Лейденский словарь» в двух частях (монгольско-персидский и арабско-монгольский), изданный в 1243 г., а также созданный в XII в. и дополненный в XIV—XV вв. монгольской лексикой четырехъязычный (арабско-персидско-турецкомонгольский) словарь Аль-Замахшри, известный как «Мукаддимат-ал-Адаб», который содержит более 3000 монгольских слов. К этому периоду также относятся словарь Ибн-Муханны, Стамбульский словарь и Римский словарь
0 Лейденском словаре монгольский исследователь Г. Цэцэгдарь пишет: «Хранящийся в Лейденском университете рукописный трехъязычный „Турецко-персидско-монгольский словарь“ содержит 76 страниц, из которых 62 страницы занимает турецко-арабский словарь, страницы 63b-74b — персидско-монгольский словарь с 240 словами, 67b-74b арабско-монгольский словарь с 400 словами» [4, с. 97].
Как отмечается в «Энциклопедии монголоведения. Лингвистика», эти произведения хоть и называются словарями, на самом деле таковыми не являются, а представляют собой лишь собрания слов, переведенных на те или иные языки.
Второй период развития монгольской лексикографии охватывает начало XVIII — конец XIX в. и так же, как первый этап, проистекает не в одном направлении, а в трех (как мы помним, в первом периоде было два направления). Первое направление представлено маньчжурско-монгольскими (монгольско-маньчжурскими) словарями времен Цинской династии, которые имели статус государственных. Одним из первых словарей этого направления является словарь «Qayan-u bicigsen manju monygol ugen-u toli bicig"1 (Словарь маньчжурских и монгольских слов, написанный ханом), известный и как «Qorin nigetu tayilbury toli» (Толковый словарь 21-го [тома]), а также изданный в 70−80-х гг. XVIII в. «Qayan-u bicigsen durben juil-un useg kabsuruysan manju ugen-u toli bicig» (Четырехъязычный маньчжурский словарь, написанный ханом), изданный в 1780 г. «Qayan-u bicigsen manju monygol qitad usug yurban juil-un ayalyu neyilegsen toli bicig» (Словарь, объединяющий три наречия — маньчжурский, монгольский, китайский, и написанный ханом), изданный в том же году Zhieng Zhi ^^'ом словарь «Yurban juil uge qadamal udjekui-dur kilbar bolyuysan bicig» (Письмена [словарь] трёх языков, упрощенные для изучения), созданный в эпоху Цинской династии «Tabun juil usug-yier kabsuruysan manju ugen-u toli bicig» (Словарь маньчжурских слов, переданных на пяти письменностях) и т. д.
В это время происходит постепенная дифференциация словарей по их содержанию, адресности и функциональной направленности. По этим принципам словари все чаще подразделяются на «государственные» (терийн) и религиозные (буддийские). Это, конечно, касается, прежде всего, тибетско-монгольских и монгольско-тибетских
1 По данным Ц. Шагдарсурэна, а по данным Цэцэнбаа-тара — 845 слов.
словарей. Этот процесс начался в конце XVIII в. По данным «Энциклопедии монголоведения», религиозные словари имели целью толкование, разъяснение трудных, непонятных слов в буддийских сочинениях. Эта функциональная особенность словарей данного типа сближает их с первыми словарями восточных славян, которые в основном были сборниками иноязычных и устаревших слов [3, с. 18]. Хотя эти первые лексикографические опыты у славянских народов представляли собой глоссарии, т. е. списки непонятных слов с их толкованиями, помещаемыми в конце конкретного произведения.
Более же близки монгольским религиозным словарям (одному их виду — дуймэн’ам) славянские азбуковники, которые включали азбуку, краткую грамматическую характеристику и религиозно-нравственные поучения. Первым известным печатным русским словарем считается азбуковник Лаврентия Зизания Тустановского «Лексисъ сиречь речения вкратце собранная и из славянского языка на простой русский диалект истолкованы» [3, с. 19].
О монгольских словарях «государственного» типа мы вкратце уже сообщали выше. И считаем необходимым остановиться на словарях, связанных с религией, т. е. буддизмом. Религиозные словари имели дело с тибетским языком и реже с санскритом. Подобные словари имеют несколько разновидностей: даг-йиг (& lt- тиб. brda-yig), да-йиг (& lt- тиб. brda-yig), да-дол (& lt- тиб. ЬМа-Ыкго1), дYймэн (& lt- тиб. Ыш-тт) и гандил (& lt- тиб. Ька-Ькго1). Разновидность словаря да-йиг в монгольском мире получила новое, собственно монгольское название: дохионы бичиг. В «Большом академическом монгольско-русском словаре» (далее — БАМРС) это словосочетание переведено как: «а) учебник правописания- б) словарь» [1, с. 60], в то время как даяг (да-йаг): «1) тибетско-монгольский словарь- 2) орфография» [1, с. 43]. Как видно из приведенного выше материала, в современном понимании дохионы бичиг и даяг неравнозначны, хотя интегральное значение 'словарь' присутствует в обоих гнездах, а значение 'тибетско-монгольский словарь' - лишь в семантике слова даяг. В новом пятитомном большом толковом словаре монгольского языка (далее — БТСМЯ) даяг определен как «тевд монгол хоёр хэлний Yгсийг тохоож орчуул-сан толь бичиг» [2, с. 685] (тибетско-монгольский переводной словарь), а дохионы бичиг имеет очень простую дефиницию — орчуулгын толь бичиг (переводной словарь) и снабжен пометой хуу-
чирсан — устаревшее.
Принципиальное различие между даг-йиг, получившим в монгольском языке эквивалентное название ариун бичиг 'чистое ясное письмо', и да-йиг, по-монгольски — дохионы бичиг, состоит в том, что в даг-йиг'е собраны термины, слова терминологического характера (по пяти «малым наукам»), а в да-йиг, кроме того, включались слова повседневного плана. Согласно Ц. Шагдарсурэну, этот тип словаря получил ещё одно определение «нэр тайлсан» (букв. толкующий имена, т. е. слова нетерминологического плана).
Еще один тип словаря религиозного характера да-дол (в современном монгольском написании и произношении дадал) имел свои особенности: в него включались иносказания, устаревшие тибетские слова, слова из санскрита, поэтическая фольклорная лексика, философские термины и понятия. Семантизация этих лексических единиц производилась на доступном, даже упрощенном языке.
Дуймэн, еще один вид тибетско-монгольских словарей религиозного характера, представляет собой самостоятельный глоссарий к тому или иному произведению, в котором семантизируются трудные для понимания слова, преимущественно термины. Собственно монгольское название дYймэн, ов — туувэр нэрийн бичиг (букв. словарь сборных имён) в БАМРСе переведено как «терминологический словарь, глоссарий» [1, с. 84] с пометой хэл. шинж. — лингвистический термин. БТСМЯ дает подробную семантизацию этого термина: «Бэрхэ хатуу Yгийг туувэрлэн тайлбар-ласан толь, туувэр нэрийн тайлбар толь бичиг» [2, с. 768] (Словарь трудных для понимания слов, толковый словарь избранных слов). В этих примерах семантизации отсутствует указание на то, что этот вид словарей имел целью, прежде всего, толкование слов из буддийских религиозных сочинений.
По принципу организации словника, т. е. списка заголовочных единиц, дYймэн, ы отличались от других видов словарей. Первоначально в них слова располагались в том порядке, в каком они встречались в произведении, к которому они предпосылались, затем для более продуктивного использования их в обучении детей они принимали вид идеографического словаря, в котором описываемая лексика располагалась по различным темам.
По своему содержанию к дадал 'ам близки словари гандил — словари трудных непонятных слов. Помимо толкования слов они содержали указание
на произношение этих слов, т. е. носили в некоторой степени характер орфоэпических словарей.
К этому же периоду относится словарь бурятского богослова Лубсанринчина (Суматиратны) «ТYбэд монгол дохёоной бэшэг нэрэ, Yгэ, удха гурбаниие тодоруулан харанхые арилгагша зула оршобо» (Тибетско-монгольский словарь — лампада, отгоняющая тьму, объясняя имя, слово и значение), опубликованный в 1877 г.
Третье направление второго периода развития монгольской лексикографии представлено словарями, изданными в западных странах (в т.ч. в России). Это «Монгольско-русско-немецкий словарь» Я. Шмидта (1844−1849), «Монгольско-русско-французский словарь» О. М. Ковалевского, «Монгольско-русский словарь» К.Ф. Голстун-ского. Кроме того, в Корее в 1767 г. был издан «Монгольско-китайско-корейский словарь». На протяжении второго периода развития (XVIII-XIX вв.) монгольская лексикография достигла значительных успехов — появились произведения, которые можно, вне сомнений, отнести к словарям в полном смысле этого слова- получили распространение словари как с идеографическим, так и алфавитным расположением словарного материала, появились толковые словари.
Согласно мнению авторов «Энциклопедии монголоведения», третий период развития монгольской лексикографии пришелся на первую половину XX в. [4, с. 475]. Хотя, как они признаются, у монголоведов еще нет единого мнения по этому поводу.
В эти годы — начало XX в., с падением Цин-ской (маньчжурской) династии в Китае перестают составляться маньчжурско-монгольские словари, им на замену приходят монгольско-китайские и китайско-монгольские словари. В их числе «Monygol-un уеке toli» (Большой монгольский словарь, 1912- монгольско-китайский) Ван Вен Бин’а, «Monygol Ы^^п ШП» (Словарь монгольской письменности, 1913- монгольско-китайский), изданный в Пекинском краеведческом институте, «Monygol udqa-yin jtiil kubiagsan ШП Ы^» (Монгольский идеографический словарь, 1926- китайско-монгольский). В Монголии в период становления ее независимости и особенно после народной революции издавалось большое количество толковых, переводных (большей частью монгольско-русских, русско-монгольских) словарей.
Четвертый период развития монгольской лексикографии начинается с середины XX в. и длится по
сей день. С середины прошлого века монгольская лексикография, продолжая исторически сложившиеся традиции, перешла на новый уровень своего развития. Монгольскими словаристами активно была воспринята теория и практика составления словарей на основе европейской лексикографической традиции, пришедшей преимущественно через русско-монголоязычную и монголоязычнорусскую переводную лексикографию. Широкое изучение монгольских языков и диалектов как самими монголами, так и европейскими словари-стами, развитие сравнительно-сопоставительных исследований, распространение различных языков среди монголоязычных народов, ранее им не известных или мало известных, постепенная интеграция народного хозяйства и экономики в мировые экономические процессы предопределили активное развитие переводной лексикографии и оказали влияние на эволюцию одноязычной лексикографии (толковые, орфографические, семантикостилистические и др. словари).
Буряты, являющиеся одним из монголоязычных народов, до Октябрьской революции и создания литературного языка на собственно бурятской диалектной основе, находились в орбите общего монгольского языка и, как следствие, общей монгольской лексикографии. Бурятская лексикография, начавшая отпочковываться от общемонгольской лексикографии, большую часть третьего и весь четвертый период развития монгольской лексикографии (по предложенной китайскими лингвистами историко-хронологической ее периодизации) проходила самостоятельно, нарабатывая практический опыт и осваивая различные типы словарных произведений.
Лексика собственно бурятского языка, естественно, в довольно ограниченном объеме зафиксирована в отписках русских казаков, служилых людей, сообщениях ученых-путешественников. Так, в 20-х гг. XVIII в. Д. Г. Мессершмидт в своих дневниковых записях зафиксировал речь качуг-ских бурят-эхиритов, им записано 195 слов. Дневники Мессершмидта изданы в пяти томах АН ГДР совместно с Институтом истории, естествознания и техники СССР.
В «Латинско-татарско-аринско-котско-бурят-ский словарь» Г. Ф. Миллера вошли около 300 бурятских слов. В сочинении М. Татаринова (1765) под названием «Описание о братских татарах, сочиненное морского корабельного флота штюр-маном ранга капитана Михаилом Татариновым» имеется русско-бурятский словарь. В 1769 г. Ре-
нье составил русско-бурятский словарь, содержащий 230 лексических единиц. Записи бурятской речи с приложением словарей производили также П. С. Паллас (1768- ок. 200 слов), И. Чемесов (1773)и др.
Первым известным словарем в полном смысле этого слова является «Русско-монголо-бурятский словарь» (Иркутск, 1909). После октябрьской революции составлен и издан ряд словарей бурятского языка: «Русско-монгольский терминологический словарь» (1928- 2-е испр. изд. — 1930), «Русско-бурятский терминологический словарь по языку и литературе с краткими пояснениями» (1935), «Краткий русско-бурят-монгольский словарь» А. И. Боржоновой (1932), «Краткий русско-бурят-монгольский словарь» Д. А. Абашеева и К. М. Черемисова (1941). Последний словарь открывает историю бурятской академической лексикографии.
Литература
1. Большой академический монгольско-русский сло-УДК 811. 58+811. 512. 31
варь: в 4 т. М.: Academia, 2004.
2. Монгол хэлний дэлгэрэнгуй тайлбар толь (Большой толковый словарь монгольского языка): в 5 т. Улаанбаа-тар, 2008.
3. Дубичинский В. В. Лексикография русского языка. М.: Наука: Флинта, 2009. 432 с.
4. Цэцэгдарь Г Араб усгээр тэмдэглэсэн дундад уеийн монгол хэлний толиуд (Монгольские словари на арабском языке) // Толь бичгийн судлалын асуудалд (К вопросу изучения лексикографии). — Улаанбаатар, 2008. С. 94−112.
5. Цэцэнбаатар. Mongyol kelen-u toli bicig-un teuken toyimu (Обзор истории лексикографии монгольского языка) // Энциклопедия монголоведения. Лингвистика. Хух-Хото, 2004. С. 473−476.
6. Шагдарсурэн Ц. Монгол толь бичгийн судлал (Монгольская лексикография) // Толь бичгийн судлалын асуудалд (К вопросу изучения лексикографии). Улаанбаатар, 2008. С. 19−68.
Цыренов Бабасан Доржиевич, кандидат филологических наук, доцент, ведущий научный сотрудник отдела языкознания Института монголоведения, буддологии и тибетологии СО РАН, e-mail: tsyrenovbabasan@mail. ru
Tsyrenov Babasan Dorzhievich, leading scientist of department of linguistics, The Institute of Mongolian, Buddhist and Tibetan studies, Siberian branch of Russian Academy of sciences, PhD (philology), e-mail: tsyrenovbabasan@mail. ru
А.А. Шахаева
К ВОПРОСУ О ВЫДЕЛЕНИИ ЛЕКСИКО-СЕМАНТИЧЕСКОЙ ГРУППЫ ГЛАГОЛОВ ДВИЖЕНИЯ В КИТАЙСКОМ И БУРЯТСКОМ ЯЗЫКАХ
Лексика любого языка существует как система взаимодействующих друг с другом лексико-семантических групп (полей). Предложенная статья посвящена проблеме выделения лексико-семантической группы глаголов движения в китайском и бурятском языках.
Ключевые слова: семантика, глаголы движения, лексико-семантическое поле.
A.A. Shakhayeva
ABOUT THE PROBLEM OF MARKING OF A LEXICO-SEMANTIC GROUP OF MOTION VERBS IN CHINESE AND BURYAT LANGUAGES
Class ofverbs of motion occupies a central place among verbs. The given article is devoted to the problem ofmarking of a lexico-semantic group of verbs of motion in Chinese and Buryat languages.
Keywords: Semantics, motion verbs, lexico-semantic group.
В современной лингвистике существует множество различных подходов для объяснения языковых фактов, одним из подходов является функциональный подход, который постулирует, что система языка обусловливается функциями, которые он выполняет, целями и условиями его использования [7- с. 16].
Как известно, язык — это система взаимодействующих между собой уровней, где каждый уровень представлен совокупностью относительно однородных единиц, например, лексический уровень представлен совокупностью лексических
единиц. Наличие отношений между элементами некоторого множества и есть то, что делает это множество системой, а не простым набором объектов, поэтому лексические единицы существуют не изолированно друг от друга, а объединяются в лексико-семантические группы или поля.
Связи между значениями слов в семантическом поле различаются по степеням общности (синонимия, антонимия, гипонимия и др.). А. В. Бондарко дает такое определение функциональносемантическому полю: «Функционально-
семантическое поле — это конкретно-языковые

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой